Беверли Лонг
В западне

BEVERLY LONG

TRAPPED

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме. Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A. Иллюстрация на обложке используется с разрешения Harlequin Enterprises limited. Все права защищены. Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения. Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Trapped Copyright @ 2014 by Beverly R. Long

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав. Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя. Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

Глава 1

Броуди Донован повернулся на своем сиденье и осторожно вытянул ноги. Ему улыбнулась симпатичная девушка, сидящая в кресле неподалеку.

– Ах, какой длинный полет, – заметила она.

Длинный, поздний, а последние двадцать минут их нещадно трясло. Он посмотрел на часы. Времени до пересадки на другой рейс оставалось в обрез.

– Да, – вежливо ответил он и сразу закрыл глаза.

Вступать в разговоры его не тянуло. Хотелось уединения. Он собирался десять дней наслаждаться тишиной и забыть о взрывах бомб, о жалящих осколках и отчаянных взглядах раненых, которых он много лет оперировал. Мечтал забыть о войне и утешать себя тем, что каждый вправе когда-то выйти из игры.

Маршрут оказался непростым, что ничуть его не расстроило. Прямой рейс из Майами в Бразилиа, столицу Бразилии, а затем небольшой самолет за час доставит его на место, где песок белый, вода голубая, а ром холодный.

Благодаря старому приятелю Маку Маккэну ему было где остановиться. Ответная услуга за спасение жизни Хоуп Минноу. Услышав о путешествии друга в Южную Америку, Мак быстренько связался с нужными людьми, и теперь Броуди ждал домик на берегу.

Покой. Короткая передышка, прежде чем реальность и профессиональные обязанности вновь возьмут его в тиски. Нельзя сказать, что ближайшее будущее его пугало. В Сан-Диего триста дней в году светит солнышко, теплынь, так что жаловаться не приходилось. А он работал в одной из лучших ортопедических клиник в стране. Вот только…

Вот только двое его лучших друзей нашли свою любовь, и он острее почувствовал собственное одиночество. Через месяц оба они поженятся. Этан – на Чандлер, младшей сестре Мака. А Мак – на Хоуп Минноу, которая наняла его для защиты, а попутно влюбилась в него.

Хотя надо ему просто порадоваться за Этана и Мака, а не страдать впустую. Не привык он распускать нюни. А что касается его неудачи с женитьбой – то просто так легла карта. Казалось, вот-вот, однако Элли… Ушла и не оглянулась.

Для него настали черные дни. Но он продолжал делать свое дело, хотя порой с трудом мог встать с кровати.

А теперь надо забыть и обо всей этой войне. Времени у него будет достаточно.

И рома тоже.

Броуди открыл глаза, когда шасси коснулось посадочной полосы. Самолет подрулил к терминалу, и пассажиры приготовились к выходу. С трапа они спустились прямо в таможню. Однако ее сотрудники двигались как сонные мухи, и он беспокойно посмотрел на часы. Если пропустит ближайший рейс, придется ночевать в аэропорту.

Миновав таможню, он огляделся в поисках нужного указателя. К счастью, все они были с надписями на испанском и английском. Он припустил бегом, лавируя между престарелыми и юными пассажирами. У стойки регистрации уже никого не было, а контролер билетов уткнулся в свой компьютер. Увидев перед собой молодого смуглого человека, он перевел взор на большое окно.

Броуди проследил за его взглядом. Небольшой самолет еще стоял на месте, однако трап уже убрали. Винт на носу начинал вращаться.

Молодой человек за стойкой сказал в микрофончик на лацкане рубашки:

– Еще один. – Он взглянул на Броуди: – Вы едва не опоздали.

Броуди протянул ему билет и паспорт. Молодой человек застучал по клавишам:

– Извините, сеньор Донован. К сожалению, место за вами не забронировано.

Он знал это. Чартерный рейс. Самолет вмещал максимум восемь человек.

– Если надо, я хоть сидя на крыле полечу. – Теплый песок, голубая вода и холодный ром манили неудержимо.

Молодой человек улыбнулся:

– Думаю, в этом не будет необходимости. – Он открыл дверцу и жестом предложил Броуди пройти. – Счастливого пути!

Броуди пробежал по коридорчику, открыл большую дверь и спустился на бетонную площадку. Близился вечер, и, несмотря на легкий ветерок, дышалось тяжело.

Повсюду царил серый цвет. Серый бетон. Серый самолет. Серое небо.

Вот-вот пойдет дождь. Однако это его не волновало. В этих местах непогода – дело обычное.

Он поднялся по металлическим ступенькам и вошел в салон. Сидящий в носу пилот, смуглый мужчина лет шестидесяти с еще густыми волосами, даже не оглянулся. Второй пилот, голубоглазый веснушчатый блондин лет двадцати пяти, посмотрел через плечо, взял у Броуди билет и показал ему пальцем на свободное сиденье в первом ряду. И этой же рукой задернул штору, отделив нос от пассажирского салона.

Броуди сел на свое место. Все шло хорошо, и не важно, что у пилота его опоздание вызвало легкое раздражение. Всего через час он прибудет на место. Мак даже позаботился о запасе еды в его домике для отдыха. Оставалось только самому там оказаться.

Самолет вырулил на взлетную полосу и стал набирать скорость. Его нос приподнялся, и он оторвался от земли. Воздушное суденышко бросало вверх и вниз, и Броуди, который когда-то служил в военной авиации, уперся одной рукой в борт, а другой схватился за ручку кресла.

– Я тебя предупреждала, – сказала кому-то женщина за его спиной. – А ты никогда меня не слушаешь.

Последовал ответ. От мужчины. Слишком тихий, и Броуди слов не разобрал.

– Ничего глупее мы еще не делали, – добавила женщина, очевидно желая поставить последнюю точку.

Броуди пожалел, что не взял беруши. Он закрыл глаза.

Через пятнадцать минут самолет затрясло не на шутку. Он открыл глаза как раз в тот момент, когда темное небо слева прорезала молния.

За ней последовали новые вспышки.

Он наклонился и посмотрел вдоль прохода. Штора, отделяющая пилотов, сдвинулась, и можно было видеть происходящее. Старший пилот показывал что-то жестами своему молодому напарнику. Судя по всему, что-то их встревожило.

К счастью, у женщины позади обзор был похуже. Иначе она спустила бы всех собак на своего спутника.

Вряд ли был смысл объяснить ей, что молнии самолету не угрожают. Его обшивка отлично проводит ток, поэтому электрические заряды скользят по ней и уходят обратно в атмосферу.

Хотя если она это узнает, то, наверное, слегка успокоится.

Он снова закрыл глаза в надежде, что скоро они покинут грозовой фронт. Но открыл их, когда почувствовал, что самолет теряет высоту. Что за черт? Они быстро снижались. Слишком быстро.

Молодой пилот вышел в проход. Бледный, с потным лицом, он сказал:

– Капитан Романо просил довести до вашего сведения, что нам предстоит вынужденная посадка.

Элли Воллман не привыкла жалеть о своих решениях, но когда самолет начал падать, ее охватил ужас, а в голове замелькали печальные мысли. Миа, дорогая Миа! Как справится маленькая девочка с еще одной утратой? Элли так хотела обеспечить ей достойную жизнь.

Она вспомнила и об отце Такуэро. Он стал ее добрым знакомым, потом работодателем и совсем недавно задушевным другом. Самое главное, что теперь он будет защитником Миа.

И какая же тоска охватила ее при мысли о Броуди Доноване! Единственном мужчине, которого она по-настоящему любила. Как жаль, что ей не довелось с ним еще раз поговорить. Хотя вряд ли он захотел бы ее слушать. Скорее должен ненавидеть за то, что она натворила.

Элли подалась вперед, наклонилась, скрестила руки на груди и приготовилась умирать. Ревел двигатель, ее голову мотало из стороны в сторону. Когда крылья коснулись первых веток, заскрежетал металл, самолет закачался, потом перевернулся раз, а затем и другой.

Что-то ударило ее в голову, над левым глазом. Пристяжной ремень сжал тело. Ее бросило вбок. Ничего не видя, она схватила руками воздух. Внезапно самолет с треском остановился. Она упала вперед, ударившись плечом о следующее сиденье, и ее обожгла острая боль.

Элли подняла голову. Ее мутило, она ничего не видела. Где, черт возьми, это аварийное освещение? Ведь оно должно включаться при авариях. Вокруг темнота хоть глаз выколи. Не видно ничего.

Ее сковал ужас. Может, она ослепла? Может, ее лишил зрения удар по голове? Элли охватила паника, но через несколько секунд она вспомнила о яркой вспышке. Прижимая к боку поврежденную руку, другой она начала шарить по полу, пока наконец не наткнулась пальцами на большую сумку. Подтянула ее к себе и открыла. Внутри была одежда и книги, которые она взяла с собой в дорогу.

Нашлось и еще кое-что. Она вытащила фонарик, включила и сразу поняла, что радоваться нечему.

Ее взору предстала страшная картина. Фюзеляж самолета надломился, всюду торчали обломки и валялось битое стекло. В крыше у хвоста, всего в трех футах от ее кресла, зияла огромная дыра.

Пожилая женщина в соседнем ряду лежала с закрытыми глазами, по ее лицу текла кровь. Ее мужа придавило обломком фюзеляжа длиной фута четыре и шириной в фут.

Они держались за руки. Мужчина поглаживал большим пальцем ладонь женщины, а ее указательный палец легонько постукивал по его руке.

Эта трогательная картина вселяла надежду. Элли была жива. Другие – тоже. Значит, не все потеряно.

Она снова залезла в сумку и достала мобильник. Включила его, не питая особых надежд. Однако отсутствие связи сильно ее раздосадовало. Она бросила мобильник обратно в сумку.

Картина вырисовывалась сюрреалистическая. Как в дешевых фильмах о вселенских катастрофах, когда в живых остается лишь несколько придурков.

Она постаралась взять себя в руки. Это не конец света, и в живых осталась не она одна. Самолет потерпел аварию. Не больше. И не меньше.

Надо было решить, что делать дальше.

Пожилые супруги получили травмы, но прежде чем помогать им, требовалось выяснить, что с остальными. Она посветила фонариком. Впереди сидела женщина. До взлета она увлеченно читала толстую книгу.

Теперь она обняла себя руками и молча раскачивалась взад-вперед. Ее глаза были широко открыты и смотрели в никуда.

– Как вы себя чувствуете? – спросила Элли.

Женщина медленно кивнула, не посмотрев в сторону Элли.

– Как вас зовут? – спросила Элли.

– Памела, – послышался тихий шепот.

– О’кей, Памела, я пойду проверю пилотов. И сразу вернусь.

Элли посветила фонариком вперед. В проходе лежала чья-то винтажная сумка, валялись журналы и разные бумаги, куртка и куски обшивки.

Элли стала пробираться через эту свалку. Когда она собиралась откинуть штору перед кабиной пилотов, Памела едва не натолкнулась на нее сзади. Элли на нее не рассердилась – она и сама ощущала сильнейшую потребность в контакте с другими людьми.

Первый пилот оставался в своем кресле, подавшись вперед к рычагам управления. Второго пилота выбросило из сиденья, и он неуклюже распластался рядом. Слава богу, он двигался и пытался встать. Наполовину поднявшись, он вдруг повалился на бок. Взмахнув руками, он схватился за кресло и осел вниз. – Проклятье, как больно, – проговорил он и потянулся к ноге.

Он поднял руку в крови, и Элли решила, что он серьезно ранен. Она подошла к нему ближе.

Пилот поднял штанину, из его ноги торчал обломок кости, текла кровь. На опытный взгляд Элли, дело обстояло намного хуже.

– Не двигайтесь, – вырвалось у нее.

– И не получится, – процедил пилот сквозь зубы. Он повернулся к своему командиру и с мольбой в голосе промолвил: – Капитан Рамано…

Первый пилот простонал, однако не двинулся и не поднял головы.

Оба они были серьезно травмированы.

– Вы можете вызвать помощь? – Памела, очевидно еще не поняла, как сильно они ранены.

Молодой пилот, к его чести, пощелкал переключателями.

– Ничего не работает, – через силу промолвил он. – Связи нет. – Он вытащил из заднего кармана мобильник и включил его. – Нет сигнала.

– Хорошо, – с деланым спокойствием сказала Элли.

– Ничего хорошего, – возразила Памела. Ее голос в узком пространстве прозвучал слишком громко. – Пахнет керосином. Мы можем взорваться. Надо отсюда выбираться. Быстрее.

Элли повернулась и произнесла твердым голосом, который всегда успокаивал ее десятилетних учениц:

– Выберемся. А сейчас возьми себя в руки и слушай меня. Надо помочь остальным пассажирам.

Памела поджала губы. Потом вдруг развернулась и махнула рукой:

– А как насчет него? – Она указала на переднее кресло. – Он не поможет?

Элли забыла о пассажире, который едва не опоздал к вылету. Она заполняла свой дневник и увидела его уже сидящим в кресле. Краем глаза заметила лишь широкие плечи и светло-зеленую рубашку.

Она повернулась к молодому пилоту и тяжело сглотнула:

– Я вам помогу. – Она не знала толком как, но что-то надо было делать. – Но сначала мне надо посмотреть, что с другими пассажирами. – Потерпите немного?

Он кивнул и закрыл глаза.

Элли повернулась и прошла мимо Памелы. Она посветила фонариком. Мужчина с переднего ряда вывалился со своего кресла. Судя по всему, его ремень не выдержал, и он упал на пол. Теперь он лежал под обломками обшивки. Виднелась его рука, нога и часть туловища.

Элли посветила на него. Он тяжело дышал.

Живой. Он шевельнул ногами, а потом и руками. – Осторожнее, – сказала она. – Вам придавило спину.

Мужчина замер.

– Сейчас мы это уберем. – Она повернулась к Памеле. – У меня действует только одна рука. Хотя вдвоем мы справимся.

Но кому-то надо было держать фонарик, потому что в темноте у них ничего бы не получилось. Она шагнула к пожилой пассажирке. Теперь ее глаза были открыты. Полны тревоги.

– Меня зовут Элли, – представилась она.

– А я – миссис Харди. Беатрис Харди. Надо помочь моему мужу.

– Помоги, Беа, – промолвил он. – Мне не двинуться.

Примерно то же говорил второй пилот.

– Я им займусь, – пообещала Элли. – Но сначала надо помочь мужчине впереди. Посветите нам фонариком. Можете его подержать?

Пожилая пассажирка отстегнула ремень, встала и взяла фонарик. Они вернулись в нос самолета. Элли и Памела начали вместе помогать мужчине, а придавивший его кусок обшивки убрали прочь. Он оказался весьма тяжелым, а Элли держалась правой рукой за бок и двигалась с трудом. Шея и плечо сильно болели, ее подташнивало.

Наконец они высвободили мужчину. Она слышала, как он устраивается на своем кресле, однако в полумраке плохо его видела. Элли посветила на мужчину впереди, прямо ему в глаза.

– Эй! – Он прикрыл лицо ладонями.

Она выключила фонарик. И мгновенно забыла о своих травмах.

Только что она вспоминала о Броуди – и вдруг увидела его прямо перед собой.

И услышала его голос.

Она глазам своим не верила. Испытала шок. И боль. У нее дьявольски заныло плечо. Но зрение ее не обманывало.

О нет. Она хорошо помнила этот подбородок.

– Броуди? – спросила она прерывающимся голосом.

Знакомый подбородок приподнялся, и он взглянул прямо на нее карими глазами. Осмотрел ее сверху донизу. Несмотря на полумрак, хотя он не мог ничего толком разглядеть, ей захотелось куда-нибудь убежать и спрятаться. Тринадцать лет прошло. А казалось, все было вчера.

– Добрый вечер, Элли, – натужно проговорил он. – Еще одно подтверждение: как бы плохо нам ни было, всегда может быть еще хуже.

Глава 2

Он тотчас же пожалел о своих словах. Все эти годы Броуди думал о тысячах вещей, которые хотел сказать Элли, если их пути снова пересекутся. И произнесенная им фраза в это число не входила.

У него совсем упало настроение, когда она сокрушенно вздохнула. Он уже собирался извиниться, когда она шагнула к нему:

– Это Памела. Мистер и миссис Харди, обоим за семьдесят. Всего пятеро пассажиров. Два члена команды. У второго пилота открытый перелом ноги, а первый едва не теряет сознание, и у него повреждена голова. Связи нет.

Точный и лаконичный доклад не прояснял, однако, как она оказалась на борту.

Черт, у него так болела голова. Когда самолет стал крениться, вещи начали летать по салону и что-то сильно его ударило. На некоторое время он потерял сознание. А придя в себя, услышал, будто в сладком сне, голос Элли. Когда она подошла ближе, чтобы высвободить его из-под обломков, он почувствовал ее пьянящий аромат и едва не потерял сознание снова. Что-что, а ее восхитительный запах никогда ему не снился.

Затем она произнесла его имя, и он едва не выпрыгнул из собственной кожи.

Сколько раз прежде она его окликала: «Броуди?» Своим густым голосом, немного ниже, чем у большинства женщин. Сначала он звучал дружелюбно. Потом страстно, причем весьма скоро. И радостно, как ему тогда казалось. Наверное, этот голос наполнился сожалением, когда она уходила, но об этом ему узнать не довелось. Она лишь оставила записку.

А сейчас было не самое подходящее время для выяснения подробностей. Ему следовало заняться тем, что он умеет лучше всего.

– Еще кто-то ранен? – спросил он.

Женщина рядом с Элли шагнула вперед:

– Нам надо вылезти отсюда. Вы должны нам помочь.

– Вы ранены? – переспросил он.

– Нет. То есть думаю, что нет. Нам надо идти. Самолет может взорваться.

Элли представляла эту пассажирку. Как же ее зовут?

– Памела?

– Да.

– Посидите минутку не двигаясь. – Он повернулся к Элли: – Я слышал, ты говорила что-то о своей руке?

– Ничего страшного, – промолвила она, не обращая внимания на боль. – А что с тобой?

Он встал, стараясь не стукнуться головой о клочья обшивки.

– Передвигаться могу. Сначала осмотрю членов экипажа.

Она шагнула назад, чтобы дать ему пройти. Оставалось только поблагодарить ее за это. Его нервы были на пределе. Когда второй пилот предупредил о вынужденной посадке, он приготовился к гибели. Прочитал молитву, мысленно поблагодарил за все родителей и лучших на свете друзей Этана и Мака. И подумал об Элли, которую любил и неизвестно почему потерял.

– Мне нужно немного света, – сказал он.

Она протянула руку, и он взял фонарик, стараясь не дотрагиваться до ее пальцев.

Молодой пилот сидел в своем кресле и потянулся к нему.

– Меня зовут Броуди Донован. Я врач.

– Слава богу, врач, – процедил сквозь зубы молодой человек. – Надеюсь, вы не извлекаете младенцев на свет божий.

– Хирург-ортопед, – сказал Броуди.

– Мой самый счастливый день! – промолвил пилот.

Броуди был не вполне в этом уверен. Он с первого взгляда понял, что у молодого человека перелом берцовой кости.

– Как вас зовут?

– Ангус Бейфилд.

– Ангус, я хочу тебе помочь, но сейчас мне надо, чтобы ты не двигал ногой. – Когда кость сломана и торчит из кожи, другой ее конец находится в теле и может повредить вены и артерии. Надо было скорее остановить небольшое пока кровотечение. – Я быстренько осмотрю остальных, – промолвил Броуди. Он долго работал в зоне боевых действий. Прежде всего требовалось установить очередность оказания медицинской помощи. – Есть ли на борту еще фонарики и аптечка первой помощи?

Пилот показал на большой фонарь, чудесным образом по-прежнему висевший у борта. Броуди потянулся к нему, отстегнул ремешки и включил. Все осветилось намного лучше, чем маленьким фонариком Элли.

Часть обшивки наверху вместе с проводами свисала внутрь. Лобовое стекло потрескалось, и через него ничего не было видно.

Он почувствовал движение за своей спиной и обернулся. Это была Элли. Он протянул ей маленький фонарик.

– Я посижу с Харди, – сказала она.

– Я подойду к ним через минуту.

– Сэр, – сказал Ангус, – аптечка находится под сиденьем капитана.

Броуди достал алюминиевый ящичек. Держа в одной руке фонарик, открыл крышку и исследовал содержимое. Все необходимое. Бинты. Марля. Пропитанные спиртом губки. Ибупрофен. Антисептики. Антибиотики. Пластырь. Ножницы. Несколько пар перчаток.

Броуди взглянул на первого пилота. Он все еще не до конца пришел в себя. Отодвинулся от рычагов и сидел почти прямо. Выглядел неважно. По его лицу текла кровь из рваной раны на голове, очевидно от сильного удара.

– Я врач, – мягко сказал Броуди, – и могу вам помочь.

Он взял пилота за запястье и проверил пульс. Ровный. Может, чуть-чуть редкий, но не критично. Надо было остановить кровотечение.

– У вас рана на голове. Еще где-нибудь болит? – спросил он.

Пилот очень медленно покачал головой. Броуди ему не поверил. Скорее всего, раненый даже не осознавал, что он пилот и что его самолет потерпел крушение в джунглях Амазонки.

Броуди повернулся ко второму пилоту:

– Черт возьми, что произошло?

– Толком не понял. Вроде электропроводку замкнуло. Двигатель терял обороты. Капитан Рамано делал все возможное, чтобы мы не перевернулись.

Сам капитан Рамано не добавил к их диалогу ни слова и тем самым лишь убедил Броуди, что серьезно ранен.

– Молния?

– Не думаю. Мы с капитаном Рамано не раз летали через грозу, и с нами никогда ничего не случалось.

– Вы успели подать сигнал бедствия?

– Да. Хотя не уверен, что нас услышали. В дождь и в лесу самолет трудно разглядеть даже на спутниковых снимках.

Наверное, он прав. Мокрые ветки накрывают их как пологом, и это сильно затруднит поиски. Но сейчас главное другое.

– Я скоро вернусь, – сказал Броуди.

Памела сидела в первом ряду и посматривала на дверь, словно намереваясь поскорее выбраться из самолета. А ему идея бежать куда-то пришлась не по душе.

– Памела, мне нужна твоя помощь, – сказал он.

Женщина не ответила, но поднялась. Он вернулся с ней в кабину пилотов, снова открыл аптечку и распечатал пакет с марлей. Затем подвел ее к пилоту:

– Замотай эту рану как можно плотнее. Сможешь, Памела?

– Я боюсь крови.

Этого он и опасался. Броуди протянул Памеле пару перчаток из аптечки. Она поколебалась и надела их.

– О’кей. Забинтуй рану и не уходи, пока я не вернусь.

Он посветил фонариком впереди. В хвосте небольшого самолета Элли опустилась на колени перед пожилой парой. Ее волосы оставались темными, но были подстрижены короче, чем в колледже, когда они падали ей на плечи. Он видел ее тонкую шею, ее ключицы.

Элли всегда была стройной. И достаточно сильной тоже. В кафе, где она работала, подобралась команда волейболистов, и по воскресеньям они играли, а он любил за ней наблюдать. Она изящно блокировала удары, и мяч отлетал прямо в лицо сопернику.

Сейчас она вытянула руку и похлопывала по плечу миссис Харди, которая непрерывно тараторила. Другую руку она прижимала к своему боку.

Услышав его шаги, она посторонилась.

Пожилая пассажирка взглянула на него:

– Муж говорит, что у него ничего не болит, но он не может двигаться. Пожалуйста, помогите ему. Вы должны ему помочь. Мы хотели отпраздновать в путешествии золотую свадьбу. Он…

– Сделаю все, что в моих силах. – Броуди посмотрел на ее щеку. Из неглубокой раны текла кровь. – Но мне нужна ваша помощь. Вы не могли бы встать и пройти в другую часть самолета? Мне понадобится ваше содействие.

Получив указания, женщина замолчала. Она поднялась с кресла и встала рядом с Элли. В этот момент он понял, что лицо у Элли тоже в крови. А в ее глазах застыла боль.

Он шагнул к ней.

Она отпрянула.

– У тебя идет кровь, – сказал он.

– Ерунда. Помоги сначала другим.

Он еще раз посмотрел на рану у нее на лбу. Повреждения на голове всегда сопровождаются сильным кровотечением, и это не стало исключением. Надо было срочно что-то сделать. В ране могли остаться осколки стекла. Он быстро посмотрел в темные глаза Элли. Зрачки в размере не изменились.

– Сначала займись мужчиной, – сказала она.

– Хорошо. Но потом осмотрю твою руку.

Она кивнула.

Он сел в кресло миссис Харди, очень неудобное. Затем сбросил мусор с ее мужа. Положил ладонь ему на спину и постарался успокоить.

– Сейчас не двигайтесь, – сказал Броуди. Он пробежался рукой по спине старика. – Не больно?

– Нет. Эта штуковина, слава богу, ударила меня не сильно.

– Отлично. Попробуйте сесть. – Старику повезло. В его возрасте трудно восстановиться после тяжелой травмы. Когда он выпрямился, Броуди проверил его пульс, а затем, посветив фонариком, посмотрел зрачки. Все было в порядке.

Броуди поднялся. Как ни удивительно, в результате аварии никто не погиб.

Он постарается как можно лучше зафиксировать ногу пилота. Увы, такую рану легко обработать в операционной, но здесь она представляет гораздо большую опасность, когда потеряно время и нет стерильных инструментов. А влажность в этой части света способствует распространению бактерий.

Он увидел, что Элли вернулась в кабину пилотов. Она говорила с Ангусом, стараясь его успокоить.

Элли увидела, как Броуди направился в хвост самолета, и спросила:

– Что ты решил?

– Хорошо, что с миссис и мистером Харди все в порядке. Скорее всего, за ночь боль у них утихнет. А для Памелы главное не убежать в мокрый лес. Мне надо посмотреть твое плечо.

– У меня все хорошо.

Он покачал головой. Еще занимаясь мистером Харди, он понял, что у нее скорее повреждено плечо, а не рука.

– Элли, пожалуйста, не упрямься. Мы напрасно теряем время. Надо срочно помочь Ангусу, а ты одна сохранила способность мыслить логически. И мне нужны две твои здоровых руки.

Эти доводы оказались убедительными. Разве могла она ему помешать, когда нужно срочно оказать помощь другим раненым?

Он положил ее фонарик и подошел к ней ближе. Их разделяли несколько дюймов, и он вспомнил, как приятно было когда-то чувствовать подбородком прикосновение ее головы. Он глубоко вздохнул, положил руку ей на плечевой сустав и осторожно его ощупал.

– У тебя вывих, – сказал он.

– Порвался мой предохранительный ремень, – объяснила она. – Я слетела с места и ударилась плечом о соседнее кресло.

– В этот момент ты вывихнула руку в плече. Я вправлю кость на место, но тебе будет больно. Возможно, очень больно.

Она кивнула:

– Делай что нужно.

Глава 3

Броуди поднял ее руку повыше, а затем сильно дернул и вправил сустав на место.

Элли тихо охнула. Хотя даже здоровые сильные парни в такие моменты часто просто визжали.

– О’кей? – спросил он.

– Прекрасно, – выдавила она.

Он слегка улыбнулся:

– У капитана могут быть внутренние повреждения. Наверное, он сильно ударился о приборную доску. Я забинтую ему голову, но сначала займусь ногой второго пилота. К несчастью для Ангуса, у нас нет льда и уменьшить опухоль будет трудно. Его ногу нужно зашить, но в аптечке нет ни иголок, ни ниток. С головой капитана Рамано та же ситуация. Рану надо зашить.

– У меня есть швейный набор, – заметила Элли. – Правда, совсем маленький. Подарили на конференции два года назад, и с тех пор я вожу его с собой в сумке.

Что ж, лучше чем ничего. Швейные иголки не столь острые, как хирургические, но в такой ситуации вполне сгодятся. Надо только их и нитки стерилизовать антисептиком из аптечки. Не лучший вариант, но оставлять раны открытыми нельзя.

– Пожалуйста, достань свой набор, – попросил Броуди.

Она залезла в сумку и вытащила небольшую пластмассовую коробочку с тремя иголками и шестью катушечками ниток.

– Чем еще тебе помочь?

Он вспомнил, как она бледнела во время его рассказов о хирургических операциях, за которыми они наблюдали во время учебы.

– Там будет кровь, – предупредил он.

– Ничего страшного. – Она тяжело сглотнула.

Он внимательно на нее посмотрел. Такая же, как раньше. И в то же время другая. Хотя задумываться об этом не было времени, и он отбросил все лишние мысли. Ведь рядом раненые. Ими и надо заняться в первую очередь.

– О’кей. Освободи немного места в проходе. Больше нам заняться этим негде. Еще мне нужно… – Он замялся. Потом увидел то, что требовалось. Из кармашка на спинке кресла мистера Харди торчала пачка газет. Броуди взял одну и протянул Элли: – Когда уберешь мусор, положи это на пол.

Надо было чем-то еще промокнуть кровь, если ему не повезет и обломок кости порвет вену или артерию.

– Как же мне не хватает скальпеля! – тяжело вздохнул он.

Миссис Харди показала на большую сумку, свисающую с полки над креслами:

– У меня в косметичке есть ножик. Контролеры в аэропортах никогда его не находили.

Броуди подумал, что контролеры видели ножик на своих дисплеях, но не хотели вступать в пререкания с миссис Харди. Он открыл сумку. Косметичка миссис Харди лежала в карманчике на молнии. Изящный ножик, спрятавшийся между тюбиками губной помады и баночками с пудрой, приятно его удивил. Он ожидал увидеть нож для масла или в лучшем случае перочинный. Но миссис Харди возила с собой инструмент получше – с лезвием не меньше трех дюймов. Такой нож мог стать и опасным оружием.

Броуди перевел взгляд с ножа на миссис Харди и обратно:

– А меня заставили выбросить четыре унции крема для бритья.

– Пожилой возраст дает женщине кое-какие преимущества.

Броуди осторожно провел лезвием по ладони. Нож оказался острым и вполне мог послужить скальпелем.

– Спасибо, – поблагодарил Броуди и направился в нос самолета.

Ангус сидел запрокинув голову назад. Оба пилота закрыли глаза. Памела с беспокойством за ними наблюдала и старательно прижимала кусок марли к ране на голове капитана.

– Как он? – спросил Броуди.

– Не знаю. Я не врач, – буркнула она.

– Действуешь отлично. Похоже, кровотечение остановилось. Можешь возвращаться в свое кресло.

После Ангуса надо будет помочь капитану Рамано. Он похлопал молодого пилота по плечу. Ангус открыл глаза:

– Так это не сон?

Броуди покачал головой:

– Увы, нет, дружище. Как только мы обработаем твою ногу, почувствуешь себя лучше. Обещаю.

Он помог Ангусу подняться с сиденья. В тесноте они действовали предельно осторожно, однако Ангус все же задел за что-то сломаной ногой и взвизгнул от боли, как раненая собака.

Молодой человек обнял Броуди, и они стали медленно двигаться в пассажирский салон. Пилота уложили на пол. Ангус не отличался крепким сложением, но заполнил собой весь проход. Он держался из последних сил. Чтобы помочь несчастному, надо было причинить ему боль. Ситуация складывалась как на фронте, однако у них не было даже дешевого виски, чтобы облегчить страдания больного.

Элли расположилась с одной стороны, Броуди – с другой, оба втиснулись в узкое пространство между креслами и стояли на коленях.

Она видела, как исказилось от боли лицо Ангуса, и посмотрела на Броуди:

– Ему повезло, что ты оказался в самолете.

Броуди промолчал.

Не дождавшись его ответа, она поняла, что юноши, которого она любила, больше нет. Рядом с ней находился совсем другой человек, не считавшийся с правилами вежливости.

А раньше Броуди Донована отличала галантность. Они познакомились, когда он учился на первом курсе медицинского института. Уже через час общения он ее очаровал, причем ничуть не красуясь, просто был приятным молодым человеком. Она потягивала коктейль в баре, и он заглянул туда в компании друзей. Предложил ей прогуляться, что весьма ей польстило.

Тем не менее она отказалась. Вбила себе в голову, что такие мужчины не в ее вкусе. Но он не отступился. Наконец она согласилась, решив, что может выйти неплохой роман на каникулах. К ее изумлению и радости, так и получилось. Они легко нашли общий язык.

Любили одни и те же фильмы, даже их кулинарные предпочтения совпадали, они в такт шутили и смеялись. Ее не удивило, что в начале учебы он получил высшую степень отличия для бойскаута – значок «Скаута-орла» – и стал президентом выпускного класса в средней школе. Как-то он между делом сказал, что его отец пишет романы. И она с запозданием сообразила, что Ларри Донован – автор остросюжетных триллеров – отец Броуди. И уже не удивилась, узнав, что его мать – известный ученый и работает в НАСА.

Броуди был ни на кого не похож.

Окончил с отличием медицинский институт и поступил в ординатуру. Всем казалось, что он нашел свою дорогу в жизни.

Его все любили. И она тоже. Поэтому оставить его оказалось необыкновенно трудно.

Броуди взял швейный набор, продел в иголку темно-голубую нитку и положил на развернутую газету.

Он разорвал два пакетика с антисептическими салфетками, протянул ей пару перчаток, а другие надел сам.

– Ангус, я хочу установить твою кость на нужное место. Но для этого мне придется сделать небольшой надрез. К сожалению, у меня нет сильных обезболивающих, и тебе придется непросто. Постарайся не двигать ногой. Сделаешь это ради меня?

Броуди говорил ровным, успокаивающим голосом.

Ангус кивнул.

– Элли, вытри эту кровь, – таким же тоном произнес он.

Она взяла антисептическую салфетку и осторожно протерла кожу вокруг раны, чтобы Броуди лучше видел место операции. У нее к горлу подступала тошнота.

– После этого можно будет зашить рану и наложить шину. И ты начнешь выздоравливать. Хорошо звучит, верно, Ангус? – спросил Броуди.

Пилот слабо кивнул.

– О’кей. – Броуди вытер нож двумя антисептическими салфетками.

Точным коротким движением он сделал небольшой надрез на ноге Ангуса. Молодой пилот дернулся, простонал, однако ногой не двинул.

После этого Броуди двумя руками надавил на сломанную кость и вправил ее на место.

– Все идет хорошо, – улыбнулся он Ангусу.

Молодой человек кивнул и закрыл глаза.

Когда кость заняла нужную позицию, Броуди поднял взгляд на Элли:

– Протри иголку и нитку антисептическими салфетками.

Она исполнила приказ и протянула ему иголку.

– Спасибо, – автоматически проговорил он. – Тебе надо осторожно надавливать на края раны, чтобы я смог ее зашить.

Сначала все шло хорошо. Сшивать рану оказалось несложно. Трудности возникли, лишь когда очередь дошла до пробитой костью кожи. Тем не менее в конце концов Броуди удовлетворенно положил иголку на газету. Рану зашили, и кровотечение прекратилось. Он открыл тюбик с антибактериальной мазью и нанес ее тонким слоем на шов. Потом закрыл его марлей и плотно забинтовал.

Броуди снял перчатки, бросил их на газету и похлопал Ангуса по плечу:

– Все в порядке.

– Спасибо, – прошептал молодой человек.

Элли и без всякого медицинского образования поняла, что операция проведена блестяще.

– А что дальше? – спросила она.

– Надо найти что-то для фиксации кости, чтобы она начала срастаться.

Его взгляд остановился на темной сумке миссис Харди. Она оставалась открытой после того, как из нее достали нож. Сумка была на колесиках, с прочной ручкой. Он провел по ней рукой и затем посмотрел на миссис Харди, которая наблюдала за всей операцией.

– Это можно было бы использовать, – сказал он.

Миссис Харди спорить не стала:

– Берите все, что нужно.

– Это не так просто. Очень не хочется, но сумку надо разорвать пополам. Мне понадобятся два стержня, которые ведут к ручке.

Миссис Харди лишь пожала плечами. Разве можно беспокоиться о какой-то сумке после того, как они выжили в авиакатастрофе?

Броуди разрезал ножом сумку, обнажив стержни, кончиком ножа вывернул винты. Наконец стержни были освобождены. Он поднял голову:

– Мне нужно несколько полосок ткани.

– Молодой человек, у меня есть несколько футболок, – заметил мистер Харди. Он показал на небольшую сумку рядом, которая перед этим почему-то улетела в нос самолета.

Броуди открыл ее и достал несколько светлых футболок. Разорвал одну на полосы, а двумя другими обмотал металлические стержни.

После этого он уложил их нужным образом на ногу Ангуса. Металлическая пластина оказалась под ступнями пилота.

Броуди тщательно примотал стержни к ноге. Потом он сел и стал осматривать сделанное. Элли решила, что он доволен своей работой. Он похлопал Ангуса по плечу:

– Мы поможем тебе подняться. Сядешь в кресле в последнем ряду, чтобы нога оставалась вытянутой.

Переместить Ангуса оказалось непросто, но общими усилиями его подняли с пола и перенесли в кресло. По лицу молодого человека, когда его устроили на месте, стекали капли пота.

– Спасибо, док, – промолвил он.

– Пожалуйста, – улыбнулся Броуди.

– Меня беспокоит капитан Рамано. По-моему, дела у него неважнецкие.

– Не тревожься, – успокоил пилота Броуди. – Займусь им после тебя. Сначала надо слегка приподнять твою ногу. Лежи спокойно. – Он взял с пола несколько журналов и подложил их под ногу Ангуса. Затем вытащил из аптечки пакетик ибупрофена. – Прими две таблетки. Станет полегче.

Элли достала из своего рюкзака бутылку воды, которую купила в аэропорту у стойки регистрации, и протянула Ангусу.

Молодой человек приподнялся на локте и сделал большой глоток.

– Лучше оставь немного воды на будущее, – предупредил его Броуди.

Пассажиры переглянулись. В его словах они услышали предостережение. «Мы можем пробыть здесь некоторое время, но без воды нам придется туго».

Памела взяла слово первой:

– Нам надо будет что-то есть и пить. Попробую этим заняться.

Все посмотрели на Броуди. Волей-неволей он стал их лидером.

– Хорошая мысль, Памела, – согласился он. – Надо вытащить все из сумок и провести инвентаризацию. На всякий случай, – добавил он.

Прозвучало оптимистично, решила Элли. Она несколько лет прожила в этой части света. Самолеты редко терпят аварии в джунглях, но, когда это случается, на их поиски порой уходят недели.

– Надо зашить рану на голове капитана Рамано, – сказал Броуди.

Элли тяжело сглотнула. Она видела эту рану.

– Тебе помочь? – выдавила она из себя.

Броуди покачал головой:

– Сам справлюсь. Может, лучше обработаешь порезы на лице миссис Харди?

– Конечно. – Такой поворот событий ее вполне устроил.

– Если там будут осколки стекла, не трогай, я сам их уберу.

Но осколков в ранках миссис Харди не оказалось. Элли протерла их антисептическими салфетками, смазала мазью с антибиотиком и наложила небольшую повязку. Оказать первую помощь ей не составило труда. В школе часто кто-то расцарапывал коленки или локти.

Она уже почти закончила, когда миссис Харди повернулась к ней:

– Вы с доктором Донованом знакомы?

– Ах… а почему вы спрашиваете?

– Ну, не хочу выглядеть любопытной старой леди, но я слышала его слова. Он не очень обрадовался встрече с вами. А вы удивились, когда его увидели.

– Мы знали друг друга много лет назад. – Встречались. Любили. Она подумала, не солгать ли. Но некоторое время назад дала себе слово не избегать правды. – Мы были обручены. Но я решила, что брака не будет.

– Боже милостивый.

Да уж.

– Буду весьма признательна, если вы сохраните эту информацию в тайне. У нас здесь других дел хватает, и сплетни нам ни к чему.

Миссис Харди кивнула:

– Быть молодой не просто.

Да, тогда она была слишком юной и, возможно, незрелой. Но поступила правильно. Так было лучше и для Броуди.

Он вернулся из кабины пилотов.

– Как там капитан Рамано? – спросила она.

– В сознании. Я обработал и зашил его рану. Подозреваю у него сотрясение мозга и беспокоюсь, нет ли внутренних повреждений.

Она осмотрелась. Остальные пассажиры собрались вокруг Ангуса и тихо переговаривались.

– Если ты прав и у него внутреннее кровотечение, он не переживет эту ночь, – предположила она. – Буду за ним наблюдать. А сейчас нам надо заняться этим. – Он показал на дыру в верхней части фюзеляжа. Казалось, сильный удар разрубил обшивку. Но неровно, края отверстия свисали металлическими клочьями.

– Надо будет это закрыть, но сначала я хочу выглянуть наружу и осмотреться. Мне надо на что-то встать.

– В шкафчике впереди есть несколько коробок, там висят куртки пилотов.

– Пустая коробка не подойдет.

– Они не пустые.

Он подошел к шкафчику, отбрасывая ногами мусор. Открыл дверцу, внутри лежали две коробки. Он поднял одну. Тяжелая.

– Что там, черт возьми? Цемент?

– Книги, – сказала Элли.

Броуди поставил коробку под дырой в фюзеляже. Пол был влажный, вода продолжала капать сверху. Он взял вторую коробку:

– Надеюсь, тебя не тревожит, что они промокнут?

– В таких обстоятельствах, думаю, переживу, – сухо заметила она.

– Люди многое способны пережить, – промолвил он, ни к кому особенно не обращаясь. Он встал на коробки и осторожно выглянул наружу. Капли дождя падали ему на лицо и плечи. Стояла темнота, сильно пахло мокрой листвой. Он поднял руку и посветил фонариком вокруг.

Деревья. Много деревьев. Броуди повернулся, осторожно двигая ногами, чтобы не потерять равновесие. Со всех сторон было одно и то же. Посветив фонариком, он увидел, что самолет ударился о деревья, сломал несколько веток и потом упал на землю в джунглях. Теперь над ним повисли кроны деревьев высотой в семьдесят или восемьдесят футов.

Ангус был прав. Поиски их самолета окажутся непростыми.

* * *

Элли не сразу осознала, что затаила дыхание, пока Броуди осматривал окрестности. Когда его голова и торс снова оказались внутри самолета, она облегченно вздохнула.

– Ну как? – спросила она.

На минуту ей показалось, что он ее обругает. Но он тихо вздохнул, словно примирившись с необходимостью что-то рассказать, как бы это ни было ему неприятно.

– Вряд ли нам что-то сейчас угрожает, – заметил он. – Похоже, самолет лежит на ровном месте. Плохо видно, но в этом я уверен. Думаю, ночь нам надо пересидеть здесь. Все равно до наступления дня поиски не возобновятся.

Она посмотрела на свои часы. Скоро рассвет.

– Пожалуй, надо эту дыру закрыть, – рассудила Элли и попыталась пошутить: – В джунглях лучше не рекламировать свежее мясо.

Он не улыбнулся:

– Согласен. Помимо всего прочего нельзя запускать сюда комаров.

Он был прав. Она сделала прививку от малярии, которая, однако, не защищала от лихорадки денге и других болезней, которые разносят комары.

– В шкафчике есть несколько одеял.

– Я их видел, но надо поискать что-то другое. Одеялами лучше укрыться от холода.

Она осмотрелась. Фюзеляж самолета в некоторых местах треснул. За последними креслами стоял шкафчик для багажа пассажиров. Но его дверцы во время аварии открылись, из него все высыпалось. Только на верхней полке лежало что-то покрытое пылью. Она стала осторожно доставать неизвестный предмет. И тут же поняла, что это такое. Показала его Броуди и всем остальным:

– Смотрите. Парашют.

– Поздновато он нашелся, – пошутила миссис Харди.

Элли улыбнулась. И поймала странный взгляд Броуди. Может, он высоко оценил ее действия в чрезвычайной ситуации?

– Теперь в нем смысла нет, – заметила Элли. – С нашего самолета прыгать точно не придется.

Броуди кивнул:

– Ты права. Вероятно, кто-то положил сюда этот парашют и забыл о нем. В любом случае находка хорошая. По правде говоря, нам повезло.

Элли развернула нейлон парашюта, насколько позволяла теснота салона.

– Думаю, нож миссис Харди нам сейчас поможет.

За несколько минут Элли разрезала парашют на части, чтобы закрыть дыру в фюзеляже. Закончив, она взглянула вверх. Первую часть задачи удалось решить легко. Теперь ей предстояло взобраться на самолет и закрыть дыру. При этом острые края обшивки могли порвать нейлон, хотя думать об этом было преждевременно. Также требовалось что-то тяжелое, чтобы прижать ткань. Эту роль могли выполнить ветки и даже большие пальмовые листья. И опять как нельзя кстати оказался нож миссис Харди.

– Я вылезу наружу и закрою дыру.

– Никуда ты не вылезешь, – отрезал Броуди, словно это была самая неудачная мысль за прошедшие часы.

– Но надо обязательно закрыть дыру, – напомнила Элли.

– Ее можно заделать изнутри.

– Тогда мне нужны пластырь и кнопки. А ничего из этого у нас нет.

– В аптечке был пластырь. Но ткань надо закрепить как следует.

– Может, этот пластырь лучше приберечь?

– Там большой рулон. Ничего страшного, если отмотаешь немного. – Он протянул ей аптечку и спросил: – Как плечо?

– Отлично. Как новое.

– О’кей. Хочу обработать рану у тебя на голове.

Она хмыкнула:

– Хорошо.

Он предложил ей сесть и открыл аптечку. Держа в одной руке фонарик, другой протер ее рану губкой со спиртом. Элли старалась не двигаться.

У Броуди Донована всегда были волшебные руки. Нежные. Но и сильные.

Он не носил кольца. Неужели так и не женился? Или женился, а потом развелся? Хотя вряд ли. Если Броуди берет на себя обязательства, то всегда их выполняет.

В отличие от нее.

– Рана в дюйм длиной, однако довольно глубокая. Хочу ее зашить. Если не попадет инфекция, она закроется и, возможно, не останется даже шрама.

Ее саму возможный шрам не тревожил. Сущий пустяк.

– Буду выглядеть боевито, – отшутилась она.

– Ты хорошо загорела, – удивился он.

Ее бросило в жар. Раньше он ехидничал, что ее прекрасная кожа никогда не загорает. А она, в свою очередь, прозвала его золотым мальчиком. Он много бывал на солнце и не расставался с бронзовым загаром. После окончания медицинского института он коротко подстригся, но в остальном выглядел по-прежнему. Чем он занимался последние тринадцать лет? Каким образом оказался на самолете, выполняющем чартерный рейс в Бразилии?

В ее голове вертелась тысяча вопросов, но задать хоть один она не решалась.

Глава 4

Всего нашлось четыре одеяла. Броуди отдал одно Харди и одно Элли, которая тут же поделилась им с Памелой. Третьим одеялом он накрыл капитана Рамано, который наконец покинул свое место пилота и перешел в пассажирский салон. Четвертым воспользовался Ангус, страдавший от боли.

На себя Броуди надел вторую рубашку, которую достал из своей сумки. Он слишком возбудился, чтобы спать, да и тишины в ночных джунглях ждать не приходилось. Несмотря на то что Элли старательно заделала дыру вверху, в самолет просачивались разные звуки.

Накануне он думал, что за его окном в отеле будут перекликаться серфингисты. А вместо этого слышал неизвестно что. Ясно было лишь, что эти твари не прочь ими полакомиться.

На рассвете он собирался зажечь костер. Огонь облегчил бы поиски самолета с воздуха. Но только если не будет сильного ветра, в противном случае дым от костра рассеется слишком быстро. В их арсенале имелось еще одно хорошее средство. Ангус сказал, что в самолете есть сигнальные дымовые шашки. Они пригодятся, если поисковый самолет окажется поблизости.

Памела скоро захрапела. Элли отдала ей все одеяло, а сама устроилась в кресле у другого борта. Впрочем, далеко уйти она не могла. Самолет был не такой уж большой.

Броуди наблюдал за ней. Она не обращала на него внимания, хотя явно чувствовала его взгляд.

Он погрузился в размышления, и цепочка ассоциаций привела его к вопросу:

– А что это за книги?

Она так долго молчала, что он потерял надежду услышать ответ. Словно ей дела до него не было.

– Я преподавала английский в школе для девочек. У нас нашлось несколько лишних книг. Брат моего знакомого священника работает учителем в очень бедной школе в Форталезе. И мы решили поделиться с ними учебниками.

– А почтой не могли послать?

– Конечно, могли. Но все равно это было мне по пути. И я уже два года хотела с ними познакомиться. Собиралась переночевать у них с женой перед тем как двигаться дальше.

Дальше?

– А какая твоя конечная цель?

– Вернуться в Штаты. – Она наконец подняла на него взгляд.

– Правда? – Он сделал паузу. – Насовсем?

Она пожала плечами:

– Не знаю. Все так… сложно.

Он подождал продолжения. Однако она ничего не сказала, и у него в голове завертелись вопросы.

Сложно, потому что она рассталась с мужчиной? Оставила свою семью? Сложно, потому что потеряла работу? Одну догадку сменяла другая, еще более нелепая. Пора было остановиться.

Зачем им что-то друг другу объяснять? Теперь они чужие, просто в какой-то момент им случилось быть вместе.

И этот «момент» продолжался два года.

А закончилось все так неожиданно, что на несколько месяцев все у него в голове смешалось.

Он не видел ее тринадцать лет. А когда они познакомились, он учился на втором курсе медицинского института. Она работала официанткой в небольшом баре, где любили зависать студенты-медики. В своей черной юбочке и белой кофточке она выглядела обольстительно. Ей нравилось перекинуться с ним парой слов, когда он нарочито долго заказывал себе пиво.

Только через шесть недель и с четвертой попытки он уговорил ее пойти с ним.

Он привязался к ней, и скоро они проводили вместе каждую свободную минуту. На Рождественский сочельник, почти через два года после их первого свидания, он предложил ей выйти за него замуж. Когда она сказала «да», он решил, что это будет лучшее Рождество в его жизни. Свадьбу наметили на начало июня. В феврале она купила платье, но ему не показывала, считая это плохой приметой. В марте они составили небольшой список гостей из лучших друзей и близких, но его родители вынудили добавить в него их друзей и дальних родственников. Список все разрастался, и Элли начала нервничать.

«Не думай о расходах», – говорил он ей. По традиции свадьбу устраивали родители невесты, но он знал, что мать Элли в разводе и, скорее всего, ограничена в средствах. Он предлагал добавить гостей с ее стороны, однако она лишь улыбалась и говорила, что больше пригласить некого.

Они выбирали для праздничного обеда китайский фарфор и столовое серебро. Он недосыпал, но чувствовал себя счастливым. Перед женитьбой на Элли все отступало на второй план.

В середине апреля, за восемь недель до свадьбы, они начали рассылать по почте приглашения, а Этан и Мак заказали себе смокинги.

10 мая он вышел проверить почту, не подозревая, что скоро все рухнет, в корне изменится и никогда его жизнь не вернется в прежнее русло.

Он увидел письмо и сразу узнал почерк. Под теплым весенним солнышком, стоя в пижаме и любимой толстовке «Нотр-Дам», он открыл письмо, ожидая найти в нем забавную открытку.

Перечитал дважды. Ничего забавного.

Череда извинений. Ворох нелепостей. Якобы без нее ему будет только лучше.

Броуди вернулся домой и набрал ее номер. Элли не ответила. Он вскочил в машину и поехал к ней. Никто ему не открыл. Он нашел домовладельца и уговорил за сто баксов отпереть дверь. Ни ее вещей, ни одежды не было.

Он поехал к ней на работу, но там никто ничего не знал. Ее шефа, моложе Броуди, больше волновало, как найти ей замену, чем куда она подевалась. С помощью своего адвоката Броуди все же нашел ее мать в небольшом городке в штате Юта. Разговор у них получился странный и неприятный. Он представился, думая, что она его узнает. Ничего подобного. Оказалось, Элли не ладит со своей матерью, которая несколько месяцев ничего о своей дочери не слышала.

Она также призналась, что знает, почему с ее дочерью всегда возникают какие-то проблемы.

С Элли, которую он любил, проблем не возникало. Однако скоро он пришел к выводу, что настоящей Элли просто не знал.

По свидетельству о разводе, которое хранилось в канцелярии графства, адвокат нашел ее отчима. Элли никогда о нем не рассказывала, но Броуди установил связь с этим мужчиной в Кентукки. Броуди послал ему эсэмэску, несколько дней ждал ответного сообщения, написал ему снова и получил от него ответ, что он даже не откроет Элли Воллман, если та постучится в дверь.

Тогда Броуди обратился в полицию. Там прочитали его заявление, с сочувствием на него посмотрели и сказали, что вряд ли чем-то смогут ему помочь.

Он даже почти набрал номер одного детектива. И остановился, поняв, что Элли не исчезла. Нет. Она его бросила. Собрала вещи и уехала.

Из гордости он не стал ее преследовать.

Но каждый день, затаив дыхание, проверял почтовый ящик. Внимательно следил, чтобы его телефон всегда был заряжен.

Примерно через год перестал ждать ее звонка или письма. Спустя пару лет стал проверять почту не чаще раза в неделю.

Через пять лет думал обо всем этом без боли. А в последние два года вообще перестал вспоминать.

И теперь понял, что зря перестал.

– Ты все еще поддерживаешь отношения с Этаном и Маком? – спросила Элли.

Она нравилась его друзьям. По их мнению, она отлично ему подходила. И, в общем, они не ошибались.

– Да. Оба женятся этим летом. Всего через несколько недель.

– Не может быть.

– Правда. Этан женится на Чандлер Маккэн, младшей сестре Мака. Они вновь сошлись прошлой осенью, когда кто-то пытался убить Чандлер. Его это не беспокоит. А Мак и Хоуп Минноу познакомились, когда он ушел из военно-морской разведки и еще не приступил к новой работе. Ее отец – телепроповедник, он и его семья получали анонимные угрозы. Судя по всему, среди его слушателей есть несколько мерзавцев.

– Хоуп Минноу. О да. Вспоминаю. Читала в «Пипл» статью о ней. Хотя обычно в этом журнале о знаменитостях только картинки рассматриваю.

– Она эффектная и симпатичная. Как и Чандлер. Моим друзьям повезло.

Она долго сидела молча с закрытыми глазами, словно задремав. И неожиданно повернулась к нему:

– А ты никогда не женился, Броуди?

Он покачал головой.

– А ты была замужем? – И он откашлялся, потому что у него запершило в горле.

– Нет, – прошептала она.

Он закрыл глаза. «Спроси ее почему. Спроси, почему она тогда ушла». Внутренний голос настойчиво требовал задать эти вопросы.

Однако он промолчал. После аварии он выжил. Но мог не выжить, услышав, что она просто недостаточно его любила.

Он прислушивался к ее дыханию и скоро понял, что она заснула.

Только тогда он успокоился и задремал. Ему требовалось хоть несколько часов отдыха.

* * *

Проснувшись, Элли поняла, что вспотела. В самолете было очень тепло. Она осмотрелась. Памела и чета Харди все еще спали. Ангус сидел в кресле с вытянутой ногой и подергивал плечами в тревожном сне. Капитан Рамано… О, он смотрел на нее. Когда их взгляды встретились, он быстро отвел взор. Накануне он был не в себе, и она подумала, не в шоковом ли он состоянии.

– Как вы себя чувствуете? – прошептала она.

– Голова болит, – еле слышно промолвил он.

Она улыбнулась:

– Иначе и быть не могло. Уверена, сегодня к нам придут на помощь. Вы помните, что случилось?

Он пожал плечами, а потом заморгал от боли:

– Двигатели начали терять мощность. Я изо всех сил старался посадить самолет. Черт возьми, это не была моя вина.

Она обратила внимание, что он сделал ударение на слове «моя». Разве сказал бы он так, если бы не мог обвинить кого-то еще?

Кто-то подстроил аварию? У него есть подозрения? Кто бы мог это сделать?

По ее спине пробежал холодок. Она знала кое-кого, кто мог бы что-то такое устроить. Кто ненавидел ее. Кто очень не хотел, чтобы она когда-нибудь добралась до Соединенных Штатов.

Т.К. Джамас.

Он точно дьявол, но еще и сумасшедший. Неужели он мог подстроить авиакатастрофу самолета с ни в чем не повинными пассажирами, лишь бы уничтожить ее?

Надо было во всем разобраться.

– Не знаю, что вы имели в виду, – произнесла она все еще шепотом, чтобы ее никто больше не услышал. – Чья же тогда это вина?

Он внимательно на нее посмотрел:

– Откуда я знаю?

Это был не ответ. И, несмотря на его разбитую голову, ей захотелось как следует тряхнуть этого парня. – Но вы так это сказали… – Она замолчала. В проеме двери стоял Броуди, его силуэт подсвечивался лучами утреннего солнца, и он собирался выпрыгнуть на землю джунглей. Его волосы поблескивали, она невольно обратила внимание, какие широкие у него плечи.

Он переоделся. Снял шорты и облачился в джинсы и футболку. Вместо сандалий надел ботинки и заправил в них штанины джинсов. Не очень изящно, однако в кишащих разными тварями джунглях иначе нельзя.

– Хорошо, что ты захватил ботинки. – Она отвернулась от капитана Рамано.

– Бросил их в сумку в последний момент, – покачал головой Броуди. – Любил бродить в них по холмам Колорадо и вспомнил, что лечу туда, где тоже есть горы.

Элли пожалела, что не взяла ботинки. Надела легкие туфли, и еще в сумке лежали пляжные сандалии. К счастью, на ней были брюки и рубашка с длинными рукавами. Кожу везде что-то закрывало, а в джунглях это совсем не лишне.

Броуди подошел к капитану Рамано и заглянул ему в глаза. Затем проверил пульс и осмотрел повязку на голове.

– Похоже, у вас небольшое сотрясение мозга, – сделал он вывод. – Не двигайтесь без крайней необходимости.

– Как же нам повезло, что на борту оказался врач, – заметил капитан Рамано.

Броуди покачал головой:

– Нам повезло, что вы смогли посадить самолет в джунглях и он не развалился на части. А теперь мы отсюда выберемся. Все мы.

Памела потянулась и встала. Волосы у нее взлохматились.

– Хорошо бы нас сегодня отыскали. А то начнем голодать. У нас очень мало воды и почти нет еды.

Мистер и миссис Харди переглянулись. Броуди покачал головой:

– Мы не будем голодать. Просто чуть-чуть разыграется аппетит, но от этого еще никто не умер. А воду надо беречь.

Он осмотрел все, что отыскала накануне Памела. Четыре сухих завтрака, пачка чипсов, упаковка разных орехов, банка мясных консервов, попкорн с сыром, двенадцать пакетиков чая.

– Чьи это пакетики? – спросил он.

Миссис Харди подняла руку:

– После чашки хорошего чая всегда чувствуешь себя более цивилизованным человеком.

Элли усмехнулась про себя. Т.К. Джамас любил чай. Пил его постоянно. Даже в их школу он вошел с чашкой в руке.

У нее к горлу подступила тошнота при воспоминании, что как-то она сама приготовила ему чай.

Броуди улыбнулся:

– Моя мама всегда брала в дорогу пакетики с чаем. Можно сказать, ничего без чашки чаю не делала.

– Какая милая женщина, – похвалила ее миссис Харди.

– Очень. На орехи ни у кого аллергии нет? – спросил Броуди.

Все отрицательно покачали головой.

– Отлично. Тогда предлагаю взять два сухих завтрака и немного орехов, разделить на всех, а остальное сохранить на будущее.

Памела разделила два сухих завтрака на семь равных частей. Броуди особо проследил, чтобы Ангус поел и выпил ибупрофен.

– Хочу развести костер, – заявил Броуди.

– Каким это образом? – усомнилась Памела.

Броуди горделиво улыбнулся, проигнорировав ехидные нотки в голосе Памелы:

– Я же был бойскаутом. И знаю, как добыть огонь трением.

Капитан Рамано полез в карман и достал коробок спичек:

– Думаю, так будет лучше.

– Намного лучше. – Броуди открыл коробок, наполовину заполненный спичками. – Кто-то увидит дым от костра и придет нам на помощь.

Никто не проронил ни слова. Все боялись что-то сказать и сглазить или просто не хотели прерывать так понравившегося им доктора.

Броуди вышел наружу. Элли смазала лодыжки, руки и шею кремом от комаров, а затем вышла вслед за ним. Она хотела осмотреть все при дневном свете.

В некоторые районы около Амазонки не попасть без острого мачете, потому что густая растительность у земли делает передвижение почти невозможным. В других местах ее почти нет, потому что кроны деревьев полностью закрывают солнце.

Они потерпели аварию на границе между этими двумя территориями. Вокруг стояли деревья разной высоты. Внизу ярко зеленела трава, часто с красивыми цветами, высотой от полуметра до человеческого роста. Встречались небольшие полянки, покрытые мокрой грязью и чем-то вроде мха.

Капитан Рамано умудрился посадить самолет на такую открытую полосу. Им несказанно повезло. Элли посмотрела на Броуди и поняла, что он думает точно так же.

– Может, хочешь намазаться этим? – Она протянула ему тюбик с кремом от комаров.

– Хорошая вещь, – заметил он.

– Да. Бросила в рюкзак только пару тюбиков. Не думала, что задержусь в джунглях. Без такой защиты нас здесь просто съедят.

Он выдавил немного крема и размазал его по коже. Она наблюдала, как он протер шею плавными движениями рук, которые когда-то так ее возбуждали.

Элли отвернулась.

Боковым зрением она увидела, как он подошел к упавшему дереву средней длины. Наверное, его сразила молния. Большие сучья лежали на земле. Броуди стал методично отламывать ветви и складывать их в кучу. Через несколько минут она к нему присоединилась. Увидев в ее руках охапку веток, он стал выбирать и отламывать сучья потолще.

Скоро он весь взмок, по лицу бежали капельки пота.

Наконец они наломали кучу толстых сучьев и большую кипу веток потоньше. Броуди проделал вокруг них палкой круговую канавку.

– Не хочу учить тебя, что делать, – заметила Элли. – Но если ты разожжешь костер здесь, его будет трудно уберечь от дождя, который наверняка скоро пойдет. Лучше бы его переместить под пальмы с густой листвой.

Броуди прошел туда, куда она показывала:

– Да, здесь посуше. Если тебе приходят в голову хорошие идеи, Элли, сразу говори. Ошибки нам здесь могут дорого обойтись.

Она пожала плечами, почувствовав себя неловко. По ее наблюдениям, Броуди Донован ошибок не делал. Казалось, у него всегда наготове лучшее решение, он знает, как поступить, делает правильный выбор.

Он прорыл палкой другую канавку. Затем установил сучья пирамидой, а внизу положил тоненьких веточек. Чиркнул спичкой и, закрывая ее от ветра, поднес к пирамиде веток. Через секунду они вспыхнули.

– Спасибо, – сказала она. – Теперь совсем другое дело. Кто-нибудь нас найдет. – Ей захотелось дать ему знать, что она, как и он, в это верит.

Броуди услышал в голосе Элли надежду. А значение надежды он понял в холодных горах Афганистана. И ценность огня. Он разжег бы костер и без спичек, но с ними все получилось быстрее. Он пересчитал их. Осталось четырнадцать. Нужно поддерживать огонь в костре, потому что спасатели могут прибыть не скоро.

Его размышления прервал капитан Рамано. Он спрыгнул на землю и осмотрел нос самолета. Вынужденная посадка и удары о деревья нанесли машине серьезные повреждения.

Большая часть фюзеляжа осталась целой, если не считать двухфутовой дыры в верхней его части. Трудно было сказать, что у капитана на душе. Он едва осмотрел самолет и отошел в джунгли по малой нужде. Вел себя он немного странно. Конечно, он получил травму головы и, очевидно, легкое сотрясение мозга. Но все же это был его самолет.

У Броуди было много знакомых в военной авиации, а его друг Этан в армии управлял вертолетом. Все они предельно серьезно относились к своему делу.

А капитан Рамано расследовать катастрофу явно не собирался. Что выглядело странно. Впрочем, за последние годы Броуди побывал во многих горячих точках и пришел к выводу, что война в корне меняет всех, но каждый меняется по-своему.

Когда капитан вернулся из зарослей, ничего не изменилось. Он взглянул на костер, на Элли и, наконец, на Броуди. А затем, не произнеся ни слова, поднялся в самолет.

Как только капитан Рамано скрылся с глаз, вышли мистер и миссис Харди. Миссис Харди порылась в сумке, вытащила что-то блестящее и разложила на земле. Затем она пододвинула к костру толстый сук и села на него, рядом устроился ее муж. Он держал в руке книгу, а она – колоду карт, словно они просто остановились передохнуть в джунглях. Словно устраивать пикник в лесу, полном ядовитых лягушек, тарантулов и ягуаров, для них обычное дело.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.