Александр Черевков
Прелести жизни книга первая мера жизни том-9

МЕРА ЖИЗНИ

ПРЕДИСЛОВИЕ

Александр Сергеевич Черевков, сын донского казака и терской казачки старинного рода Выприцких, родился в 1946 году в Старом хуторе станицы Кахановская (Вольная), ставшая к тому времени в Чечне городом Гудермес.

Автор объединил в одно собрание свои произведения разных лет в прозе и в поэзии. В своём собрании литературных произведений, трилогии «Прелести жизни» автор старается в свободной форме общения с читателем показать разные стороны окружающей нас жизни, которую порой не могут разглядеть герои произведений.

Прелесть жизни в том, что мы никогда не можем знать о конце своей жизни. Автор разбил свои литературные произведения на разные по жанру главы книг, которые носят собственные названия «Мера», «Цена» и «Смысл» жизни.

В первой книге охватывается период истории жизни терских казаков с конца 18-го века и до конца 20-го века. В этой книге герои многих событий пытаются определить меру жизни, которая так сильно запутана разными событиями жизни человека.

Порой героям произведений кажется, что эти вполне реальные истории и события жизни происходят рядом с другими людьми. Герои произведений стараются определить со стороны меру собственной жизни.

Автор произведений помогает читателю своим мышлением проникнуть в гущу тех событий, которые происходили на протяжении двух веков с героями разных истории, а также с потомками реальных героев, которым тоже хотелось определить меру собственной жизни на уровне происходящих событий. Настоящая жизнь настолько стремительна и разнообразна, что мы сами начинаем задумываться не только о мере собственной жизни, но также о цене и смысле жизни людей. Нам хочется узнать о корнях нашей жизни. Истории и события большинства произведений не выдуманы автором.

Всё имело место в реальной жизни. Многие герои указанных событий по сей день живут среди нас. Мы находимся с ними в одном измерении жизни.

По разным уважительным причинам автор изменил некоторые имена и фамилии героев, не выдуманных историй. Однако, ради правдивости, многие герои указанных историй и событий, носят собственные имена и фамилии.

Таким образом, читатель может сам убедиться в реальности большинства прошедших событий, показанных в произведениях автора. Читателю можно пообщаться с героями произведений живьём, через средства массовой информации, а также на местах происшедших событий.

Таким способом, читатель может сам проникнуть не только в историю описанных событий, но также реально окунуться в происходящие события.

В работе над произведениями трилогии использованы из Интернета географические карты, художественные открытки, а также собственные рисунки и стихи, семейные фотографии и документы из архива автора. В произведения автора входят некоторые выдержки работ других авторов, на которые автор ссылается в своих книгах.

ТОМ-9.

ГЛАВА-1. СЕМЕЙНАЯ ЖИЗНЬ НА КАВКАЗЕ.

Блаженство жизни краше в любви семейной нашей.

Часть-1. На земле моих предков.

1. Винсовхоз «Бурунный».

Находясь на отдыхе в пансионате «Мзиури» в Батуми, случайно в телевизионных новостях увидел сообщение, что в виноградарский совхоз «Бурунный». Требуются строители и художник-оформитель.

Принятым на работу, предоставляется жилье. Виноградарский совхоз находится рядом со станицей Червлёной в Шелковском районе Чеченоингушской АССР. Посёлок городского типа со всеми удобствами к жизни. Мало заселённый совхоз.

В это время мы с женой и с маленьким ребёнком жили на съёмной квартире в Беслане, который находится в Северной Осетии. Условий жизни в старом, почти развалившемся частном доме не было никаких.

Над кроваткой маленького ребёнка был установлен зонтик. Так как во время дождя сильно протекал потолок, мы расставляли по съёмной квартире ведра и тазики, чтобы капающая с потолка вода не намочила наше жилье. Жизнь отвратительная.

Не имел право потерять такой шанс, чтобы получить семье жилье со всеми городскими удобствами. Поэтому первым самолётом вылетел из Батуми в Беслан.

От Беслана до виноградарского совхоза через Грозный меньше двухсот километров.

Можно туда доехать рейсовым автобусом из Орджоникидзе или Нальчика, следующим через Беслан до Кизляра через Грозный. Дальше можно пешком через станицу Червлённая к винсовхозу.

– Ты чего это так рано вернулся из Батуми? – удивлённо, спросила жена, когда раньше времени вернулся из пансионата «Мзиури» в Батуми. – Отдых не понравился или жену проверяешь?

– По телевизору в Батуми сообщили в новостях, что в винсовхоз «Бурунный» требуются строители и художник-оформитель. Принятым на работу, предоставляется жильё. – прямо с порога, сообщил жене. – Всё! Людмила! Собирал вещи. Завтра рано утром автобусом еду в винсовхоз.

– Ты уверен, что нас туда возьмут? – засомневалась Людмила. – Кому мы там нужны с ребёнком?

– Если нас не возьмут в винсовхоз «Бурунный», то мы поселимся в станице Червлёной. – уверенно, ответил. – Туда нас с тобой давно приглашают родственники. Здесь жить в дыре невозможно.

На следующий день рано утром был в станице Червлёной, в которой, как и во всех остальных станицах по реке Терек, жили наши родственники по линии моей мамы, то есть, терские казаки.

Ни стал заходить к родственникам, а сразу направился пешком в виноградарский совхоз, который был всего лишь в трёх километрах от автобусной станции в станице Червлёной.

Примерно, через двадцать минут был в самом посёлке виноградарского совхоза. Посёлок совхоза насчитывал всего четыре двухэтажных, жилых дома, с двумя подъездами каждый дом на шестнадцать квартир.

В самом начале посёлка перед небольшой площадкой здание двухэтажной конторы. Из четырёх двухэтажных домов лишь два заселены под молодёжное комсомольское общежитие.

В одном доме живут девушки, а в другом доме живут парни. Самому старшему из них всего лишь двадцать пять лет. Большая часть новосёлов готовы создать семейные пары, но к этому надо достроить два жилых дома. Вот только строителей в посёлке не хватает.

Вся молодёжь на виноградниках. Рабочих рук строителей посёлка нет здесь за десятки километров. Едва успел оглядеться в посёлке, как на площадку перед конторой стали подъезжать легковые автомобили.

Приехала местная администрация, которая проживает в станице Червлёной. С некоторыми из администрации совхоза знаком с детства, когда приезжал в гости к родственникам в станицу Червлённая. Мой дядя Коля Выприцкий был директором ликёро-водочного завода в станице Червлённая.

Такая должность была почётна и уважаема среди станичников, так как все терские казаки любят выпить, а тут целый ликёроводочный завод в руках станичника.

Однако, мой дядя Выприцкий, был дядя строгих правил и не позволял станичникам напиваться из своего ликёроводочного завода. Но станичники всё равно уважали моего дядю и считали его за глаза своим казачьим атаманом.

Хотя в станице Червлённой давно была советская власть, однако, правила среди терских казаков были свои. За советом ходили больше к моему дяде Коле, чем к парторгу станицы Червлённая или к представителям власти в станице.

Был готов к встрече со знакомыми станичниками, но вот встретить здесь знакомого из Северной Осетии, никак не рассчитывал.

Тем более что этим знакомым оказался в качестве директора совхоза Игорь Григорьев из Орджоникидзе, так это для меня было огромным сюрпризом от судьбы. Мы когда-то вместе учились в школе.

Такой встречи был искренне рад. Так как теперь твёрдо был уверен в том, что у меня в виноградарском совхозе будет собственное благоустроенное жилье.

– Каким ветром тебя сюда занесло? – удивлённо, спросил меня, Игорь Григорьев. – Мне говорили, что ты уехал работать в цирк.

– Сюда в совхоз приехал по объявлению на телевидении. Вот что ты здесь делаешь? – так же поинтересовался. – Наверно, тоже приехал сюда по объявлению?

– В прошлом году окончил в Орджоникидзе сельскохозяйственный институт. По распределению был направлен в виноградарский совхоз «Бурунный» на должность директора. – торжественно, объявил мне, Игорь Николаевич Григорьев – Так что будь любезен уважать мою личность.

– Ну, тогда, уважаемый товарищ директор, предоставьте жилье своему строителю и художнику оформителю. – с иронией, сказал, Игорю Григорьеву, поклонившись до пояса. – Готов хоть сейчас приступить к своей работе в винсовхозе в любом качестве.

– Конечно, как специалист ты нам нужен. – серьёзным голосом, сказал директор. – Но с жильём не могу тебе сейчас ничего обещать. Могу тебе на первом этаже нашей конторы предложить пустующий кабинет и актовый зал со всеми удобствами. Как только сам построишь себе жилые дома, так сразу туда можешь селиться в свою квартиру.

– В таком случае завтра поселяюсь в актовом зале твоей конторы. – серьёзно, согласился. – Встретимся на работе. Не забудь к приезду моей семьи приготовить место жительства.

Распрощавшись с Игорем Николаевичем, ни стал заходить к своим родственникам в станице Червлёной. Первым автобусом выехал в Грозный и дальше поездом до Беслана. Во второй половине этого дня был у себя дома в съёмной квартире.

Мы тут же собрали свои небольшие пожитки и до рассвета следующего дня выехали из Беслана в виноградарский совхоз. Рано утром мы были на месте раньше рабочего времени. Ждали, когда откроют контору.

После учёбы в школе в Орджоникидзе плохо знал Игоря Григорьева. Может быть, пару раз встречались где-то у озера в городском парке или на водной станции за городом?

Постоянно жил в Беслане, который находится в двадцати двух километрах от Орджоникидзе, столица Северной Осетии.

Поэтому в Орджоникидзе по выходным дням больше всего ездил отдыхать. Перед службой в армии работал плотником на стройке жилых домов в столице Северной Осетии.

Несмотря на то, что мы с Игорем Григорьевым почти не были знакомы, однако землячество всегда уважают на Кавказе. В народе даже есть такая шутка, что когда в Москве встречаются ростовчанин и бакинец, то они себя считают земляками.

Несмотря на то, что Ростов на Дону, находится в начале Кавказа, а Баку в другом конце Кавказа и расстояние между городами почти две тысячи километров. Даже часто враждующие между собой кавказцы всегда приходят на помощь друг к другу за пределами Северного Кавказа.

Дружба земляков ценится всеми народами Кавказа. Так произошло у меня во время встречи с Игорем Григорьевым, в виноградарском совхозе «Бурунный». В первый же день нашего приезда директор совхоза, Игорь Николаевич Григорьев принял мою жену на работу в свою контору бухгалтером по материальной части.

Меня назначил бригадиром строителей и художником-оформителем почти с двойным окладом. На следующий день утром вышел на работу, в качестве бригадира на строительство своего будущего жилья в виноградарском совхозе.

В мои обязанности входило руководство бригадой строителей, а также совмещение столяра, плотника и художника-оформителя в одном лице. Даже представить себе не мог, как буду совмещать свои должности в одном лице.

– Почему вы не приступаете к работе? – удивлённо, спросил, строителей, когда увидел их сидящими на стройке. – Рабочее время давно началось.

– Товарищ Декалитр не пришёл. – смеясь, сказали мне, местные строители. – Без него не можем приступать к работе.

– Сейчас разберусь, почему до сих пор нет на работе Декалитра? – на полном серьёзе, сказал, местным строителям. – Вы только никуда не расходитесь.

Пошёл к директору совхоза, чтобы у него выяснить. Почему отсутствует на рабочем месте товарищ Декалитр? Как назло, Игорь Григорьев уехал на своём легковом автомобиле по своим служебным делам куда-то в районный центр. Вернуться мог лишь к обеду.

Надо было принимать какие-то экстренные меры, чтобы отыскать затерявшегося товарища Декалитра. В это время в конторе все сидели за накрытым столом и что-то отмечали.

Мне не хотелось быть незваным гостем за столом конторской службы, хотя там была на работе моя жена. Надо было выяснить у самих местных строителей, где можно мне найти затерявшегося товарища Декалитра.

Однако, когда вскоре обратно пришёл на стройку жилого дома, то застал за работой всю строительную бригаду под градусом. Строители увлечённо работали. Можно было подумать, что досрочно выполняют план.

– Товарищ Декалитр сам нашёлся? – удивлённо, спросил, местных строителей. – Познакомьте меня с ним поближе.

– Пожалуйста, присоединяйся к знакомству. – ухмыляясь, сказал слегка подвыпивший маляр, наливая стакан вина. – Декалитр всегда готов уважать нашего начальника.

– Что-то сейчас не вижу здесь товарища Декалитра. – серьёзно, сказал, принимая от маляра стакан красного вина. – Вы меня разыгрывает?

– Если бы ты пришёл чуть по позже на стройку, то ты не смог бы с ним встретиться вообще. – смеясь, ответил мне, слегка подвыпивший маляр, показывая мне на десятилитровую флягу, с которой маляр только что налил мне вина.

– Совсем забыл, что Декалитр, это десять литров. – смеясь, сказал им. – Подумал, это местный прораб на стройке.

Лишь после выпитого стакана вина вспомнил, что у терских казаков такая давняя традиция, не начинать работу без декалитра виноградного вина. Поэтому и в конторе за столом с самого утра начинали работу с декалитра вина.

В другом месте подобное мероприятие могло вылиться в огромный скандал с различными последствиями вплоть до увольнения с работы и привлечения к уголовной ответственности.

У терских казаков в станицах это выглядело обычным явлением. Так как в народе говорят, что терский казак домашнее вино пьёт раньше, чем из груди материнское молоко. Таким образом, вернулся обратно к традициям и обычаям своих предков по линии своей мамы.

С этого момента у меня дела в виноградарском совхозе пошли быстро в гору. Стал уважаемым человеком.

Прошло всего два месяца, как мы с женой и маленькой дочкой приехали жить сюда в виноградарский совхоз «Бурунный». Под моим руководством и при моем участии мы быстро закончили строительство жилого дома. Нашей семье в первую очередь предоставили трёхкомнатную квартиру на всю нашу семью из трёх человек.

В одной комнате проживали мы втроём. В другой комнате стоял наш телевизор. В третьей комнате у нас находилась собственная живность, это попугаи в клетке, а также ёжик с мышами в небольшой бочке по самой середине комнаты.

2. Наше домашнее хозяйство.

Однажды, вовремя работы в актовом зале услышал в коридоре шум, который устроили ласточки в своих гнёздах. Ласточки, такие маленькие черные птички с белым брюшком.

Ласточки на Кавказе селятся там, где живут люди. Даже могут селиться в квартирах. Если не закрывать окна на летнее время. Ласточки приносят в клюве мокрую глину и лепят из мокрой глины свои домики под карнизом жилого дома или под потолком жилого помещения.

Люди никогда не разоряют домики ласточек, которые на зиму улетают куда-то южнее Кавказа, а на лето возвращаются жить обратно в эти же домики. Так происходит из года в год на Северном Кавказе.

По прилёту ласточек с Юга люди определят, что пришла весна и начинают проводить посевные работы в поле.

За виноградом ухаживают круглый год. Так вот, в тот день услышал беспокойные крики ласточек в коридоре.

Обычно ласточки шумят только тогда, когда близко появляется кошка или какая-то другая мелкая птичка хочет поселиться в домике ласточки. Тогда ласточки дружно атакуют не прошеных гостей.

Ласточки устраивают такой ужасный переполох, что не прошеные гости не выдерживают натиска ласточек и в панике пытаются сбежать с места возникшего скандала с ласточками возле гнёзд.

Вышел в коридор посмотреть причину переполоха. Когда посмотрел в ласточкины гнезда, то был весьма удивлён, что в одном из гнёзд ласточки находится волнистый попугай.

В природе Северного Кавказа попугаев нет вообще. Если волнистый попугай удрал у кого-нибудь из клетки, то на природе удравший из клетки попугай долго не живёт.

Слишком доверчивый к людям и к домашним животным попугай быстро становится лёгкой добычей бездомных кошек или хищных птиц, которые селятся вблизи жилища людей.

Кроме того, в природе Северного Кавказа климат резко-континентальный. Существуют все времена года – зима, весна, лето и осень.

Со всеми переменами температуры климата и осадками, которые не подходят попугаям. Поэтому попугаи не живут в природе Северного Кавказа. Решил поймать неизвестно откуда взявшегося волнистого попугая и освободить ласточкино гнездо от не прошеного гостя.

Поэтому закрыл все окна и двери в коридоре конторы. Открыл дверь в актовый зал и туда загнал попугая. Очутившись в огромном помещении с закрытыми окнами, попугай забился под занавеску у окна, пытаясь спрятаться от меня. Там под занавеской осторожно поймал волнистого попугая и поселил его в нашу жилую комнату напротив актового зала. Куда мы поселились временно в день нашего приезда.

Наша дочь Анжелика с интересом разглядывала красивую птичку до прихода мамы на обед.

Мы по очереди наблюдали за дочерью в рабочее время. Так как работали по месту жительства в одном здании. Людмила работала в бухгалтерии на втором этаже. од художественную мастерскую отвели актовый зал прямо напротив нашего места жительства.

Анжелика больше находилась со мной на мом рабочем месте. Она помогала мне размазывать краски на холсте.

– Ты чего устроил переполох на всю контору? – поинтересовался Людмила, когда пришла на обед.

– Вот, мы с дочкой, поймали птичку. – шутят по-детски, виновато, ответил, показывая пальцем на волнистого попугая на занавеске у окна. – Это попугай с ласточками ругался. Мы не виноваты.

– Ой! Какая красивая птичка! – радостно, воскликнул Людмила. – Она у нас в квартире будет жить?

Мы с дочкой радостно захлопали в ладоши. Вместо наказания от нашей мамы за шум мы получи согласие на проживание в нашей будущей квартире такой красивой птички.

В этот же день мы с дочкой смастерили попугаю небольшую клетку. Затем в выходной день поехал в Грозный на птичий рынок.

На рынке купил пару нашему волнистому попугаю, чтобы у него в клетке была своя семья.

Так же как у нас в новой квартире, которую нам вскоре дали в посёлке «Бурунный». Когда мы вселились в новую трёхкомнатную квартиру, то вместе с нами в квартиру вселились полевые мыши, которые жили здесь задолго до поселения человека на этих землях.

Видимо полевые мыши подумали, что человек построил жилище для них и заняли одну из наших спален. Естественно, что моя жена Людмила в первый же день нашего вселения в новую квартиру устроила переполох при виде полевых мышей.

– Ой! Боюсь! – закричал Людмила и стала вызвать при виде мышей на весь посёлок. – Убили их отсюда. немого рядом с мышцами жить. Они будут бегать по мне и по нашей дочери.

– Куда могу убрать полевых мышей? – с удивлением, поинтересовался. – Они здесь живут с полон веков. Это мы поселились на место жительства полевых мышей.

– Тогда придумал что-нибудь, чтобы мыши не жили в нашей квартире. – настаивала жена.

Тут же решил принять меры, чтобы избавить свою новую квартиру от не прошеных поселенцев. Но так как в совершенно новом посёлке не было кошек и некому было ловить полевых мышей, то мне посоветовали поселить в этой комнате ёжиков, которых было множество на природе вокруг нашего посёлка.

Как всем известно, то ёжики как раз питаются полевыми мышами. Поэтому решил, что одного ёжика нам вполне хватит, чтобы окончательно вывести всех полевых мышей, поселившихся в нашей квартире целым семейством и не желающим покидать наше жильё.

Надо было только поймать крупного опытного ёжика, который с удовольствием скушает наших мышей. Мне ни стоило особого труда, чтобы в кустах найти крупного ёжика и поселить в комнату, где проживала семья полевых мышей.

Людмиле было жалко ёжика, что может погибнуть без пищи и влаги, пока поймает мышку на пропитания. По просьбе Людмилы поставил на самую середину пустой комнаты блюдце с молоком, чтобы ёжик перед охотой на полевых мышей мог хорошо подкрепиться. Затем ловить полевых мышей, которые спрятались где-то у нас в квартире.

– Думаю, что к утру у нас в квартире мышей не будет. – с уверенностью, заявила Людмила.

– Пожуём увидим. Как сказали дикари при зажарке туристов на костре. – с иронией заключил.

На следующее утро мы с Людмилой заглянули, через стекло на двери, в комнату с ёжиком и полевыми мышами. Как мы были удивлены, когда увидели, что ёжик пьёт молоко из блюдца с одной стороны, а полевые мыши пьют молоко из блюдца, с другой стороны.

Наша попытка избавиться от полевых мышей с помощью ёжика была обречена на провал. Видимо ёжик был слишком молодой и не опытный на случай ловли полевых мышей.

– Надо что-то придумать, чтобы ёжик проголодался, чтобы с голоду съел полевых мышей. – своими товарными мыслями, поделилась жена. – Ёжик сытый, а сытый ёжик полевым мышам не враг.

– Надо ёжика посадить в карьер на пятнадцать суток без продуктов с мышами. – подсказал.

Так у нас возник хитрый план научить ёжика ловить полевых мышей. По этому случаю притащил в свою квартиру на второй этаж небольшую пустую бочку.

Затем в эту бочку с сухой травой поселил ёжика и несколько полевых мышей, которых вытащил из кадки с дождевой водой на улице.

Видимо полевые мыши рассчитывали напиться воды из кадки с дождевой водой. После не могли выбраться оттуда, так как в этой кадке раньше хранили вино. Кадка была пропитана запахом вина.

Полевые мыши просто опьянели от запаха вина и под кайфом висели на деревянных стенках кадки. Мне оставалось лишь собрать полевых мышей в стеклянную банку, а затем поселить полевых мышей в бочку вместе с ёжиком на голодном пайке, чтобы ёжик полевых мышей съел.

Таким образом, ёжик, пристрастился к мышиному мясу и избавит нашу квартиру от полевых мышей.

Прошло несколько дней после того, как мы поселили ёжика вместе с полевыми мышами и с сухой травой в небольшую железную бочку, откуда ёжик и полевые мыши не могли никак выбраться. Через несколько дней, решил проверить.

Съел ёжик полевых мышей или нет? Так как сверху не было видно в бочке полевых мышей, то подумал, что наш ёжик съел всех полевых мышей и его можно вытащить из бочки к охоте на полевых мышей в нашей комнате.

– Мне жалко ёжика, что он сидит один в карцере. – с жалобой в голосе, сказала Людмила. – У него, наверное, на природе имеется своя семья? Жена и детки ждут его, а он тут в бочке мотает срок.

Мне ничего не оставалось делать, как только выпустить заключённого на свободу. Когда вытащил ёжика из железной бочки, то под ёжиком обнаружил на сухой траве живыми всех полевых мышей, а рядом с ними только что родившихся маленьких мышат.

Наверно, мышка была беременная? Так что ёжик видимо был вегетарианцем и не употреблял себе в пищу полевых мышей. Таким образом, наша война с полевыми мышами потерпела полный провал. Нам ничего не оставалось делать, как смириться с присутствием полевых мышей в нашей новой квартире.

Мы выпустили в своей комнате из железной бочки ёжика и полевых мышей. В эту же комнату поселили в клетке парой волнистых попугаев. Превратили нашу, пустую комнату в живой уголок в своей новой квартире.

Нам хотелось, чтобы наш живой уголок был ближе к естественной дикой природы. Поэтому мы туда поставили в деревянных коробках рассаду с полевыми цветами и травой.

Наловили кузнечиков, бабочек, стрекоз и ящерок, которые тоже хорошо прижились среди пары ёжиков, пары попугаев в клетке и двух семейств полевых мышей.

У нас в комнате стало целое дикое хозяйство животного мира дикой природы, за которым мы стали ухаживать всей семьёй, как за домочадцами. Превратили нашу новую квартиру в Ноев ковчег. Поселили каждой твари по паре.

– У вас не квартира, а целый зоопарк. – говорили соседи, с интересом разглядывая зверюшек.

Вот только волнистым попугаям почему-то не понравилось наше внимание к ним? Однажды в наше отсутствие дома попугаи прогрызли клювами картонную подстилку в полу клетки и вылетели из комнаты в открытую форточку.

Мы очень переживали за то, что наши волнистые попугайчики удрали от нас и, возможно, погибли от хищников в дикой природе?

Ведь наши волнистые попугайчики родились в клетке и совсем не могли жить на воле в дикой природе.

Каково было удивление всех жителей нашего посёлка, когда весной на первом участке виноградника вблизи посёлка в соломенной крыше сторожки, стали замечать целое семейство волнистых попугаем.

Мало того, что сбежавшие от нас волнистые попугаи хорошо прижились в дикой природе, кроме того, волнистые попугаи спаровались с местными воробьями.

Видимо волнистые попугаи и местные воробьи относятся к одному виду птиц. Вскоре на первом участке в соломенной крыше в сторожке появилось целое племя разноцветных маленьких птиц.

Своим видом птицы были похожи на обычных воробьёв и на волнистых попугаев, сбежавших от нас. В природе появился новый вид птиц.

Так постепенно наша маленькая семья стала вживаться в землях, когда-то заселённых предками моей мамы, терскими казаками, которые появились в этих краях задолго до появления там чеченцев, ингушей, тавлинов и других многочисленных народов Северного Кавказа, которые поселились на Северном Кавказе с приходом тюркских племён.

Теперь мы с Людмилой, еврейкой по национальности, словно волнистые попугаи с воробьями, создавали новое племя метисов между евреями и русскими, терскими казаками по материнской линии и донскими казаками по отцовской линии.

Мы мечтали, что в этих краях появится наш новый красивый род метисов по нашей линии, которые будут жить в мире и согласии с другими народами, поселившимися в дикой природе по левому берегу бурной реки Терек.

3. Полезные ископаемые.

У нас в совхозе было всё прекрасно. Не считая отсутствия пресной воды, которую нам привозили в бидонах. Вода из скважин на орошения виноградников была непригодна к пятью.

Такую воду даже в дома нельзя было проводить. Так как вода из скважин без фильтрации разъедала ржавчиной металл водопроводных труб. Ближайшие источники пригодной воды были в Терек и в станице Червлёной от совхоза «Бурунный» на расстоянии трёх километров.

– Легче пробурить скважину и поставить фильтры воды прямо на территории. – объяснил нам Степашин, инженер совхоза. – Чем тянуть ветку труб от Терека или от станицы Червлённой три километра и возле совхоза устанавливать фильтры пригодные к фильтрации питьевой воды.

– Мне придётся съездить в районный исполком, чтобы договориться о поставке нам буровой техники. – сказал нам директор совхоза на общем собрании. – Фильтрами займётся инженер.

Через неделю в ста метрах от нашей конторы появилась буровая машина. Весь день, почти под окнами конторы, был ужасный шум от буровой машины.

Мне пришлось закрыть окна в художественной мастерской и надеть наушники, чтобы не оглохнуть. Конторские служащие последовали моему примеру и словно радости сидели весь рабочий день за своими столами.

– Насчёт пресной воды ничего не могу сказать. – сообщил нам будильник через три дня. – Но нефть у вас будет точно. Надо специалистов по нефти приглашать, чтобы заглушку на скважину поставили. Иначе давление пласта вытолкнет нефть наружу и нефть зальёт весь ваш посёлок.

Руководство совхоза тут же направилось к буровой машине. Без специалистов было видно, что последний бур испачкан нефтью.

Из скважины на поверхность просачивалась нефть, готовая в любой момент фонтаном вырваться наружу и своим черным цветом забрызгать весь наш посёлок.

Надо было срочно принимать какие-то меры безопасности. Иначе в посёлке будет трагедия.

– Мы вот что сделаем. – взял на себя инициативу инженер, обращаясь к бурильщику. – Ты постав на скважину временную заглушку. Мы с комсоргом прямо сейчас с бутылкой нефти поедем в «Грознефть». Потребуем, чтобы они поставили на эту скважину капитальную заглушку.

Иначе у нас в посёлке будут большие проблемы с нефтью. Инженер тут же набрал в бутылку нефти, и мы на служебной машине отправились в Грозный. Помимо решения проблемы с нефтью, мне надо было решить проблему с оформлением наглядной агитации в нашем посёлке.

Дело в том, что в районном центре не было художественной краски на оформление наглядной агитации. В то время художественный фонд республики выдавал художественные принадлежности только зарегистрированным художникам у себя в Фонде.

Районных художников не регистрировали. Надо было добиться права получать краски без регистрации.

– Ребята! Вы чего плетёте? – выслушав нас, возмутился представитель в «Грознефть». – Мы на правом берегу Терека бури сверхглубокую скважину, чтобы добыть нефть. В то время как вы на левом берегу Терека ткнули пальцем и получили скважину нефти. Мне ваши шутки не нужны.

– Какие шутки!? – возмутился инженер, выставляя на стол бутылку с нефтью. – У нас посёлок скоро нефтью зальёт. Нам совсем не до шуток.

Представитель в «Грознефть» внимательно посмотрел на бутылку с нефтью. К просмотру нефти привлёк своих сотрудников.

Из кабинета представителя в «Грознефть» мы прошли в лабораторию по изучению нефти. В нашем присутствии провели анализ нефти. Записали в книгу анализов содержание химических элементов нашей нефти.

– Очень качественная нефть! – радостно, сказал заведующий лабораторией. – Откуда эта нефть?

– Пальцем ткнули и нашли. – с иронией, ответил наш инженер. – Из скважины возле нашей конторы в посёлке. Искали пресную воду для нашего посёлка, а наткнулись на нефть.

– Надо срочно отправить комиссию к нефтяной скважине. – серьёзным тоном, распорядился представитель в «Грознефть». – Пускай наши специалисты определят запас нефти на данном участке. Если нефти достаточно для добычи, то будем сносить посёлок и ставить там буровые вышки к добыче нефти. Думаю, что на работу комиссии уйдёт пару дней.

– Вы чего это плетёте о сносе нашего посёлка? – возмутился Степашин. – У нас современный посёлок и сотни гектар виноградников. Сотни молодых специалистов. Куда вы всё это денете?..

– Одна нефтяная скважина приносит доход государству больше, чем десяток ваших совхозов. – уверенно, заявил заведующий лабораторией. – Если нефти много, то посёлок будет снесён.

– Вы соображаете, что говорите? – не унимался Степашин. – Скоро будет проводиться в Тбилиси международный симпозиум вина и винограда. Наш Винсовхоз «Бурунный» будет представлен как перспективный производитель почти двух сотен сортов винограда. О нас пишут в прессе…

– Если вы не успокоиться, то мы вызовем милицию. – строго, сказал сотрудник в «Грознефть».

– Мы будем на вас жаловаться в правительство республики! – хлопая дверью закричал Степашин.

– Жалуйтесь куда угодно! – закричали нам вдогонку. – Мы всё равно снесён ваш посёлок!

Мы оба выскочили из здания «Грознефть» как ошпаренные. Виктор Степанович сходу сел за руль нашего автомобиля. Едва успел сесть на заднее сидение как машина рванула с места.

Матюгаясь и нарушая правила движения транспорта. Мы чудом благополучно выскочили за город и на большой скорости помчались в сторону станицы Червлёной в посёлок «Бурунный».

– Прямо сейчас напиши плакаты в защиту нашего посёлка. – немного упокоившись, сказал мне, инженер. – Наше руководство подаст жалобу на «Грознефть» в вышестоящие организации. Вплоть до правительства нашей республики. Пригласил прессу. Отстоим наш посёлок.

– Хорошо, что сегодня приобрёл краски и ватман в художественном фонде. – напомнил положительный результат нашей поездки по вопросу наглядной агитации. – Есть чем писать плакаты.

Как только мы приехали в посёлок, так тут же сразу прямо на небольшой площади возле конторы объявили общее собрание с одной повесткой о спасении нашего посёлка от возможного сноса.

Хорошо, что рабочий день не закончился к нашему поселковому собранию примкнул рабочие и служащие совхоза, которые проживали в станице Червлённая. Общее собрание нашего совхоза прошло без моего участия.

Мне в это время досталась ответственность по изготовлению лозунгов и плакатов на завтрашний день в защиту нашего посёлка. Не было никакого труда сочинять тексты лозунгов, которые отчётливо было слышно на общем собрании.

Автором тестов лозунгов был народ недовольный предстоящим сносом нашего посёлка. Писать лозунги и плакаты к предстоящему митингу были готовы поздно ночью. Общее собрание совхоза к этому времени закончилось. Новые тексты брать было ниоткуда.

Все разошлись по домам. В посёлке стало тихо. Словно вообще не было бурных возмущённых речей в защиту против сноса нашего посёлка. Мне ничего не оставалось делать, как отправиться домой спать.

Рано утром, когда только проснулись в станице Червлёной первые петухи, следом за петухами проснулись доярки и пастух. Наш молодёжный посёлок проснулся чуть позже.

На общем собрании было решено в это утро провести общий митинг в защиту нашего посёлка. Поэтому с утра никто не пошёл на работу.

Решили отработать этот прогул в нерабочее время в субботу или в воскресенье. Сразу с утра все жители нашего посёлка разобрали из актового зала в конторе вчера написанные мной лозунги.

На километровом участке дороги от автомобильной трассы до нашего посёлка выставили пикеты с лозунгами. Пришли семьями с маленькими детьми на руках и в колясках. С обоих сторон вдоль трассы со стороны станицы Червлёном выстроились те, кто был на нашей стороне.

– Тебе ни кажется, что это пахнет крупным скандалом. – шепнул мне на ухо сосед, когда примкнул к пикетчикам в первых рядах. – Ведь это на бунт при социализме похоже. За это могут наказать. Посадить на пятнадцать суток или могут всыпать тебе по комсомольской и партийной линии.

– Ты забыл, что сейчас ни сталинские времена. – напомнил соседу. – Мы выступаем не против построение социализма, а за свои социальные права, которые пытаются отобрать у нас. За моё место не беспокоясь.

Как художник-оформитель нужен всему району. Комсомол и партия на моей стороне. Без моей наглядной агитации они не могут существовать. Лишь бы драки не было.

Наш бунт против сноса посёлка был больше похож на праздничный митинг. Вот так семьями мы давно не собирались, хотя жили в одном посёлке близко друг к другу.

Каждый день рано утром заработку по виноградникам, на стройке, в конторе или на питомнике закреплённым за нашим совхозом. Кормящих молодые мамы дома с грудничками.

Даже по выходным дням у нас много домашних забот. За тридцать километров поездка в Грозный за продуктами или поездка к родственникам. Пока мы стояли пикетом вдоль автомобильной трассы нас никто не беспокоил.

Рядом с нами приезжают машины и автобусы приветствую нас своими сигналами. Радостно машу нам руками. Наши жены и девчата распевают песни разных народов.

Ведь сюда к нам в посёлок приехали жить и работать со всех республик Советского союза. Мы единый интернационал советских республик.

Мы так митингов в пикетах простояли около двух часов. Думали, что напрасно.

Хотели было расходиться. Как вдруг с районного центра от станицы Шелковская приехали представители власти. Со стороны Грозного тоже прибыли на автобусе незнакомые люди.

От станиц Шелковская и Червлённая появились наряды милиции. Наши пикеты ощетинились лозунгами и плакатами. Летнее безоблачное небо, вдруг, неожиданно, насупилось суровыми тучами и дождевыми облаками.

– Может быть, разойдёмся, пока не поздно? – трусливо, прошептал мне на ухо сосед. – Ведь побьют.

– Поздно! Стой на месте. – вцепившись в соседа, грозно ответил. – Если уйдёшь, сам тебя побью.

Прошло минут пятнадцать нашего молчаливого пикета. Никто нас не трогал и переговоры с нами не вёл. Видимо представителей от «Грознефть» ожидали.

Представители власти чеховского района, станицы Червлёном и руководители нашего совхоза отошли в сторону от митингующих на переговоры. Вскоре к ним подъехали на легковых автомобилях руководители компании «Грознефть». Мне тоже, как секретарю комсомольской организации совхоза, надо присутствовать на разборках.

– Скажите своим людям пусть разойдутся. – сурово, сказал руководитель от «Грознефть».

– Мы никуда не уйдём, пока не будут у нас на руках документы с целью вашего приезда. – решительно, сказал директор нашего совхоза. – Представители от «Грознефть» сказали нашему главному инженеру, что будут сносить наш посёлок, на месте которого поставят нефтяную вышку.

– Ничего подобного не будет. – неуверенно, ответил руководитель от «Грознефть». – Наши специалисты просто определят приборами объём нефти под этой скважиной и больше ничего.

– Затем сюда прибудут бульдозеры под охраной солдат и сравняют с землёй наш посёлок. – вмешался в разговор инженер совхоза. – Нам на руки нужен документ, в котором будет указано, что при добыче нефти на нашем участке не пострадают наш посёлок и Винсовхоз «Бурунный».

– В полевых условиях мы не моем выдать вам такой документ. – упорствовал, руководитель от «Грознефть». – Вы пока допустить наших специалистов до скважины. Документ пришлёт почтой.

– Мы вам предоставим все условия, чтобы заключить с нами предварительный договор по аренде нашей территории на добычу нефти без ущерба посёлку и винсовхозу. – настаивал на своём наш директор совхоза. – Здесь достаточно представителей района и станицы, которые своими подписями гарантируют безопасность нашей территории. Надеюсь, документы у вас имеются.

– Откуда только такие настырные люди появляются. – с горькой ухмылкой, сказал наш оппонент.

– Оттуда откуда и вы, мы берёмся. – с иронией в голосе, пошутил инженер совхоза. – Хорошо! Уговорил! – согласился с нашими требованиями руководитель от «Грознефть».

Все присутствующие на совещании, кто приехал, отправились к своим автомобилям. Остальные пошли пешком в контору винсовхоза. Директор винсовхоза сказал митингующим, что они достойно пикетировали в защиту безопасности нашего посёлка.

Переговоры закончились в нашу пользу. Совхоз никто не будет трогать. Всем можно разойтись по рабочим местам и домой. Предварительный договор между винсовхозом «Бурунный» и компанией «Грознефть» обсуждали до мелочей.

Договорились, что в случае пригодности места к добыче нефти буровая вышка будет установлена в километре от посёлка. «Грознефть» берёт в аренду территорию винсовхоза «Бурунный» на время добычи нефти с определённой оплатой аренды по ГОСТу.

«Грознефть» предоставит винсовхозу специалистов и оборудование на предмет поиска на территории посёлка пресной воды необходимой посёлку «Бурунный». Документ подписали представители всех сторон. После чего представители всех сторон отправились к скважине, виновнице последних событий.

Там специалисты от «Грознефть» установили специальную аппаратуру, определяющую предварительный объём нефти пригодной к добыче. Мы, конечно, не специалисты по добыче нефти.

Но представители от «Грознефть» сообщили нам, что здесь у нас под ногами нефти столько, что только за аренду нашей земли за десять лет можно будет значительно увеличить территорию совхоза.

– Территорию совхоза мы увеличим и без вашей аренды. – сказал директор совхоза. – Но деньги на благоустройства нашего посёлка нам не помешают. У нас рождаемость самая высокая в районе.

– Хватит вам попусту болтать! – вмешалась в разговор Тамара Козорезова, агроном нашего совхоза. – Приглашаем наших гостей в актовый зал к столу. Без угощения вас не отпустим. Думаю, что вам понравится наше сведён вино прямо из-под виноградников. Наше вино по своему вкусу и аромату известно далеко за пределами Советского Союза.

В прочим по виду уставших гостей было видно, что они не против сытно поесть и пропустить пару бокалов свежего вина, которое по своему вкусу и аромату известно далеко за пределами Советского Союза.

К тому же любой городской человек с ностальгией вспоминают своё детство, которое хоть частично было в сельской местности среди аромата цветов и домашних продуктов питания. На всю длину актового зала стоял огромный стол закрытый разнообразными домашними угощения, какие только имелись в станице Червлёном и в посёлке Бурунном.

Просто удивительно, как наши женщины за короткий срок, всего пару часов за время нашего пребывания у скважины, умудрились так богато накрыть стол к приёму наших гостей, которые из не званных гостей превратились в званных гостей.

Своим присутствием обеспечили нашему посёлку светлое будущее. За столом много не говорили. Так как до стола наговорились вдоволь и в совместном договоре на бумаге отметили всевозможные обязательства друг перед другом.

Руководители просто и коротко обменялись взаимными приветствиями. Гости сытно поели. Выпили по бокалу разного свежего вина и заторопились домой. Так как действительно день клонился к вечеру, а гостям ехать до Грозного три десятка километров.

Мы породили гостей до машин в дорогу с декалитром вина каждого. Руководство «Грознефть» одержали своё слово. На следующий день к нам в посёлок прибыли специалисты в поисках пресной воды на территории нашего посёлка.

Всего в ста метрах от нашего дома стали бурить скважину, из которой на следующий день забил фонтан горячей серной воды. Как определили специалисты, то источник серной воды к тому же оказался целебный.

– Заглушку на скважину ставить не надо. – потребовали мы от бурильщиков, которые хотели закрыть скважину, как ошибку в поиске пресной воды. – Вы нам сделайте свободный доступ к серной воде. Дальше мы сами определимся, как нам поступать с источником горячей серной воды. Бурильщики выполнили нашу просьбу, а сами дальше занялись поиском пресной воды вблизи нашего посёлка.

По просьбе наших жён вокруг источника горячей серной воды мы самостоятельно сделали общую прачечную с сушилкой белья. Там же соорудили общую баню с парилкой отдельно для женщин и мужчин.

На зимний случай построили крытые раздевалки с отдельным входом. Нам всё-таки нашли пресную воду за посёлком вблизи виноградника. Там же на скважину поставили фильтр, от которого к каждому жилому дому и к конторе положили трубы, таким образом наш посёлок полностью был обеспечен пресной водой, причём совершенно бесплатно.

В течении этого года мы полностью озеленили и благоустроили территорию своего посёлка.

Наследующий год в гуще нашей зелени появились датчики, лисички, разные птички и другая жирности, которые видимо переселились к нам со стороны зелени у Терека, где дичь истребляли браконьеры. Мы вообще никого не трогали. Поэтому дикие животные и птицы быстро размножались рядом с нами, как и мы.

4. Командировка в Тбилиси.

Можно считать, что первый урожай из наших виноградников принёс нам всесоюзную известность. Дело в том, что мои предки по материнской линии, терские казаки, задолго до татар монгольского ига и за долго до поселения других народов, сажали в червлёных бурунах виноград.

Войны с татар монголами и частые набеги кочевников вынудили тверских казаков уйти с червлёных бурунов за Терек. Постепенно с годами песок уничтожил бесшовные виноградники на червлёных бурунах.

Столетия спустя, когда терские казаки поселились на левом берегу Терека, то больше ни стали осваивать территорию в червлёных бурунах.

Однако в памяти народа остались легенды и воспоминания, что когда-то на червлёных бурунах росли разные сорта винограда, которые своим вкусом и ароматом славились далеко за пределами Кавказа и даже за пределами России. К тому же, как утверждают легенды и воспоминания терских казаков, червлёные буруны имеют свойство при высокой температуре от солнца сохранять влагу на небольшой глубине.

Большинству сортов винограда достаточно немного солнца и воды, чтобы иметь большой урожай. Многочисленные вредители виноградников хорошо приживаются в почве и от чубука до зрелого виноградника уничтожают растение.

Основные вредители винограда – это филлоксера, хрущи, паутинный клещ, медведка, гроздевая листовёртка, проволочник, осы. Во власти филлоксеры оказались все виноградники Европы.

Из сотни чубуков до саженцев выживают только десять процентов. Из этих десяти процентов саженцев лишь один процент кустов даёт плоды винограда пригодные к употреблению в пищу.

В то время как на червлёных бурунах от чубука до плодоносящего куста погибает всего десять процентов растения по вине того, кто ухаживает за растением, то есть, люди затаптывают чубук и саженцы.

Все остальные кусты плодоносят до своей глубокой старости, так как в червлёных бурунах фактически нет виноградных вредителей. Дело в том, что в отличии от почвы песок на червлёных бурунах имеет свойство вращаться и перемещаться с места на место.

Песок не даёт условия размножаться на виноградниках. Песок перетирает личинки прибывших паразитов и таким образом удобряет песок под виноградником.

В червлёных бурунах постоянно присутствует ветер, при котором окрепшая лоза раскачивается и сбрасывает с кустов пришлых паразитов. В результате чего созревший виноград вполне здоров и пригоден к употреблению в пище.

– Благодаря тому, что наш виноград прославился далеко за пределами Советского Союза, – выступил директор совхоза на очередном собрании. – Наш совхоз записан в энциклопедию о виноградах Советского Союза, под отдельной главой «Вина и винограды России».

В этом году в Тбилиси будет проходить международный симпозиум вина и винограда.

На симпозиум от Советского Союза приглашены совхозы от республик, производящих виноград. От России пригласили наш совхоз.

– Так мы что всем совхозом поедем в Тбилиси? – кто-то из зала задал неразумный вопрос.

– Наш совхоз со своим виноградом и вином будет представлять лучшая бригада, которую вы сами будите выбирать, – ответил директор на глупый вопрос. – По итогам последнего сбора винограда. От руководства совхоза едут – парторг, комсорг, агроном, инженер и директор. Больше мест нет.

Как только рабочие совхоза определились с передовиками, которые будут на международном симпозиуме в Тбилиси представлять наш совхоз, мы тут же организовали крытый брезентом грузовой автомобиль, в который загрузили ящики с отборным виноградом трёх десятков сортов.

У нас в совхозе выращивали более сотни сортов виноградников. Нам разрешили привести на симпозиум не больше трёх десятков сортов. Если бы мы представляли все свои сорта винограда, тогда пришлось бы открывать отдельный симпозиум от нашего совхоза.

Кроме винограда в машину погрузчики от каждого участка по две бутылки вина, которое производили из нашего винограда на ликёро-водочном заводе в станице Червлёной.

Груз в кузове машины закрыли брезентом и закрепил так, что даже при аварии наш грёз никак не мог пострадать. Машину с грузом сопровождали пять человек, трое из которых имели водительские права не машину.

– Не вздумайте напиться в дороге и до нашего приезда в Тбилиси. – строго напутствовала бригаду, Тамара Козорезова, агроном совхоза. – Мы следом за вами будем ехать. Нам будет видно всё.

– Что вы, Тамара Васильевна! – шутят, воскликнул бригадир. – Мы без вас пить не будем.

О выборе транспорта для руководства опрос не стоял. Ехать на пятиместном легковом автомобиле директора не было смысла. Машина новая ещё не прошла обкатку. Такой транспорт не пригоден к длительной поездке через крестовый перевал. К тому же к объёмной фигуре агроном надо дополнительное сидение.

Поэтому наш выбор пал на восьмиместного «Бобика» ГАЗ-69. Испытанный автомобиль на бескрайних просторах червлёных бурунов нашего винсовхоза «Бурунный».

Расстояние от нашего совхоза до Тбилиси через Крестовый перевал больше двух сотен километров. Езды, примерно, двенадцать часов. Поэтому выехали из посёлка до рассвета с первыми петухами.

С собой взяли разнообразные домашние продукты из напитков только декалитр холодного виноградного сусло, от которого никак не опьянеешь, а в пути утолить жажду можно.

– Едем до Тбилиси без остановки. – сразу определил директор совхоза нашу поездку. – Остановимся передохнуть и отправиться на Крестовом перевале. К родственникам заезжать не будем.

Водительские права на машину были у парторга, директора и инженера. Первым за руль сел инженер Степашин. Рядом с водителем сел директор совхоза. Мы с парторгом сели на следующее сидение. За нами всё сидение оккупировали агроном.

Она разложила всю свою массу на свободное место и тут же заснул. Похрюкивая и похрапывая, изредка выпуская из себя странные звуки.

Наш грузовой автомобиль выехал из посёлка раньше нас. Мы только перед Грозным догнали машину и опередив их, показали им следовать за нами, чтобы не потерять друг друга в лабиринте городских улиц.

Так мы ехали до Дарьяльского ущелья за Орджоникидзе, чтобы на грузовом автомобиле не заблудились на улицах нашего города.

Ведь только мы двое, Игорь Николаевич Григорьев и, хорошо знали с детства Орджоникидзе. Все остальные в этом городе были впервые. За селением Балта нашей даме стало невтерпёж.

Наш автомобиль выехал ближе к зарослям кустарника, куда тут же в развалку отправилась Козорезова орошать и удобрять растительность.

Мы воспользовались моментом и побыстрее отправились за камни в сторону Терека. Нам тоже надо было оправиться, сбросить лишний груз и размять своё тело, отёкшее от длительной поездки.

Дальше за руль машины сел Григорьев, который часто бывал за рулём машины в горах.

Ему хорошо известны Дарьяльское ущелье и военно-грузинская дорога с опасным серпантином над пропастью, разнообразными туннелями до Казбеги, с лавинами на пути до самого Крестового перевала.

Здесь даже в отличную погоду опасно ехать на машине. Маленький камень, сорвавшись из-под копыта горного козла может увлечь за собой лавины, которая съедает всё на своём пути.

– Давайте немного подышим свежим воздухом. – предложила Козорезова, когда мы подъехали к Казбеги. – По времени видно, что часа через три мы будем в Тбилиси. Успеем найти гостиницу.

– Слово дамы – закон для мужчин! – с сильным местным акцентом, сказал директор, остановил машину на самой высокой точке трассы в Казбеги. – За гостиницу не беспокойтесь! Мы её заказали.

Мы вышли из машины прямо у плаката, на котором было написано на нескольких языках «Здесь живут люди с чистой совестью!». За плакатом вид на храм Святого Николая за пропастью, а дальше седая вершина горы Казбек, похожая на белую папаху горца. Ниже всюду зеленью покрытые луга с большими отарами овец, которых охраняют от волков в основном кавказские овчарки.

– Смотрите какой интересный плакат. – смеясь, сказала Тамара Васильевна. – Чем мы хуже местных. Мы тоже с чистой совестью. Давайте сфотографируемся на фоне этого плаката и храма.

Хорошо, что мы догадались взять с собой несколько фотоаппаратов и целую коробку упаковки лент к фотоаппаратам. Можно было фотографироваться сколько угодно.

Козорезова тут же стала позировать возле плаката своим объёмом закрывая вид на храм Святого Николая. Степашин с трудом удавалось найти место с фотоаппаратом, чтобы получился хороший вид с горами.

Тамара Васильевна постоянно своей объёмной красотой закрывала красоты кавказских гор. Рядом с нами крутится седой мужчина настолько похож на Сталина, что можно подумать, это близнец Иосифа Виссарионовича или сам вождь пролетариата сошёл к нам с небес.

На этом мужчине такой же армейский мундир как у Сталина. Жест правой руки с курительной трубой и левая рука так же согнута в локте как у нашего вождя. Весь взор двойника устремлён на нашу даму.

– Отец! Хочешь сфотографироваться с нашей дамой? – предложил Степашин увлечённому горцу.

– Посчитаю за честь постоять с красавицей. – гордо, сказал горец. – Она прямо как царица Тамара.

– Вы угадали. Меня назвали Тамарой. В честь вашей царицы. – смущаясь, сказала Козорезова.

– Вах! Вы сама царица Тамара, сошедшая с небес. – воскликнул кавалер, целую руку нашей даме.

Пользуясь моментом, мы стали фотографировать эту занимательные сцену со всех имеющихся у нас фотоаппаратов. К нашей сцене примкнул туристы с автобуса.

Кавалер в облике Сталина, как заядлый артист, позировал рядом с нашей дамой, пытаясь охватить даму за талию.

Коротышка против нашей пышной дамы едва доставил до половины её объёма. Тамара Васильевна искренне смущалась, как невеста Остапа Бендеры и смеялись так звонко, словно девственница невеста от щекоток жениха перед утратой своей невинности в брачную ночь.

Если бы мы сказки, что этой девственницы под подлинник и у неё взрослые дети, то все присутствующие могли подумать, что мы глупо шутим и таким образом унижает свою попутчицу.

– Извините, товарищи, нам надо ехать. – поглядывая на часы, сказал нам наш директор. – Пора!

– Вы мои гости! – торжественно, объявил горец. – Приглашаю вас к себе в дом на шашлык.

– Извини отец. Мы не туристы. – остановил Степашин, порыв горца. – У нас работа в Тбилиси. Всё на обратном пути. Всё будет взаимно. Мы тебе фотографии привезём. Ты нас шашлыком угостишь.

– Буду гордится перед своими друзьями за фото с красавицей. – гордо, сказал кавалер. – Сколько будет фотографий. Столько одарю вам барашек. Угощу грузинским вином и жирным шашлыков.

– Ты, конечно, хороший человек и хороший артист. – одёрнул парторг пыл горца. – Но всему есть мера. Мы фотографии тебе обязательно привезём. Ты хотя бы нам на шашлык заработай денег.

– Ты сильно обидел грузин. – серьёзно, громко закричал джигит. – Где у видишь барашка, спроси любого чей это барашек. Любой местный скажет тебе, что все барашки принадлежат Абисалому.

– Извини, отец, совсем неудачно пошутил. – Не на шутку испугавшись, извинился Степашин.

– Нет! Ты никуда не поедешь, пока не спросить чьи барашки. – перекрывая дорогу Степашин, закричал Абисалом. – Постою здесь, а ты иди спроси любого, чьи барашки здесь пасутся.

Степашин замешкался. Директор жестом руки показал инженеру идти к местным жителям, стоящим вали от нашей машины. Меня подтолкнул сопровождать Степашин в целях его безопасности.

На фоне щуплого инженера со своими накаченными банками выглядел атлетов и телохранителей Степашин. При виде меня и в всякий захочет обидеть моего подопечного.

– Вы можете сказать нам. Кто хозяин баранов, которые пасутся на зелёной лужайке возле храма Святого Николая. – робко спросил Степашин парней, которые вышли на улицу из своего дома.

– Это отара уважаемого Абисалома Мдивани. – удивлённо, ответил парень, сверху донизу рассматривая Степашина. – Здесь вообще пасутся вокруг гор барашки известного клана Мдивани.

– Отец! Неужели здесь все барашки твои? – с серьёзным удивлением, поинтересовался инженер.

– Ну, почему все барашки мои!? – как бы размышлял, ответил мужик. – Чуть-чуть есть колхозный.

Наша компания и двойник Сталина дружно засмеялись. Друг друга стали хлопоты по плечу. В заключении обнялись как старые друзья и каждый пошёл в свою сторону. Мы сели в свою машину.

Абисалом уступил нам дорогу. Дружелюбно помахал на прощание рукой и жестом руки показал на отару овец, мирно пасшихся на лужайке вблизи храма Святого Николая, как бы напоминая нам об сговоре. Степашин закивал головой в знак согласия и показал рукой, что он всё понял.

– Валера! Ты что вообще спятил! – закричал директор на инженера, когда мы выехали с Казбеги. – Нашёл, где выяснять отношения. Нас вообще могли не выпустить отсюда. Тамара Васильевна! Вы то же устроили показ своего благородства. Грузины могли оставить вас на показ туристам.

– Мне кажется, что без фотографий нас обратно домой на пропустит. – подковырнул, Игоря.

– Вот ты этим займёшься, как комсорг и художник-оформитель. – на мою голову, вставил парторг.

– Николай Петрович! Вы ни так меня поняли. – попытался выкрутится перед парторгом.

– Мы тебя прекрасно поняли. – подчеркнул директор. – Ты лучше нас знаешь Тбилиси. У тебя есть неделя в запасе. Пока мы будем на симпозиуме напечатаешь фоток столько, что у грузин баранов ни хватит расплачиваться. Иначе домой придёшь с битой рожей. Думаю, что ты меня понял.

– Вы ещё здесь подеритесь! – закричала на нас Козорезова. – Мы вообще зачем сюда приехали?!

– Хватит вам лаяться. – строго, сказал парторг. – Игорь! Уступи мне место за рулём. В таком нервном срыве ты нас не довезёшь до Тбилиси. Дома будете выяснять отношения между собой.

Парторг и директор поменялись местами. Игорь сел на место рядом с водителем. Уткнувшись в угол машины возле дверцы, он закрыл глаза и сделал вид, что засыпает.

Инженер по-настоящему увлечённо любовался красотами кавказских гор. Агроном обратно развалилась сзади на своём месте, вскоре заснул бессовестно выпуская из себя пузыри и газы, как у себя дома в постели.

Мне пришлось приоткрыть окно в маше и дышать свежим воздухом, чтобы не умереть от её аромата. Так мы проехали Крестовый перевал, Пасанаури с рестораном в гигантском дереве и все остальные достопримечательности на своём пути до самого Тбилиси.

При въезде в город мне пришлось поменяться местами с Игорем, чтобы показывать водителю дорогу по городу к гостинице. Так, как только мне хорошо был известен Тбилиси за время моей службы в армии.

Мне приходилось приезжать сюда в командировку из Батуми по вопросу наглядной агитации в штабе закавказского военного округа и в центральный военный госпиталь.

Раньше до армии приезжал сюда туристом. Руководители международного симпозиума забронировали нам номера в гостинице «Колхозная», которая находится рядом с сельскохозяйственным рынком.

Когда-то останавливался как турист в этой гостинице. Наверно, хуже гостиницы в Тбилиси нет, хотя в других гостиницах здесь мне не довелось бывать?

Данная гостиница была больше похожа на грязную общагу или на приют бездомным. Нас расселили по двое. Парторг с инженером. Директор с комсоргом. Агроном отдельно.

– Давай не будем ругаться в командировке. – сразу подстраховался Игорь, когда мы вошли в свой номер, боялся, что набью ему рожу за угрозу в горах в мой адрес. – Ты действительно хорошо знаешь Тбилиси. Из своих командировочных тебе дам полтинник на фотки. С целью нашей общей безопасности сделай фоток на всю сумму. На симпозиум можешь не ходить. Не забывай, что командировка у нас заканчивается ровно через неделю. В следующее воскресенье утром выезжаем.

Григорьев вручил мне пятьдесят рублей одной купюрой. Вытащил из фотоаппаратов кассеты с плёнками. Распаковка свои вещи и перед ужином отправился в душ. Мне нечего было распаковывать.

Со мной была сумка с продуктами, которые не приходились нам в дороге. Там же в сумке были бутылки с вином и с аракой, которые прихватил тайком с собой, так как знал, что выберут момент, чтобы встретиться в Тбилиси со своими сослуживцами. С пустыми руками в гости не ходят.

– Игорь! Пошёл искать место, где напечатать фотки. – сказал, когда он вышел из ванной комнаты. – Если ночевать не приду, считай, что печатаю фотки или героически пал за честь нашей шайки.

– Ты, главное, свою честь не потеряй. – глупо, пошутил Игорь. – Не забывай, что мы в командировке, а не туристы и не в гостях у твоих друзей. На симпозиуме и дегустации вина хоть раз появись.

Мне стало не интересно выслушивать нотации Игоря, на работе надоел ещё тут будет указывать.

Не прощаясь, вышел из номера и через длинный коридор гостиницы направился к выходу.

Из всех своих однополчан, которые проживают в Тбилиси, хорошо запомнил адрес нашего повара Лёвы Амборяна, который проживал в старом районе Авлобар.

– Авлобар в Тбилиси знают все. – говорил мне Лёва. – Лёву Амборян знает в Авлобаре каждый. У нас самый старый дом на углу двух улиц. Ты его сам найдёшь, когда уткнёшься носом на развилке.

У меня с детства была привычка всегда ходить пешком. Дедушка и бабушка говорили, что язык и ноги до Киева доведут. На городском транспорте можно на соседней улице заблудиться.

Ноги и глаза лучшие поводыри. Они любой маршрут запомнят и приведут тебя куда надо.

Мне хорошо запомнились наставления моих предков. Поэтому всегда ходил в гостях по городу пешком.

– Как мне пройти пешком до Авлобара? – спросил у пожилого мужчины, когда вышел на улицу.

– Молодец! Пешком любишь ходить. – одобрил грузин мои намерения идти пешком. – Иди прямо по этой улицу. Когда выйдешь на спуск Бараташвили, он приведёт тебя прямо в Авлобар.

По службе в армии в командировке в Тбилиси мне было известно, что от колхозного рынка и от ж/д пассажирской станции до Авлобара чуть больше трёх километров. Расстояние для меня не большое.

Когда-то был в гостях у Левы. Но по пьянке точно не помню его дом. Где-то на спуске ближе к старинным баня.

Хотя здесь в этом районе всё старинное, включая стариков. Время вечернее в выходной день.

Наверное, все дома? Мне хорошо известны обычаи в Грузии. Когда все местные жители, особенно мужчины, любят расслабится в входной день.

Поиграть в нарды возле дома за бокалом вина или чашечкой турецкого кофе, заваренного на горячих углях мангал под аромат каменного шашлыка с зеленью и горбушкой свежо испечённого хлеба.

– Вы можете сказать, здесь живёт Лёва Амборян? – спросил, парней, на углу знакомого дома.

– Конечно здесь. – ответил знакомый мне голос. – Вай! Сам художник пожаловал к нам в гости.

Искренне обрадовался Лёва Амборян моему приезду и принялся тискать меня в своих объятиях.

– Вы знаете кто приехал к нам в гости? – принялся Лёва представлять меня своим соседям и друзьям. – Это великий художник-оформитель, который нарисовал орден боевого красного знамени раньше, чем вручили этот орден закавказскому военному округу. Если бы ни его агитация на цели не, то четыре года назад Советский Союз не собрал бы рекордный рожай пшеницы и овса.

Лёва увлёкся расхваливанием меня. Вскоре перешёл на воспоминания нашей совместной службы в армии. Мне, как подобает гостю, оставалось молчать, слушать воспоминаниям хозяина, изредка поддакивать, когда Лёва имел желание подтвердить реальность воспоминаний в мом лице.

В это время стол с народами у дома стал обрастать бутылками с вином и закупкой. Туда же отправились бутылки и закуски из моей сумки.

Вскоре весь Авлобар наполнился тостами и песнями. Несмотря на такую шумную встречу в Авлобаре, всё-таки умудрился как-то сообщить о цели нашего приезда в Тбилиси, а также о фотках, которые ждёт грузин в Казбеги. От сухого вина, которое мы пили, не опьянеешь. Видимо причиной тому, что отключился, были двое суток бессонных ночей. От сбора на симпозиум, до встречи с Лёвой Амборян за столом в Авлобаре.

Очнулся в середине дня на своей кровати в гостинице. В номере никого нет. На столе моя сумка поверку набирая подарками и гостинцами от жителей Авлобара.

Рядом с сумкой на столе коробка с кассетами от фотоаппаратов и огромное количество фотографий с изображением нашей мадам Грицацуевой «знойная женщина, мечта поэта».

В лице нашего агронома Тамары Васильевны Козорезовой с её пышными формами, закрывающими вид на горный пейзаж в Казбеги.

– Ну, как, очухался? – поинтересовался Игорь, входя в наш номер. – Надо же умудриться напиться за день до дегустации вин на симпозиуме. Тебя утром привезли сюда на чёрном катафалке.

– На чёрном лимузине. – поправил, Игоря. – Машина из Авлобара от моего друга и сослуживца.

– Ой, да мне всё равно откуда и на чём. – отмахнулся Игорь. – Главное, что ты жив и не вредим.

– Главное, что спас честь нашего коллектива. – уточнил, показывая на фото с нашей мадам.

– Да уж! Теперь у грузин в Казбеги баранов не хватит с нами рассчитываться. – с иронией, сказал Григорьев. – Наша мадам Грицацуева устроила нам симпозиум своих фото с пышными объёмами.

У меня с похмелья и от усталости ужасно как болела голова. Ни стал слушать длинную речь Игоря. Хотелось спать и больше ничего. Отвернулся к стенке и тут же заснул.

Можно было подумать, что отработал сразу двое сток подряд на рубки струн на шпальном заводе или прошёл пешком сетки километров в горах за те же двое суток, что после отзывался двое суток подряд.

– Ты хоть на симпозиум к дегустации грузинских вин сходи. – предложил мне, всё тот же Игорь.

– Спасибо! На дегустировал у друга в Авлобаре. – сходу, отказался от предложения Игоря. – Просто элементарно хочется жрать. Голодный, как волк. У нас в номере хоть что-то пожрать найдётся?

– Полный холодильник продуктов из твоей сумки. – напомнил Григорьев. – Ты уж извини, что мы пошарили в твоей сумке. Жалко было, что аромат грузинских продуктов из твоей сумки может изменить свой запах. Мы немного перекусили из твоих гостинцев. Всё солёное спрятал в холодильник.

– Могли есть сколько угодно. – сказал, направляясь к холодильнику с продуктами. – Всё, что видели в сумке, жильцы Авлобара передали вам. Хорошо, что хоть что-то осталось в холодильнике для меня. Иначе бы просто сдох с голоду прямо на виду у своего директора на симпозиуме.

Игорь ни стал слушать мой голодный бред. Ушёл куда-то по своим делам. Достал из холодильника всё то, что было съедобно и принялся уплатить за обе щеки. С голодухи мне всё казалось вкуснятиной.

Даже то, что раньше не потреблял себе в пищу, сейчас ел с огромным удовольствием. Так что через час моей трапезы холодильник заметно похудел. В основном остались напитки.

Неделя международного симпозиума вина и виноградов в Тбилиси подходила к концу.

Последние два дня присутствовал на презентации и дегустации вин. Вино не пил, а только мочи губы в бокалах с вином.

Конечно, от шашлыка и грузинских блюд не отказывался. Уплетал всё подряд, что было на столе.

К концу недели выглядел как жирный пингвин, передвигаясь медленно в раскачку.

Симпозиум закончился вечером в субботу. С вечера в субботу мы принялись придавать себя в бытовой вид пригодный к встрече со своей семьёй и готовы приступить к нормальной работе.

Тщательно брили свою щётку на лице, которому не придавали никакого внимания вовремя симпозиума. Затем по часу отмывали в ванной и под душем всё то, что накопилось на нашем теле и в душе.

Рано утром, до первых петухов, как неделю назад из своего посёлка, мы выехали из гостиницы «Колхозная» в Тбилиси, чтобы засветло вернуться к себе домой.

Мы настолько были напичканы разными впечатлениями за неделю пребывания в Тбилиси на международном симпозиуме вина и Виноградов, что у нас просто не было сил обсуждать прошедшие события в нашей жизни.

Каждый из нас сел на своё место в машине. Из самых трезвых водителей был Степашин. Он сел за руль машины. Григорьев расположился рядом с водителем. Мне досталось место за водителем рядом с парторгом.

Агроном развалилась за нами на своё место. Она заснула, усиленно выпуская из себя звуки и газы, накопившиеся в ней за неделю. Пришлось приоткрыть окно в двери машины и заткнуть уши ватой, чтобы в дороге домой не умереть от запахов и звуков, исходящих от дамы.

Кроме водителя все погрузились в сон. Мы рассчитывали в дороге выспаться и отдохнуть от сумасшедших дней вовремя командировки на международном симпозиуме вин и винограда в Тбилиси.

Откровенно, мы даже забыли про наш инцидент и про наши обязательства перед грузином в Казбеги, которые произошли неделю назад с нами во время остановки на отдых в Казбеги.

– Всё! Приехали! – резко затормозив машину, ехидно, сказал Степашин. – Нас в гости встречают.

Мы со сна сразу не поняли в чём причина нашей остановки. Когда обратили внимание на дорогу, то увидели там знакомого нам грузина в окружении своих друзей и соседей.

Можно подумать, что они нас ждали в течении недели. Нам ничего не оставалось, как только выйти из машины, чтобы обменяться приветствиями со знакомым нам жителем Казбеги и без проблем уехать к себе домой.

– Доброе утро, уважаемый Абисалом Мдивани! – Директор первым стал приветствовать грузина. – Мы не забыли, что обещали привести фото, где вы с нашей дамой. Поэтому свернули к вам в горы.

– Очень рад вашему приезду. – искренне с шуткой приветствовал нас Абисалом. – Слава Богу, что у вас к дому всего одна дорога через наш город. Иначе нам больше не суждено было встретиться.

Мы сразу поняли, что просто так отсюда нам домой не уехать. Дорога на выезд из Казбеги перекрыта многочисленными туристическими группами и автобусами.

Видимо мы случайно попались на глаза Абисалома Мдивани. Можно было спокойно и незаметно проехать за город между туристическими автобусами. Но, умная, мысля пришла опосля.

Придаётся нам побывать в гостях у грузина, а после за гостеприимным столом напомнить хозяину, что в гостях хорошо, а спать надо дома. Дом грузин Абисалома Мдивани находился рядом со складом, вырубленным в скале ещё в древности.

Мне это место было знакомо давно. До службы в армии от спального завода на автобусе Икарус мы ездили туристами в Тбилиси. Здесь в Казбеги в этом складе покупали тогда дефицитные холодильники.

Помню, что тогда нас то же приглашали на шашлыки и вино в дом Мдивани. Вполне возможно, что рядом был Абисалом? Но мне тогда было не до него. Мы все были пьяные, словно ожидал нашего прихода. Едва мы появились у калитки гостеприимного дома, как девушки и парни стали подавать к столу на веранде угощение с вином.

Из угощения хорошо выделялись салаты с зеленью и свежий домашний грузинский хлеб с каким-то удивительным ароматом неизвестных специй, приготовленных специально к шашлыку из барашка.

– Уважаемые гости! Наш дом рад вашему приезду. – стал говорить хозяин дома свой тост. – Вы оказали нам огромное внимание своим присутствием и особенно тем, что привезли такие красочные фото, где на фото останется память рядом со мной такой прекрасной очаровательной мадам.

– Если он поставит за тебя выкуп в сто баранов, – шепнул Игорь на ухо Тамаре Васильевне, – то мы не сможем устоять перед таким соблазном, чтобы махнуть ни глядя своего агронома на баранов.

– Не против шикарно прожить остаток своей жизни, – с иронией в голосе, ответила Козорезова.

К счастью, всё оказалось ни столь драматично, как мы представляли. Видимо у хозяина дома на сегодня были совсем дуге планы, а тут мы появились неожиданно для него.

Так как в горах испокон веков принято держать данное слово. Поэтому Абисалом Мдивани решил сдержать своё слово перед нами, чтобы его данное слово не было посмешищем в горах Кавказа.

– У нас в горах принято держать данное слово. – поднимая бокал с вином, произнёс Мдивани последний тост, после наших тостов. – Не буду считать фото с прекрасной дамой. Они все мне по душе. Дарю вам столько баранов, сколько поместится в вашу машину. Так будет честно для всех.

– Ты умный человек. – сказал в заключении Игорь. – Мы пойдём навстречу твоим пожеланиям. У нас в машине так много своих «баранов», что твоим баранам нет места. Мы в расчёте. Спасибо за гостеприимство, за вино и шашлык. Нам пора домой. Мы должны ночевать дома, а не в горах…

– Мне больше нечего вам сказать. – хитро, сказал Абисалом. – Но ваш должник. Слово за мной.

Распрощавшись как старые друзья, мы поспешили в свою машину, чтобы больше не было предлога оставаться в горах. Нам действительно надо было навёрстывать упущенное время.

До нашего посёлка больше двух сот километров. Ехать по серпантину в горах равносильно в два раза дальше, чем по обычной дороге в долине. Поэтому за руль машины сел Игорь.

Он пил вино меньше всех и знал военного-грузинскую дорогу лучше всех. Мог быстро вести нас до Орджоникидзе.

– Слава Богу, что мы так легко отделались от гостеприимства. – облегчённо вздохнул, сказал парторг. – Если бы мы не отпустили вперёд нас свою бортовую машину, то грузин мог нам навязать баранов. Тогда у нас могла появиться проблема с баранами. Как бы мы их могли оприходовать?

– Никаких проблем в этом нет. – уточнил инженер. – Мы баранов могли тут же пустить на шашлык.

За разговором мы не заметили, как быстро добрались до Орджоникидзе. Заезжать к своим родственникам в Орджоникидзе и в Беслан мы ни стали. Иначе бы нам точно пришлось ночевать далеко от дома.

Поэтому решили сократить дорогу. Поехали не через Беслан, а через Чермен. Так было намного короче. Движение по этому маршруту не загружено. Можно прибавить скорость.

– Вам ни кажется, что за нами от Казбеги следует грузовой автомобиль? – задал нам вопрос Степашин, садясь за руль. – Может быть, нас пасут грузины за нашу провинность в горах?

– Наверно, нашу даму хотят выкрасть? – пошутил Игорь Николаевич. – Она им очень понравилась.

– Чего меня воровать. Сама согласна жить в горах. – смеясь, сказала Тамара Козорезова.

– В том то и дело, что интерес не в согласии дамы, а в том, что её надо украсть. – уточнил парторг. – Такой обычай в горах Кавказа. Так что готовясь Тамара к мешку на голове. Другому не быть…

Мы так шутили до Грозного. Но когда проехали за город и увидели следом за нами всё тот же грузовой автомобиль, то решили ехать все до своей конторы, чтобы не светиться своим домашним адресом и не подставлять сои семьи под удар. В конторе у нас есть телефон. В случае опасности можно вызвать милицию и забаррикадироваться до прихода спасения в лице нашей милиции. Парторг в это время был за рулём машины. Он помогал машину прямо к ступеням конторы.

Несмотря на свою массу первой из машины выскочила агроном. Проломив своим телом вход в прикрытую дверь конторы Козорезова рванула на второй этаж в кабинет директора. Следом за агрономом помчался директор, звеня связкой ключей от своих дверей.

Парторг и инженер, опережая друг друга помчались за директором. Мне можно было скрыться в своём доме, который был напротив конторы.

Но мне также как всем своим попутчика в командировке не хотелось подставлять семью. Ведь у меня в квартире трусливая жена и маленькая дочь, которые могут испугаться.

Едва только мы закрылись в кабинете директора, как тут же уставились в окно, которое выходило на площадку, где остался на растерзание наш автомобиль «Бобик», который вернул нас с командировки в целости и сохранности.

В это время спокойно без суеты к нам на площадку заехал грузовой автомобиль. Он спокойно развернулся. Из кабины вышли двое парней. Они открыли задний борт машины и принялись оттуда выгружать овец. Откровенно, мы такого не ожидали.

– Надо как-то отблагодарить парней. – первым пришёл в себя директор. – Парни долго ехали.

– Какие мы трусливые! – смеясь, сказал инженер. – Люди к нам с добром, а мы от них сбежали.

– Надо выйти предложить им ночлег и пищу. – серьёзно, сказал парторг. – Скоро будет ночь.

Мы все тут же поспешили на выход. Когда мы вышли из конторы, то грузовой автомобиль в это время размахивая нам брезентом крыши поворачивал из отрезка нашей дороги от конторы на трассу и вскоре скрылся в сумерках наступающий ночи. На площадке возле конторы столпились с десяток овец, готовых переночевать рядом с нашей машиной.

Мы то же рядом столпились словно бароны и никак не могли вообразить, как вести себя в данной ситуации.

– С нашими приключениями за неделю в командировке нам в цирке работать, – смеясь, сказал директор, – а не совхозом руководить. Как драки поступили в отношении гостеприимный грузин.

– В цирке таких как мы своих артистов хватает. – как знаток цирка, заметил. – Мы сами, как цирк.

Мы принялись так громко смеяться и показывать друг на друга пальцем, что вскоре из жилых домов на наш смех высыпала вся молодёжь.

Они с удивлением смотрели на нас и на перепуганных от нашего смеха баранов, которые с перепуг уткнулись в нашу машину в поисках защиты.

Общий смех и суета в посёлке продолжались минут двадцать. Пока все разобрались в чём шум.

– Ну и что ы с ними будем делать? – поинтересовался директор у толпы. – У нас негде их держать.

– Брани умнее нас! – кто-то выкрикнул из толпы. – Вокруг посёлка столько зелени, что от такой халявы никто не уйдёт. Как размножаться, так ү нас к каждому празднику будет свежий шашлык.

– Вообще-то он прав. – согласился директор. – Пусть остаются в посёлке. Корма у нас достаточно для баранов и для собак. Думаю, что сельчане выделят нам пару кавказских овчарок на охрану нашего стада овец. Дальше мы посмотрим, как поступать с овцами. Они никому не помешают.

Все согласились с решением директора и вскоре разошлись по своим домам. Постепенно посёлок уснул. Всем надо было отдохнуть. Ведь завтра понедельник. Первый рабочий день недели.

У каждых много забот и задания, как дома, так же на работе. Руководство совхоза наверняка в конце работы устроит общее собрание, чтобы перед коллективом отчитаться за свою командировку.

Утром рано, прежде чем выйти на работу, выглянул в окно. Прямо рядом с нашим домом на поляне мирно паслись наши овцы. Под надёжной охраной двух молодых кавказских овчарок.

Видимо кто-то из наших рабочих из Червлёном выделил своих молодых собак. В станице в каждом дворе имеются несколько таких собак, которые с рождения привыкли охранять стадо овец.

Так что никто не обеднеет от двух собак, которые послужат общему стаду овец нашего молодого посёлка.

5. Ценные артефакты.

До создания виноградарского совхоза «Бурунный» и постройки одноимённого посёлка, в червлёных бурунах никаких исторических и археологических раскопок не было.

Мои предки жили здесь до прихода татаро-монгольского ига. Раньше появления царствующей династии Романовых. Никакими костями прошлого научно не интересовались.

Всё что было вокруг в диких степях считали обычным явлением, пришедшим к ним из прошлого, что так же будет после них в смене поколений. Но вот мой сосед Никита Старков, который работал на земснаряде нашёл какие-то окаменелости.

Стал носить их на задний двор нашего дома. Все считали соседа идиотом и посмеивались над ним. Мы с ним вообще не общались.

При встрече обменивались обычными бытовыми приветствием и больше ничего. У него были свои интересы, а у меня свои, никак не связанные, между нами.

– Посмотри, что нашёл. – обратился ко мне Старков, когда проходил мимо домой после работы.

– Ничего особенного. Просто камень. – без всякого интереса ответил, рассматривая кусок камня.

– Ты внимательно посмотри, это необычный камень. – настаивал сосед. – Посмотри на что похож.

– Вроде как коренной зуб человека. – внимательно рассматривая камень, ответил. – Ну и что?

– Это настоящий зуб человека! – с интересом, заявил Никита. – Представляешь какой он был!

– От природы можно ожидать любых сюрпризов. – с ухмылкой, сказал. – В Избербаше есть гора «Пушкин» с чертами известного поэта. Хотя сам Александр Сергеевич там никогда не был.

– Это зуб весит 36 кг. – настаивал сосед. – Пошли со мной за дом. Там есть другие части человека.

Нехотя пошёл за ним. У меня самого голова постоянно забита фантазиями в целях придумывать разные сюжеты к своим рассказам. В сочинениях по литературе всё возможно?

Иначе бы литература была бы не интересной. Однако в обычной повседневной жизни в быту надо знать меру своим фантазия. В противном случае к такому человеку будут относиться, как к больному разумом.

– Посмотри внимательно, это лобная часть головы. – сказал Старков, когда мы прошли за дом к окаменевшим костями. – Примерно, два метра в диаметре. Рядом лежит кость от ноги размером с наш рост. Дальше громадные рёбра. Представляешь, какой это был гигант. Настоящий великан.

– Да! Это действительно было что-то гигантское. – скептически отнёсся к окаменевшим костям. – Но! Это мог быть любой звероящер с головой и зубами, как у человека. Здесь не хватает много фрагментов скелета, по которым можно определить к какому виду животных он относился.

– На земснаряде много таких костей. – сказал сосед. – Давай мы принесём их сюда и тогда определим к какому виду животных относится данный скелет. Одному мне не под силу. Вдвоём осилим.

– Почему бы и нет? – размышляя в слух, согласился. – Прямо завтра после работы приступим.

Земснаряд находился на червлёных бурунах через дорогу от станицы Червлёной. Примерно, три километра от нашего посёлка. Никита туда ездил на работу на своём стареньком велосипеде с моторчиком.

Другого транспорта у нас не было. Небольшие фрагменты костей перенесли в сумках и на велосипеде. Крупные кости таскали вдвоём или волоком на сооружённых нами носилках.

На эту затею у нас ушло почти два месяца. Все без исключения смеялись над нами. Когда видели, что мы таскаем окаменевшие кости или просто камни похожие на что-то, что нам показалось.

Такого добра на червлёных бурунах было множество. Почти в каждом дворе у станичников можно было увидеть окаменевшую кость, которую использовали в подпорке ворот или пресс в солениях.

Некоторые артефакты просто украшали двор или дом станичника. Все местные жители настолько привыкли к таким артефактам, что считали так должно быть всюду на червлёных бурунах.

Постепенно у нас за домом стал вырисовываться скелет какого-то звероящера размером в длину восемнадцать метров и в ширину шесть метров. Вот только некоторые окаменевшие кости никак не вписывались в скелет динозавра.

По всему было вино, что рядом с гигантом динозавров жил гигант человек или человекоподобная обезьяна. Определить принадлежность скелета могут только специалисты или учёные в этой области науки по доисторическим животным.

– Вам надо обратиться со своей находкой в краеведческий музей в Грозном. – сказал нам директор нашего совхоза, рассматривая за нашим домом целый доисторический музей из разных костей.

Всем было понятно, что кости скелетов мы не повезём. В сезон сбора винограда у нас каждая минута дорога. Машину нам никто ни даст. Фотоаппаратов у нас нет, чтобы сделать фотки.

Когда мы ездили в командировку в Тбилиси на международный симпозиум по вину и виноградом.

Тогда директору давали из районного центра фотоаппараты, чтобы для района запечатлеть симпозиум.

– Игорь! Может быть, ты попросишь в районе фотоаппарат на один день? – обратился с просьбой к директору нашего совхоза. – Утром сфотографируем и сразу вернём. Плёнку к аппарату куплю.

– Ты хоть соображаешь, что говоришь?! – забрал на меня Игорь. – Меня там обязательно спросят по какому случаю понадобился мне фотоаппарат. Меня там поднимут на смех с твоими костями.

– Кости не мои, а динозавра. – с юмором, парировал. – Придётся зуб великана везти в Грозный.

На следующее утро мы поместили окаменевший зуб великана в дерматиновою сумку и первым автобусом из станицы Червлёной отправились в Грозный. Несмотря на то, что 36 кг, для меня вес не большой, каждый день утром и вечером качаю банки на руках таким весом, но тащить такой вес на расстоянии всё-таки тяжело. Поэтому сумку с зубом великана несли на пару.

– Мы нашли на земснаряде скелет динозавра и кости великана. – объяснили мы дежурным краеведческого музея, цель нашего приезда. – В сумке у нас артефакт, окаменевший зуб великана.

– Вам что больше нечем заниматься? – возмущённо, поинтересовался дежурный музея. – Тащите к нам сюда всякий хлам. У нас краеведческий музей, а не свалка доисторического костей. Идите отсюда подальше со своими артефактами. Иначе вызову милицию. Будете сидеть пятнадцать суток.

Мы ни стали спорить с дежурным музея. Наверно, действительно доисторических артефактов в избытке в краеведческом музее? Нам жалко было выбрасывать зуб великана рядом с доисторической сваркой. Ведь мы два месяца таскали эти артефакты от земснаряда до своего дома.

Вполне возможно, что кто-то заинтересуется нашей находкой или у нас в посёлке будет свой музей? Прошло пару недель после нашей поездки в краеведческий музей. Наш совхоз планировали значительно расширить. После международного симпозиума в Тбилиси нашим виноградом заинтересовались европейские коллеги.

У нас стали покупать саженцы виноградной лозы и у нас тоже стали появляться зарубежные саженцы новых сортов винограда, которым требовалось место посадки.

– У нас такие обширные территории червлёных бурунов, что сажать виноград можно сколько угодно. – сообщил нам директор на общем собрании. – Партия и правительство дают нам деньги. Будем расширять свою территорию на новые виноградники, а также на новый питомник под виноград.

Вскоре после собрания рядом с нашим посёлком появилась механизированная колонна из разнообразных машин, которые принялись утюжить червлёные буруны под плантации будущих виноградников.

Работы хватало всем. Но станичники были недовольны. После того как разворошили холмы округ станицы Червлёной начались песчаные бури. Станицу засыпало красным песком.

– Товарищи! Не волнуйтесь! Мы легко усмирим червлёные буруны. – стал успокаивает станичников на общем собрании представитель власти из районного центра. – Вокруг станицы посади широкую лесополосу, которая станет преградой от мыльных бурь. Виноградники также будут оговорены лесными полосами. Саженцев у нас в районе достаточно много. Можно в соседних районах купить.

Представитель районной власти сдержал своё слово. Вскоре вокруг станицы Червлёном и посёлка «Бурунный». появились широкие полосы молодых деревьев, которых привозили прямо с плодородной землёй на корнях.

Такие же лесные посадки появились вокруг виноградных плантаций. В нескольких местах из скважин и от Терека к зелёным полосами подвели прежнюю воду.

В течении одного сезона червлёные буруны преобразились, покрылись зелёными деревьями и травой. Вокруг появилось много диких птиц и животных, которые раньше были редкостью в данных местах.

– Ваши окаменевшие артефакты динозавра и великана ничто по сравнению с тем, что вам хочу показать. – заявил мне и моему соседу директор нашего совхоза, когда вызвал нас к себе в кабинет.

Мы ни стали допытываться в кабинете, чем хочет удивить нас Игорь Николаевич. Мы просто вышли из конторы во двор и на машине ГАЗ-69 отправились в сторону целинных бугров, которые расчищали скреперами под будущие виноградники.

Цельные пески были настолько огромные по своей территории, что нам пришлось ехать к намеченному месту более двух часов по красным пескам.

– Посмотрите, что там внизу! – торжественно, сказал Игорь, когда мы въехали на очередной холм.

Между холмами на огромном пространстве находились скелеты людей и лошадей, а также разных животных и птиц. Здесь же кучами валялись останки бывших вооружений былого сражения.

Пики, стрелы, копья, доспехи, щиты и другое боевое снаряжение видимо на поле былых сражений времён татаро-монгольского ига. Артефактов было столько, что можно отсюда возить машинами.

– Мы это в краеведческий музей не повезёт. – в шутку, серьёзно, сказал Никита Старков. – Нас там побьют. С нас достаточно того, что мы обращались в краеведческий музей с окаменевшими костями динозавра и человека великан. Нам ясно сказали, что древних костей у них есть избыток.

Мы так сильно смеялись, что среди побелевших от времени костей скелетов, что-то от страха зашевелилось. Место былых сражений наполнилось движением и шумов.

Со всех возможных укрытий в разные стороны бросились мелкие хищники и птицы, которые в стороне от современной цивилизации на артефактах былых сражений устроили себе места спокойной жизни.

– В краеведческий музей мы сообщать не будем, а в районный центр сообщить обязаны. – придя в себя после смеха, серьёзно, сказал директор. – Это место принадлежит им. Пусть они с этим разбираются. Заодно территорию нам очистят под плантации будущих виноградников и питомника.

– Пока мы хозяева этих мест. – сказал, рассматривая артефакты былых сражений. – Надо кое-что взять себе на память. Золота, конечно, тут не будет. До нас его собрали. Историческое что-то есть.

Мы долго ходили по местам былых сражений. Но ничего интересного не нашли. Поти всё сгнило от времени под открытым небом. В большом количестве были наконечники стрел и копий.

Чуть меньше щитов, которыми видимо владели только всадники. У пехотинцев было лёгкое снаряжение. Выбрали кое-что ни столько для себя, сколько для нашего подрастающего нового поколения, чтобы было чем тешится пацанам из нашего посёлка.

В основном взяли наконечники стрел и щиты. Подрастающее новое поколение жителей посёлка «Бурунный». бегали по двору, как настоящие индейцы эпохи татаро-монгольского ига.

Кто-то из приезжих или местных жителей забрал у наших пацанов щит татарского воина и отдал его в исторический музей в Грозный.

Вскоре огромный щит времён Чингисхана показали по местному телевидению, якобы археологи из Грозного при археологических раскопках вблизи станицы Червлённая, на червлёных бурунах нашли щит Чингисхана.

– Кто-то нашу славу себе присвоил. – с горечью, сказал сосед. – Так бы мы прославились. Если бы догадались отнести найденные артефакты не в краеведческий, а в исторический музей.

Не прошло и недели после показа по телевизору щита времён Чингисхана, как наш посёлок и станицу Червлёная потрясли новые находки.

Во время расширения песчаной площади под работу земснаряда обрушился холм, под которым хранились ужасные артефакты времён последней войны с фашистами.

Немцы не были на правом берегу Терека. Но на левом берегу от Орджоникидзе до Кизляра всюду в каждой станице оставили от своего пребывания чёрную метку.

Обрушившийся холм хранил под собой огромное количество сгоревших трупов людей разного возраста. По улочкам обгоревшей одежды было видно, что здесь были как солдаты советской армии, так же местные граждане.

Ни у кого из погибших не было документов, видимо фашисты забрали документы у своих жертв, поэтому решено было похоронить их в одной братской могиле.

Едва только прошли трудные дни похорон погибших во время отечественной войны, как вскоре у водоёма на месте земснаряда образовался другой схрон уже времён гражданской войны.

Под грудой обрушившегося песчаного холма были обнаружены хорошо сохранившиеся винтовки и боеприпасы от вооружения белой армии. В основном оружие образца европейских стран.

После таких многочисленных находок возле земснаряда и на червлёных бурунах. Сюда приехала московская комиссия. Сразу закрыли работу на земснаряде.

Прекратили проводить расширение виноградников на червлёных бурунах. Целую неделю искали что-то на холмах вокруг земснаряда, станицы Червлёная и посёлка «Бурунный».

Какие-то ценные артефакты упаковывали в ящики и уволили в неизвестном направлении. Через неделю московская комиссия покинула нашу территорию. Мы приступили к обычной повседневной жизни.

В конце сбора винограда вспомнили об скелетах за нашим домом. О чём забыли сказать московской комиссии. Хотели написать письмо в Москву. Но директор совхоза был против нашего желания.

Так как наши находки едва не перекрыли наш посёлок и совхоз «Бурунный». На этом наша история с ценными артефактами закончилась. У меня с соседом пропал интерес к подобным находками.

В течении года мы не выглядывали за наш дом. Постепенно кто-то растащил наши доисторические ценности, которые мы собирали в течении двух лет. Наши бесценные артефакты пропали. Но у нас остались в памяти те интересные события, которые произошли с нами.

6. Ангел хранитель.

В нашем совхозе жили и работали молодые пары со всего Советского Союза. Молодые женщины созревали быстрее, чем молодые виноградники. Почти каждый месяц в посёлке рождался ребёнок. Остро встал вопрос о строительстве детского садика на территории нашего посёлка.

– Деньги у нас имеются, на строительство детского садика. – сказал Игорь Николаевич Григорьев, директор совхоза, на общем собрании совхоза. – Место на строительство детского садика определим согласно схеме развития совхоза.

– Надо детский садик построить самый современный и самый красивый. – предложил Колосов Николай Викторович, секретарь партийной организации. – У нас самый молодёжный и интернациональный коллектив на всё Северном Кавказе.

– Говорят, что в ставропольском крае самые красивые детские садики в совхозах. – вступил в обсуждение вопроса Семакин Василий Степанович председатель профкома. – Надо туда отправить в командировку нашего художника. Пусть он посмотрит, как оформляются внутри детские садики в совхозах. Сфотографирует насколько садиков.

– Света! Ты хоть соображаешь, что говоришь. – возмутился, как художник и секретарь комсомольской организации нашего посёлка. – Любая европейская страна по площади меньше Ставропольского края. В европейских странах хоть дороги хорошие имеются. Здесь почти все дороги разбитые и транспорта у меня нет.

– Насчёт транспорта и дорог можешь, не беспокоится. – решительно, сказал директор. – В сторону Нефтекумска и дальше по ставропольскому краю проложили новую трассу. До обрезки виноградника у нас две недели. Можно свободно съездить на пару дней по совхозам Ставропольского края и посмотреть детские садики. В пятницу мы так и сделаем. Поедут со мной комсорг и художник в одном лице, а также парторг и представитель профкома. Сразу могу сказать, что женщин с собой мы не берём. Дорога длинная и сложная. Женщинам не под силу.

– Понятно! Женщины могут помешать в загуле и в пьянке. – с иронией из зала заявил женский голос. – Женщины тоже должные поехать выбрать хороший детский садик своим детка.

– Мы едем не пьянствовать, а работать. – пресёк директор совхоза, рассуждения о пьянке. – В дорогу с собой возьмём бочонок сухого вина, чтобы в пути не пить солёную воду в источниках на солончаках. Вы сами знаете, что терскому казаку стакан сухого вина, это всего лишь напиток на утоление жажды в жаркую погоду, а не алкоголь к пьянству. В общем, сразу после собрания, мы стали основательно готовиться в дорогу. Новый автомобиль ГАЗ-69, по кличке «Бобик», загрузили сзади в багажник под самую завязку.

Взяли с собой в дорогу на два дня всё, что может пригодиться казаку. Бочонок сухого вина, кусок копчёного мяса, домашняя колбаса, домашнее соление, свежее испечённый хлеб по батону на человека и всё остальное, что наши жены сами добавили нам в «Бобик».

Конечно, казак в степи без ружья и на лиманах без сетки-накидки, это всё равно, что стадо баранов без пастуха и без собаки. Дорога длинная и дикая.

Большая часть трассы по безбрежным червлёным бурунам и калмыцким степям. Вдруг, на нашем пути появится стадо степных баранов или лиман с рыбой.

Не будем же мы отстреливать пальцем степного барана на шашлык, а рыбу на уху ловить ладонями. Всё может нам пригодиться.

– От того, как вы упаковались, можно подумать, что уезжаете от жён навсегда. – подколола нас, моя жена. – При таком расположении ы тоже можем глянуть от вас.

– Людмила! Ты что плетёшь? – удивлённо, воскликнул. – У нас в посёлке самые красивые и молодые жены. Какой мужик от такого добра уедет? Мы всё берём с собой в целях собственной безопасности в дороге.

Людмила больше ничего ни стала говорить мне. Задолго до рассвета, жена проводила меня до конторы, где стоял «Бобик», загруженный под завязку всем необходимым в дорогу.

Директор совхоза Игорь, парторг Николай Викторович Косов из профкома Вася за рулём автомобиля, ждали, когда присоединюсь к ним. Сел на заднее сидение в автомобиле рядом с Николаем.

Новый автомобиль с первого раза завёлся. Мы выехали с посёлка на трассу. Хочется заметить, что в то время самому старшему из нас парторгу Николаю было всего тридцать лет.

Директор совхоза Игорь Николаевич Григорьев, председатель профкома Вася, а также художник и комсорг Саша в одном лице были ровесники. Каждому из нас было всего по двадцать шесть лет.

Самый такой интересный возраст у мужчин. Когда в голове разных прогрессивных планов больше, чем винограда на плантациях нашего совхоза, который в то время был самый большой по территории на Северном Кавказе и самый перспективный совхоз в своём современном развитии.

– Поворачивай на червлёные буруны. – забывая о равноправии в пути, распорядился Григорьев, когда за станицей Червлённая появился указательный знак новой дороги. – Так нам будет ближе ехать до Нефтекумска.

Автомобиль повернул вправо. Вскоре мы нырнули вместе с трассой и с автомобилем между холмов с красной глиной и красным песком. По этому виду такие места называют «червлёные буруны», то есть, красные холмы.

Мы сразу словно оторвались от современной цивилизации. Окунулись в совершенно другое измерение жизни. Пейзаж вокруг асфальтированной односторонней дороги больше напоминал ландшафт красной планеты Марс, чем зелено-голубой планеты Земля.

С первыми лучами восходящего солнца всё вокруг нас горело красным цветом и искрилось от красных кристаллов песка.

Создавалось такое ощущение, что мы едем сквозь раскалённую вулканическую лаву, которая вот-вот поглотит нас своим раскалённым языком, а мы погибнем в огне.

– Мы зря наметили маршрут по новой дороге. – нарушив молчание, сказал парторг, Николай Викторович Колосов. – Ни мне вам рассказывать, что эти места пользуются дурной славой. Сколько разных слухов доходило при строительстве новой дороге и на этом пути строительства новых посёлков, где не прижились люди. Надо было ехать другим путём. Пускай даже в объезд и длиннее.

– Ты со своими партийными нравоучениями хоть здесь помолчи. – разозлился Игорь Николаевич Григорьев. – Пока ты не вождь, чтобы выбирать нам путь. Парторг, а рассуждаешь, как религиозный нытик. Веришь во всякие приведения.

Николай больше ни стал спорить с Игорем. Дальше мы поехали молча. Хотя в своих суждениях Николай Колосов в чём-то был прав. Эти места действительно давно пользовались дурной славой.

Ходили разные слухи о пропаже людей и животных в этих местах. Рассказывали, что вдруг откуда-то неизвестно откуда в червлёных бурунах появлялись всадники с доисторическим оружием.

Всадники как появлялись, так исчезали неизвестно куда. Конечно, современные люди посмеивались над рассказами старых казаков. Но когда при расширении совхоза в сторону червлёных бурунов наткнулись на огромное поле, засеянное скелетами лошадей и людей, то по неволи стали прислушиваться к рассказам старых казаков.

По виду поля, засеянного скелетами и сгнившими доспехами, здесь было крупное средневековое сражение, о котором не записано ни в одних исторических источниках.

Даже поверхностный взгляд на место былого сражения, мог определить, что здесь сражались терские казаки с кочевниками. Скорее всего, этими кочевниками были татаро-монгольские войска.

Среди местного населения других вооружённых войск на Северном Кавказе не было.

По останкам доспехом и по оружию сразу было видно, что терские казаки были в меньшинстве.

Но убили своих врагов больше, чем сами здесь пали. Когда стали прокладывать новую дорогу по червлёным бурунам, а также по калмыцким степям, то проблемы начались сразу.

В некоторых местах земля под техникой проседала так сильно, что техника вместе с людьми поглощалась сыпучими песками. Прокладчики дороги меняли маршрут новой дороги.

Отчего дорога вместо прямых линий получала зигзагообразные полосы, по которым на автомобиле не разгонишься и путь длиннее.

– Давайте заедем в посёлок. – сказал Василий. – Надо воды залить в радиатор. Скоро будет жара. Закипим. Машина и мы перегрелись на солнце.

Небольшой современный посёлок был чуть правее от нашего маршрута. Не больше километра от новой дороги.

Белый посёлок, словно мираж в красных песках. Вокруг никаких признаков жизни.

Рядом ни одного деревца не видно. Даже издали можно подумать, что это макет будущего современного посёлка или декорация к съёмкам какого-то фильма, связанного с современной цивилизацией и пережитками нашей жизнь.

– Вам ни кажется, что тут никто не живёт? – с беспокойством, сказал Николай Колосов, рассматривая пустой посёлок. – Здесь даже на пахнет людьми.

– Ты свой них оставь при себе. Люди, наверно, спят? – с тревогой в голосе, сказал директор совхоза, Игорь Николаевич Григорьев. – Сейчас четыре часа утра. Самый сон у людей…

Мы ни стали слушать выводы Игоря. Разбрелись по посёлку, в поисках воды для радиатора в автомобиль и себе голову надо было освежить перед наступлением жары. Вот только колонок с водой и каких-то источников воды в посёлке не было видно.

Как всем известно, никто из животных, в том числе и человек, без воды жить не может. Отсюда можно сделать вывод, что в этом посёлке вообще нет ни одной живой души.

– Может быть, у них в посёлке вода только в квартирах? – подсказал директор, направляясь к ближайшему огромному дому. – Надо спросить у людей воды из квартиры или хотя бы узнать, где у них краны с водой.

Нам не пришлось стучать чуть свет в квартиру на первом этаже. Так как дверь в квартиру была слегка приоткрыта.

Мы сразу поняли, что в этой квартире никто не живёт. Но из-за любопытства заглянули в квартиру.

Прямо в зале квартиры в углу кучи гнилого тряпья лежала только что ощенившаяся самка степного шакала. При виде нас мамаша стала в позу защиты своего потомства и зашипела на нас словно ядовитая змея. Мы ни стали тревожить молодую мамашу. Потихоньку бочком удалились с места жительства семейства шакалов.

– Здесь люди давно не живут. – выбравшись из заброшенной квартиры, сделал Григорьев очевидный вывод. – Вы посмотрите вокруг. Всё заросло бурьяном и покрылось слоем пыли с песком.

– Пока на нас не напали местные жители из числа хищников, нам надо уезжать отсюда. – сказал парторг, Николай Викторович Колосов. – Здесь всюду признаки присутствия хищников.

– Нашёл! Нашёл воду! – закричал во всю глотку Василий, размахивая пустым ведром. – Вон там! За углом, колонка с краном стоит!

От крика Василия из всех окон и дверей заброшенного посёлка повыскакивало различное зверье и птицы, которые с перепуга решили удалиться подальше от своего хорошо обжитого жилья, а также подальше от самого страшного врага, которыми могли быть люди.

Неизвестно откуда пришедшие к ним из давно заброшенного места. Ведь не зря даже среди людей имеется поговорка, что нет в природе страшнее зверя, чем человек.

В колонке действительно была вода, которая видно текла под естественным давлением из скважины. Вот только пить эту воду было нельзя. Так же как нельзя такую воду заливать в радиатор.

По своему вкусу вода была больше похожа на соляной рассол, который даже после сильной пьянки невозможно употреблять на похмелье. По сравнению с горькостью воды в колонке, вода в Каспийском море могла нам показаться сиропом.

– Здесь вообще нет пресной воды. – с злостью, сказал Василий после того, как определил воду на вкус. – Поэтому люди ни стали жить в этом посёлке.

– Вот куда выброшены народные деньги. – сказал Игорь Николаевич Григорьев, показывая на пустой посёлок. – Страна дураков! Надо о вначале воду найти, а после строить посёлок.

– Через час здесь будет жарко, как на сковородке. – сказал, показывая на яркий диск солнца, поднявшийся над красными холмами. – Надо ехать к ближайшему населённому пункту, чтобы залить радиатор водой. Иначе можем остаться без транспорта в пустом месте, где люди бывают случайно, как мы сегодня.

– Если не найдём пресную воду, то придётся радиатор автомобиля заправлять вином. – шутя, сказал Игорь. – Хорошо, что хоть вином запастись. Напьёмся до смерти вместе с нашим Бобиком.

– Думаю, что до этого не дойдём. – сказал Вася. – Прихватил с собой канистру воды и канистру бензина. Километров на сто нам хватит.

– Ну, тогда по коням! – скомандовал директор, забираясь в салон автомобиля на своё место. – Вперёд в дорогу! Нас ждут новые приключения.

От заброшенного людьми современного посёлка мы выскочили на асфальтированную дорогу и помчались туда, где по нашим расчётам находились посёлки, заселённые людьми, а не зверьём и птицами. С лишком уверенные в том, что свои родные края мы знаем, как свои пять пальцев, мы даже не подумали о том, что надо взять с собой хотя бы географическую карту данной местности, чтобы таким методом определять своё место нахождения.

Ведь по не тронутому колёсами автомобилей полотну дороги можно было определить, что такая новенькая дорога даже не определена на картах дорог по Северному Кавказу. Мы здесь были первопроходцами, как на своём автомобиле, так вообще со стороны людей, которые почему-то не прижились в посёлке?

– Мы влипли по полной программе! – резко затормозив, закричал Василий. – Наше путешествие кончилось. Дальше у нас дорога в Ад или в Рай.

Маршрут каждому подскажет Всевышний. Когда мы вышли из своего автомобиля, то сразу поняли, почему в современном посёлке давно не живут люди? Сколько могли мы видеть впереди себя. Перед нами вообще не было дороги. Полотно бывшей дороги провалилось в сыпучую массу песка.

Такой песок повсюду. Вокруг проехать невозможно. Даже без карты мы знали, что в обратную сторону по этой не состоявшейся дороге до первого населённого пункта несколько сот километров.

У нас, как в семье Ульяновых, было всего лишь два пути. Первый путь, вернуться обратно к станице Червлёной и через наурский район выехать к Моздоку, а дальше по государственной трассе в сторону ставропольского края. Второй путь, найти твёрдую почву в калмыцких степях и выбраться в сторону Нефтекумска. Вполне понятно, что мы, как наш вождь, выбрали второй путь, полный неожиданности и приключений.

Мы развернулись обратно в сторону заброшенного современного посёлка и ехали по дороге до тех пор, пока слева от нас появились твёрдые породы огромных пластов солончака.

Нам с детства было известно, что такие огромные пласты солончака площадью с маленькое европейское государство, обязательно приведут нас куда-то. Вот только именно куда, мы в данное время не знали.

Однако решили рискнуть и двинулись по солончаку. В совершенно пустынной местности без признаков жизни, ориентируясь только по раскалённому диску солнца, мы катались по солончаку пару часов.

Постоянно натыкались на высохшие лиманы со скелетами рыбы и хищников. В одном месте наткнулись на небольшую впадину с полу высохшим водоёмом, в котором рыбы живой было больше, чем воды.

Наверно, где-то рядом под грунтом протекала река Кума, которая своей живительной влагой поила водоём с рыбой и с птицей? Они подкармливали друг друга и хищников тоже.

– Всё! Остановимся тут на обед. – решительно, распорядился директор. – От такой халявы будет стыдно уйти. Есть чем на природе досыта поесть.

Насчёт халявы Игорь был прав. Здесь рыбу на уху даже ловить не надо. Просто достаточно было зайти в воду и выбирать себе на уху любую рыбу. Рядом на другой стороне водоёма паслось любопытное стадо сайгаков, которые, наверно, впервые увидели людей и на безопасном расстоянии разглядывали нас?

Охотится на сайгаков в данной ситуации бесполезно. Они не подпустят нас даже на двести метров. Гоняться по солончаку за сайгаками бесполезно, только бензин зря сожжёшь.

Сайгак хозяин калмыцких степей и бегает быстрее машины. Хорошо, что у нас собой было всё, что нужно к хорошей ухе. Даже из пресноводных рыб можно было что выбрать. Нам крупно повезло. Непонятно каким путём вообще сюда попали рыбы.

Таких мест в калмыцкий степях множество. Но мы никак не ожидали, что в таком водоёме встретим стерлядь. В общем-то речная рыба, стерлядь больше встречается в чистых ручьях и глубоких речных протоках.

Наверно, большая вода от реки Кума забросила сюда разновидную рыбу, которая акклиматизировалась и прижилась в таком чистом водоёме? У нас получилась превосходная уха из двух рыб стерляди, больше нам не удалось поймать.

Под такую уху даже за рулём автомобиля в безлюдном пространстве не грех было выпить. Кроме бочоночка с вином, кто-то прихватил с собой, на всякий случай, бочоночек самогона домашнего приготовления. Мы решили не мешать благородные напитки.

Василий, будучи водителем нашего персонального автомобиля, позволил себе выпить стакан сухого домашнего вина.

Остальные ни стали церемонится и с промежутком выпили по два стакана самогонки.

Вдоволь насытившись ухой из стерляди с самогоном, а также тем, что принял желудок из нашего запаса, мы решили продолжить свой пут по солончаку. В надежде на то, что сегодня найдём поселение людей.

Однако наши надежды не оправдались. До конца дня мы петляли между бывшими лиманами со скелетами рыб, птиц, хищников и каких-то других животных.

Может быть, даже со скелетами людей, которые также как мы когда-то заблудились в солончаках, а затем нашли тут себе вечный приют? Нам никак не хотелось оставаться здесь. Поэтому мы блуждали по безбрежному солончаку до того, пока нам ездить здесь стало опасно.

– Вдали мерцают огни. – сказал Семакин Василий Степанович, когда мы остановились возле очередной сухой ямы. – Наверно, там трасса? Но по такому бездорожью ночью ехать опасно и бензина может не хватить. Надо заночевать здесь.

– Думаю, что ты прав. – согласился Игорь Григорьев, с предложением водителя. – Мы все устали. Нужно нам отдохнуть. Рано утром со свежей головой быстрее найдём выход из данной ситуации.

В отличие от места нашего отдыха с ухой из стерляди, здесь не было ничего, чтобы разжечь костёр. Всюду один солончак. К тому же никакой необходимости не было разжигать костёр.

Все наши продукты можно было употреблять в готовом виде. Свежий хлеб, завёрнутый в махровое полотенце, выглядел таким, словно его только что вытащили из печи.

Те продукты, которые имеют свойство портиться в пути, мы давно съели во время поездки. Бочонок с домашним вином как-то сам по себе утолил нашу жажду во время движения.

У нас в запасе остались помимо хлеба бочонок почти нетронутого самогона и много разных копчёных продуктов.

– На ночь нам не грех хорошо подкрепиться и выспаться до утра. – сказал директор совхоза, Игорь Николаевич Григорьев, показывая на самогон. – Так мы легче перенесём свою усталость.

– В таком отдалённом от людей месте никто не может побеспокоить наш покой. – сказал Николай Колосов, наливая в стаканы самогон. – Думаю, что пару детских садиков завтра посмотрим. Вернёмся домой по главной трассе.

– Лично больше никогда ни колесом, ни ногами не стану на такую дорогу. – сказал профком, Семакин Василий Степанович, закусывая самогон, куском копчёного мяса. – Сегодня за день измучился и страху набрался перед каждой ямой солончака.

– Завтра сяду за руль, а ты будешь отдыхать. – с сочувствием в голосе, сказал директор. – Сейчас надо спать. Дежурство не будем устанавливать. Здесь за сотню километров нет никого.

Все согласились с решением Игоря. Быстро убрали в багажник остатки продуктов и немного самогона на похмелье утром. Затем каждый уселся на своё тёплое место, согретое за день солнцем и собственной задницей.

Прикрыли двери автомобиля и при открытых стёклах на дверях автомобиля приготовились спать. Несмотря на то, что на календаре была поздняя весна, днём была ужасная жара, а вечером было прохладно и свежо.

Видимо по этой причине мы заснули почти сразу, как только расположились на своих местах.

Вполне понятно, что за всех не могу сказать, у каждого своё и во время сна тоже. Однако лично заснул через пару минут.

Несмотря на то, что сегодня у нас всё было со словом «слишком», имею в виду прогулку на автомобиле, выпивку и еду.

Но всё равно такое напряжение за день не помешало мне хорошо спать и видеть разные чудесные сны, в которых был как бы в сказках своего давно ушедшего детства.

Те же ободранные руки и ноги. Вечно разбитые колени. Даже вечно мокрый нос нашей собаки был настолько реальным, что сразу открыл глаза.

– Волки! – закричал во всю глотку, когда понял, что мокрый нос бывает и у волков. – Волки вокруг нас! Просыпайтесь быстрее. Стая волков окружили нас.

Перепуганные до смерти мои коллеги по приключению повыскакивали из автомобиля и в панике заметались. Тоже выскочил из автомобиля и стал смотреть в ту сторону, откуда, только, что почувствовал запах псины и мокрый нос волка.

На какое-то время мы даже забыли, что у нас в багажнике имеется охотничье ружье.

Видимо наша вечерняя пьянка совсем не вышла из нас или только начинала набирать свою силу.

– Ты чего разорался как чокнутый? – потирая виски со сна, сказал Игорь Григорьев. – Сам не спишь и людям не даёшь. Никакой опасности нет. Давайте будем спать.

– Вам правду говорю. – стал оправдываться, перед своими коллегами, по несчастью. – Сквозь сон почувствовал что-то влажное у своего лица. От крыл глаза, а это волк меня обнюхивает. Поэтому начал кричать.

– Наверно, волка твой перегар привлёк? Вот он решил понюхать. – вытаскивая из багажника охотничье ружье, сказал Николай Викторович Колосов. – Перед таким запахом даже волк не мог устоять. Сейчас попугаем волков и будем спать.

– Зачем пугать того, кого нет рядом? – неожиданно, услышали мы, из темноты чей-то голос. – Совсем молодой. Собаку от волка не можешь отличить. Волк умнее собаки, так близко к человеку никогда не подойдёт.

Мы повернулись на голос и только сейчас разглядели чабана с собакой, которая видимо, нюхала меня.

Дальше за чабаном в полумраке паслось огромное стадо баранов. Сразу понял, что мы выбрались из солончака.

Где-то рядом имеется селение и поля пригодные под пастбище такой огромной отары овец.

Наверно, это отара ни колхозная, а кочевников тавлинов? Огромную отару овец не может прокормить не один колхоз или совхоз. Пока размышлял о том, что вижу вокруг себя, в это время мои коллеги по приключениям и чабан от всей души потешались надо мной.

Только гримасничал на их возгласы и никак не мог оторваться от своих размышлений на совершенно другую тему.

Наверно, они подумали, что немного того с перепугу тронулся своим разумом? Разглядывая в полумраке моё лицо, коллеги и чабан перестали смеяться. Теперь мне стало смешно.

Так стал сильно смеяться, что все вначале отпрянули от меня, а после мы стали показывать друг на друга пальцами и хлопать друг друга по ладоням, как принято на Северном Кавказе проявлять свой высший восторг.

Рядом с чабаном кавказская овчарка вначале смотрела на нас и на хозяина, словно хотела понять, что случилось. Патом не выдержала такого смятения и стала выть нудным голосом, как шакалы воют на луну. Чабан потрепал своего пса по холке. Шепнул псу что-то на ухо. Пёс завертел хвостом и побежал вокруг отары овец.

– Аксакал! Мы заблудились в солончаках. – обратился к чабану, директор совхоза, Игорь Николаевич Григорьев, когда мы перешли на обычный разговор после смеха. – Вчера целый день не могли выбраться на трассу. Ты нам подскажешь, как выбраться.

– Чего тут подсказывать? – удивлённо, спросил чабан. – Дорога рядом, а до трассы километра два. Вот только не понятно, как вы сюда попали? От вас до дороги близко. Но здесь даже трактор не пройдёт. Ладно, утром выведу вас. Сейчас спите. Никто вас здесь не тронет. До рассвета осталось два часа. К вам утром приду с собакой.

Чабан вместе с собакой ушёл в сторону отары овец. Видно, было лишь силуэт его бурки и силуэт собаки, которая бегала между чабаном и овцами. Вскоре всё растворилось в кромешной темноте.

Над нами было звёздное ночное небо без единого облака и без ночного светила. Был такой период между луной и месяцем. Когда месяц не готов появиться в звёздном небе, а луна вообще не созрела к тому, чтобы озолотить пространство в небе.

– Где здесь дорога? – пытаясь вглядеться в темноту, спросил себя Игорь. – Вокруг ямы и колючки торчат. Наверно, чабан дорогой считает движение своей отары овец в калмыцкой степях?

– Хватит себя мучить. – ворча, недовольно, сказал парторг, Николай Викторович Колосов. – Утром всё увидим. Сейчас укладывайся спать. Два часа до утра осталось.

Игорь Николаевич постоял пару минут, пытаясь разглядеть дорогу в том месте, куда указал чабан. Но там действительно ничего не было видно. Уселся на своё место возле Николая. В целях собственной безопасности поднял стекло в двери автомобиля рядом с собой.

Мне совсем не хотелось, чтобы меня кто-то обнюхивал и тем более облизывал. Пусть даже собака друг человека. Разбудил меня лай собаки, той самой, которая обнюхивала меня своим мокрым носом. Наверно, сильно понравился собаки чабана?

В этот раз она обратно подошла с моей стороны. Но когда она убедилась, что меня через закрытое стекло нельзя понюхать и лизнуть. Тогда собака стала дружелюбно лаять, чтобы разбудить меня и привлечь к себе моё внимание. По дружелюбной морде кавказской овчарки было заметно, что её можно даже погладить.

Так и сделал. Когда осторожно открыл дверь машины, чтобы не поранить собаку, потрепал собаку по холке и погладил её лохматую шерсть.

Потом стал осторожно вытаскивать колючки с шерсти собаки. Мне с детства было известно, что кавказские овчарки любят, когда у них чистят шерсть от разных колючек.

– Ты понравился моей собаке. – сказал чабан на взаимное отношение между мной и собакой. – Наверно, у тебя была кавказская овчарка, раз знаешь, как обращаться с ними? Басмач обычно к чужим людям не идёт.

– У меня в детстве было две собаки. – поддержал беседу с чабаном. – Немецкая овчарка по кличке Джульбарс. Второй была кавказская овчарки по кличке Тарзан. Мы втроём были всюду, как неразлучные друзья.

– Красивые клички у собак Джульбарс и Тарзан. – искренне, сказал чабан. – Щенков от Басмача так назову. Будет у меня память от тебя и твоих собак.

После того, как Басмач дважды услышал от своего хозяина свою кличку, он осторожно отошёл от меня и покорно сел рядом с хозяином. В ожидании приказа хозяина к работе.

Понимая друг друга даже по гримасе, Басмач ни стал дожидаться приказа от хозяина, а только по взгляду хозяина Басмач понял, что надо гнать отару овец от полотна дороги, которая была за небольшим оврагом всего метров пятьдесят от места нашего отдыха.

Когда ночью чабан удивлялся, как мы сюда попали, то он был вполне прав. Вокруг места нашего ночлега были глубокие овраги. Только одна полоска твёрдой почвы солончак отделяла нас от возможной гибели.

Но самое удивительное было в том, что наш автомобиль находился с другой стороны той самой неудачной дороги, от провала которой мы повернули в обратную сторону.

Чуть дальше по неудачной дороге, километра два от нас, было видно по крышам, как мчаться в обе стороны грузовые автомобили. Легковых автомобилей не было видно, так как само полотно трассы было метра на два ниже нашего поля зрения.

Поэтому мы видели ночью лишь проблески в небе отдельно пробегающих по трассе автомобилей. Трассы мы никак не могли увидеть.

– Вам надо вернуться километра на два обратно по солончаку. – стал объяснять нам чабан, как выбраться на трассу. – Затем объедите овраг и в обратном направлении вернётесь к перекрёстку дороги и трассы. Дальше сами разберётесь. Там нет ничего, кроме слегка размытой дороги и кювета возле трассы. Всего вам доброго.

– Аксакал! Спасибо вам за помощь! – закричал директор в сторону уходящего от нас чабан с отарой овец. – Как ваше имя?!

Медленно удаляясь от нас вместе с собакой, не поворачиваясь к нам, чабан в знак приветствия поднял свою руку с палкой и продолжил своё движение в сторону отары. Игорь Николаевич посетовал на то, что мы нехорошо отнеслись к нашему спасателю.

Не угостили тем, что имеется у нас из продуктов в багажнике. Наверно, он был голоден? Всё-таки сутками в степи без продуктов и без питья, к тому же мы даже не спросили у него как зову спасителя.

– Игорь! Ты рассуждаешь прямо как мальчишка. – разозлился парторг, Николай Викторович Колосов. – Мясо и целебный напиток целыми сутками крутятся у него под ногами. Ему совсем не нужны наши продукты и напитки. Имя не мешало знать.

Игорь и Николай вскоре перешли на другую беседу. Сидел и думал о ночном визите собаки и чабана. Помню отчётливо, что чабан, собака и отара овец пришли со стороны дороги. Выходит, что между нами и дорогой не было никакого провала.

Даже по пьянке не мог ошибиться. Ведь когда ночью чабан что-то шепнул на ухо своей собаки, то она побежала отгонять отару овец с полотна дороги. Мало того, рано утром, пока все спали в машине, то вокруг нашей машины было огромное стадо овец.

Когда мы вышли утром из машины, то огромная отара овец была по другую сторону оврагов, которые, как уверял нас ночью чабан, даже трактор не пожжёт переехать.

Не один уважающий себя чабан не оставит отару своих овец без присмотра на другой стороне оврага.

Обратил своё внимание в сторону чабана с собакой и с огромной отарой овец. Но там вдали никого не было. Просто так в одно мгновение не могли исчезнуть с близкого расстояния чабан с собакой и огромная отара овец.

Можно допустить, что чабан с собакой спустились в овраг, в чём сильно сомневаюсь. Но что бы в одно мгновение исчезло с поля зрения огромное стадо животных. Такое вообще невозможно было представить.

– Вася! Останови машину! – закричал на водителя, он с испуга чуть не свернул в овраг. – Отара исчезла! Посмотрите! Никого нет на всём пространстве степи.

– Сашка! Ты что по пьянки совсем свихнулся. – закричал на меня водитель. – Мы чуть в овраг не улетели. Машину едва не угробил.

– Ну, ты, достал нас своими выходками. – прямо по блатному, воскликнул Николай Колосов. – Поехали дальше! Нас дома давно ждут.

– Вы меня не поняли! – выходя из машины, воскликнул. – Чабан с собакой и отара овец исчезли из виду. Мы были или есть в другом измерении жизни.

– Ну, и что?! – возмущённо, спросил Игорь Григорьев. – Спустились в овраг, чтобы там, в тени отдохнуть днём от жары. Брось болтать всякую чушь. Поехали дальше.

– Ты хоть соображаешь, что говоришь!? – возмущённо, закричал. – Овцы не собаки и не козы. По оврагам не могут лазить. Тем более там, где даже трактор не пройдёт. Кроме того, в отаре несколько тысяч овец. Они исчезли вдруг в оно мгновение. Словно испарились в пространстве.

Видимо остатки вчерашней пьянки окончательно вылетели из головы моих коллег по приключению.

Все трое вышли из автомобиля и стали даже на цыпочках подниматься, чтобы хорошо рассмотреть ту даль, которая была перед нами ровная, как бильярдный стол.

До самого горизонта вокруг нас отчётливо просматривалась территория. Но вблизи и тем более в дали не было никого и ничего. Одно пустое пространство.

– Может быть, вообще не было никакого чабана с собакой и с отарой овец?! – растерянно, сказал Вася. – Нам, наверно, приснился или показался мира по пьянки?

– С ума сходят поодиночке, а не коллективно. – со злостью, сказал. – По-твоему колючки сдирал с кустика, а ни с шерсти собаки. Мне кажется, что мы с вами попали в аномальную зону или в другое измерение. Сами превратились в путешественников в другом измерении жизни.

– Да слышал многократно раз твои бабушкины сказки, про «Чёртову гору» возле Гудермеса. – махнув на меня рукой, сказал Игорь Николаевич Григорьев. – Со школьной скамьи ты мне надоел со своими фантазиями и приключениями. Хватит травить лясы. Поехали!

Вася и Николай с минуту посмотрели в разные стороны. Затем обратно разместились на своих местах в автомобиле. Как сказал чабан, через пару километров мы повернули вокруг оврага и направились в обратном направлении на перекрёсток между дорогой и новой автомобильной трассой.

Проезжая мимо оврага рядом с тем местом, где были всего минут, мы стали смотреть во все стороны. Отары овец нигде не было.

– Мне это место хорошо знакомо! – вскрикнул Вася, когда мы выехали на трассу и автомобиль сразу заглох. – Это место печатали в журнале «Крокодил». Там стоит высоковольтный столб, а трассу проложили вокруг столба. Больше такого нигде в мире нет.

Кроме того, там весит плакат на злобу США. На одной стороне плаката написано «Догоним и перегоним Соединённые Штаты Америки». На другой стороне плакат с автомобилями на трассе.

На плакате написано «Не уверен – не обгоняй». Правда, прикол отличный получился?

– Мне тоже известно кое, что про эту трассу. – испуганно, сказал парторг, Николай Викторович Колосов. – Говорят, что когда в этом месте прокладывали дорогу, то к строителям пришли два старика.

Старики сказали строителям, что здесь нельзя прокладывать дорогу. Это самое гиблое место.

Здесь когда-то хоронили самых поганых людей. Если здесь появится дорога, то вся нечисть выползет из-под земли наружу. Будет много бед обычным людям.

Несмотря на то, что при прокладке дороги в этом месте строители действительно нашли много странных захоронений, которые отличались от христианских, исламских, буддийских и других захоронений.

После того, как открыли дорогу, то в первый же день произошла беда. Откуда-то на трассе появилась старуха с клюкой.

Пассажирский рейсовый автобус, переполненный людьми и грузовой автомобиль, делая манёвр, чтобы не сбить старуху, столкнулись между собой и взорвались.

Сгорели все пассажиры и водители. Очевидцы видели в огне ту самую старухи, которая забирает жизнь и души людей.

– Ладно! Хватит вам болтать всякую чушь! – разозлился Игорь Николаевич Григорьев. – Мы так с вами сегодня никуда не приедем. Мы вторые сутки блуждаем неизвестно где.

– Мы и так сегодня никуда не приедем. – сказал водитель. – У нас бензин кончился и канистра давно пустая. Надо кому-то постоять на трассе. Попросить бензин хотя бы до заправочной станции. Иначе надолго застрянем здесь.

Мы стали голосовать с канистрами в обе стороны трассы с надеждой на то, чтобы стрельнуть бензин, хотя бы до ближайшей заправочной станции. Но на трассе, ни один автомобиль перед нами не останавливался. Не понятно почему, автомобили мчались на участке этой трассы с огромной скоростью? Словно пытались проскочить гиблое место или по той причине, что на этом участке трассы не было постов ГАИ. Можно устроить гонки.

Прошло больше часа наших бесполезных попыток стрельнуть хоть ведро бензина. Мы вынуждены были выкатить свой автомобиль на проезжую часть трассы в том направлении, куда мы хотели поехать.

Вдруг, не понятно, откуда, в нашу сторону появился ГАЗ-69, точно такой автомобиль, как наш «Бобик». Из автомобиля вышли четверо парней, примерно нашего возраста. Мы сразу заняли оборону. Подумали о предстоящей драке.

– Вы, что, мужики, на нуле с бензином?! – как ни в чём небывало, спросил рослый парень. – Так мы вас спасём. Нам некогда цедиться с бака с бензином. Мы вам даём две канистры бензина. Вы нам свои канистры пустые. Мы почти приехали. Хватит бензина доехать до места, а вам придётся долго ехать к себе домой.

Парни достали из багажника своего автомобиля две канистры полные бензина. Поставили свои канистры перед нами. Взяли взамен наши пустые канистры. Сели на свой автомобиль и вскоре скрылись в сторону высоковольтного столба, вокруг которого проложили трассу.

Не понятно, что с нами случилось, но за время присутствия этих парней мы не выдавили из себя, ни единого слова. Мы четверо словно оцепенели неизвестно от чего.

– Давайте откатим автомобиль с проезжей части дороги. – как ни в чём небывало, первым сказал Вася. – Ни дай бог на нас налетит какой-нибудь лихач на грузовом автомобиле. Заправим машину на обочине дороги. Дальше не опасно ехать.

Как только мы успели спихнуть свою машину на обочину, как тут же мимо нас на огромной скорости промчался грузовой автомобиль, который едва не зацепил нас вместе с нашей машиной.

Мы просто успели отскочить в сторону, а Василий Степанович так сиганул на капот нашей машины, что чуть не перелетел прямо в кювет. Мы выругались в сторону лихача в грузовом автомобиле.

Немного придя в себя, стали заправлять машину бензином. Не успели мы проехать километра мимо известного всем плаката про США и про аварию на дороге.

Как впереди нас, не вписавшись в поворот вокруг высоковольтного столба, на большой скорости чиркнул легковой автомобиль об кусок металла торчащего из ограждения высоковольтного столба. Прямо перед нашими глазами потерпевший аварию легковой автомобиль стал крутиться в ритме вальса и отлетел на обочину дороги.

Семакин Василий Степанович ударил по тормозам. Рискуя быть сбитым проходящими на большой скорости автомобилями, побежал к автомобилю, потерпевшему аварию.

Мы все трое побежали за Василием. Вполне понятно и вполне естественно, что мы хотели помочь пострадавшим.

Однако наша помощь оказалась совершенно не нужной. В легковом автомобиле торчащей железкой из загородки вокруг столба, только сорвало заднюю дверь.

В самом автомобиле на передних сидениях были двое мужчин. Пока мы бежали к пострадавшему автомобилю, водитель автомобиля взял сорванную от автомобиля заднюю дверь.

Положил оторванную дверь в багажник своего автомобиля. Сел за руль своего автомобиля. Не обращая на нас никакого внимания, поехал туда, куда ему надо.

– Здесь действительно какое-то проклятое место. – сказал, направляя через дорогу к нашему автомобилю. – Нас уже несколько раз за короткие время едва не отправили на тот свет.

Пока мы перебегали дорогу к своему автомобилю, то нас ещё дважды чуть не сбили лихачи на своих автомобилях. Здесь ещё для видимости такое неудобное место, что даже при малой скорости можно совершить аварию. С северной части трассы небольшой поворот и спуск к высоковольтному столбу.

С южной стороны трассу прикрывает небольшая возвышенность с углубление на полотне дороги. Ко всему здесь постоянно стоит туман. Видимо где-то под почвой источник тёплой серной воды, которая через почву просачивается наружу.

Чувствуется кисловатый привкус воздуха и какой-то непонятный запах, который дурманит человеку его разум. В таком гиблом месте вообще нельзя находиться людям и животным.

Не понятно, зачем тут проложили трассу? Можно подумать, что эта автомобильная трасса дорога в преисподнюю, где собралась вся невская сил.

Едва мы удалились от высоковольтного столба, как справой стороны от себя увидели совершенно свежую аварию, от которой ещё коптили остатки не догоревших двух легковых автомобилей.

От того момента, как мы заправляли свой автомобиль и со всеми происшествиями на коротком пути нашего следования, прошло чуть больше часа. В этом промежутке времени произошла авария легковых автомобилей, рядом с которыми успели побывать службы ГАИ, скорой помощи и пожарники. Следы их присутствия видны повсюду.

Раненых или мёртвых пострадавших при аварии увезли с собой с места аварии. Здесь остались лишь сгоревшие машины.

– Вася! Посмотри! Твои канистры. – сказал, водителю, когда мы, не выходя из машины разглядели аварию. – Это те парни, которые дали нам бензин доехать до дома. Сами они уже приехали.

Рядом с обгоревшим автомобилем ГАЗ-69 валялись две пустые канистры с логотипами нашего виноградарского совхоза.

Такой логотип, как товарный знак нашего совхоза, придумал, когда стал работать художником-оформителем в виноградарском совхозе «Бурунный».

Меня поддержали комсомольская, партийная и профсоюзная организации по всем направлениям.

Вскоре придуманный мной товарный знак совхоза стал лицом нашего совхоза, который вскоре стал известен на весь мир по книге «Вина и винограды Советского Союза».

Такая книга вышла на многих зарубежных языках и распространялась бесплатно представителями виноделия Советского Союза на международных выставках советского вина.

Большая часть книги посвящалась перспективному выращиванию виноградников в песках на червлёных бурунах, то есть в нашем совхозе.

– Так думаю, что парень, который дал нам бензин, знал, что бензин им больше не нужен. – задумчиво, сказал Игорь. – Помните, он сказал: «Нам хватит бензина доехать до места.» Словно знал, что они погибнут здесь на опасном участке трассы. Наверно, они были наши ангелы хранители?

– Поездка наша выдалась на славу. – траурным голосом, процедил Николай Колосов. – Как бы нам не остаться здесь. Мы сюда приехали за своей смертью, а не за детским садиком.

– Ладно! Не будем мы о своём грустном говорить. Поехали дальше. – сказал Игорь Николаевич Григорьев, показывая рукой вперёд. – Думаю, что больше нам ничто не угрожает.

Семакин Василий нажал на кнопку сигнала своего автомобиля. «Бобик» выдавил из себя траурный сигнал в память своего собрата, преждевременно погибшего при аварии.

Мы медленно поехали вперёд к тому, что могло нас ждать в этом гиблом месте на каждом метре нашего пути. Даже без рассуждений и без разговоров у нас четверых на душе было предчувствие какой-то опасности.

Мы просто сидели в своём автомобиле и смотрели туда, где в любой момент может произойти какое-то ужасное происшествие.

Как раз в это время нас обогнал очередной лихач на грузовом автомобиле с огромным стогом сена. Навстречу ему двигался большой бензовоз.

– Смотрите! Смотрите! Старуха перебегает трассу! – закричал Семакин Василий Степанович, нажал на тормоза. – Сейчас тут будет новая авария.

Не успел Василий высказать свои выводы, как два больших автомобиля вильнули вокруг старухи на трассе и лоб в лоб врезались друг в друга. Два больших автомобиля, словно две огромные взбесившиеся собаки вцепились друг в друга. Через мгновение раздался оглушительный взрыв.

Оба автомобиля взорвались в одно мгновение. Горящий бензин стал разливаться из бензовоза по трассе рекой в нашу сторону. Василий Семакин задним ходом стал быстро сдавать назад наш автомобиль, как можно дальше от горящих автомобилей. Далеко сдавать не пришлось.

Сзади нас стояли другие автомобили. Мы выскочили из своего автомобиля и побежали как можно дальше от возможного взрыва нашего автомобиля от горящего языка бензина, который тихо продолжал течь из бензовоза. На том месте, где произошла авария двух больших автомобилей, была небольшая возвышенность.

Можно сказать, что просто бугорок. Но этого бугорка было достаточно, чтобы горящий бензин добрался до автомобилей, скопившихся с обеих сторон аварии за несколько секунд.

Мы стояли на безопасном расстоянии и внимательно следили за тем, как горящий язык пламени медленно ползёт в сторону нашего автомобиля, заблокированного сзади другими автомобилями. В этот момент за горящим бензовозом раздался взрыв.

Наверно, язык пламени добрался до заблокированного автомобиля с другой стороны аварии?

Кто-то остался без автомобиля. Горящий язык бензина не добрался до нашего автомобиля на расстоянии двух метров.

К этому времени подъехали службы ГАИ, пожарной и скорой помощи. Пожарники сильными струями воды из своих шлангов заглушили вначале бензин возле скопившихся автомобилей с двух сторон автомобильной аварии. Затем направили воду в сторону горящих автомобилей, с которых остались одни лишь куски сильно обгоревшего металла.

– Кто из вас видел, как произошла авария? – по горячим следам спросил гаишник живых свидетелей. – Кто виноват в этой аварии?

– Мы видели! – решился Василий Степанович сообщить о происшедшей аварии. – На трассу выскочила старуха. Машины обещали старую и столкнулись лоб в лоб на большой скорости.

– Какая старуха!? Ты чего плетёшь? – разозлился гаишник. – За десятки километров вообще нет людей! Ближайший посёлок отсюда тридцать километров.

– Парень правду говорит. – заступился за Василия, пожилой мужчина. – Тоже видел старуху на трассе. Она перебегала дорогу перед машинами.

– Мы видели, между машинами была старуха. – стали подтверждать сидели со всех сторон. – Из-за неё авария. Водители погибли из-за старухи.

– Так, где же та старуха, которая перебегала дорогу перед двумя машинами? – удивлённо, спросил гаишник, многочисленных свидетелей

– Вот она!? – закричал рядом, стоящий мужчина и показал в сторону горящей машины. – Она в кабине за рулём! Это смерть в образе старухи.

Все посмотрели в сторону догорающей кабины автомобиля. За рулём догорающего автомобиля сидел скелет человека с чем-то накинутым на обгоревший череп человека. Такой вид скелета сильно напоминал старуху, перебегающую по автомобильной трассе, из-за которой случилась авария.

Присутствующие несколько секунд обезумевшими глазами смотрели на ужасное зрелище. В этот момент челюсть скелета головы слегка качнулась, словно череп засмеялся над нами.

Через мгновение скелет рассыпался как неудачная игрушка из костей. Когда ужасное зрелище со скелетом за рулём прекратилось, сквозь полную тишину за толпой раздался какой-то непонятный шорох с двух сторон трассы. Присутствующие обернулись в сторону шороха.

Со стороны трассы в сторону солончаковых степей стоял тот самый таинственный чабан с собакой и с огромной отарой овец. С другой стороны трассы стояли два старика с посохами в странных одеждах, которые никто не носил в наше время. Оба старика и чабан своим видом напоминали представителей христианства, ислама и буддизма.

Даже черты лиц неизвестно откуда взявшихся стариков, сильно напоминали нам черты местных народов. Старики и чабан с собакой, несколько секунд молча, постояли по обе стороны трассы, как бы с сочувствием слегка раскачивая головами.

За тем старики и чабан с собакой, не сговариваясь между собой, развернулись в разные стороны и медленно стали удаляться в разные стороны. Все присутствующие на трассе, словно окаменели на какое-то время, не могли сдвинуться от того, что увидели собственными глазами.

Так и стояли до того времени, пока с одной стороны два старика, а с другой стороны чабан с собакой и с огромной отарой овец словно растворились в пространстве на линии горизонта и людьми возле аварии на автомобильной трассе.

Когда удивительное зрелище с двух сторон автомобильной трассы прекратилось, все присутствующие попадали на колени. Каждый стал молиться по-своему, своему Богу, к которому относился по своему вероисповеданию. Даже атеисты, в том числе наш парторг Николай Викторович Колосов, приступили к молитве.

То же, будучи атеистом и комсомольским вожаком в совхозе, вспомнил, как молились старики в нашем древнем роде терских казаков. Так же стал молиться. Просить Бога, чтобы он дал нам возможность целыми и невредимыми вернуться домой.

Мне неизвестно Бог услышал нас или нет. Но только после того, как на трассе расчистили к вечеру дорогу к дальнейшему продвижению транспорта. Мы больше не имели желание смотреть красивые детские садики в совхозах ставропольского края.

На небольшой скорости мы проехали несколько километров от места ужасной аварии. Затем повернули на государственную трас кавказскую автомобильную магистраль. Повернули в обратную сторону.

Но сразу домой не поехали. Так как потрясённые всем увиденным за двое суток, мы больше не могли находиться в постоянном движении. Нашим душам и телам требовался обычный отдых на одну ночь.

Не желая больше подвергать себя каким-то потрясениям, мы решили заночевать в Моздоке. Здесь у нас у всех четверых были родственники.

Но мы решили не беспокоить своих родственников своим неожиданным появлениям. Тем более мы прекрасно знали, что в гостях у родственников без пьянки не обойтись.

После того, что мы пережили, нам было не до пьянки. К тому же нам завтра в воскресенье надо привести себя в порядок, чтобы рано утром выйти на работу такими, какие мы были во все рабочие дни на протяжении многих лет.

– Мы сильно устали с дороги. – обратился директор, к капитану милиции, на центральном посту ГАИ в Моздоке. – Нам надо отдохнуть, а рано утром выезжать домой. Можно отдохнуть в машине под крылом милиции.

Капитан милиции по этому случаю рассказал Игорю какой-то анекдот. Они оба долго смеялись. Тем временем дежурным на посту в целях бдительности проверил наши документы и показал нам на то место, где мы можем поставить свой автомобиль на отдых до рассвета.

Выполняя требования инспектора ГАИ, Вася поставил наш автомобиль в углу служебной парковки ГАИ. Почти за сутки мы вспомнили, что голодны. Устроили себе не большой пикник на территории ГАИ. Допили и доели всё, что имелось у нас в запасе в багажнике автомобиля.

После своего пикника убрали вокруг себя всё то, что называется объедками. Затем разместились по своим местам в автомобиле, который за двое суток нашего путешествия стал нам словно дом родной, но без женщин.

Проснулись мы перед самой зарей, когда у гаишников самый хороший сон. Так как на автомобильной трассе нет ни одного транспорта. Прежде чем отъехать от поста ГАИ, мы вынуждены были разбудить на посту дежурного гаишника.

Поблагодарили его за приют, оказанный нам на ночь на посту ГАИ. Дежурный гаишник, зевая и кивая головой в знак благодарности, поудобнее уселся в своём кресле и, не дожидаясь нашего ухода заснул.

– Поедем через наурский район. – сказал директор совхоза, Игорь Григорьев, усаживаясь за руль автомобиля вместо Васи. – Так ближе и безопаснее на дороге.

В знак согласия мы промолчали. За двое суток совместного путешествия с разными приключениями мы так надоели друг другу, что нам было не до разговоров вообще.

Поэтому каждый сидел на своём до чёртиков надоевшем месте и думал, о чём угодно, но только не о том, что думали другие. Вообще-то, вполне возможно, что мы четверо думали об одном и том же?

Но разве можно прочитать чужие мысли даже хорошо знакомого человека? Когда в начале рассвета после наурского района мы стали подъезжать к станице Червлёная.

В том самом месте, где двое суток тому назад наш автомобиль повернул в сторону червлёных бурунов. Со стороны червлёных бурунов в первых лучах восходящего солнца началось какое-то странное свечение никак не похожее на восход солнца просачивающегося сквозь кристаллы красного песка из-за красных холмов за автомобильной трассой.

Игорь Николаевич Григорьев остановил автомобиль на обочине трассы. Мы четверо осторожно, не сговариваясь, вышли из автомобиля, чтобы полюбоваться ранее не видимым нами зрелищем.

На фоне красно-золотистого цвета пробивающихся к тёмному небу первых лучей восходящего солнца, стали клубиться маленькие белые и серые тучки, которые вскоре оказались огромной отарой овец.

Мы словно заворожённые оставались несколько минут вглядываясь вперёд. Впереди огромной отары овец отчётливо можно было разглядеть силуэт чабана и его верной собаки.

Мы словно заворожённые смотрели на эту неожиданную встречу. Если при первой нашей встречи с таинственным чабаном мы могли сослаться на наш сильный перепой.

При второй встречи с чабаном и со стариками можно было всё списать на наше сильное потрясение от ужасного зрелища при автомобильной аварии на трассе. То сейчас мы были вполне трезвые, хорошо отдохнувшие, сытые и при полном здравии ума. Отсюда можно было сделать вывод, что видение перед нами вполне реально.

Совсем не понятно, сколько времени мы любовались таким удивительным зрелищем. Может быть, одного мгновение, которое нам показалось прекрасной вечностью?

Но, вдруг, из-за силуэта чабана брызнули ослепительные лучи восходящего солнца. От неожиданности мы закрыли глаза, как от электрической сварки, лишь на одно мгновение.

Когда мы открыли глаза, то перед нами было обычное утро, которое мы видим постоянно.

– Перед нами был наш ангел хранитель. – задумчиво, сказал Николай Викторович, атеист и парторг, сразу в одном лице. – Он сохранил нам жизнь.

– Кто был тот парень, который сказал, что мы вернёмся домой не скоро? – с любопытством, спросил Вася. – Может быть, он спас нас от смерти?

– Наверно, наш ангел-хранитель был в лицах всех тех, кто спасал нас от гибели двое суток? – пояснил директор. – Иначе как объяснить столько много моментов, которые перешли нас от гибели.

– Конечно и те гаишники, которые приютили нас в эту ночь на своём посту. – с иронией в голосе, добавил. – Тоже были нашими ангелами хранителями.

Все засмеялись и тут же отправились в последний раз на свои места в салоне автомобиля. «Бобик» радостно заворчал своим двигателем и помчал нас, своих чокнутых пассажиров, мимо станицы Червлёная, в сторону посёлка «Бурунный» с одноименным виноградарским совхозом.

В это раннее воскресное утро станица и посёлок в своём большинстве спали. Исключением были бабы, которые возвращались после ранней дойки своих домашних коров и скрипели калитками так, что было слышно нам со стороны дороги и видно было силуэты баб.

Первым из автомобиля вышел парторг совхоза. Всем партийные личности жили ближе к центру станицы. Так как директор совхоза жил на краю станицы в своём доме ближе к доверенному ему хозяйству, то Игорь Николаевич остановил автомобиль на дороге прямо напротив своего дома.

Не говоря нам не слова, Игорь Григорьев отправился к себе домой. Вася передвинулся за руль автомобиля. Мы вскоре повернули под арку посёлка.

Совершенно новый дом, в котором жил Вася со своей семьёй и такой же новый дом, в котором жил со своей семьёй, находились на одном расстоянии от конторы.

Вася остановил автомобиль рядом с конторой. Мы, не говоря ни слова друг другу, разошлись по своим квартирам в разные стороны. У нас было предчувствие скандала в семье за наш прогул.

– Ты где болтался две недели? – открывая дверь, шёпотом, спросила жена, чтобы не разбудить спящую дочь. – Мы уже в милицию сообщили о вашей пропажи.

– Какие две недели? – удивлённо, спросил, жену, – всего две ночи в пути переспали. Ты чё, без меня совсем поехала головой?

Людмила ни говоря мне, ни единого слова проводила меня с порога в зал нашей квартиры. Предварительно выключила звук в телевизоре, чтобы не разбудить спящую дочь, лишь после этого включила телевизор.

На черно-белом экране что-то замелькало. Затем как в немом кино на черно-белом экране появилась дама.

Она без конца открывала, без звука свой рот, славно перед своей смертью глотала в последний раз в чистый воздух.

– Читай на экране телевизора, какое число. – как змея, прошептала на ухо жена. – Рассказывай, где был столько дней?

На плоском, черно-белого экране телевизора. Действительно стояла дата, которую собирался увидеть через две недели. Пожалел о том, что мы сразу не сговорились одинаково оправдываться перед своими жёнами за такой двухнедельный прогул.

Откуда нам было известно, что наши приключения в солончаковых степях и на дорогах, растянутся аж на целых две недели. За ночь, конечно, можно оправдаться.

Но как мне оправдаться перед женой за две недели? Всё то, что было с нами в течение двух недель ни как нельзя разумно описать в промежутке двух суток. Мы словно побывали в совершенно ином промежутке времени или иной жизни.

– Ладно, честно признаюсь, как на духу. – стал на ходу придумывать. – Мы напились как свиньи и заблудились в солончаках калмыцких степей. Сама понимаешь, что пьяному день и час одной величины. Спали и все дни непробудным сном.

– Вы вообще все четверо бессовестные люди. – со слезами на глазах, сказала Людмила. – После того, как вы через два дня не вернулись домой, мы всем посёлком и станицей звонили по всему ставропольскому краю. Искали вас не только в совхозах, а также всюду, куда вы могли поехать. Откуда нам было известно, что вас потянуло болтаться по солончакам в калмыцких степях. Мы сегодня будем обсуждать вас на общем собрании совхоза, а также среди комсомольцев.

Предвидя какой, будет скандал на общем собрании в совхозе, пока Людмила готовила мне завтрак на кухне, тайком сбегал к дому Василия. Как раз в это время он злющий сидел на лавочке возле своего дома.

Рассказал Васе свою историю о нашем блуждании в калмыцких степях по солончаку. Попросил Васю ознакомить с этой историей Игоря и Николая, чтобы у нас не было расхождений в том, что будем говорить на общем собрании.

Наверно, по тому, что мы все были далеко не бальзаковского возраста, наше общее собрание во второй половине дня закончилось общим столом, как принято в станицах и в совхозах на местах проживания терских казаков? Куфт за то, что мы не погибли на солончаках в калмыцких степях, а также просто обычная пьянка закончились мирно без драки.

Жёны под вечер растащили нас по домам. Так как завтра у нас обычный рабочий день. Мне кажется, что та наша прогулка на автомобиле сильно повлияла не только на мою судьбу.

Об этом хочется сообщить коротко отдельно. Но остановлюсь на нашей четвёрке путешественников. В посёлке виноградарского совхоза «Бурунный» нового детского садика самого красивого на всем Северном Кавказе мы так и не построили.

Хотя мы все без исключения мечтали построить свой коммунизм в отдельно взятом посёлке. Но, партия и правительство думали о другом. Игоря, как одного из лучших руководителей сельского хозяйства в нашей республике повысили по партийной линии.

Вместе с семьёй Игоря перевели жить и руководить в Малгобекский район, куда Игорь Петрович Григорьев уезжал с болью в сердце, так как ему пришлось оставить в станице Червлёной хорошо благоустроенный свой дом.

В станице Червлёной и в посёлке «Бурунный» он оставил своих лучших друзей. В Малгобекском районе Игорю надо было начинать всё с самого начала. Парторг после той нашей прогулке на автомобиле с приключениями, вскоре забросил партийную работу.

Мягко говоря, партийные босы из Шелковского района культурно попросили Николая освободить свой пост. Уступить своё место более перспективному молодому поколению, хотя к этому времени Колосов сам не успел постареть.

После партийной работы Николаю было не с руки ковыряться с тяпкой на виноградниках совхоза. Николай вскоре рассчитался из совхоза и подался куда-то в неизвестном направлении.

До нас доходили слухи, что Колосов создал какую-то религиозную секту. Стал отшельником или блуждающим монахом по бескрайних калмыцким степям.

Семакин Василий Степанович, неизвестно по какой причине, через месяц после наших приключений, поехал к тому самому гиблому месту на трассе.

На следующий день к нам в посёлок привезли разбитый автомобиль, на котором Вася уехал из совхоза. В этот же день жена забрала своего мужа из морга районной больницы.

Хоронили Василия на нашем поселковом кладбище, которое состояло всего из одной могилы, принадлежащей Семакину. Наш совхоз и посёлок были настолько молоды и вполне здоровы, что до Василия никто не успел состариться или умереть от болезни.

7. Лихач на дороге.

У нас в посёлке не было своего продуктового магазина. За продуктами мы ездили в магазин станицы Червлёная, торговый центр которой находился в трёх километрах от посёлка «Бурунный».

Лично у меня не было никакого транспорта. Так что ходил за продуктами в магазин станицы пешком. У нашего соседа Николая был мопед. Мы иногда просили соседа купить нам хлеб на входные дни.

– Коля! Если ты сегодня будешь в станице, то, пожалуйста, купи нам пару буханок хлеба. – обратился за помощью в очередной раз к соседу. – Пока дойду до станицы, то магазин там закроют.

– Саша! Ты извини меня за отказ, но у меня сегодня нет свободного времени, чтобы съездить в магазин. – отказал сосед моей просьбе. – Могу дать тебе на день буханку хлеба. Больше у нас нет.

– Последний хлеб у соседа брать не буду. – сразу отказался от хлеба соседа. – К тому же буханке хлеба нам и на день не хватит. Схожу в станицу прямо на пекарню. Может быть, там есть хлеб?

– Ничего этого тебе делать не надо. – возмущённо, сказал Николай. -Возьми мой мопед и съездил в магазин за хлебом. Нам заодно возьмёшь пару буханок хлеба. Бензина хватит на одну поездку.

– Предложение заманчиво. Но мне нельзя доверять транспорт. – вполне серьёзно, заявил. – У меня нет меры скорости. Поэтому до службы в армии мне ни дали водительские права на машину.

– Мой мопед не машина. – с юмором, сказал сосед. – Особо не разгонишься. К тому же сегодня конец недели. Трасса свободная. Ты будешь единственный лихач на дороге. Хотя, шоссе не космос.

– Уговорил на свою голову. – с успешной, согласился. – Если что, за мопед и трассу отвечаешь ты.

К моему удивлению, мопед завёлся легко с первого раза. На виду у жильцов нашего посёлка проехал по кругу площади перед конторой. Показал ювелирную езду вокруг телефонных столбов. Газанул напоследок и под аплодисменты местных зевак лихо рванул с посёлка вниз к трассе.

В этот день в конце недели, как всегда в такой день, транс кавказская магистраль была без машин.

Перед выходными днями никто не выезжал в командировку. Каждый рассчитывал в такой день остаться дома. Рядом с нашим посёлком и станцией Червлённая всюду червлёные буруны.

Городским места отдыха нет. Рыбаки и охотники выезжают к Терек в дали от основной трассы. Так что мне совершенно не опасно было проявить своё лихачество на широкой кавказской трассе.

На всякий случай посмотрел в лево и в право. На огромном пространстве на трассе не было никакого движения. Даже домашние животные в этот жаркий день остались в тени деревьев.

Выжимая из мопеда всё, на что он был способен, лихо задал переднее колесо и на заднем колесе мопеда помчался вниз по дороге в сторону трассы стараясь крутануть восьмёрку как в цирке.

В последний момент, когда колесо мопеда коснулось полотна трассы, увидел, как с левой стороны на большой скорости на меня надвигается огромный карьерный самосвал.

На заднем колесе мопеда повернуть с трассы невозможно. С левой стороны от самосвала пологий спуск. Самосвалы тоже некуда сворачивать. У меня нет никакого шанса остаться в живых.

Когда между мной и самосвалом до столкновения оставалось несколько метров самосвал резко повернул в лево и кубарем покатился вниз с полотна трассы. Перевернувшись два раза самосвал обратно встал на колёса.

Благодаря кузову самосвала из толстой стали кабина совершенно не помялась. Вот только из кузова самосвала высыпалось несколько тонн щебня к ближайшей стройке.

В то время как мне повезло меньше, чем самосвалы. Коснувшись полотна дороги обеими колёсами, резко повернул вправо и со всего маха полетел кувырком в сторону телеграфного столба, который оказался на моём пути. Так сильно врезался в столб, что едва не потерял сознание.

Пока приходил в себя от происшедшего, в это время из кабины самосвала вышли два накаченных парня и не спеша направились в мою сторону. У одного парня в руке была совковая лопатка. У меня в голове мелькнула чёрная мысль, что меня сейчас будут бить за лихачество этой лопатой.

Сознавал, что заслужил хорошей взбучки. Но ни совковой лопатой?! Однако парни бить меня ни стали. Просто молча вручили мне в руки боковую лопаты и показали на огромную кучу щебня, лежащего на обочине возле карьерного самосвала. Тут всё было ясно без слов. Надо закидать несколько тонн щебня обратно в кузов огромного самосвала.

Видимо из-за уважения к моей мускулатуры парни ни стали меня бить, а решили испытать мою силу на щебне. Мне как бы повезло, что самосвал был ниже по склону, чем огромная куча щебня. Иначе бы мне не суждено было избежать хорошей парки. Так как ни смог бы запросить в кузов самосвала и лопаты щебня. Тут же работа, как разминка, перед штангой в тренажёрном зале. Щебень в кузов завидую и мышцы себе накачаю. Почти целый год себе банки ни качал. С работой спорт забросил.

Убедившись в том, что у меня лихо получается забрасывать лопатой щебень обратно в кузов самосвала, парни достали из кабины сумки с продуктами и расположились на обед за трассой на траве рядом с мопедом и тем самым телеграфных столбом, об который едва не разбился.

Парням сейчас хорошо, они отдыхают, а вместо экскаватора гружу совковой лопатой щебень в кузов их карьерного самосвала, которому угораздило мучиться по трассе в момент моего лихачества.

Примерно через час моего рабского труда думал о том, что лучше меня побили совковой лопатой, чем заставили бросать щебень той же лопатой обратно в кузов самосвала.

Мало того, что от такой работы у меня ныло всё тело, к тому же меня подкалывали водители и пассажиры из приезжающих рядом по трассе различных автомобилей, большинство из которых были мне знакомы.

К тому времени, когда на земле рядом с самосвалом осталась небольшая кучка щебня, у меня совершенно не было сил на такой рабский труд.

После каждого броска щебня, совковой лопатой в кузов карьерного самосвала мне нужен был отдых, чего позволить себе не мог.

Так как за трассой у перекрёстка возле нашего посёлка на траве собрались все мои любопытные соседи и друзья. Рабочий день давно закончился.

Завтра в нашем посёлке выходной день. Есть время хорошо отдыхать до следующей рабочей недели.

Тут же рядом с посёлком такой прекрасный случай на трассе. Секретарь комсомольской организации винсовхоза «Бурунный», художник-оформитель района, бригадир строителей посёлка, партийный человек – всё в одном лице, бросает щебень лопатой в кузов самосвала. Прекрасный повод обсуждать данный поступок известного человека.

– Дружбан! Не подведи коллектив! Мы за тебя кулаки держим. – кричали, хором, мои друзья.

– Бери больше – кидай дальше! – покалывали знакомые из станицы Червлённая. – Покажи класс!

– Мы на тебя ставки делаем! – кричали болельщики с обеих сторон. – Ты у нас в доле будешь!

Конечно, при таких обстоятельствах, мне не хотелось ударить в грязь лицом перед своими друзьями и недругами. Ведь от того, как закончу погрузку щебня в кузов самосвала зависит дальнейшее отношение ко мне всех моих друзей и знакомых, а также моих родственников, которые проживают в станице Червлённая и в Шелковском районе.

Ведь завтра весь район будет знать о моём лихачестве на трассе и тех последствиях, которые дали повод обсуждать мою личность.

– Парень! Ты молодец! Можешь работать экскаваторов у нас в карьере. – хлопья мне по плечу, сказал водитель самосвала, выдёргивая из моих рук совковую лопаты, которая словно срослась со мной за время моей работы. – Но лихачи нам на трассе не нужны. Следующий раз задавлю.

Оба парня сели в кабину карьерного самосвала и вскоре уехали в сторону стройки рядом со станицей Червлённая. В тот же момент за моей спиной разделить бурные аплодисменты.

Как когда-то вовремя моей работы на манеже цирка, повернулся в сторону зрителей и поклонился несколько раз в сторону зрителей едва удерживая равновесие от каторжной работы с погрузкой щебня.

– Лихач! Приземляйся к нам! – радостно встретили меня друзья на другой стороне трассы. – Поляна накрыта в твою честь. Есть повод нам посидеть за декалитром вина в кругу своих друзей.

Конечно, на этой поляне в мою честь, было много друзей и выпили в этот вечер несколько декалитров домашнего вина. Но самое интересное в этот вечер было то, что все мои друзья и наши соседи, кто узнал о причине происшествия и сбора на поляне, принесли нам по буханке хлеба, которым мы питались целую неделю из холодильника, где он хорошо хранился в жаркое время.

Вовремя моего неудачного лихачества на дороге мопед моего соседа никак не пострадал. Однако поле этого случая больше никогда ни сел за руль любого транспорта.

Так как прекрасно знаю, что для меня шоссе ни космос, где можно раскручивать любую скорость в бесконечном пространстве. Ведь для меня нет понятия скорости и пространства. Так что лихачество на дороге ни мне.

8. Охота на лису.

После того, как у нас в посёлке рядом с нашим домом буровой машиной нашли пресную воду, за один сезон наш посёлок превратился в зелёный оазис в песках червлёных бурунов. Мы посадили много деревьев вокруг нашего посёлка. Но ещё больше всякой растительности появилось после орошения земли вокруг посёлка «Бурунный».

Кусты ягод и поляны цветов были всюду возле посёлка. С пресной водой природа сама вернула к нам из прошлой жизни, когда здесь был зелёный оазис. Вместе с зеленью вокруг посёлка вскоре появились дикие птицы и животные, которых раньше не было до строительства винсовхоза «Бурунный».

В зарослях кустарника и первых саженцев деревьев вокруг посёлка стали гнездиться перепел, фазан, стрепет, дрофа и разные ночные птицы. На плантациях спелых виноградников появились дикие козы, зайцы, а также другие плотоядные животные и хищники.

Новые поселенцы любили лакомиться спелыми ягодами сладкого винограда. По ночам и ранним утром, возле лужи пресной воды можно было увидеть представителей флоры и фауны, которые явились к нам на водопой. Диких животных и птиц было так много, что им стало тесно у маленькой лужи пресной воды.

По ночам у водопоя начались разборки за место у лужи воды. Пришлось вырыть на краю посёлка небольшой водоём, в который запустили воду из наших искусственных источников, чтобы представителям природы было ни тесно во время водопоя.

Ранней осенью, когда выпал первый снег, вокруг наших домой появились следы диких животных и хищников. Они даже не стеснялись пометить свою территорию рядом с нашим жильём.

Словно это ни они у нас, а мы у них поселились на обжитой ими территории червлёных бурунов.

– Коля! Ты видел? Возле нашего дома шастает рыжая лисица. – обратился, к нашему соседу.

– Давно её заметил. Ещё с осени. Когда она у нас в подъезде ночевала. – ответил мне сосед.

– Надо эту рыжую отучить лазить у нас по подъезду. – сказала Лена, жена нашего соседа.

– Может быть, она бешеная? Может покусать наших детей. – забеспокоилась Людмила, моя жена.

– Никакая не бешеная. – вступил в защиту лисицы. – Даже очень симпатичная. Ей скучно одной.

– Надо ей или ему, пару найти, чтобы у них была семья, как у нас. – в шутку, предложил сосед.

– Ещё квартиру им выделить в новом доме! На равных правах! – всерьёз, возмутилась Лена.

– Вы ничего умного не придумали?! – встала Людмила на сторону соседки. – Может быть, ещё свадьбу лисью сыграет? О детях своих позаботьтесь. Лису надо гнать подальше от наших детей!

– Вообще-то не против погулять на лисьей свадьбе. – прикололся Николай. – С зайчатиной шашлык покушать. Вина свежего испить. Поскакать со зверюшками ночью вокруг водопоя…

– Тебе сейчас такие скачки устрою, что тебе мало места будет. – закричал Лена на своего мужа.

– Вы ещё подеритесь из-за лисы. – всерьёз забеспокоился за соседей. – Отводим мы лису от нашего дома. У моих родственников в станице Червлёная есть ружьём и охотничья собака…

– Ты что! Совсем сдурел лисицу убивать? – встала в защиту лисицы Людмила. – Она тебя не трогает, и ты её не обижай. Лисица тоже, как человек, жить хочет. Оставь лисица в покое. Понятно?!

– У нас не мужья, а изверги! Живодёры! – возмутилась Лена. – Вам бы только убивать животных!

– Да вы что, бабы!? Совсем с ума спятили? – закричал Николай. – То вам лиса мешает. То вам лису жалко. Вам самим надо разобраться с данной проблемой. Прежде чем обвинять своих мужей.

– Ты бы лучше о семье подумал. – стала соседка упрекать своего мужа. – Зима в самом разгаре, а у нас в доме, как в лисьей норе отопления нет. Спим в одежде под двумя одеялами.

– Хватит вам ругаться. – закричал на всех. – У меня даже в мыслях не было убивать лисицу. Родственники никогда не дадут мне ружьём с боевыми патронами. В ружье будут холостые патроны. Собака тоже одно название, что охотничья. Какой-то беспородный щенок. Ваша лисица будет жива. Мы её только пугнём подальше от нашего дома. Так что успокойтесь! Все будут целы и сыты.

На следующий день после работы пошёл в станицу Червлёная к родственникам. Поговорить насчёт охотничьего ружья и собаки на выходной день. Несмотря на то, что мы жили друг от друга на расстоянии трёх километров, мы виделись очень редко.

У всех учёба, работа, домашние дела. Наши родственники жили в станицах и городах по всей длине Терека от Орджоникидзе до Кизляра.

На протяжении четырёх сот лет отмечали родовым кланом свадьбы, праздники, траурные дни.

Когда родственный клан стал насчитывать сотни семей и расстояние между родственниками увеличилось в сотни километров, встречаться стало сложно и материально накладно ездить далеко.

Последний раз большой клан родственников был на нашей свадьбе в Беслане летом 1971 года. Больше кланом собираться ни стали. Все очень заняты и далеко ездить друг к другу.

Даже рядом в станицу к родственникам сходить некогда. За день так на вкалываешь на работе, что дома не успеваешь отдохнуть. На следующее утро всё повторяется без отпусков и без выходных дней.

– Шурик! Как хорошо, что ты пришёл к нам в гости. – встретила меня тётя Клара у калитки своей хаты с распростёртыми объятьями. – Сходить к вам некогда и вас не видно. Как ваша дочка растёт? Когда мама к вам приедет? С ней тоже давно не виделись. Все в делах. Связь теряется.

– У нас всё в порядке. Дочка растёт. – проходя в хату, отвечал на вопросы своей тёти Клары. – В декабре ей будет год. После сбора арбузов мама к нам больше не приезжала. Живём далеко друг от друга. Мы с маленьким ребёнком тоже не можем далеко ехать. Боимся ребёнка простудить…

Прямо с порога тётя пошла хлопотать на кухню, чтобы накрыть на стол к приёму редкого гостя. В хате меня встречают многочисленные двоюродные братья и сёстры.

Все они младше меня, школьники и дошкольники. Мне с ними неинтересно общаться.

Другое дело дядя Вася, глава семейства, старше меня на двадцать лет. Как он сам говорит, что до пенсии не дорос, а племянника перерос.

– Рассказывай! С чем пришёл? – усаживая меня за стол, спросил дядя Вася. – Прекрасно знаю твою породу, что в гости просто так ходить не будешь. Инструмент какой надо или на рыбалку зовёшь?

– На рыбалку мне ходить некогда. Инструмент у меня всякий имеется. – сходу перешёл к деловому разговору. – Мне только на выходной день нужна ваша собака и ваше охотничье ружьём.

– Не понял?! – удивлённо, воскликнул дядя Вася. – Зачем тебе ружьём? Ты противник охоты. Ружьё тебе ни дам. У тебя нет прав на охоту. Зачем тебе собака? На кого ты собрался охотиться?..

– Дядя Вася! Успокойтесь! Ни на кого охотится не собираюсь. Мне нужно ружьё с холостыми патронами. – стал толком объяснять цель своей просьбы. – У нас в подъезде поселилась лисица. Наши женщины бояться, что лиса, может быть, бешеной и может покупать наших детей? Нам нужно ружьём с холостыми патронами и собака, чтобы отпугнуть лисицу подальше от нашего дома.

– Причина убедительная. – немного поразмыслив, согласился дядя Вася. – Вообще-то лисица у дома к удаче. Но раз вашим дамам не нужна такая удача, то дам вам ружьём и собаку. Лису лучше выслеживать не возле подъезда вашего дома, а возле её норы рано утром или поздно ночью.

Тогда лисица потеряет место своего жительства подальше от вашего дома. Узнайте, где нора лисицы.

– Хорошо! Так и сделаем. – согласился с выводами своего дяди. – Мы выследим, где лисья нора. Нам будет удобнее охотится ночью с субботы на воскресенье. За ружьём и собакой приду в субботу поздно вечером. Верну ружьём и собаку рано утром в воскресенье в целости и в сохранности.

– Вот и прекрасно! Договорились! – подвёл дядя черту под нашим соглашением. – Сейчас за стол. Вином вас не удивишь. У вас вино лучшее в районе. Но домашним самогоном вы не балуетесь…

Вообще-то не любитель выпить. Но тут невозможно было отказаться от рюмки самогона. Отказ был неуместен. Дядя с характером. Мог придумать насчёт нашего сговора.

От рюмки самогона под хорошую закуску пьяным не буду. Давно не кушал галушки с мясом и чесноком.

У нас в роду все женщины и мужчины специалисты национальных блюд терских казаков, а также других народов.

Как полагается, после рюмки одной казак не герой, дальше больше, чуть живой. Как вернулся домой помню смутно. Хорошо, что жена с дочкой спали в маленькой детской комнате.

Тихо на цыпочках прошёл в зал и не раздеваясь завалился спать на диване. Рано утром надо вставать ехать в станицу Шелковская по вопросу оформления наглядной агитации в районном доме культуры.

– У меня к тебе есть комсомольское поручение. – рано утром, перед отъездом в районный центр, обратился шутят к соседу с просьбой. – Ночью с субботы на воскресенье у нас будет охота на лисицу. Договорился с родственниками насчёт охотничьего ружья и охотничье собаки. Ты до субботы должен определить место расположения норы лисицы. Мы не должны опозориться на охоте.

– Чего тут определять? – удивлённо, воскликнул сосед. – Из окон наших квартир видно, как рыжая роит свои норы в зарослях кустарника. Сейчас на кустах листьев нет. Всё видно, как на ладони.

– Хорошо! Договорились. – согласится с выводом Николая. – Ты в субботу хорошо вестись днём, чтобы на охоте носом не клевал. Приготовь фонарик и палку подлиннее, чтобы от лисы отличаться. Ровно в полночь встретимся у подъезда. К этому времени у меня будет ружьём и собака.

– Если ты будешь податей или с похмелья, как сейчас, то охоту можно будет отменить. – намекнул сосед на мой вид и запах от меня с похмелья. – Лиса сбежит от нас от нас из-за запаха перегара.

– У меня вчера была уважительная причина выпить. – стал оправдываться за вчерашнюю пьянку. – Иначе бы дядя Вася мне ни дал охотничье ружьём и собаку. До охоты запах перегара пройдёт.

До субботы ни то, чтобы вина, даже пиво не пил. Отказывался от любого повода сесть за стол с вином. Ссылался на своё плохое здоровье. Хотя по моему виду каждый желал себе такого здоровья как у меня.

Но принуждать к выпивке меня никто ни стал. Опасались, что могу разгневаться ни на шутку и врезать по морде соблазнителя или люди просто понимали, что в эти ответственные дни у меня была уважительная причина не быть пьяным.

Так что к дню охоты был трезвый. Природа словно понимала, что мы собираемся на охоту. С самого утра в субботу валил с неба огромный пушистый снег, который замёл и завалил ни только звериные следы, а даже дорогу к нашему посёлку.

К такой погоде у меня не было сапог или ботинок. Так что к родственникам в станицу добирался в туфлях, утопая по самые колени в снегу. Ноги в туфлях промочил полностью.

– В такой обуви на охоту не ходят. – сказал мне, дядя Вася, вытаскивая с кладовки охотничьи бахилы. – Вернёшь всё сразу после охоты. Собаку обязательно держи на поводке. Иначе сбежит домой.

Охотничьи ружьём оказалась старая берданка, от которой было больше шума, чем стрельбы на охоте. К берданке дядя дал десять холостых патронов, забитых войлочными пыжами.

Собака по кличке Палкан был годовалым псом, который ни то, чтобы на охоту, даже со двора никогда не выходил. Пёс был настолько труслив, что по дороге к нашему посёлку от любого шороха дрожал и от страха прижимался к моим ногам. Так что пришлось вести Палкана рядом на коротком поводке.

– Ты что, думаешь, что он будет за лисицей гоняться? – пытаясь погладить рукой дрожащего от страха пса при встрече у нашего дома. – Как бы тебе вместо пса за лисицей не пришлось бегать.

– По обстановке посмотрим. Может быть, у него проснётся страсть к охоте? – встал в защиту пса.

Мы не спеша направились к зарослям кустарника. К этому времени снег перестал падать хлопьями с неба. Яркая луна хорошо светила с чистого неба на белое покрывало глубокого снега, в котором отчётливо было видно свежие следы лисица, ведущие нас от нашего дома к зарослям кустарника.

По ярким красным пятнами крови на белом снегу мы легко обнаружили следы продвижения хищника.

Дальше на первом холмике была первая лёжка рыжего хищника, который поймал на пропитание зайца, но не успел им полакомится, так как мы его спугнули во время начала трапезы. Как хищник метил свою территорию и по ложки хищника можно было догадаться, что это была самка.

К тому же лисица ни устроила себе трапезу на месте гибели зайца, а пыталась дотащить турку зайца до своей норы. Отсюда вывод, что у лисицы имеются подросшие детки, которым нужно свежее мясо взамен материнского молока. Выходит, что лиса давно поселилась у нашего посёлка.

– Посмотри сюда. Там листья нора. – сказал Николай, показывая мне на последний след хищника.

– Провал в снегу, это ещё ни нора лисицы. – сказал, разглядывая последний след зверька. – Лиса просто прыгнул в сторону, чтобы запутать свои следы. Оставить нас в дураках. Надо искать следы.

Искать долго следы рыжий плутовки нам не пришлось. Метра два от последнего следа мы увидели свежий след, который тоже вскоре прервался. Дальше больше следы кружили вокруг кустов, а вскоре образовались вокруг нас.

По всему было видно, что лиса совсем не боится нас, а тем более трусливого пса, который постоянно путался у нас под ногами и жалобно скулил от страха.

Около двух часов мы топтали снег вокруг кустарника в поисках лисьей норы по запутанным следам хитрого зверька.

Мы уже было отчаялись найти нору лисы и готовы были отказаться от охоты на рыжую плутовку, как вдруг Палкан провалился по уши в снег и с такой силой рванул в сторону, что не удержался на ногах и тут же нырнул в глубокий снег, откуда только что выскочил пёс.

– Нашёл! Ура! Нашёл лисью нору! – закричал во всю глотку, выбираясь из гибкого снега.

От моего крика с ближайших кустарников и небольших деревьев вспорхнули перепуганные сонные птицы, а в нашем посёлке в некоторых домах в окнах появился свет.

Кто-то вышел из дома на мой крик, громко выругался и сильно хлопая дверями подъезда вернулся обратно в свою квартиру.

На общий шум в станице своим лаям отозвались собаки. В стойлах протяжно замычали коровы.

– Ты чего орёшь? – всполошился Николай, провалилась в глубокий снег следующей норы. – Разрушил всех среди ночи. Мог спокойно сказать, что нашёл нору лисы. Вот тоже нашёл, но не ору.

– У лисы должно быть много нор. – спокойно, сказал своему напарнику по охоте на лису. – Нам надо вначале кострами блокировать несколько нор. Затем устроить ловушку лисица и её деткам.

– Тебе не жалко лисят? Ведь они тоже дети. – забеспокоился охотник о детка рыжего хищника.

– Жалко! – откровенно, признался. – Но мы их убивать не будем. Просто спугнём их с нажитого места, подальше от нашего посёлка, чтобы они не учились от своей мамы лазить по подъездам.

Мы с собой взяли в рюкзаках заранее приготовленные древесные опилки и бумагу для костров у лисьих нор. Хвороста вокруг кустов было много.

Так что у нас не было особого труда у каждой норы развести небольшой костёр, от которого было больше дыма, чем огня, чего и требовалось, чтобы выкурить лисицу из нажитого места. Через дорогу у Терека есть лес. Пускай там лиса живёт.

– Буду сидеть с ружьём у открытой норы, с одной стороны. – принялся объяснять напарнику наши обязанности на охоте. – Ты с Палканом будешь у другой норы. По моей команде ты засунешь пса в лисью нору. Как только пёс начнёт издавать свои звуки, так лиса со своими метками побежит в мою сторону. Мне останется только пугнуть хищников из ружья. На этом наша охота закончится.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.