Стефани Лондон
Прогони мою печаль

Only the Brave Try Ballet

© 2014 Stefanie Little

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав. Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя. Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

Глава 1

Что общего у балерины и футболиста? Об этом думала Жасмин Белл, глядя, как мужчина перед ней пытается сделать плие. Пожалуй, кроме необходимости иметь хорошо развитые мышцы внутренней поверхности бедра – ничего. Совершенно ничего на первый взгляд. Но это ошибка.

Жасмин стояла посреди студии в обычных для занятий плотных лосинах, черном купальнике и пуантах. Такое облачение для балерины словно вторая кожа, но сегодня она испытывала непривычный дискомфорт, будто появилась в классе абсолютно голой. Она обхватила себя за плечи и прижала руки к телу.

– Давайте сначала. Расслабьте плечи. – Она встала в первую позицию, чуть согнула вытянутые вдоль тела руки. – Приготовились. Левая рука на станке. И – плие. Раз, два, три!

Мужчина оглядел ее с ног до головы, лениво и несколько развязно попытался исполнить задание.

Как же ей надоел этот Грант Фарли! Его дерзкая усмешка, манера вскидывать брови и смотреть прямо в глаза, стоило только ей начать говорить. Этот человек просто создан, чтобы мешать сконцентрироваться.

Следя за его движениями, Жасмин только подсказывала, стараясь не подходить близко. Обычно с ученицами она работала иначе, подходила и поправляла положение рук или тела, но с этим мужчиной она избегала контактировать, держась на расстоянии. Возможно, причина заключалась в том, что он двигался уверенно, чему она всегда завидовала, ну, или выглядел слишком уж привлекательно для женщины после шести месяцев воздержания.

К некоторому ее огорчению, Грант оказался способным, быстро осваивал движения, несмотря на постоянное желание передохнуть.

– Прекрасно, – похвалила Жасмин, взяв тон строгого преподавателя, хотя порой это давалось труднее, чем па-де-де из третьего акта «Дон Кихота». – Вы делаете успехи, а ведь это только первое занятие.

– Это совсем не трудно. – Голубые глаза поймали ее взгляд, от этого по спине пробежала дрожь. Его тон уничтожал всю ценность похвалы. – Присесть, выпрямиться. Такое может и двухлетний ребенок.

Жасмин ощетинилась. Разумеется, пустоголовый игрок Австралийской футбольной лиги не оценит важности того, чему она пыталась его научить.

– Ну, вы слишком упрощаете.

– Ничего подобного. – Он оперся локтем о станок и скрестил ноги. – Каким бы красивым французским словом вы это ни называли, суть одна: это всего лишь приседание.

– Мне, например, сложно представить, как можно делать карьеру, чеканя маленький красный мяч. – Она вскинула подбородок. – Однако именно этим вы занимаетесь.

– Мяч не так уж мал. – В уголках его губ появилась улыбка.

Жасмин неожиданно покраснела и включила музыку для следующего упражнения:

– Начнем сначала.

С первых аккордов Грант стал повторять за ней. Строгий учитель не мог игнорировать ошибки в технике, стопы недостаточно вывернуты, спина не вполне прямая. Она машинально подалась вперед, чтобы все исправить, но вовремя себя остановила.

– Я не кусаюсь, – подколол Грант.

Его волчий оскал не внушал доверия, но Жасмин сдержалась и не озвучила пришедшую на ум остроту. Сейчас она здесь главная.

– Следите за тем, чтобы держать корпус ровно, бедра не должны уходить назад. – Она подошла ближе и впервые коснулась его руками. Мышцы невероятно напряжены. Жасмин заставила его сделать плие правильно под ее руководством, изо всех сил стараясь не обращать внимания на пробежавшую по телу дрожь. – Пресс должен быть напряжен, спина выпрямлена.

– Так? – Он взял ее руку и положил себе на живот. Рельефные кубики ощущались даже сквозь ткань футболки. Она смутилась и покраснела, внезапно стало жарко, как после марафона.

– Да. – Она отдернула руку, но ладонь горела, будто впитала жар его тела.

– Да здравствует балет! – Он улыбнулся и махнул рукой. – Не понимаю, как это поможет моему сухожилию. Разве не лучше перейти к упражнениям на растяжку или чему-то подобному? Время не терпит, скоро у меня важная игра.

Грант потряс ногой и размял мышцы.

– Гибкость не появляется мгновенно. Это длительный процесс. Не стоит ожидать, что после первого занятия у станка вы станете гибким, словно змея.

– Хотелось бы обойтись без травм, но, если покажете мне, как закидываете ступню за голову, буду рад.

– Здесь не Цирк дю Солей.

– Жаль. Может показаться странным, но я пришел не развлекаться. Мне необходимо как можно скорее привести в порядок подколенное сухожилие и приступить к полноценным тренировкам.

Жасмин не могла позволить, чтобы последнее слово оставалось за ним. Разумеется, она заинтересована, чтобы Грант брал у нее уроки, но терпеть его издевки не намерена.

– Прошу учесть, и я здесь не для того, чтобы вас развлекать.

– Вот если бы вы расслабились, занятия стали бы куда приятнее.

Она резко выдохнула, приказывая себе молчать, и покосилась на часы. 8:00. Проведенный вместе час был вполне плодотворным, хотя, скорее, и самым никудышным уроком из всех, что она дала в жизни. И это только начало.

– Пора заканчивать?

Услышав вопрос, она вновь была вынуждена сделать над собой усилие, чтобы сдержаться. Больше всего хотелось врезать ему по физиономии. Грант приподнял брови, будто повторяя вопрос.

Ей придется терпеть его два раза в неделю на протяжении шести ближайших месяцев. Не лучший способ провести свободное время вечером, никакого восторга в душе. Все дело в долларах и центах. Жасмин оказалась в той ситуации, когда приходится терпеть общество отвратительного парня ради возможности оплатить счета.

– На сегодня все.

– Похоже, вы с удовольствием от меня избавитесь.

Грант подался вперед, и тень от его плеч накрыла ее собственную.

– Продолжительность занятия один час, мистер Фарли. Если вам требуется больше, надо переговорить с хозяйкой студии.

– Мне и часа много, мисс Белл, – скривился он и взъерошил рукой светлые волнистые волосы.

Как назло, он чертовски красив! Жасмин отправилась в комнату отдыха. Грант последовал за ней, к сожалению, слишком близко, чтобы она могла оставаться спокойной. До нее долетел аромат его лосьона, вызывая неуместные мысли, хотя их и нельзя назвать неприятными. На мгновение закрыв глаза, Жасмин прогнала так некстати возникшее желание.

Грант Фарли не был красив в традиционном смысле, но в его грубоватом облике было определенное очарование. Высокие скулы, тяжелая челюсть, нос, явно сломанный, но правильно сросшийся, не потерял формы. Внезапно у нее возникло острое желание прикоснуться к горбинке, чтобы подтвердить свои подозрения.

Жасмин закусила губу. Ни в коем случае нельзя влюбляться в этого парня. Ей в жизни уже встречались эгоистичные и наглые типы, что помогло сделать выводы о необходимости держаться от них подальше. На сей раз чисто деловые отношения, и, получив плату за урок, она может позволить себе забыть о том, что некогда огромная мечта уменьшилась до такой вот реальности.

Грант покопался в необъятной сумке и выудил толстый конверт.

– Вот. Думаю, этого за меня хватит, – произнес он, вкладывая его в руку Жасмин. – Тренер сказал, будет лучше заплатить вперед, раз вы принимаете только наличные.

Ладони было приятно ощущать весомую тяжесть гонорара. Этого хватит на пару месяцев, чтобы оплачивать счета и аренду, и она сможет немного перевести дух. Жасмин поспешила убрать деньги в сумочку, даже не пересчитав. Парень, зарабатывающий, если верить газетам, более миллиона в год, вряд ли решит сэкономить пару сотен на занятиях балетом.

– Спасибо, – пробормотала она, не глядя на него, и, усевшись на один из диванов, принялась стягивать гетры.

– Полагаю, между нами все теперь предельно ясно. Мне необходимы эти уроки, чтобы добиться желаемого результата. Я вовсе не хочу прыгать в обтягивающих трико по сцене. Ничего личного, но ваше одобрение излишне.

Самонадеянный, высокомерный хам.

– Отлично. – Сняв пуанты, Жасмин принялась надевать высокие черные сапоги, прежде потерев занывшую ногу и шрам под лосинами. Тело охладилось, и заболела лодыжка. – Вы заинтересованы в результате, я – в заработке.

Хочется надеяться, что недели пролетят быстро и у нее будет возможность подумать, как жить дальше.

Грант достал из сумки спортивный костюм. Жасмин постаралась отвести взгляд подальше от его ног и всего остального. Тепло разлилось по лицу и окрасило щеки. Она уставилась в пол.

– Увидели то, что вам понравилось? – Он дал понять, что вопрос его риторический.

Черт его подери!

Грант жалел о вылетевших словах. Удивительно, но что-то в Жасмин Белл вызывало желание ее подразнить. Он привык общаться с футбольными фанатками, но мисс Белл была человеком совершенно другой породы. Холодная и колючая, строгая, вытянутая в струнку, она была невероятно сексуальна, хотя и отталкивала окружающих своей неприступностью. Может, несмотря на все, ему именно это в ней и нравилось, одновременно раздражая и увлекая.

Она смотрела на него так, будто он собирался сунуть голову в огонь, стояла скрестив руки на груди, словно хотела защитить свою стройную фигурку. На его вопрос не удосужилась ответить. В глубине души Грант наслаждался борьбой за власть, это же игра, а играть он любил. Более того, ему нравится побеждать.

Сейчас ему удалось сбить с нее спесь, и это радовало. Надо продолжать держать дистанцию. Женщины, как, впрочем, и люди вообще, никогда не присутствовали в его жизни постоянно. Чем меньше их рядом, тем меньше шансов быть использованным ими. Он всегда держался на расстоянии, и в этот раз поступит так же.

– Известность вскружила вам голову и заставила забыть о хороших манерах или вас так воспитывали?

Жасмин мило улыбалась, явно не скрывая сарказма, взглядом бросая ему вызов.

– Я всегда мечтал играть в футбол, а слава – это побочный эффект.

Грант внезапно поразился собственной откровенности. Мисс Белл поджала пухлые губки, брови приподнялись над аккуратным носиком.

– Как и балет.

– Я знаменит, и у меня такая тяжелая жизнь. – Она закинула сумку на плечо и направилась к выходу.

Грант последовал за ней.

– Я бы с удовольствием поменялся с вами местами на день. Испытали бы все на своей шкуре.

– Мне бы тоже было любопытно увидеть вас на моем месте. Интересно, как бы вы справились с толпой учеников? – Жасмин придержала дверь, дав ему пройти, и саркастически улыбнулась. – Кроме того, у меня еще появился и вовсе несносный ученик.

Грант не смог сдержать смех. Да, ей палец в рот не клади, нельзя сказать, что ему это не нравится.

– Хреново вам живется.

Дождавшись, пока она поднимет на него глаза, он кивнул и двинулся к машине. «Мерседес» моргнул фарами. Внутри было прохладно и чисто. Несколько минут он очищал стекла, оглядевшись, понял, что Жасмин уже исчезла. Через несколько минут он выезжал на шоссе. Машина понеслась вперед, придорожные фонари освещали лобовое стекло оранжевым светом. Время было позднее, город давно освободился от заторов. Грант потер сухожилие под коленкой, мышцы отозвались болью. Кто бы мог подумать, ерунда, балет, а такая реакция. Конечно, Жасмин или кому-то из ее коллег он в этом никогда не признается.

Зазвонил телефон, на экране появилось туповатое лицо Дэниса Портера из «Виктория Харбор Ягуар».

– Дэн?

– Как балет? – задорно и с нескрываемой иронией поинтересовался он. – Надеюсь, ты не перестанешь быть мужиком.

Грант и сам не был в восторге от идеи заняться балетом, это вынужденная необходимость. Кто лучше балерины сможет подобрать упражнения на растяжку определенных мышц? Слова врача, обещавшего непременный эффект, звучали убедительно, но действительность показала, что все не так радужно, кроме того, его дико раздражали шуточки товарищей по команде.

– Ха! Тебе в любом случае ничего не светит. Ты не в моем вкусе.

– Да уж. Так говорят все женщины. Скажи, как твоя училка, ничего?

– Ничего – это не то слово.

Откровенно говоря, Грант ожидал, что его педагогом будет женщина старше, суровее, возможно, с русским акцентом. Он чуть не открыл рот от удивления, когда в классе его встретила девушка с длинными темными волосами, собранными в хвост, точеным лицом и фарфоровой кожей.

– Надо будет заскочить на одно из ваших занятий.

От мысли, что Дэн окажется рядом с Жасмин, Гранту стало не по себе. Стряхнув наваждение, он поспешил вернуться в реальность:

– Понимаю, тебе не терпится увидеть меня в деле.

– Об этом мечтает вся страна. Будет отличный сезон. Я уверен.

– Я тоже.

Он затаил дыхание. Повисла пауза.

– Как думаешь, все уже позади?

Грант хотел бы ответить честно, дескать, не уверен, сможет ли вообще об этом забыть. Да и можно ли выкинуть из головы воспоминания о том, как едва не загубил спортивную карьеру, едва не перечеркнул все, к чему стремился много лет. Учитывая, что футбол – его жизнь, это чертовски страшно. Но Дэн ему не друг, скорее приятель, ему не стоит демонстрировать свою слабость.

– Ну конечно. Ты же знаешь, я практически непобедим.

Закончив разговор, он вернулся к мыслям о Жасмин. Любопытная девушка, совсем не похожа на его поклонниц. Интересно, что ей известно о его прошлом? Почему она смотрела так настороженно?

Сердце сжала досада. Покачав головой, он включил музыку. Ритмичные звуки били в грудь, давили на барабанные перепонки, но выталкивали из головы ненужные мысли, казавшиеся сейчас опаснее акул в океане. Грант ударил ладонью по кожаной оплетке руля. Какого черта! Ему не нужны уроки балета даже с красавицей, похожей на ожившую мечту мужчины. Ему и без того есть чем заняться. Например, подумать, как привести команду к долгожданной победе. А еще многое всем доказать, подлатать подпорченную репутацию. Заново убедить тренера, команду и болельщиков, что он по-прежнему в игре и лучший. У него нет времени на женщин, а ведь это не очередная фанатка, о которой можно сразу забыть. Справиться с ней будет непросто, учитывая характер занятий.

Грант тихо зарычал и уперся затылком в подголовник. При мысли о мисс Белл возникали нехорошие предчувствия, такой реакции на женщину не наблюдалось уже давно. А как она смотрела на него после занятия, будто думала о чем-то греховном. В голове тревожно звякнули колокольчики.

У него нет на это времени, особенно сейчас, когда предстоит очищать свое имя от грязи. В этом сезоне надо блистать. Ничто не должно отвлечь или встать на его пути.

– Нет!

Грант выпрямился и сел так ровно, будто к спине прикрепили стальной стержень. По лицу, плечам, спине струился пот, в кулаках зажата мокрая простыня. Он цепляется за нее, словно за ускользающую жизнь. Вокруг темнота. Он один.

Каждый вдох наполнял легкие огнем. Грудь резко вздымалась, когда он жадно и тяжело хватал воздух. Еще больше. Еще.

Глаза привыкли к темноте, он смог различить очертания предметов в комнате. Свет улицы сочился внутрь между планками жалюзи, украшая узором кровать. В доме было тихо, мир спал, только он вздрагивал от ужаса.

Пульс постепенно восстанавливался, но дрожь не пройдет еще долго, это он знал по опыту. Это всего лишь сон. Преследует его из ночи в ночь и заставляет просыпаться в поту.

Вспышки камер, микрофоны.

– Грант! Грант! Это правда, что из-за вас мужчина оказался в больнице? Вы избили его до полусмерти?

Тряхнув головой, он выбрался из мокрой постели и прошел в гостиную. Огни города вспыхивали и затухали, словно наигрывая неслышную мелодию. Странное, сюрреалистическое чувство. Ощущение полного одиночества в огромном городе.

Открыв ноутбук, Грант опустился на диван. Проверил электронную почту. Тот же результат, что и почти каждый день, никаких новых писем. Даже Дэнис не прислал ничего, пусть и глупой картинки. Открыв папку «Семья», Грант уставился на три жалких письма, которые так и не смог удалить. Последнее пришло шесть месяцев назад.

Он кликнул на папку «Спам», подумав, что чье-то сообщение могло вызвать подозрение системы, но и тут ему не повезло. Папка оказалась пуста.

Несмотря на возражения отца, он покинул родные места без сожаления, отправился в большой город добиваться успеха в футболе и в жизни. Он никогда не забудет слова в трубке, перелетевшие через всю страну: «Как ты мог всех предать! Бросить семейное дело, наплевать на мечту отца и сестер!»

Рана, нанесенная теми словами, только начала затягиваться, видимо благодаря редким звонкам и письмам сестер. Связь с семьей очень хрупка, от времени стала почти призрачной, хотя и существует. И могла бы упрочиться. Какое-то время назад отец даже соизволил поинтересоваться жизнью сына в городе.

Однако все исчезло в один миг. Тоненькие нити, связывающие с семьей, лопнули, когда он запятнал честь фамилии. Так говорил отец, и на это нечего возразить. Он не имеет права сердиться, потому и в одиночестве повинен только сам, все испортил. Зная отца, можно с уверенностью сказать: второго шанса не случится.

У Ягуаров все больше причин подняться в этом году на вершину. Карьера в спорте дала все, ради чего он уехал из родного дома, и он не собирается так просто все потерять.

Захлопнув крышку ноутбука, Грант поплелся к холодильнику за выпивкой. Если сон не идет, надо скоротать время как-то по-другому.

Глава 2

– Черт! Черт! – бормотала Жасмин, пытаясь справиться с большим розовым зонтом, который, впрочем, был совершенно бесполезен. Дождь лил как из ведра, вода, казалось, хлещет со всех сторон, не только сверху, и не только пропитала насквозь джинсы, но и попадала в лицо. Пряди волос намокли, растрепались, норовя залепить глаза, и закрывали обзор. Жасмин прибавила шагу, то и дело поскальзываясь на мокрой мостовой. Прижав к груди сумку, наконец нырнула под козырек над входом в клинику. Отряхнув зонт, миновала автоматические двери и подошла к стойке администратора.

– Здравствуйте, Жасмин, – поприветствовала девушка с доброжелательной улыбкой. – Доктор Уилсон сейчас вас примет.

Жасмин опустилась в кресло, скручивая мокрые волосы в пучок. Капли попадали за воротник, ноги промокли, заныла лодыжка, напоминая о том, что еще не время забыть о травме. Один из сотрудников клиники, проходя через холл, приветливо ей помахал. К ней здесь привыкли, словно она часть интерьера.

Выслушав после краткого осмотра наставления врача, Жасмин покинула кабинет, держа в руке очередной рецепт. Она ненавидела обезболивающие, считая, что те лишь потакают ее слабости. Уилсон в очередной раз коснулся темы посещения психолога. Можно подумать, ее проблемы связаны с головой. Она в своем уме и ничего не придумала, трудности существуют в реальности. Лодыжка больше никогда не позволит подняться на пуанты, а без балета жизнь не имеет смысла. Обхватив себя руками, Жасмин решительно двинулась к администратору.

Как же она скучала по блеску огней на сцене, грому аплодисментов, волнению перед каждым новым выходом. Как же ей справиться, как привыкнуть к мысли о том, что больше этого не повторится? Всякий раз, когда она пыталась представить себе собственную жизнь, перед глазами возникала темнота. Балет – смысл существования, ничто другое ее не увлекает. Жизненный выбор прост: парить или ползать. Очевидно, ее удел – второе.

За окном начиналась буря, вспышки молнии были тому подтверждением. Жасмин с сожалением подумала, что придется ловить такси, иначе промокнешь до нитки. Надо было воспользоваться машиной, которую она время от времени брала у мамы Элис, а не надеяться сэкономить, доехав на автобусе. Сейчас перед ней довольно сложная задача, учитывая то, что общественный транспорт в Мельбурне почти не ходит в такую погоду. Выхода из этой ситуации Жасмин не видела, поскольку ее средств на собственный автомобиль не хватало.

Проклиная всех и вся, она заполнила бумаги и расплатилась наличными из конверта. Она не сразу заметила, что на нем куриным почерком Гранта нацарапано ее имя.

– Жасмин?

Показавшийся знакомым голос заставил ее вздрогнуть. Помянешь черта!..

Посреди холла стоял Грант в спортивном костюме для тренировок. Выглядел намного спокойнее, чем во время их последней встречи, хотя не утратил развязности и высокомерия. Все женщины поблизости бросали на него восхищенные взгляды и громко перешептывались, прикрыв рот руками.

– Не ожидала вас здесь увидеть. – Жасмин старалась говорить учтиво и не выказывать раздражительности, возникшей после первого урока.

– Клиника предоставляет услуги массажиста игрокам моего клуба. – Он подписал протянутую ему администратором бумагу. – Из меня только что выжали все соки.

На губах заиграла дьявольская усмешка. Жасмин пережила подобное, теперь испытывая злорадное удовольствие, что и ему не удалось этого избежать.

– Нытик, – фыркнула она и, обернув несколько раз вокруг шеи шарф апельсинового цвета, приготовилась выйти под дождь.

Грант глухо засмеялся. Именно такой смех вызывает трепет в душе женщины. К сожалению, этот раз не исключение. Жасмин смутилась и принялась ругать себя за несдержанность.

– А вы здесь зачем?

– Старая травма. – Она задержалась под козырьком, оглядела небо и принялась раскрывать непослушный зонт, борясь с порывами ветра. – Я побегу.

Приподняв от удивления бровь, он спросил:

– Вы не на машине?

Его нельзя винить за то, что счел ее сумасшедшей. Какой человек в такую погоду откажется от машины, если она есть? От сырости у нее уже начинало болеть все тело, а после пятиминутной пробежки до остановки станет еще хуже.

Жасмин лишь покачала головой.

– Так я вас подвезу. В такую погоду нельзя ходить по улицам.

Не дожидаясь, пока она примет его предложение, он обогнал ее и направился к стоянке. Жасмин, нахмурившись, посмотрела ему вслед, но, поежившись от холода, двинулась следом. Сейчас даже антипатия к этому человеку не заставит ее отказаться от щедрого предложения.

Грант даже удосужился убедиться, что Жасмин идет за ним. Ей приходилось почти бежать, чтобы не отстать. Вода под подошвами ботинок брызгами разлеталась в стороны. Вскоре автомобиль посигналил фарами, и она поспешила забраться внутрь, желая скорее укрыться от сырости. Капли воды стекали на кожаные сиденья, окна мгновенно запотели от дыхания. Он сел рядом, завел двигатель и включил обдув. Пришлось подождать несколько минут, пока стекло не станет прозрачным. Все это время Грант не сводил с нее глаз.

Ее обычно бледное лицо горело от холода. Щеки приобрели клубничный оттенок, струи дождя изменили ее, сделав еще более привлекательной. Такой потрясающей женщины ему еще не доводилось встречать в жизни.

– Куда ехать?

– В балетную студию. – Она потерла ладони, надеясь немного согреться. – Пожалуйста.

Грант включил обогрев и направил вентилятор в ее сторону. В машине пахло ее туалетной водой, смешавшейся с ароматами дождя. Капли падали с волос и исчезали за шарфом. Гранту это показалось очень эротичным.

– Значит, у вас была травма? – Он намерено сменил тему. – Балет?

– Да. – Больше она ничего не стала объяснять.

Он выехал со стоянки, с удовольствием оглядывая ее профиль. Жасмин посмотрела на него и слегка улыбнулась, на щеках сразу появились ямочки. Грант с трудом отвел взгляд от ее пухлых губ и переключился на дорогу.

– В футболе травмы, вероятно, случаются постоянно. Например, сломанный нос.

Ему показалось или она сказала это намеренно? Большинство девушек ни за что так быстро не определили бы, что у него сломан нос. Еще одно доказательство того, что она не похожа ни на одну из женщин, с которыми ему доводилось общаться за время футбольной карьеры. Она не пользовалась искусственным загаром, намеренно не отбеливала кожу и не манерничала, что почти обязательно для женщин его круга. Жасмин обладала подлинной и редкой красотой. Волосы убраны в аккуратный пучок, внешний вид – воплощенная строгость. В ней не было жеманства, бросалась в глаза природная грация и элегантность. Настоящая прима-балерина.

– Да, носы ломают часто, но не только на поле. Я, например, подрался, когда мне еще не было восемнадцати. Тогда я впервые напился в баре и ввязался в драку.

Совсем недавно эти воспоминания наполнили бы сердце гордостью, словно это обязательный обряд посвящения в мачо, но сейчас стало неожиданно тошно думать об этом. Девушки любят плохих парней, и его часто просили рассказать о том случае. Нельзя сказать, что он никогда этим не пользовался, хотя, возможно, ему не все верили.

– Это было давно.

Грант старался говорить наигранно весело, но Жасмин не так проста.

– Никогда не понимала, зачем мужчины затевают драки. – Она покачала головой. – Чтобы привлечь внимание женщины совсем не обязательно колотить соперника. Вы об этом не задумывались?

– Все было совсем не так.

– Что – не так?

– Я был молод, хотел что-то доказать. Я не всегда был таким.

– Что вы хотите сказать?

Грант не мог подобрать слова. Обычно люди не задавали ему вопросы личного характера, ну, если не брать в расчет интерес к его банковскому счету. Никто не пытался узнать, какой он человек, о чем думает, где родился.

– Я не всегда был ответственным.

– Не сомневаюсь, что вы способны решить собственные проблемы. – Жасмин слегка улыбнулась. – Но научиться этому можно и не примеряя образ мачо.

Может, она видела репортажи, появившиеся на многих каналах после того случая? Тогда за ним несколько месяцев таскались папарацци и выкладывали все отснятое в Сеть. К счастью, средства массовой информации о нем быстро забыли. Звезды спорта ведут себя не лучшим образом и постоянно подбрасывают что-то новое. Гранту стало даже немного обидно, что о нем так скоро забыли, хотя отдельные сюжеты все же периодически появлялись в новостях.

– Мягкотелые в футболе ничего не добиваются.

– Это мне неизвестно, но, кажется, в душе вы именно такой. – Она рассмеялась своим мыслям. – Как грозная собака, которая с удовольствием заваливается на спину, когда ей кто-то собирается почесать пузо.

– Не забывайте, я лучший в своем деле! – не сдержавшись, выкрикнул он. Слова глухо разнеслись в его собственной голове. – Я занимаюсь им не ради успеха.

– А для чего же?

– Ради самой игры.

– И вы не любите побеждать?

– Ну да, люблю. Люблю побеждать. А вы разве нет?

– Все зависит от того, какой смысл вы вкладываете в это слово, Грант.

По ее лицу пробежала едва заметная тень, словно на мгновение приоткрылась плотная завеса, скрывавшая от людей ее истинное «я». Он не успел приглядеться и что-то понять, как его вновь отвлекли звуки ее голоса.

– А почему вы сказали, что не всегда были ответственным человеком?

Неудивительно, что она прицепилась к этому слишком откровенному заявлению. В голове замелькали воспоминания. Грант не любил говорить об этом, никогда ни с кем не делился своими мыслями о том, что его до сих пор гложет чувство вины, ведь он уехал из дома всего через год после смерти мамы.

– Ну, скажем так, я из тех, кто поздно взрослеет.

– Сейчас вы другой? И какой же?

– Я уже сказал. Лучший в своем деле. Не поднимаю лапы, чтобы мне почесали брюхо.

По непроницаемому лицу невозможно было понять ее отношение к сказанному.

Жасмин отвернулась и принялась смотреть в окно.

– Раз вы самый лучший, почему вас интересует мое мнение?

– О чем вы? – Грант свернул за угол, изо всех сил стараясь не сводить глаз с дороги. А ему так хотелось увидеть, с каким лицом она задает этот вопрос. Черт, какое ему до этого дело?

– Простите, не хочу вас обидеть, хотя не понимаю, что особенного в футболе? Игроки передают друг другу мяч, стараются забросить его в ворота. Что в этом сложного и особенного? Это не ракетостроение.

– Жизнь спортсмена не похожа на жизнь обычного человека, нам приходится отказываться от вещей, которые для многих вполне естественны, и делать то, что кому-то покажется странным.

– Разумеется, развлечение в ночных клубах и романы с поклонницами – огромная нагрузка.

– Да, с фанатками бывает тяжело, но я справляюсь. – В этот момент они остановились на светофоре, Грант повернулся и подмигнул Жасмин. – Это помогает тренировать выносливость.

– Вы невыносимы! – воскликнула она, делая круглые глаза.

– Мне часто это говорят.

Ей были неприятны его чрезмерная откровенность и самоуверенность, но по непонятной причине это заставляло забыть о других его отрицательных чертах и даже веселило. Похоже, он всегда стремится выделиться.

Грант не мог не заметить, как она вспыхнула, щеки порозовели, ей было неуютно от его взгляда.

Они выехали на улицу, где располагалась балетная студия. Он непроизвольно все сильнее напрягался по мере приближения. Страх, который он испытывал перед началом занятий, рос с каждой минутой. Уроки балета ассоциировались с давлением, напоминали о том, что к сезону он должен быть полностью готов.

– Благодарю, что подвезли. – Жасмин взяла сумку и приготовила зонт. – В дождь очень неприятно ездить на общественном транспорте.

– Пожалуйста. – Грант кивнул и отвернулся, не в состоянии сдержаться, повернулся посмотреть, как она выходит из машины. Ткань джинсов туго обтягивала ее стройные бедра и ягодицы. Грант сглотнул и улыбнулся. – До завтра.

Жасмин на полном ходу влетела в студию, прижимая розовую спортивную сумку. Грант подождал несколько минут, восстанавливая дыхание, и выехал со стоянки.

Даже не думай об этом!

Сейчас Жасмин желала бы оказаться где угодно, но не в пустом классе. Тишина порождала в голове ненужные вопросы, которые отчаянно мешали думать о работе. Она стояла у станка и медленно вращала ногой, разрабатывая лодыжку. Мышцы и сухожилия протестовали: стоило сделать резкое движение, как ногу пронзала боль. Если бы она могла каждый раз давать чуть больше нагрузки, тогда…

Годы тренировок когда-то позволяли ей идеально стоять на пуантах, сейчас же она с трудом поднималась на мыски. Нога отказывалась ей повиноваться, отказывалась принять задаваемое положение.

Сжав зубы, Жасмин попробовала сделать несколько простых упражнений, когда-то она даже не замечала нагрузки, выполняя их. Получилась плохая имитация того, что было раньше. Как бы она хотела вернуться в прежнюю форму и навсегда покинуть это место, казавшееся свалкой для бывших успешных танцоров. Здесь собрались те, кому переломы не позволяли двигаться дальше, гордость не давала скатиться вниз, а твердость и упрямство запрещали все бросить и искать себя в другой жизни.

Она скучала по тому времени, когда могла танцевать до боли во всем теле, а душа начинала петь; теперь же недостижимость мечты разрывала грудь всякий раз, когда она безуспешно пыталась выполнить очередное па. Когда-то ей казалось, что она неминуемо погибнет, если долго не будет выходить на сцену.

Звуки голосов заставили Жасмин вынырнуть из омута мыслей и оглядеться.

В дверях между классом и комнатой отдыха Грант оживленно беседовал с ее подругой, владелицей балетной студии Элис Джонсон, при этом глядя на Жасмин. Даже на расстоянии в его голубых глазах виднелись вспыхивающие язычки пламени. Он улыбнулся и кивнул, отвечая на вопрос Элис, даже не повернулся в ее сторону. Подавив тошноту, Жасмин пересекла класс и подошла ближе.

– Что же ваша девушка не приходит посмотреть на ваши занятия?

Элис захлопала ресницами, не замечая Жасмин. Та непроизвольно поджала губы. У Элис своеобразное представление о такте.

– У меня нет девушки. – Грант пожал плечами и перехватил взгляд Жасмин.

– А жена есть?

– Тем более нет.

– Как интересно.

Жасмин отвернулась, сложив руки на груди. Подруга накинула пальто и взяла сумку.

– Желаю вам хорошо позаниматься, – произнесла она сладким голоском, выражение лица наводило на мысли о кексе, обильно политом глазурью.

Жасмин посмотрела на Гранта и едва не рассмеялась. Он выглядел как человек, молящий о помощи, словно говоря: «Вытащите меня отсюда». Элис человек твердый, с железным характером, разжалобить ее невозможно. Направившись к двери, она обернулась, подмигнула подруге и подняла большой палец. К счастью, Грант стоял к ней спиной и ничего не заметил.

Несмотря на то что Элис в данный момент была одинока, она попыталась сделать все, чтобы подтолкнуть Жасмин к действиям, как бы та ни протестовала.

– Начнем занятие?

Грант прошел так близко, что она почувствовала аромат его туалетной воды.

– Вы хотите скорее добиться результата.

Она направилась к станку, не сводя глаз со своего отражения в зеркале. Каждый вдох и выдох давались с трудом, казалось, останься она рядом с ним чуть дольше, совсем забыла бы, как дышать.

– Мне каждый раз надо напяливать на себя эти дурацкие штаны? – Грант потянул за тонкую эластичную ткань. – Вот в футболе я могу быть в шортах.

– В вас проснулась скромность? – Жасмин приподняла бровь и ухмыльнулась.

– Да я не за себя волнуюсь.

Она выпрямилась и произнесла голосом строгой учительницы:

– Мне необходимо видеть, как работают мышцы.

Почувствовав, как загорается лицо, она опустила глаза.

– Мышцы? А, ну конечно.

– Надеюсь, вы будете относиться к занятиям немного серьезнее, Грант. Восстановление после травмы – дело нешуточное.

– Господи, вы говорите, как представитель страховой компании.

Похоже, ему доставляет удовольствие смеяться над ней. Ничего, это ей урок, она еще найдет способ ему отомстить.

– Начнем с упражнений для икроножной мышцы.

Грант сделал испуганное лицо и застонал. Можно подумать, она велит ему подняться на гору на одной ноге.

– Соберитесь, Грант. Вам следует запомнить: в балете дисциплина превыше всего.

Она будет самодовольной и строгой – ничего, он это заслужил. Грант сдавленно рассмеялся.

– Не очень-то у вас получается увлечь балетом.

– Вы должны понимать, на что идете и ради чего. – Жасмин мысленно ругала себя за несдержанность. Не стоило пытаться его уколоть. Такой парень не упустит возможности затеять словесную перепалку. Однако слова слетели с языка прежде, чем она успела остановиться. Соблазн поддеть оказался слишком велик.

Грант усмехнулся.

– Никакая сила в мире не остановит меня, если захочу что-то получить.

Она смутилась. От его взгляда по телу пробежала волна жара. Ясно, в список своих желаний он занес и ее. Жасмин поспешила напомнить себе, что это ее работа, ей за это платят, но не могла оторвать взгляд от его лица. Эта кривая ухмылка, горящие глаза. Он действовал гипнотически.

Нет, ни за что. Этот номер у него не пройдет. Она не из пустоголовых фанаток, готовых по первому зову броситься к его ногам.

– Никто не может получить все, что пожелает. Мир не так просто устроен.

Ей ли не знать.

Грант приподнял бровь.

– Увидим.

Казалось, у нее загорелась кожа, взгляд его был настолько острым, что от него стало покалывать кончики пальцев. Перед глазами так некстати стали всплывать откровенные картины.

– Раз уж вы такой упорный, почему бы не направить это на достижение результата во время занятий.

После разминки она дала ему задание у станка.

– Итак, тандю жэте. Ноги в первой позиции, повторяйте за мной. – Она вытянула правую ногу и приподняла вперед, затем вернула ее в исходное положение.

С грацией, доступной футболисту в балетном классе, Грант вывернул носки, вставая в первую позицию, ссутулил плечи и подался всем телом вперед.

Жасмин положила руку ему на плечо и ощутила, как напряжены мышцы.

– Мышцы расслаблены. – Пробежав рукой по рельефной спине и рукам, она помогла ему принять нужное положение. Сердце забилось, как у восторженного щенка. – Теперь медленно поднимайте ногу, пальцы смотрят в пол.

Нога пошла вверх, бедра покачнулись и поменяли положение. Жасмин автоматически хлопнула по ягодице, призывая выровнять корпус, ладонью ощутив стальные мышцы. Что и говорить, такая одежда не может не будить воображение.

Судя по прерывистому дыханию, он тоже не остался равнодушным к ее прикосновению. Она всем телом ощутила поток электрического тока. Сделав шаг назад, велела Гранту выполнять упражнение самостоятельно и включила классическую музыку. Он изо всех сил старался держаться ровно, словно боялся, что она вновь к нему прикоснется.

Вместо этого она хлопнула в ладоши.

– Хорошо, только держите бедра в том же положении, тогда все получится. С тандю жэте начинаются многие упражнения в балете.

Жасмин говорила и не могла остановиться. Этот способ избрало сознание, борясь с нахлынувшим желанием. Господи, у нее так долго не было мужчины, гормоны сведут ее с ума. Такая реакция вполне естественна, Грант совершенно ни при чем. Необходимо сделать перерыв. Срочно.

– Не хотите пить? – Она подошла к столу, на котором стояли бутылки с водой. – Прервемся на пару минут.

Впереди еще полчаса, удастся ли ей так долго держать себя в руках? Жасмин сделала глоток воды и с наслаждением ощутила, как прохладная жидкость проникает внутрь и охлаждает тело.

– А вы никогда не думали сделать балет своей профессией? – раздалось за спиной.

Вопрос застал врасплох, она сделала вид, что выбирает музыку, лихорадочно подыскивая ответ.

– А вы когда-нибудь видели балерину, которая этого не хочет?

– Так вы думали об этом?

– Да. – Она не солгала, но надеялась, что он не будет развивать эту тему.

– И?..

Жасмин закусила губу и вздохнула. Больше всего на свете боялась, что он начнет ее жалеть или, того хуже, захочет помочь. Она всегда сама решала собственные проблемы. Это гарантия того, что никто не навяжет свои идеи, не станет вторгаться в личную жизнь и контролировать каждый шаг.

Как поступить? Сможет ли она постоянно избегать разговора на эту тему? Солгать или открыться?

– Я была солисткой Австралийского балета, – бесстрастно произнесла она. – Вся моя жизнь связана с балетом. Я мечтала танцевать с восьмилетнего возраста.

– Почему же вы бросили?

– Я не бросала. – Во рту неожиданно пересохло. – Попала в автокатастрофу. Повредила лодыжку и стопу. После этого не смогла встать на пуанты. – Жасмин хотела продолжить, но слова застряли в горле. Язык мгновенно стал тяжелым, губы невозможно было разомкнуть. Они не позволяли ей рассказать всю правду о невыносимой боли, душевных муках и стыде, что все так сложилось.

Она не могла говорить об этом даже с лучшими друзьями. Грант молчал, сдвинув брови, отчего на лбу появилась глубокая вертикальная морщинка. Внезапно он подошел ближе и взял ее за руку. От неожиданности она подскочила на месте. Ее рука в его ладони казалась маленькой и хрупкой.

Глава 3

Грант сжал ее ладонь, поражаясь, как тонки и совершенны ее пальцы. Ахнув, Жасмин приоткрыла рот, но промолчала, лишь плотно сжала губы. Пережитые некогда страдания давали о себе знать, и перед глазами вспыхнуло: «Будь осторожна!»

Нахмурившись, она подняла на него выразительные карие глаза и выдернула руку. Он не понимал, почему позволил себе прикоснуться к ней, его будто толкала неконтролируемая внутренняя сила. В этой женщине все безупречно, от аккуратной прически до идеального маникюра со сдержанным розовым лаком. Она обладала достоинством и умением держать окружающих на расстоянии. У него не было намерения вторгаться в ее личное пространство, но., 2 С. Лондон кажется, ей комфортно рядом с ним. Да, пожалуй, его присутствие ее успокаивало, и дело не в сочувствии к трагедии, заставившей уйти со сцены.

– Мне жаль, что так вышло.

– Ну, не больше, чем мне когда-то. Не будем забывать, вы пришли сюда работать. Помните? – Голос ее дрогнул, но она смогла вернуть самообладание. – Займемся делом.

Взволнованный голос и легкий румянец подсказывали – она нервничает. Как интересно. Есть в ней какая-то загадка, определенно она рассказала ему далеко не все. Ему бы очень хотелось проникнуть в ее тайну, помочь избавиться от гнетущей тяжести. Он непременно узнает, что ранило ее душу сильнее, чем крушение планов и надежд.

– Я говорю серьезно. – Жасмин оказалась совсем рядом. – Вернемся к занятиям.

В пространстве между ними сверкнули невидимые искры. Грант отчетливо слышал, как удары в груди глухо разносятся по всему телу. Эта женщина одним взглядом лишала способности мыслить и двигаться. Ему мешал каждый разделявший их дюйм, а единственным желанием было привлечь ее к себе. Жасмин ощущала то же, что и он. Словно пыталась определить, где заканчивается грань, через которую нельзя переступить. С невозмутимым видом она проследовала к станку.

– Сегодня поработаем над тандю.

И встала в первую позицию, ожидая, когда Грант сделает то же самое. Обращая внимание на мельчайшие детали, она продемонстрировала, как сделать упражнение без ошибок, а он завороженно смотрел на ее руки и ноги, мечтая прикоснуться к ней кончиками пальцев или даже губами.

С трудом сглотнул. Она смотрела на него сквозь густые ресницы, будто точно знала, о чем он думает. Черт, она делает это нарочно.

– Ногу вперед.

Грант повторял за ней, боясь случайно коснуться ее мыском. Четкие наставления и звуки музыки немного отвлекали от навязчивых мыслей. Он старался, у него не получалось ничего похожего на то, что делала Жасмин. Она слишком близко, чтобы он мог окончательно успокоиться.

– Еще раз.

Она включила музыку сначала. Одна и та же мелодия из занятия в занятие. Нога привычно пошла вверх, движения уже не казались сложными.

Пока Грант не закончил упражнение, никто не произнес ни слова. Жасмин стояла не шевелясь, сосредоточенно следила за ним. В плавных движениях, легких колебаниях воздуха таилась необъяснимая магия.

Она взглядом скользила по его телу, непонятно, оценивая или просто любуясь.

– Мыски вывернуть больше, – заметила она, подходя ближе, и указала на бедра. – В противном случае вся нагрузка идет на колени.

Ее пальцы почти касались его, тело не преминуло отреагировать, захотелось, чтобы она провела рукой по ноге. Черт, в такой одежде ему ни за что не удастся скрыть эрекцию.

Лицо Жасмин было так близко, что он смог разглядеть цвет ее глаз, они были не просто карими, это было смешение всех шоколадных оттенков: молочного, карамельного, темного какао. Фарфорово-белая кожа без намека на веснушки или шрамы, которых у него в избытке, – сказывались годы, проведенные на поле. Кончиком языка она облизала губы, отчего они стали похожи на бутон розы, покрытой каплями росы.

– Если не уберете руки, я за себя не ручаюсь. – Грант наклонился к ней.

Жасмин вспыхнула и поджала губы.

– Я, к счастью, человек ответственный и не забываю о чувстве долга. – Она убрала руки за спину. – Не мешало бы и вам попытаться.

Проклятие.

Через несколько минут Грант остыл и был готов продолжать. Заняв прежнюю позицию, Жасмин неотрывно следила за ним, словно за большой собакой, выпущенной на поводке на лужайку. Внезапно ногу под коленной чашечкой пронзила боль. Сдерживая стон, он продолжил выполнять упражнение, но не смог должным образом вытянуть ногу.

– Помочь вам? – Она подалась вперед.

Он повернулся к ней и вскинул брови:

– Мечтаю об этом. А еще…

– Если немедленно не замолчите, пожалеете.

В Жасмин Белл проснулась чопорная, строгая классная дама.

Грант захлопнул рот.

– Ложитесь на спину и поднимите ногу вверх. Я помогу растянуть мышцы.

Ему показалось или на ее щеках появился легкий румянец? Присев рядом, она положила руку на заднюю часть бедра и находилась так близко, что он мог свободно наслаждаться полетом фантазии.

К сожалению, мышцы не поддавались, через секунду, тяжело выдохнув, он уже думал только о ноге, не было сил даже возразить Жасмин.

В какой-то момент он похолодел от мысли, что ничего не удастся исправить. Что же будет, если он не войдет в форму и не сможет привести Ягуаров к победе? Если в его жизни не будет футбола, в ней не останется вообще ничего.

Перед занятием с Грантом Жасмин разминалась, выполняя простейшие упражнения из школьной программы. Он пришел раньше и на этот раз выглядел очень привлекательно в кожаной куртке и ладно сидящих джинсах. Встал у входа и принялся подглядывать за ее отражением в зеркале.

Вместо того чтобы выказать неудовольствие, Жасмин решила принять его игру. Положив ногу на станок, продемонстрировала чудесную гибкость. Конечно, он не из тех, кто оценит это в полной мере, но желание подразнить его будоражило кровь. Она еще не вполне пришла в себя после предыдущего занятия, постоянно вспоминая нежность в его голосе, внимательные взгляды, прикосновения. Всего этого было достаточно, чтобы пробудить самые чувственные фантазии. Ведь Жасмин сама чувственность.

Сейчас она ощущала дрожь и невероятное волнение. Что с ней происходит? Покачав головой, заставила себя сосредоточиться. Отойдя от станка, расправила плечи и сделала несколько глубоких вдохов.

Элис добралась до Гранта и направила на него все свое очарование раньше, чем Жасмин смогла выйти в комнату отдыха. Тряхнув роскошными светлыми волосами, Элис кокетливо улыбнулась ему и задержала взгляд. Сила ее обаяния в тот момент была настолько велика, что ее хватило бы на все мужское население города. Жасмин неожиданно стало неприятно, ведь с ней давно не случалось ничего подобного.

– Было бы восхитительно! – воскликнула Элис. – Ты слышала? Грант приглашает нас на игру в пятницу. Будем сидеть в ложе, увидим его на поле.

Жасмин почувствовала, как по телу разливается тепло. Приглашение в ложу – это не просто пара билетов. Щедрый жест, от которого затрепетала душа. Хотя, возможно, Грант просто хотел, чтобы она увидела его в привычной стихии.

– Разве не здорово? – Элис ткнула Жасмин локтем в бок и улыбнулась еще шире.

– Поразительная щедрость.

В следующее мгновение румянец померк, она поняла, что означает для нее это приглашение. В ложе собираются все, кто имеет отношение к футболу, эти люди знакомы, часто встречаются, одинаково одеты, с похожими манерами. Она же принадлежит к миру искусства.

– С удовольствием, только надо проверить, нет ли у меня в это время других дел.

– У тебя их нет, – многозначительно произнесла Элис и вновь толкнула подругу локтем под ребра. – Мы непременно придем.

Жасмин мысленно себя успокаивала. В спорте все демократичнее, не так, как в мире искусства. Однако легче не становилось. Бывший парень постоянно приглашал ее на открытия галерей, закрытые выставки и вернисажи. В том кругу она так и не стала своей. Каждый приглашенный мог позволить себе купить любое выставленное полотно, и Жасмин скорее ощущала себя одним из экспонатов.

– Отлично. – Грант просиял от восторга и задержал взгляд на Жасмин чуть дольше положенного. – Элис дала мне номер вашего телефона, я отправлю сообщение.

– Хорошо, – рассеянно кивнула Жасмин. Ну конечно, чего она ожидала, разумеется, Элис дала ее номер.

На лице Гранта появилась загадочная улыбка. Он развернулся и вышел, представляя, как обе женщины смотрят ему вслед, не сводя глаз с соблазнительных округлых ягодиц.

– Не могу поверить, что ты дала мой номер.

– Я пытаюсь тебе помочь. У него слюни текут, когда он на тебя смотрит, а ты ведешь себя как курица.

– Неправда. Он же почти звезда, у него уйма поклонниц.

– Верно, но смотрит-то он на тебя. Ты слишком упряма, чтобы признать очевидное.

– Я не упряма.

– Дорогая моя, не все парни такие, как Кайл. Грант другой.

– Хватит, не желаю больше слушать.

Она любила Элис, но на этот раз подруга перешла границу. Жасмин не желала, чтобы кто-то подталкивал ее к отношениям с Грантом, тем более она и так чувствовала себя неловко в его присутствии. Этот мужчина притягивал ее, словно магнит. Одновременно она понимала: у них ничего не получится, они из разных миров. Было время, когда она вращалась в обществе богатых и знаменитых, в мире гламура, папарацци, нескрываемой роскоши и обещала себе никогда туда не возвращаться. Впрочем, трудно скрывать от самой себя, что ее тянет к Гранту какая-то неведомая внутренняя сила.

Она стояла в отдалении и смотрела, как он разминается у станка, и, как ни старалась, не могла отвести взгляд.

С самого детства Грант любил время перед началом игры. Некоторые ребята с облегчением вздыхали, слыша звуки сирены, другие с удовольствием прислушивались к шумам трибун. Сам он использовал это время, чтобы подготовиться к противостоянию.

Сейчас он убеждал себя, что нарастающее волнение связано с ответственным матчем, хотя в глубине души осознавал, что причины две: Жасмин и дискомфорт в колене. Сегодня он не позволил ей выжать из него все соки, слишком многое поставлено на карту.

– Черт возьми, ты что-то сегодня сам не свой. – Мощная рука ударила по плечу, звуки зычного голоса разлетелись по раздевалке.

– Хм. – Грант повернулся к товарищу по команде.

Арчер смотрел на него и качал головой. Он был невысокого роста, но обладал силой и всеми необходимыми для спортсмена качествами. Глаза озорно блестели.

– Ты же недавно еле ноги волочил, приятель. Теперь буду называть тебя танцором.

– Эй, эй! – раздался голос тренера.

– А что? – пожал плечами Арчи. – Я думал, может, Грант и с нами поделится опытом. – И хитро посмотрел на товарища, не смущаясь, что едва достает ему до плеча. – Как тебе даются пируэты?

– Тебе это не поможет, Арчи. Даже у станка я вдвое сильнее тебя физически и морально.

– Все-то ты шутишь.

– Ничего страшного, что Грант немного разовьет в себе женственность, – вступил в разговор другой игрок.

– Заткнись.

– А что ты возмущаешься? – подал голос Арчи. – Розовый цвет тебе пойдет.

– Завидуй молча, Арчи. – Грант вспомнил успокаивающие дыхательные упражнения, которые изучил за последний год, и медленно выдохнул, разжимая кулаки. – Я провожу время с красоткой балериной, а ты возвращаешься домой к своей старушке.

Дэн Портер, посмеиваясь, подошел и похлопал обоих по спине.

– С этим не поспоришь, верно, Арчи?

Тот пробормотал себе под нос ругательства и удалился.

В помещении стоял гул, наполняющий воздух потоками энергии.

– Ты действительно какой-то задумчивый. – Дэн сделал большой глоток воды из бутылки.

– Есть о чем подумать.

– Думай лучше об игре, – вмешался подошедший тренер. – В этом сезоне все зависит от тебя, Грант. Есть возможность искупить вину.

– Нашелся проповедник, – пробормотал Грант в спину удаляющемуся тренеру.

– Может, прежде, чем влезать в историю, надо думать, как это отразится на репутации клуба? – заметил Арчи. – Из-за тебя мы провалим сезон.

– А я помню, ты в прошлую игру не забил ни одного гола.

– Как же тут забьешь, если ты постоянно путаешься под ногами. Устроил неразбериху.

Грант со всей силы ударил по шкафчику. Уже почти шесть месяцев он вел себя как пай-мальчик, но, видимо, его ошибки в команде не забудут никогда. Все уверены, что из-за его выходок не смогут стать лучшими в этом сезоне.

Он отказался от всего: от выпивки, шумных вечеринок и даже встреч с фанатками, но им и этого мало. По-прежнему уверены, что в нем причина неудач. Грант никогда не забудет разговор с отцом на следующий день после того, как история попала в прессу. «Ты предатель и пьяница. Ты не мой сын».

– Что ты ноешь, как баба, – вступился за Гранта Дэн и шагнул к Арчи.

Откуда ни возьмись, появился тренер и встал перед Грантом с каменным лицом.

– Не забудь, ты обещал мне победу в этом сезоне, Фарли. Только поэтому я согласился дать тебе второй шанс.

– Так и будет.

– И на этот раз не вздумай ни на что отвлекаться. – Взгляд маленьких глаз стал колючим. – Учти, третьей возможности все исправить не будет.

Это понятно.

Жасмин и Элис подъехали к Мельбурн-Крикет-Граунд заранее, чтобы забрать билеты. Поскольку им предстояло смотреть игру среди элиты футбола, подруги решили, что должны быть одеты не так, как основная масса болельщиков. Они действительно выделялись и на фоне черно-зеленых футболок фанатов Ягуаров и среди поклонников противника, предпочитающих красный и желтый цвета.

Холодный зимний воздух пробирался под пальто Жасмин, от озноба не спасал даже теплый шарф, несколько раз обернутый вокруг шеи. Поежившись, она прижалась к подруге, и они стали пробираться сквозь толпу, пытаясь разглядеть вход со специальной табличкой.

Наконец, следуя указателям, прошли в ложу, предоставляющую великолепный обзор всего поля. И оказались словно в другом мире, вдали от скандирующей толпы, размахивающей флагами и шарфами, поедающей пироги с мясом и пританцовывающей в такт музыке вдали от «настоящих» болельщиков.

Здесь находились мужчины в костюмах и галстуках, женщины в красивых платьях и с сумками, цена которых, наверное, выше ее ежемесячной платы за квартиру. Повсюду звучал смех и приветствия.

– Вот это да, – прошептала Элис, оглядываясь.

Жасмин сняла пальто, перекинула через руку и смущенно поправила изумрудного цвета платье. Дома она несколько раз переодевалась, хотя и понимала, что вряд ли после игры увидит Гранта. Остановившись наконец на этом платье, решила, что оно подойдет больше всего. В последнюю минуту решила надеть бусы из оникса, чтобы немного украсить, в сущности, очень простой наряд.

Здесь Жасмин выглядела еще более странно и чувствовала себя хуже, чем в толпе фанатов. Элис же, напротив, обожала общество людей преуспевающих и богатых. Роскошь давила на Жасмин, ведь она едва наскребла денег, чтобы оплатить счет за электричество. Рядом с элегантными женщинами в шелковых платьях и туфлях на каблуках она ощущала себя неполноценной. Такого с ней не случалось даже в блестящем обществе людей искусства, хотя эти два мира мало чем отличались, в глаза бросалось лишь отсутствие силиконовых грудей и потемневших от искусственного загара лиц. В то время ее сопровождал богатый мужчина – сын крупного финансиста, уверенный, что может распоряжаться ею и контролировать ее так же, как финансовые потоки. Его семья владела состоянием равным бюджету небольшой страны.

Все тогда закончилось очень плохо. Жасмин затошнило от воспоминаний.

– Шампанское, мисс? – Рядом появился официант с серебряным подносом, уставленным бокалами с пляшущими пузырьками.

– Нет, благодарю.

– А я не откажусь. – Элис улыбнулась.

Официант отошел, подруги поспешили занять места у огромного окна. Все кресла на трибунах были заняты, стадион бурлил черно-зелеными волнами, атмосфера накалялась. К счастью, шум не проникал в ложу, здесь слышались лишь приглушенный смех и звон бокалов.

– Я думала, ты тоже что-нибудь выпьешь. – Элис с наслаждением сделала глоток.

Сегодня она уложила волосы в высокую прическу, лишь несколько прядей обрамляли лицо. Гарнитур из серого жемчуга подчеркивал цвет глаз. В отличие от Жасмин она отлично вписывалась в это общество.

– Не могу сказать, что мне очень хочется.

– Ты много теряешь, шампанское отличное.

– Нет желания.

Прищурившись, Элис сделала еще глоток и внимательно посмотрела на подругу. Жасмин улыбнулась, она вовсе не хотела портить никому настроение.

– Один бокал тебе не навредит. За рулем ведь я, так что не о чем беспокоиться.

– Элис, я правда не хочу.

– Пойми, я не стараюсь на тебя давить, просто пытаюсь объяснить, что иногда можно себе позволить расслабиться. Давай, а? Хотя бы иногда ты можешь вести себя так, будто тебе двадцать семь, а не семьдесят два?

– Уверена, и среди семидесятисемилетних есть фанаты футбола.

Подруги рассмеялись и обнялись.

– Придется на обратном пути завезти тебя в дом престарелых.

Ложа постепенно заполнялась. Рядом с ними села женщина в костюме цвета индиго, Жасмин видела ее фотографию на страницах журналов, она была женой одного из Ягуаров. Удушливый аромат духов заставил поморщиться, такой же дорогой и модный, как и туфли от известного дизайнера.

Элис толкнула подругу и кивком указала на проходящую мимо девушку, подругу одной спортивной знаменитости. Красивый загар бросался в глаза, должно быть, она недавно вернулась с Мальдивских островов.

– Давай выйдем на балкон, – предложила Элис. – Мы же не можем всю игру просидеть здесь.

Грудь Жасмин внезапно сдавило, будто кто-то уперся в нее двумя руками, желая выдавить весь воздух. Она прижала к животу сумку, надеясь, что скоро неприятное ощущение пройдет.

Элис допила шампанское, они вышли на балкон.

В воздухе витало волнение и ожидание. Жасмин удалось отыскать два свободных места, как-то сразу стало легче дышать. Накинув пальто, она села и подняла воротник, чтобы укрыться от ветра.

– С тобой все в порядке? – озабоченно спросила Элис.

Вырвавшись из давящей атмосферы ложи, где, казалось, все взгляды были направлены на нее, Жасмин почувствовала себя намного лучше. Впрочем, сейчас она бы предпочла оказаться дома под пледом, читать хорошую книгу и пить горячий шоколад, а не мерзнуть среди разряженной толпы в тонком и слишком простом платье. Однако Элис невозможно отказать. Публика стала постепенно выходить из ложи на балкон. В основном мужчины. Женщины предпочли остаться внутри. Исключением стали лишь несколько молоденьких красавиц с очень длинными волосами и в очень коротких платьях. Они заняли места в первом ряду и принялись хихикать, тыча пальчиками в игроков на поле.

Игра началась. Ягуары выиграли жеребьевку и теперь занимали свои места. Трибуны всколыхнулись, Жасмин заметила, что и сама поддалась общему настроению. С волнением искала Гранта на поле, а после сирены даже вскочила с места.

– Серьезная будет игра, – со знанием дела произнесла Элис. – По итогам последней встречи они несколько очков проигрывают «Санз».

– С каких пор ты стала так интересоваться австралийским футболом?

– С тех пор, как разглядела среди этих парней очень сексуальных красавцев.

– Где же Грант? – Жасмин искала глазами светловолосую голову, поскольку больше с балкона ничего не увидеть.

Игроки на бешеной скорости носились по полю, мяч летал из рук в руки, вскоре она перестала понимать, у кого он.

– Он центральный нападающий. – Элис указала в другой конец поля. – Номер восемнадцать.

Наконец Жасмин удалось разглядеть его и даже увидеть татуировки на руках, во время занятий они были скрыты рукавами футболки. Лицо его выражало крайнюю степень концентрации, это было заметно даже с большого расстояния.

Жасмин невольно поежилась. На поле Грант выглядел очень мужественным и сильным, перемещался с грацией животного, чье имя носила команда, ни одного лишнего движения, все выверено и четко. Легко обходил других игроков, изворачивался, избегая столкновения.

От волнения Жасмин обхватила себя руками. Грант действительно настоящий мужчина.

Мяч полетел в его сторону, он начал действовать. Вскоре, описав в воздухе дугу, мяч приземлился в ворота. Трибуны ревели, свистели, скандировали и размахивали флагами. Жасмин вскочила с места и принялась выкрикивать его имя. Легкие наполнились воздухом, ей стало весело.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.