Надежда Волгина
(Б)рак с (б)раком

Глава 1

– Блин, классная какая! – Ольга любовно провела рукой по блестевшему красным глянцем капоту. – Тоже такую хочу, – с легкой завистью взглянула на Станиславу.

– Такой больше нет, – рассмеялась Стася. – И эта красотка скоро станет моей. Надо бы придумать ей имя… Королева Марго! – осенило ее.

– Почему Марго? Королева – понятно, на меньшее эта красавица не тянет, – уточнила подруга.

– Сама не знаю, почему, – пожала плечами Стася. – Может, потому что красная?

– Не вижу связи, – удивилась Ольга.

– Лёль, ну все же понятно. Мой любимый коктейль «Маргарита» с клубникой. И он красный.

– Ну ты даешь! – расхохоталась подруга, и смех ее эхом прокатился по просторному автосалону. – Вот это ассоциативный ряд…

Стася ее уже не слушала, направляясь к стойке, за которой скучал администратор. Или кто он там? Продавец-консультант? В таком случае он совсем не заинтересован в своей работе. Должно быть, сидит не на процентах, а на зарплате. И для салона это существенное упущение.

– Я хочу купить вон ту машину, – указала Стася на кабриолет своей мечты. Только в таком она себя и представляла, но вчера, когда случайно оказалась в этом салоне, мечта впервые стала явью. И конечно же, следовало ковать железо, пока горячо.

– Отличный выбор! – без труда вычислил продавец машину. – Практически без недостатков.

– Практически? – немного напряглась Стася. – Разве у такой машины могут быть недостатки?

– У любой тачки есть недостатки, – приосанился парнишка-продавец, хоть и вел себя сейчас непрофессионально. – У этой всего два пассажирских места и багажник тесноват…

– Для меня это преимущества, чтоб вы знали, – перебила его Станислава. – А вам я бы посоветовала начинать с достоинств, а на недостатки и вовсе не переходить. Если, конечно, вы заинтересованы в продажах.

Кто вообще держит этот автосалон? Разве можно принимать на работу таких вот… мягко говоря, недоумков?

– Из достоинств…

– Не утруждайтесь, – снова остановила продавца Стася. – В этой машине меня устраивает ровным счетом ВСЁ!

– Как скажете, – вяло пожал плечами продавец. – Приступим к оформлению?

– И поскорее. Я тороплюсь.

Время на самом деле уже поджимало. Их с Лёлей ждал бассейн, куда они наведывались дважды в неделю, по вторникам и пятницам. Сегодня как раз была пятница. А по выходным автосалон не работал. Вот Стася и решила перед бассейном уладить все финансовые вопросы с покупкой нового автомобиля мечты.

– Ну что? Долго еще? – подошла Лёля, заглядывая Стасе через плечо.

– Переходим к оплате, – ответил продавец. – Наличными, картой? – деловито посмотрел на Стасю.

– По-вашему, я вожу с собой столько наличных? – не сдержала она иронии. – Естественно, картой.

Ирония замечена не была, и продавец все с таким же серьезным выражением на лице принялся отстукивать по клавиатуре компьютера.

Стася приложила карту к терминалу, уже представляя, как уедет прямо из салона на новенькой машине.

– Оплата не прошла.

– Что? – посмотрела Стася на продавца, вынужденная вернуться в реальность. – В каком смысле? Должно быть, вы что-то сделали неправильно. Повторите попытку.

– Сейчас…

Он снова набрал сумму, и Стася приложила карту.

– Не прошла. Возможно, на счету недостаточно средств.

– Да быть такого не может! – разозлилась не на шутку Станислава. – Пробуйте снова…

Но и в третий раз результат был такой же.

– Стась, давай заедем сюда после бассейна. Мы уже опаздываем. Не думаю, что эту тачку кто-то купит раньше тебя. Стоит она как космический корабль, – повела ее Лёля на выход из салона. А в спины им почему-то насмешливо смотрел продавец-консультант.

Поскольку сегодня их в бассейн везла Лёля, по дороге Стася позвонила в банк. Каково же было удивление, когда оператор дежурным тоном сообщила ей, что на карте ее установлен лимит. И больше всего поразила сумма, сверх которой нельзя тратить за месяц. Какой там кабриолет – этих денег ей хватит, разве что, на легкий шопинг и походы в любимый клуб. Да и последние придется сократить до раза в неделю. А когда Стася выяснила, кто именно установил ограничения, то и вовсе рассвирепела.

– Ну это уже вообще беспредел! Да как он посмел!..

– Стась, ты чего пыхтишь, как ржавый паровоз? Кто он-то? Что вообще тебе сказали в банке? – быстро взглянула на нее Лёля, не отвлекаясь от дороги.

– Сказали, то я теперь не могу сама распоряжаться своими деньгами. И за всем этим стоит чёртов дятел! – сквозь зубы процедила Стася. Как же она была зла!

– Что за дятел?

– Да Дроздов этот!

– Тогда уж дрозд, – рассмеялась Лёля. – И что он?

– Урезал мне финансирование.

– Это как? По какому праву? Он же даже не член семьи, – от дороги Лёля все же отвлеклась, и машина вильнула в сторону.

– Аккуратнее! – прикрикнула на нее Стася. – Подобности я тебе потом расскажу.

– Ладно, – разочарованно протянула подруга. – А из-за тачки не расстраивайся так сильно. Твоей же года еще нет, новая почти. И классная она у тебя, на зависть многим. Если уж на то пошло, то ты можешь продать ее, добавить деньжат и купить свой красный кабриолет.

– Боюсь, к тому времени его уже купит кто-то другой, – отвернулась Стася к окну.

На глаза просились слезы. Слезы злости на Владимира Дроздова, от которого с недавних пор стала зависеть жизнь Станиславы. А ведь он ей никто, как правильно заметила Лёля. Но такова была воля отца, посмертная.

Глава 2

Владимир едва успел снять с плиты турку с закипающим кофе, как в дверь настойчиво позвонили. Кто бы это мог быть в такую рань? Хотя, догадаться не трудно. Да и манера звонить у этой девушки слишком характерная.

– Привет! Не успел еще слинять в свой второй дом? – отпихнула его плечом Александра и ворвалась в квартиру как маленький но разрушительный ураган. – М-м-м! Как вкусно пахнет! – схватила она турку и вылила содержимое в небольшую чашку, которую, к слову, Володя приготовил для себя. – Обожаю твой кофе! Он у тебя получается волшебный… – прихлебывала она обжигающий напиток маленькими глотками, прикрывая от удовольствия глаза. – А бутерброд к кофе полагается? А то я не успела позавтракать.

– Куда же ты так спешила? – поинтересовался Владимир, трезво размыслив, что дома кофе уже выпить не получится, придется довольствоваться офисным из кофе машины.

– К тебе, глупый, чтобы успеть перехватить тебя дома. А то ж, в офис ты мне запретил являться.

– Извини, но и кофе у тебя допить не получится, – достал Владимир из шкафа пальто. – Как и без бутербродов обойдешься, – распахнул он дверь, приняв выжидающую позу.

– Ну Володька… Ты же сам планировал пить этот кофе, – заканючила Саша.

– Передумал, когда понял, что опаздываю. Давай, выметывайся! – нетерпеливо добавил.

– Но я же к тебе по делу…

– Расскажешь о своем деле по дороге к машине, – усмехнулся Володя. – Хоть я уже и догадываюсь, что нужны тебе деньги. Только в этом случае ты обо мне вспоминаешь.

– Ошибаешься, любимый мой братишка! – радостно повисла на его шее Саша. Так и пришлось выносить ее из квартиры и запирать дверь с ней на шее. – О тебе я помню всегда-всегда. Но мне и правда нужны деньги. Совсем немного, на новые ролики. Прикинь, вчера достала старые, а они, оказывается, уже чуть ли не разваливаются. А без роликов я не могу, ты же знаешь.

– А не рановато для роликов? Едва снег сошел…

– Вот именно, что сошел. А значит, самое время вставать на колеса, – заботливо поправила Саша шарф на шее брата. – И если бы ты сам хоть раз прокатился на роликовых коньках, то понял бы меня лучше.

– Сомневаюсь…

Он и стоять-то на роликах не умел. Даже в детстве не пробовал на них кататься. Это Сашка с пяти лет рассекает. И насчет погоды он не из вредности сказал. Несмотря на конец апреля, снег сошел только пару дней назад. А еще на прошлой неделе во дворе его дома, например, снега было много. Правда, как только он весь растаял, так сразу же начало стремительно теплеть. Вот и сейчас, выйдя из дома, Володя подумал, что пальто уже не климатит, пора переходить на что-то более легкое.

– Вовка, так ты мне дашь денег на новые ролики? – схватила его Саша за рукав, требовательно заглядывая в глаза, когда он уже собирался сесть в машину. – Очень нужно, – серьезно добавила. – Прямо сейчас, – еще серьезнее подытожила.

– Сашка, а ты работать не пробовала? – с улыбкой поинтересовался Володя. – Это ведь интереснее, чем все время бегать за деньгами ко мне. А уж как мама с папой рады бы были…

– Пробовала и пробую, но пока не получается, видишь? – развела Саша руками. – Мне нужна работа мечты, а не серые будни в офисе, – вздохнула она.

– Ну да… – пробормотал Владимир, залезая в карман за портмоне.

После школы ей годик захотелось передохнуть, прежде чем снова окунаться в учебу. Через год Саша заявила, что ни в одном институте себя не видит, и что склонности к наукам у нее нет. Работу меняла, как перчатки. И что самое удивительное – на новую устраивалась без труда, собеседования проходила блестяще. И работала вроде неплохо, но через месяц уже увольнялась, объясняя увольнение тем, что ей скучно. Родители расстраивались, а Володя ума не прилагал, как перевоспитать сестренку. Не то чтобы высшее образование он ставил во главу всего, но хотелось, чтобы Саша хоть чему-то в жизни обучилась. Ладно, пусть не институт, можно техникум или курсы какие… Вот за ее образование он бы с радостью платил.

– Держи, – протянул он ей деньги. – И, Сань, возьмись уже за голову.

– Братишка мой любимый! – звонко чмокнула его Саша в щеку. – Серьезный в семье и умный должен быть кто-то один. У нас такой ты. Ну а я… я как тот мотылек…

А ведь и правда. Вот и сейчас она упорхнула словно мотылек. Но ведь именно мотыльки летят на свет и опаляют крылья. Порой Володя очень сильно волновался за сестру, как вот сейчас. И пусть ей всего девятнадцать… И нет, не всего, а уже. В этом возрасте пора браться за ум.

– Доброе утро, Владимир Павлович! – бодро поприветствовала его Катя – секретарь.

Теперь его, но еще месяц назад у него и должность, и кабинет были другие. А Катя была секретарем Бориса Олеговича. Как многое переменилось за какой-то месяц.

– Доброе утро, Катя! Сделай, пожалуйста, кофе. Только крепкий и без сахара, – напомнил Владимир, скрываясь за дверью кабинета. Но сразу же снова выглянул в приемную. – И принеси мне, пожалуйста, финансовый отчет за неделю.

Сегодня пятница и пора проверить, насколько подросли показатели за неделю. Если так и дальше пойдет, то совсем скоро он выведет компанию на новый уровень. Не такой, конечно, какой был года два назад, но уже с кривой, стремящейся вверх, а не вниз.

– Будет сделано, Владимир Павлович, – улыбнулась Катя.

К тому, что все его теперь зовут по имени и отчеству, Володя тоже пока еще не привык. Но сделать это придется, потому как статус обязывает. Хотя, раньше было попроще и жилось полегче. Но такова воля начальника, которого он уважал и будет уважать всегда.

Катя вошла в кабинет минут через десять. И принесла она сразу отчет и кофе. От запаха последнего аж голова закружилась. Ох уж эта Санька!.. Без кофе с утра он и проснуться-то толком не мог, а уж вникнуть в работу и подавно.

– Спасибо, Катя! – с чувством поблагодарил Владимир, отхлебывая из чашки горячий напиток. И пусть кофе был не такой вкусный, как дома, но крепкий и бодрящий, а именно это и было нужнее всего сейчас. – Кать, я поизучаю отчет. Не пускай ко мне никого в течение… – он прикинул в уме, – часа-полтора.

– Хорошо, Владимир Павлович. Не пущу никого.

И снова она ему улыбнулась. Так странно… Катя была старше Владимира года на два, не больше, но порой ему казалось, что ведет она себя с ним как мама. Вот и во взгляде ее он частенько улавливал именно материнскую заботу. Неужели он производит такое впечатление?

Цифры в отчете Владимира порадовали и изучал он их долго и внимательно. Потом он снял мораторий на посещение своего кабинета, и время до обеда пролетело очень быстро. А когда собирался на обед, позвонили из банка.

– Владимир Павлович, недавно нам звонила дочка Олега Борисовича, – сообщил начальник клиентского отдела.

– И что она хотела? – напрягся Володя.

– Узнать, почему у нее на счету недостаточно средств. Она пыталась расплатиться картой в автосалоне.

– И что вы ей сказали?

– Правду, что вы установили ей месячный лимит, превышать который она не сможет. Кажется, новость эта ей не пришлась по душе, именно поэтому я решил вас поставить в известность.

– Большое спасибо, что предупредили. Я всё улажу…

Володя отключился и какое-то время рассматривал стену невидящим взглядом. Как раз сегодня вечером он собирался наведаться в дом Олега Борисовича, где теперь полновластной хозяйкой была его дочь. Что ж, разговор ему предстоит неприятный, но и через это он должен пройти, как и не свернуть с намеченного пути.

Глава 3

– Стаська, сильно не гони, а то меня растрясет! – пьяно проголосила Лёля с заднего сидения.

– Ты главное не испорти салон, – повернулся к ней с переднего Михаил. – Хорошо хоть, до твоего дома рукой подать…

Станислава вздохнула и никак не прокомментировала короткий диалог друзей. Время было еще не позднее, всего-то семь вечера, но Лёлька умудрилась набраться в баре под завязку. С чего бы это? Миханя тоже выпил, вот и пришлось Стасе исполнять роль извозчика, коль уж единственная не пила. А все потому что настроение держалось паршивое, и Стася точно знала, что алкоголь только усугубит дело.

– Не волнуйся, Миханя, всё под контролем, – резво подорвалась с сидения Лёля и обхватила парня руками. – Как же я тебя обожаю! – звонко чмокнула она его в щеку.

– Угомонись уже, подруга, – скривил Михаил губы в улыбке и скинул с себя руки Лёли. – Напилась – веди себя прилично.

Но Стася-то заметила, что признание подруги пришлось ему по душе, потешило его мужское подвыпитое эго. И к слову, сегодня Лёля не впервые призналась Михане в любви. По пьяни, но всё же… Это тоже изрядно действовало Стасе на нервы. Поскорее бы уже оказаться дома.

Дорога до дома подруги не заняла и десяти минут. Правда, сама Лёля умудрилась уснуть за это время. Михаилу пришлось расталкивать ее, а потом еще и вести к дому. Стася осталась ждать в машине.

– Вот же пиявка, – вернулся он в машину. – Еле сбагрил ее в руки прислуги. И как же жрать хочется! Надеюсь, твоя Ирина встретит нас чем-то вкусненьким, – потер он руки в предвкушении.

– А ты собрался ко мне? – бросила на него Стася удивленный взгляд, выруливая от дома Лёли.

– Ну да… – откинулся Миханя на спинку сидения и прикрыл глаза. – Куда же еще?

– Домой, Миханя, – твердо произнесла Стася. – Я везу тебя домой. У меня сегодня настроение побыть одной.

– Ну Стась… Давай я побуду пару часиков у тебя? Поем, протрезвею, а потом свалю. Ты ж знаешь, если приеду домой такой… папаня опять начнет читать нотации.

И правильно сделает, – мысленно хмыкнула Стася. И чуть не добавила в слух «Ты же мужчина!» Нет, ну правда, парню уже двадцать четыре, скоро второй четвертак разменяет, а в голове один ветер. Институт бросил, сидит на шее у отца. Любимое занятие – сорить деньгами, опять же, отца. Бухает, гуляет и девчонкам глазки строит. Поднадоел он ей, если честно. А в свете последних событий, так и без него есть о чем думать.

– Потерпишь, Михань, – серьезно посмотрела Стася на бойфренда. – Мне сегодня не до чего.

– Да брось ты. Ну хочешь я куплю тебе эту тачку, чтобы ты успокоилась?

Еще чего! Он купит – на деньги отца. Только ей этого точно не надо. Да и не в машине дело, а в принципе. Почему она должна менять свою жизнь, если кого-то петух клюнул в одно место?

– Я сама себе в состоянии ее купить. И мы едем к тебе домой! – сказала как отрезала Стася, ну и Миханя обиженно засопел, отвернувшись к окну.

К своему дому Стася подъехала около восьми. Ну и первый, кого увидела, был предмет ее гневных мыслей длинною в день – Владимир Дроздов собственной персоной. Он спокойно стоял на подстриженной лужайке, возле кустов роз, которые пока еще, в это время года не цвели, и мило беседовал с Лаврентием – садовником. На машину Стаси этот унылый клерк даже не взглянул, когда заезжала она в гараж. И Стасю подобное спокойствие возмутило сверх меры. Да кем он себя возомнил, что является в ее дом, как хозяин?! Срочно нужно поставить его на место, чтобы твердо усвоил, где оно, и кто вообще он такой.

Выходить на улицу Стася не стала. Она не сомневалась, что Дроздов войдет в дом, как только закончит разговаривать с Лаврентием. И ее разбирало любопытство – о чём же таком интересном они беседуют? Хотя, плевать ей на это!

Быстро приняв душ, Стася переоделась в домашнюю одежду и спустилась в холл. Она была уверена, что Дроздов уже ее там дожидается. Но холл пустовал. В саду его тоже не было, а Лаврентий привычно подстригал кусты, на которых уже вовсю распускались сочные зеленые листочки.

– Свалил, что ли? – пробормотала Стася, направляясь в кухню.

По пути размышляла: если Дроздов свалил, то зачем вообще сюда приезжал? Вывод напрашивался один – он где-то в доме. И почти сразу же она встретилась с ним лицом к лицу.

– Добрый вечер, Станислава! – поприветствовал ее Дроздов в кухне.

Оказывается, он там чаи распивал в компании Ирины. А та еще и бутербродики ему соорудила. Какая забота.

– Для тебя я Станислава Борисовна, – фыркнула Стася. – Ира, почему в доме посторонние? – посмотрела на домоуправительницу и кухарку в одном лице.

– Стасенька, да какой же Володя посторонний? – растерялась женщина, и Стасе стало стыдно.

Уж точно не она виновата во всех бедах, а собак, получается, Стася спустила на нее. А этот… сидит себе и в ус не дует. Хоть бы что-то сказал, а не продолжал невозмутимо пить чай.

– Я правильно понимаю, что явился ты по делу? – приблизилась Стася к столу, в упор глядя на Дроздова.

– Угу, – кивнул он, не переставая жевать. – Только вот доем и чай допью…

В этот момент Стася поняла, что плохо себя контролирует и чуть не выбила у него из рук чашку. Это было бы уже слишком.

– Доедай и допивай быстро! – проговорила она. – Жду тебя в холле…

За дверь кухни она буквально выскочила, чтобы не сказать и не сделать что-то еще. Что-то недопустимое, грубое, вульгарное.

– Пап, ну зачем ты так со мной? – остановилась она у портрета отца, вглядываясь в такое родное и любимое лицо. – Чем я заслужила?..

На этой неделе они справили сорок дней по отцу. Сорок дней, как он ушел из ее жизни, оставив совершенно одну. И пусть смерть отца стала лишь итогом его болезни, подготовиться к этому Стася так и не смогла. Даже за тот месяц перед смертью, что отец был прикован к кровати. Пусть бы он и дальше лежал, но был бы жив. Дышал бы, смотрел, говорил… Хотя, так рассуждать, конечно, было жестоко – Стася никогда не забудет, насколько сильно страдал отец от боли, особенно в последние дни жизни. И смерть стала избавлением для него.

– А мне-то как жить дальше без тебя? – прошептала Стася, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. – И почему он? Я же у тебя умница, сама бы справилась.

Не справилась бы. И не такая уж она и умница. Учителя говорили, что родилась она со звездой во лбу и задатками гения. Школу окончила с отличием, университет – экстерном за три года. Учеба ей всегда давалась с легкостью. А дальше… Дальше наступила какая-то пустота, которую Стася заполняла шопингами, салонами, ночными клубами, барами. И ничего менять она не хотела, потому что понятия не имела, чего вообще хочет от этой жизни.

А потом заболел отец, и жизнь Стаси вообще полетела в какую-то бездонную пропасть. Чтобы заглушить боль и отчаяние она стала гулять еще больше. Частенько уезжала из дома на неделю-две, чтобы только забыться, не думать о плохом. Но это плохое никуда не девалось, а становилось только ближе.

Глава 4

– Молодая хозяйка сегодня не в духе что-то, – вздохнула Ирина и вернулась к натиранию посуды.

– У нее есть на то причины, – отодвинул Владимир пустую чашку и поднялся из-за стола. – Спасибо, Ирина, что не дали умереть с голоду.

– Да было бы за что. Нормально-то не дал себя накормить. Покусочничал только…

– И этого достаточно, – улыбнулся Владимир.

Сейчас ему было не до улыбок. Весь день он настраивался на сегодняшний разговор, но так и не настроился. И он не ошибся – Станислава была настроена к нему даже еще более враждебно, чем он мог предполагать.

– Володя, ты сказал – есть причины. А какие такие? – не сдержала Ирина любопытства.

– Не могу с вами поделиться, – ровно отозвался Владимир. – Причины эти личного характера…

За пять лет работы в фирме отца Станиславы Владимир четко усвоил одну истину – ничего и никого не обсуждать, ни с кем. Все разговоры за спиной, даже самые безобидные, так или иначе оборачиваются сплетнями.

– Даже так? – заметно оскорбилась домработница. Но Владимира это не затронуло. Да и думал он о другом. Мысленно он уже находился в холле, где его и ждала Станислава. И разговор с ней предстоял тяжелый.

Девушка сидела в кресле, удерживая за тонкую ножку бокал с вином. Белое, сухое, как она любит, – машинально отметил Владимир. На его появление она никак не отреагировала.

Приблизившись к дивану, он опустился на него как можно ближе к креслу. И снова ноль реакции со стороны Станиславы. Она игнорит его намеренно, но обращать внимание на это не стоит.

– Станислава… Борисовна, есть разговор, – произнес Владимир.

Удостоили его взгляда не сразу, и ничего хорошего он не сулил – тяжелый, мрачный и полный презрения. И как же он не шел ей. Ведь она очень красивая, а злость ее уродует.

– Слушай, ты управляешь бизнесом моего отца. Ладно, пусть… такова была его воля. Но этот дом мой и только мой. По какому праву ты сюда приходишь, когда вздумается, да еще и заставляешь мою кухарку кормить тебя?

Она не отводила от него взгляда. Невольно Владимиру подумалось, что самые красивые на ее лице глаза – большие, голубые, с длинными пушистыми ресницами. И волосы у нее шикарные – светлые, спадают на спину и плечи крупными блестящими волнами.

– Без необходимости я сюда не прихожу. Кроме того, я слежу за содержанием этого дома, как и перевожу на него деньги. Именно об этом я и хочу поговорить…

– Да что ты! – рассмеялась Станислава и чуть не расплескала вино. Словно только что вспомнив, что держит бокал, она поставила его на журнальный столик. И что-то подсказывало Владимиру, что она из него так и не отпила. – А я думала, что пришел ты объяснить мне, почему ограничил мои траты? Почему лимитировал мою VIP-карту? Почему вообще лезешь в мою жизнь?! – зло закончила она.

– Это я тоже могу объяснить, – кивнул Владимир.

– Слушаю. Внимательно, – подалась она к нему, упираясь локтями в подлокотник.

– Дела в компании вашего отца идут не так хорошо, как вы, наверное, думаете. И моя основная задача – вывести компанию на прежний уровень и даже сделать более прибыльной. Борис Олегович знал обо всех убытках, что понесли мы за время его болезни. Думаю, именно поэтому он и назначил меня своим преемником, потому что за пять лет работы с ним я у него научился всему.

– Какой умный мальчик, – усмехнулась Станислава, но Владимир заставил себя не обращать внимание на ее язвительность.

– Ваши расходы… в последний месяц они существенно выросли. Да и раньше вы тратили слишком много денег на собственные нужды, что тоже сыграло не последнюю роль в снижении прибыли. Если так и дальше пойдет, то через полгода компания вашего отца разорится, а вас, как его наследницу, объявят банкротом. Вы этого хотите Станислава… Борисовна?

– А не врешь ли ты? – прищурилась Станислава. – Или ты мне просто завидуешь, что всегда живу как хочу, ни в чем себе не отказывая?

– Предположение довольно глупое, – нечаянно высказал Владимир вслух то, о чем собирался только подумать. Но уже было поздно, и лицо Станиславы пошло красными пятнами. Надо было торопиться и выкладывать всё до конца, пока она его не вышвырнула из дома. Он, конечно, снова придет, но хотелось уже сегодня расставить все точки. – Я уволил Эрнеста! – выпалил Владимир.

– Что??? – замерла Станислава, глядя на него во все глаза. – Что ты сделал? – вкрадчиво повторила.

– Уволил вашего личного дизайнера.

На самом деле, этот Эрнест больше шарлатан, чем дизайнер, судя по огромным гонорарам и практически нулевым результатам его работы. Приходил он в дом дважды в неделю, ничего не делал. А сумму за визит ему Станислава переводила круглую и крупную. С него Владимир и начал реструкторизацию штата обслуживающего персонала.

– Да что ты себе позволяешь?! Эрнест – мой личный фэншуист. Именно он следит, чтобы в доме моем царила гармония, чтобы каждая вещь была на своем месте, чтобы потоки энергии шли на пользу обитателям этого дома… А ты его уволил? Сейчас же звони ему и возвращай на работу!

– И не подумаю, – тряхнул головой Владимир, хоть и допускал мысль, что быть ему сегодня битым. Кулаки Станислава сжимала характерно. – Кроме того, вашего месячного лимита теперь будет недостаточно, чтобы оплачивать его услуги. Ну а за потоками энергии в доме вам теперь придется следить самой.

– Ну ты и урод! – процедила она сквозь зубы.

– Это еще не всё…

Весь их диалог напоминал издёвку с его стороны. Но ее не было и в помине. Действовал Владимир исключительно в интересах компании. И меньше всего ему хотелось лишать Станиславу привычного образа жизни. И уж тем более он не хотел ей насолить. Но кажется, именно так она и думала.

– Да ладно?.. – нервно рассмеялась хозяйка дома. – Ты выгнал Лаврентия, который живет с нами, сколько себя помню? Или может Ирине предложил работать на полставки?

– Нет. Ни с Лаврентием, ни с Ириной я ничего не сделал, – улыбнулся Владимир. Невольно – ситуация не располагала к веселью. – Всего лишь сократил вдвое штат охраны и оставил в доме одну горничную, которая может работать тут с проживанием.

– Ну всё понятно. Охрана теперь будет всё время сонная, а горничная упашется до смерти, убирая мой дом.

– Не думаю, что всё будет именно так.

Четыре охранника – это слишком много, и те двое, которых он сократил, уже довольно халатно относились к своей работе. Зато двое оставшихся будут отлично с ней справлять и проявлять еще больше рвения. И одна горничная справится с уборкой в доме при наличии нормальных условий проживания, питания и сна. А всё это у нее тут будет. Да и хозяйке иногда полезно заняться хоть чем-нибудь самой, чтобы не забыть, что она не только дочка магната, но еще и женщина – хранительница очага, значит.

– Слушай, вали уже отсюда, – устало посмотрела на него Станислава. – Видеть тебя больше не могу.

– Спокойной ночи! – вежливо пожелал Владимир и направился на выход.

Если уж на то пошло, то он тоже с радостью поменяет обстановку на менее нервозную.

Глава 5

В субботу Стася проснулась и первое, что поняла, так это то, что у нее отвратительное настроение. Испортил его еще вчера унылый клерк Владимир. Ну и сама себя она перед сном знатно накрутила, конечно. И мысли все были из разряда, как она отыграется на Владимире, когда пройдет его время правления компанией отца.

Стася до сих пор не могла понять, почему отец решил поступить именно так. Первый тревожный звонок прозвучал, когда адвокат их семьи на оглашение завещания пригласил помощника отца. А когда адвокат сообщил, что управлять компанией отец завещал этому самому помощнику – Владимиру Дроздову, то Стася и вовсе не поверила своим ушам. А ведь она намеревалась продолжить дело отца, чтобы память о нем жила еще долго. Понимала, что легко не будет, что многому придется научиться… Но отец, как всегда, рассудил по-своему.

– Пять лет? Целых пять лет он будет полновластным хозяином в моей компании??? – сверлила Стася взглядом адвоката.

– Именно так, Санислава Борисовна, – проявил тот чудеса выдержки. – Именно такова воля вашего покойного батюшки, – с каменным лицом добавил.

И тогда она еще не знала, как сильно изменится ее жизнь. До поры до времени все шло как обычно, и порой Стася даже забывала о смерти отца, как бы кощунственно это ни звучало. Просто уже давно она привыкла жить, как хочет и может себе позволить. И встречи с отцом в этой жизни бывали редкими. Да и болел он в последнее время.

А вот вчера тайный враг перестал быть тайным, выпустил на поверхность свои ядовитые щупальца. И сразу же принялся отравлять всё вокруг себя, а в частности, жизнь Стаси. Ну ничего – она тоже очень постарается подпортить ему жизнь. Пока не знает, как, но обязательно придумает.

– Доброе утро! – спустилась Стася в кухню, где Ирина привычно готовила завтрак. – Вкусно пахнет…

– Доброго утречка, Стасенька! – обрадовалась ей Ирина как родной. Впрочем, за годы работы в этом доме такой она и стала для Стаси и ее отца.

Вот уже лет пять, как домработница перебралась к ним жить, когда сын ее окончил школу и поехал учиться дальше в другой город. Мужа у Ирины не было, и добираться до работы и обратно каждый день было не логично. И тогда отец Стаси предложил ей занять одну из комнат в их большом доме. На что Ирина с радостью согласилась. Хозяйство она вела блестяще, как и управлялась с прислугой. И готовила она просто замечательно. За годы эти у Стаси с ней сложились хорошие отношения. Тем более ей было стыдно за вчерашнее.

– Ира, ты меня извини за вчерашний концерт, – опустилась Стася за стол.

– Да я уже и забыла, – махнула рукой женщина. – Оладушки скоро поспеют, и я накрою на стол.

– А можно я тут позавтракаю?

Обычно стол к завтраку накрывали в столовой, примыкающей к кухне. Как и к обеду, и к ужину. Но чаще дома Стася только завтракала, а потом куда-нибудь уезжала. И в последнее время становилось всё тоскливее сидеть за большим столом в одиночестве.

– Чего ж нельзя? Мне так еще и проще, – улыбнулась Ирина, смахивая со стола крошки. – Кушай, Стасенька. Приятного аппетита! – поставила она перед Стасей полное блюдо румяных оладий, сметану, варенье, масло, мёд… И чай заварила любимый – с маракуйей.

Оладьи были такими вкусными, что даже без аппетита съедались. Еще бы Ирина не донимала разговорами. С другой стороны, тиши еще хуже, тоскливее.

– Милу с Катюшей уволили, знаешь уже, наверное? Володя велел им в понедельник приехать в бухгалтерию за расчетом и выходным пособием. В доме осталась только Тамарка. Как по мне, так лучше бы Катюшу оставил, но не может она поселиться тут, да и сессия у нее скоро…

Ответить на это Стасе было нечего, потому лишь слушала, да кивала.

– А ты из-за этого на Володьку взъелась, что ли? – не сдержала любопытства Ирина.

– Ира, о нём больше ни слова! – проговорила Стася, улавливая угрозу в собственном голосе.

– Как скажешь… Но зря ты так с ним, парень он хороший. И наверняка делает всё это из лучших побуждений…

– Ира!.. – повысила голос Стася.

– Поняла, умолкаю.

После завтрака Стася собралась и отправилась к Любаше – закадычной подруге. Лёля, да Любаша – за годы дружбы девчонки стали почти родственницами. Делила с ними Стася и горести, и радости. И сегодня ей был просто жизненно необходим совет Любаши. Была в ней какая-то житейская мудрость, которая странным образом сочеталась с беспечностью и легкомыслием.

– Ой! А чего ты в такую рань? Суббота же… – открыла ей дверь сонная Любаша, в пижаме и тапочках с лисьими мордочками. – Мы еще спим…

Всё понятно – у Любаши остался на ночь Гера – бойфренд. На самом деле зовут его Герасим, и он люто ненавидит собственное имя. А Стася недолюбливает его, потому чаще называет его полным именем, чтобы позлить лишний раз.

Квартира на десятом этаже модной элитки Любашина. Её ей подарил отец, когда поступила она в институт. Правда, после первого семестра институт Любаша бросила, но квартира у нее осталась. А учиться она больше нигде не хочет, говорит, что и так слишком умная.

У Герасима есть своя квартира, но оставаться на ночь он предпочитает в этой. И встречаются они уже почти три года, а разговоры о свадьбе Гера даже не заводит. В общем, было его за что недолюбливать, как справедливо считала Стася.

– Любаша, ты мне жизненно необходима, – прошла Стася в гостиную и буквально упала на мягкий бежевый диван.

– Что-то случилось? – нахмурилась Любаша, опускаясь в кресло напротив.

– Случилось, но раньше. Просто я вам не рассказывала. Твой Герасим крепко спит? – покосилась Стася на дверь.

То, что собиралась рассказать подруге, точно не его ума дело. Оставалось надеяться, что Любаша сохранит ее секрет.

– Он до обеда не проснется. Мы около четырех вернулись из клубешника, в который вы с Лёлькой не захотели с нами поехать. А там, между прочим, было классно! – довольно потянулась Любаша.

– Не до клубов мне сейчас, – вздохнула Стася.

– Даже так? Ну рассказывай…

И она рассказала о завещании отца, согласно которому управляет компанией и распоряжается всеми финансами теперь Владимир Дроздов – бывший помощник отца. И так будет продолжаться пять лет.

– Остается только надеяться, что за это время он не пустит меня по миру, – закончила рассказ Стася. – Ну или что я не сойду с ума от всего этого.

– То есть, я правильно понимаю – что на эти пять лет компания твоего папы переходит в руки этого… Дроздова? И фактически пять лет он будет ею владеть? И только потом всё перейдет к тебе. А на ближайшие пять лет тебе папа не назначил никакого фиксированного финансового обеспечения?

– Именно так, – кивнула Стася.

– Ничего себе! Это ж как он должен был доверять своему помощнику? – вытянулось лицо Любаши. – Даже с трудом верится, что такое вообще возможно.

– Как видишь, возможно, – вздохнула Стася.

В этот момент им помешали – дверь в гостиную распахнулась, и на пороге появился заспанный Гера в одних трусах.

– Гера! – вскочила Любаша и вытолкала парня за дверь. – Ты бы хоть оделся… – донеслось возмущенное до Стаси.

– Откуда же я знал, что у нас гости, – возмущенно пробубнил Герасим. – И чего в такую рань-то?..

У нас… Не у них, а у ее подруги. Лучшей, между прочим. И если уж на то пошло, то Герасим Стасе мешает сейчас больше, чем она ему.

Что уж там Любаша наговорила своему бойфренду, не известно, только вернулась она одна, плотно прикрыла за собой дверь и сразу же приступила к делу.

– Я тут подумала…

– Когда успела-то? – рассмеялась Стася.

– Когда-когда… успела вот. Так вот, не пойму, чего ты так убиваешься?

– В каком смысле? А по-твоему, всё это нормально? – возмутилась Стася.

– По-моему тебе пора что-то делать, а не стенать почём зря. Слушай, Стась, ну правда… Ты же умнее всех нас вместе взятых. И у тебя диплом управленца, да еще и с отличием. Уж не знаю, почему твой папа, царствие ему небесное, так рассудил, но совсем не обязательно мириться с создавшейся ситуацией и смиренно ждать, когда за пять лет этот Дроздов развалит дело всей жизни твоего отца.

– И что ты предлагаешь? – заинтересовалась Стася. Вот знала она, что только Любаша сможет дать толковый совет.

– Устроиться на работу в компанию.

– Кем? – тут же разочаровалась Стася.

– А это уже второй вопрос, – деловито кивнула Любаша. – Но требовать ты должна должности по специальности. И действовать нужно по горячим следам – прямо в понедельник, с утра пораньше двигай в офис и встречайся с Дроздовым. А дальше видно будет… Эх, так и придется мне на Мальдивы ехать с Герой и без тебя с Миханей, – грустно вздохнула Любаша. – А так хотелось вместе потусить…

– Какие Мальдивы? Я сейчас и Эмираты себе позволить не смогу. Да и во второй половине апреля на Мальдивах не айс – постоянные тропические ливни.

– Брось. Ливень прошел, и тут же всё высохло. Зато солнце почти все время прячется за облаками и не палит, а загар ложится просто отменный. Проверено, подруга… Слушай, а кто по зодиаку твой Дроздов? Когда у него днюха?

– Во-первых, он не мой, а во-вторых, понятия не имею, – фыркнула Стася.

– Выясни, значит – даю тебе задание. Хочу поискать точки пересечения у вас, чтобы знать, с какой стороны на него лучше воздействовать.

Ох уж эта астрология! Любаша ею очень увлекалась. Почти всё, происходящее в её жизни, да и не только в её, подруга могла объяснить с астрологической точки зрения. Стася не верила во всю эту чушь, но переубедить Любашу уже даже не пыталась.

– Выясню, – кивнула она, вставая. – Где Гера-то твой отсиживается? – с усмешкой посмотрела на дверь.

– В ванной, – рассмеялась Любаша. – И я велела ему не выходить оттуда, раньше чем через полчаса.

Глава 6

Владимир всегда считал, что в жизни человека должен быть такой же порядок, как и в его доме. Ведь что такое дом? Это место, где обитает тело. Ну а жизнь, соответственно, это дом для души. Жить он старался так, чтобы делать то, что должно, и не допускать того, что неприемлемо при любом раскладе. Нельзя брать чужое, делать кому-то больно, предавать, осуждать. Нужно заботиться о пожилых и больных людях, помогать нуждающимся и детям. Ну а животных… их просто нужно любить, как братьев наших меньших.

Многие считали его идеалистом. Кто-то даже называл занудой. Но принципам своим Владимир старался не изменять.

Своих родителей он очень любил, хоть и давно уже жил отдельно от них. Но каждую субботу он отправлялся к ним в гости, просто потому, что когда-то дал себе слово делать так.

Вот и эта суббота началась со сборов к родителям, хоть и больше всего Володе хотелось поваляться в постели. Но он знал, что мама с папой ждут его, что мама обязательно приготовит что-то вкусненькое к его приходу. Скорее всего, еще вчера вечером она испекла пирог или кекс… Да и соскучился он по ним за неделю-то.

Вот уж чего Володя точно не ожидал этим солнечным утром, так встречи с прошлым в лице Алины Розовой, в которую когда-то был тайно влюблён.

– Володька! Дроздов… Ты что ли? – раздался неподалеку женский голос, стоило только щелкнуть кнопкой на брелоке сигнализации.

Алину он узнал не сразу. С окончания университета прошло шесть лет. Он уже и забыл, как заглядывался тогда на первую красавицу курса, как страдал из-за того, что не обращает она на него внимания. Со времен учебы Алина еще больше похорошела. Девичью стройность сменила утонченная элегантность. В ней появился какой-то шик, присущий состоятельным женщинам. И от нее все так же пахло дорогими французскими духами.

– Привет, Алин! – проговорил Владимир, понимая, что всё так же смущается перед ней. Как будто вернулся в студенческие годы.

– А я думаю, ты – не ты… А ты тут живешь? – окинула Алина взглядом дом, в котором три года назад Владимир купил себе студию.

– Ну да… А ты? – догадался спросить Володя, потому что хоть что-то нужно было сказать. Как и шесть лет назад на него напал ступор, и ничего путного в голову не шло.

– Я нет. Я тут была у подруги. Сейчас вот собираюсь ехать домой. А это твоя машина? – с любопытством рассматривала Алина внедорожник Владимира.

– Моя.

– А ты крут, как я посмотрю, – рассмеялась она грудным смехом. Смеяться она стала иначе, – машинально ответил Владимир. – Слушай, а может, позавтракаем вместе? – неожиданно предложила Алина.

– Сейчас? – растерялся Владимир. – Я не могу сейчас, – тут же добавил.

– Торопишься, да? А может, встретимся вечером, тогда?

– Ну… хорошо, – кивнул он, всё больше чувствуя себя идиотом. Робеет, как студент, честное слово. А ведь от тех чувств уже давным-давно не осталось и следа. Это просто встреча… через годы, как говорится.

– Ну договорились! – весело отозвалась Алина. – Как ты относишься к итальянской кухне? Я ее нежно люблю…

– Хорошо отношусь.

– Ну тогда, давай в семь в… – и она назвала модный итальянский ресторан в центре города. – Пока-пока, – кокетливо помахала Алина рукой, направляясь к синей иномарке.

– Пока, – пробормотал ей Владимир в спину, торопясь скрыться в своей машине. На душе его в этот момент царило легкое смятение. Кажется, в сегодняшнее свидание он пока еще не верил.

Дверь ему открыла Саша. На ноге сестры Владимир сразу заметил бинтовую повязку.

– Это что? – указал он на коленку сестры.

– Производственная травма, – махнула она рукой.

– Всё твои ролики?

– Не мои ролики, а дерьмовый асфальт! И там царапина – до свадьбы заживет.

– Собралась замуж? – усмехнулся Владимир.

– Вот еще! До твоей свадьбы заживет, – рассмеялась Саша и крикнула вглубь квартиры: – Мам, пап, Володька пришел. Встречайте дорогого гостя…

Именно так всё и происходило, несмотря на то, что навещал родителей Володя каждую неделю. Но встречали его так радостно, как будто не виделись они год, не меньше. Но за это он любил родителей еще сильнее. И каждую субботу окунался в ностальгическое чувство домашнего тепла и заботы, словно до сир пор жил в этой квартире. Чувство это было приятным, возвращало его в далекое детство.

– Как дела на работе, сынок? – поинтересовался папа, когда все вместе они сели завтракать.

По субботам к завтраку мама накрывала стол в гостиной. Это уже тоже стало традицией.

– Всё хорошо.

– Не тяжело тебе на новой должности? Такая ответственность, – вздохнула мама.

– Я стараюсь об этом не думать, – отозвался Владимир. – Ну и работа же для меня не новая…

– Так-то да, но я до сих пор не могу поверить, что Борис Олегович именно тебя оставил всем заведовать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.