Песня дождя. Кострома
Повесть. Часть 2
Ленуш Сердана

Иллюстратор Елена Вячеславовна Сереберцева

© Ленуш Сердана, 2024

© Елена Вячеславовна Сереберцева, иллюстрации, 2024

ISBN 978-5-0062-8399-2 (т. 2)

ISBN 978-5-0062-8400-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1

Я вышел из корпуса рано утром. Бешеный, будто сорвавшийся, с цепи ветер крутил всё, что попадалось на его пути: песок, пластиковый стаканчик, пакеты из-под чипсов и мармеладок. На небе же он гнал серые тревожные тучи. На душе засела какая-то невероятная тоска. Вдруг из первого отряда вышел Кукушкин.

– Витька, ты что там делал?

– Так я там живу сейчас.

– А почему? Пришлось уйти из медпункта?

– А что мне там делать?

– Ты выздоровел? Марина тебя в первый отряд отправила.

– Что-то я не понимаю ничего, Роман!

– Ты нормально себя чувствуешь?

– Обычно. А почему вы спрашиваете? Вы обратно в корпус?

– Я вышел из своего корпуса только что.

– Нет, вы шли из четвертого отряда, а ваш корпус вот – первый отряд, вы наш вожатый.

– Витька, ты бухнул на костре?

– Нет, вы меня реально пугаете, Роман. Вы вчера столкнулись на футболе с жирным Фуфаевым, наверно вас размотало. Отвести вас к Яне?

– Вчера костёр был, а футбол в прошлом году, когда ещё Яковлевич был директором.

– А кто, по вашему, сейчас директор?

– Марина. Павловна.

– Никакой Марины Павловны я не знаю.

– Кукушкин, не шути так, а то не будем тебя, вруна усыновлять!

– Меня?! Усыновлять?! У меня родители живы, да вы в братаны мне годитесь. У вас сотряс! Всё! Пойдёмте к Яне!

И Кукушкин взял меня под руку довольно сильно, будто я буду вырываться и повёл к комнате Яны. Когда мы зашли за рубку музрука я осел на траву: зал для выступлений был старый. Того нового красивого корпуса со свежей бело-синей краской не было!

– Кукушкин, ущипни меня. Он ущипнул.

– Нет!!!

– Что с вами, Роман? Я могу помочь. Моё сердце превратилось жесткий кусок пластмассы, внутри всё похолодело и затошнило. На крик высунулся опухший музрук. Я хрипло спросил:

– Где ваша дочь?

– Ромка, нажрался что ли?

– Я серьёзно сейчас спрашиваю!

– Нет у меня никакой дочери. Два сына у меня, парь.

– Пошли к Яковлевичу!

Кукушкин переглянулся с Пал Генадьчем и пошёл за мной. Меня начинала бить истерика. В животе сконцентрировался узел из боли. Я подошёл к такой родной двери постучал. Сердце билось, как ненормальное, внутри всё орало: – Марина! Выйди, пожалуйста! Пусть кончится эта пытка!

Раздался кашель и вышел Яковлевич. Провал… Чернота…

Я проснулся в медпункте, пытаясь собирать себя по частям. Успокаиваюсь, всё же прошло! Я проснулся от этого кошмара!!! Думал сдохну. Слышу, как Яна пишет что-то, ручка шуршит по бумаге.

– Яна!

– Рома, как ты?

– Слушай, мне еще никогда так явственно не снились кошмары, словно наяву.

– Бывает, не переживай. Я тебе укольчик поставлю успокоительный. Ага-ага, всё. Болючий.

– Да, есть такое.

– Это всё из-за этого Фуфаева! Сотрясение лёгкое точно есть у тебя…

– Яна! Хватит! Где Марина?

– Рома. Ты и вчера звал какую-то Марину.

– Яна! Не издевайся надо мной, пожалуйста!

– Ром, не пугай меня. Если у тебя это не закончится, мне придется тебе вызвать врачей.

– В психушку, что ли?

– Ну что ты сразу так? Просто обследуют тебя. Что с тобой происходит? Ты нас напугал. Яна с сочувствием посмотрела на меня.

– Я вожатый первого отряда, директор Яковлевич, повара Зойка и Гриша?

– Да. Слава Богу! Ромка, не пугай больше!

Мой мир рухнул. Всё! Я не вижу смысла жить.

2

Я не ел, Яна ставила капельницы. Я сильно похудел. Мне привезли откуда-то инвалидное кресло. Раздолбанное, но передвигающееся. Я ездил по территории лагеря и искал доказательства, что та смена с Мариной мне не приснилась, но пока тщетно. Съездил к купалке, там не было подсветки. Ведь не стали бы делать все эти вещи только для того, чтобы зверски прикольнуться надо мной?! Каждое утро просыпаясь, я надеялся, что это сон, но это было не так. Мне делали уколы, которые я чувствовал, у меня болела душа и будто все внутренние органы стонали от жутчайшей фрустрации. Я съездил к ивам, помня до мелочей каждый наш день. Я люблю Марину, но она будто застряла в другом измерении. Я не верю, что её не существует. Недавно пытался опять разговорить Яну, но она явно дала понять, что мне срочно надо завязывать с навязчивой идеей о никому не известной директрисе, иначе я попаду в дурку. И шли серые тупые дни сурка, в которых я пытался не сойти с ума окончательно и продолжал искать выход из временной петли, как потом я начал это называть. Люди вокруг меня жили прошлой жизнью, которая была год назад, а я жил будущим, надеясь, что выберусь и встречусь с Мариной. Кукушкин стал опять чужим, повара так и воровали, идя к увольнению и статье. А старое пианино издавало произвольные звуки в старом зале. Там скрипели половицы в унисон с моей израненной душой. Как же наша «Кострома»? Точно, поищу в инете. И я принялся шерстить. Я же адрес тогда даже запомнил. Я нашёл её! Понятно? Не сумасшедший я! Вот её аккаунт, дочь, муж. Муж!!! У них нормальная семья, фотки все втроём…

Может я статью какую про неё прочитал перед сотрясом? Но как столько информации в меня зашло? Совсем непонятно. Как-то раз, я ехал по берегу и увидел лодочника. Того самого Борисыча, что дал нам кормилицу для свидания. Поздоровались, он удивился моей худобе и бледности. Я рассказал про сотряс.

– Вот я и думаю, не та же твоя краля тебя так довела!

– Какая?!

– Для которой ты лодку брал. Что? Не получилось тогда ничего?

Засохшими губами я прожевал:

– Я брал лодку. Вернул в ивы?

– Да, всё супер, могу ещё дать, как выздоровеешь. Где краля то твоя? Марина, кажись?.. И всё…

Темнота…

Просыпаюсь опять в медпункте. Мне жутко неудобно. Яна сочувственно смотрит на меня.

– Я же предупреждала тебя! Ромка, Ромка, что ты натворил?!..

Я понял, что мои руки завязаны за спиной, я в смирительной рубашке. Вскоре пришли санитары с носилками. Кажется, я переезжаю.

3

Я очнулся, но лежал не шевелясь, делая вид что сплю с их дурманной пичканины. Надо же как бывает, только начала налаживаться жизнь, вроде даже видишь будущее, идешь к нему, мечтаешь, планируешь… И вдруг случается какая-то несусветная хрень, которая все планы, надежды комкает, как лист бумаги и кидает в урну, полную таких же противных комочков. Вот и найди там свой и попробуй привести в порядок. А у меня что за дичь? Я рискую никогда не узнать. Наслышан как обкалывают в дурках, до неузнаваемости, до состояния овоща. Лучше буду притворяться сразу таким, хоть может дозы поменьше колоть будут. Кто-то зашёл.

– Ничего не понимаю. Судя по аппаратным данным, он очнулся. – Роман, вы нас слышите? – спросил бархатный мужской голос. Я затаился и еле дышал.

– Вы уверены, доктор? – сказал Маринин голос. Мать твою, Её голос!!! Что делать? Это опять ловушка!

Сейчас снова случится какая-то фигня.

– У него учащается пульс. Сильно. Надо сделать укол. Сейчас пришлю сестру.

– Нет!!! Пожалуйста! Я больше ничего не буду говорить! Не надо укол! Ну сжальтесь! Я спокойно полежу, не дергаясь! Зачем я вам обколотый, я же не буяню, я никому не мешаю…

– Тихо, тихо! Вам нельзя столько говорить! Успокойтесь! Жанна, ну где вы ходите, в самом деле! Срочно к Смирнову сюда.

Мне сделали укол. А я решил, если благодаря уколам будет появляться Марина, то пусть колят, поживу немного в мечтах. И точно:

– Ромочка, любимый, ты слышишь меня.

– Да.

– Я думала, ты покинешь меня. Ты вошёл в кому, но так быстро из неё выбрался, что я торжествовала лёгкую победу. Но нет! Ты пробыл после неё в вегетативном состоянии три недели, долгих двадцать два дня!

– Дай руку!

Марина с готовностью сжала мою ладонь.

– Скажи, в лагере от чего у меня был сотряс?

– От… Ну… Этих… Оральных ласк.

– Мариша. Ты настоящая. Держи меня за руку, прошу.

– Много не говори, нельзя. Тебе было плохо там? В этом вегетативном состоянии?

– Да. Очень.

– Врач говорил, что ты мог там чувствовать боль, уколы…

– Я и чувствовал. Я, сейчас очень счастлив, хоть до конца и не верю. Да. А что со мной случилось?

– О. Не помнишь, – грустно сказала Марина. – Мы рассаживали детей по автобусам. Там на пятачке места мало. И как так получилось, судьба видать: Егор обнимался с друзьями, которым надо было ехать на другом автобусе, ему крикнули, что его автобус отправляется он побежал спереди от стоящего автобуса и рисковал выскочить на уже набирающий, скорость его автобус. И тут выскочил ты, чтобы откинуть его от опасности и получил сильный удар по левой стороне. У тебя сотрясение, сломаны три ребра и рука в двух местах…

В кабинет вошёл доктор:

– Как дела?

– Хорошо, он говорил. Как вы и предполагали, лекарство играло с его мозгом.

– Теперь всё будет хорошо. Больше не разговаривайте, не перегружайте больного. Пусть спит. Подержите за руку, если он боится опять попасть в нехороший сон. Можете почитать ему что-нибудь.

– Спасибо, доктор, я поняла. Мне обязательно надо уехать, но сменить меня приедет Витя.

Я всё это слышал и успокаивался. Всё будет хорошо. Обязательно.

4

До меня стало доходить: три недели я валялся. Роспись пролежал, смена подходит к концу. Блин, Марина-то как? Она моталась между мной и лагерем? Раз уехала, видимо да. Как же устала моя девочка, малышка моя, одни со мной проблемы. А если она решит меня бросить? Кому это всё нужно?!

Ну вот, опять не получилось успокоиться. О, пришёл Кукушонок. Типа сплю.

– Привет, Роман. Марина сказала, что вы просыпались, но я уже привык разговаривать с вами каждый день. Думаю, может вы слышите меня. Алиса в третьем отряде, я в первом, вы должны были быть моим вожатым, вот уж не повезло, но у меня всегда так, я то привык, а вас жалко. У вас вон какая любовь с Мариной. Палной. С Алиской мы закорешились очень сильно. А больше в эту смену нет никого из знакомых, все новенькие. Марина у вас всё время сидела, в лагере мухой всё туда-обратно, откуда и силы. Как же она вас любит. Разговаривала с вами, твердила, что если вы не проснётесь, то она будет жить только ради нас с Алиской и отношений больше не заведёт. А мы так не хотим. Мы за то, чтобы вы вместе и мы все вместе были. Один за всех и все за одного. Как гардемарины ваши, малыши из четвертого отряда. Да, ещё родители ваши приезжали неоднократно, мы их успокоили, что посидим тут и дадим знать, когда вы очнетесь. Надо позвонить. Марина не стала ничего говорить про свадьбу, ваши отношения и меня с Алиской. Я считаю правильно. А то подумали бы, что у вас голова лопнула от такой насыщенности в жизни за один неполный месяц. В общем мы с Алиской очень ждём вашего выздоровления, вам надо успеть восстановиться к третьей смене, на которую мы тоже собираемся…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.