Драматургия и проза
Сказки. Малая проза. Военпред в двух поколениях
Владимир Старцев

© Владимир Старцев, 2024

ISBN 978-5-0062-8429-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Дракоша Delphi (cказка)

Delphi – умный и добрый, маленький дракончик.

Жители леса: ворона, серые волки, лиса, белки, мышки, енот.

Автор – читающий слова, написанные курсивным шрифтом.

В лесу густом давным-давно,
Жило добро, и было зло…

Там звери многие трудились
По жизни многого добились,

Но были особи из тех,
Что жили в сладости утех,

И труд их был разбой, грабёж…
Добычи воровской делёж…

Бороться с ними надо друг
Внутри себя, да и вокруг.

Глава первая

Дракоша Delphi вылупился из яйца под деревом.

Delphi:
Солнышко… воздух… как хорошо…

Прилетела ворона села на ветку дерева.

Ворона:
Дракончик Delphi ты родился ль давно?

Delphi:
Недавно совсем.

Ворона:
Вот и понятно, не знаешь проблем
Раз солнышком любоваться умеешь,
В делах и в жизни ты не разумеешь,
А я много знаю про этот наш лес
В банде разбойников имею я вес,
Ну, ладно дракоша сиди, отдыхай,
Сильную личность в себе воспитай!

Ворона каркнула и улетела.

Дракоша мир познавал понемногу,
Открыли ему школы двери дорогу,
Он хорошо соображал и учился,
Быть светлым в душе часто стремился.

Глава вторая

По лесу однажды купец проезжал,
И Delphi дракончик его увидал,
Купец вёз товары с заморских земель,
Коня привязав, где зелёная ель,
Заезжий купец решил передохнуть,
И с солнца восходом продолжить свой путь.

В лесу ещё стемнеть не успело,
И стая волков – разбойников смело,
Искала себе добычу в тот день,
Бросая страха на многих тень.

Ворона бандитам спешила сказать,
Про место купца, где он сел отдыхать,
Она ведь за ним всю дорогу следила,
И с серыми волками в работах дружила.

Ворона, обращаясь к волкам:
Спешите скорее! Поторопитесь,
Товаром купца смелей поживитесь!

Серый волк:
Пора нам в дорогу! Нас ждёт успех!
Богатство купца разделим на всех!

Серые волки отправились в путь,
Купцу не дали под елью вздремнуть,
И в этот же вечер на него напали,
И всё что он вёз, в момент отобрали
Потом удалились, добычу делили,
Довольны разбойники серые были.

Дракоша всё видел, но не вмешался,
И вовсе волков серых не испугался,
Задумался Delphi, эти серые волки,
Знают они в жизни разные толки,
Имеют богатство, живут, не горюют
И лучше других в лесу нашем зимуют.

Глава третья

Шли годы, Delphi рос и учился,

Бывало, немного даже ленился,

Но в школе нормально преуспевал,

Ворону частенько по жизни встречал.

Ворона явилась к Delphi, когда он выполнял домашнее задание, полученное им на уроках в школе.

Ворона:
Зачем ты делаешь уроки?
И как примерный ученик,
Всё собираешь знаний крохи,
Не видя жизни лучшей лик.

Delphi:
Что может лучше быть уроков,
И школьных знаний для меня?

Ворона:
Ха-ха! Скажу открыто без намёков,
Ты рассуждаешь как дитя.

Delphi:
Я не дитя, а старшеклассник.

Ворона:
Пойдёшь к лисе со мной на праздник?
Сегодня пир горой устроим,
И отдохнуть себе позволим.

Delphi:
Не знаю, правда, честно я.

Ворона:
С тобой мы разве не друзья?
Подумай, ты ж не пожалеешь
Уроки выполнить успеешь,
Смотри, а то я улечу.

Delphi:
Да я с тобой идти хочу!

Ворона:
Ну, хорошо тогда вперёд,
Лиса наверно уже ждёт.

Дракоша и Ворона направились в логово к Лисе.

Познавши вкус спиртных напитков,
И видя золота вес слитков,
Дракоша в логове лисы,
Почуяв жизнь бандитской красоты,
Знакомился с разбоем и ворами,
Они ему немного рассказали,
Как кражи надо совершать,
И как товар потом сбывать…

Дракоша план придумал свой,
Где был он жулик и герой,
Хотел его в жизнь воплотить,
В себе разбойника растить,

Он почему-то захотел,
В мыслях осознанно был смел,
Забыв порядочность и честь,
Что совесть в нём пока что есть.

Глава четвёртая

Хорошие дни в осеннем лесу
Зверей вынуждали всё время к труду,

Трудились и белки, и мышки, енот…
Запасы сделать на зимний черёд,

Дракоша ж ходил и только мечтал,
И в шалостях разных порой утопал.

Дракоша увидел в лесу ворону.

Delphi:
Послушай, ворона ты многое знаешь,
По лесу для воров с разведкой летаешь,
Скажи у кого богатства, где есть?
Я в домик смогу к тем, наверно, залезть.

Ворона:
Я вижу дракоша, ты явно растёшь,
За леса опушкой деревья найдёшь.

Ворона показала на ближайшую опушку леса.

Ворона:
Там белки живут, безбедны они,
Вот их ты на днях давай обкради.

Дракоша был рад безумно когда,
Коснулся руками чужого добра,

Он к белкам залазил в один дом в другой,
И про себя думал, что он герой,

Позднее богатства свои он сбывал,
У белок всё что наворовал,

Сушёные ягоды, грибы и орехи…
Меняя на золото их ради потехи.

Глава пятая

Вот осень прошла, зима пролетела
И даже весна кончиться уж успела,
Школьные годы завершились Дракоши,
Хотел поступать в институт он хороший,
И думал, куда бы учиться пойти?
Профессию чтобы по жизни найти,
Он шёл, размышлял, лесною дорогой,
Вдруг мышку увидел, с печалью, тревогой,
Сидела мышь серенькая и рыдала,
Лису и бандитов волков проклинала.

Delphi подошёл к мышке.

Delphi, обращаясь к мышке:
Что с тобой случилось?

Мышка:
Вчера лишь солнце закатилось,
Пришли разбойники в дом к нам,
Устроив шум и крик, и гам,
Забрали ценности, всех съели,
Лиса и волки обнаглели.

Мышка заплакала.

Delphi:
Прошу, ты мышка не реви…
Не плачь, не надо, не грусти
Ну, хочешь золота мешок
Я принесу через часок,
И просто так тебе отдам,
Да и ещё лисе, волкам
Урок навек преподнесу,
Ведь им не место здесь в лесу.

Мышка:
Спасибо Delphi, мне не надо злата,
Была бы лишь волкам, лисе расплата,
Ну, а родных мне не вернуть,
Их оборвали жизни путь.

Delphi задумался, вправду, всерьёз,
Что вором он был в заблуждении грёз,
Дружил с волками и с хитрой лисой,
По глупости юной, залезая в разбой,
Он больше не крал и не воровал,
И в институт силовиков поступал,
Шли годы, он вырос и стал офицер,
Мальчишкам младым подавая пример,
Разбойников, воров, жульё он ловил,
И лес от бандитов освободил.

Конец

Октябрь 2012 года

Любовь и Истина (сказка)

Действующие лица:

Птица СВА – создание высших миров.

Всеволод – молодой мужик, ремесленник города Ура.

Регалини — Рыцарь древнеримской империи.

Катерина – молодая женщина, живущая в городе Ура.

Автор – читающий слова, написанные курсивным шрифтом.

Город Ура – город близ Чёрного моря.

В далёкой древности туманной нам и неизвестной
Стоял среди лесов прекрасный город и чудесный,

Там чистота была не измерима, словом злато,
И жил народ по чести, совести, богато!

А греки древние, поздней имперский Рим,
Являлся временами как сейчас Иерусалим…

Кооперацией влиятельных князей
Под флагами пиратских кораблей,

Но только во все времена
Любовь и истина жила!

Глава первая

Войска Римской империи вторглись на территорию Славянских городов.

Смахнув слезу и тихо успокоив мать,
Поднявши меч, Славяне уходили воевать,
Был Всеволод в их числе,
Он со щитом, с копьём в руке
Пришёл проститься с Катериной —
С единственной своей любимой!

У дома, где жила Катерина, Всеволод встретил её. Несколько секунд они замерли в объятиях.

Всеволод:
Врагов нападки отразим
И верю, все мы победим.

Катерина:
Иди скорее же, скачи!
Удача будет пусть в пути,
Вернёшься, знаю, буду ждать.

Всеволод вскочил на коня и прокричал, обернувшись к Катерине.

Всеволод:
На наших землях не бывать
Захватчикам и рабству,
Чужих рыцарей царству!

Близ города Ура начались бои, сопровождающиеся ожесточённым сопротивлением и противостоянием древнеримским войскам.

Солнце всходило, то снова скрывалась
Армия руссов за свободу сражалась,
Чёрные вороны рядом летали,
Многие люди тогда погибали,
Только не равными были успехи
Римские латы, мечи и доспехи,
Численной армией превосходя,
Били защитников, в плен уводя
Пал так однажды город Ура,
И Регалини новый порядок,
В нём наводить начал тогда,
Прежний закон стал как упадок
Рим город Ура имперским считал,
Мир захватить он весь мечтал,
Воины руссов были проданы в рабство
Так вот и жило древнеримское царство.

А Катерина в лес убежала
По братьям отцу она всё рыдала,
Думала, нет теперь их в живых,
Всеволод погиб, и нет уж родных.

Глава вторая

В утренний день Катерина пришла в лесу к реке, слёзы её попали в воду.

Вспышкой в небе едва заметной
Красотою неземной, но неприметной
Птица в облаке далёком показалась
К Катерине она ныне приближалась.

Птица СВА села на камень рядом с Катериной.

Птица СВА:
Что же ты ревёшь девица?
И спешила я спуститься,
Чтоб тебе помочь и всем
В этом хаосе проблем.

Катерина:
Если ты богиня птица,
То скажи, как так случиться
Всё могло несчастье, боль
Изменить это изволь.

Птица СВА:
Всеволод жив, отец и брат
Все воротятся назад,
Только Катя ты живи
Больше слёз не пророни.

Катерина:
Помоги мужчинам птица,
Только как им возвратиться?
Здесь же Рим всё захватил
Себе неверных подавил.

Птица СВА:
Не волнуйся Катерина
Это всё не раз уж было,
Римлянин иль кто другой
Нарушал руссов покой,
Но законы правят те,
В небе, в космосе, везде
Очень даже гармонично
Обмануть их не логично,
Невозможно хоть кому
Рим, поверь, пойдёт ко дну.

Катерина:
Что же делать дальше мне?

Птица СВА:
В лодку сядь и по реке,
Ты плыви и через сутки
Путь тебе покажут утки.

Птица СВА взмахнула крылом, на реке появилась лодка.

Птица СВА:
Торопись, поторопись
В лодку поскорей садись.

Катерина села в лодку и в ней помчалась по реке.

Глава третья

Регалини находится один в саду своего имперского особняка, думает и мечтает.

Регалини:

Да, Ромула и Рэм

Рим миром овладеет всем!

Никто, ничто не помешает…

Слуга Регалини приближается к нему. Регалини вздрагивает от неожиданности появления слуги.

Слуга:
О чём хозяин мой мечтает?
Великий покоритель мира,
Желает грандиозного ли пира?

Регалини:
Ты с Капитолия слуга,
Меня не напугал едва,
Внезапно тигром подкрадясь,
И наказанья не боясь,
Испытывать, судьбу ли смел?
Иль жить уже перехотел?

Слуга:
Прости! Хозяин! Господин!
Ведь ты всегда неуязвим!
Я вовсе не хотел пугать!

Регалини:
Тебя бы надо наказать!
Но только ты же молодец,
Как истинный Рима боец,
Мне замечтаться тут не дал
И этим заслужил похвал!

Регалини поворачивает голову и взгляд в сторону слуги.

Слуга:
Поистине мой Господин
Мир на земле будет един!
Империя Великого нашего Рима!
Неудержима и непобедима!

Регалини:
Славяне – славусы – рабы,
Духом они очень сильны
Вот все б их земли захватить,
Тогда всерьёз осуществить,
Смогли мы план – Единый Мир,
Где правил всем бы город Рим.

Возникает пауза в диалоге.

Регалини:
Рыцарям нужно отдохнуть,
Всех ждёт уж скоро новый путь,
Славян другие земли брать,
И никогда не отступать!
Я созываю пир гостей,
Из рыцарей моих друзей,
Мы погуляем и решим
Сроки, захват определим!

Слуга:
Как вам угодно господин.

Регалини:
Попьём, гульнём и поедим,
Но прежде я эксперимент
Один хочу произвести,
Как нужный духу элемент
Мне Всеволода приведи,
Он раб из города Ура
Ты приведи его сюда,
Похоже настоящий рус
Его я сам сломать возьмусь,
Бери с охраны двух людей,
Тащи-ка Всеволода поскорей.

Слуга отправляется за рабом с двумя охранниками.

Первый охранник:
Да Регалини, Регалини
Мечтает много слишком он,
Вот всех рабов б передавили
И этот был другим закон,
Боялись, чтобы Рима власти
Его военной грозной части,
Что скоро мир весь покорит
Порядок всем определит!

Второй охранник:
Ты прав, конечно же, но только
Как знать времени сколько,
Ещё понадобится нам
Таким вот смелым господам,
Признаться храбрецы всё ж руссы,
Хотя и есть среди них трусы,
Предатели, разбойники и воры…
Что отворяют перед нами створы
Сдавали бы ещё без боя города!

Первый охранник:
Вот было б здорово тогда!

Из охранников вырывается натуженный смех.

Слуга Регалини, в легком гневе:
Хватит чесать языками!
Всё тишина! Замолчали!
За Всеволодом живо сходите,
Сюда мне его приведите!

Охранники взяли с каторжных работ русса Всеволода, привели его к слуге Регалини.

Слуга Регалини:
А… это ты мнимый герой!
Регалини сам займётся тобой,
И если ещё вдруг посмеешь перечить
Мы можем так тебя изувечить,
Как будто опавший берёзы листок…
Будешь просить, что вонзили клинок
В сердце твоё и скорее бы убили,
Многие нас об этом просили.

Всеволод:
Что тебе надо варвар прихвост?
Скоро найдёшь ты могильный погост,
Империя Рима далёко зашла,
Люди учинят, чтоб пала она!

Охранники бьют связанного Всеволода.

Слуга Регалини:
Ты видимо бредишь от голода, плена
Русского солнца теперь уж эмблема
Будет разорвана, стоптана с грязью
Захватим вас всех и к одночасью,
Станем тогда властелинами мира
Такая и будет в дальнейшем картина!

Слуга Регалини, обращаясь к охране:
Идём к Регалини и поспешим,
На растерзанье его отдадим.

Слуга с охранниками приводят Всеволода, связанного, к Регалини.

Регалини:
Я тут подумал и решил,
И жизни путь определил,
Не сделать мне ли из раба,
Рима империи бойца?

Возникает тишина.

Регалини:
Не знаю, согласишься ль ты?
А перспективы здесь ясны,
На каторге всё ж пропадёшь
В ряды к нам, если не пойдёшь,
Подумай пять минут, даю,
Потом возможно, что убью
Признаться выбор, не велик
И понимаю, я твой крик
Души широкой, вольной,
Свободной и раздольной…
Под нашим знаменем ходить,
Стремятся многие теперь,
И никому уже не изменить
Новых хозяев мира, и поверь
Сотрудничество с нами,
Не всем мы предлагали,
А ты был избран и как воин
Стал чести этой удостоен.

Всеволод:
Ты знай, что мой один ответ
Он твёрд и не изменен – нет!

Регалини:
Да, ясно только почему?

Всеволод:
Под флагом Рима не хочу
Я жить, работать, воевать…
И ничего тут добавлять.

Регалини, обращаясь к слуге:
В темницу бросьте вы его
Есть, не давайте ничего,
Посмотрим, может, поумнеет
И согласиться всё ж сумеет.

Слуга Реалини, обращаясь к охране:
Видите вы его в темницу,
Он перешёл уже границу,
Как можно Регалини отказать?!
Беспрекословно нет сказать?!

Охрана уводит Всеволода в одиночную тюремную камеру.

Глава четвёртая

Мчалась лодка по реке
С Юга да на Север,
И мелькали вдалеке
Горы, трава – клевер…
И деревьев хороводы
Шли, берегами мимо
Быстро и неутомимо.

Погода стала холодней,
Снег порою уж кружил
Катерины взгляд теплей,
Был и слёз не проронил.

Лодка остановилась, Катерина увидела трёх уток.

Катерина:
Расскажите, добры утки
Путь куда дальше держать?

Утка первая:
Кря-кря-кря! Не ради шутки
Мы тебя пришли встречать.

Утка вторая:
Не богиня ль птица СВА
К нам направила сюда?

Катерина:
Да, ты уточка права,
Птица мне сказала СВА,
Утки, что укажут путь.

Утка третья:
Хочешь Катя отдохнуть?

Катерина:
Я, поверьте, не устала
К вам дорогу всё искала
Помогите же прошу,
Отца… братьев, где найду?

Утка третья:
Скоро ты увидишь компас
Близ себя вокруг везде,
Это наш помощник космос
Держит недругов в узде.

Утка вторая:
Ты не бойся и шагай,
Смело с компасом, он свет
Всё возможно в мире знай
Сохранит от всяких бед,
Этот компас, что зажжён,
Был вселенскою звездой
Чтобы мир наш стал спасён,
Гармонично и с игрой,
Рассечёт он темноту,
Вернёт жизни полноту,
Всем кто как заблудились,
И с пути когда-то сбились
Ведь видала птицу СВА,
И она же неспроста,
Для других к тебе явилась
И с небес затем спустилась,
Чтоб вернуть покой и мир,
И звучанье светлых лир
На простор земель славян
Рим убрать будто изъян,
Их безжалостный гнёт, плен
И в движеньях перемен,
Птица СВА тебя избрала
Для того и прилетала.

Катерина, в недоумении:
Да, но как это возможно?
Рима власть убрать же сложно.

Утка третья:
Так бывает чудеса
Всё ж случаются тогда,
Когда люди верят в них…
И в намереньях благих
Осознаешь и поймёшь,
Город ты Ура спасёшь!

Катерина:
Я? Но как? Вас не пойму
Как народу помогу?

Утка первая:
Всем делам время своё
И не бойся ничего,
Помни компас верный друг
Даже холод зимний вьюг,
Не создаст больше помех,
Город есть и в местах тех,
Лютая зима и снегопад бушуют,
Люди там сейчас зимуют,
Отправляйся смело к ним.

Возникает тишина, которая длится 3—4 секунды.

Утка первая:
Нам пора! Мы полетим.

Утки взлетели в небесную высь.

Катерина в крике:
Подождите! Стойте! Стойте!
И спросить у вас позвольте,
Где же компас этот свет?
Что хранит от всяких бед.

В небе сверкнуло пятно яркого света.

Лодка вновь помчалась быстро,
В мыслях чисто, бескорыстно
Катя думала, о как мне быть?
Где бы шубу раздобыть?
Ведь снежок вокруг кружился,
Мягко на воду ложился,
Только лодка ход ускорив,
Сердце Кате успокоив,
Прошептала: «Не волнуйся,
Видишь берег, полюбуйся,
Высажу тебя я там,
Намочить не дам волнам».

Катерина, посмотрев вдаль, увидела берег.

Лодка к берегу примчалась,
На нём прямо оказалась,
Лишь сказала: «Очень жаль,
Что холодный здесь февраль,
Но ты Кать не пропадёшь,
Всё отыщешь, всё найдешь…
Катя лодке поклонилась,
С благодарными словами,
Лодка вскоре удалилась,
По реке с её волнами.

Катерину заметил серый волк, и он начал приближаться к ней.

Волк, молча, думает:
Что я вижу пред собой?
Человек один – герой?
Без оружья в лес явился,
А быть может, заблудился?

Волк подошёл к Катерине на расстоянии метра.

Катерина:
Ты разбойный хищный зверь,
Помощь мне нужна поверь,
В город к людям путь ищу
Как дойти туда прошу,
Помоги иль подскажи.

Волк:
Ха! Меня ты не смеши
Я отвёл тебя бы в город,
Только знаешь, я же молод,
И на вилы человека,
Не хочу пока, ложиться,
Без утайки и без смеха,
Расскажи, как получиться?
Так смогло, что ты одна
В летнем платье, как нага,
Перед стужею Урала,
Что ещё не бушевала,
Очутилась прямо тут,
Где морозец уже лют.

Катерина:
Я из тёплых мест погодных,
Город наш из благородных,
В нём мы жили и трудились,
Но враги вдруг появились,
Дни и ночи мы сражались,
И врагам сопротивлялись,
Только пал город Ура,
Древнеримским стал тогда.

Волк:
Хорошо, что уцелела,
А сейчас хватайся смело,
За мою на спине шерсть,
Тут неподалёку есть,
Изба – хата лесника,
Отвезу тебя туда,
Он дорогу в город знает,
Отведёт, коль, пожелает.

Катерина, согревшись о волчью шерсть,
За спину волка крепко держалась,
Помня про Всеволода, Ура и честь
Смела она была, ничего не боялась
Волк, подкрадясь к избе лесника,
При этом на небе сверкнула звезда,
Катерину оставил и в лес убежал,
«Желаю Удачи» – как другу сказал.

Глава пятая

Всеволод был брошен в темницу,
Она напоминала ему чем-то гробницу,
Но не фараонов, царей иль князей,
А погибающих в тёмных ямах людей,
Его несколько дней не кормили,
И вскоре воду перестали давать,
Время от времени тщательно били
Но мог он бороться, и мог выживать.

Всеволод, молча, думает:
Что толку себя вот так изводить?
В темнице варваров жизнь погубить?
Приглашенье Регалини надо принять,
А там, может быть, восстание поднять?
Сплотить людей, объединив против Рима,
Иль самому стать мишенью из тира.

Регалини и другие рыцари древнеримской империи, находясь в достаточно хмельном состоянии, пришли в Колизей на подготовленное для них показательное представление.

Двадцать пять сильных и крепких руссов,
Выгнали на арену ликующего Колизея,
К ним были привязаны камни для грузов,
Чтоб сопротивляться, они не умея,
Были разорваны хищными львами —
Как будто империи Рима войсками.

Голодные львы жаждали крови,
Когда на арену их выпускали,
И в муках от зверской боли,
Люди пленённые погибали.

Ряды, наблюдавшие эту картину,
Подняли шум и трепетный вой,
Отдав уважение своему властелину,
Лев – царь зверей! Римлян – герой!

Рыцари вновь испили вина,
Крик разразился: «Серия два!»
Потом три, четыре и пять…
Многим пришлось тогда погибать
Людям, чьи города покорили,
Мечом – оружием захватили
Рыцари больше хмелели смеясь,
Над втоптанными трупами в грязь,
Но закатился солнышка красного свет,
Был праздник закончен до новых побед.

Слуга Регалини приходит к нему.

Слуга:
Властный повелитель,
Вы же Руссов укротитель,
Я спешу скорее доложить,
Всеволод желает с вами говорить.

Регалини:
Кто тебя сюда позвал?
Аль субординацию не знал?
Между властным и слугой,
Мелкий повод он же твой?

Регалини вдумался в слова, которые ему произнёс слуга, лицо его выразило чувство самобытной гордости и насмешливости.

Регалини:
Значит так русс славус гордый,
Силу Рима нашего признал,
Пусть же будет впредь свободный,
Лошадь дай ему, чтоб ускакал
Он предатель, трус и раб,
Для военных наших слаб.
Хоть мы так на службу брали,
Разнородных и военных молодцов,
Но не раз славяне предавали,
Всеволод, тоже он из подлецов.

Слуга от Регалини поспешно удалился,
И очень сильно был обижен, удивился:
«Свободу Всеволоду? Странные дела?
Уж как бы, не сошёл хозяин мой с ума»?
Не выполнить приказ слуга не мог посметь,
Поэтому темницу Всеволоду вскоре отпереть
Пришел и пробурчал: «Ты Всеволод свободен,
И скакуна отличного стал даже удостоен,
Я проведу тебя через ряды нашей охраны,
А то там могут совершить препоны и капканы,
А завтра утром снаряженного коня,
Получишь ты от Регалини, от меня».

Утром следующего дня слуга Регалини,
Вывел Всеволода из тюремных темниц,
Когда они через охрану шли, проходили,
Встречали взгляды не одобряющих лиц,
Но знали слугу рыцаря каждый в лицо,
Поэтому никто не спросил ничего.

«Вот он твой конь» – промолвил слуга,
Указав на коня рукой лишь едва.

Всеволод вскочил на коня,
Возник вопрос у него в голове
Ничего же не стоит свобода моя?
Пока я не знаю о родной стороне,
Как Катерина? Город наш пал,
И шпорами коню с досады он дал.

Глава шестая

Собака залаяла, вышел лесник,
Его удивленного лица лик,
Говорил о том, как так случилось?
Что дева одна в лесу очутилась?
Тем более уже подступали морозы,
И кончились летние дожди и грозы,
Чтоб в лёгком платье по лесу ходить,
И бабочек сачком с сеткой ловить.

Катерина:
Любезнейший лесник скажи,
Как в город можно мне добраться?
Мне очень нужно уж пойми,
С народом местным пообщаться.

Лесник:
Так… ничего я не пойму,
Откуда ты пришла такая?
А хочешь в город? Отведу
Ну, заходи в дом дорогая,
А то замёрзнешь, околеешь,
И попасть в город не сумеешь.

Катерина:
Лесник, скажите, как вас звать?

Лесник:
Да можешь дедом величать,
Меня вокруг все знают звери,
Зайчата, волки и медведи…
И даже утки с мест залётных,
Птиц стаи разных перелётных…

Катерина заходит в дом к леснику.

В доме у огня печи Катерина обогрелась,
Потом в зимнюю одежду она переоделась,
А лесник как старый, добрый джентльмен,
Вышел мигом за дровами, и на Катю не смотрел.

И за ужином они,
Разговорчик завели.

Катерина:
Вы меня зовите Катей, я из города Ура.

Лесник:
Хорошо же Катерина, что вас привело сюда?

Катерина:
Рима воины – бойцы
На нас напали подлецы,
Мужики сражались, бились,
Даже женщины и дети,
Но свободы не добились,
Рим сейчас в авторитете,
Их вооружены солдаты,
Численно превосходили,
Город наш познал утраты,
Людей в пленных уводили,
А когда поздней бои затихли
Рим людей своих поставил,
Люди из Ура притихли,
И порядок свой наладил,
Рыцарь смелый Регалини
В нашем городе Ура,
Кто-то даже возлюбили
Иностранцев власть когда
Людей вновь не убивали,
А работать им всем дали,
Так живёт Ура – мой город
Платит Риму стар и молод.

Лесник:
Слышал я про войско Рима,
Мол, оно непобедимо,
Только знаешь, что сюда
Вряд ли солдаты их дойдут,
Здесь морозы, холода…
В декабре всегда встают,
Хоть бывает и тепло,
Лето знаешь на Урале,
Недели две длится всего
Тут народ всегда в закале.

Катерина:
Древний Рим близ Чёрного моря
Города многие вооружённо взял,
Так скажи славян, что ль воля
Начинается там, где холодно… Урал?
И ещё тебе скажу, Рим накопит сил тогда,
В эти земли он придёт и Урала города,
Будет рушить мощной силой
Властной, крепкой и единой.

Лесник:
Что ж ты хочешь Катерина?

Катерина:
Если помнишь, я просила,
В город путь мне указать,
Хочу старейшин повидать.

Лесник:
Ладно, завтра на рассвете,
В город мы с тобой пойдём,
Разговоры не в запрете,
Пользу, может, извлечём.

Глава седьмая

Всеволод скакал, скакал, так коня чуть не загнал,

Встрепенулся он от гнева, всё конечно понимал.

Любил он безумно красавицу Катерину,
Но думал война её навсегда забрала,
Хотел отомстить Регалини и Риму,
Не зная, жива ли Катерина была.

Всеволод, молча, думает:
Там где речка Рейн течёт,
Воинственный народ живет,
Я отправлюсь прямо к ним,
Что уж будет, поглядим,
Риму надо противостоять,
Их нападки прекращать.

Всеволод отправился в земли, где протекала река Рейн.

Где река Рейн протекала,
Римская империя знала,
И почти все города там уже завоевала,
Многие из воинственных племён,
Перешли под Римский флаг знамён,
Всеволод, наполненный печалью,
Хоть дух его был, будто сталью,
Движение вблизи реки Рейн создал,
Из тех, кто Рима власть не признавал,
То были патриоты и разное отрепье….
И финансировалось скудно это направленье,
И собранные за годы Всеволодом воины – солдаты
Лишь ждали своей горькой участи, расплаты
Их малочисленные храбрые и смелые ряды,
Готовили ход операции с Римом войны,
Где можно было стать героем и погибнуть,
В боях за непокорность смерть постигнуть.

Глава восьмая

Утром ранним на рассвете лесник, Катя в город шли
И встречали зайцев, белок да лосей в лесном пути.

Время близилось к обеду,
Солнце было высоко,
Катя обратилась к деду:
«Нам ещё недалеко?»

Лесник:
Километров так осталось,
Я скажу совсем уж малость.

Катерина улыбнулась,
От восторга «Близко город!»,
И вдруг тут же ей взгрустнулось
Всеволод, вспомнился, что молод.

Катерина, молча, думает:
Где же Всеволод? И жив ли он?
Римский, властный легион
Может, продал его в рабство?
Да в другое государство?

Катерина горьки слёзы незаметно утерла,
А над этим всем сверкнула очень яркая звезда,
Это был тот самый компас, про который утки знали
И с уверенностью полной Катерине утверждали,
Что насилие и зло продолжаются не вечно,
А любовь, свет и добро существуют бесконечно.

Лесник привёл Катерину к старейшинам города, находящегося на Урале.

Первый из старейшин, обратился к Катерине:
Ну, чего ты смелый воин
Нам осмелишься сказать?

Катерина:
Я был чести удостоен,
Перед вами побывать,
Так позвольте слово молвить,
С вами мы должны исполнить,
И отвоевать нам данную свободу,
Всем – Славянскому народу,
На Урале ли б он жил,
По Сибири ли ходил…
Иль на севере… иль юге…
Мы славяне, а не слуги!

Второй из старейшин:
Голос твой уж тонковат,
Ты не барышня случайно?

Старейшины улыбаются.

Катерина, обращаясь ко второму старейшине:
Да мужчина, вы здесь прав
Я сюда пришла не тайно,
И где Чёрное же море,
Вам признаюсь Древний Рим,
Будет здесь, который вскоре,
Города, все мечом, поработил,
Надо начинать вставать!

Нам войска формировать!
Или будет как на юге,
Превратитесь тоже в слуг
Мы нуждаемся друг в друге,
Не причём мороз из вьюг!

Третий старейшина:
Верно! Золото слова!
В наших землях так всегда,

Было и происходило,
Что не дружно жили мы,
А ещё в порывах пыла,
Доходило до войны,

Меж собой мы воевали,
Силы братские растратив,
Иноземцы нас и брали
Мы же мощь свою, утратив,
Волю так навек теряли…

Город в том, что говорили Катерина, мужики
Был богат он своим нравом, находился вдоль реки,

Для Урала как столица, этот город был большой
Предводитель Катерина план уже имела свой,

На Урале и в Сибири армию сформировать,
Чтоб с империей всей Рима позже явно воевать

А где реки протекали Иртыш, Волга… Енисей,
Народ Катя собирала из простых русских мужей ¹

Катерину мужики из военных уважали,
И как мудрую Царицу всенародно признавали.
А она была умна, выдержана… и проста…
Свет заботы и добра, в глазах её, сиял всегда!

Глава девятая

Рано-рано поутру,
Прямо Кате ко двору,
Двое конников явились,
Видно было торопились,
Катерина дверь открыла,
Смело путников впустила,
Заварила крепкий чай,
Подав свежий каравай.

Первый путник:
Ты послушай Катерина,
Флот нам нужен – грозный флот!
И тогда Империя Рима,
Безвозвратно уж падёт.

– — – — – — – — – — – — – — – — – — —

¹ Крепких, здоровых, сильных мужиков.

Второй путник:
Утомился и признаться,
Ведь не молодой уже,
Только с Римом чтоб тягаться,
Флот, пригодится Кать тебе.

Катерина:
Возле города Ура,
Мы имели корабли
Только римляне тогда
Захватить их все смогли.

Второй путник:
Я сказал, что я не молод,
Говорю тебе как старец,
Там, где север, и где холод
Ни живет южный иранец,
Ближе к Баренцеву морю,
Города есть корабелы,
Дерзки люди там и смелы,
За свободу если надо,
В бой пойдут все как один,
Только сил, рабочих мало,
Строить флот – помочь бы им.

На совете из старейшин карту мира развернули,
И в принятиях решений очень быстро все смекнули,
То, что нужно строить флот, да ни маленькие лодки,
И используя при этом кораблестроительных людей сноровки,
Что живут в градах таких там, где Мурманск, Север Ра….
Предводитель Катерина вскоре людей отправила туда,
И в местах, где корабелы строили, и на воду спускали корабли,
Катерина не раз бывала, так вот годы и прошли,
Армия славян была укомплектована и вооружена,
Был Флот построен, готовилась за Юг руссов война.

Глава десятая

Утвердили главный план,
Что был Риму как капкан,
Полководцев, Катерина
Неголословно убедила,
Что ударить надо с суши,
А через множество рек и морей,
Силы с помощью могучих кораблей,
Доставить, мощные – ударные,
Вполне разгромные и славные.

Войска с Сибири на объединённый Урал перекочевали,
Освободить южные земли славян многие люди мечтали,
По Каме реке они в Волгу попали, река Дон вставала на их пути,
Ведь эти крепкие оборудованные не маломерные корабли,
С города севера Ра на речные просторы Камы реки добирались
И вот уже через Дон к Чёрному морю проходы ими осуществлялись
А из города Архангельска к северному морю путь держали корабли,
Поздней в речку Рейн они зашли, чтобы высадить десант
Вот тогда на берегу реки Катерина увидела, знакомый взгляд.

Катерина, молча, думает:
Всеволод! Он точно тут!

И услышав сердца звук,
Всеволод обнял Катерину,
Предались они порыву,
Чувству света и любви…
До утра же корабли,
Отдыхали и стояли,
На рассвете вновь помчали,
К Гибралтарскому проливу,
Чтобы шансов не дать Риму,
В море Средиземное умчаться,
Как империи в живых остаться.

Глава одиннадцатая

Корабли, что по Дону путь держали,
К Чёрному морю потихоньку подступали,
Встретили флот легионеров из Рима,
Завязался бой весьма неторопливо
Римский враг был весь разгромлен,
Флот его в беспощадности потоплен.

Поздней славяне с морской что пехоты,
Пришедшие к тёплому Чёрному морю,
Устроили на римлян сезоны охоты,
Приступив очень яростно к бою.

Шли ожесточённые бои,
Началась война за юг славян земель
Римляне бежали, кто куда могли,
Понимая, что не победить им уж теперь.

Чёрное море от древнего Рима со всех сторон освободили,
Гнёт варваров поработителей навечно искоренили.

Глава двенадцатая

Доблестные рыцари Древнего Рима
Думали, империя их уже непобедима,
Когда были очень быстро осведомлены,
Близ Чёрного моря ходами войны,
И мечтая силы новые и свежие собрать,
Всех там снова перебить, завоевать
Пировать всё больше продолжали,
И Лавры побед своих лишь считали
Находясь в Италии, где город Рим,
Регалини прокричал: «Я непобедим!»

А славяно-русские корабли,
Уже по морю Средиземному шли,
И подступали к городу Риму,
Чтобы войны затеять картину,
И в новых жестоких, смертельных боях
Славянские руссы, оказавшись в гостях,
Разбили навеки империю Рима,
И им предводитель была Катерина,
Славяне ушли из иностранных земель,
И по владеньям своим разошлись,
И город Ура был свободным теперь,
В нём дети Катерины от Всеволода родились,
Братья Кати, и отец жили в городе Ура
И теперь свободны были их счастливые года!

Был когда-то чужеземцам так урок преподнесён
То, что дух славянский – русский не бывает покорён.

Конец

Ноябрь 2011 года

Кто есть таков ты Человек? (Сказка для взрослых)

Часть первая. Звёздные Мироздания

О детях – планетах
Вселенский простор был рождён для планет,
Явились так в нём темнота, Солнца свет,
Питались планеты, рождались, росли,
Постигали они развитие в пути
Планеты как будто живые малышки,
Наблюдали порой звёздные вспышки,
Звезда к ним ближайшая – Солнце кормила,
Согревала планеты, теплотой им светила
Малышки крепчали, кружась во Вселенной,
Имея на себе виды жизни второстепенной
И особям всем, населявшим планеты,
Дарованы были день, ночь и рассветы.

О Меркуриях
Планета Меркурий к Солнцу – Звезде,
Других была ближе, имела шансы вдвойне
Успешно жить, расти, развиваться…
При этом почти ни в чём не нуждаться,
И высшими её населенья созданиями
Стали Меркурии со смелыми желаньями,
Зелёного цвета, полуметрового роста,
Плавник, вместо ног имея так просто,
Чтоб быть адаптированным к жидкой среде,
Передвигаться спокойно, ходя по воде,
Дыша растворённым в воде кислородом,
Будучи с красными глазами народом
Жили они в технологиях лучших,
Земля, например в условиях худших,
По сравнению с Меркурием находилась,
На ней млекопитающих царство водилось,
Прекрасных и умненьких динозавров,
Не знавших ещё пока что кентавров.
Меркурии лидерство, вскоре постигнув
Империю силы общественно воздвигнув,
Посмели вопросом задаться таким:
Планеты другие мы все покорим?

Закон, построенный любовью
Закон, построенный любовью,
В преодолениях не болью,
Был создан для планет во благо,
И совершался он как надо,
Планеты – деточки крепчали,
Жизнь на себе другим давали,
И все росли и всё росло,
Прекрасно очень хорошо
Так, например, с Земли травинка,
В своём развитии жизни поединка,
Могла однажды динозавром стать,
И на Ура, Венере, даже побывать
О, сколько многомерной перспективы,
Всем жителям Вселенной подарил,
И умножая счастья вечного порывы,
Закон любви, что мироздания хранил.
_
О планете Ура
О, как прекрасна когда-то была
Другим, не мешая, планета Ура,
На ней закон любви исполнялся,
В нём динозавр и тигр нуждался…
Живущие все на овальной Земле,
Могли полететь летом иль по весне…
К берегам планеты звалась что Ура,
Шагая в высшие формы жизни всегда,
И жить в условиях лучших немного,
Умножая закон Вселенского Бога
С Ура на Венеру перешагнуть,
К планете Меркурий, продолжая так путь.
И тем, кто закон любви умножал…
Растил и им не пренебрегал…
Открывалась однажды всерьёз перспектива,
Пожить во Вселенной двух звёздного мира,
Малышки – планетки имели с ней связь,
Надежд, не тая, и ничего не боясь,
Они были уверенны в законе любви,
Сопровождал он ведь всех, жить, кто могли.

Начало Войны
Меркурии, тщательно разведав Ура,
Планету, что неподалёку была,
Знали, что ближе к ним есть Венера,
Но она противостоять могла и хотела,
Захвату Меркуриев колонизаций,
И без каких-либо особых новаций,
Решили Меркурии Венеру оставить,
Но на других планетах наладить
Свой быт и порядок всему живому,
Считая, что не должно быть по-другому,
Меркурии, надели маски космос пиратов,
Контузили Ура в программе захватов.

Колонизация Ура
После того как с планеты Ура,
Вывели жизнь почти навсегда,
Всех коренных её представителей,
В высшей иерархии детей и родителей,
Они, правда, были чисты и умны…
Во многих делах, поступках светлы,
Рост у них был метров пятнадцать,
Встречались особи и по двадцать,
Только ведь дело не в росте и массе,
А в возникающем смертельном балласте
Угрозой мог стать он закону любви,
Меркурии этого видимо не учли,
И истребив населенье Ура,
Вывели его за грани жизни ковра,
Погибшие Урии коренные —
Планете Ура, что были родные,
Остались лишь у планеты в сознании,
Живя, ограниченно в воспоминании…
Меркурии Ура под себя так подмяли,
Территорию её адаптировали, смело заняли,
И следующий шаг в покорениях Вселенной,
В процессе начала войны несомненной,
Меркурии спешили Землю освоить,
Её территорию тоже присвоить,
И гордо назвав себя Урьями власти,
Желали продолжить колонизаций напасти.

Сбой выполнения закона любви
Обеспокоенные жители Венеры,
Меркуриев, когда узнали планы,
В дискуссиях развили темы,
Что всей цепи живущей кланы,
С любой планеты во Вселенной,
Начнут переводиться, погибать…
И вывод был, у их беседы откровенной:
Закон любви не будет так существовать,
Он прекратит своё чудесно цветенье,
И не давая всем живущим озаренья,
Переходить и жить в высших мирах,
Начнётся разрушение и крах…
Крах нравственных устоев и тогда,
Закон любви исчезнет навсегда.

Думы Венерийцев
Чистые, добрые, светлые… Венерийцы
Несущие спасение, совсем не убийцы,
Взяли ответственность корабли снарядили,
И их с надеждой в космос пустили,
Кораблям нужно было без особых потерь,
В другую Вселенную отыскать дверь,
Где было две, вроде Солнца Звезды,
Планеты и жители N красоты.

Продолжение шагов Меркуриев
Пока корабли Венерийцев летали,
Поиски входа в N Вселенную искали,
Планета, захваченная малышка Ура,
Немного от ударов, контузий отошла,
Меркурии моментально её заселили,
И там размножались, деток растили,
Имели плантации трав под водой…
Питаться хотели ведь на планете чужой,
Использовать мощь своих технологий…
Закон у них был в иерархии строгий,
И чтобы труды многим облегчить,
Необходимо упростить и обеспечить,
Создать биороботов захотели живых
Для мелких работ и очень простых,
Но план, тот идея лишь были в проекте,
Пока не нуждались в серьёзном аспекте,
Ведь покорили ещё только Ура,
И техника их справляться могла,
Меркурии думали: «Землю захватим,
На Марсе навечно порядок наладим,
Тогда-то серьёзно Биорабы
В наших делах будут нужны».

Время планеты Земля
Земля кружилась во вращениях,
И в чистоте благих, намерениях,
Давала жизнь всем на себе,
И энергично в солнечном тепле,
Росли цветы и травы на лугах…
Кустарники и васильки в полях…
И хищников иль травоядных царство…
Было поистине чудесно и прекрасно,
Но вот приблизился с небес,
Меркуриев обильный лес,
И изучивши Землю как планету,
Что есть на ней, и кто живёт,
Решили, что она им тоже подойдет,
И станет точно также как Ура,
Владениями Меркурьев навсегда.

Уничтожение живого на планете Земля
Лишив энергии, света, тепла…
Хранила, боролась, сколько могла,
Планеты Земля защищая своих,
Животных на ней пока что живых,
Но Властные Урии не давали спасения,
Огромным ящерам без сожаления,
Летали ль они, ползали или ходили,
И тем, кто в водах каких-либо жили
Тигры клыкастые по суши брели…
В надежде детёнышей своих спасти,
Мамонты бились в сражениях со льдами…
Но только животные все погибали,
Обезьяны в паники засеменили,
Но только ничего они не изменили,
Ведь началась вокруг мерзлота,
Поздней началось плавление льда,
Что покрывал шар овальной Земли,
И вновь залетали Уриев корабли,
Вода – их привычная среда обитания,
Покрыла всю Землю с руки их желания.
Покорённые жители бедной Земли,
В сознании памяти её лишь ушли,
И жили там драконы зелёного цвета
Погибшие динозавры в их жизни рассвета…

Вселенская Беда
Планету Марс ждал колониальный черёд,
Ведь Властные Урии без каких-то забот,
Практически по тем же планам и схемам,
Не поддаваясь возникшим проблемам,
Изводили навечно законы любви,
Которые действовать уже не могли,
Между Землёй и планетой Ура,
Так стала, заложена Вселенной Беда,
Контуженый Марс ждал час заселенья,
Меркурии пировали без опасенья,
И говорили « Сила! И! Воинство!
Солнечный свет! Вселенной достоинство!»

Долетели
В один из лучших спасительных дней,
Следы летящих Венеры кораблей,
Заметили жители Вселенной двух звёзд,
Какую же новость, эскадрон этот вёз?
Задался вопросом сторожащий просторы
Вселенной, где не водились пираты и воры,
Но вот эскадрон пошёл на посадку,
Им мигом выдвинули площадку,
И встретили очень гостеприимно,
Венерийцы в ответ: «Нам очень обидно
Меркурий планета, что к солнцу близка
Устраивать колонизации планет начала,
Ура и Землю они уже захватили,
Закон любви как бы, не истребили…»

Разговор на N планете
И жители Вселенной двух звёзд,
Не прятали боли и собственных слёз,
Совет один могли лишь сказать:
«Планета Ура скоро начнёт бушевать,
Сдержать не сможет её ни Меркурий,
Хоть называет себя властным Урий,
Столкнуться планеты Ура и Меркурий,
И будут повержены они без благоразумий,
А то, что касается овальной Земли,
На ней ведь тоже всю жизнь извели
Так мы с Меркуриями договоримся,
И жизнь там, запустим, как? определимся,
А в коме пребывающая территория Марса,
Пусть подождёт своего лучшего часа».

Таран
Из Вселенной двух звёзд были правдивы,
Планета Ура имела реально мотивы,
Сильной и мирной планетой Ура
Уничтожить Меркурий раз навсегда,
Меркурии поняли, Ура идёт на таран,
Но остановить столкновенье удар,
Было в не силах их компетенций,
Каких-либо технологичных концепций,
Меркурии бежали с родной планеты,
Со страхом с Ура взмывали их корабли,
Так вот встречая закаты, рассветы
На Земле Меркурии своё место нашли,
Правда, лишь те, кто не погибли,
Спасая детишек, знанья богатство…
Кого аварии кораблей не постигли,
Нужно оно ль было колонизации Царство?

Начало Начал
Планета Меркурий стала безвредной,
Оставшись как шарик у Солнца кататься,
Планета Ура – освободитель Вселенной,
Стала Луной с тех пор называться,
Луна – остаток – ядро от Ура,
Хотела, стремилась очень она,
Закон Вселенской любви сохранить,
И всем его бесконечно дарить,
Кто жили в памяти, сознании Ура
Вышли на волю и вокруг ядра,
Кружились, но были они не материальны,
Хотя и умны, вполне гениальны,
И кто-то из них мечтали вернуться,
В физ. тело, чтоб в мир другой окунуться.

Об оставшихся Меркуриях
Выжившие Меркурии были удивлены,
Нет уж их планеты, многие мертвы…
Но не унывали и на остатках от Ура,
Заняли всецело территорию ядра,
Планета Земля была им как блажь,
И на ней ловили они свой кураж,
Думая, как чудно здесь мы станем жить,
Поколения новые технологически растить,
Водные просторы… сушу создадим
И планету Марс, вскоре покорим,
Но явился грозно рыцарский корабль,
Возник он над ними будто бы дирижабль,
Из Вселенной N спустились к ним гости,
Крепкие и сильные, без оружья и злости,
Гости сказали: «Не трогай! Венеру!
Иль ещё вы худшему удостоитесь примеру,
Марс себе присвоить? Надо вам забыть!
Если вы хотите ещё во Вселенной жить!
А на Земле создайте жизнь второстепенно,
Везде гармонично и вовсе не скверно
Вы колонизировать планеты хотели,
Но как это делать, не знали, и не умели
В высших иерархичных проявленьях жизни
Погибших земных особей скрестите с собой,
Порядок должен, быть в деле вам такой,
Чтобы проявления закона любви,
Всех сопровождали в жизни на пути,
Касательно погибшей планеты Ура,
Не трогайте духообразных её никогда,
Они ведь тоже попали под захвата гнёт,
Ваш колонизаторский идейный черёд».
Корабль Вселенной двух звёзд удалился,
Мгновенно на планете своей появился.

Эксперименты Меркуриев
Меркурии, желая конфликт исчерпать,
Жизнь на Земле начали воскрешать,
Явили, как было всё изначально,
Смотрели хотя они на это печально,
Но вид Динозавров вновь возродить
Такого они не могли допустить,
Драконы находились в сознании Земли,