Олеся Головацкая
Эскизы

Картина первая: Эля

Эскиз 1. От первого лица

«Кажется, я докатилась до финишной стадии одиночества – мне захотелось вести дневник. То ли я, вообще, разучилась общаться с людьми, то ли «обслушалась» аудиокниги «Сумерки», которая написана в исповедальной манере от лица главной героини Бэллы… Может, это действительно, душевное расстройство? Не просто так ведь захотелось постучать по клавиатуре, хотя, на самом деле, нет никаких достойных мыслей, которые стоило бы сохранить на будущее. Есть просто ощущения, которые жаждут выплеснуться из меня хотя бы таким способом. А выразить их в двух словах невозможно.

Я просто чувствую себя абсолютно потерянной. Мне кажется, что самый важный и решающий период жизни уже прошел, а впереди только небольшой, с каждым днем уменьшающийся переходный промежуток к страшному периоду сначала «… за 20», потом «…за 30». О том, что там, за чертой, даже подумать страшно.

У меня нет друзей. Мне даже не с кем будет встретить выпускной (это, кстати, еще одна мысль, которая не дает мне покоя, но ее я стараюсь отодвинуть на задний план в надежде, что все как-нибудь решится само собой в последний момент).

О своей глупости даже писать не хочется. В этом плане я, кажется, больше всего и до полнейшего отчаяния разочаровалась в себе. А ведь мне когда-то говорили, что я могу стать художницей, и у меня большое будущее. Кому нужны художники в эпоху фоторедакторов и ИИ? Так что все детские мечты выглядят такими наивными, «липовыми» и натянутыми, что я не просто отреклась от дорогих воспоминаний, но стараюсь вообще вычеркнуть их из памяти.

В череде этих негативных чувств есть только одно ощущение, которое непонятным образом мотивирует жить, – это предвкушение чуда. Нет, вернее будет сказать так: острое желание, чтобы оно произошло, и самоубеждение, что если так думать, то оно почему-то должно произойти.

А, может, все просто: мне дико хочется любви, причем любви романтической, пусть даже безответной, чтобы в моей ровной, скучной, однообразной жизни наконец-то появились яркие краски. Да, у меня есть одна веская причина верить в эту бредовую идею. В моей жизни еще ни разу не было взаимного признания «Люблю» – «Люблю». Значит, мне еще есть, чего ждать…. Пусть даже эту уверенность я придумала себе сама.

Несколько дней назад приснился какой-то дурацкий сон, после которого я весь день чувствовала себя невесомой и счастливой… Я стою на первом этаже и жду лифт. В 1001-ый раз нажимаю на кнопку, а он не едет и не едет. И вдруг двери открываются передо мной сами собой, а внутри кабины такой яркий свет, что, кажется, вместо лампочки, там установили софиты. И прямо из этого света появляется кто-то. Я не вижу лица, вижу только светлые зеленые глаза… Он берет меня за руку и силой заводит в лифт. Нажимает на кнопку, двери еще не успевают закрыться, как кабина стремительно летит вверх. Мне страшно и кажется, будто пол под ногами сейчас оборвется от скорости подъема. Но в тот самый момент, когда я осознаю это чувство испуга, лифт останавливается, двери открываются, и мы выходим на крышу небоскреба (я видела такие по телевизору – по-моему, это называется «пентхаус»). По выражению лица моего спутника понимаю: он привел меня сюда, потому что я о чем-то таком мечтала. И в этот самый момент я испытываю какое-то странное сладкое чувство исполненного желания, которое можно выразить только одной фразой «Неужели это происходит со мной?..». В этот момент я просыпаюсь».

15 августа 2014 г.

Эскиз 2. Бег по кругу

… Для нее не существовало понятия «некуда пойти». Как минимум, большую часть суток у Эли всегда были в открытом доступе два любимых места «про запас» – как в старой детской байке про «два кольца в два конца»: кольцевая линия метро и троллейбус № N такого же бесконечно замкнутого сообщения.

Когда-то ее детской мечтой был дом, похожий на кочевой вагончик цирка «Шапито» – можно всю жизнь колесить по миру и всегда быть дома. С возрастом ужимается все – в первую очередь, мечты. Сейчас она довольствовалась дешевым суррогатом кружения по кругу кольцевой ветки метро.

… Двери в очередной раз равнодушно захлопнулись, и изображение в окне поплыло справа-налево. Она совершенно неслучайно почувствовала «де жа вю» – это был уже 5-ый круг почета за сегодня.

Иногда ей казалось, что нет ничего более вечного, чем бег по кругу. Приблизительно в таком беге и проходит вся человеческая жизнь. Нам кажется, что мы наступаем на одни и те же грабли, учимся на своих ошибках, делаем выводы…. А не проезжаем ли мы на самом деле в третий-четвертый раз «Парк Культуры» или «Белорусскую»?..

… Очередная остановка. В распахнувшиеся двери заходит пестрый и многоликий человеческий поток. Суббота. Вечер. Половина одиннадцатого. Сегодня день Этого города. И Это неудивительно. Хотя в Этом городе Это всегда неудивительно…

Удивительным для всех пассажиров стало равнодушное «Поезд дальше не идет. Просьба освободить вагон». Даже поездам надоедает кататься по кругу – устают и отправляются на заслуженный отдых. Эля решила тоже уйти с кольцевой на зеленую Замоскворецкую линию…

Эскиз 3. Анонимный друг

Steel:

– Привет.

Elli:

– Привет.

Steel:

– Твои рисунки стали черно-белыми. Меня пугают

эти безысходно надрывные настроения....

Что-то случилось?

Elli:

– Ничего. В том-то все и дело. Снова ничего.

Steel:

– А должно было?

Elli:

– Видимо, нет.

Steel:

– Только не молчи, моя светлая девочка, не молчи –

пусть слова звучат – не затаивай их в себе.

Говори со мной, а я буду внимать и вникать....

Elli:

– Спасибо тебе… ты всегда появляешься в самые

тяжелые для меня времена, когда все стемнело,

и рассвет вообще не близится. Я ни с кем не могу

поговорить и не знаю, кто сможет меня понять…

Steel:

– Моя светлая, добрая девочка.... В тебе так много света,

что хватит на десятки людей и даже сотни.... Я очень хочу,

чтобы этот исцеляющий свет можно было обратить не во вне,

а внутрь тебя самой.

Elli:

– Свет… твои слова… их надо на зеркале

написать и каждый день с ними просыпаться.

А еще очень хочется услышать тебя вживую. Почему

ты не хочешь поговорить со мной по телефону или

хотя бы выйти в скайп?

Steel:

– Нарисуй меня так, как чувствуешь сейчас.

Не на бумаге. На зеркале. И я буду рядом.

Каждый день. Каждое утро.

Elli:

– Ты старше, сильнее, мудрее, опытнее. Ты знаешь

больше других о жизни и обо мне. Но я не могу

ни представить тебя, ни нарисовать.

Я хочу знать, кто ты!

Steel:

– Тогда нарисуй себя – хрупкую хрустальную девочку,

которая несет в ладони искрящийся луч. Она такая хрупкая,

что ей трудно ступать босыми ножками по острой земле.

Но она все равно шагает, не теряя равновесия. Одной рукой

она пытается нащупать впереди дорогу, а другую

прижимает к груди, прикрывая от ветра сокровенное ее содержимое.

И, пожалуйста, не используй в этом эскизе черный карандаш....

Нет, она не жила в сети. Анонимная собеседница была единственной, с кем она делила свое одиночество. Подростки всегда одиноки. Особенно, трудные. Трудные – не значит «эмо» или «гот». Трудные – это когда тебе трудно с самим собой. А этого у нее было в избытке. Даже имя трудное – Элеонора. Хотя так ее называли редко – Эля да Эля.

Спустя уже почти три месяца регулярного общения со своей виртуальной подругой Эля не могла назвать ту самую точку отсчета, с которой обычно начинаются приятельские отношения или же просто знакомство. Обе странные, одинокие, лишенные в чем-то поддержки родителей, а в чем-то понимания сверстников, не желающие подстраиваться под толпу, мечтательные фантазерки и неискоренимые романтики. Обе чуждались современного массового искусства. И вот, как говорится, встретились два одиночества… Только Эля еще и со странным упрямством верила в сказки и рисовала светлые сюжеты, ожидая, что когда-нибудь придет чудо, которое перевернет ее жизнь.

Эскиз 4. Рефлексия золотых оттенков…

«Кто только придумал это напыщенное величественное выражение «золотая осень»? Неужели во всеобщем желтеющем увядании есть что-то горделивое? Жухлые листья, в беспорядке разбросанные по дорожкам, блеклые деревья, торчащие голыми кольями, и одинокое солнце, тусклой желтинкой мелькающее на небе… Как будто вся жизнь остановилась перед светом этого огромного сломанного мигающего светофора…

Желтый… Больной цвет понедельничного утра… Ржавое зеркало, в котором «у меня… желтые глаза», как в назойливой песне, повторяющейся за пожелтелой стеной… Непрожаренная яичница. Остатки чая, засохший мед и лимон в купе со старыми выцветшими страницами желтой прессы… Скука…

Какой-то мудрый критик заявил, что, когда писателю хочется создать ощущение тоски, он обильно использует желтую палитру. Так и появляется моя мизерная душная каморка Раскольникова «с своими желтенькими, пыльными и всюду отставшими от стены обоями». А за окном меня ждет такой же по-достоевски душный и томительный желтый город, разве что названный по-другому…

А еще дождь… Унылый бесконечный дождь, который превращает остатки позолоченной осенней красоты в сплошное желтое месиво…

… Но именно благодаря этой непогоде я встретила Его! Говорят, что все произошло очень банально, а мне кажется – это было, как в кино: я стояла на остановке и никак не могла дождаться злосчастного троллейбуса. С каждой минутой стук капель усиливался, а ручейки воды, бегущей по асфальту, подступали ближе и ближе к маленькому островку остановки. Я уже оставила попытки выглядывать из-под спасительного козырька, потому что долгожданные «усы на проводах» не мерещились даже на горизонте.

Вдруг прямо напротив меня остановился автомобиль. Я не разбираюсь в марках. Запомнила только, что он был то ли иссиня-черный, то ли темно-синий. Водитель опустил окно и спросил, не нужно ли меня подвести.

Мама регулярно говорила, что нельзя садиться в машину к незнакомым, поэтому я, разумеется, отказалась. Он рассмеялся и сказал, что мне все равно придется ловить такси, потому что троллейбусов сегодня не будет – на линии поврежден провод, а пешком под ливнем я вряд ли дойду до дома. Я опешила и даже не нашла, что ответить. К такой ситуации я была не готова совсем. И денег на такси у меня с собой тоже не было. Я просто стояла, как дура, и молчала.

– Да не бойся ты, – снова улыбнулся он и достал из куртки какой-то документ в кожаной обложке. – Видишь, это мой паспорт. Садись и держи в руках, пока не доедем. Если я тебя обижу, продашь меня в рабство.

Его слова были такими простыми, милыми и смешными, что я растерялась… и согласилась.

Доехали быстро. Говорили мало – он что-то спрашивал, я что-то отвечала. Слова не помню. Все это время я рассматривала его глаза. Большие жгуче-карие, кофейные, серьезные, выразительные. Еще тогда я поняла, что не смогу уснуть. А если усну, то сниться мне будут только они…

– Приехали. Ну, что номер телефона оставишь? – вернули меня к реальности его слова.

– Зачем? – растерялась я.

– Ну, как – вдруг снова застрянешь в дождь на троллейбусной остановке! – расхохотался он.

И я сама, не понимая зачем, произнесла вслух 12 цифр, которые знали только мама, папа, несколько одноклассниц и пара старых подружек еще по «художке».

– Ну, будем, знакомы, – снова улыбнулся он. – Артур».

8 сентября 2014 г.

Эскиз 5. Синоптики и троллейбусы

Звонка она ждала целую неделю, но телефон предательски молчал. Кроме звонков мамы и пары смс с просьбой «скатать домашку» ничего нового Эля не получала. К выходным она решила, что надо быть умной девочкой и просто забыть об этом случайном знакомстве, а в воскресенье вечером раздался звонок. Увидев незнакомый номер на экране, она сразу поняла, что дождалась…

– Эля?

– Эээля.

– Привет. Это Артур, помнишь?

Неловкая пауза – ну, разумеется, она помнит. Только как сказать об этом, не выдав своего восторга???

– Да… кажется…

– Кажется? (в трубке слышен его неподражаемый смех). Я что тут подумал – завтра с утра буду мимо тебя проезжать. Подвести тебя в школу?

– …зачем?

– Да, так просто. Синоптики завтра обещают дождь, а твои троллейбусы – ненадежные друзья…

Эскиз 6. Попутчица

«Уже пятый час утра, а я все никак не могу уснуть… Со мной что-то происходит…Что-то стихийное и пугающее… Я не могу объяснить, что это, и, к сожалению, не могу контролировать. Это какая-то неуемная жажда жизни… Парадоксально, но за этот месяц для меня как будто год жизни пролетел, и, если честно, я даже боюсь пересказывать действительно неожиданно свершившиеся перемены, которые я тихо про себя считаю чудесами, за которые только и хочется, встав на колени, шептать и шептать: «Спасибо Тебе, Господи!» Но писать о свершившемся не хочу – панически боюсь и сглаза, и дурного глаза….

Сегодня он опять разбудил меня телефонным звонком в 6.00. Даже в 5.54… Сказал – на всякий случай, если мне еще пять минут захочется подремать.

Вчера он при мне долго разговаривал с кем-то по телефону и сказал, что влюбился….

Вчера он сказал, что между нами уже давно невербальная связь…

Сегодня он назвал меня «моя малышка» и, прощаясь, сказал, что будет скучать…

Вчера он сказал, что, когда появляюсь я, у него настроение поднимается…

Либо мы действительно выходим на какой-то новый уровень общения, либо я слишком верю в слова… Я не знаю! Не знаю! Не знаю! Не знаю! Но все мои фантазии крутятся вокруг него… Я засыпаю, моделируя в голове историю нашего первого поцелуя…. Я еду в троллейбусе, слушая музыку и придумывая в голове все новые и новые ситуации про нас… А в реальности все на той же мертвой точке: почти каждое утро он подвозит меня до школы, а каждый вечер я бегу домой, чтобы скорее лечь спать. Временами мне кажется, что мы стали безумно близки и с полувзгляда понимаем друг друга, а временами – что мы абсолютно чужие люди и я непонятно с чего веду себя с ним слишком фамильярно, развязно и навязчиво….

…. Не знаю, не знаю, не знаю….

Хотел бы, черт возьми, уже 1000 раз пригласил бы меня в кино или на выставку, тем более, что я говорила о своей любви к такому досугу… Но он не предпринимает ровным счетом ни одного шага к сближению и, похоже, вообще, не понимает, что у меня за странный блеск в глазах…»

16 октября 2014 г.

«Вчера мне приснился странный сон. Как будто я хочу спуститься на лифте всего на один этаж вниз, а вместо этого попадаю на карусель, и меня несет в лежачем положении… Как будто какая-то канатная дорога прямо над морем…. И такая буря непонятных эмоций внутри: мне страшно, что я сорвусь, мне непонятно, куда меня несет, и куда я приеду, мне классно, потому что жарко и вокруг такая красота….

Мечты сбываются, и от этой мысли становится страшно – вдруг все закончится так же внезапно, как началось? Надо срочно вернуться с небес на землю, а я не могу…. Хочу уйти с головой в учебу, чтобы не разбираться в себе и заглушить рой слишком пугающе прекрасных мыслей в голове. Счастливой, оказывается, быть очень страшно – постоянно мучает мысль, что будет дальше…»

17 октября 2014 г.

Эскиз 7. Счастье?

Elli:

– Привет.

Steel:

– Привет. Тебя давно не было, и ты так и не нарисовала девочку с лучиком солнца в руках. Как ты? Все хорошо?

Elli:

– Очень! Я счастлива! Знаешь, я, кажется, влюблена.

И, кажется, это взаимно!

Steel:

– Тогда почему тебе кажется? Почему не уверена?

Elli:

– Разве можно быть уверенной в счастье?

Steel:

– В счастье, наверное, нет. А вот в любимом человеке – да.

Иначе какое это счастье?

Elli:

– Ты говоришь так, как будто ты старая провидица!

Что ты знаешь о счастье? Что ты знаешь обо мне?

Что ты знаешь о нас?

Она убрала руки с клавиатуры и на минуту задумалась ― о нас. Что она сама знает «о нас». Неважно! Важно, что через полчаса приезжает Артур! И не для того, чтобы подвести ее в школу, потому что ему по пути, а потому что… потому что у них свидание! Первое в ее жизни настоящее свидание!

Steel:

– Я просто хочу, чтобы ты была счастлива. Ты такая

светлая, добрая, наивная и доверчивая…

Elli:

– Я счастлива. Извини, мне сейчас некогда говорить.

Я напишу тебе. Позже. Пока.

Эскиз 8. Проза и поэзия

«Он приехал буквально через полчаса. Куда-то едем и говорим ни о чем… он берет мою руку… и не отпускает весь вечер! Он гладит ее, целует. Все вроде бы в шутку… много странных взрослых анекдотов… Я несу околесицу… причем, сама того не желая, выгляжу полной дурой!.. Мы приезжаем на смотровую площадку на Воробьевы горы… Выходим прогуляться – он обнимает меня, якобы чтобы погреться… Но ему холодно, а мне странно и неуютно… Под предлогом того, что он замерзнет, мы возвращаемся обратно в машину…

Снова разговоры о какой-то чуши… я читаю стихи, мы поем песни…. Я предлагаю выпить кофе… Он спрашивает, можно ли меня поцеловать… я опять несу какую-то чушь… Второй раз он уже не спрашивает… просто целует… очень аккуратно… Я не знаю, так или не так целуются по-взрослому, но это был мой первый, ПЕРВЫЙ поцелуй!

Всю обратную дорогу мы молчали… А потом я не спала всю ночь. Ждала звонка или хотя бы смс. Но телефон молчал…»

19 октября 2014 г.

«Прошла неделя. Уже почти две. Он так и не звонил. Мне одиноко. Даже генеральная уборка не подняла настроение. Мне одиноко… и я, кажется, совсем потеряла голову. Я действительно влюбилась в Артура… Меня ещё никто и никогда так не держал за руку… Так, как сокровище… постоянно поглаживая. Так трепетно – двумя руками мою одну маленькую ручку… Целовать пальцы… Я не знаю, что это было, но мне не хватает этих прикосновений…

Он говорил, что я у него из головы не выхожу… Тогда почему он не звонит. Каждый день я снова и снова анализирую свои поступки, и мне все чаще кажется, что со стороны я выгляжу то ли неадекватной, то ли глупой…»

1 ноября 2014 г.

«Я больше не могу… Вчера я сама позвонила ему. Долгие томительные гудки без ответа. Вчера я впервые в жизни писала стихи…

Зачем так трепетно мою сжимаешь руку,

А я несу волнительную чушь?

Неужто так тебя заела скука,

Чтоб мчать ко мне в сомнительную глушь?

Романтика – мотать круги по центру,

Любуясь на ночные огоньки

И, подпевая песням в стиле «ретро»,

Не выпускать из рук моей руки?

Зачем так много тишины и робких взглядов,

Душевных разговоров ни о чем?

Зачем тебе все это было надо?

Чтобы исчезнуть навсегда потом?

В чем не права, раз после поцелуя

Ты не звонишь мне столько долгих дней?

Нет, видно не понять мне ни в какую,

Где логика в поступках у парней.

Прочитала «вконтакте» мудрую фразу: «Если не можете изменить обстоятельства, измени свое отношение к ним…» Легко сказать… Я точно чокнулась… Я уже даже ничего не ем и который день подряд гуляю пешком от школы до дому через весь город. В надежде, что троллейбусы снова перестанут ходить, и пойдет дождь…

А синоптики уже обещают снег…»

2 ноября 2014 г.

Эскиз 9. Анонимный друг

Elli:

– Привет.

Steel:

– Привет. Здорово, что ты вернулась. Все хорошо?

Elli:

– Нет. 

Steel:

– Что случилось? Тебя кто-то обидел?

Elli:

– Нет. 

Steel:

– Не верю. Конечно, если не хочешь, не рассказывай.

Но все же – что произошло?

Elli:

– Я просто ничего не знаю о счастье. И ничего

не знала про нас.

Steel:

– Про нас? Что ты имеешь в виду?

Elli:

– Он не любит меня. Я просто придумала «нас».

Steel:

– Твой парень – очень счастливый человек,

что у него есть ты… Он просто еще не понял.

Elli:

– Я хочу узнать, кто ты. Не хочу больше ничего

придумывать и домысливать. Вдруг наша

виртуальная дружба тоже существует

только в моих фантазиях…

Steel:

– Мы обязательно встретимся, поверь.

Просто надо еще немного подождать.

Но это произойдет. Обязательно! Я обещаю.

И будем целую вечность говорить с тобой не просто

словами – мыслями. А сейчас представь, что мы

с тобой два хрусталика, которые общаются

на расстоянии, отражая один общий солнечный свет,

и за много километров друг от друга они синхронно

переливаются своими отблесками…

Представь и нарисуй.

Эскиз 10. Желтый карандаш

Рисовать она, разумеется, отправилась в метро. По привычке села в последний вагон. Несмотря на то, что был вечер, кроме нее в вагоне оказался всего один человек. На самом последнем сиденье в самом конце вагона. И почему-то ей захотелось сесть рядом. Осторожно прижимая к груди тетрадку, в которой уже появились первые наброски, она направилась к такому же одинокому попутчику.

Оказавшись на расстоянии нескольких шагов, она поняла, почему ей неожиданно захотелось подойти. Парень рисовал! На его коленях лежала тетрадка, а в руках подрагивал в такт движущемуся поезду желтый карандаш.

Эля замерла на месте, боясь, что ее любопытство, будет воспринято как бестактность. Из-за руки, которой он придерживал тетрадку, сложно было разглядеть, что именно он так вдохновенно рисует. В середине листа отчетливо читались контуры утонченного женского лица.

Вагон тряхнуло, и Эля, потеряв равновесие, неловко упала на сидение напротив. Ее тетрадка выпала из рук и эскизы с шелестом разлетелись по вагону. В этот момент парень поднял голову и Эля второй раз опешила, пораженная неестественно светлым оттенком зеленых глаз.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.