# Сердце мира

Евгений Игоревич Шаповалов

Что делать человеку, если на него нападает оборотень или тролль таскает скотину? Барону нет дела до нужд простых крестьян, не говоря уже о графе или короле. Вот и получается, что обратиться можно только к странникам, привыкшим при помощи меча, смекалки и удачи решать подобные вопросы по всему королевству. Дик по прозвищу Северянин как раз один из таких. Будучи уволенным из армии, он быстро стал опытным и знаменитым странником, о приключениях которого рассказывают в тавернах. Так что ничего удивительного в том, что когда королю потребовался ловкий малый для того, чтобы вернуть похищенный у Ордена магов артефакт, знающие люди указали на Дика. Согласившись на приключение в составе отряда из ворчливого гвардейца, загадочного мага и двух веселых друзей странников, он отправляется в путешествие, которое занесет его в древние леса, глубоко в сердце гор и даже в проклятый нежитью замок, чтобы найти Сердце мира. Публикуется в авторской редакции с сохранением авторских орфографии и пунктуации.

Мир очень странная штука согласитесь? Да быть может мысль не новая, но на мой взгляд очень даже хорошо характеризует нынешнее время. В деревнях испокон веков говорили, что не только человек обитает в мире. Верили в духов и иных существ. Ну как верили. Кто-то верил, кто-то знал, а кто-то говорил брехня, правда последних как правило меньше, потому что у брехни очень часто бывают крайне острые зубы и дурной нрав. Ну в общем по-разному все относились к тому, что нечисть периодически вторгалась в их мирный быт. Да и люди издревле знали, как от всякого лиха отгораживаться до защищаться. Но если вдруг увидишь над избой дракона в вышине пролетающего или волколака очень голодного, который с опушки леса за тобой наблюдает? Что тогда думать? И главное что делать? Король далеко, да и некогда ему об этом заботиться. Барон пьет, граф на балах отплясывает, а охотники по деревням сидят синие от самогона. Тогда собирает деревня всем миром деньги кто сколько наскребет, идут к писарю, правят, и вешают на перепутье кусок пергамента или кожи с просьбой о помощи. И находиться какой-нибудь странник вроде меня. Странники этим и живут что помогают простым людям защититься от нечисти. Мы как правило люди военные, кого со службы турнули кто сам ушел, а кто просто видел в жизни такое что и захочешь не забудешь. Приходит такой странник, торгуется, а как же без этого, и идет истреблять лихо, а после находят его кости в каком-нибудь бору, или пещере. Ну, это как пойдет, я-то жив пока. Вот и сейчас сидя на березе и глядя вниз на матерящегося аука, я думал, а как все хорошо начиналось.

Проспавшись после довольно бурной ночи, я тихо встал с печи, стараясь не разбудить спящую девушку, и вышел из избы. Ночью явно прошел дождь и к запаху свежести присовокупился дивный аромат мокрого сена. Деревня была большой почти полсотни дворов и, что удивительно, довольно чистой. Но стоило хорошенько так пахнуть скотным двором, как я окончательно проснулся. Деревня «Солнечная долина» находилась на самом юге королевства, и мне очень нравилось бывать именно в этой местности. Солнце хорошая погода и довольно приветливые крестьяне за счет того, что всегда хороший урожай. И, конечно, много работы. Чуды тоже плодятся в огромных количествах. Три дня назад мне попалась на дорожном столбе грамота о том, что в этой деревне люди пропадают и предложение о награде. Хотя, конечно, меня больше заинтересовал кров и стол, так как в кошельке дано свистел ветер, и питался, и я тем же чем мой мерин – травой. Да и мерину тоже наверняка очень хотелось сунуть голову в торбу с овсом. Недолго думая, я подстегнул животину и через полтора дня был на месте. Староста мне явно обрадовался, так как давно никто не откликался на их объявление. Он рассказал, что месяц назад стали пропадать люди в лесу и никто конечно же ничего не видел. Благо что лес был не основным поставщиком продовольствия для деревни. Проблема была в том, что только в нем можно было добывать дрова, которых день ото дня становилось все меньше. По словам старосты, спасало лишь то, что сейчас было лето. Пораскинув мозгами, я выдал несколько теорий по поводу того, кто это может быть и пообещал разобраться. Староста просиял, и сказал, что не обидит с оплатой. Когда же я заикнулся про ночлег, и ужин, меня тут же отвели в чистую избу с приветливой хозяйкой. В общем сплошные удобства.

Умывшись ледяной водой из колодца, я отправился в лес. Не думайте, что я какой-то сверхчеловек с реакцией мангуста и силой медведя. Я обычный парень, отслуживший свой срок в армии и после небольшой войны, и отпущенный, а точнее выпнутый с королевской службы. Только идти мне некуда, семьи нет, друзья на службе, дома тоже нет, и вот уже пять или шесть лет я занимаюсь тем, что наемничаю. Только в отрядах баронов платят мало, на караванах много не заработаешь, а за лешего или кикимору можно получить больше ста золотых если повезет вот и приходиться избавлять людей от всякой нечисти. И нет у меня прекрасной чародейки, снабжающей меня эликсирами, артефактами и прочей необходимой для профессии ерундой. Единственный мой знакомый маг старый, горбатый и крайне ворчливый, да к тому же крайне скупой и вредный. И барды не поют мне дифирамбы, а описывают разве что мои «подвиги» в трактирах. Но дело свое я хорошо делаю, у нас по-другому не бывает или хорошо, или никак. Мертвых охотников на нечисть хоть отбавляй. Придя в лес и немного осмотревшись, я понял, что нечисть не очень крупная и вряд ли опасная для того, кто хоть немного разбирается. Так и вышло. По всем приметам стало ясно, что лес не опасен. Много света нет паутины или высокой травы, было видно, что крестьяне не давали ему заросли, а опавшим веткам превратиться в бурелом. Я подозревал боровика или аука. Но боровик любит более темную чащу, а аука как раз обитает в таких не очень густых лесах. Но с духами леса стоит держать ухо востро и признаться все, что случилось дальше исключительно моя ошибка. И ремень с мечом, который я не очень прочно затянул, поленившись завязывать узел после пряжки, и неспешная походка, все это было ошибкой. Корень подвернулся под ногу, ветка зацепила ремень, и вот я уже перекатившись через голову почти влетел в нору барсука. Из кустов раздалась отборная брань, и я только успел, что забраться на дерево. Теперь я смотрел на аука, который грозил мне кулачком, и периодически плевал на мой меч, лежащий в паре метров от дерева. Аука разновидность проказливого лесного духа, маленького, пузатого, с круглыми щеками. Не спит ни зимой, ни летом. Любит морочить голову людям в лесу, отзываясь на их крик «Ау!» со всех сторон и если путник не поймет с кем его свела нелегкая, заводит его в глухую чащу и бросает их там. После этого, как и вся нечисть любит полакомиться человечиной. Справится с ними довольно легко, особенно если знать как, и не терять меч. Меня спасло то, что ауки не умеют лазать по деревьям. Да-да мир полон смешных парадоксов, лесной дух, который не умеет лазать по деревьям! У них очень острые зубы и вцепившегося в добычу ауку невозможно было никак от нее оторвать. Смотря на шумящего внизу духа, я думал, как выйти из положения. С собой у меня не было нечего кроме небольшой котомки, с которой я никогда не расстаюсь. Порывшись, и радостно воскликнув, я выудил небольшую пластинку. Аука перестал ругаться, и с подозрением уставился на меня. За эту пластинку старый колдун стряс с меня почти четыре золотых, но оно того стоило. Простенькое, казалось бы, заклинание, благодаря которому пластинка загоралась по мысленному приказу. Аука, как и любой лесной дух терпеть не мог огонь и убегал, как только его видел. Хорошо что меня занесло на березу, и отломав сухую ветку, зажег пластинку. На одном конце загорелся небольшой теплый огонек, от него я и поджег импровизированный факел. Аука увидев огонь, стал еще сильнее ругаться, но, когда палка полетела, вниз рассыпая искры, с визгом бросился бежать. Я быстро спрыгнул на землю и затоптал огоньки уже начавшие разгораться на сухой траве. Подобрав меч, я быстро подпоясался им, и сразу почувствовал себя увереннее. Аука убежал в сторону небольшой рощи, и предстояло самое неприятное, найти его нору и выкурить его оттуда. Ну теперь стоит быть в двойне осторожнее. В таком лесу вполне можно встретить и лешего и даже прибожка. Если со вторым вполне можно договориться или откупиться сладким, то попадаться на глаза лешему мне совсем не хотелось. Вспомнив на всякий случай все возможные ругательства, я отправился по довольно заметному следу аука. Будучи наученным горьким опытом, я шел медленно и осторожно. Маленький мерзавец стал аукать со всех сторон, пытаясь запутать меня и увести от норы. Немного побродив и послушав, я определил направление, в котором он никогда не кричал, и быстрым шагом направился туда. По дороге сломав небольшую ветку, и намотав на нее тряпку из сумки, я смастерил небольшой факел. Как бы то ни было, странно я не сторонник физического решения конфликта. В случае с аукам можно сжечь его нору и дух отправиться искать новое место для жилья. Правда, ее еще надо найти эти паршивцы чертовски хорошо прячутся. После получаса утомительных скитаний по чащобе мне захотелось завыть и послать старосту и этого глупого духа, куда подальше, но деньги были очень нужны.

– Чего топаешь дылда? – голос был странный похожий на скрип деревьев от ближайшей березы отделилось тонкое существо, которое, казалось, состояло из самого дерева.

– Аука ищу – я не стал вынимать меч и тем более показывать факел. Дубовники существа тихие если их никто не трогает.

– Надоел он мне страшно! Спать мешает – дубовник показал тонкой рукой в сторону небольшой полянки – туда шагов двести и смотри не упади, там барсуки все изрыли!

– Спасибо. Хочешь чего? – с этими существами, какими бы они не были мирными надо держать ухо в остро и стараться не быть им обязанным.

– Скажи местным, чтоб сюда не забредали, а то спать мешают! – сказав это, дубовник снова слился с деревом, и затих. Ну и славно.

Я пошел в указанно направлении. Через сто шагов стали попадаться норы. Аука все кричал в противоположной стороне. В его голосе слышался страх. Реши я посыпать соль на его нору, и он должен будет прийти, тогда я смогу с ним расправиться. Но как я уже говорил это не единственный способ. Многое что я знаю об этих существах, мне рассказал пастор Ритор, и он говорил, что всё в природе должно быть в балансе. Мне на голову посыпалась труха, и чуть не полетело старое полено с верхушки сгнившего дерева. Аука совсем видимо ошалел от страха. Как и было сказано, я быстро нашел его нору среди барсучих. Это было не трудно так как от нее исходил резкий запах дегтя. Немного подумав, я стал рвать сухую траву и набивать ее в нору. Повезло, что утренний дождь не задел лес иначе я бы намаялся. То тут, то там мелькало злобное лицо, и раздавались отборные проклятия. Но факел в моих руках не давал чуду и шанса. Через минуту нора занялась, и сразу за этим раздался тоскливый вой аука, который обращался в дым вместе со своим домом. Из него выпал небольшой пучок волос, который я подобрал.

– Мир большой всем места хватит – я закусил травинку. Несколько дней дым будет носить по лесу, а потом он снова станет духом, только теперь будет держаться по дальше от этого места. А мне только этого и надо. Затоптав костер, и для верности забросав землей я, насвистывая, пошел к деревне, выбрав дорогу, которая обходила поляну дубовника. Зачем беспокоить? Где-то на средине пути к кромке леса я понял, что за мной следят. Резко крутанувшись, я вынул меч.

– Опусти железку паря. Если бы я захотел ты б из моего леса в жизни не вышел – черт все-таки свел меня с лешим. Он был похож на пень, поросший мхом, из которого торчали лапти и большой нос. – Как зовут?

– Дик Северянин, а тебя? – С лешими надо быть очень вежливым либо сразу обкладывать матом, только так можно уберечься. Меч тоже может помочь, но как-то мне пришлось с таким драться, и я знал, что они обладают неимоверной силищей.

– Полянник. Почему ты мелкого пакостника не убил? Он твоих сородичей много пожрал.

– Ну и что? Его смерть их не вернет, а только местных чуд взбаламутит.

– Это верно – пень неожиданно вынул, из ниоткуда, трубку и закурил – если бы ты его убил, я тебя тогда в болото завел. Забавный ты паря. Ну ладно любопытство потешил мое, и не грубил. Живи себе, поверни левое ухо к солнцу, и иди, короткой дорогой из леса выведу.

Стараясь не бежать, я пошел куда сказали. Меч, конечно, не убрал, и старался не думать о том, как удобно иметь глаза на затылке. Хотя кому рассказать не поверят – леший отпустил. Видимо крестьяне тоже лес уважают раз местная нечисть на них зла не держит. Обычно они так легло своих не отдают. Через пять минут я был уже на кромке леса. Конечно, хорошо, когда получаются такие простые дела, но все же меня не покидало ощущение, что за мной всю дорогу кто-то наблюдал.

Идя через поле, я заметил, как на меня смотрели крестьяне, одни с надеждой другие с тревогой. Лес для них был и полезен, и вреден. В этом была самая большая беда. Полям нужно отдыхать, а чтобы не голодать необходимо, осваивать новые территории и вырубать для этого лес, который служил домом для зверей, и чудам, которые жили там с сотворения мира. Вполне понятно, почему нечисть не хотела уходить. Хотя пастор и утверждал, что на смену им придут другие. Например, никто раньше даже не слышал о домовых, а теперь маленькие духи почти в каждом хорошем доме. Банники опять же попадаются все чаще. Но и количество упырей и волколаков растет. Проклятие стало делом распространенным. Не удивительно, что для странников всегда есть работа. Раньше пастухи все больше от волков овец спасали, а теперь, то гоблин набедокурит, то василиск повадиться скот таскать. Что-то меняется в мире, и как говорят священники, не в лучшую для людей строну. Хотя опять это как посмотреть. Что-то меня на философию потянуло, не к добру.

Дом старосты был самым богатым в селе. Старик сидел на крыльце и что-то вырезал из дерева.

– Не нашел ничего да? – Он как-то странно на меня посмотрел – а я говорил, быстро не решишь нашу проблему.

– Нашел, решил, плати – я устроился рядом.

– Брешешь ведь – староста прищурил один глаз. – Где доказательства?

– Смотри – я положил ему в руку волосы аука – повесишь над печкой, и мышей в доме никогда не будет.

– А это что такое? Вроде не человеческие – старик смотрел на легкие как дым волосы.

– Аука завелся, я его отвадил. Теперь не сунется. Это его волосы, когда духи на дым распадаются, всегда клок оставляют.

– Ай, молодец Дик! Ай, удружил – стрик даже подпрыгнул от радости – ну пошли денег дам как договаривались! Так посмотрим, у меня все под счет – он открыл небольшую конторку, и щуря глаза, стал скрипеть по бересте – пять золотых. Эх, так и разориться не долго, но слово есть слово, держи.

– Спасибо – стопка золотых исчезла в моем кармане

– Значит можно идти за хворостом? Это славно, а то люди совсем отчаиваться стали.

– Там еще поляна с одинокой березой есть знаешь?

– Как ни знать? А что?

– Да там был дубовник, просил не беспокоить.

– Ишь нечисть раскомандовался – старик сразу взбеленился – не беспокоить. Дик слушай, может ты и его? Ну, того…еще пять дам!

– Нет, с ним не буду связываться, он вам не угрожает. И вам не советую. Там леший ходит за всем смотрит. Так что не вредите лесу.

– Еще и леший – старец схватился за голову. – Что ж ты сидишь, иди, изничтожай. Ты же этим занимаешься!

– У вас денег на лешего не хватит за последнего лешего, барон сто сорок золотых выложил. Ловили его втроем, а деньги достались одному. – Я спокойно смотрел на растерянного деда – остальные получили лишь место на кладбище. Так что не возьмусь. Я поживу пару дней?

– С Мартой договаривай бездельник – было видно, что деда обидели мои слова – давай проваливай у меня и так дел много!

Вот так всегда стараешься для них, а у людей, как правило, одно только разрушение на уме. Я всегда стараюсь разрешить конфликт без вреда для обеих сторон. Хотя и не всегда есть такая возможность, да и желание если честно.

С Мартой я договорился быстро, она и сама не хотела меня отпускать. В деревне все одинаковые все друг друга знают, любой новый человек подобен глотку свежего воздуха. Неделя пролетела незаметно. Но как бы ни было хорошо, на покой мне еще рано. Может когда-нибудь, я и остановлюсь в такой милой деревушке, но теперь пора опять в дорогу. В средине дня мой взбодрившийся мерин быстро оставил деревню за спиной.

Лето в этом году выдалось на редкость теплое, и ночевки в лесу не доставляли ни каких проблем. Пучки сухого волкобора надежно охраняли лагерь от зверей, а от нечисти я носил амулет ведьмы, добытый мной в одном склепе во время службы в армии. Он не то, чтобы охраняет просто делает меня менее заметным для них. Тихое потрескивание костра было умиротворяющим. Я все же был бродягой и оставаться на одном месте мне было физически трудно. На привалах я по привычке добывал из сумки старую книгу, которую когда-то меня просили доставить, но так и не заплатили за нее. Это была книга заклинаний. Конечно, любой человек хочет стать магом. И по вполне понятным причинам получается это у единиц. Я старался применить самое простое заклинание – вызвать маленький огонек на своей ладони. Иногда, мне казалось, что вот-вот получиться, но ночь оставалось все так же темна. Я бы давно забросил это дело, если бы книга не изобиловала описанием и методами добычи разных алхимических ингредиентов, и всякой разной нечисти. В моем деле приходиться постоянно учиться и читать все новое что попадается на глаза. Гильдия странников, не так давно организованная энтузиастами, постоянно собирала информацию о чудах и способах борьбы с ними. Даже если ты не являлся членом гильдии, то мог ознакомиться с трудами ее членов за определенную плату. Мне предлагали вступить в гильдию много раз, но я, отказывался, не лежала у меня душа ко всем этим гильдиям и все тут. Мимо шмыгала всякая мелочь, которую вспугнуло пламя костра, я даже не обращал на нее внимания. Пару раз ко мне приставали полевые духи, прося что-нибудь принести из леса, куда их не пускали лешие. Один раз я точно слышал ночью тоскливый вой Ырки, но упырь тоже не спешил подойти, а гоняться за ним по полю в темноте не было смысла. После возвращения на тракт я направился к городу Турне, куда, собственно, и собирался до истории с деревней. Этот контракт мне передал знакомый из патруля, который я встретил несколько недель назад. Говорили, что в Турне завелся не то оборотень, не то демон, который людей покрошил, видимо, не видимо, и уже успел нескольких странников убить. В демонов я, конечно, не верю, что при моей работе кажется невероятным. Но все с кем я, когда-либо сталкивался, были связанны с этим миром. Упыри, приведения, полуночницы и яги, даже утопленники и ожившие мертвецы, тоже происходили из этого мира. Никаких доказательств наличия ада или рая о которых твердят священники я никогда не встречал. Хотя я стараюсь не лезть в эти дела. Церковь набирает силы, и уже пытается диктовать свою волю в некоторых графствах так что лучше держать свое мнение по некоторым вопросам при себе. Что касается контракта то я полагал что волколак вполне мог обосноваться в городе, последнее время они часто стали забираться туда, в поисках легкой добычи. Но, как бы то ни было, платили очень хорошие деньги и я, не раздумывая, поехал.

Дорога была живописная и спокойная. Летом слишком жарко для того, чтобы путешествовать на дальние расстояния. Хочется на речку или в тенек. Даже нечисть в такие жаркие месяцы не очень-то балует. Дела на юге шли хорошо, деньга в казне водилась, и весь тракт был засыпан гладким желтым песком. Турна была столицей Старого графства. В нашем королевстве, носящем гордое имя Ридония, было все четыре графства. Лесное на западе, Старое на юге, Морское из-за примыкания к соленому морю на востоке и Железное на севере. Наш король, а точнее его предок не сильно думал над названиями вотчин, которые раздавал графам. Были еще Северные анклавы, входившие в состав королевства, но они были на самом дальнем севере. Собственно говоря, именно в Северных анклавах я и родился. К сожалению, периодически кочевые племена морозных людей нападали на деревни анклавов, и ни король не вожди ничего с этим не могли поделать. В одну такую холодную и снежную зиму отряд морозных людей напал и на деревню, где я родился. Никто не знал, зачем они пришли, воины пытались отбиваться, но людей мороза всегда очень много. Из всей деревни выжили лишь старый солдат и пара детей, одним из которых был я. Ох не люблю я все это вспоминать, что было то прошло. Видимо поэтому я не очень люблю север, хотя и должен признаться, что не могу без снега. Пока я размышлял, налетела тучка, и поспешил укрыться в ближайшем леске от небольшого дождика. Развернув карту, я проследил по ней путь до Турны. Ехать было приблизительно еще дня два.

– Табачок есть? – я чуть было не подпрыгнул, боровик, не смотря на свой достаточно необычный облик, подобрался ко мне совершенно неожиданно. Огромный ярко красный гриб, из-под которого выглядывает сморщенно лицо старика. – Чего прыгаешь!? Табачок спрашиваю есть?

– Есть – я полез в котомку. Сам я не курю, но немного табаку всегда в запасе есть на всякий случай. Вот как сейчас.

– Спасибо человек я думал, не дашь.

– Почему?

– Вы люди странные кто кричит чудовище, кто норовит пнуть или обидеть. Редко такие как ты попадаются.

– Ну, хорошо, что хоть еще попадаются –, я кисло улыбнулся. Боровик кивнул и ушел, оставив после себя неплохую кучку подберезовиков. С иными существами можно жить в мире просто никто не старается, уверенные в превосходстве человека над природой. Я так не считаю. Да среди них большинство готово съесть человека, так как видят не более чем добычу, но есть и вполне приличные ребята на вроде того же боровика. Я собрал грибы, и после окончания дождя тронулся в путь.

К вечеру стало прохладно, и к ночи я порядком замерз, все-таки перепады температуры это не самое приятно в путешествиях. Разведя костер и пожарив подаренный грибы, я улегся к нему поближе, и положил под голову седло. Хорошо. Люблю звездные ночи, когда луна слегка закрыта облаками, они навевают таинственность.

Через два дня я уже подъезжал к Турне. Тракт здесь был вымощен крупным камнем и стали попадаться все больше всевозможных торговцев со всего королевства, а то и из-за его пределов. Однако все как-то странно смотрели на меня и, то и дело вжимали голову в плечи. От них за версту веяло страхом. Некоторые даже уезжали в противоположную от города сторону, что для летнего сезона, когда вот-вот должна начаться ярмарка было просто немыслимо. Ворота Турны были открыты, и стража на них откровенно нервничала.

– Кто таков? Зачем сюда приехал? – Капрал был весь бледный.

– Дик Северянин, странник – я посмотрел на капрала – Ганс ты же меня прекрасно знаешь!

– А это ты Дик, не узнал – он протянул руку, и быстро одернул, оглянувшись по сторонам – ты по делу?

– Да – я вынул записку – мэр где?

– И ты туда же? – Ганс прочитал объявление о награде – ехал бы отсюда наше чудо не для тебя!

– Ты откуда знаешь, что не для меня? Уже брался кто-то?

– Был один тут рыцарь герба какого-то, гордый как не знаю что. Нос выше потолка задирал. Потом мы его по кусочкам собирали.

– Ну, я не рыцарь и нос мой мне дорог. Так, где мэр?

– В ратуше, где ж еще. Сразу поедешь?

– Да, а почему вопрос?

– Закон новый с оружием нельзя. Либо грамоту охранную, либо нож стандартного размера.

– Во как! И с чего вдруг?

– Мэр так решил, говорят, из-за чуда участились драки и поножовщина. Люди совсем с ума по сходили во всех зверя видят. Говорят, зверь после того, как день настает в человека превращается и ходит среди нас. Так что чуть то сразу за нож хватаются, а нам потом разгребать!

– Чушь несусветная. Если это волколак до конца цикла ни в кого он не превратиться. – Я посмотрел на бледных стражников, и вскочил на коня.

– Где остановишься?

– У «Старой Лисицы», надеюсь места есть?

– Да – Ганс сплюнул – город и так почти вымер. Ладно ехай давай.

Я редко работал в городах, меньше дел и народу всегда вьется не меряно. Но в городах всегда лучше платят. Да и нужно же где-то потратить честно заработанные денежки, так что в Турне я бывал довольно часто. Трактир «Старая Лисица» располагался на небольшой, но довольно приятной улочке Яблок. Турна вообще не самый большой город, с собственной крепостной стеной и целыми кварталами ремесленников и складских помещений. Она считалась житницей королевства, и славилась лучшим выбором зерна, хлебов и фруктов. Мяса тоже было вдоволь. Говорили, что практически все королевские запасы шли через, Турну. Вокруг города были обширные поля и сады яблок, приносящие солидный доход городу. Пока я ехал по улицам то понял, что Ганс был прав. Обычно оживленный город, казалось, вымер, ни торговцев, ни попрошаек, даже славившиеся на весь юг ночные бабочки спрятались по борделям. Доехав до трактира, я толкнул дубовую дверь.

– Олаф ты еще не сбежал?

– Дик, лопни мои глаза – трактирщик по всем законам жанра был огромен, и толст – стоило предположить, что ты рано или поздно появишься здесь! Избавить нас от монстра решил? Или попрощаться со своей непутевой головой?

– Первое если получиться, второе если не повезет!

– Пессимист ты парень – Олаф давно был со мной знаком, и можно сказать, что мы были приятелям, что, конечно, не мешало ему втридорога драть с меня за комнату.

– Скорее реалист. Моя комната свободна – так как я часто приезжал в Турну по делам у меня была здесь любимая комната.

– Да, иди, располагайся.

– Сколько? – Я задал главный и самый актуальный вопрос.

– Посмотрим – это было что-то новое, обычно Олаф сразу говорил цену – если избавишь, от напасти может и совсем бесплатно пущу.

– Что, дела совсем плохи?

– Ты не представляешь. Скоро ярмарка средины лета, а у меня ни одного постояльца нового за исключением тебя! Если так пойдет и дальше, я разорюсь.

Я поднялся на третий этаж, и устроился в комнате с небольшой мансардой. Мой конь, как всегда, расположился в конюшне, а вещи были сброшены на пол. После того как я немного отдохнул и переоделся можно было идти в ратушу.

Мэр Турны был немолодым человеком с седеющими волосами и ногами бывалого кавалериста. Откликался он на имя Редвиг, и был страшно несговорчивым типом, особенно когда дело касалось денег. Однако в этот раз он, казалось, рад меня видеть.

– Здравствуй Северянин! Смотрю, зачистил ты к нам – он был прав, последний раз я был у них после зимы, направляясь на юг с караваном, который меня нанял на пути к границе королевства.

– Слышал у вас проблемы, вот решил заглянуть!

– Проблемы? Да есть одна небольшая – от его ехидства, казалось, может скиснуть молоко в стакане. – Такая что город может разорить. Бестия у нас, видишь ли, завелась, покоя не дает.

– А каковы признаки отсутствия покоя? – Ну в эту игру можно играть и вдвоем.

– Черт возьми, Дик или прекрати, или выматывайся отсюда – казалось, что Редвиг сейчас лопнет от гнева.

– Хорошо, но ты первый начал – я мирно улыбнулся – рассказывай давай, что приключилось. Но перед этим, где ваш волшебник? Как там его, тот, что хотел меня в жабу превратить, если я от него не отстану.

– Исчез, метр Людвиг. Совсем, и никто не знает куда. – Редвиг расстроено покачал головой. Ладно, слушай, расскажу, что сам знаю. Началось все с месяц назад аккурат после конца очередной ярмарки. Как взошла полная луна начались исчезновения. Сынок кузнеца пропал, пара пьяниц, да несколько шлюх. Потом по ночам в городе стали замечать огромного черного зверя, который бродил по улицам заглядывая в окна домов. Сначала думали, что это чушь спьяну придуманная, или мистификация какая. Но потом стало понятно, что маршрут этого зверя совпадет с местами исчезновений. Стража стала искать маньяка или монстра, думали, что как обычно управимся своими силами. Не тут-то было. Наши коровы с алебардами только пьяных по кабакам гонять могут! Один раз зверь напал в открытую и с большими жертвами, раскидал целый десяток стражников, и утащило одного из них. Сразу чуть было не вспыхнула паника, люди кричали о волколаке, показывали на луну, и даже пытались найти его в городе. Истерия дошла до того, что зарезали по разным подсчетам еще около десяти человек. Так что пришлось запретить носить что-то больше ножа. Ну естественно мы кинулись к магу. Он некоторое время назад перестал выходить из башни, но мы к этому привыкли, у него и раньше случались заскоки, маг все-таки. Но после того, как поговорили с его слугой, и тот сказал, что мэтр четыре дня не открывает мы решились взломать дверь и нашил страшный беспорядок. Я бывал у Людвига он страшный аккуратист, не туда шляпу положишь так он уже кипит от гнева. А тут такой бедлам. Все побито, мебель перевернута.

– Сколько это продолжались нападения?

– Целый месяц я же сказал, этот волколак…

– Это не волколак – я серьезно посмотрел на Редвига – и я уверен.

– Почему? – Он казался ошарашенным.

– Волк оборотень редко ходит на двух ногах и уж тем более не охотиться целый месяц без передыха. Он начинает где-то за три дня до полной луны и заканчивает дня через два после полнолуния. График естественно может сдвигаться. Но никогда никто не видел волколака на двух ногах и к тому же целый месяц убивающего людей. Кто-нибудь знает, где он поселился?

– Люди много болтают, но по ночам никто не выходит из дому.

– Значит, не знают.

– Люди нет, я да – он достал трубку и закурил – старый парк знаешь?

– Который в центре города, как не знать достопримечательность же.

– Вот именно. –Редвиг сплюнул – Там он обитает. Там рудник есть старый. Маги из него какие-то ингредиенты добывали он не очень глубокий, так что, когда он господам магам надоел, мы его засыпать не стали, сделали грот для развлечения туристов. Вот, судя по всему, в том руднике, тварь и поселилась. Что за жизнь пошла, что ни год то новые чуды лезут. Раньше только домовые безобразничали, да и то по мелочи. А нынче стража кого только не гоняет. То кровосос, то еще мерзость какая-то. Ты не поверишь парень, но за зиму у меня стражники шесть навов из водохранилища выудили. Потеряли троих хороших парней. Я уже королю писал, а он говорит, что борьба с нечистью – это дело местного самоуправления. А графу до нас и дела нет!

– Кто-нибудь брался за дело?

– Приезжал тут некий Штайнер де Гоор. Рыцарь нашего графа. Гордый, сказал, что усмирит зверя. Я думал он в латах, каких-нибудь особенных или там мечник опытный. Да куда там. Через два дня исчез, а на третий нашли то, что от него осталось недалеко от парка. Мерзкое было зрелище. Приезжали еще четыре странника, имена подзабыл, но после истории, о Штайнере разворачивались, и уматывали. Интересно почему.

– Штайнер в наших кругах птица известная. И хоть дурак он был жуткий нечисть уничтожал хорошо. Если он не потянул, значит, дело серьезное. Не каждый готов подставлять голову за такое. – Я скорчил презрительную мину.

– Вы же именно этим и занимаетесь!

– Нет Редвиг. Мы работаем за деньги и есть очень большая разница между тем что бы отогнать от каравана лешего или русалку и совсем другое рисковать и лезть в логово зверя способного разорвать рыцаря в полных латах. Ну да это всегда вопрос цены.

– Три тысячи, как и сказано в объявлении!

– Это цена почти трехнедельной давности, а ситуация, явно стала хуже.

– Сколько?

– Пока четыре и драгоценными камнями если можно.

– Может тебе еще вексель выдать! – мэр побагровел.

– Можно и вексель только столичного банка – я был серьезен, и Редвиг как-то сразу остыл.

– Значит берешься?

– Да берусь. Посмотреть можно на парк и рудник? Вы его не закрыли?

– Жить надоело? – Он округлил глаза – Туда никто теперь не ходит бояться! Может еще и ночью туда пойди хочешь!

– Нет, ночью не пойду. Завтра с утра схожу, посмотрю – я снова нахмурился – после этого скажу, с чем столкнулись, но то, что это не волколак это точно. Остается понять, что это.

– Охрану дать? – Мэр сказал это тоном, который подразумевал, что нечего он не даст.

– Не надо, будут топать, и мешать мне, а потом и вовсе разбежаться могут. Завтра вечером приду, расскажу, что узнал.

– Где остановился? У Олафа?

– Да, а зачем вам?

– Так на всякий случай – было видно, что он уверен, что я труп. Какая вера в людей!

– Вещи не трогайте, я завтра приду.

Ночь прошла тихо. Хоть я и открыл окно, повесив медальон с травой на всякий случай с улицы не доносилось ни звука. Утором все преобразилось. На улице бегали люди, и казалось, что еще чуть-чуть и паника прорвет плотину, превратив людей в опасную и думающую только о себе толпу. Бравые стражники, испуганно озираясь, пытались всех успокоить или разогнать. Но что-то у них не очень-то получалось. Спустившись в зал, я увидел бледного Олафа, который меланхолично протирал стаканы.

– Что случилось?

– Зверь опять напал. В этот раз он выбрался погулять за город. Напал на дом в пригороде. Говорят все залито кровью, и кого-то он утащил.

– Где это произошло – я схватил куртку, был шанс осмотреть место, рока там не натоптали стражники. Такой шанс упускать нельзя – сможешь показать?

– Любой сможет, выйдешь из главных ворот и налево. А там иди туда, где толпа. Люди всегда охочи до чужого горя. Я так понял, что не очень далеко от городских ворот.

Действительно через полчаса прибыв на место, я поразился размерам толпы. Казалось, что перед небольшой избой собрался весь город. На место никого не пропускали, и в толпе ходили самые странные слухи. Я старался пробиться, нещадно отталкивая людей и наступая им на ноги. Кое как добравшись до забора, и перелез через него, но был оставлен стражником.

– Куда собрался? Запретная зона!

– Не для меня. – страж был из новеньких и я его не знал – мэр здесь?

– Да – капитан указал на другой край дома – смотри, если забалуешь.

Я не стал слушать дальше, а просто пошел искать мэра. Редвиг блевал. Он выглядел как покойник такой же бледный и шатающийся.

– Пришел, наконец! – Он заметил меня – видишь, что у нас твориться! Еще пара таких случаев и моя должность уже не будет моей. До графа, судя по всему, уже стали доходить слухи.

– Я осмотрюсь?

– Валяй. Надеюсь, у тебя желудок крепче. – Он махнул рукой чтобы меня пропустили и снова склонился возле стены.

Я вошел в избу, в которой кроме сеней была всего одна комната с печкой. Дверь была снесена напрочь. Казалось, что-то выдрало ее из петель. На полу валялись сломанная мебель и битая посуда. Тела лежали рядом, покрытые уже потемневшей от крови простыней. Оставив покойников на потом, я осмотрел следы на двери и косяках. Кто бы это не сделал, он обладал внушительными когтями. Если судить по их размаху тварь будет даже повыше меня. Дело принимало серьезный оборот. Мебель была не просто сдвинута ее раскидали по комнате во все стороны и даже выдрали несколько кирпичей из печки, все это говорило о силе напавшего. Понятно, почему стража ходит испуганная до чертиков. Признаться, я тоже немного стал нервничать, и думать, а не откусил ли я кусок, больше, чем могу прожевать. Но у меня всегда был козырь в рукаве. Я недаром так старался подружиться со старым сварливым Гюнтером, который брал огромные деньги за свои артефакты, но они меня еще ни разу не подводили. Пришло время осмотреть тела, самое неприятное в моей профессии. Мужчина и женщина были сильно изуродованы. Глубина порезов меня тоже не порадовала, к тому же судя по следам на шее, у существа были еще и приличные клыки в комплекте. Мужчина был изорван намного сильнее и, судя по рукам, боролся, пытаясь защитить семью, пальцы были в крови и кое, где торчали длинные черные волоски. Ему разорвали горло, и только потом взялись за остальную семью. Женщине хватило одного удара. Вроде говорили, что монстр кого-то унес. Стоит справиться у мэра. Еще раз, бросив взгляд на разруху, я заметил кое-что необычное, небольшой серебряный амулет, с каменьями валяющийся на полу. Он сильно контрастировал с общим обиходом дома. Я подобрал, и незаметно сунул в карман. Не стоит никому говорить, что я нашел, не то, что бы я решил набить карманы, но медальон может быть зацепкой в этом деле. Выйдя из избы, я подошел к Редвигу, жадно пившему воду.

– Видел? Крепкий у тебя желудок парень или ты зачерствел.

– Привык скорее. Да и на войне и не такое видел – я сел рядом. – Подробнее можно услышать, что случилось?

– Можно. Но не от меня я устал, и этот запах скотобойни меня доведет, и так еле сижу. Там вон стоит сосед семьи, у него узнавай – мэр поднял и, шатаясь, ушел.

Из разговора с приветливым старичком, который немного заикался от пережитого и был белее снега, я узнал, что он проснулся посреди ночи от жуткого воя. Выглянув наружу, он естественно нечего не увидел, но, когда в соседнем доме зажегся свет, заметил огромную тварь, носившуюся и пытавшуюся залезть к соседям. От страха дед забился под лавку, и только слышал стук крики и вой, который доносился снаружи. Где-то, через полчаса все прекратилось, но все до утра сидели по домам боясь высунуть нос наружу. Утром, когда увидели разоренный дом тут же побежали за стражей. Говорили, что у семьи был еще и маленький ребенок, которого нигде не было. На вопрос чем занимался покойны старичок ответил, что он служил у мага и после пропажи того сидел без дела. Теперь понятно откуда мог быть амулет что я нашел. Дав старичку, серебряный, я пошел в город. Было жарко. Все парило, и казалось, камни вот-вот треснут от жары. Даже для юга королевства это было феноменально. Что-то я такое где-то читал, но никак не мог вспомнить. Мысль билась голове, но никак не могла сформироваться. Дойдя до ратуши, я попросил мэра показать мне дом мага. Он немного возмущался, но после того, как я сказал, что только так смогу решить проблему вздохнул и велел капитану стражи отвести меня.

– Ох, не сидится вам дома по такой жаре! – капитан звали Зденек, и он буквально умирал от жары в кирасе и кольчужном капюшоне.

– А зачем вам столько брони капитан?

– Как же монстр?! И кстати об этом как это вы собираетесь его победить, коли на вас, кроме рубашки нечего нет? –      На самом деле моя кольчуга была свернут в торбе позади седла, но я действительно редко ее надеваю. В армии натаскался больше не хочу.

– Не поможет. У твари такие когти, что кирасу она располосует без проблем. А мне пока не хочется получить тепловой удар – я немного распустил шнуровку на горле, чтобы было хоть немного прохладнее.

– Ваше право, но все же больше доверяю кольчуге.

– Что можете сказать о нападениях? Мэр сказал вам, где прячется зверь?

– Это я ему рассказал, где оно прячется – было видно, что капитану неприятно, что его заслугу присвоили – случайно обнаружил. Шел по следу из крови, дошел почти до самого рудника, это было в самом начале этого кошмара. Когда заглянул в рудник, оттуда так взвыло, что я едва не поседел от страха. Бежал так чуть ноги сзади не оставил. Сейчас в старый парк никто не ходит. Нападения там и днем происходили.

– Почему не просили помощи у магов?

– До них не достучишься, гонца, конечно, отправляли, но все без толку. А наш сами знаете, пропал.

– Не пытались искать?

– Что вы, перерыли весь город. Редко, когда город может похвастаться личным магом, поэтому своего мы берегли, так что уехать он не мог. Да и сами посмотрите все его вещи там. Думаю, зверь знал, что метр Людвиг опасен для него, поэтому и напал на него.

– Возможно. Но почему вы не сделали все сами? В страже достаточно человек и Турна не захолустный городок или деревня, где кроме как на странников, и положиться не на кого. Могли навалится гуртом и прикончить зверя.

– У нас почти сотня стражи – капитан, почему-то смутился – на нас и так многие ополчились, считая, что мы нечего не делаем, и они, конечно, правы. Вот только вы не видели, что монстр сделал с тем рыцарем. А мои ребята видели. Я теперь даже если пригрожу уволить или в тюрьму отправить, не пойдут они никуда. А если выгоню со службы, убегут в другой город. Всем очень страшно господин.

– Просто Дик если можно, не люблю этих господ.

– Тогда просто Зденек. Можно вопрос Дик?

– Конечно.

– Почему ты этим занимаешься? Монстрами я имею в виду?

– Честно говоря, не знаю, платят как-то больше, чем за другую работу. А по большому счету, наверное, потому что нравиться. Да и не умею я нечего больше, только мечом махать.

– Как это может нравиться? – Зденек ошарашено вытаращился на меня

– Ну, не всегда, конечно. Когда вот как сейчас охотишься на то, что может запросто откусить голову, то конечно страшно. Но по большей части по деревням сидят духи, да упыри иногда попадаются, домовые опять же. С ними можно договориться или прогнать, так что мне все-таки нравиться.

– А как ты вообще начал этим заниматься? Если не секрет, конечно.

– Да кокой секрет. Все равно идем долго хоть скрашу историей. Гоблин. Все началось с гоблина – я рассмеялся, вспомнив тот случай – я только из армии ушел и сразу нанялся в охрану к одному купцу. Он вез шкуры с побережья на юг, мы остановились в одном старом замке родственника местного барона. Там шалил гоблин, причем шалил не первый год, и местные уже не надеялись его выгнать. Тут я решил попробовать, мы на севере избавлялись от них специальным составом, чеснок прогорклое масло и борец. Почему-то они этого запаха не выносят. А если поджечь солому, пропитанную этим составом, то смердит знатно. Ну, и я выгнал этого гоблина, правда, он успел в меня дохлой кошкой запустить. Дворянин тогда очень обрадовался, и даже наградил, да так что получилось, что за день работы я получил больше, чем в путешествии на юг с караваном. Так как-то и решил заниматься подобным. Потом затянуло, знаешь ли. Да и людям помогать тоже полезно и приятно, тем более что ничего другого я повторюсь делать все равно не умею. Ну, мы скоро придем то?

– Да, осталось пара кварталов – Зденек указал на залитую солнцем улицу. Жара и опасность сделал город безлюдным и это летом, в самый разгар ярмарочного сезона! Не удивительно, что мэр так нервничает. Башню мага было уже видно. Это было довольно простой дом, переходящей в башню из белого кирпича. Немного напоминало огромную печную трубу с крышей.

– И почему маги так башни любят? – Я посмотрел вверх.

– Наверное, ближе к небу хотят быть – Зденек не понял, что вопрос риторический. На него не отвечали даже пара моих знакомых магов. А Гюнтер так и вовсе фыркал, и немедленно переводил тему разговора. Подойдя, ближе оказалась что башня вырастала из простого трехэтажного дома с верандой и довольно неплохим балконом. Хорошо все-таки быть волшебником!

Открыв дверь ключом, Зденек проводил меня внутрь. В основном доме было несколько комнат, которые объединяли беспорядок и пыль, покрывшая все кругом. По стенам висели картины препарированных животных и разрезы человеческих тел, стандартна картина для практикующего мага. Под потолком болталось чучело крокодила. Хаос в комнатах, конечно, царил полнейший, разбитые колбы и мензурки, разорванные книги и следы борьбы. Казалось, что здесь дрались как минимум человек десять.

– Все, так как вы нашли?

– Да никто нечего трогать не стал, все боялись. – Капитан указал наверх, где была лестница на второй этаж – там его лаборатория и башня. Я не пойду туда, если ты не против. Только нечего не трогай!

– Не беспокойся – суеверия все-таки были сильны в народе, и к магии старались не приближаться без необходимости.

Я поднялся наверх. Лаборатория прибывала в том же состоянии что и остальные помещения. Все было разбросано, но все-таки что-то не сходилось. Следы когтей были по всюду, но не было никаких следов крови. Казалось, что маг просто растворился в воздухе. Хотя вполне возможно, что так и было есть у них такая привычка. Рядом с перевернутым столом я нашел небольшой пыльный журнал, и немедленно спрятал себе под рубашку. Надо будет изучить на досуге, мне кажется, что это может пролить свет на то, что происходит в городе. Маги обычно очень тщательно записывали свои опыты и то, что происходило с ними за день, может быть чародей заметил что-нибудь необычное. Было бы неплохо. За окном громыхнуло. Кажется, пока я изучал место происшествия, погода успела поменяться. Перед тем как покинуть дом мага я спустился в подвал, и был немало озадачен количеством больших колб и клеток в некоторых, из которых лежали скелеты животных. Хотя от мага всего можно было ожидать, это выглядело необычно и даже жутко.

Выйдя из башни, я бросился под навес. От проливного дождя по улицам текли реки. Чем еще примечателен юг так это, тем с какой скоростью здесь может поменяться погода. Утром солнце? Нет нечего необычного если вечером того же дня будет довольно холодно, а потом польет дождь. Зденек так же стоял рядом и наблюдал за тучами, плывущими по небу. Спросив все ли, я сделал стражник прислонил алебарду к стене и уселся прямо на землю, явно не собираясь никуда идти в ближайшее время. Поняв, что погода не собирается исправляться, я вышел под дождь и с удивлением почувствовал, что он был горячим. Дойдя то таверны, я естественно насквозь промок, и настроение было не очень радужным. Олаф хмуро осмотрел меня, и послал служанку за чистым бельем, а сам налил мне пива. Переодевшись и поглядывая на довольно милую служанку, я думал о том, что делать дальше. Снаружи стучали тяжелые капли, не давая никакой надежды добраться до парка в такую погоду, поэтому я решил оставить это на завтра. Поужинав, я закрылся в своей комнате и начал изучать журнал мага. Это оказалось довольно любопытно и познавательно. Маг занимался не совсем обычными опытами, которые несколько я помню были еще и не разрешены Орденом магов, контролировавшим все действия носителе дара в королевстве. Конечно, узнай горожане, что маг занимается опытами на людях, спасибо ему бы не сказали. Такие опыты лучше проводить в тишине и желательно в безлюдном месте. Даже странно, что он на такое решился. Журнал велся подробно, и изобиловал подробностями и даже гравюрами. И мне не сказано повезло так как маг действительно заметил кое-что необычное. После того как я закончил чтение ситуация немного прояснилась, осталось только придумать как подойти к ее решению, а для этого как не крути, придется наведаться в парк.

В дверь тихонько постучали. Я никого не ждал, поэтому насторожился. Открыв дверь, я обнаружил давешнюю служанку, в глазах которой прочел вполне четкий вопрос, и недолго думая впустил ее в комнату.

Я проснулся по среди ночи от того, что девушка рядом дрожала крупной дрожью и сначала не понял от чего. Ливень превратился в мелкий дождик, и над городом разносился тоскливый вой. Он оглашал город, от него признаться стыла в жилах кровь. Служанка прижалась ко мне, дрожала как осиновый лист на ветру. Звук был долгий, и не прекращался то, взлетая ввысь, то практически пропадая. Через полчаса все стихло, девушка заснула, спрятав голову мне под руку, я долго лежал, глядя в потолок, думая о том, что предстоит мне завтра.

Конечно, я предпочитаю возиться с гоблинами или феями пакостящим крестьянам, никто не хочет лезть в логово дракона или общаться с троллем. Но в нашем деле существует такая противня вещь как репутация. Без нее никуда. Все знают самых знаменитых странников и им достаются, как правило, самые сочные куски. И соответственно им больше платят. Короли опять же иногда обращаются к ним, сейчас этим активно пользуется гильдия, стараясь заманить к себе, всех кого только сможет. Так что я всегда стараюсь доделывать дело до конца, чтобы не потерять лицо. И с утра хочешь, не хочешь, пришлось идти в старый парк.

Это было довольно необычно, что в городе располагалась довольно приличная территория, засаженная деревьями. Первый граф Турны был весьма романтичным человеком, и говорят, что собственноручно посадил несколько деревьев что для дворянина считалось чем-то вроде подвига. Как бы то ни было, Старый парк Турны был достопримечательностью всего юга. Здесь можно было найти черные дубы и Ночного леса и раскидистые каштаны, огненные клены и отливающие синей корой ивы из земель что за Великой пустыней. Отдельную часть занимали голубые ели северных анклавов и печально известные фуговы деревья с вечно желтыми листьями которые в некоторые месяцы выделили сильное галлюциногенное вещество. В обычное время в парке была тьма тьмущая народу, прогуливающиеся парочки и отдыхающие купцы с ярмарки, медленно фланировали среди деревьев по утоптанным тропинкам и вымощенным дорожкам. Теперь все было иначе. Парк вымер. От него пахло смертью, если, конечно, она имеет запах. Казалось, что сам воздух в нем был спертым и тяжелым. Несколько кровавых пятен указывали на то, что зверь не слишком скрывал свое присутствие. Ворота в парк были открыты, и я тихо прошел внутрь. Мэр, провожая меня, явно не ожидал больше увидеть меня живым. После ночного воя на улицах города не осталось ни одного человека. На поясе у меня висел медальон, который должен был определить темные чары, даже не хочу вспоминать, как мне удалось его раздобыть. Меч я брать не стал, не стоило нервировать стражников, вместо него на поясе у меня висел широкий кинжал с пламевидным клинком, хорошее оружие не раз послужившее мне на войне. Тем более что с мечом было бы не очень удобно красться среди деревьев, прижимаясь к скудным теням и стараясь не издавать ни звука. Судя по плану, который мне дали рудник, который я ищу, находился на дальней стороне парка, и до него был прилично топать. Птицы щебетали и, если бы не опасность, от прогулки можно было даже получить удовольствие. То тут, то там попадались пятна крови и даже кости, видимо зверь пользовался тем же маршрутом что и я. После того как я наткнулся на окровавленные остатки одежды я точно уверился что иду правильно. Пару раз издали раздавался шум, который заставлял меня не некоторое время прятаться в кустах малины и волчьей ягоды, растущих по сторонам от дорожки. На всякий случай я взял с собой амулет для отвода зверей, в конце концов, много не мало, а в кошелке лежало несколько монет из чистого серебра. Все то, что говорят про серебро и нечисть полное вранье, волколаку на них чихать, а упыри испытывают лишь небольшое жжение и то если возьмут серебро в руку. Но оно прекрасно блестит на солнце и в случае чего может отвлечь внимание, особенно если бросить в лицо или морду. Через полчаса блужданий я вышел на небольшую площадь перед рудником. Черное жерло старого рудника поднималось из земли навроде пасти. Вся площадь перед ней была заляпана кровью и отпечатками когтистых лап. То тут, то там лежали части одежды, а окрестные деревья были покрыты царапинами. Оглядывая всю эту разруху, я в который раз пожалел, что вообще взялся за это дело. Иногда мне кажется, что альтруизм или жадность меня до добра не доведут. Немного постояв и вздохнув, я пошел вперед. Тихо подкравшись ко входу в рудник, я заглянул внутрь и содрогнулся от исходящей оттуда вони. Пахло выгребной ямой и псиной. Судя по всему, как грот для отдыха – это место вряд ли будут еще использовать. Мне казалось, что на меня из темноты кто-то смотрит. Хотя я прекрасно представлял, кто может смотреть, и поэтому с большим трудом подавил желание броситься наутек. Мой медальон начал светиться слегка розоватым светом, что означало, что в этом месте действует магия. После того как свечение усилилось я развернулся и практически пробежал через площадь до ближайших деревьев. Усиление свечения означало, что источник магии приближался, и мне совсем не хотелось с ним здороваться, по крайней мере, пока. Я быстро пошел в сторону выхода из парка, но свечение от амулета, как назло, не только не тускнело, но наоборот становилось все ярче. Меня заметили, и явно не хотели отпускать. Не найдя нечего лучшего я забрался в ближайшее дерево и спрятался в его кроне, повезло что это оказался клен с огненно-красными листьями. Крона была густой и источала такой запах меда и древесины так что заметить меня в ней было невозможно, по крайней мере я на это надеюсь. Через несколько минут на дорожку вышел тот, кого в городе звали Большой Черный Зверь.

Тварь была действительно выше меня ростом, покрытая черной свалявшейся шерстю с мордой чем-то отдаленно похожей на волчью или собачью. Стоя на задних лапах, существо было немного сутулым и держалось за деревья передними покрытыми кровью и оканчивающимися внушающими уважение когтями. Как мне показалось, зверь был одет в рваные штаны и лохмотья то ли рубашки, то ли сюртука. Тварь шумно дышала, и казалось, пытаясь понять, куда я делся. Медальон я благоразумно убрал в кожаный кошель что бы не выдать себя. Очень надеюсь, что меня нельзя найти по запаху. Эх надо было все-таки бежать, а не изображать из себя верхолаза! Когда я в сотый раз проклял себя за глупость, тварь пошла дальше, крутя головой из стороны в сторону. Она явно потеряла мой след, и теперь старалась его найти. Для верности я проторчал на дереве еще около часа, но нечего не произошло. Ноги затекли, и спину нещадно ломило, зато у меня было время подумать над тем, что делать дальше. Стоило сказать мэру, что у меня есть план, но надо чтобы мне никто не мешал. Я слез с дерева, заблаговременно убедившись, что медальон потух, и осторожно направился к выходу из парка. Пару раз из-за шелеста мне казалось, что вот-вот на меня выпрыгнет зверь, и я стискивал рукоять кинжала, но нечего не происходило. Казалось, что прошло несколько дней, с тех пор как я вошел в парк, но, посмотрев на часы городской ратуши, я понял, что прошло не более трех часов.

Полдень уже миновал, когда я пришел в ратушу. Меня сразу же проводили к мэру. Редвиг сидел в кабинете, что-то увлеченно писал.

– А, это ты! – Было видно, что он удивлен.

– Не умер, как ты думал – я сел в кресло и вытянул ноги.

– Ты еще скажи, что справился!

– Нет, но зверюгу видел, солидная тварь, думаю надо тысчонку накинуть.

– А может ключ от казны? – Редвиг налил вина, и неожиданно протянул мне стакан – слышал, что еще один странник приехал?

– Нет – я не был удивлен – он заходил кто таков?

– Герман Охотник на драконов знаешь такого?

– Громкое имя не слыхал про такого, какой-нибудь новичок.

– Я тоже не слышал и имя глупое, если честно слишком пафосное, а сам выглядит, соплей перешибешь.

– И что сказал Охотник?

– Уже уехал. Я рассказал ему все, то же самое, что тебе и он сказал, что сегодня зарубит зверя. Еще и меч вытащил, и позу принял. А мечик дрянь, из какой-то мотыги, небось, переделанный и кольчужка на нем была плохенькая совсем, в общем, выкинул я его пинком под зад. Меньше трупов, меньше шума. И так вот – он указал на письмо – пишу графу, чтобы не серчал, он сейчас в загородном имении, да и вообще предпочитает родовой замок, Турне. Может оно и к лучшему?

– Не думаю, пара латников из графской охраны очень сильно помогла бы – я отпил вина – а он был не в курсе что происходит?

– Как же, рвет и мечет, приказывает разобраться быстро и без шума, а сам не горит желанием приезжать. Привык только налоги собирать, практически не управляя делами, а только получая свою долю с доходов. Нет брат, за графством пригляд нужен. А теперь управляем по большей части мы, главы крупных городов.

– Вы тоже неплохо устроились – я такие песни слышал слишком часто, у людей всегда виноваты все кроме них самих – небось, и состоянием разжились, и не мешал никто, а как припекло, так сразу и граф виноват.

– Что б ты понимал мальчишка! – На рев мэра сбежались стражники. – Я здесь мэр, и хозяин, будет меня поучать всякий странник! Есть что сказать говори, а нет, проваливай!

– Есть – мне от его криков было не тепло ни холодно, даже наоборот я старался не улыбаться в полный рот, глядя, как он трясет бородой. – У меня есть план. – Теперь осталось сделать, так что бы мне выслушали, что еще сложнее поверили, и помогли.

– И что это за план?

– Мы его возьмем живым. – Я не ожидал, что человек может так громко кричать

– Ты что сдурел Дик! Зачем его брать живым, его нужно убить, и забыть, как о страшном сне! – Мэр, казалось, сейчас свалиться с инфарктом.

– Потому что все не так просто, как кажется, на первый взгляд. Мне нужен Зденек, сетка и достаточно прочная клетка. И после этого мне нужно, чтобы ты нашел какой-нибудь подвал, и чтобы он был каменный.

– Ага и катапульты причем три – лицо мэра выражало все что он думал о моем плане. – Зачем! Дик объясни, зачем тебе это!

– Ты поймешь, когда мы его поймаем. У меня кое-что есть, что обездвижит зверя. Останется только закрыть его в подвал и подумать, что делать дальше. Я советую послать еще одно сообщение магам в столицу. Скажите, что зверь создан магией так что это их зона ответственности.

– Думаешь это что-то даст? – Редвиг подался вперед.

– Если думаешь, что этого мало можешь сказать, что ваш маг или его тело может находиться в логове зверя.

– Ясно. – Э как он сразу засуетился как о маге услышал – Сколько нужно людей?

– Десятка хватит. Я все сделаю сам мне необходимо, чтобы они, не сбежали, когда зверь выпрыгнет из логова. Как только я его обездвижу, нужно чтобы они накинули сеть. Больше нечего не надо. И кстати подвал желательно рядом с парком, мой способ удержания долго не продержится. Как только мы его захватим, пошли кого-нибудь в грот. Мальчик, которого монстр украл, скорее всего тоже там. – Оставив Редвига заниматься делами я отправился в трактир, нужно было отдохнуть перед сегодняшней ночью.

Этим же вечером, я сидел недалеко от входа в рудник и смотрел на медальон, слабо горевший у меня в ладони. Зверь был внизу, но почему-то не спешил, выходит наружу. Я не могу биться с такими тварями, ведь и по скорости, и по силе я им проигрываю. Что остается? Правильно хитрить. Когда меня спрашивают, как я справляюсь с подобным, приходиться обычно темнить, и напускать дым. Никто не будет считать героями тех, кто использует магические вещи для работы. Люди, почему-то ценят только тех, кто выходит с монстром один на один с мечом и громким лозунгом. А такие как я вызывают раздражение, особенно когда приходиться время платать. Вот и теперь я использовал не раз, спасавший меня капкан. Небольшая круглая плитка из посеребренного метала, которая накладывает паралич примерно на шесть метров вокруг. Гюнтер содрал с меня кругленькую сумму за нее, но я ни разу не пожалел об этом. У пластины был один существенный минус, к сожалению, она била по всем, кто находиться в радиусе действия. Поэтому приходилось ее использовать только в исключительных случаях, когда я мог устроить засаду и не попасть под действие чар. У меня зверски затекли ноги, но зверь все так же не спешил показываться. Ну что за невезуха, может стоит его подтолкнуть? Но теперь к руднику не подойдешь, не активируя ловушку. Подобрав с земли небольшой камень, я с размаху кинул его в провал. Из дыры послышался вой и медальон стал буквально сиять. Я встал, и вышел на видное место, чтобы он меня заметил. Зверь выпрыгнул из пролома и на секунду замер. Как странно работают глаза во время опасности, от волнения можно рассмотреть самые мелкие детали. Хлопья пены из пасти, дрожание когтей и пятна крови, покрывавшие шерсть. Он завыл, как призрак и прыгнул, вперед оказавшись в зоне поражения ловушки. Полыхнуло синим светом, и зверь рухнул на землю абсолютно обездвиженный. Он так и лежал, вытянув в прыжке страшные когти. Я уже бежал к нему, крича Зденеку что бы тот спешил. Как ни странно, капитан бежал следом за мной, но с ним был только один стражник, видимо все остальные все-таки сбежали. Они несли большую сеть из толстой веревки. В таких сетях поднимали бочки на кранах. Подбежав, они застыли в ступоре, и стояли пока я не закричал, чтобы они пошевеливались. Моя ловушка была хоть эффективна, но, к сожалению, недолговечна, только десять минут полного паралича Помошники что б их! Вот так всегда, встанут, и стоят, от страха не зная, что делать. Именно поэтому мало кто может справится с нечистью в нашем мире и почти все, кто может это бывшие военные. Когда ты пережил кавалерийскую атаку в лоб или обстрел лучников тебе уже не так страшны все эти клыки и когти. Нет, конечно, страх есть, те, кто говорят, что странники ничего не бояться либо рекламируют кого-то, либо мало что понимают в жизни. Те, кто не бояться умирают на первом же контракте. Страх есть, но это загнанный и ослабевший страх, страх в самом дальнем углу сознания, который помогает выжить, но не мешает думать и действовать в критических случаях. Я подхватил сеть и начал накидывать ее на монстра. Зденек с трудом оправился от шока, и трясущимися руками стал помогать, одновременно крича на подчиненных, чтобы те катили клетку. Когда я опутывал чудовище, то случайно посмотрел в его глаза, такой ярости я не видел давно. Налитые кровью глаза смотрели прямо на меня, обещая все муки ада, когда он выберется, но за ними в глубине взгляда было что еще. Я старался как можно лучше опутывать его, Зденек поняв, что мне не нужна помощь, побежал за телегой, на которой стояла клетка, не очень прочная конструкция из тонких металлических прутьев, вбитых в деревянное основание. Запряженная в нее чахлая кобылка фыркала и косилась испуганным взглядом на зверя. Когда мы подняли чудовище, оказалось, что он слишком легкий для такой комплекции. Одному из стражников показалось, что рука монстра дернулась, и он с дикими криками унесся прочь. Защитники мать их так! С трудом запихав тварь в клетку, мы быстро направились к ближайшему выходу из парка.

– Нашли подвал? – Я, запыхавшись повернулся, Зденеку который правил телегой направляя двух явно нервничавших лошадей к открытым по этому случаю воротам.

– Да Дик, нашили, старое хранилище казны. Там железная дверь хороший замок и крепкие стены. Сверху здание торговой палаты оно сейчас полупустое, так что никто не помешает – было видно, что он боится, но одновременно испытывает странное воодушевление, так всегда бывает в первый раз – мэр сказал, что будет ждать нас там. Но что будем делать дальше?

– Увидишь, когда приедем и, кстати, подстегни этих клячь, скоро выйдет время паралича! – Я стал немного опасаться, потому что времени совсем не оставалось, слишком долго мы провозились. Мы вылетели через боковые ворота парка, и устремились к зданию гильдии, из клетки раздавался тихий вой, говоривший о том, что чары стали спадать. Я очень надеялся, что стальные прутья хоть немного задержат зверя, и помогут нам запереть его. Здание торговой палаты было трехэтажным каменным домом, напоминавшим крошечный замок. Две башенки и колышущиеся флаги были в наличии, довольно красиво, хотя и бесполезно. Подвал был с боку здания, и, как назло, там уже топился народ. Проклятье, стоило догадаться, что зеваки придут поглазеть, и они, конечно же, они перегораживали подъезд. Зденек натянул поводья, но я быстро перехватил их, и стеганул лошадей, направил их ко входу. Люди стали кричать и стараться уйти из-под колес. Ненавижу, когда кто-то мешается особенно в такие моменты! Телега стала ощутимо качаться, зверь в клетке пришел в себя, и явно не хотел оставаться в таком неудобном положении. Сеть уже трещала по швам и было понятно, что долго она не выдержит. Время было на исходе, я не знаю, сколько протянет клетка. Как только мы подъехали, я тут же выскочил, и навалился на бок клетки, едва не попав под взмах когтистой лапы.

– Лови – Зденек бросил мне гизарму и сам налег на такую же, зацепив крюк за прутья клетки. Так мы столкнули ее вниз по ступенькам и захлопнули дверь хранилища. Оттуда раздался вой и звуки от которых сводило зубы – скрежет когтей по камням.

– Уф! Управились, теперь можно и поспать – я посмотрел наверх, где в одном окне горел свет. Видимо мэр был там – пойду, расскажу Редвигу.

– А мне что делать? – Зденек с опаской посмотрел на дверь

– Не знаю – я зевнул, мне всегда хочется спать после таких дел – выстави охрану и топай себе домой, только смотри чтобы никто в подвал не совался.

Поднявшись на второй этаж чересчур роскошного здания палаты, я зашел в комнату для посетителей. Мэр сидел в мягком кресле и пил вино, он хмуро посмотрел на меня и почти залпом осушил бокал, даже здесь было слышно, как в подвале беснуется чудовище.

– И что теперь умник?

– Желательно получить деньги – я сел напротив – и как я сказал лучше всего камнями.

– С чего бы это? – Он колюче посмотрел на меня – монстр жив и лучше всех себя чувствует. Дело не сделано, оплаты не будет.

– Не надо так Редвиг – я стал серьезен, не люблю, когда заказчики пытаются представить дело таким образом, чтобы избежать оплаты – не только у странников есть репутация. Если я расскажу, что вы не платите особенно за такую работу, то в следующий раз нанимать будет некого, сами будете разбираться.

– Не напугал. Что нам теперь делать с этой тварью? Она там все разнесет! И где Людвиг! Ты сказал, что знаешь, где он. Я послал людей в грот, там нет его тела! Что мне сказать магам?!

– Успокойся – я вытянул уставшие ноги – сначала оплата или я пошел.

– Держи – он нехотя вытащил небольшой мешочек и метнул его – здесь три тысячи.

– Я сказал четыре!

– Тысячу получишь после того, как расскажешь, что мне дальше делать с монстром и где Людвиг. И не пугай меня, что пустишь слух, положенные три ты уже получил и камни там хорошие.

– Ладно, договорились. – Ох люди-люди и зачем я вообще рискую шеей. – Этот с твоего позволения монстр всего лишь продукт проклятия или заклятия превратившего его в полу человека полу волка. Возможно там еще примесь каких-то зверей не знаю. Инстинкт и жажда крови прилагаются в комплекте, поэтому он и убивал. Вы нашли мальчика, которого он похитил, причем невредимого только сильно напуганного?

– Да, нечего не говорит, никого не слушает, только плачет все время, и прячется куда попало. Он в соседней комнате, дали ему успокоительного из трав. Как ты узнал, что он там?

– Предчувствие. Монстр потому что никто не хотел его выслушать, и это вызывало ярость. Хотя первые жертвы вполне могли быть из-за голода.

– А о чем он хотел поговорить? – Лицо мэра вытянулось.

– Просил о помощи я думаю, непросто быть запертым в таком теле.

– Не знаю, что ты там себе придумал, но давай ври дальше. И может, ты скажешь, наконец, где маг?

– Он действительно просил помочь, это я понял, когда выслушал рассказ старичка, соседа помощника мага на которого напали. Монстр ходил во круг их дома и пытался достучаться до них, однако когда его не пустили и возможно постарались отогнать он озверел и убил всех потом пришел в себя и постарался спасти ребенка но тут я не уверен. Людвиг как я помню всегда был немного с приветом.

– Где, черт возьми, Людвиг и, почему ты говоришь, так как будто он был на месте преступления!?

– Да, долго до тебя доходит. Если хочешь видеть метра Людвига, то он сейчас в подвале воет, и пытается разнести стены – надо было видеть лицо Редвига, когда я это сказал.

– Не может быть! Ты белены объелся?

– Нет, на самом деле все просто и если ты перестанешь орать, и ставить мои слова под сомнения, я помогу вам и расскажу, как догадался, а если нет то засунь тысячу себе в задницу, и попробуй убить его, потом будешь разбираться с королем и магами, которые захотят твою голову! – от моих слов Редвиг немого, остыл и мрачно кивнув, закурил трубку. – Так-то лучше. Мне сразу показалось, что это не нечисть, а действие какого-то заклинания. Поэтому и хотел посмотреть, на места, где он нападал, там видна ярость, а не расчет или голод. В избе я нашел медальон который явно принадлежал Людвигу если конечно его помощник не может себе позволить золотой амулет с серебряными вставками. Возможно зверь приходил именно за ним но я не уверен. В лаборатории Людвига я нашел журнал экспериментов и колбы, в которых он содержал свои творения. Куда он потом девал тела, я не знаю, скорее всего сжигал. Видимо один раз, что-то пошло не так и магия ударила по нему самому, превратив в это чудо. Придя в себя он вероятно озверел от случившегося и в припадке совершил первые нападения. Может быть потом он пытался, кому-то рассказать о том, что случилось и возможно, как снять заклятие, но у него нечего не получалось. Так что именно поэтому я не хотел его убивать и предпочел пленить. Ну, все понял?

– Он на людях что ли опыты ставил?

– Да – я не стал скрывать то, что меня не касается – пропал кто-то?

– Пьяницы и нищие последние пару месяцев, но было не понятно пропали они или просто ушли жить, куда-то еще, да и не искал никто если честно. – Редвиг почесал голову, и выпустил мощную струю дыма – лучше бы ты его убил, теперь уже не получиться сказать, что мы не знали, кто это и случайно его прикончить. – По законам королевства маги были неприкасаемы, слишком мало носителей этого дара было у нас. Где-то я читал, что всего их было меньше тысячи. Нарушение этого закона каралось смертью.

– Он знал кого не хватятся. Ну да это не ваше дело, когда его расколдуют, придется объясняться перед магами.

– Ты прав, не твое это дело – в мои руки прилетел еще один кошель – работу сделал, можешь ехать, а я что-нибудь придумаю – казалось, что из Редвига кто-то высосал силы – хотя нечего дельного в голову не приходит.

– Я могу поговорить с ним или, хотя бы попробовать, может что получиться. Есть там окошко, чтобы не входить в комнату?

– Есть. В задней комнате есть небольшое окошко, через которое охрана наблюдала за хранилищем. Сколько возьмешь?

– Нисколько – мэр удивленно поднял брови – я же не сказал, что расколдую его, потому что в магии нечего не понимаю. Просто поговорю и, если получиться помогу.

– Зачем? – Редвиг смотрел на меня ожидая вероятно, что я попрошу его место либо ночь с дочкой графа.

– Не знаю, я альтруист и тем более мне пока совсем нечем заняться – я пожал плечами. – Ну что пойду немного вздремну пока Его Могущество немного успокоиться и перестанет так выть, а потом вернусь и попробую поговорить?

– Договорились Дик – Редвиг тяжело поднялся и явно пересилив себя произнес. – Спасибо пойду я, пожалуй, надо еще с ребенком что-то решать и послать сообщении, что ярмарку можно проводить. Уф как камень с души упал. Зайди ко мне после того, как поговоришь с Людвигом, я охрану оставлю.

После таких дел я сплю всегда, как убитый и даже гром пушек не способен меня разбудить. В городе все было тихо, но кто-то все же разнес весть о том, что чудовище поймали и на утро весь народ высыпал на улицу. Казалось, что начался всеобщий пазник, каждый мнил, что именно он помог прекратить кошмар. Мэр, конечно же, выступил с заявлением, что стараниями стражи был схвачен монстр, и что удивительно не забыл упомянуть и меня. Не стоит думать, что я жадный до славы, но в таких делах стоит быть щепетильным иначе прибыльных заказов не видать. Я не горел желанием показываться на глаза толпе, и направился сразу дому Торговой палаты. Как ни странно, толпы зевак я не заметил, толи стража всех разогнала, толи вой зверя распугал людей. Зденек был на посту уставший и сонный. Увидев меня, он махнул рукой.

– Дик, привет. Сделай что-нибудь, у меня от этого воя уже все внутренности сводит.

– Постараюсь – я прошел в здание и найдя небольшое помещение для охраны удобно устроился на низком табурете возле стены с небольшим окошком. С обратной стороны в помещении для хранения казны раздавалось приглушенное завывание. Оконце было закрыто металлической пластиной с решеткой. Судя по тому, что пластина была деформирована, по ней несколько раз ударили изнутри. Я постарался тихо открыть ее, но по закону всемирного свинства он скрипела, так что казалось, что услышать можно на другом конце города. В окошке тут же возникла оскаленная морда, которая постаралась перегрызть прутья решетки.

– Вы крайне невежливы метр Людвиг – я спокойно смотрел как монстр беснуется, не имея возможности добраться до меня, при звуках своего имени он затих и странно посмотрел в моем направлении – может, поговорим или будем по-прежнему вести себя по-зверски?

Ответом мне был вой и лязганье челюстей о железо. Монстр носился по комнате, и старался меня достать, но почему-то мне казалось, что с каждым кругом он становиться спокойнее. Наконец через полчаса, когда я успел даже сходить и налить себе кофе, он сел рядом с остатками клетки странно подобрав под себя ноги.

– Ну что успокоился? Хотя это риторический вопрос. Метр вы меня понимаете или я говорю, как со стенкой вы хоть головой мотните, если слышите – косматая голова несколько раз мотнулись – О! Прогресс, уже не плохо, будем надеяться, что это ответ, а не блохи. Вы не убили ребенка, и пытались поговорить со своим помощником значит вы более-менее вменяемы, вы можете попытаться говорить? – голова стала раскачиваться взад-вперед и неожиданно монстр снова кинулся на решетку.

– Ну что? – Из-за этого шума я не заметил, как пришел мэр. Тот стоял на пороге комнатки и с опаской смотрел на окошко. – Решил сам заглянуть посмотреть чем дело кончится.

– Ну как я предполагал. Он понимает, кто он и что с ним случилось. Минус в том, что он не способен себя контролировать в моменты ярости, которые возникают по любому поводу. Без его консультации я, не могу ему помочь, в его дневнике есть только описание экспериментов, но положительных результатов не описывается, как и контрзаклинания или ритуала. Думаю, здесь не обойтись без мага, причем очень хорошего. – Я сунул руку в карман, и нащупал медальон, подобранный в избе. Он был теплым, и казалось, слегка вибрировал. – Что будете делать?

– Ждать магов, убить его мы по закону не можем. – Мэр неприязненно посмотрел на чудовище и сплюнул на пол – Я написал графу о ситуации, и попросил помощи может быть что-то и решиться. Ты уезжаешь или поживешь у нас?

– Нет, я, пожалуй, поеду, не хочу долго засиживаться. Хочу доехать до Старого Графства пока не начались холода. Тем более, совсем не понятно, чем закончиться ваша эпопея.

– Был рад видеть и спасибо еще раз за помощь – это было что-то новенькое, мэр на моей памяти очень редко благодарил. Редвиг ушел, а я остался сидеть, слушая, как монстр тихо подвывает, и неожиданно чуть не отлетел назад. Из-за решетки с большим трудом высунулась лапа, которая пыталась до меня дотянуться. Я отошел подальше и тут заметил, что монстр тянется не ко мне, а к медальону, который буквально пытался впрыгнуть в руку своего владельца. Поразмыслив, я аккуратно бросил медальон в лапу, и она тут же втянулась обратно. В комнате все затихло, и неожиданно раздался хриплый голос.

– Наконец-то – казалось, что говоривший долго кричал и сорвал связки – спасибо.

– Я полагаю метр Людвиг? – Я приблизился к окошку.

– Да Дик это я – монстр сидел, подобрав под себя ноги, мелко подрагивал – по крайней мере, то, что от меня осталось.

– Рад, что ты в сознании – я уселся на прежнее место – как самочувствие?

– Дииииик – голос перешел в вой и конвульсии участились – не язви, пожалуйста, я практически не могу себя контролировать, а от твоих острот только хуже!

– Извини, никак не могу забыть, как ты грозил меня заколдовать в прошлую нашу встречу. Теперь даже радуюсь что ты не выполнил угрозу.

– Не поверишь, но теперь я несколько иначе смотрю на жизнь – голос дрожал от ярости и еле сдерживаемых эмоций.

– Амулет помогает говорить?

– Да я создал его для экспериментов, а мой помощник случайно забрал его, когда уходил последний раз из башни. Я пошел к нему, чтобы вернуть амулет, но не смог себя сдержать – он снова взвыл.

– Сам сможешь расколдовать себя?

– Нет, как ты узнал, что это заклятие!?

– Твой журнал, по нему я догадался что случилось. Ответь на один простой вопрос, зачем?

– Что зачем?

– Твой подвал, похищения людей, опыты и прочее, что привело тебя к такому состоянию.

– Я ученный Дик и изучаю природу и все что в ней находиться.

– И что? Это, по-твоему, природа? Ты создал просто новый вид монстров! Иногда у меня закрадывается мысль, что некоторые виды чудовищ, о которых раньше не слышали это плоды экспериментов магов вроде тебя.

– Ты не поймешь странник. Ты все равно, что перекати поле, ни родных, ни дома. Я же стараюсь помочь людям, всем и сразу. А для этого приходиться идти на жертвы, иногда такое случается. Я не сумасшедший не смотри на меня так! Я знаю, как это выглядит, но, если у меня все получится, человек преобразится. Мы будем лучше адаптированы к этому миру. Только представь скорость дикого зверя, его выносливость и сила. Зрение как у орла. Долголетие! Я кое-что расскажу тебе странник то, что практически никому не рассказывал. Я потерял семью в одном из пожаров десять лет назад, была засуха и город часто горел, я старался помочь на полях когда услышал о случившимся когда я прибежал дом уже пылал и я ничего не смог сделать. Тогда во мне что-то сломалось, пил неделями не выходил из башни, в конце чуть было не наложил на себя руки, но потом в какой-то момент меня осенило. Все это случилось из-за ограничений, которые есть у любого человека. Я должен был попытаться что-то изменить. Если бы они были усовершенствованы, то моя жена и ребенок смогли бы выбраться, а я не потратил бы время на то, чтобы сдвинуть обвалившиеся балки – он странно смотрел вперед и мне казалось, что я вижу отблески того пожара в его глаза.

– Мне жаль твою семью, правда. – Что еще я мог на это сказать? – Но разве это стоит того?

– Жизни никому не нужных нищих? Они все равно потеряны, я лишь помог им стать чем-то больше! Дик, почему ты не понимаешь меня? Я же знаю, что ты тоже потерял родных!

– Но это не значит, что я хочу уничтожить всех морозных людей. Достаточно, что я отомстил тем, кто так поступил с моими родными! Кстати, легче мне кстати от этого не стало.

– А мне кому мстить? Огню? Камню что не выпустил их – мелькнули когтистые руки, и вой снова огласил помещение, проклятый маг метался, слово сам горел в пожаре, с большим трудом он успокоился, и снова заговорил – я чуть не сошел с ума, Дик. Не знаю, почему тебе это говорю, но видимо не стоило держать это в себе. Я проклинал себя за то, что не смог помочь, такой кичливый мантия, посох, речи на приемах. И вот к чему это привело!

– Даже маги не всемогущи – как ни странно я понимал его, идеалист, который, не смотря на его слова, все-таки сошел с ума, просто теперь у него была цель.

– Я знаю, что я не всемогущий, но все же я должен был помочь если не мертвым, то живым и я стал экспериментировать, но заклинание просто создавало новые формы жизни, а не переносило нужные особенности. Я почти достиг успеха и там, тишине грота в этом новом теле я кажется, понял, что было не так!

– И как я полагаю, ты не прекратишь свои опыты?

– Нет, я добьюсь успеха – это были уже слова не сумасшедшего, а фанатика.

– Вот твой журнал – я протянул книгу сквозь решетку – я не одобряю, чем ты занимаешься. Для скорости есть лошадь, для зрения подзорные трубы или к алхимику можно обратиться. Сила, ну а что человек будет делать с это силой? Если раньше бандиту приходилось караулить свою жертву или ждать пока уйдет стража, теперь же наделенные силой быка или волка любой бандит просто будет рвать людей голыми руками как ты, например. Люди будут и дальше гибнуть в пожарах, и семью ты не вернешь этим. Ты безумен Людвиг, но мне жаль тебя. Редвиг знает о том, что ты сделал, и уже отправил сообщение в Орден, не думаю, что ваш Совет благосклонно посмотрит на твои опыты. Впрочем, не мне решать.

– Я же сказал, что ты не поймешь меня, Дик, но стоит сказать тебе спасибо. Чем ты меня обездвижил? Может отдать это Редвигу, чтобы я не сорвался?

– Магический капкан. Нет, у меня только один и тот достаточно дорого мне достался. Тебе повезло, что старый Гюнтер все-таки продал его мне. Иначе бы я сжег журнал, и нарушил закон запрещающий убивать магов.

– Тогда мне повезло – монстр улегся на пол – амулет меня успокаивает, и дает возможность говорить, очень удобно, чтобы понять, что чувствует превращенный человек и как можно еще улучшить заклинание, я подожду, пока не прибудет кто-нибудь из Ордена, и постараюсь объяснить, как меня расколдовать. Скажи мэру, что через пару дней я смогу с ним пообщаться.

– Нашли себе почтальона – пробормотал я себе под нос, выходя из комнаты – интересно как ты будешь расплачиваться за всех убитых?

Через неделю я выехал и Турны, направляясь на запад по тракту. Настроение было приподнятое, мешочек с драгоценными камнями приятно тяжелил карман. Притом, что на юге из-за близости шахт камни стояли не так уже дорого, на севере я смогу заработать еще тысячу на разнице цен. Я подумывал направиться к столице либо пересечь границу Старого графства и попробовать добраться до моря. Я редко ездил в том направлении, все как-то было не до этого, хотя всегда хотел посмотреть на море. Говорили, что странники редко брали контракты на морских путях. Моряки сами прекрасно справлялись с сиренами, русалками, навами и водяными. Мне несказанно повезло, и погода стояла лучше не придумаешь, так что я решил что заслужил небольшой отдых на побережье. Тракт, ведущий от Турны на восток, являлся основной торговой артерией королевства, и на нем всегда было полно народу. Одинокий всадник никого не интересовал разве что тех торговцев, которые готовы облапошить тебя даже на обочине дороги. Я, прилично запася провизией, так что голодная смерть мне не грозила, а мой конь отъелся за неделю в конюшне Олафа, который, как и обещал не взял с меня ни единой монетки. По тракту, как всегда, ходили самые разнообразные слухи, основными, конечно, было то, что ярмарки в Турне все-таки будут и надо успеть довести товары раньше остальных. Все, конечно же, знали и о нападениях, и о том, что Зверь пойман и теперь его толи магам на изучение отдадут толи народу в клетке показывать будут. У меня о Людвиге были не очень хорошие воспоминания, поэтому я мысленно пожелала ему второго варианта развития событий. Так я преспокойно ехал три дня, по ночам разбивая лагеря и лениво смотря на вестовых, которые носились, не зная ни сна, ни отдыха. Однако все изменилось на третий день, когда из тучи пыли появился очередной вестовой. Молодой парень в беличьей шапке, не смотря на жару, натянутой на голову. Он почти пронесся мимо меня, когда я разговорился на привале с одним купцом, рассматривая его товары, но потом вернулся к нашему месту стоянки.

– Есть здесь Дик, по прозвищу Северянин? – У парня даже голос запыхался от быстрой езды

– Есть, и ты его чуть не сбил – мне стало любопытно, зачем я ему

– Вам послание – из сумки, висевшей поперек тела, он извлек конверт.

– Интересно – я не спешил брать из рук гонца подозрительный конверт. – Кто вас послал, и как вы узнали, что я здесь?

– Я был в Турне, туда пришло письмо на ваше имя, я узнал, куда вы направились, и постарался догнать – гонец немного потряс посланием – возьмите у меня еще много дел.

Глядя, как на дороге оседает пыль, от уносящегося вдаль гонца я думал, кто же мог меня разыскивать столь необычным способом. Конечно, многие знали, что я работаю на юге и рано или поздно появлюсь в Турне, но я не заходил в почтовое отделение и не отмечался каким-либо иным способом. Значит, кто-то следил или за мной, или за городом. Обратив внимание на печать, я невольно расстроился интрига была развеяна в зародыше скрещенные меч и топор на фоне щита – герб гильдии странников Ридонии. Интересно, что им понадобилось на этот раз, хотя я четко дал понять, что не желаю вступать в гильдию. Я удобно расположился под большим дубом в стороне от дороги и принялся за чтение.

«Привет Дик. Наверняка недоумеваешь, как я тебя выследил? У меня везде свои люди приятель! Полагаю, что после того, как ты лихо разобрался с этим зверем ты помчишься на восток к морю и отдыху, и снова я угадал правда? Но я надеюсь, что смогу предложить кое-что по интереснее. Подробностей написать не могу, буду ждать тебя в деревне Лесная Глушь, что на границе графства две недели, надеюсь, что приедешь.

Твой приятель Карл

P.S если посыльный попросит денег не давай я уже за все заплатил»


Карл, стоило догадаться, что меня сможет найти только мой старый армейский друг. Мы были неразлучны во время службы, правда после того, как меня выгнали Карл прослужил еще три года и потом тоже получив пинок под зад, ушел работать на гильдию странников. Не скажу, что не одобряю его выбор, хотя, в сущности, это не мое дело. После этого мы довольно часто работали вместе, и мне действительно стало любопытно, что же он хочет мне предложить. До Лесной Глуши оставалось проехать совсем не много. Правда мне придется вернуться немного назад, чтобы найти поворот на дорогу, ведущую к деревне. Конь шел ходко, и я от нечего делать крутил головой в разные стороны. Куда не кинь взгляд, были необъятные поля и луга, действительно живописная картина плохо лишь то, что работы маловато. С полуденицами крестьяне сами умеют справляться, а луговые духи, как правило, мирные и первыми не нападают. Разве что по ночам можно встретить упыря или топлуна из ближайшего болота или рва. Так опять же ночью надо спать, а не шататься вокруг деревни. Так что я ехал совершенно нечего не опасаясь. Карл всегда умудрялся находить необычные дела там, где другие ничего не получат. Крайне удачливый малый. Моего приятеля всегда что-то спасало от караулов, и ночных вахт пока мы служили в армии, а в гильдии, я слышал, он довольно быстро поднялся и занял не самое плохое место. Теперь он сам решал куда ехать и какие контракты стоит брать, а какие нет.

На второй день пути картина кардинально поменялась, и я углубился в густые леса запада. Лесное графство было самым обширным и густонаселенным в королевстве. В лесах водилось много дичи, но и чудовищ, на неосвоенных территориях хватало. И хотя до границы с Лесным графством, было еще далеко, леса закрыли все видимое пространство. Приходилось ехать осторожно, в таких метах можно нарваться не только на монстра, но и на разбойничка. Один такой чуть было не получи все мое имущество этой весной. Я попал в засаду, и пока прорывался, стараясь унести ноги, не заметил, как в меня целиться лучник. Не будь он так неопытен, лежать бы мне в кустах со стрелой в спине.

Ночью, когда я разбил лагерь на небольшой поляне, со стороны дороги стал раздаваться довольно неприятный звук, как будто кто-то с хлопком раскручивает старое белье. Затоптав костер, я быстро схватил коня, и стал забираться как можно глубже в лес, даже не заботясь о том, что конь может сломать ноги. Лучше так чем привлечь внимание виверны. В этих краях только они издают такой громкий хлопок. Виверны довольно агрессивные и глупые создания, то есть, могут безо всякой необходимости, броситься как на строй конных латников, так и на стадо овец. Даже если на дороге будет одинокий путник, а зверь будет сыт, скорее всего, она нападет. Глупые твари как ни посмотри, отличаясь хорошим зрением, виверна компенсировала его практически полным отсутствием нюха и слуха. Да к тому же судя по последним записям странников не очень хорошо выдела в сумерках. Так что если удача улыбнулась и вас не заметили, можно убраться подальше, даже если топать как слон на пробежке. Над деревьями мелькнула тень, и снова раздался хлопок. Я не смог ее разглядеть, но, по-моему, она была чуть крупнее моей лошади, а такого размера виверны редко достигают, значит, тварь старая. Как правило, они бывают кирпичного цвета или ярко красного, хотя один знакомый утверждал, что видел как-то синюю виверну, хотя мне кажется, что в этот момент он был не очень трезв. Виверны похожи на ящериц, у которых вместо передних лап крылья, гибкая длинная шея, на которой находилась вытянутая немного смахивающая на крокодилью голова, подвижные ноги и очень длинный хвост позволяющие им передвигаться свободно как по воздуху, так и по земле. На редкость противные твари. Земля немного вздрогнула, видимо тварь приземлилась туда, где был костер, похоже она меня не заметила, а просто прилетела на огонек костра. Если нет арбалета или на худой конец копья драться с виверной бесполезно. Шкура их не очень толстая и довольно ценная в определенных кругах, но больных, которые пошли бы добывать ее единицы. Вся ее опасность в ногах и хвосте, которым виверна орудует как кнутом, не подпуская к себе никого. В темноте очень неудобно было заряжать арбалет, на всякий случай скажу, что стрелок из него я не очень, предпочитаю лук, но этого дружка всегда вожу с собой на всякий случай. Попасть из арбалета по виверне в полной темноте очень сложно. Но мне и не надо прицельно бить главное задеть, а болт сделает остальное. Все мои болты были подпилены таким образом что бы иметь эффект лезвия пилы. Кроваво и эффективно как против людей, так и против чудищ. Куда бы я ни попал, виверне будет больно, и будем надеяться настолько, чтобы она убралась подобру-поздорову. Было слышно, как она топает по месту, где я хотел устроится на ночлег. Из-за деревьев не получалось ничего разглядеть и, как назло, луна сегодня пошла на убыль и то и дело пряталась за облаками. Я прикинул, где может находиться тело виверны, так как в голову стрелять не разумно и прицелился, держа руку на спусковой скобе. Хотя куда больше меня беспокоил мой конь, который грыз удила, и вот-вот готов был понести, а вместе с ним унеслись бы вдаль и мои вещи. Конягу надо было срочно успокоить, я не нашел нечего лучшего как опустить арбалет и быстро завязать ему глаза шарфом шепча ласковые слова. Виверна, судя по звукам, пытался двигаться в нашем направлении, но из-за размаха крыльев не могла протиснуться мимом деревьев. Раздалось сопение, перешедшее в резкий хлопок, и зверь поднялся в воздух. Не стоило выходить сразу, хоть они и были глупыми, виверна вполне могла устроить засаду. Поэтому я слегка надавил на спину коня, и он лег на траву, подобрав ноги. Я устроился рядом, и, поглаживая теплый бок животного, вспомнил одну старинную книгу по военной тактике, которая попалась мне на глаза. Там рассказывалось, как во время одной из осад виверна, привлеченная шумом напала на крепостную стену, прямо на отстреливающихся от нападавших арбалетчиков. Конечно, ее убили, но к тому времени половина стены была сильно повреждена, а большая часть защитников покалечена или мертва. Это кажется абсурдным пока не познакомишься с этими очаровашками поближе. Со стороны кромки леса не раздавалось ни единого звука. Я решил не будить лихо и найти другое место для стоянки благо лес был не очень густой.

Утром я проверил место ночного нападения на предмет оставленных мною в спешке вещей. Весь участок был истоптан и изрыт когтями. Мой ночной гость был намного массивнее обычной виверны. Стоило навести справки в ближайшей деревне, не мешает ли им эта зверюга. За последнюю такую я выручил, почтим тысячу золотых. Жаль, что пришлось почти все отдать за лечение, кольчугу и новую лошадь. Иногда мне кажется, что это бег по кругу. Все что я зарабатываю, уходит на таверны и снаряжение, которое неизменно портиться или тратится на следующем предприятии. И, конечно, лечение если очередное чудо поранит тебя. Конечно, именно поэтому многие предпочитают сопровождать караваны там меньше издержек, хотя и оплата меньше.

Дорога через лес шла извилистая, деревья пытались отнять обратно то, что у них забрали люди и, то тут, то там попадались ростки и корни. Приходилось следить, чтобы коняга не споткнулась, и не сломала себе ногу, наступив на один из них. До деревни, где, меня, ждал Карл, оставалось не более трех часов, и я очень надеялся, что они пройдут без приключений.

Лесная Глушь не оправдывала свое название, достаточно большая деревня как мне показалось больше сотни дворов. Она была вытянута вдоль небольшой речки делающий изгиб среди лесов. Лес окружал деревню со всех сторон, и, несмотря на жили здесь похоже очень неплохо. Не удивлюсь, если предположу, что основой для деревни послужила артель лесорубов, заготавливающих бревна и доски и спускающие их потом водным путем до ближайшего города. Судя по столбам дыма чуть дальше за деревней, углежоги тоже были здесь. Ни частокола, ни ограды, заходи кто хочешь. Это довольно странно ведь в лесах живут не самые приятные создания. Видимо волхв или ведьма отгоняли нечисть от деревни. В отличии от большинства «просвещенных» людей я понимал, что такая магия нужна и необходима, да подчас волхвы не могли творить то, что для магов было обычным делом, но они были ближе к земле и понимали ее как никто другой. Тем более странно, что Карл ждет меня здесь, как правило, в таких деревнях совсем нечем заняться. Люди смотрели на меня с любопытством, но без страха, и первый же крестьянин указал на таверну. Я поблагодарил и поехал в указанно направлении. Таверна была небольшой, но уютной. Здание было двухэтажным и чуть ли не единственным, сделанным из камня во всей деревне. Заведя лошадь в конюшню, я нашел там еще двух. Не знаю, какая из них Карла раньше он ездил на гнедом, но я уже год не видел приятеля. Зайдя в таверну, я осмотрел общую залу и не найдя того, кого искал, направился к хозяйке.

– Чего угодно господину? – Хозяйка была крепкой женщиной лет сорока, за которой любой мужик как за каменой стеной.

–Комнату. Меня должны ждать – я не знал, говорил ли Карл обо мне, но решил спросить на всякий случай.

– Вы должно быть Дик? Тогда вам на второй этаж пятая комната. Господин Карл заплатил за вас.

– Сколько? – Не люблю быть должен.

– Шесть серебряных. Комната снята на две недели.


– Спасибо – я поднялся в довольно просторную комнату, и рухнул на кровать. Все-таки приятно вытянуться на перине. Хотя я не так давно уехал из Турны, но уже успел соскучиться по кровати. Как ни крути, а я полон противоречий. Едва я задремал, как комнату огласил рев, и меня попыталось задушить огромное лохматое чудовище.

– Дик! Старина! Как я рад тебя видеть! – Карл был весь заросший черными волосами и скорее походил на медведя, чем на человека.

– Спокойнее дружище спокойнее – я еле выдохнул поле такого приветствия – ты меня когда-нибудь задушишь и останешься без единственно человека, который смеется над твоими шутками.

– Не говори так, я ужасно остроумен – на самом деле его шутками можно было пытать врагов. – Ты давно приехал?

– Меньше часа. Как твои дела?

– Лучше всех – Карл сел за небольшой столик и налил вина, протянув мне один стакан, он отхлебнул из другого – я немного поработал в столице, потом с караваном добрался до Лесного графства и вот я здесь. Ты я слышал тоже без дела не сидишь?

– Есть немного – я тоже приложился к вину – Как ты меня нашел?

– Пара странников из гильдии хотели взяться за заказ с волколаком, но после разговора с мэром ухали, они то и рассказали мне что ты взялся за это дело. Расскажешь, как там было?

– Только после того, как поведаешь зачем меня ищешь?

– Все просто друг мой. Упыри. – Он замер в ожидании реакции.

– И что? – Я подался вперед, давно не слышал об упырях – что-то конкретное?

– Более чем. Местный барон страдает от нападений на его замок. Говорят, в нем завелся упырь. Кто именно не понятно, у местных никаких сведений только трупы.

– А как ты нашел эту работу? – Я прихлебнул вина. Карл не умел справляться упырями. Я однажды видел, как мой друг повалил лошадь вместе с седоком во время боя, но упыри. Это было слабое место великана, в детстве ему не посчастливилось напороться на Ырку, и тот здорово его напугал.

– Гильдия приказала. Я единственный в этом районе, а…

– А услужить барону вы всегда горазды – перебил его я – всегда стараетесь быть поближе к власть имущим.

– Это политика и не моего ума дело – Карл, как всегда, нервничал, когда мы начинали подобный разговор. Он мой друг и прекрасно знает мое отношение к гильдии – так ты поможешь мне?

– Конечно, но сначала что с оплатой?

– Вот и славно – он одним махом опустоши стакан – деньги пополам, барон обещает пять тысяч, если изведем убивца. Плюс тот, кто убьет, забирает с тела трофей.

– По рукам. Где замок? И почему ты ждал меня здесь?

– Место удобное – он отпил еще вина – я здесь периодически бываю, когда проезжаю мимо. Тихо спокойно и ведьма под боком не одна тварь из леса носа не кажет. Так что лучшего места для встречи не придумаешь. Да и замок близко в паре дней пути, завтра выспимся и поедем – Карл снова наполнил стаканы – ну так что расскажешь, что случилось в Турне?

На следующий день мы выехали из деревни гораздо позже, чем планировали. До поздней ночи мы обсуждали дело в Турне, и делились новостями, накопленными за год. Дела у Карла были гораздо масштабнее моих. Большая охота на оборотня в столице, схватка с троллем на востоке. Я же рассказывал о духах и лесных жителях, которых мне удаль помирить с крестьянами либо заставить переселиться. Карл, всегда задавал мне вопрос, почему я так стараюсь, хотя дешевле и быстрее убить, кого скажут и двигаться дальше. Я и сам задавал себе этот вопрос, когда-то давно я решил, что дело здесь, как правило, в моей совести, не могу не попробовать помочь всем, включая тех, кого большинство считают монстрами. Даже если они таковыми и являются. Конь под огромным Карлом выглядел жалко, и на все мои подколы великан ворчал, что в следующий раз ни за что не сядет играть в кости с незнакомцами. Как оказалось его облапошили несколько ловких граждан, оставив и без денег и, без коня. В этом-то я и подозревал главную причину того, что он взялся за эту работу.

– Что скажешь об упыре? Думаешь вампир или что-то полегче?

– Надеюсь, на обычного упыря, но и какого-нибудь бескуда я бы не исключал – Карл поежился. Бескуд как кто гонял нас с ним, по одним старым руинам городища на востоке, куда мы сдуру сунулись искать несуществующий клад. В отличие от обычного упыря бескуд сильнее и в разы более живучие, ими обычно становились те, кто при жизни вел не самый правильный образ жизни. А раз замок старый то в нем вполне можно было наткнуться на бескуда старого и могущественного.

– Жертв тебе описали?

– Нет, но говорили всякое. Кто говорит, разорвал, а кто что горло прокусил, и крови напился.

– Тогда не бескуд, бруколак какой-нибудь промышляет, я думаю – эти твари более неприхотливы, чем бескуды, да и жертв убивают разными способами.

– Тебе виднее, терпеть не могу всю эту кровососущую братию, всегда мороз по коже. Уж лучше дракон, чем такое мракобесие! И откуда они берутся?

– Гюнтер говорил о проклятиях, что носятся над миром благодаря нерадивым магам и колдунам. От этого все беды с нежитью. Хотя вот альп, например это уже другой разговор.

– Тьфу ты Дик обед ведь скоро, а ты о такой гадости! – Карла аж передернуло

Разговор плавно перешел на жизнь.

– Не собираешься осесть где-нибудь, сколько можно мотаться по королевству? – Карл грыз маленькое кисло яблоко, и от одного вида у меня сводило челюсть.

– Нет, я пока не нагулялся – я достал из сумки кусок хлеба, надо было съесть пока свежий. – А ты чего не остепенишься?

– А что я умею кроме как воевать? Наша армия не особенно-то заботиться о том, чем будут заниматься ветераны!

– Ну, мы не ветераны, а скорее неудачные кадры – ветераны, которые за годы службы накапливали неплохие деньги, жили на пенсии, припеваючи, если доживали, конечно же.

– Да, пожалуй, действительно кадры. Ты, кстати, расскажешь, когда-нибудь, за что тебя выгнали или нет? Третий год прошу!

– Если поделишься своей историей – этот разговор у нас всегда при встречах Карл не хотел говорить, за что турнули его, а я из принципа не говорил о своем увольнении.

– Ну, меня из-за женщины – я чуть было с седла не свалился, когда Карл это сказал – ты чего?

– Не ожидал, что ты расскажешь. А чего раньше молчал?

– Да не хотелось компрометировать даму – Карл сплюнул – корова стельная!

– Нечего себе! С чего такая перемена?

– Да ты понимаешь это вдова полковника нашего бывшего. Когда служил, тебя уже год как выгнали, я за ней приударил. Полковник то на учениях, то на парадах, а она скучает. Ты же ее видел! – Карл мечтательно закрыл глаза, о жене нашего полковника все знали, у них была разница в десять лет, и в отличие от мужа она за собой следила.

– Не знал, что Корбус представился – я надо признаться не опечалился вести о его смерти, во время войны полковник Себастьян Корбус зарекомендовал себя как на редкость пакостный тип.

– Да откуда тебе было знать? После того трибунала, когда тебя и еще полсотни выгнали нас перебросили в Морское графство. Гарнизон был практически у моря. Представь какая красота порт фрукты и деликатесы с разгрузки торговых кораблей. Вот я и закрутил с мадам Корбус. Она и приласкает и ужином накормит, ну как тут устоять? Иногда я у нее целыми неделями пропадал, это-то нас и сгубило. Как-то раз Корбус вернувшись раньше срока застукал нас на квартире у офицера, у которого денег занимал, и надо было ему так неудачно решить долг отдать. Он меня чуть было не зарезал на месте, но тут офицер вернулся и еще несколько солдат из полка. Пришлось все по-другому обставлять, так чтобы никто ни понял, что произошло. Выгнали меня за нарушение субординации и неповиновение приказу. Я не особо расстроился, совсем служба надоела. А через два месяца полковник пошел спьяну плавать в море, и всплыл спиной верх. Не смотри на меня так, я этого не делал. Корбус многим насолил, да и, по правде, я не думаю, что ему помогли, скорее действительно спьяну утоп. Едва его зарыли я помчался к вдове, она меня встретила, сказала, что давно ждала, скучала, и готова со мной хоть на край света. Я-то дурак подумал, что у нас все сложиться, деньги стал откладывать, к гильдии присоединился, контрактов нахватал. А тут пару месяцев назад узнал, что она теперь генеральша!

– Ну, даже не знаю, что сказать – меня, почему-то тянуло улыбнуться, представил огромного медведя Карла и тонкую практически невесомую жену полковника. – Наверное, это к лучшему.

– Думаешь? – Он дождался утвердительного кивка – может ты и прав. Твоя очередь. Давай-давай не темни, нам еще долго ехать.

– Меня, как ни странно, выгнали за то же самое. За неповиновение приказу. Помнишь нашего сержанта, который неожиданно исчез, как раз когда меня бросили в камеру?

– Помню, никто не знал, куда он делся, сказали, перевели в другой полк.

– Нет, не перевели, я его прибил.

– Чего? – Надо было видеть лицо Карла.

– Ага – я абсолютно не испытывал чувства вины за тот случай. – Потом его где-нибудь закопали. Если ты помнишь наш полк стоял тогда на юге и мне как раз выпало стоять на часах. Вечером когда все разошлись привезли новую партию железа для кузницы. Тут приходит, какой-то франт в плаще и начинает командовать, чтобы одну из телег передали ему. Я естественно спросил, кто он такой и, почему требует железо, предназначенное для армии? На это меня послали самым наглым образом, а когда я схватил франта за плащ, и стянул его, то узнал нашего любимого сержанта. Тот сразу же сделал вид, что просто проверял, как его солдаты несут дозор и, не поддаются ли на провокации, а как только я немного расслабился кинулся на меня с ножом. Не очень умный был человек, пришлось показать, почему гизарма удобнее ножа, правда я немного перестарался, и сержант в какой-то момент перестал дышать. На всю эту возню прибежал полковник Корбус, которому я как дурак радостно отрапортовал, что поймал, и обезвредил шпиона и вора, и тут же получил дубинкой по голове. Потом уже в тюрьме меня навестили, и сказали держать язык за зубами, и если я соглашусь тогда меня просто уволят из армии, а если нет, то я повешусь в камере на своем собственном платке от избытка раскаяния. Не сложно понять, что я выбрал. Так что меня выгнали, о сержанте забыли, а полковник продолжил разворовывать запасы.

– Узнаю армейскую смекалку – Карл улыбнулся – но в любом случае мы неплохо устроились. Почему только ты молчал об этом?

– Да просто как-то не хотелось вспоминать. Да и тебя подначивать одно удовольствие.

Уже в сумерках следующего дня мы подъезжали к замку барона Свана. Я мало что знал о нем, мелких дворян в королевстве довольно много и не все они на виду. Карл говорил, что барон вроде в родстве, с каким-то графом, но это могло оказаться обычным трепом. Замок представлял собой серую громадину, окруженную приличной стеной. Как раз впору отбивать нападения неприятеля. У ворот стоял караул, который пропустил нас без помех после того, как Карл показал приглашение от барона и значок гильдии. Я обратил внимание, что на стенах стояло довольно много охраны, немного нетипично для последних спокойных лет. Нас быстро проводили в замок, и представили барону, который оказался немолодым абсолютно лысым мужчиной.

– Очень рад приветствовать представителей гильдии у себя. Мне приятно, что вы так быстро приехали. Это чудовище совершенно не дает нам жить. Вчера и третьего дня все было спокойно, но до этого ночи не проходило без нового нападения.

– Выжившие есть? – Я взял дело в свои руки Карл, практически не разбирался в кровососах, так что действовать придется мне.

– Нет, никого – барон утер лицо платком – люди в панике.

– Где происходили нападения? – Я нахмурился дело похоже будет непростым.

– Всех находили в разных концах замка. – Барон вздохнул – но как сказал мой охотник, который осматривал следы тела иногда перетаскивали. Мы не успели похоронить последнего бедолагу, стражника, что нес дозор три дня назад, так что можете осмотреть его. Он в леднике.

– Спасибо, а есть ли какие-нибудь свидетели?

– Есть одни старый сторож, но ему нет веры, слишком много пьет. Да и то тварь он видел только издали.

– Мы беремся за дело господин барон – Карл явно не хотел упускать случай вклиниться в разговор.

– Замечательно теперь моя жена не будет говорить, что я нечего не предпринимаю.

Нас отвели в достаточно просторные покои, и мы улеглись спать. На следующее утро все было спокойно. Проснувшись, я позавтракал, и отправился в ледник где меня должен был ждать лекарь замка который мог ответить на вопросы. Карл наотрез отказался идти, мотивируя тем, что ему надо расспросить сторожа. Не смотря на свой бравый вид, мой приятель довольно нежное создание и терпеть, не может трупов, хотя какому нормальному человеку приятно на такое смотреть? Придя в ледник, я подошел к столу, накрытому рогожей на которой лежало тело. М-да хорошо его вскрыли. Мужчине среднего возраста просто вырвали часть шей. И, судя по всему, сломали руку. Это вам не утонченный вампир, которого иногда рисуют несведущие в этом деле люди. Он не носит плащ, не говорит с придыханием и акцентом и конечно же не относиться с обожанием к девушкам. Это чудовище, которое относиться к человеку как к куску мяса и поступает с ним точно так же. Вам скорее сломают ноги, чтобы вы не убежали и руки, чтобы не трепыхались, а потом медленно высосут кровь или как в данном случае просто вырвут горло.

– Жертвы всегда мужчины?

– Нет не только – лекарь, отстраненно изучал труп – были две девушки.

– С какой периодичность нападают?

– Раз пять шесть в месяц иногда чаще. На прошлой неделе вообще было четыре нападения. Продолжается это с начала лета.

– А скажите, в начале лета что-нибудь случалось?

– Нечего странного. Рабочие рыли новый склад под вино, и на одного упал камень. Кто-то простудился, один стражник упал со стены. У нас всегда было тихо, даже духов или домовых не было.

– Лесные твари не беспокоят? – Немного странно что лестные жители совсем не беспокоили обитателей замка.

– Нет – он покачал головой – этот замок давно здесь стоит, так что все, кто мешал, мы повывели.

– Ясно, выходит не всех. – Я еще раз посмотрел на труп. На лице мужчины застыло выражение ужаса. Однако никаких следов борьбы казалось, что его застали врасплох. А еще после того, как его перевернули, оказалось, что на его спину шесть одинаковых глубоких царапин. – У всех жертв такие?

– Почти. Стражника просто разорвали, так что сложно было сказать от чего он умер, а у одной из девушек вообще не было никаких отметин.

– Значит все-таки бруколак – пробормотал я, но лекарь услышал

– Бруколак? Это что такое? – Мужчина выглядел крайне озадаченным.

– Вид упыря. Один из самых первых кого вообще обнаружили – я сел на стул и подпер голову рукой – в одной деревне от удара молнии умер старый крестьянин. Ну, семья понятное дело закопала его. Через несколько дней по всей деревне стали пропадать дети, а у взрослых стали находить странные укусы. Когда же в одном из домов нашли растерзанного мужчину народ не на шутку перепугался и начал нести по ночам дозор. Один из дозорных после такой вахты сказал, что видел, как с кладбища выходил давешний покойник. Народ собрался, зашумел и пошел на кладбище, найдя могилу старика они разрыли ее. Мертвец как будто и не умирал, даже похорошел немного, кожа гладкая и румяная. Весь саван и рот мертвеца оказались запачканы кровью, ну жители, недолго думая ему кол в сердце и вбили. Вот так и нашли первого бруколака.

– Интересная легенда – лекарь достал плетеную бутылку – будете?

– Пожалуй, не люблю покойников – я взял протянутую стопку.

– Зато водка остывает до правильной температуры здесь. А что в этой истории, правда?

– Почти все с тем отличием, что, когда ему в сердце кол вбили, он вскочил, и еще одного как минимум человека убил. У бруколаков сердце немного не там располагается, где при жизни.

– Как бороться будете? – Лекарь, причмокнув опрокинул в себя рюмку.

– Выследим и днем обезвредим. Можно еще одну? – Я протянул свою тару.

– Конечно – лекарь было видно не дурак выпить, только компании не хватало.

Вернувшись из ледника, я первым делом нашел Карла. Он сидел на дровах, сложенных у замковой стены, и курил. Плохая привычка особенно в нашем деле.

– Чего такой замученный? – Я сел рядом.

– Словоохотливый попался сторож, все рассказал и, что это вампир и, что он его видел, и даже знает, что это мать барона, которая при жизни была ведьмой, а теперь вот оживший мертвец, потому что с дьяволом сожительствовала. И убить то он ее тоже знает как, непонятно только зачем тогда нас побеспокоили. А от тебя что, водкой пахнет?

– Вот это нюх! Да пропустил пару рюмок с лекарем. Ну, у меня несколько иное мнение по поводу нашего ночного злодея. Это бруколак. Причем старый.

– Откуда такое мнение?

– Раны. Крупные порезы и сломанные конечности. Не альп он бы все сделал тихо и не бескуд, он конечно, может поломать человека, но скорее всего, просто загипнотизирует, и бескуд выпивает полностью от человека лишь мумия остается. К тому же и тот, и другой предпочитают обратный пол своему, а тут нападают и на мужчин, и на женщин, так что мне думается, что все же бруколак.

– Терпеть не могу эту погань – Карл вздохнул выбил трубку и поднялся.

– Сочувствую. Пойдем к барону? У меня пара вопросов есть к нему. Нужно понять, где наш неугомонный мертвец прячется.

Барона мы нашли в саду, разбитом с обратной стороны замка, он прогуливался, и разговаривал с молодой девушкой немного похожей на него.

– Добрый день господин барон – я решил поздороваться первым и привлечь внимание.

– А господа странники, позвольте представить мою дочь Райла Сван – девушка присела в реверансе, она была красива, и Карл как-то сразу поглупел, глядя на ее лицо, эх придется все, как всегда, делать самому.

– Господин барон у нас есть несколько вопросов касаемо упыря, что терроризирует вас.

– Ах, добрые сэры – это так ужасно – голос у юной леди был приятным, но я не ценитель подобного типажа. Куда больше мне нравиться трактирщицы и служанки, они более естественны, что ли. А вот Карл уже «поплыл», надо бы за ним присматривать.

– Да миледи это ужасно, но мы постараемся избавить вас от этого – я посмотрел на барона – мы можем поговорить?

– Да, конечно, Райла ты можешь показать господину Карлу сад, я же пока отвечу на вопросы – ой как плохо! Карл, да еще и в саду да еще и наедине с баронессой, на нас точно спустят собак, но делать было нечего и пришлось улыбаться, глядя как счастливый дурень плетется следом за девушкой.

– Спасибо господин барон, не стоит вашей дочери подобное слышать.

– Я того же мнения Дик, надеюсь ваш приятель проявит учтивость?

– Карл, воспитанный человек и не позволяет лишнего с дамами – по крайней мере очень на это надеюсь. Я прошел следом за бароном к небольшой беседке. – Итак, я понял, что нападения начались два месяца назад, ваш лекарь упоминал, что один из рабочих покалечился при раскопке подвала.

– Да, все верно, мы копали новый подвал для вина, и наткнулись на небольшую полость в земле, рабочие полезли туда, и одного из них завалило, у него сильно травмированы ноги, и я отправил его обратно в деревню.

– И после этого начались нападения? – Все очень неплохо складывается. – Кто-то может показать подвал, и вы не знаете, что было на этом месте до вашего замка?

– Мой предок поставил замок на месте той деревни, где сам жил до пожалования ему титула. Это было в то время, когда наше королевство только становилось, и много воевало. Деревню сожгли, а первый барон Сван получил эти земли за заслуги перед короной.

– Это многое объясняет господин барон. Мы попробуем справиться с вашей бедой. Но, к сожалению, может погибнуть еще один или два человека.

– Почему же? – Было видно, что барон недоволен, что не удивительно после такого заявления.

– Последнее нападение было три дня назад. Сегодня как раз время бруколаку вылезти снова.

– Бруколак?! Здесь!? – Барон видимо было образован что, честно говоря, является редкостью в наши дни. – Но у нас никто не умирал в огне или от удара молнии!

– У вас нет, но в деревне, уничтоженной во время войны вполне. Видимо, когда вы копали подвал, потревожили и его могилу, он ожил, вышел и стал убивать. Он мог лежать там не одну сотню лет. Представляете его голод? Поэтому нападения были так часты, теперь же он наелся, и лишь поддерживает летаргическое состояние, питаясь несколько раз в неделю. Необходимо найти его гроб. Кстати, вы не ощущали никаких странных запахов в замке?

– Иногда пахнет как после удара грома в грозу, но не в каком-то конкретном месте а по всему замку – барон задумчиво потер лоб – а так не нечего странного.

– Вот вам и еще одно доказательство, так пахнет от бруколака. Вероятно, вы чувствовали запах там, где он проходил.

– Как его убить? – Барон поежился, неприятно осознавать что мог неожиданно столкнуться с чудовищем.

– Как и всю нежить, поразить сердце, отрубить голову или сжечь его. Только это проще сказать, чем сделать.

– Я прикажу, что бы вас проводили в подвал, со всеми этими ужасами мы так и не закончили его.

– Это даже к лучшему, если бы вы продолжили, трупов было бы больше. – На этом мы расстались.

Когда я подошел к кованой скамейке в парке Карл мечтал. Было видно, что мысли его летают где-то далеко. Мой подзатыльник оборвал его мечты.

– Ой! Ты чего Северянин?

– Соберись, ты опять пустил слюни при виде очередной дворянки! И чего тебя к ним тянет?

– Они не такие как остальные девушки – Карл, улыбнулся – утонченные, красивые.

– Ага, и с женихами, которых им распланировали с момента рождения. Очнись и делай дело, а то опять придется уезжать нечего, не получив как Брине! – Там Карл отмочил поистине невиданно дело, забрался в кровать к дочери местного дворянина пока я и Александр пытались изгнать тролля что терроризировал всю округу. С троллем то мы справились, но вот бежать из городка пришлось быстро, так как папаша, застукав Карла в пастели доченьки, спустил на нас всех собак, и не заплатил ни гроша.

– Ты уже почти два года мне это припоминаешь! – Карл насупился – Ну что узнал где бруколак?

– В подвале для вина – я указал в сторону замка – пошли пока солнце не село!

– Пошли – мы отправились следом за присланным нам стражником. Дойдя до замка, мы чуть повернули и отправились к небольшой постройке, которая оказалась облицованным камнем проходом под землю – о вот и подвал. Вы куда уважаемый? – Карл поймал стражника за рукав.

– Мне сказали проводить, а лезть туда меня никто не просил – договорив это человек вырвался и бросился бежать.

– Вот и вся помощь – Карл поднял факел, оставленный в скобе у входа кем-то заботливым – может, зря лезем?

– Нет, надо выяснить, где спит бруколак, иначе мы не сможем его убить. – Подвал представлял собой довольно просторный каменный мешок с разломанной одной стеной, в том месте, где его расширяли. Мы тихо и аккуратно прокрались внутрь. Мой медальон был абсолютно темен, а значит, магии поблизости не было. Небольшой выкопанный в земле коридор привел нас в круглую комнату с земляными стенами, в дальнем конце которой была осыпь и следы крови, видимо именно там и придавило крестьянина. Пахло гарью и озоном. Карл тоже почуял, потому что положил руку на короткий широкий меч, такими пользуется панцирная пехота, для узких пространств лучшее оружие. У меня был только мой кинжал и склянка со вспыхивающим порошком. Для боя не годиться, а вот привлечь внимание или ослепить самое оно.

– Он здесь – Карл говорил шепотом – но почему не нападает?

– Скорее всего, он все еще в летаргии. Сегодня, завтра должен, выйти из нее и пойти искать обед – я внимательно осматривал помещение.

– Если найдем что делаем?

– Посмотрим. Если он еще спит, попробуем убить, если уже начинает просыпаться, уходим, без подготовки он нас запросто порвет. – Я показал на осыпь – начни там, а я посмотрю вот в том углу, и постарайся не шуметь!

– Хорошо – мы разошлись по разным сторонам и стали осматриваться. Я тихо двигался по залу, прекрасно понимая, что, если мы разбудим упыря в лучшем случае, выберется только один из нас. Было бы гораздо проще, если бы я знал, что искать. За несколько сот лет, что он провел под землей, от гроба естественно нечего не осталось, да и о таких старых упырях мне не приходилось слышать никогда. Когда я подошел к одной из стен, то сначала не понял на, что такое смотрю. Земля в стене в отличие от остальной выглядела рыхлой, и из нее торчал деревянный уголок. Я помахал факелом, привлекая внимание, Карла и стал тихонько раскапывать свою находку. Как оказалось, это был край деревянного ящика. Похоже, что мертвец соорудил себе новое место жительства из того, что украл в замке. Когда я раскопал почти половину, ящик слегка шевельнулся и из него послышался едва уловимый скрежет, этого хватило, чтобы мы замерли на месте. Кто бы что ни говорил, а какая-то часть их разума всегда остается, даже после смерти похоже, что бруколак почувствовал, что его нашли. Мы стали отступать, когда из ящика раздался глухой удар. Карл вытянул меч из ножен, но я покачал головой и мы, старясь не шуметь, бегом отправились к выходу. Как ни странно, никто за нами не погнался с намерением оторвать голову или чего еще похуже. Ну, вроде пронесло.

– Он поймет, что в зале кто-то был и пойдет на охоту! – Карл старался отдышаться, бегать с его комплекцией было довольно трудно.

– Нечего мы быстрее его поймаем. Главное пережить эту ночь, а дальше все просто.

– Ты всегда так говоришь, а потом мне прилетает по голове – мы вошли в комнату, которую нам выделили.

– Он придет за нами, след мы оставил четкий. – Я сел на кровать и стал жадно пить воду.

– И какой план? – Карл в отличии от меня пил вино причем большими глотками.

– Думаешь, что если от тебя будет смердеть, то он не покусится? – Ходил слух что упыри не пьют кровь пьяниц, потому что для них она яд.

– Нет, просто хочу успокоиться. Как мы будем его ловить Дик? Он быстрее, сильнее нас. Может быть сеть, или твой замечательный капкан?

– Нет, капкан не поможет – как я говорил, к сожалению, моя пластинка хоть и полезна, но не идеальна. После активации проходит около трех недель до его перезарядки. Гюнтер пытался объяснить мне, как это работает, но делал это как всегда крайне заумным языком, и я нечего не понял. – Придется по старинке, хорошо, что мы знаем, где он спит. Но как быть этой ночью вот в чем вопрос.

– А что думать, раз ты считаешь, что он придет сюда, давай подготовимся, и будем ждать.

– Давай, – я кое-что прикидывал в голове – тогда ты сходи к барону и скажи, чтобы все закрыли двери и окна получше, хороши бы еще соли посыпали перед входом, может тогда пронесет. Напомни им, что бруколак может пробраться даже сквозь небольшую щелку. Нам нужно, чтобы он пришел точно сюда. А я пока займусь приготовлениями.

– Какими? – Карл удивленно посмотрел на меня.

– Один пастор научил.

– Ритор да? – Карл улыбнулся – давно не видел этого старого гриба. Меня он тоже как-то пытался учить, но потом бросил, сказав, что в дубовую голову не вбить знания.

– В чем-то он прав, иди давай – я быстро доставал из сумки нехитрую смесь из сухих трав. Вся это глупость с серебром никогда толком не работала, а вот травам всегда можно было доверять. Сухой чеснок, тимьян, и шиповник. Полученную смесь добавляете во вспыхивающий порошок и готово прекрасное зелье для отпугивания упырей. Это были знания, накопленные годами, люди в деревнях когда приходила беда пробовали, что работает, а что нет. И, как правило, когда не работало, незадачливый экспериментатор сразу оказывался на том свете. А уж сколько, таких как я, погибло, пытаясь проверить старые добрые бабкины методы и говорить страшно. Но это зелья я уже неоднократно испытывал. Пары склянок с зельем было достаточно. Хватит и мне и Карлу. Бруколаку вряд ли понравиться то, что я для него приготовил. Вопрос был лишь в том, нападет он нас или пойдет искать более легкую добычу, с этими монстрами никогда нельзя быть абсолютно уверенным.

Время медленно тянулось. Карл, пришедший от барона, завалился спать, а мне все как-то не спалось, не могу сказать, что я нервничал, но небольшой мандраж все же был. Замок постепенно затихал, и огни в его покоях гасли один за другим. Можно было представить, как в темноте подвала из импровизированного гроба поднимается темная фигура и идет по направлению к коридору потом по замковому двору и слегка пригнувшись проникает в крыло для гостей. Вздрогнув, я проснулся, оказывается, меня все-таки сморило. Прислушавшись, я уловил за дверью едва слышный шорох, который, наверное, и разбудил меня. В комнате явственно пахло озоном, к которому примешивался замах золы, упырь был за дверью. Я хотел было толкнуть Карла, но увидел, что он не спит, а внимательно смотрит на дверь. Бруколак явно стоял за ней, но почему-то не спешил заходить. Когда он «проснулся», то наверняка почувствовал запах, исходящий из комнаты, и понял, что его нашли. Теперь он, повинуясь инстинкту самосохранения, должен был убить тех, кто его нашел и перенести свое логово в другое место. Раздался легкий скрежет монстр явно царапал дверь. Карл издал, что-то похожее на храп чтобы монстр решил, что все спят. Я взял в правую руку меч, а в левой зажал бутылку, с гремучей смесью. Карл, осторожно поднял двуручный топор, с которым мой приятель никогда не расставался. Дверь резко открылась, и юркая тень кинулась к нам. Вспыхнул факел, Карл попытался задеть упыря, проведя горизонтальный удар топором. В подрагивающем свете факела я все же рассмотрел бруколака. Как же он был стар! Со временем все меняются и даже если когда-то они выглядели, как люди чудовища все равно приобретают свои истинный облик. Зеленая кожа лысая голова с редкими пучками волос и длинные когти на руках, бруколак был весь покрыт грязью и засохшими следами крови. Он тихо сопел и смотрел на нас кроваво красными газами, в которых при свете факела не отражалось ничего. Я швырнул ему под ноги склянку, которая разлетелась, и порошок вспыхнул от удара о поверхность. Отвернувшись от яркой вспышки, я почувствовал аромат саженых трав, и услышал бьющий по ушам крик упыря. Рядом раздался звук как будто топор с размаху вошел в сырую колоду. Это и, правда, оказался топор, но вместо колоды был бок бруколака. Карл, прекрасно зная, что этого мало выдернул топор, и снова приготовился ударить, но тварь проворно отскочила назад, и тут же напоролась на мой меч. Я старался бить в средину груди, где у него могло быть сердце, не убить, так хоть ослабить. Однако то ли я промазал, то ли сердце у него находилось не там, но упырь развернулся, и чуть не снес мне голову взмахом своих когтей. Я с трудом вырвал меч весь, покрытый черной испортившейся кровью. Карл, раскрутив топор, снова врубил его в тело упыря, на этот раз, откинув того к стене. Так могло продолжаться довольно долго, мертвец не испытывал ни усталость, ни боли и в конце концов прикончил бы нас учетом того, что до утра осталось еще часа три четыре. Я кинулся на упыря, крича Карлу, что бы он попробовал отрубить голову. Но как только лезвие топора помчалось к шее бруколака, тот подставил под удар предплечье, как будто понял, что ему грозит. Тварь явно понимала, что мы говорим. Вторая склянка разбилась, и я не успел полностью прикрыть глаза. Зрение застилали красные пятна, но я смог разглядеть скорчившуюся рядом с дверью фигуру. Прыгнув вперед, я рубанул и тут, упырь снова издал тот вой, что лишает воли, и заставляет ноги подкашиваться. Дым пропал, тварь стояла посредине комнаты она вся была порыта зловонной кровью, стало видно, что мой последний удар нашел цель, и я практически отрубил ему руку. Карл наступал сбоку, преграждая бруколаку путь к отступлению, и тут произошло то, чего я не ожидал, мертвец взвыл, и кинулся мимо меня к окну. Я ударил, и всадил меч ему в бок. Не успев понять что сделала ошибку я заметил летящую ко мне лапу. Такое чувство, что меня сбило телегой, ребра, затрещали, из глаз брызнули слезы, когда я со всего размаху влетел в стену нашей комнаты. Последнее что я увидел, как бруколак исчезает с моим мечом в боку, в окне выбив его вместе с рамой.

Очнувшись, я понял, что лежу на кровати, а надомной склонилось обеспокоенное женское лицо. Надо сказать лицо было очень хорошенькое. Дышать было трудно, и я с трудом сел.

– Что случилось? Где я? – Голос был хриплый, и очень хотелось пить.

– Вы в лазарете замка господин, я сиделка и помощница лекаря. – Девушка улыбнулась. – Меня зовут Вера, мы за вас очень беспокоились!

– Где Карл и что с бруколаком?

– Ваш друг принес вас и ушел искать демона, что нас терроризирует.

– Один? Вот болван! Давно я здесь?

– Несколько часов, уже утро, а вы не как не приходили в себя. Ангир сказал, что у вас сломано несколько ребер.

– Ангир?

– Наш лекарь вы ходили с ним в ледник.

– Черт даже не спросил его имя, как-то неловко вышло – иногда я бываю крайне некультурным человеком, правда, всегда об этом жалею.

– Он так и сказал, сейчас он в замке, демон успел по дороге напасть на стражника, но вы его очень покалечили, поэтому стражник остался жив. Ангир его сейчас осматривает.

– Понятно, упырь пытался залечить раны – я спустил ноги с кровати, и охнул от боли в ребрах. – Я пошел за Карлом. Где мой меч?

– С ним вышла неурядица господин – у Веры было опечаленное лицо – ваша комната довольно высоко, а упырь как я поняла выпал из него с вашим мечом в теле.

– И? – вопрос был излишним и так догадался что случилось.

– Ваш меч разломался от удара об землю. Под окном осталась часть лезвия и гарда.

– Ну, тогда мне нужно хоть какое-то оружие.

– Господин Карл подозревал, и оставил вам это – она указала на короткий меч около кровати

– Так он еще и без оружия пошел!? – Ну что за баран, не мог меня подождать, с бруколаком простая сила не поможет, нужны хитрость и ум. Не говорю, что мой друг дурак, ни в коем случае, Карл просто чересчур, прямолинеен. Вампиры потому и представляют для него столько проблем, они очень хитры, и изворотливы. Я взял меч и слегка пошатываясь пошел к двери. Меня тут же ухватили за руку.

– Ангир сказал, что вам сейчас нельзя выходить, господин Дик – девушка поймала мой взгляд, и почему-то смутившись, отпустила меня.

– Я не могу оставить моего друга, и не собираюсь валяться, пока он гоняется за упырем. Я догадываюсь, где он, а Карл, скорее всего, идет совсем не в ту сторону.

Я вышел и спросил у первого же охранника, где Карл. Тот указал мне в сад. Так я и думал. Петляя между кустами, я отчаянно спешил, не давая своему телу отдохнуть, и залечить раны. Карл пошел по самому очевидному следу. На земле были капли крови, и я различил следы военных сапог, которые носит мой друг. Через несколько метров показалась спина, и я окликнул человека.

– Дик, какого черта ты все-таки пришел? – Карл развернулся, держа топор в боевой позиции, его взгляд излучал беспокойство – лекарь говорит, у тебя все ребра повреждены!

– Жить буду, а вот ты чего без меча? – Я осекся, глядя на топор и пристегнутую к поясу копию того меча что был, умея в руках.

– Купил еще один – великан ухмыльнулся – хотел научиться бою с двумя клинками. Пока получается не очень, зато пригодился, как видишь.

– Предприимчиво крайне, но объясни, куда ты идешь?

– По следу – он выглядел удивленным – мы его хорошо прижали, и теперь он спрятался от солнца где-то в парке.

– Ты не прав – бруколак не прячется от солнца, оно ослабевает его, но не убивает, как говориться в большинстве легенд – ты решил это из-за следа?

– Конечно, смотри, как петляет по саду!

– Вывод интересный, но в корне не верный. – Я охнул от боли в груди и прислонился к невысокой ограде. – Он уводит тебя балбес, бери факел еще кого-нибудь и пошли скорее в подвал, время еще есть, но, если он переместит логово, придется все начинать сначала!

– Черт! – Карл быстро соображал, и видимо достаточно доверял мне, чтобы не сомневаться. Мы быстро пошли по уже известному пути, в подвал, захватив по дороге стражника. Придется действовать иначе, чем мы планировали. Отрубим, твари голову и сожжем ее. Тогда его тело превратиться в пыль. Мой удар в сердце был неудачным, по неизвестным причинам с возрастом расположение сердца бруколака меняется. Маги из тех, кто занимается подобными исследованиями, пытались это объяснить, но безуспешно. Да и не всегда можно было получить условно живого подопытного.

– Почему ты уверен, что он в логове? – Видно было, что этот вопрос очень мучил Карла.

– Потому что он уводил тебя от него. Сад расположен в противоположном от подвала конце замка. Ты охотился на волка когда-нибудь?

– Нет, как-то не приходилось, а причем здесь это?

– Все хищники одинаковые. Они отводят тебя от логова, а потом делают круг, заметая следы и пока ты ищешь их, там они меняют свое логово, забирая мясо оттуда или в нашем случае гроб и землю.

– Землю? – Карл даже остановился от неожиданности.

– Вы в гильдии вообще наратив не читаете? – Я вопросительно изогнул бровь – гроб вторичен для бруколака, он черпает силы из земли, в которой похоронен, и ей же он привязан к месту. Что бы покинуть логово ему необходимо перенести землю на новое место. А для этого нужно время. К тому же мы неплохо его ранили, ему потребуется время и кровь, чтобы залечить раны в особенности руку.

– А где он возьмет кровь? – Спустившись в подвал он зажег факел, а я засветил одолженный у стражника фонарь – никто не пропадал, я узнавал. Ай, черт – Карл споткнулся, обо что-то в темное и остановился, тупо смотря на труп с разорванным горлом.

– Ну, вот тебе и ответ про кровь. Он тебя переиграл приятель, это очевидно охранник, которому сказали стеречь подвал. Пришел бедняга на свою голову сюда. – Я бегло осмотрел труп. Крови было совсем мало, казалось, что его выпили досуха. Бруколак периодически полостью обновляет свою кровь, выпивая жертв. После такого тела несчастных можно было сжигать без костра. – Плохо дело, он обновился, не пройдет и пары часов как он залечит раны и у него вполне могли быть эти часы. Поторопимся.

Мы побежали, громко стуча сапогами и порождая блуждающее эхо в коридоре. Скрываться теперь особой причины не было. Вход в недавно выкопанный подавал, был измазан черной скверно пахнущей кровью и рядом лежала оторванная рука, покрытая струпьями. Упырь явно не терял зря время. Мы быстро зашли в комнату держа мечи в руках, один из углов был разрыт, и в нем виднелся старый ящик, сколоченный из разных досок. Стражник указал на них концом своего клинка.

– А мы все думали, кто ворует доски и для чего? Неужели это гроб вампира!

– Упыря, приятель упыря – я осторожно подошел к ящику, из него слышалась какая-то возня. – Слушайте, другого шанса не будет, в этом месте не поборешься. Я открываю горб, вы блокируете упыря там. Я сношу голову, и сжигаем ее прямо здесь нечего церемониться. Если все получиться, то мы победили, если нет, мы трупы. Все понятно? – Я дождался, когда они кивнут, и займут места, рванул крышку на себя. Какой же из-под нее исходил смрад! К запаху пела и озона, примешивался сладковатый душок гниющей плоти. Внутри лежал бруколак, без руки, но уже с затенявшимися ранами от топора Карла. Потрясающая живучесть! Он оскалился, и постарался встать, одновременно нанеся удар оставшейся у него лапой. Стражник, как ни странно, не впал в ступор и ударил, мечем поперек ящика, мешая упырю подняться. Карл обездвижил его руку, своим мечом, топор мой приятель благоразумно убрал в подвале такой оглоблей не на машешься. Я размахнулся, и ударил по шее бруколака старясь перерубить ее в самом тонком месте. Плоть этих существ отличаться странной прочностью, она как будто становиться резиновой. Меч двигался с трудом, чудовище извивалось что довольно осложняло и без того трудное дело. Мои ребра горели, периодически зрение начинало двоиться. Я уже успел проклясть и Карла, который втянул меня в это дело и те силы из-за которых появляются на свет такие страшилища. Но больше всего я проклинал шею бруколака, которая никак не желала перерубаться. В какой-то момент упырь смог откинуть Карла и освободившейся рукой ударил стражника в лицо. Такое мало кто может выдержать, незадачливый страж кулем осел на пол. Упырь стал подниматься, и все покатилось в тартары. Я повис на нем, перехватив меч, за острие, используя его как гарроту и не обращая внимания на порезы. Карл поднялся, и, подхватив меч стражника, снова ударил им попрек гроба, и стал давить, укладывая мертвеца обратно. Тот махнул головой, и я вскрикнув от боли отлетел назад, Карл зарычал от натуги и упырь извернувшись вонзил клыки, в руку моего друга отчего тот издал рев боли, но не впустил меча и лишь сильнее стал давить. Мне показалось, что еще немного и Карл потеряет сознание, укус бруколака очень неприятная штука. Я подскочил к нему, и вытащил его топор, который до этого висел в креплениях за спиной моего друга. Взгляд бруколака на секунду приковал мня к месту. Тварь обладала зачатками телекинеза, и постаралась внушить мне отвращение и страх к тому, что я собирался сделать. Но у него не получилось, я перевел взгляд на бледное от натуги и боли лицо Карла и одним ударом отсек голову упыря, топор со всего размаха ударил в дно гроба расколов доски. Голова так и не разжала челюстей, повисла на руке Карла, а тело стали сотрясать судороги. Существо было еще живо, но уже на грани окончательно смерти. Я с трудом оторвал голову от ее жертвы, со стоном Карл сел и зажал рану рукой.

– Добей его, Дик! – Голос моего друга был хриплый и уставший. Казалось, что он вот-вот потеряет сознание. Я кинул голову на земляной пол, и выхватил флягу с маслом, голова не желала лежать просто так. Она старалась перекатиться, и приблизиться к своему телу, которое уже стало снова подниматься из гроба. Я не дал им возможности соединиться, и кинул факел, поджигая голову упыря. По залу разнесся полный боли крик, он, то нарастал, то спадал, но не становился слабее. Казалось, что от него вот-вот обвалиться потолок или лопнут барабанные перепонки. Неожиданно все стихло, и тело упыря распалось прахом, а голова, прекратив выть и превратилась просто в догорающий шар из плоти. Я медленно сполз по стене, и выдохнул от боли, которая снова пронзила все тело. Стражник не подавал признаков жизни, а вот Карлом стоило как можно быстрее занятья. Я с трудом подполз к приятелю, его лицо стало уже землистым.

– Держись! – Я аккуратно посмотрел его руку. Кусаные раны самый неприятный вид ранений. У Карла оказался вырван неплохой кусок из руки и что было хуже всего, от раны расползались черные вены, бруколак был ядовитым. На его клыках могло быть все что, угодно начиная от трупного яда и заканчивая собственной отравой чудовища.

– Ты прикончил его? – Взгляд моего друга уже становился мутным.

– Да и это точно стоит гораздо больше пяти тысяч. – Я перевязал руку Карла оторванной от своей рубашки тканью. Стражник тихо застонал, и стал подниматься, живучий попался. Увидев всю картину, он чуть было не упал в обморок, но сдержался и подошел к нам.

– Все кончилось?

– Да, а теперь не стой и помоги мне его поднять – Я с натугой чуть не крича от боли в ребрах поднял Карла на ноги – нужно, доставить его к лекарю, да и нам с тобой стоит показаться мастеру Ангиру.

– Что с ним теперь будет? – Стражник подхватил раненного под вторую руку, и мы направились к выходу.

– Если поторопимся, то нечего страшного, главное успеть к лекарю.

Обратный путь показался мне вечностью. Ребра горели и дышать становилось все труднее, а перед глазами плавали разноцветные пятна. Мне казалось, что мы целую вечность идем по заполненному эхом коридору, наполненному запахом дыма и горящего мяса, когда наконец не показался солнечный свет. На выходе нас ожидала небольшая толпа с бароном во главе. Всех их роднила бледность лиц и испуг.

– Дик! – Барон забыл о своей обычно учтивости – вы справились, чудовища больше нет?

– Да можете хранить свое вино там – я постарался протиснуться мимом них. Ребра нещадно болели – если вы не против, могли бы проводить нас к лекарю!

– К-К-Конечно – барон как-то странно посмотрел и Карла на меня, и подвинулся.

Ангир был недоволен, он ругался, на чем стоит свет. По его словам, такие осталопы как мы, которые не ценят его заботу о наших тупых головах, вполне заслуживали то, что с нами случилось. Вера старалась его успокоить, но, если честно у нее не очень получилось. Правда меня это не очень-то волновало. Как только я добрался до кровати силы, и сознание покинули меня, и я провалился в пустоту.

Как и в прошлый раз, я пришел в себя, увидев обеспокоенное лицо Веры, наблюдавшее за мной. Правда в этот раз оно практически сразу исчезло и через несколько мгновений появилось лицо Ангира.

– Как ты парень?

– Это ты мне скажи, ты же лекарь – сморгнул слезы, и глаза очистились.

– Ребра сломаны, но в основном все в порядке. Ты легко отделался, чего не скажешь о твоем приятеле.

– Что с ним? – Я резко сел и скривился от боли.

– Он отравлен. Как я понял, монстр его укусил, боюсь, он превращается в такого же.

– Не пори чушь Ангир – я встал, так как боялся именно этого. Предрассудки, не подкрепленные знанием, унесли гораздо больше жизней, чем все монстров вместе взятые. – Нельзя стать бруколаком от его укуса, а вот умереть сколько угодно, тварь чрезвычайно ядовита. Ты можешь помочь Карлу?

– Не зная, что его отравило, нет. Я предположил, что это превращение, поэтому просто связал его.

– Что?! – Я вскочил и взял с тумбочки меч неизвестно кем туда положенный. – Ражзвяжи и помоги ему! Если он умрет, вы все заплатите за это! Вы же лекари! – Я зашел за ширму, где лежал Карл. Господи, как же плохо он выглядел! Не удивительно, что лекари перепугались. Землистая кожа и расползающееся черное пятно вокруг перебинтованного мною места раны. – Вы его даже не перевязали!

– Сейчас Дик, сейчас я все сделаю – было видно, что Ангир очень смущен от того, что не понял, что происходит и чуть не убил пациента, который спас всех это ночью – я прошу прощения за свою безграмотность! – Он быстро промыл рану послав Веру за какими-то порошками и настоями.

– Прощу, только постарайся помочь Карлу! Я не знаю, чем он отравлен, но точно на клыках твари был трупный яд.

– Это плохо, если это так я ничем не смогу помочь. Яд наверняка уже в крови и распространяться по телу. Тут нужен маг или лучше ведьма.

– Есть поблизости такие? – Я осторожно сел обратно на кровать, во всем теле чувствовалась слабость.

– Есть госпожа Генриетта – Вера вернувшаяся с необходимыми лекарствами подошла и начала помогать Ангиру, перевязывать еле дышащего Карла. – Она живет в лесу чуть на восток. Говорят она когда-то приходила в замок, предлагала свои услуги и сказала, где ее искать, когда понадобиться, но непонятно, сколько она возьмет за лечение.

– Неважно – я, не обращая внимания на протест всего моего естества снова поднялся на ноги – кто-нибудь может показать, где она живет?

– Нет, господин, никто не ходит в тот лес, но говорят, что если она захочет то, вы ее найдете.

Не прошло и часа, как я трясся в седле в указанно направлении. Барон сказал, что я могу пообещать ведьме его благодарность и услуги в пределах разумного. Это было естественно, Карл состоял в гильдии, и с ней старались не сориться, ведь монстров много, а гильдия не будет присылать своих членов к тому, кто не заботиться об их здоровье. Это, пожалуй, единственное положительное, что было в этом сборище. Да и наверняка Свана откровенно пугало то, что я могу пустить слух о том, что они, по сути, убили странника, который рисковал ради них жизнью и был тяжело ранен. Как я уже говорил репутация в нашем мире вещь серьезная. Хоть я и был ранен, и не мог быстро скакать, но никто не согласился поехать поискать ведьму, а Карлу с каждым часом становилось все хуже. Барон сказал, что может лишь выделить мне сопровождение ссылаясь на давний договор, с ведьмой который запрещал обитателям замка даже приближаться к ее лесу. Так что со мной ехал лишь один стражник барона, который должен был постеречь лошадь, когда она уже не сможет пройти дальше в лес. На повороте мы остановились, и провожатый указал в чащу.

– Вот там господин ее иногда и видели, фигура в плаще, ходит травки какие-то собирает. Но только не следует вам связываться с ней, ведьмы дьяволу служат всем это известно.

– Посмотрим, кому она служит. – Я с трудом спрыгнул с седла – сколько ты меня ждать будешь?

– До заката потом не обессудьте, вернусь в замок мне моя жизнь дорога, чтобы рядом с лесом ведьмы ночь коротать.

Чаща была древней. Это чувствовалось во всем. В расположении деревьев, в их размере, в переплетение ветвей и корней. Я шел медленно, еще не хватало споткнуться, и сломать ногу. Войдя в лес часа два назад, я прошел не более километра по бурелому и не нашел ни одного следа ведьмы. Это было не удивительно, попробуйте походить по порядком заросшему лесу, за мной простирался целый коридор поломанных ветвей и примятого мха, хорошо хоть дорогу обратно будет просто найти. Мой медальон слабо светился, указывая на чары в этом лесу, но определить направление, откуда они исходят было невозможно. Было тихо не слышно ни дуновение ветра, ни пения птиц, такая давящая абсолютная тишина. Иногда я видел следы копыт или лап, звери не пытались скрыть свое присутствие, это лишний раз доказывало, что люди редко заходят в это место, все было, так как рассказывал стражник. Вера перед выходом дала мне небольшой кулон, сказав, что в прошлый раз ведьма забыла его, и может быть то, что я ей верну пропажу, расположит ее ко мне. Я был ей благодарен, и оглядываясь, назад понимаю, что видимо, понравился этой молодой девушке. Она тоже была довольно симпатичной, и задумавшись, я налетел на дерево, и выругался чуть было не задохнулся от боли в ребрах. Мой голос, казалось, прозвучал как гром среди лесной тишины. Стоило поторопиться, Карл не сможет протянуть так долго. Среди деревьев замелькала старая тропинка которой казалось не было до того, как я врезался в дерево. Может я совсем уже ума лишился и начал видеть, то, чего нет? Но идти становилось все легче, и тропинка совершенно никуда не собиралась исчезать. Через несколько минуть легкого путешествия я пришел к небольшой избе, покосившейся от времени. Видимо ведьма все-таки меня нашла или позволила найти себя лучше сказать.

– Хозяйка мир дому твоему – я неглубоко поклонился, скривившись от боли – пустишь на порог?

Дверь открылась на пороге стояла высокая немолодая женщина – Заходи, коль не шутишь, только предупреждаю, если ты со злым умыслом пришел, не уйдешь живым.

– Я за помощью пришел – домик изменился, когда я перешагнул порог. Чистая просторная изба, из окон, казалось, светило солнце, хотя в лесу царила тень. Хорошая печь и пучки сухих трав под потолком.

– Садись гость незваный – ведьма указала на небольшой стул, а сама примостилась в кресле качалке. Ее лицо больше подошло какой-нибудь графине или старой королеве такое в нем было благородство, совершенно не похожа, не знакомых мне ведьм.

– Все люди разные Дик Северянин – я вздрогнул, телепатия была такой тонкой, что я даже нечего не почувствовал. – Я не лезу к тебе в голову хоть и могла бы. У тебя все написано на лице, а кто ты я и так знаю.

– Откуда? – Я с трудом прочистил горло.

– Иногда бываю в Турне за продуктами и кое чем еще. Видела тебя там пару раз, на память вроде не жалуюсь.

– Мне нужна помощь госпожа Генриетта.

– А вот тут ты удивил меня – ее глаза блеснули – откуда знаешь, как меня зовут?

– Я из замка барона Свана. Вы бывали там, и забыли вот это – я протянул кулон, она все равно наверняка знала, что он у меня, а предлагать его как плату за помощь глупо, ведьмы очень ревностно относятся к своим вещам, и это ее, скорее всего, разозлило бы.

– Спасибо Дик – она как-то странно посмотрела на кулон и спрятала его под одежду – ну что ж излагай свою просьбу и с подробностями, ты же знаешь, что подробности всегда самое важное.

Я бегло пересказал ей, что произошло в замке, и чего от нее прошу. Ведьма выслушала молча и после этого произнесла.

– Трудно будет помочь. Желчь бруколака так просто не вывести, тут нужны очень редкие травы и сила. Что ты предлагаешь в обмен за жизнь друга.

– Что хотите, я согласен на все! – Сказал я, и тут же пожалел. Нельзя такое предлагать особенно ведьме иначе можно остаться и без ноги, и без глаза, а в худшем случае расстаться с жизнью, но порывистость мой грех, с которым не всегда удается справиться.

– Ай-ай, какой храбрый – Генриетта видимо поняла ход моих мыслей, и улыбнулась – ладно не буду пользоваться твоим положением и то лишь по причине того, что у меня есть все, что мне нужно. А попрошу я у тебя услугу, не сейчас, но вскоре. И ты будешь должен ее оказать согласен?

– Согласен – я протянул ей руку, риск, конечно, большой, но почему-то мне казало, что она не попросит нечего невозможного.

– Вот и ладушки – ведьма пожала протянутую ладонь, а потом звонко хлопнула в ладоши – а теперь брысь из избы мне подготовиться надо. Иди к своей коняге тебя тропинка выведет, и езжай к замку, когда приедешь, я уже буду там.

Спорить было глупо, и я отправился в обратный путь. Лес за время разговора с ведьмой кардинально поменялся. Теперь это было светлое и приветливое место, кусты малины и дикой смородины проторенные тропки и весело звенящие ручьи. Я сплюнул через левое плечо, ведьма оказалась Хозяйкой леса, неудивительно, что местных не беспокоят чудовища. Все местные твари подчиняются Генриетте и шагу не ступят без ее ведома. Такие ведьмы попадаются крайне редко, и я не удивлюсь, если госпожа Генриетта ровесница этого леса. Решив воспользоваться случаем, я набрал полную пригоршню малины и уплетал ее на протяжении всего обратного пути, ну хоть как-то поправить здоровье. Стражник, увидевший меня выходящего из леса, смотрел, так как будто я призрак. Не дав ему времени на удивление, я вскочи в седло, и мы поскакали к замку. За время обратной прогулки по лесу я и забыл, как сильно у меня болят ребра. Подъехав к замку, я не удивился, заметив фигуру, в темном плаще выходившую из леса с котомкой. Стражники указывали на нее, хорошо хоть стрелять не стали. Подъехав, я отпустил лошадь, и предложил Генриетте руку, которую та с благодарностью приняла. Барон почему-то очень странно посматривал на ведьму и когда та представилась побледнел, и сославшись на занятость, поспешил удалиться.

– Какой ты умный мальчик Дик – Генриетта попросила проводить ее в лазарет, и я, не имея возможности отказать, пошел, хотя с большим бы удовольствием просто полежал.

– Вы о чем госпожа? – Я реши притвориться дурачком, плохо, когда тебя читают, словно открытую книгу.

– Не пытайся меня надуть мне слишком много лет, и я, прекрасно слыша твой разговор с бароном. Как ты вообще узнал о таких как я?

– Я знаком с некоторыми ведьмами, иногда читаю соответствующие книги.

– Какая способная нынче молодежь пошла – ведьма развлекалась за мой счет как могла – а раньше бы на меня разве что с факелом и вилами не кидались, все по лесам прятаться приходилось. Может в город переселиться, как думаешь?

– Ваши силы связаны с местом, где вы живете и с лесом, в котором находитесь, переехав вы потеряете большую часть своих сил. – Я брякнул все это совершенно не подумав, а сообразив тут же прикусил язык. Ну что у меня за характер такой, все надо выболтать!

– А вот это никому не рассказывай дружок – неожиданно она сжала мой локоть очень горячими пальцами, казалось, еще не много, и мне прожгут меня насквозь – никто не любит, когда о нем все известно!

– Я понял госпожа – вот и ведьма кто бы, что не говорил, а в первую очередь они женщины и любят, когда в них есть загадка, хотя может я и не прав и госпожа Генриетта переживает за свое бедующее.

– Вот и славненько – пальцы ведьмы снова стали нормальными – ну показывай, где тут ваш раненный.

Было видно что Ангир и Вера удивились, когда пришла ведьма, скорее всего думали что у меня не получится ее уговорить. Генриетта как-то странно посмотрела на девушку, и та зарделась, словно маков цвет.

– Привет сиротки как жизнь? – Ведьма прямо таки излучала жизнерадостность и веселье. – Где раненый?

– Здесь госпожа – Вера проводила ее к постели Карла.

– Спасибо золотце. Ну, вы все свободны ближайшие два дня я скорее всего, буду страшно занята. – И недолго думая ведьма просто выпихала нас за дверь.

Барон рассыпался в благодарностях, и клялся вечной дружбе. Абсолютно не нужная вещь, верить в первое глупо во втрое опасно. О ведьме он ни говорил ни слова, и старался избегать этой темы впрочем мне не было дело до его причуд. Как только Сван ушел по каким-то своим делам, ко мне тут же пристала его дочь. Леди Райла оказалась крайне любознательной и прилипчивой особой. Она хотел знать, на каких монстров я охотился, откуда я и, где прошла моя жизнь. Я отчасти ее понимал, провинциальная баронесса, не имевшая других развлечений кроме как поговорить с торговцем, который раз в три месяца заезжает в их тихое захолустье. Несмотря на это, мне не хотелось, чтобы меня беспокоили сейчас. События последних дней были весьма насыщенными, и мне нужен был самый обычный отдых. Пока мы прогуливались во дворе, я заметил на пороге лазарета фигуру ведьмы, и извинившись перед баронессой, отправился к Генриетте. Как оказалось, она была не одна рядом с ней стояла явно нервничавшая Вера. Помощница лекаря старалась не смотреть в глаза ведьме, и тихо отвечала на ее вопросы.

– О! А вот и наш бравый рыцарь – Генриетта заметила меня – отвечаю сразу твой друг уже в порядке. Мне нужно будет еще пару раз повторить процедуру, прежде чем весь яд немертвого выйдет из его тела. Ты же понимаешь, что в таком деле спешить нельзя.

– Я благодарен госпожа и я ваш должник – я тяжело оперся на дверной косяк, и заработал полный жалости взгляд Веры

– Ваши ребра господин, вам тоже нужен отдых!

– А что у нас с ребрами? – Ведьма почему-то веселилась от души, но за этим весельем явно скрывалось, что-то еще, она точно знала, что со мной, но почему-то хотела, что было, ответила именно Вера.

– Господин Дик, пострадал вол время первой битвы с демоном, у него сломано несколько ребер, остальные отбиты.

– Ну, нечего мы и этому поможем, правда рыцарь – он взмахнула рукой, и, прежде чем я успел отстраниться, коснулась моей груди. Миг и я лежу на полу, скорчившись от боли.

– Господин Дик, что с вами?! – Вера, конечно же, кинулась ко мне, чего явно и добивалась Генриетта – что вы сделали?

– Слегка помогла его организму уже ведь не так больно, а Дик?

– Спасибо – казалось, что меня резали ножами, но боль прошла, и вместо нее появилось живительное тепло. Ребра уже не так сильно болели.

– Не за что дорогуша я надеюсь получить долг с процентами – ведьма ушла в лазарет, а Вера помогла мне подняться и удалилась, сказав, что ей пора. Наконец-то я смог добраться до кровати и отдохнуть.

Проспав до полуночи, я вышел погулять в сад. Как бы это, странно не звучало, но мне хотелось немного пройтись. Ребра хоть и ныли, но уже не было той жуткой боли и слабости. Ангир осмотревший меня, мрачно заключил, что, если бы ведьм было больше, лекари остались бы без работы. Остался лишь легкий ушиб, все сломанные кости срослись. Странное что-то было в этой госпоже Генриетте. Нет, ведьмы не похожи на злобных колдуний из сказок с зеленой кожей и горбатым носом, но и добрыми душами их не назовешь. Странным был и повышенный интерес госпожи к Вере, которой явно было не по себе в обществе Хозяйки леса. Ну если честно все это было не моим делом, и я постарался выкинуть все из головы. Добравшись, до сада я стал медленно прогуливаться, туда-сюда наслаждаясь ночной прохладной и спокойствием. Отсутствие постоянной опасности благоприятно сказывалось на жителях небольшого замка, в саду были видны фигуры слуг и отдыхающих гвардейцев. Ночь больше не была вотчиной чудовища, и люди пользовались этой возможностью, чтобы отдохнут в тени деревьев. Я заметил мелькавшую тонкую фигурку, и направился к ней.

– Добрый вечер Вера – девушка испуганно на меня посмотрела, видимо была погружена в мысли, и не слышала, как я подошел.

– Добрый вечер господин Дик – она была очень красива той простой девичьей красотой, которую не надо было подчеркивать новомодной косметикой, которой многие сейчас пользовались.

– Давайте без господ. Я никому не принадлежу, и не кем не владею, я просто Дик.

– Хорошо Дик. Как ваши раны?

– Спасибо вашей ведьме все хорошо, госпожа Генриетта поразительно добра.

– Да хотя и очень странная.

– Почему?

– Вы знаете, она постоянно спрашивала, помню ли я маму или отца.

– Она поэтому назвала вас сироткой? – Я автоматически предложил ей руку, и она задумчиво на нее облокотилась.

– Да мне неизвестно кто мои родители. Я всегда жила в замке. Говорили, что меня просто нашли перед воротами, и приютили. Как-то само собой получилась что я стала помогать нашему лекарю. Ангир приехал не так давно, раньше у нас была сестра Илона. Она умерла несколько лет назад, и теперь мы с Ангиром следим за всем.

– Не у всех есть такой хороший дом и шанс найти призвание – я, почем- то проникся теплотой к этой девушке.

– А вы сразу нашли свое? Простите если, задала неуместный вопрос.

– Вовсе не неуместный – я улыбнулся – за откровенность платят тем же. Я не сразу нашел себя, да и не уверен, что нашел. Солдат из меня вышел плохой, а странник вроде бы нечего. Но нельзя всю жизнь этим заниматься, когда-нибудь нужно остановиться.

– Вам нравиться рисковать собой, ради других? Ведь вы чуть не погибли, а мы вам совсем чужие!

– Ну, нравится не то слово, какое бы я предпочел, мне нравиться результат, когда я победил и спас людей. Вот это мне нравиться, особенно когда благодарность искренняя, как ваша – она снова покраснела. – Для многих, конечно, основной причиной являются деньги, да и мне признаться приятно, когда они звенят в кармане, но должно быть что-то кроме них иначе жизнь тускла.

– Вы философ?

– Видимо да, немного. Это бывает у солдат, которые пережили не одну войну. Или у странников, которые слишком много путешествуют. Когда сидишь под открытым небом ночью возле костра философские мысли приходят сами собой. Вы мало с кем общаетесь вне замка Вера?

– Да в основном с Ангиром или бароном он очень добр ко мне. Вы знаете, лицо Генриетты, мне кажется, странно знакомым как будто я ее уже видела.

– Но вы сами говорили, что она приходила в крепость – я удивленно просмотрел на девушку.

– Об это было еще до моего рождения. Я просто слышала о ней и о том, что она пробыла у нас довольно долго, и помогла нам. Барон не мог справиться с болезнью своей дочери и очень переживал после потери жены.

– А как же ее кулон?

– Мне передал его барон. Не знаю, почему именно мне, но он тогда сказал, что, если она вернётся обязательно отдать его.

– Что ж у каждого места есть свои секреты, полагаю, что этот замок не исключение – мне нравилось прогуливаться с этой девушкой, и нравилось немного с ней флиртовать. Ночь была теплой и сад приятно пах цветами и свежестью, мы просто гуляли, переходя с темы на тему.

Проснувшись позднее чем, панировал я встал с кровати стараясь не разбудить Веру, которая спала, подложив руки под щеку. Что-то в ее лице мне показалось очень знакомым, и когда солнечный луч из окна упал на нее, и она чуть сморщилась, я едва не вскрикнул. Ее лицо было лицом Генриетты, только моложе. Я, стараясь не шуметь, оделся и поспешил в лазарет, одновременно беспокоясь за Карла и желая проверить свою догадку. Ведьма сидела на табурете возле кушетки и в профиль очень была похожа на девушку, с которой я провел ночь.

– Ты очень догадлив, Дик – голос Генриетты был тих – не беспокойся твой друг поправиться. Рана затянется, и он сможет владеть рукой. Ты хочешь, что-то спросить? И да в этот раз я залезла к тебе в голову.

– Ее отец барон да?

– Да ты и здесь угадал, в молодости он был весьма симпатичным юношей, а я чертовски долго жила одна. Спросишь, почему не сказала ей или осудишь что бросила?

– Не то не другое. Первое не мое дело, а второе и подавно. Она очень хорошая девушка и твари не нападают на замок именно из-за нее, так что все довольны. Но как вы прозевали бруколака, вот что мне интересно.

– Ну и на старуху бывает проруха. – Генриетта немного устало улыбнулась. – Он очень стар, я поселилась здесь всего двести лет назад, а замку больше трехсот. Так что я не ожидала, что под ним окажется этот мертвяк. Когда я приходила, он лежал тихо, вот и пропустила его. Хорошо, что ты справился. И ты очень понравился Вере, это тоже хорошо.

– Почему?

– Заложит фундамент о том, как должен выглядеть достойный мужчина. Не тушуйся, ты хороший человек Северянин я знаю, и никогда бы не помогла, если бы не это.

– Спасибо на добром слове. Только она все равно узнает правду рано или поздно.

– Да узнает лет через сорок, когда поймет, что не стареет. Ну да до этого ещё далеко.

– Раз вы спасли Карла я у вас в долгу. Чего вы хотите?

– Нечего Дик, ты справился с монстром, не рассказал мой секрет так чего еще хотеть бедно старой ведьме?

– Я не люблю быть должником!

– Ну, тогда придется потерпеть. Я сказала, мне нужна будет услуга, и ты принял условие. Я не знаю когда, и в чем буду нуждаться. Так что как-нибудь в другой раз как говориться. А теперь возвращайся в постель, она скоро проснётся, для вас обоих будет лучше, если ты окажешься там в это время. – Ведьма оказалась права и в этом.

Неделя пролетела незаметно за ней другая, и наступил второй месяц лета. Карл поправлялся, мне тоже становилось все лучше. Барон отравил письмо с благодарностью в гильдию, отметив мое участие. Ответ пришел позже, и, конечно, там было приглашение для Северянина, наконец, вступить в прославленную Гильдию странников, ну что за приставучие люди. С Верой все шло гладко, хотя и я и она понимали, что все это мимолетно, но это не мешало нам отбирать у ночи приятные моменты близости. Я даже перебрался к ней в комнатку к вящему удовольствию Карла, который последнее время тоже пропадал неизвестно где. В начале второй недели Генриетта тепло со всеми попрощалась и исчезла на глазах у всего замка. Мне кажется, что я заметил тень, мелькнувшую у ворот, но я не стал ничего говорить. Вера тоже заметила ее и лукаво сощурилась, в этот момент она была очень похожа на мать и, судя по лицу барона, смотревшего на нее, он прекрасно это знал. Скоро нужно было трогаться в путь тем боле, что барон смотрел на нас все менее дружелюбно. Не удивительно с учетом того, что мы не платили за постой. Проснувшись однажды, я понял, что сегодня день отъезда. Вера не протестовала, но было видно, что ей не хочется, чтобы я уезжал, да и как не трудно это признать мне тоже. Карл ходил, понурив голову непонятно от чего, и странно торопился уехать, хотя до этого дня за ним этого желания не замечалось. Перед отъездом я зашел к Вере и увидел ее стоящей напротив окна и державший что-то в руках.

– Дик посмотри Генриетта, снова забыла свой кулон – она показала мне капельку оправленную в серебро – как думаешь, может сходить вернуть?

– Не надо. Она сама вернётся за ним, когда сочтет нужным. Так у нее всегда останется повод навестить тебя.

– Ты что-то знаешь? – В глазах девушки читалось любопытство.

– Нет – Я не давал слово ведьме, но мне казалось, что я не тот человек кто должен рассказать Вере правду – просто догадываюсь что ты ей тоже понравилась.

– Она удивительная, правда? Дик слушай, я не хотела этого говорить, но ты можешь остаться со мной?

– Нет – было очень неприятно, но иногда необходимо пройти через это – барон меня не наймет, а без работы в нашем мире нельзя прожить. Замку не нужен странник которой только и делает что ест и спит. У тебя здесь семья и дело. Ангир не всегда будет лекарем, а кто будет заботиться о больных после него?

– Ты, наверное, прав, а ты собираешься когда-нибудь осесть?

– Если не умру, то да конечно – я сел на кровать, и она примостилась рядом.

– Найдешь меня, когда решишь?

– Приеду навестить обязательно – я всегда старался выполнять обещания и это в том числе – но не жди меня. Ты вполне найдешь себе достойного мужа, и все будет хорошо.

– Надеюсь так, и будет, но ты все равно заезжай как-нибудь просто буду рада тебя видеть. – Почему-то от этого расставания мне было особенно тяжело.

Мы с Карлом уезжали от замка Свана и не оглядывались. Он не известно, почему, а я, потому что Вера убежала лечить стражника, раненного в учебном поединке, а больше мне там никто не был интересен. Пару раз среди деревьев промелькнула фигура в плаще, но Генриетта не пожелала выйти, а я не счел нужным беспокоить ее. После практически четырех часов непривычного молчания я спросил у Карла что случилось и чуть не упал с седла от смеха от его ответа. Оказалась что этот оболтус все две недели усиленно клеил дочку барона и поэтому пропадал целыми днями и ночами. В конце концов, она его просто отшила, причем указав на разницу в социальном статусе и состоянии. Мой приятель от такого сразу упал духом, и чуть было не уехал, бросив меня одного. Постаравшись его утешить, я стал раздумывать что делать дальше. Было не привычно без меча на поясе, но в кузнице замка я не смог подобрать себе нечего приличного. Однако моих денег хватит, чтобы обзавестись по-настоящему хорошим оружием. Если ты хочешь хороший меч, то за него придется заплатить дорого, а если меч должен служить долгие годы и не подводить, то заплатить нужно очень дорого. Существовало лишь одно место в королевстве, где можно было раздобыть поистине отличное оружие – Город-ярмарка Дассан.

Карл остался в небольшой сельской таверне, напоследок обнял чуть не сломав мне ребра и заверяя, что теперь он мой должник на веки. У нас всегда так, то я ему должен то он мне. Ему предстоял не близкий путь на восток так что он хотел немного передохнуть перед дорогой благо что денег было достаточно. Гильдия требовала отчета о происшествии для пополнения картотеки монстров. Наверняка еще хотели расспросить о том, как можно повлиять на барона и упрочить свое влияние. Не могу понять, зачем люди так стараются вступить в гильдию по мне так, лучше, когда сам себе хозяин.

Выехав на рассвете, я задал лошади бодрый темп по тракту. До Города-ярмарки было ехать примерно пять-шесть дней, если повезет с погодой. Стоило, конечно, наняться в караван, идущий туда, но это можно было сделать и по дороге. Вскоре я догнал небольшой отряд из конников.

– Доброго дня путник! – Впереди ехал, рыцарь, он же и заговорил со мной. Достаточно молодой парень, светлые волосы и добродушные глаза, хоть иконы с него пиши.

– И тебе доброго дня, рыцарь – если со мной по-доброму, я всегда отвечу тем же.

– Куда направляешься?

– В Дассан – на дороге не всегда принято рассказывать, куда едешь, особенно если на ярмарку, да еще и с деньгами. Это прямой путь в канаву с проломленной головой, но рыцарям верить можно особенно со штандартом солнца. Это орден Сияния или как его злые языки называют «светильники». Ордена не так давно были созданы церковью и туда активно зазывали воинов из дворянских семей и отставных военных. Рыцари жили по только им одним известному кодексу чести. Очень удобно особенно если никто кроме тебя его не знает.

– Славный город. Ты можешь поехать с нами, мы рыцари Света поклялись охранять Дассан от зла – он говорил с пафосом и явно испытывал от этого удовольствие. У некоторых из них явные проблемы с головой на мой взгляд. А вот информация о клятве была интересна, если я правильно перевел с бредового на обычный язык, это означает, что Дассан нанял орден Сияния, либо предоставил им место для их монастыря.

– Почту за честь – не хотелось быть белой вороной, поэтому пришлось перенять на время их дурную манеру общения.

За несколько последующие дней я достаточно неплохо узнал рыцарей. Их предводителем был Редерик сын барона из Морского графства. Он оказался зелен как укроп в начале лета, а то и еще зеленее. Меч держал странно, в седле сидел неправильно, говорил глупо. Командовал такими же, как и он сам молокососами. Все они как один мечтали о подвигах и славе. Как мне кажется, они не доживут до следующего года. Услышав, что я странник на ближайшем привале на меня насели с расспросами и в конце дня я был для них живой легендой. Чуть язык не сточил, рассказывая старые байки. Со стороны, конечно, битвы с троллем или охота за волколаком выглядят просто и легко, но как показывает практика с тем же бруколаком это довольно больно и опасно. Хотя, конечно, я не стал их разочаровывать и достал из своего мешка историй самые страшные и кровавые. Они слушали, открыв рты и вытаращив глаза. Главное в этом деле не переусердствовать, и не предстать этаким не убиваемым полубогом, который рвет чудищ на части одной рукой вместо завтрака. А то вдруг выскочит на дорогу какое-нибудь чудо и придется защищаться. Дорога была долгой, и я радовался компании, хотя бы не так скучно ехать, а заодно и разбойники дважды подумают, прежде чем напасть на такой большой отряд. Я же в свою очередь старался выведать у них то, что меня интересовало.

– Слушай Редерик – привал был третьим за этот день, уж больно жаркая стояла погода, и мы просто играли в кости, я естественно мухлевал, как мог, и разводил эту мелочь на пальцах – а как так получилось, что теперь орден света работает на Дассан?

– А почему тебя это интересует Дик? – Редерик выбросил шестерку, и довольно улыбнулся.

– Просто так – слегка махнув рукой я выкинул девять и забрал медную монетку себе – надо знать, что в мире твориться иначе не заработаешь.

– Чую что ты жулик! – Рыцарь вспыхнул от того, что опять продул

– Не пойман не вор. И кстати это, между нами, друзьями, не стоит такого говорить если не поймал человека за руку иначе можно нарваться на неприятности. – Я сказал это совершенно не злобно, но рыцаренок вздрогнул.

– Прости – он быстро пошел на попятную, забавные они молодые рыцари – что же до Дассана то все просто. Орден Света призван защищать мир от Тьмы. Господа-купцы Дассана опасаются тварей ночи и готовы щедро платить тому, кто охранит их покой.

– Тогда проще нанять странников. Люди более опытные и бывалые – я нашел в рюкзаке пару яблок, одно кинул Редерик, во второе вгрызся сам.

– Странники работают за деньги, им чужд истинный героизм – тут он посмотрел на меня, и быстро добавил – нет, не всем, конечно, чужд. Например, ты Дик герой, но большинство непохожи на тебя. В общем я не в курсе всех подробностей, но капитул ордена заключил договор с купцами Дассана и теперь мы патрулируем город и его окрестности.

– Много ты видел странников за свою жизнь? – До чего же было приятно подтрунивать этого молодого идеалиста.

– Не очень, но все они были отталкивающими. Какие-то грязные и очень напряженные, кажется, всегда готовы к неприятностям.

– Забавно. Но сейчас много кто слоняется по дрогам, прикрываясь именем «странник». Можно вполне напереться на банду беглых или шайку разбойников. Нужно быть осторожнее и смотреть, куда ты заходишь, и кто сидит за столами. – Выдавая такое главное сохранить серьезное лицо, хотя это ужасно сложно, когда тебя слушают, так широко распахнув глаза.

– За столами?

– Я про таверну – я не выдержал, и засмеялся – не обращай внимания лучше кидай кости.

– Дик, нельзя же так! – Опять Редерик залился румянцем, ну прям как девица – я же тебе верю!

– А вот и не надо – тут я действительно стал серьезен, видимо продеться объяснить этому юноше кое-какие правила жизни, хотя я терпеть не могу учить людей – я могу оказаться обычным вруном или шулером, или убийцей. Вам повезло, что я такой добрый и правильный, но таких как я действительно мало, очень мало. В основном все блюдут шкурный интерес и обдерут вас как липку при первой же возможности. А может просто заколют во сне и прикарманят все добро.

– Но я….

– Не перебивай меня, пожалуйста, я редко даю такие советы. На тракте вы встретите всяких людей, и плохих и хороших так вот, постарайтесь научиться их различать и не вздумайте вешать ярлыки, как ты сделал с теми странниками, про которых говорил. Люди не любят когда на них вешают ярлыки. – Было видно, что он ошарашен, но в то же время внимательно слушает, остальной отряд тоже обратился в слух, и все разговоры смолкли, ой как плохо как бы теперь не стать папочкой для всех этих олухов. – Ну что понятно?

– Да Дик, но как их различать? Кто хороший, а кто плохой?

– С опытом придет и с возрастом, главное не суди по внешнему виду. Я видел всякое, купцов, выглядевших как бандиты, главарей банд с королевскими манерами, портовых девок смотревшихся графинями и дворянок на которых без дрожи не взглянешь. Поэтому держите дистанцию, прежде чем кому-то протянут руку это, пожалуй, самое важное. Вспомни тех самых странников, которые всегда готовы к нападению, они как правило живут долго в отличии от доверчивых вроде тебя которые заканчивают жизнь в придорожных канавах. – Сказав это, я очень надеялся, что смог до них донести свою мысль.

На следующее утро грянула буря, облака, закрывшие небо за ночь, не выдержали и обрушили на землю потоки воды. Такой грозы я давно не видел. Молнии разрывали небо, затянутое практически черными тучами, которые, казалось, висят над нашими головами. Ливень был такой, что противоположную сторону дороги было не видно. Наша компания спряталась в леске под небольшим навесом, который соорудили рыцари, и старалась удержать вырывающихся лошадей. Через несколько часов яростный ветер унес основной фронт, и дождь постепенно прекратился. Догадываясь, что сейчас начнется, я задавая темп старался увести своих спутников как можно дальше от леса. Но не успел. Из леса стала выходить нечисть. Небольшие древесные духи и боровики плескались в лужах и небольших канавках. Дубовики высунули из деревьев свои тонкие руки, подставляя их под капельки, текущие с листьев. Где-то далеко прозвучал крик аука, и я мог поклясться, что видел лешего, который медленно брел среди листвы покрытый плащом из мха. Он подставлял бородатое лицо под дождь из капель и кажется улыбался. Один из рыцарей с криком отпрыгну, а остальные схватились за мечи. В луже рядом с нами резвились водные духи, похожие на капельки они носились между лужицами, и раздражали нескольких болотников, примостившихся в канаве неподалеку. Болотники разевали свои жабьи пасти и пытались поймать мельтешащих духов, что вызывало только новые приступы смеха у мелюзги. Рыцари смотрели на это с плохо срываемым ужасом, а Редерик кажется был готов броситься в атаку. Ну, вот что за люди, всегда хотят уничтожить то, чего не понимают.

– Пошли отсюда – я осторожно, чтобы никого не зацепить стал выводить лошадь из леса на дорогу.

– Но Дик как же так? – У Редерик чуть челюсть не отпала – мы, что, просто уйдем?

– А что ты еще предлагаешь сделать? – Мне было искренне любопытно. – Только говори тише, лес не любит шума.

– Мы должны напасть. Это же монстры! – Мы почти выбрались на дорогу.

– Угу, мысль не новая и не очень правильная – я старался спешить, леший все-таки услышал слова рыцаря, и стал приближаться к нам из чащи. Теперь было видно, что это высокий сухой старик, покрытый корой изрезанной, словно у старого дуба – если хотите выжить садитесь все на коней и поехали, поговорим на следующем привале!

Как хорошо, что они все-таки послушались меня, хотя на секунду мне показалось, что их юношеский максимализм возобладает над разумом. Мы отъехали достаточно далеко в полной тишине, прежде чем Редерик прорвало.

– Почему мы не напали? Дик ты же странник, а мы рыцари – это наша работа! Мы искореняем Тьму, а там были монстры! Они же убивают людей!

– Успокойся, отдышись, и давай я все растолкую на привале, чтобы и твои друзья тоже слышали, и мне не пришлось кричать или повторяться. – Мальчик надулся, и всю оставшуюся дорогу смотрел на меня волком. Я уже знал, что им скажу, но не знал, поймут ли они меня. Я тоже не сразу принял, и понял правду. На привале после того, как солнце практически опустилось за горизонт, и мы разожгли костер весь отряд был готов меня выслушать.

– Уясните себе, не бывает абсолютно черного и безупречно белого ребятки – я старался говорить точно так же, как и пастор, Ритор, много лет назад говорил мне. – Вы привыкли считать, что любая нечисть – это зло, но это не так и не перебивайте меня. Там на поляне вы видели тех, кто населял мир за века до людей и мне, кажется, даже после того, как мы все исчезнем они будут населять его. Этим существам ничего не известно о вашем свете, или тьме, и не важно с большой буквы вы пишете их или с маленькой. Это природа и она любит баланс. Духи и болотники никогда не нападают первыми, это сказки, с лешим можно договориться ли отогнать, если вы не поняли, то мне едва удалось вас увести до того, как он вышел и разобрался бы с нами. Я понимаю, что вы знатоки бабушкиных сказок и преданий видите мир несколько иначе, чем я, но постарайтесь понять. Конечно, не со всеми монстрами можно договориться это факт и именно на таких я и охочусь. Тех же что не несут вреда или требуют к себе уважения, я никогда не трогаю, и даже иногда помогаю им решить конфликты с людьми. В том числе не даю их убивать безо всякой причины.

– А как же мертвец, волколак, топлуны, мавки и другие – Редерик не мог поверить, что я говорю подобные вещи.

– С ними не договориться. – Я кивнул – человек для них добыча и не более, но там, на поляне не было ни упырей, ни оборотней, даже захудалой русалки не наблюдалось. А вот если бы вы полезли на мелочь, леший бы мигом позвал бы подмогу. И все те, кого вы боитесь живо бы показались из леса. Такие как вы и не живут долго, потому что уверенны, в превосходстве человека лезете куда попало. – Молодые люди сидели, задумавшись, то, что я рассказал, не было новостью для более опытных странников и военных, да ни для кого, честно говоря. Но для таких мальчишек, которым являлись эти «рыцари без страха и упрека», это было сродни откровению. Человек бы не выжил, если бы научился гармонии с теми, кто населяет этот мир.

– И что делать? – Редерик немного оправился, и стал видимо соображать.

– Да ничего, жить как раньше – я откинулся, прислонившись плечом к дереву – только раз вы теперь чуть больше знаете, то сможете принимать более взвешенные решения. Это называться опыт ребята, учиться лучше на чужих ошибках, это не так больно. И кстати если вдруг вас занесет в город, где есть представительство гильдии странников, очень советую посетить и почитать литературу, которая там есть.

– Там же все платно!

– А ты как хотел? Бесплатно ничего не делается, зато сможете отличить нава от водяного, и, если повезет, унесете ноги.

Следующий день прошел в тишине, мы просто скакали, хотя, когда я вчера засыпал, я не думал, что найду их утром. Скажем так, я был приятно удивлен этим фактом. Редерик ехал, молча, и лишь иногда странно на меня поглядывал. Нечего, может, поумнеет. Мы приближались к Дассану. Последний привал был разбит примерно в полудне от стен Города-ярмарки. Я уже думал, что придется, есть в полном одиночестве, как Редерик произнес.

– Спасибо за науку мастер Дик – парень сел рядом с моим костром – сложно поверить в то, что вы рассказали, но все же я, почему-то уверен, что вы не врали нам.

– Хорошо, может быть, вам даже удастся прожить достаточно, чтобы когда-нибудь поставить мне пиво в трактире. Куда вы теперь направитесь?

– В командорство ордена. Оно у Ягодных ворот Дассана. Дик, а почему ты не в гильдии странников?

– Самый распространенный вопрос – я вздохнул, эх кто бы мне платил каждый раз, когда я это слышу, был бы уже богаче короля. – Я не люблю гильдии, сама идея объединения мне кажется очень удачной и несущей выгоду, но на деле все оказывается не так просто. Сейчас гильдия хватается за заказы от влиятельных и власть имущих, зачастую игнорируя просьбы крестьян и горожан, потому что те меньше платят. И решают вопросы ее исполнители именно так как говорят наниматели и не иначе, чтобы не испортить имидж. Приведу пример. Однажды меня попросил один дворянин поймать ему русалку. Сбрендил совсем на старости лет, русалка на всякий случай – это то еще страшилище и не имеет нечего общего с красавицами из сказок. Я ему, конечно, отказался и уехал, посмеиваясь, но через пару дней услышал, что другой странник из гильдии все-таки привел дворянину русалку в сетях. Рассказывать, что было дальше надо? Тварь придушила горе любовника и половину всех, кто был в доме в первую же ночь и убежала. Я потом шутки ради нашел того странника и оказалось, что ему было приказано исполнить любой даже самый бредовый приказ нанимателя. Вот и думай после этого. Нет уж, я предпочитаю работать сам, и не подчиняться никому кроме своей совести.

– А не хотел бы ты стать рыцарем? – Было видно, что Редерик давно хотел задать этот вопрос. – Ты не подумай, у нас все не так как рассказывают и работа примерно такая же. И в Орден берут не абы кого, но ты я уверен, подходишь!

– Нет, приятель спасибо, конечно, но нет – я поворошил поленья в костре – у вас есть одно очень большой препятствие. Ты веришь в Бога?

– Конечно, Он есть Свет, и дарит покой всем, кто принимает его в себя – голос рыцаря даже, казалось, набрал силу, когда он это говорил.

– Ну вот видишь, принимает его в себя, ключевые слова, а я не могу этого сделать там у меня место занято. Я из Северных анклавов, а мы, верим в пару десятков богов.

– Но ведь это ложные боги!

– Аккуратнее Редерик – я добавил немного стали в голос – никому не будет приятно когда глумятся над его верой! – Не то, чтобы мне и в правду было неприятно, с богами у меня отношение простое они не трогают меня, а я не докучаю им, но все же не стоит так резко говорить о чужой вере.

– Прости, я не хотел!

– Прощаю, но впредь будь осторожен я достаточно видел тех, кто также как ты говорил всем об их вере, рано или поздно натолкнешься на не очень благодарного слушателя и можешь обнаружить под лопаткой нож. Вот поэтому-то я не могу войти в орден, не принимай на свой счет.

– Я понял тебя, Дик, очень жаль. Я думаю, что орден только выиграл бы, если бы в нем были такие как ты.

– Спасибо Редерик. Надеюсь, что наши пути еще пересекутся – я не кривил душой, это были не плохие парни и не самая худшая компания для путешествия.

В средине следующего дня мы подъехали к Городу-ярмарке. Дассан являл собой впечатляющее зрелище, особенно если смотреть на него как мы, с холма. Высокая стена из белого камня как будто светилась, отражая солнце, она вся был изрезана фресками, превозносящими искусство торговли. Город строили немного на восточный манер, и среди обычных домов жителей, выделялись похожие на дворцы здания крупнейших базаров, с куполообразными крышами, сверкавшими на солнце, будто сделанные из золота. То тут, то там в небо указывали тонкие изящные башенки из розового и белого камня указывавшие на дома богатейших купцов города. Дассан был не очень старым городом, и возник по задумке десяти богатых купцов, которые собрались на этом месте для торговли. Город стоял на пересечении путей ведущих из Старого графства в Морское. На западе примерно в паре часов был тракт на столицу и в центр Лесного графства, а на севере мощенная камнем Дорога Льда, которая вела в Северные анклавы. Казалось, что мы находились в самом центре королевства и именно здесь должна быть столица, но дед нашего короля так не думал и перенес столицу в Лесное графство под защиту гряды скал и бесконечных лесов. Купцы были не против такого поворота событий, и быстро заняли место, построив на свои деньги Город-ярмарку. Говорят, что король тоже вложился в дело, ожидая увеличения налоговых сборов с этой части королевства и не прогадал. За неполное столетие город превратился в настоящий оазис для тех, в ком была предпринимательская жилка. Деньги текли рекой, и господа-купцы не скупились на защиту города от нечисти. К сожалению, для странников, в городе совершенно не было для нас работы. Когда гильдия, пустив слюну, прибежала в Дассан, оказалось, что место уж занято магами. В городе проживало около пятидесяти колдунов, что практически ровняло его со столицей. Маги обеспечивали безопасность и покой города попутно получая огромную прибыль от оказания своих услуг. А теперь, когда охраной дорог и городских улиц занялся Орден Света гильдия, наверное, совсем потеряла надежду получить столь лакомый кусок пирога. Интересно чем так провинились странники перед старейшинами города? В город вели четыре дороги с каждой стороны света, я с отрядом рыцарей приближался со стороны самых крупных – Торговых ворот. Подъехав к воротам, я осознал, насколько мне повезло встретить отряд Редерика, как и в большинство дней лета у ворот была страшная давка. Представьте большой поток воды, который пытается влиться в маленькое игольное ушко, люди толкались кричали и создавали невыносимый гвалт пытаясь пролезть вперед своей очереди. Ко всему прочему рыцари ордена досматривали всех, кто приезжал в город. М-да охрана была на высоте, велся учет приезжих, кто приехал и зачем, что привез и с кем, кто собирался торговать, приезжим сразу отводилось место на одном из рынков. Мы пробились сквозь толпу, ловя на себе гневные взгляды, но как только люди видели штандарт ордена в руках Редерика, тут же отводили глаза. Хочешь, не хочешь, а власть приходиться если не уважать, то хотя бы терпеть. Редерик о чем-то тихо переговорил с капитаном стражи, и нас пропустили.

– Придумал где остановиться Дик? – Редерик на прощание пожал мне руку.

– Да, буду у «Матушки Гусыни» там всегда есть места, и она довольно далеко от оживленных улиц, я не люблю шум.

– Ясно, если нас никуда не отправят, мы еще увидимся – и отряд поскакал по направлению к Яблочным воротам, находившимся на противоположном конце города.

Трактир «Матушка Гусыня» стоял недалеко от башни мага Сигарда, если судить по огненной надписи над входом в башню. Вообще, как говаривал Гюнтер, в Дассане живут не маги, а шарлатаны пытающиеся выманить деньги из простаков. Настоящие маги, по мнению старого ворчуна должны жить отдельно от людей, не любить шумные компании и продавать свои услуги по завышенным ценам. А если судить по Гюнтеру, то еще носить безразмерные мантии странно пахнуть и иметь невыносимый характер. Трактир был старый, и находился не в самом оживленном месте отсюда отсутствие толп как в других районах, но кормили здесь очень хорошо, а постель была всегда свежая. Цены, конечно, не радовали, в любом другом городе я мог бы на эти деньги жить, наверное, целую неделю, но делать нечего. Город-ярмарка в это время года был чрезвычайно популярен, все лето сюда съезжались крупные купцы с товарами со всего королевства и из-за его пределов. Торговля кипела. За один день здесь можно было заработать состояние на удачной сделке, и тут же спустить его в одном из игральных домов. Карл как-то рассказывал, что однажды проиграл почти две тысячи золотых которые копил на новую амуницию. Трактирщик, как и полагается был рад меня видеть и проводив в мою комнату убежал отдавать распоряжения на конюшню.

Следующий день я посветил ярмарке оружия, которая занимала целый сектор города. Десятки маленьких фабрик по производству оружия и брони конкурировали между собой за покупателей. Каждая расхваливала свой товар и даже проводили наглядную демонстрацию продукции. Помню как-то один неудачный оружейник умудрился пристрелить клиента пытаясь продемонстрировать качество своей брони. Об этом потом еще несколько лет судачили по всем близ лежавшим селениям. От разнообразия мечей копий гизарм и топоров всех видов рябило в глазах. Здесь были и шпаги, и палаши, рапиры и полурапиры. В общем любой, кто хоть немного понимает толк в оружии, должен был себе что-нибудь да подобрать. Вывески на магазинах тоже не отставали от зазывал, кованные и литые они изображали батальные сцены и иногда у какой-нибудь лавки вполне можно было найти даже статую рыцари пронзающего мечом чудовище. Но меня это все не интересовало, я искал небольшую кузницу, украшенную лишь шкурами и волчьим черепом над входной дверью. Хозяином был Эрик Волкобор один из лучших кузнецов в нашем королевстве, именно его руке принадлежали, королевский меч, и топор, который не смог скопировать не один кузнец. Лезвие этого топора по мнению некоторых могло прорубить череп дракона. Его много раз приглашали работать в королевскую кузню и в лучшие дома наших дворян. Некоторые утверждали, что сами боги вложили в его руки молот. Как и все северяне Волкобор обладал не самым простым характером и очень немногие могли найти с ним общий язык. Цены же на его товары были просто заоблачными, но все, кто хотел по-настоящему качественное оружие шли именно в ничем не примечательную кузницу без вывески.

Войдя без стука в кузницу, я увидел склонившегося над верстаком молодого человека примерно одного с собой возраста. Все кто знал Эрика удивлялись, насколько молод мастер. Он поднял голову явно чтобы вышвырнуть незваного гостя за такую наглость. Но было еще одно обстоятельство, о котором никто не знал. В ту зимнюю ночь, когда погибла вся моя семья, старый солдат которого приютил клан вытащил двух пареньков из кровавой бойни. Одним был я, а вторым Эрик.

– Жив, значит – кузнец порывисто подошел и обнял меня – рад Дик, очень рад!

– А куда я денусь Эрик – я разглядывал того, кого знаю всю жизнь, Эрик был сыном сестры моей матери и даже до нападения на клан мы росли вместе. Те кто нас видел говорили что мы очень похожи хотя Эрик чуть пониже меня и более плотный из-за работы в кузне. Все руки кузнеца были в темных пятнах, от попадания раскаленного метала. За прошедшее с нашей последней встречи время он отрастил приличную бороду от чего казался старше.

– Ты все бродишь, как неприкаянный – Эрик отошел и напился воды из кувшина, в кузне было невыносимо жарко.

– А ты все размахиваешь молотом, как ненормальный – я хмыкнул, принимая правила старой игры, в которую мы всю жизнь играем. – И бороду зачем-то отрастил! Выглядишь как будто решил мочалкой пообедать.

– Каждому свое, брат – мы не очень-то обращали внимание на то, что были не родными братьями, тем более что другой родни у нас не было. Мы вместе выросли, и вместе становись людьми. Когда я выбрал армию, а он ремесло мы не разговаривали какое-то время из-за того, что пришлось расстаться, но в конце концов поняли, что жизнь у каждого своя и помирились.

– Это правда. Как торговля?

– Идет, вот куча новых заказов пришла, такое чувство, что король опять войну затеял. – Эрик указал на стол, заваленный пергаментами.

– Все может быть. Ты сильно занят?

– Уже нет. – Он развязал фартук, и крикнул подмастерью, чтобы тот закрыл магазин, и доделал заготовки – раз ты приехал, я свободен. Мы и так не виделись уже целый год! А то и полтора!

– Два года Эрик, два года. В последний раз, когда я приезжал, мне сказали, что ты отправился в столицу, а после этого я уехал слишком далеко.

– Да точно, вот летит время – он покачал головой – точно я уезжал, хотя с каждым годом это все больше редкость. Становлюсь тем еще домоседом! Ты знаешь, меня снова позвали переехать отсюда.

– Да? И куда? – мы вышли на воздух.

– Потом расскажу – он огляделся и выбрав направление, повел меня вверх по улице – пойдем в «Королевскую Милость» и не спорь! Я старше, черт возьми, и ты приезжаешь очень редко! А если нет денег не беда у меня полно, все разно девать некуда.

– Да я и не спорю – рассмеявшись я поднял руки. Мы были очень похожи внешне и совершенно разные внутри. Эрик был вспыльчив, прям и очень резок. Он мог за секунды вскипеть и так же быстро остыть. – И старше ты меня только на один год, так что не задирай нос. Что до денег то их хватит, чтобы пару месяцев поить, и кормить нас обоих.

– Ого! Неплохо Дик, неплохо! Рассказывай, что случилось у тебя за последние два года, так как у меня не очень много новостей – брат обнял меня за плечи и мы пошли в сторону трактира.

Пока мы шли по городу, я вкратце рассказывал о своих приключениях не забывая упоминать и любовные победы. Эрик всегда много хвастал, что имел дюжину любовниц за раз в некоторые годы. Так что я всегда при случае стараюсь утереть ему нос, у нас всегда было это немного детское соперничество. Только вот почему-то об Вере я решил умолчать. Эта девушка почему-то глубоко запала мне в душу и с ней все было по-другому. Братец слушал, и удивлялся, иногда вставляя едки замечания. Он не любил войну и все что с ней связанно. Той огненно-кровавой ночью он на всю жизнь возненавидел ее. Почему он тогда прославился как кузнец-оружейник? Все просто, деньги. Можно сколь угодно прекрасно создавать изящные изделия из железа и стали и отковывать цветы похожие на настоящие, но ценить будут именно орудия войны. Эрик даже теорию собственную под это подвел. Он говорил, что если он выкует достаточное количество отличного вооружения, то воины с его оружием смогли бы приблизить постоянный мир в королевстве. Я никогда не разубеждал брата в этом, опасно говорить людям, что их теории дырявы как старое решето, к тому же порядком гнилое. Через полчаса мы пришли в «Королевскую Милость» – самый знаменитый трактир королевства.

«Королевскую Милость» по легенде основал сам виночерпий деда нынешнего короля. По слухам король, который надеялся на успех мероприятия купцов, послал десять бочек отменного вина, чтобы поздравить первых господ с постройкой города. И вместе с ними послал и своего личного виночерпия. Тот оказался той еще шельмой и вместо того, чтобы предать королевский подарок продал три бочки, а на полученные деньги снял небольшой трактир в новом городе-ярмарке и стал как говорили местные «зашибать деньгу». Трактир быстро получил славу, потому что в нем подавали самое вкусное вино из подвалов самого короля. Весть быстро долетела до столицы, но вместо гнева вызвала приступ смеха, у Его Величества который всегда ценил в людях предприимчивость. Он освободил виночерпия от службы, и простил ему его небольшой обман. Так трактир и получил свое имя – «Королевская Милость». Сейчас, конечно, не подают здесь вина из королевских подвалов, но кормят действительно не плохо. Тут и рыба, приготовленная по восточной традиции и полусырое мясо с дальнего севера, и самые изысканные фрукты. Стоит все тоже довольно немало, но иногда стоит себя побаловать.

Мы заняли столик возле стены, который Эрик окрестил своим. Не знал, что мой брат настолько пристрастился к хорошей жизни, чтобы завести свой столик в таком трактире. Сказывалось полуголодное детство в церковном приюте. Эрик тут же заказал строганину из оленя и суп из красной рыбы всего по две порции.

– Своеобразный привет с родины? – Я глядел в след аппетитной официантке.

– А то – Эрик облизнулся – сейчас поедим. Я периодически беру наши блюда, чтобы вспомнить детство.

– Мазохист – я не люблю эти воспоминания. Нет, а кому приятно вспоминать, что у тебя была семья, а потом все погибли? То, как я отомстил племени, которое на нас напало, рассорило меня с Эриком на два года, да и теперь мы никогда не говорим об этом.

– Все еще не отпустило? – Брат хмуро на меня посмотрел.

– И не отпустит, вероятно, никогда – я посмотрел на него – а тебя?

– Я уже перегорел видимо, стало легче, и теперь поминаю всех, кто погиб таким способом. Может он и не ахти, но зато мой!

– Вполне не плохой способ братец. – Я не стал расстраивать его – что будем пить? Скисшее кобылье молоко?

– Это я-то мазохист – его передернуло – только ты все детство был ценитель этой дряни! Нет, мы будем пить вино. Красное. Поверь здесь очень хороший повар он из клана Трезубца, так что готовить умеет.

– Мир тесен – я не был удивлен, что в «Королевской Милости» национальные блюда готовили представители народов эти блюда выдумавших, заведение должно держать марку. Клан Трезубца обитал на самом краю северных анклавов, и всегда считался кочевниками, которые могут приготовить еду из чего угодно.

– Ты прав. Кстати, как я ни рад тебя видеть, но не верю, что ты раньше осени явился только для того, чтобы меня повидать. Сейчас самый разгар дел, а ты всегда говорил, что нельзя в такое время позволять себе отпуск.

– Это верно. Я накопил денег на меч.

– Ты издеваешься! – Эрик повысил тон. У нас всегда был спор на счет оружия – мой брат хочет купить меч у кого-то проходимца с руками из задницы!

– Ну, если ты так низко себя ценишь, то да все именно так – я улыбнулся, глядя как он покрывается багровыми пятнами.

– Я говорил что не возьму у тебя ни одной медной монеты! – Вот именно в этом и был наш спор. Эрик был лучшим, и сам знал это. Я готов был заплатить ему полную стоимость меча, так как знал, что никто не сделает оружия лучше. Но мой брат не хотел брать моих денег, так как кроме меня у него не было родни.

– А я настаиваю, в этот раз точно! Ты возьмешь деньги и сделаешь меч. И не надо кричать, что мы родственники! Тебе лишние деньги не помешают, а я как раз насобирал столько, что и сам не знаю, куда их девать.

– Сволочь! – Он мрачно смотрел на меня, а потом хватил рукой по столу, распугав соседей – ладно уговорил раз ты уперся рогом не буду дальше с тобой спорить, но мы их все равно вместе прогуляем! Или пропьем!

– Так куда тебя позвали? – Я решил сменить тему и напомнить ему о нашем разговоре у кузни.

– На Север брат, домой! – Он победно улыбнулся. – В клан Железа! Они ищут нового главного кузнеца, и предложили мне эту должность. Ты только представь встать у Великой Кузни Мира. Там работают только самые лучшие. В этой кузне куют самые удивительные вещи как для войны так для мира!

– Ух, ты! – Сказать, что я был удивлен, значит не сказать ничего. Нет, Эрик достоин, боги свидетели нет никого достойнее моего брата, но клан Железа всегда был закрытым общество. Туда не приглашали никого и последний Мастер Кузни, как и все до него был из клана Железа. То, что они решили отойти от традиций, было истинным признанием таланта моего брата. – Мои поздравления. И ты, конечно, принял предложение.

– Еще нет – я удивленно вытаращил глаза, да любой кузнец оторвет себе руку только чтобы поработать в Кузне Мира, а тут предложение возглавить ее, в ответ на мое удивление Эрик снова улыбнулся – я же мастер! Я ни чего не делаю поспешно! Стоит немного набить себе цену.

– Смотри не упусти, такой шанс один раз в жизни.

– Да знаю я и уже постепенно начал собираться, но все-таки тяжело. Я здесь уже десять или пятнадцать лет. Тепло и хорошо, а на севере зима почти все время плюс клан Железа расположен в горах, так что о некоторых удобствах стоит позабыть. Ну да это я уже просто ною для приличия. Хорошо все-таки, что ты приехал неизвестно, когда, теперь сможем, увидится. А вот и наша еда! – Мы просидели в трактире до самого закрытия вспоминая прошлое и рассказывая друг другу байки.

На следующее утро выспавшись и порядком отдохнув, я отправился гулять по заполненным людьми улицам. Таких толп вы не увидите нигде в королевстве, ну разве что за исключением столицы. Многие приезжали в Дассан чтобы просто посмотреть на все чудеса, которые можно было увидеть только здесь. Товары со всего света и всевозможные диковины привлекали любопытные взгляды и люди часто просто застывали возле очередного прилавка любуясь красивым ковром или тонной резьбы фигурой из кости северного носорога. И, конечно, как и в любом приличном городе здесь не обошлось без вездесущих карманников, которые уже дважды у меня попытались стянуть кошелек. Вот ворье обнаглело, еще не стемнело, а уже щиплют. Стоило, конечно, кликнуть стражу, но мне было откровенно лень, тем более что рыцари ордена вряд ли снизойдут до такой мелочи, а стража города, как всегда, отсутствует, когда нужна. Что б избавиться от надоедливых воров я направился в одно из немногих спокойных мест, куда они не решались забираться – резиденции магов. Эти господа в Дассане жили как у богов за пазухой, никаких забот или хлопот. Господа-купцы потратили огромные средства, чтобы заманить их сюда, так как они полагали это поднимет статус города. Маги, как и водиться оказывали услуги, например можно было зачаровать кольцо или амулет, а то и просто купить зачарованный предмет или зелье в огромном количестве лавочек с крикливыми яркими вывесками. Конечно, самих магов было не видно, а торговали их представители или подмастерья. Так же в лавках всегда были рады купить алхимические компоненты, добываемые из чудовищ, чем активно пользовались странники. Я зашел в пару лавок и убедился, что зубы гоблина или глаза болотника все так же ценятся, хотя я не представляю, для чего можно было бы использовать подобную гадость. Всегда было забавно, что как бы маги не презирали ведьм и волхвов, они никогда не упускали возможности использовать в своих целях всевозможные отвратные на вид компоненты. На отдельных столиках в завораживающем и манящем свечении были выставлены всевозможные артефакты. Тут тебе и жезлы для заклинаний и мантии невидимки и линзы, приближающие любой объект. Зачарованные мечи секиры и латы. Необычного вида кольца и амулеты. М-да красота. Но, к сожалению, полный ширпотреб. Жезлов хватает на один два выстрела, мантия невидимка боится грязи, и при намокании полностью теряет свои свойства. Зачарованные предметы, как правило, хрупки и могут поломаться от любого неосторожного движения и не один волшебник нечего не может с этим поделать. А на кольца и амулеты, судя по ценам, наложены такие простые чары, что не для чего кроме баловства они не годятся. Серьезные амулеты никто никогда продавать не будет их очень мало в нашем мире и практически все они бесценны. Гюнтер прав те, кто ищет качественный товар, ни за что не заинтересуется подобными вещами. Они ищут магов затворников и отшельников вроде того же Гюнтера, с которыми очень тяжело договориться, но, если получиться можно получить действительно качественный товар. Но это не значит, что нельзя просто ходить и любопытствовать. Меня попытались завлечь перчатками увеличивающим силу в десять раз, соблазняли вечным ночным зрением, и уверяли, что смогут увеличить мужское достоинство минимум в три раза при использовании их чудесных эликсиров и вытяжек. В конце концов я был признан нищебродом и ко мне потеряли всякий интерес. В одной из лавок я встретил старого знакомого странника Альвина, и мы немного поболтали. Он тоже не любил гильдию и на этой почве мы обменялись свежими и самыми скабрезными сплетнями на этот счет. Как я Альвин приехал в Дассан чтобы пополнить снаряжение и теперь щеголял в новенькой кольчуге. К сожалению, он уже уезжал по делам, и мы не смогли вдоволь пообщаться. Делать было откровенно нечего, и я ушел обратно в трактир.

Эрик взял у меня три дня на работу. Цену тоже поставил неплохую почти три тысячи золотых. Это была огромная сумма, но меч того стоил. Он будет из Северной марки, лучшей стали королевства. Плюс подогнан мне по руке, из-за чего мне пришлось вынести целый день измерений и практик с разными мечами в кузнице брата. Эрик сказал, что сам придумает, как украсить меч и заточит его, так что можно будет рассекать камни. С этими словами он вытолкал меня из кузни и закрыл дверь. Как и любой мастер, он терпеть не мог, когда его отвлекают, и подсматривают за его работой до окончания. В кузне находились только ученик и молотобойцы, формирующие метал. Мне было скучно, и я слонялся по Городу-ярмарке, не зная, чем себя занять. Погода радовала, но отдыхать в многочисленных парках города на второй день было уже невмоготу. Я уже начал уставать от постоянного присутствия огромных толп людей, снующих взад-вперед по залитым солнцем улицам. От скуки я решил зайти в представительство господ-купцов и спросить, не нужна ли городу помощь странников. Надежды на это совеем не было, так как я уже говорил, что за порядком здесь следили строго. В представительстве меня ждал сухенький старичок, который удивленно на меня посмотрел и тут же унесся, куда-то по коридору. Через мину правда он явился с бокалом игристого вина и попросил подождать на стуле снова убежал. Вот это да никогда не слышал, чтобы господа-купцы кого-то так привечали. Я прождал минут пять и успел пожалеть, что вообще пришел, но на улице была жара, а в помещении еще сохранилась ночная прохлада так что в принципе было не так уж плохо. Когда я уже думал потихоньку слинять в коридоре показался достаточно тучный человек, одетый в синий шелковый наряд и чалму, рядом с ним семенил давешний старичок из канцелярии, я, молча, ждал, пока они приблизятся ко мне.

– Вы странник? – Баритон под стать фигуре.

– Да, Дик Северянин – не то, что бы я надеялся, что меня знаю, но попытка не пытка.

– Да, мне передали. Я вице-консул Совета Шести – мне это не сказало ни о чем. Наверное, какая-нибудь шишка, толстяк заметил, что не произвел на меня, впечатления и произнес – когда господа-купцы хотят говорить, они говорят через меня.

– Очень приятно – мне, честно говоря, не очень нравилось, как он на меня смотрел. Видел я таких, вечно смотрят как будто перед ними червяк или нищий.

– Мне тоже. Мне сказали, вы ищите работу, и она для вас есть.

– М-м-м-м – я нечего не мог произнести от неожиданности, странники не получали здесь работу это было что-то из ряда вон выходящее.

– Вижу вы в замешательстве. Это понятно, мы наняли рыцарей ордена и в городе пять десятков магов, какая тут может быть работа для странника? Мы можем пройтись? – Он указал рукой на небольшой выход, который как, оказалось, вел в тенистый сад с прудом. Вице-консул медленно шел и старался сдерживать шаг чтобы не обогнать его. – Дело деликатное и не очень простое. Мы не можем доверять магам, потому что это они могут использовать как рычаг для давления на Совет Шести, а Орден доказал некомпетентность, не справившись с поставленной задачей.

– Я вас слушаю – мне действительно стало интересно, что может предложить этот странный человек.

– Видите ли, у одного из наших господ-купцов пропал один предмет чрезвычайной ценности, и мы хотим его вернуть.

– Я не занимаюсь подобным – я как-то сразу поскучнел, интересное дело оказалось полной глупостью – побеспокойте охотников за головами, они найдут вора.

– О, я вас уверяю, мы беспокоили, и вор нашелся, но он успел убежать в Затенье.

– Куда простите? – Я не понял последнее слово.

– Затенье. Это небольшая деревушка или даже хутор из пяти домов в получасе езды от города. Он расположен в глубине леса и его не видно с дороги.

– Никогда не слышал о нем – действительно это было странно. Я никогда не слышал о таком месте, хотя всегда считал себя знатоком окрестных земель.

– Не удивительно. Это был очень амбициозный проект но, к сожалению, он провалился и теперь мы вынуждены расхлебывать последствия. – Консул сел на скамейку под раскидистой ивой – прежде чем мы продолжим, хочу получить ответ, вы беретесь или нет?

– Вопрос цены. – Требование было странным и немного не понятным. Хотя у этих богачей свои игры и не всякий сможет понять, что у них на уме.

– Шесть тысяч золотых, как я понимаю, вы, странники предпочитаете камнями. К этому пожизненные скидки в магазинах, что принадлежат господам-купцам и бесплатное проживание в том трактире, в каком укажете на время, что вам потребуется для разрешения дела.

– Условия, приятые, нечего не скажешь, но все же не мой профиль – было даже жаль упускать такой случай.

– Можете мне поверить профиль ваш и более того дело будет интересным не будь я вице-консулом. – Он прекрасно владел голосом, и смог завладеть моим вниманием.

– Хорошо я согласен – он тут же схватил мою руку и сжал ее.

– Значит, договор закреплен?

– Да, да! Только отпустите руку – черт он смог меня провести! Этот голос и мягки тон, завлекающие условия и неплохие деньги, все это служило для того, чтобы я расслабился. Да правду говорят, что в Дассане тебя смогут облапошить, а ты еще и улыбнешься при этом.

– Замечательно. Раз теперь вы на службе Дассана у меня к вам просьба не разглашать то что вы услышите, дело неприятное и честно говоря немного незаконное.

– Я весь во внимании – я потер руку, теперь в двойне интересно, что же случилось.

– Как я сказал Затенье это место, где господа-купцы проводили небольшой эксперимент, который вырвался из-под контроля.

– Уже заинтриговали, продолжайте – ситуация становилась все интереснее.

– Все это большой секрет, который выйдет боком, если вы кому-нибудь попытаетесь рассказать об этом. И боком именно вам – ну вот как всегда сначала нужно как следует напугать – я надеюсь, что вы это понимаете. Где-то, год назад мы наняли одного мага, ренегата из Ордена, чтобы он помог нам в организации необычного проекта. Мы хотели создать говорящих животных, которые могли бы развлекать детей. Золотое дно!

– Что простите!? – Я чуть было не упал со стула от смеха, – какой абсурд! Вы это серьезно?!

– Конечно, нет! Просто я хотел проверить вашу реакцию, нам не нужен помощник, верящий во всякую глупость. – Консул прочистил горло. – Теперь серьезно. Мы действительно наняли мага нелегала, а это уже как вы знаете чревато неприятностями. Нам необходима была его помощь в создании небольшого рудника по добычи золота, которое нашлось под деревней Затенье. И мы очень не хотели, чтобы люди знали о том, что оно нашлось. Слишком большой куш. Кто-то мог проговориться или запустить руку…

– А делиться или платить налоги вы не хотели – я хмыкнул. Предпринимательская жилка нечего не скажешь.

– Конечно, это не вполне законно, но – консул промолчал, они сильно рисковал, ведь я мог пойти к королевским казначеям и выдать их с потрохами. Все золото в королевстве принадлежало короне, и чтобы разрабатывать подобный рудник необходимо было разрешение и соответствующая грамота. А в месте с этим неусыпный надзор со стороны казначеев короля и налоги, которые забиралют большую часть добычи – Я полагаю, мы взрослые люди и законы бизнеса не надо объяснять.

– Конечно. Мне нет дела до ваших темных дел – я не кривил душой, может это и неправильно, но мне, так как-то спокойнее живется – что там случилось?

– Маг предложил заклинание, которое вызовет существ из сновидений или откуда-то оттуда я не специалист. Они не спят и не требуют пищи. Их нельзя подкупить. Контролировать их можно было с помощью специального амулета, который должен находится у управляющего рудником.

– А кто должен был добывать золото? Призраки? Или эти существа из снов и, кстати, чьих снов?

– Мы использовали рабов – он сказал все это на одном дыхании, и теперь смотрел на меня. Черта пройдена. Маг ренегат это одно, а рабы другое. За первое могут пожурить, и простить не так уж это и страшно, а вот за второе отрубят сразу обе руки. – Именно их должны были контролировать существа.

– Рабов? Зачем так рисковать?

– Крестьяне подотчетны и не могут покидать свою землю. Если бы мы их скупали, то обязательно возникли бы вопросы. Рабов никто не считает. А существа из снов должны были обеспечивать охрану и безопасность рудника.

– Я полагал, что у нас в королевстве нет рабов. – Корона приложила к этому все силы, и перевел рабов в крестьян еще лет сто назад.

– Конечно! Их доставили из-за границы. Они с западных островов и нечего не понимают.

– Давайте выкладывайте все. Нечего тянуть.

– Мы приняли меры предосторожности. Старались не сильно утруждать их работой и держать в приемлемых условиях – ага старая как мир песня, не мы плохие есть еще хуже нас.

– Но, в конце концов, что-то пошло не так?

– Да именно. Маг напортачил и через два месяца все покатилось ко всем чертям. Информации мало нам только известно, что через некоторое время на руднике появились чудовища призванные из другого мира! Они не подчинялись командам и быстро очистили рудник от живых. Теперь это проклятая территория. Говорят, что там даже видели тела, оживленные темной магией! Нам повезло, что эти создания не выходят за границу Затенья иначе это был бы скандал!

– И что вы хотите, чтобы и я разобрался с тем, что напортачил ваш маг? – Я надеюсь, что добавил в голос достаточно скепсиса, если это их задание, то я умываю руки.

– Нет, конечно! Дослушайте до конца. Затенье на самом деле это не проблема – консул махнул рукой – проклятой деревней больше проклятой деревней меньше. У нас возникла другая сложность. На прошлой неделе в резиденцию одного из господ-купцов забрался вор, и украл перстень – Печатку основания. Это реликвия первых основателей города! Она дает право выступать в совете, а также оттиски всех шести печаток стоят на всех важных документах! – Вот ведь развели бюрократию и символизм.

– А разве не проще сделать новую?

– Никак нельзя! Я же сказал это реликвия. На них наложены чары, и она бесценна! Без нее невозможен сбор Совета Шести так как печатка пропуск на совет. Двери в плату совета открываются только шестью печатками, не говоря о том, что футляр с Ключом от города заперт точно так же. Мы в патовом положении. Магам мы не можем сообщить о ситуации, они немедленно донесут в Орден, а те расскажут королю. Рыцари Ордена Света отправляли туда отряд, но никто не вернулся. Странники редко к нам заезжают и не всегда афишируют свой приезд. Так что нам просто не к кому пойти.

– Понятно что странники не заходят, работы-то никогда нет. Я и сам, честно говоря, от скуки зашел. Но мне кажется, что я не совсем улавливаю проблему.

– Вор, который украл печатку попытался ее продать и когда его вычислили охотники за головами, попытался скрыться именно в той деревне. Единственный выживший охотник из отряда, что мы послали за вором, рассказал, что он добрался до середины деревни, прежде чем его растерзали. Там труп и лежит, а печатка у него!

– Уверены? Вор мог бы ее сбыть или потерять во время погони – я старался узнать как можно больше подробностей, но дело и в правду меня заинтересовало. Никогда не слышал ни о каких существах из снов.

– Конечно. Если бы он ее сбыл, мы бы уже давно выкупили бы нашу собственность. Но, увы, его выследили, прежде чем он успел принести ее покупателю. Охотники гнали его до самой деревни, и сами все полегли, пытаясь выбраться.

– И теперь я должен пролезть туда, где не справились два отряда профессиональных воинов?

– Мы рассудили, что тут скорее нужен человек хитрый и изворотливый. Грубая сила себя не оправдала. – Ну, вот эти купцы во всех видят лишь инструменты для решения проблем и накопления богатства. Капитализм блин.

– Ну, хорошо цена более-менее устраивает. Но учтите, я не берусь ни за что кроме добычи перчатки и ее доставки. Проблемы с рудником разгребайте сами. –      После завершения аудиенции я пошел в кузню Эрика. Тот выслушал меня и покрутил пальцем у виска.

– Я ему меч делаю, а он самоубийством решил поразвлечься – как всегда его вера в мои способности зашкаливала – и для кого я старюсь?

– Не зуди! – Я посмотрел на полосу метала, но он тут же заслонил ее спиной – лучше расскажи, что знаешь.

– Про Затенье? Да нечего существенного. Там был хутор, где готовили Теневую лозу – зелье из гроздей похожей на виноград ягоды. Это сильный дурман и наркотик, никогда не пробовал, но видел, что она делает с людьми – отсюда и название. Делали для магов, и вполне законно хочу заметить. Потом говорят алхимиков, перевезли ближе к столице, от греха подальше, купцы наложили лапу на хутор. Вот и все, больше никто нечего не знает. Я так вообще считал, что он заброшен до сих пор. Он в стороне от дороги, так что если туда кто-то попадал, то только случайно. Ты точно хочешь поехать?

– Конечно! Когда еще получится посмотреть на существо не из нашего мира. За такую информацию гильдия странников хорошо заплатит.

– Вечно ты кладешь голову на плаху, а потом умудряешься удивительно вовремя, отдернут ее. Очень надеюсь, что так и будет впредь.

– Рад, что ты за меня переживаешь – я сел на единственный стул. – Сколько по времени до туда ехать?

– Час если не меньше, хутор очень близко. Ты хочешь сейчас отправиться?

– А чего время тянуть? К ночи постараюсь вернутся назад. Но может, заночую в лесу. – На этом мы расстались, и я поспеши в трактир за свои конем.

Я выехал из города и отправился в указанном направлении. У меня была при себе охранная грамота, которая обеспечивала свободный доступ в город и к хутору, так что надеюсь не будет никаких неприятностей по дороге. Проехав около часа, я заметил заросший травой указатель, и свернул на плохонькую дорожку, петлявшую между деревьями. Проехав по ней через некоторое время, я уперся в самую настоящую заставу. Поваленное древо несколько платок и даже небольшой холм из земли перекрывали дорогу в сторону деревни. Шесть рыцарей Ордена Света привстали, увидев всадника, и схватились за мечи. Как сказал вице-консул, их специально оставили, чтобы никого не пропускать в хутор. Представитель купцов говорил о безопасности, но мне думалось что это из-за того, что купцы бояться огласки. После того как я показал бумагу на меня посмотрели, как на чокнутого, но пропустили. Спросив сколько примерно идти до хутора, я оставил им лошадь и пошел пешком. Можно подумать, что я сошел с ума и иду на верную смерть, но это было не так. Как я уже говорил странника, почти всегда спасают артефакты, которыми он владеет. У меня много магических штук, хотя и не так много, как хотелось бы. Одной из этих вещей был кольцо, нейтрализующее всю магию, что направлена на меня. Но только несколько минут и только тогда, когда оно надето на палец. Очень неплохая вещь, но, к сожалению, не перезаряжается само, приходиться платить магу чтобы его подзаряжать. Я как-то выиграл его в карты у проезжавшего мимо торговца который так и не понял какой ценностью владел. Сейчас проверим, подействует ли оно на этих существ из другого мира. Надевать его я, конечно, не спешил, это было последней возможной защитой.

Впереди показались ворота хутора. Немного покосившееся и кое-где подозрительно заляпанные красным. Я тихо стал подбираться к ним, ожидая увидеть какою-нибудь жуть зубастую, которая сразу захочет откусить мне голову, но в место этого увидел только тела. Тел было много. Кто-то лежал в латах, кто-то в кожаных куртках или дерюгах. Вероятнее всего рыцари, охотники за головами и рабы. Но вот того, кто их убил не было видно. Может быть, потому что сейчас день? Некоторые твари не любят появляться при свете солнца. Я аккуратно выглянул из травы и бросив камень в ближайшего латника перебежал на другое место. Звякнуло что надо. Тут же из воздуха соткались тени и бросились на звук. Если это те самые создания, то они больше всего были похожи на облачка, сделанные из черной ваты, но как только они приблизились к мертвому рыцарю все поменялось. Казалось, что «облачка» стали раскручиваться с невероятной силой, а из их «ватных» тел показались когти и зубы. Вот это да! Никогда такого не видел. Несколько «облачков» безучастно «смотрели», как одно разбираться с трупом и потом куда-то удалились. После того как последнее «облачко» улетело, казалось, что по мертвецу хорошенько проехалась телега или эскадрон Его Величества во время смотра. Все тело было вдавлено в землю, а латы в нескольких местах были порваны, запятнаны красным и кажется даже обожжены. М-да серьезные противники, не удивительно, что с ними не могли справиться рыцари, даже я не совсем понимаю, как можно было бы бороться с подобными созданиями. Что ж придется постараться не привлекать к себе внимания. Я стал тихо пробираться вдоль забора и найдя небольшую прореху проник на территорию деревни. Как оказалось деревня была буквально запружена туманными «облачками» черного и фиолетового цветов. Они размеренно скользили по воздуху иногда сталкиваясь друг с другом тут же превращаясь в маленькие торнадо из клыков и когтей молочно белого цвета. Вот ведь магам делать нечего! Мало всякой разной нечисти по лесам и болотам бродит так еще эти недоучки вызывают всякое, чему не место в нашем мире. Хотя мне что-то не верилось, что один маг мог такое провернуть, что-то не сходилось. Меня пока что игнорировали самым наглым образом. Возможно, при свете дня эти существа не очень хорошо видели или были не столь активны, но это было мне на руку. Вот только небо уже постепенно окрашивалось оранжевым, а солнце вот-вот грозило уползти за горизонт. Прикинув, где центр хутора, я медленно прокрался в сторону двух домов, стоящих рядом друг с другом и дающих приличную тень. Несколько «облачков» тут же поплыли в моем направлении. Вот зараза! Я практически был готов надеть кольцо, но тогда у меня будет всего несколько минут на то, чтобы найти тело и выбраться из деревни. Стараясь как можно тише двигаться я практически прилипал к тени зданий, как только мне казалось, что в мою строну что-то движется. «Облачка» видимо потеряли меня и стали снова хаотично скользить над землей. Недалеко от центра хутора виднелся и сам проклятый рудник. Огромный зев и перевернутые тележки полные желтоватой рудой безошибочно на это указывали. Действительно золото. И много. Понятно, почему купцы решили рискнуть. Серебро вполне можно добывать и самому знай, плати налог, но золото все было подотчетным, и согласитесь так соблазнительно иметь чуть больше, чем тебе положено особенно если об этом никто не знает. Из пролома вытекал густой фиолетовый туман, клубясь он принимал странные фигуры и плыл над землей покрывая тела рабов, которые были в большом количестве разбросаны по земле. Кажется, теперь я знаю, где разлом, из которого полезла вся эта гадость. Но все же непонятно, что это за существа. Когда я слушал рассказ консула, то представлял материализовавшиеся страхи рабов, который вынуждены были работать в темноте, а тут какие «облачка» да тени. Духи и полуночницы и то страшнее чем это. Хотя, может быть я ошибаюсь? Два отряда же вон ухлопали и даже глазом не моргнули. М-да вляпался опять. Вора я заметил сразу, как только внимательнее осмотрел площадь. Однако далеко он смог пробежать, прежде чем у него оторвали обе ноги. Он выделялся не только травмами, но и приличным черным костюмом довольно заметным на фоне, светлого песка которым была покрыта площадь возле рудника. Вокруг него лежали несколько охотников за головами и было разбрызгано какое-то количество черной жижи. Похоже, что бедолаги тоже нашли вора и пытались забрать столь желанные трофей, когда на них напали.

– «Диииик» – я прирос к мосту. В моей голове зазвучал странный шипящий голос – «Зачем ты пришел суда Дииик? Что ты ищешь?» – Я осторожно оглянулся. Все облачка парили, не обращая на меня внимания.

– Ты кто? – Я старался не думать, что говорю с голосом в моей голове.

– «У меня нет имени в твоем понимании. Я просто я.»

– И чего тебе надо в моей голове? – Я лихорадочно соображал, что предпринять. Кольцо наверняка спасет от этого, но что, если нет?

– «Да нечего, в сущности» – голос был очень похож на мой собственный – «и я не в твоей голове. Просто у меня нет рта и легких. Если ты хочешь, можешь посмотреть на меня.» – Я поднял глаза и немного ошалел от того, что у входа в шахту, где никого не было секунду назад стоит худой парень черный как смоль. Он был одет в какую-то мантию, которая переливалась и пузырилась точно так же, как и субстанция, которой были покрыты некоторые стены домов и земля. Глаза парня светились неземным огнем.

– Кто ты?

– «Тот, кого вызвал недоучка маг. Он так кричал, когда понял, что совершил глупость решившись на ритуал, который не понимает. Я пришел и занял тело того, кто был ближе все. Какой-то раб, впрочем, он умер быстро в отличие от остальных.»

– Чего ты хочешь? – Придётся рискнуть, я нащупал кольцо и заметил, что мешочек с медальоном определяющие чары светиться даже сквозь карман, на меня воздействовали причём очень сильной магией.

– «Ничего. Почему я должен чего-то хотеть. Хотя есть, кое-что Дик, в чем ты можешь помочь». -Фигура не шевелилась, но мне казалось, что он стал ближе. – «Я заперт на этом хуторе и мне это не нравиться, коли уж я попал сюда, то хотелось бы погулять. Это тело не подходит, оно было здесь, когда я прибыл. Маг наложил кие-то чары на него и оно не может покинуть границу деревни.»

– А я причем?

– «Ты можешь уйти и освободить меня. Эти – он обвел трупы рукой – тоже могли, но стали сопротивляться, а я не совсем понимал тогда, как это работает, так что, если ты не против, я попрошу тебя помочь мне.»

– И что нужно сделать – тянуть время, главное, чтобы «собеседник» не понял, что я медленно перемещался к телу вора стараясь следить за фигурой у входа в шахту и за облачками сбоку.

– «Какой покладистый, а мне нравиться!» – Говоривший был очень эмоционален, но это походило на эмоции маньяка, перед тем как он нападет. – «Все они отказались. Мне нужно одно. Умри, пожалуйста! И если можно целым чтобы я забрал твое тело и покинул, наконец, этот проклятый хутор» – его голос разделился и стал походить на звериный рев, и я решился. Быстро надев кольцо, я чуть было не поперхнулся от велевшей в меня бирюзовой молнии. Ну, вот и поговорили. Бегом я кинулся к вору и стал шарить по карманам. Печатки не было, нигде. Черт возьми. Я стащил его куртку и стал снимать сапоги, но тут ко мне бросились несколько «облачков», и пришлось срочно выбирать, кольцо или жизни. Выбор не сложный. Я швырнул под ноги давно заготовленный мешочек. Это была смесь стружки магнитного железа и обычной ржавчины, неплохо блокирует некоторые заклинания. В голове раздался тоскливый и совершенно, нечеловеческий вой «НЕЕЕЕТ! ТЫ НЕ СБЕЖИШЬ!». Ага, жду не дождусь, когда ты до меня доберешься! В нашей профессии важно уметь быстро думать и бегать. Так что я уже улепётывал к выходу, даже не разбирая дороги. Кольцо на пальце становилось все горячее. Когда оно достигнет пика, то стразу остынет, что будет означать что защита кончилась и я вероятно умру если не успею добежать до забора. До выхода оставалось метров пять, когда кольцо стало напоминать огненный обруч, и я шипел от боли, но все же проскочил и выбрался из неприятностей. Как там сказал Эрик, умение отдернуть голову из-под топора палача? Ну, может он и прав. Хорошо, что хутор и правду оказался небольшим, в обычной деревне я бы не смог так быстро сбежать. Обернувшись, я увидел фигуру моего «собеседника», которая колыхалась в паре метров от забора. Лица у него не было лишь маска, напоминающая мужчину, выражение которой казалось непроницаемым точно у мертвеца. Он пытался перешагнуть невидимый барьер, потом немного ссутулившись поплыл обратно и скрылся за домами. М-да еле ноги унес, правда, печатку, к сожалению, так и не добыл. Я разжал руку и уронил куртку вора. А зачем я вообще ее нес? Во время этой суматохи я совсем забыл про это. Не на что, особо не надеясь я решил ощупать подкладку и не ошибся. Повезло, нашел небольшой кошелек с монетами. Пара серебряных один золотой и что-то блестящее и тяжелое. Я, очень осторожно стараясь не спугнуть птицу-удачу, достал предмет. Красивое тяжёлое кольцо, на котором красными и синими камнями был создан узор напоминающий Дассан. Печатка основателя. Ай да я ай да везунчик! Да уж всегда говорят, что черная полоса рано или поздно заканчивается. Давно у меня не было такого прибыльного месяца, а теперь дела так и прут.

– Мои поздравления – я подпрыгнул и выхватил кинжал – а вот это лишнее. Я, извиняясь что напугал.

– А ты еще кто? – Я рассматривал немолодого мужчину, сидящего на камне неподалеку. На нем была серая мантия, а около камня стоял посох. Маг черт его побери!

– Это не важно, причём абсолютно. Меня здесь нет, и никогда не было.

– Странные слова от члена Ордена – я заметил на его рукаве значок небольшого серого торнадо направляемого рукой незримого мага. У человека были необычные белые глаза, казалось, что я смотрю в две лужицы разлитой ртути, я слышал, что маги разделялись на несколько типов, в зависимости от сил которыми они владели. От этого зависел цвет их глаз. У Гюнтера, например, были самые распространенные фиолетовые глаза. Если маг управлял огнем его глаза были оранжевого или красноватого оттенка.

– Быстро соображаешь – маг вытряхнул пепел из трубки, которую мирно курил – и что с тобой таким шустрым делать?

– Не мешать выполнять работу желательно – я терпеть не могу, когда такое случается, лезут под руку или, начинают лезть с советами и предложениями.

– По-моему наш разговор не туда движется – маг примирительно поднял руки – извиняюсь, если нагрубил – неслыханное дело чтобы маг извинился.

– Я тоже приношу извинения, если был резок – здесь главное не перегнуть палку и не извиниться слишком много.

– Можешь рассказать, что там? – Он указал посохом на хутор.

– Я не знаю – не стоит сдавать заказчиков, а то никто не заплатит – просто проходил мимо.

– Мы в курсе, что здесь делали купцы Дассана и даже знаем имя мага, который сотворил это безобразие. – Он усмехнулся, глядя на мое лицо – Ничего удивительного Орден знает многое. Мы узнали что Совет нанял странника чтобы добыть печатку и решили что пришло время наконец вмешаться. Удивлен? Ну тогда вот тебе вдогонку Ордену нет дела до незаконных делишек которые проворачивают в Дассане! Хотят купцы нажиться пусть, король их все равно накажет, когда узнает. Маг ренегат? Ну и что? Всем надо жить, тем более что мы знаем его и следим. Но вот то, что он повредил и без того хрупкую ткань реальности это плохо. Так что будь любезен рассказать, что ты там видел.

Я быстро пересказал ему события последнего получаса, маг снова закурил и слушал очень внимательно.

– Значит тот кошмар вышел из шахты, да? Интересно.

– Что это было? – Я тоже присел и решил попытаться выманить какие-нибудь интересные для себя сведенья.

– Хотелось бы сказать, что ты сбежал от вечного Зла и Ужаса, но не получиться. Это был младший кошмар, обрётший плоть, явление редкое, но не уникальное. Интересно то, что он говорил и имел определенную цель – выбраться. Обычно они лишены воли. – Маг нахмурился – сдается мне что дело не чисто.

– Могу я спросить – я сел недалеко от мага – кто ты и что всё же делаешь здесь?

– Если вкратце, то я такой же исполнитель, как и ты. Просто я маг, а не странник. Мы узнали о катаклизме и поспешили закрыть брешь. Теперь после того, как я собрал всю нужную информацию я просто закрою разлом и выгоню незваных визитеров обратно туда, где им место.

– А что значит, обрел плоть? – Век живи век учись, как говорят, неизвестно, когда знания могут пригодиться.

– Не вижу причин, почему бы не поделиться информацией – маг встал и пока отряхивал мантию, произнес – кошмары – это существа из мира отличающегося от нашего. Они приходят из-за завесы по зову мага и могут быть заключены в тела. Мертвые либо живые, но в живые они могут вселяться только с согласия обладателя тела, поэтому они предпочитают убивать и занимать тела без жильцов если можно так выразиться. Некоторые из них сильнее других, а некоторые похожи на наших хищников, волков или медведей. Когда сильные сущности просачиваются, и могут, занять тело и тут же подминают под себя всех остальных кошмаров. Как правило, на этом все и заканчивается, сидят, на месте и убивают все что к ним приближается.

– А зачем они убивают?

– Кто знает, кто знает – маг медленно пошел строну хутора – Многие пытались выяснить, но честно сказать я никогда не слышал, чтобы кошмар разговаривал. Я бы не советовал возвращаться в город на ночь глядя, лучше пережди эту ночь с рыцарями.

– Почему? – Я очень надеялся, что это не угроза.

– Просто совет – маг пожал плечами и ушел, быстро скрывшись за домами.

Я решил последовать совету, тем более что мне это нечего не стоило. На обратном пути я заметил странность, на которую сначала не обратил внимания. В лесах было невидно нечисти, причем совсем никакой. Даже маленькие духи воды и те куда-то запропастились. Казалось, что все стараются избегать проклятого места. Когда я добрался до заставы меня встретили как героя, рыцари жали мне руку и на перебой просили рассказать, что случилось в хуторе. Но я лишь отмалчивался, ссылаясь на то, что купцы будут недовольны если, я разболтаю их тайны. Было довольно спокойно, но лишь до той поры пока ярко алое солнце не скрылось за горизонтом Всю ночь в стороне хутора вспыхивали огни и коронарные заряды всех цветов и слышались приглушенные расстоянием взрывы. Рыцари решившие, что там, наверное, открылись врата в ад и им предстоит финальная битва за мир, поминутно хватались за мечи и строились в боевой порядок. Я естественно не стал говорить им о маге, а просто сидел возле костра и смотрел, как в воздухе гаснут далекие огни.

На следующий день я вернулся в Дассан и рассказав о своем разговоре с представителем Ордена магов вернул перчатку вице-консулу. У того вытянулось лицо и он, кажется, даже посерел, когда услышал, что Орден магов всегда был в курсе их маленьких дел. Потом он долго пытал меня, на тему что я рассказал магу и не касался ли я в разговоре дел с господами-купцами. Он также вручил плату и особый знак, дающий право на скидку. Здорово, что купцы держат слово, заботясь о своей репутации. Потом он снова стал меня расспрашивать и угрожать последствиями, если я не сохраню тайну. В конце концов, мне надоело его слушать, и я ушел отсыпаться в трактир.

Утро было раннее, но в мою дверь уж кто-то усиленно долбил. Я с трудом оторвал голову от подушки.

– Кто там?

– Дик Северянин? Я от вашего брата!

– Что случилось? – И зачем я дал адрес Эрику?

– Ваш меч готов господин, мастер просит, чтобы немедленно пришли в кузню.

Одевшись, я с провожатым направились в кузнечный район. Подмастерье быстро вел меня дворами, и вместо часа ходьбы по жаре через сорок минут уже мы были на месте. Стоило, наверное, местным мальчишкам покинуть идею провожать коротким путем за деньги. Хотя в нашем суматошном мире вполне можно оказать ограбленным в одном из таких переулков.

– Чего так рано поднял меня? – Вполне очевидно, что я был недоволен. Я написал вчера записку брату, что со мной все в порядке и отослал ее трактирным посыльным.

– Спишь много, все работают уже давно – Эрик осматривал меч – на, возьми и пару пробных замахов, если не трудно.

– Ух ты! – Меч был великолепен, так сказал бы совершенно нечего в них не понимающий человек, а знающий просто не нашел бы слов. Легкий и острый, червленая сталь отливала не большой синевой, в глубине которой казалось проглядывали мягкие узоры. Меч был чуть длине моего предыдущего, но при этом идеально сбалансирован. Града была простой, но Эрик прекрасно знал, что я не люблю все эти вычурности. На лезвии как будто танцевали небольшие снежинки. Первый же выпад рассказал мне, что меч сделан именно под мою руку и вес. Я не мастер фехтовальщик, но на войне вполне прилично обучился владеть оружием.

– Очень хорошо – было видно, что брат доволен – он тебе подходит.

– Он идеален брат! И стоит намного больше, чем ты запросил!

– Это меч для родича, так что заткнись. Мне вообще не следовало брать с тебя денег, но ты такой упертый, что все равно всучишь их!