Запретное дитя
Софи Кортес

© Софи Кортес, 2024

ISBN 978-5-0062-8268-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Франция, 1572 год. Эпоха Ренессанса, время расцвета искусств, науки и культуры. Но также и период религиозных конфликтов, политических интриг и придворных заговоров.

Париж, величественный и многоликий, бурлил словно котел страстей. Узкие улочки с покосившимися фахверковыми домами петляли словно лабиринт, то выводя на просторные площади с роскошными особняками аристократов, то ныряя в темные закоулки, где ютилась городская беднота. Над мощеными булыжником мостовыми вздымались ввысь острые шпили готических соборов, а над рекой Сеной возвышался могучий королевский замок Лувр с изящными башенками и витражными окнами.

В воздухе витал дух перемен и надвигающихся потрясений. Католики и гугеноты, два враждующих лагеря, раздирали Францию на части. Слухи о готовящейся резне протестантов будоражили умы. Атмосфера в столице сгущалась словно грозовые тучи.

На фоне этих грандиозных исторических событий и разворачивалась история любви наших героев – отважного молодого дворянина Франсуа де Вивонна и прелестной фрейлины Мадлен де Ла Тур. Волею судеб они принадлежали к разным религиозным партиям и кругам. Но сила чувств, вспыхнувшая между ними, заставляла забыть обо всех преградах и испытаниях, которые готовила им безжалостная эпоха.

Впереди их ждали удивительные приключения, тайны, интриги и невероятные повороты судьбы. Смогут ли Франсуа и Мадлен, пройдя через горнило страстей и испытаний, сохранить свою пылкую любовь? Найдут ли они свое счастье в мире, полном опасностей и потрясений? Об этом наш захватывающий роман, который уже готов увлечь читателя в путешествие по страницам истории Франции.

А началось все июньским днем 1572 года, когда юный граф Франсуа де Вивонн впервые прибыл ко двору короля Карла IX в Париж. Он ехал по Новому мосту верхом на гордом андалузском жеребце, лавируя в пестрой толпе горожан. Его алый камзол был расшит золотом, а за поясом покачивалась элегантная шпага с затейливой гравировкой на эфесе. Ловко спешившись у ворот Лувра, Франсуа бросил поводья подбежавшему коноводу и, звеня шпорами, устремился во внутренний двор замка.

Он и представить не мог, что эти ступени парадной лестницы приведут его к самому головокружительному и опасному приключению в жизни. Приключению, имя которому – любовь.

Глава 1. Знакомство

Взволнованный Франсуа де Вивонн поднимался по ступеням парадной лестницы Лувра, украшенной искусной резьбой и гербами. Яркие солнечные лучи, проникающие через мозаичные витражы, плясали на мраморе, окрашивая его в теплые золотистые тона. Где-то наверху оживленно звучала музыка менестрелей, говор толпы и звон бокалов – в замке начинался пышный прием в честь прибывающих дворян.

Франсуа чувствовал, как его сердце трепетало от волнения и предвкушения. Совсем недавно он закончил обучение в университете Падуи, овладел искусством фехтования в Венеции и вот теперь впервые предстанет перед блистательным двором французских королей. От этого приема зависело его дальнейшее положение при дворе. Если удастся покорить Его Величество и влиятельных вельмож – почести и должности ему обеспечены.

Одернув свой щегольской камзол, расшитый серебряной нитью, Франсуа одолел последние ступени и вошел в огромный, залитый светом зал для торжественных приемов. От роскоши и великолепия у юноши захватывало дух!

Стены были затянуты узорчатыми шелковыми гобеленами, пол сплошь застилали пушистые восточные ковры. В затейливо украшенных нишах стояли статуи Афины, Аполлона и других богов, выполненные лучшими итальянскими скульпторами. А потолок покрывала диковинная фреска, изображавшая мифологические сюжеты со множеством фигур в развевающихся одеждах.

В центре зала под огромной хрустальной люстрой кружились в танце изысканно одетые пары. Кавалеры щеголяли модными короткими камзолами всех оттенков – от небесно-голубого до насыщенного бордового. Поверх надевались короткие плащи с пышными рукавами. Дамы блистали роскошными платьями с глубокими декольте и украшенными драгоценностями корсажами, их пышные юбки из тяжелых парчовых тканей колыхались в такт музыке.

Придворные оживленно беседовали, обмениваясь последними сплетнями и новостями. В воздухе витал аромат дорогих благовоний, слышались переливы смеха, звон хрусталя и перезвон золотых монет, которыми играли кавалеры.

Робея, Франсуа вошел в круг танцующих, стараясь держаться непринужденно. Заметив свободную даму в изумрудно-зеленом платье, он галантно поклонился ей, приглашая на менуэт. Та одарила его милой улыбкой и протянула затянутую в кружевную перчатку руку.

Закружившись в танце, Франсуа искоса разглядывал публику, выискивая знакомые лица и стараясь запомнить новые. Он надеялся произвести хорошее впечатление и, может быть, даже привлечь внимание Его Величества.

Но тут взгляд Франсуа выхватил из толпы самое прелестное создание, которое он когда-либо видел. Сквозь толпу танцующих, словно парящая над полом, двигалась девушка неземной красоты. Ее точеная фигурка была затянута в бледно-голубое шелковое платье с серебристой вышивкой, волосы цвета спелой пшеницы струились по плечам, а глаза сияли ярче звезд.

Франсуа застыл, словно громом пораженный, не в силах отвести взгляд от прелестной незнакомки. Кто она? Еще никогда юноша не испытывал ничего подобного – словно огненная стрела пронзила его сердце.

Прекрасная дева скользнула мимо, обдав его тонким ароматом жасмина, и исчезла в пестрой толпе кавалеров и дам. Франсуа встрепенулся, понимая, что не в силах упустить ее.

Наспех извинившись перед своей партнершей по танцу, он кинулся вслед за незнакомкой, расталкивая придворных. Его сердце бешено колотилось, а в голове пульсировала единственная мысль: во что бы то ни стало узнать, кто эта девушка и добиться ее расположения.

Казалось, сама судьба вмешалась и подтолкнула Франсуа к самому головокружительному и опасному приключению его жизни. Приключению под названием любовь.

Но сейчас он еще не догадывался, каких удивительных и драматических поворотов ему готовит встреча с прекрасной незнакомкой. Впереди юношу ждали невероятные испытания, тайны, интриги и борьба за свою любовь.

Так, под сиянием хрустальных люстр и переливами музыки менестрелей, в бурлящем водовороте придворной жизни, и началась эта удивительная история, полная страсти, отваги и романтики. История о всепобеждающей силе любви на фоне трагических событий французской истории.

Чем закончится первая встреча Франсуа и прелестной незнакомки? Какие препятствия их ожидают на пути друг к другу? Сможет ли пылкое чувство, зародившееся с первого взгляда, преодолеть сословные предрассудки, политические распри и козни завистников?

Обо всем этом вы узнаете из нашего романа, полного неожиданных поворотов, ярких страстей и исторического колорита эпохи Ренессанса.

Глава 2. Тайна незнакомки

Продолжая лавировать между танцующими парами, Франсуа де Вивонн торопливо пробирался вслед за неуловимой красавицей в голубом платье. Его сердце трепетало от восторга и волнения. Кто же эта удивительная дева, пленившая его с первого взгляда?

В вихре танца платья дам взметались разноцветными лепестками, пестрые камзолы кавалеров мелькали словно птичьи крылья. Серебряные подвески на туфлях мелодично позвякивали в такт музыке. Но Франсуа не замечал ничего вокруг, сосредоточив все свое внимание на удаляющейся хрупкой фигурке.

Вдруг прелестная незнакомка обернулась, словно почувствовав на себе пристальный взгляд. Ее огромные глаза, обрамленные густыми ресницами, встретились с глазами Франсуа. В этом взгляде юноша прочел удивление, любопытство, и даже как будто вызов. От неожиданности он замер, пытаясь подобрать слова приветствия.

Но прежде, чем он успел что-то сказать, незнакомка лукаво улыбнулась уголками розовых губ и скрылась за расшитой золотыми узорами портьерой арочного прохода.

Франсуа бросился следом, чувствуя что не может упустить ускользающую красавицу. Он спешно миновал анфиладу роскошных залов – мраморный с колоннами, малахитовый с золоченой лепниной, гобеленовую галерею. Гулкое эхо разносило звук его шагов под сводами дворца.

Оказавшись в пустынном полутемном коридоре, он на мгновение растерялся. Куда исчезла прелестная незнакомка? Неужели ему почудилось, и это был лишь мираж, видение, посланное грезами?

Но тут до его слуха донесся удаляющийся перестук каблучков и шорох юбок. Франсуа ринулся на звук и, завернув за угол, увидел впереди мелькнувший в полумраке силуэт.

– Постойте, прошу вас! – воскликнул он, ускоряя шаг. Незнакомка обернулась, прижав ладонь в атласной перчатке к губам. Ее глаза блеснули озорными искорками.

– Кто вы? – с замиранием сердца спросил Франсуа, приближаясь к ней. – Прошу, скажите хотя бы ваше имя!

Красавица помедлила, окидывая его оценивающим взглядом. При свете факелов на стене Франсуа смог лучше рассмотреть ее точеные черты – фарфоровую кожу, чувственный изгиб губ, аристократическую линию носа. В светлых локонах, обрамляющих лицо, поблескивали нити жемчуга.

– Я Мадлен, – наконец произнесла она низким бархатным голосом. – Мадлен де Ла Тур.

– Мадемуазель де Ла Тур, – восхищенно повторил Франсуа, склоняясь в галантном поклоне. – Счастлив увидеть вас в этот чудесный вечер. Позвольте представиться – граф Франсуа де Вивонн к вашим услугам. Я только сегодня прибыл ко двору.

– Что ж, добро пожаловать в Лувр, граф, – кокетливо улыбнулась Мадлен. – Надеюсь, вы найдете здесь не только полезные знакомства, но и приключения по вкусу.

Она бросила на Франсуа многозначительный взгляд из-под опущенных ресниц. От этого юноша почувствовал, как по его телу пробежали электрические искры. Сердце забилось еще чаще.

– О, в этом я не сомневаюсь! – горячо воскликнул Франсуа, не сводя восхищенного взгляда с прелестного личика Мадлен. – Особенно теперь, когда мне посчастливилось повстречать вас. Скажите, могу ли я надеяться на продолжение нашего знакомства?

Мадлен лукаво прищурилась, обмахиваясь расшитым веером.

– Как знать, граф. При дворе все решает Его Величество. И фортуна, – таинственно произнесла она. – Быть может, нам еще доведется свидеться, если на то будет воля провидения.

С этими словами прекрасная Мадлен де Ла Тур присела в грациозном реверансе и, бросив на Франсуа еще один многообещающий взгляд, торопливо удалилась по коридору, оставив после себя лишь шлейф тонкого цветочного аромата.

Молодой граф стоял, словно громом пораженный, не веря своему счастью. Он и мечтать не смел, что первый же день при дворе ознаменуется такой удивительной встречей! Теперь ему не терпелось узнать о прелестной Мадлен как можно больше.

Кто она? Какое положение занимает при дворе? Свободно ли ее сердце? Эти вопросы занимали все мысли Франсуа, пока он возвращался в бальный зал.

Там веселье было в самом разгаре. Музыканты-менестрели наяривали зажигательную вольту, и парочки порхали в стремительном танце. Слуги разносили подносы с искрящимся шампанским и диковинными угощениями. Гул голосов сливался в неумолчный рокот, словно прибой.

Франсуа выхватил с подноса бокал игристого вина и жадно осушил его, пытаясь успокоить разбушевавшиеся чувства. Голова слегка кружилась – то ли от шампанского, то ли от пережитых эмоций.

«Я должен во что бы то ни стало снова увидеть ее», – решил он про себя, оглядывая пеструю толпу придворных. Но тщетно – очаровательная Мадлен словно растворилась в водовороте пышных юбок и расшитых камзолов.

Внезапно к Франсуа подошел высокий дворянин с иссиня-черными кудрями до плеч и жгучими карими глазами. Его бархатный камзол с рубиновыми пуговицами выдавал знатное происхождение.

– Да пребудет с вами удача, друг мой! – обратился он к Франсуа с легким акцентом уроженца Гаскони. – Позвольте представиться: Арман де Бельгард, граф де Гиш, к вашим услугам.

Он отвесил дружеский полупоклон и окинул Франсуа проницательным взглядом.

– Вы, как я погляжу, впервые при дворе? Неплохо начали, сразу приглянулись одной из первых красавиц Лувра!

Франсуа вздрогнул, удивленно воззрившись на нового знакомца.

– Вы видели? Вы знаете эту даму? – нетерпеливо спросил он, чувствуя как сердце вновь забилось быстрее.

Граф де Гиш хохотнул и понимающе похлопал юношу по плечу.

– Кто же не знает обворожительную Мадлен де Ла Тур! Она сводит с ума половину Парижа. Фрейлина и любимица самой Ее Величества Екатерины Медичи. Говорят, королева-мать души в ней не чает. Доверяет ей свои секреты и поручает щекотливые дипломатические миссии.

Франсуа слушал де Гиша, затаив дыхание. Мадлен – фаворитка самой Екатерины Медичи? Королевы не только Франции, но и интриг? Теперь юноша еще больше заинтересовался загадочной красавицей.

Арман де Гиш продолжал вполголоса, озорно сверкая карими глазами:

– Поговаривают также, что отец Мадлен – граф де Ла Тур – вхож в узкий круг доверенных лиц короля Карла IX и даже заведует королевской казной. Так что девица эта – лакомый кусочек, друг мой. Многие франты при дворе мечтают заполучить ее руку, сердце и приданое.

Франсуа почувствовал укол ревности, представив как другие кавалеры увиваются вокруг прелестной Мадлен. Он поспешил сменить тему:

– Благодарю за сведения, граф. Вы здесь уже давно? Похоже, прекрасно осведомлены о всех интригах двора.

Арман усмехнулся одними уголками губ и обвел взглядом пеструю людскую толчею.

– О да, друг мой, порядком. Достаточно, чтобы знать: здесь, в Лувре, нужно держать ухо востро. За каждой расшитой портьерой – интрига, за каждым расписным веером – тайна, за каждой лестной улыбкой – корыстный расчет. Доверять нельзя никому.

Франсуа насторожился. Слова де Гиша прозвучали зловеще, несмотря на дружелюбный тон.

– Что вы хотите этим сказать? – осторожно спросил он, бросив быстрый взгляд на своего собеседника.

Тот оглянулся по сторонам и заговорщицки понизил голос:

– Времена сейчас неспокойные, друг мой. Смута в стране, вражда католиков и гугенотов, борьба придворных партий… Нужно быть настороже и тщательно выбирать друзей. И возлюбленных, – многозначительно добавил он.

Юный граф де Вивонн почувствовал смятение. Слова Армана де Гиша не на шутку встревожили его. Неужели и прекрасная Мадлен замешана в придворных козях? От этой мысли на сердце заскребли кошки.

Но тут Франсуа тряхнул головой, отгоняя сомнения. Не может быть, чтобы такое невинное и очаровательное создание было способно на низкие интриги! Он готов был довериться своему сердцу, которое трепетало от одного воспоминания о лучезарных глазах таинственной незнакомки.

«Что бы ни говорили – я должен снова увидеть ее и узнать получше», – твердо решил Франсуа.

Арман де Гиш, словно подслушав его мысли, подмигнул и хлопнул в ладоши.

– Ну-с, друг мой, довольноopolitики! Давайте же веселиться – в конце концов, мы на празднике! Выпьем за удачу и любовь – этих верных спутников французского дворянина!

С этими словами он ловко подхватил с подноса пробегавшего слуги два бокала рубинового вина и протянул один Франсуа.

– Думаю, нам стоит познакомиться поближе, дорогой граф де Вивонн. Мой нюх подсказывает, что вас ждут большие дела при нашем дворе. И, возможно, я смогу вам в этом поспособствовать – если вы окажетесь благоразумны и последуете моим советам.

В темных глазах графа де Гиша вспыхнули хитрые огоньки. Франсуа неуверенно улыбнулся и принял бокал, пытаясь понять, чего же на самом деле хочет от него этот загадочный дворянин.

Тем временем, сам того не ведая, юный граф де Вивонн уже оказался втянут в запутанный клубок интриг французского двора. И его страстное увлечение прелестной фрейлиной Мадлен де Ла Тур должно было сыграть в этом не последнюю роль.

Но сейчас, пригубив терпкое вино и вслушиваясь в оживленную болтовню Армана де Гиша, Франсуа и не подозревал, какие испытания и потрясения готовит ему коварная судьба. Впереди его ждали не только головокружительные приключения и пылкая любовь, но и смертельные опасности, и мучительный выбор.

Однако сегодня молодой граф намеревался всецело отдаться веселью своего первого придворного бала. И, конечно же, грезить о новой встрече с очаровательной незнакомкой, покорившей его сердце.

Музыканты как раз заиграли нежную павану. Франсуа залпом допил вино для храбрости и, поклонившись графу де Гишу, решительно направился в толпу танцующих – туда, где в последний раз мелькнуло среди пестрых нарядов дам голубое платье прекрасной Мадлен.

Глава 3. Дуэль чести

Утро следующего дня выдалось погожим и безоблачным. Золотистые лучи солнца заливали просторные покои, отведенные Франсуа де Вивонну в одном из дальних крыльев Луврского дворца. Прохладный ветерок из распахнутого окна шевелил тяжелые гардины и приносил с собой ароматы цветущего миндаля из дворцового сада.

Однако сам юный граф не замечал ни солнечного сияния, ни пения птиц за окном. Неугомонные мысли о вчерашнем бале и чарующей встрече не покидали его даже во сне. И теперь, едва пробудившись, Франсуа первым делом вспомнил о прелестной фрейлине Мадлен.

Ее хрустальный смех словно все еще звенел в ушах, а загадочная полуулыбка стояла перед глазами. Сердце Франсуа исполнилось сладкой истомой и трепетным нетерпением. Сегодня он непременно должен увидеть ее снова!

Наскоро совершив утренний туалет и облачившись в свой лучший голубой камзол (он втайне надеялся, что этот цвет придется по вкусу Мадлен), Франсуа решительно отправился на поиски чаровницы.

Он не успел сделать и десятка шагов по анфиладе залов, как вдруг на него налетел запыхавшийся мальчик-паж в ливрее с гербом де Гишей.

– Ваша светлость! – выпалил паренек, отвесив торопливый поклон, – Мой господин, граф Арман де Гиш, просит вас незамедлительно пожаловать к нему. У него есть для вас важные известия!

Франсуа насторожился. Неужели случилось что-то серьезное? Поколебавшись лишь мгновенье, он кивнул пажу:

– Хорошо, я сейчас же иду. Веди меня к своему господину.

Арман де Гиш ждал его в Бирюзовом салоне – небольшом, но роскошно убранном покое в мавританском стиле. Он расхаживал взад-вперед по устланному персидским ковром полу, и на его смуглом лице явственно проступало раздражение вперемешку с досадой.

– А, Вивонн! – воскликнул он, оборачиваясь на звук шагов. – Наконец-то! Дело не терпит отлагательств.

Граф окинул Франсуа быстрым взглядом и усмехнулся:

– Голубой вам к лицу. Готовились произвести впечатление на даму сердца? Что ж, ваша куртуазность вам сегодня пригодится.

Франсуа вспыхнул, но де Гиш уже продолжал:

– Только что мне донесли, как этот фанфарон, виконт де Сен-Мегрен, публично отпускал скабрезные шутки про мадемуазель Мадлен и даже имел наглость похваляться, что имел с ней любовную связь!

Горячая волна гнева и обиды окатила Франсуа. Сен-Мегрен – тот самый развязный молодчик с подкрученными усиками, что увивался вчера вокруг Мадлен! Да как у него язык повернулся порочить честь столь возвышенной девы?

– Подобная низость не должна остаться безнаказанной! – выпалил Франсуа, сжимая эфес шпаги. – Он ответит перед лицом моей стали!

Арман де Гиш одобрительно хлопнул его по плечу:

– Я знал, что вы истинный дворянин, Вивонн! Сен-Мегрен – известный бретер и забияка, но честь прекрасной дамы для вас превыше всего. Что ж, пойдемте отыщем негодяя и вызовем его на дуэль!

Франсуа решительно кивнул, чувствуя, как внутри все пылает от праведного негодования. Он был твердо намерен преподать бесчестному виконту хороший урок и раз и навсегда отбить у него охоту порочить добрые имена.

Де Гиш меж тем уже шагал к двери, на ходу бросив через плечо:

– У меня есть сведения, что сейчас Сен-Мегрен будет играть в карты в Серебряном салоне. Там мы его и застанем. Но будьте готовы, Вивонн, нас ждет жаркая схватка!

Скрывая волнение под невозмутимой маской, Франсуа последовал за графом через анфиладу парадных залов. Утреннее солнце играло на паркете причудливыми бликами, слуги споро разносили подносы с освежающими напитками, но юный дворянин не замечал ничего вокруг. Все его мысли были о возмездии и чести.

У высоких дверей Серебряного салона Арман де Гиш придержал Франсуа за локоть и прошептал:

– Предоставьте разговор мне. Ваше дело – сразиться с Сен-Мегреном и выиграть поединок. Во имя вашей чаровницы.

С этими словами он решительно распахнул резные створки, и друзья вошли в просторное помещение.

Серебряный салон поражал роскошью отделки. Зеркала в витых серебряных рамах сплошь покрывали стены, множа сверкание хрустальных люстр. Лепной потолок украшала причудливая фреска, а мебель, затянутая муаровым шелком, являла верх изящества.

За массивным столом из красного дерева, уставленным золотыми кубками, несколько дворян азартно резались в карты. Среди них Франсуа без труда различил самоуверенную физиономию виконта де Сен-Мегрена.

Завидев вошедших, тот растянул губы в ленивой ухмылке, от которой у Франсуа зачесались кулаки.

– Поглядите, кто пожаловал! – протянул виконт, откидываясь на спинку кресла. – Никак, сам граф Арман де Гиш! И его новый протеже – конфетный кавалер Вивонн. Какая честь!

Дворяне вокруг захихикали, явно польщенные вниманием де Гиша. Арман сдержанно поклонился и процедил:

– Виконт. Нам нужно поговорить. Наедине.

Что-то в его тоне заставило Сен-Мегрена подобраться и с некоторой опаской покоситься на грозные лица друзей.

– Что ж, я к вашим услугам, господа, – произнес он с деланной учтивостью и, бросив карты на стол, поднялся. – Прошу в кабинет для курения.

Небольшая комната, обитая золотистой парчой, где виконт провел гостей, была полна табачного дыма и запаха крепкого бренди.

Как только за ними закрылась дверь, Арман шагнул вперед, сверля Сен-Мегрена тяжелым взглядом.

– Послушайте, виконт. До меня дошли сведения о вашей недостойной болтовне касательно мадемуазель де Ла Тур. Вы порочите честь благородной девицы, и это требует сатисфакции!

Сен-Мегрен округлил глаза, но тут же взял себя в руки, напустив высокомерный и скучающий вид.

– О, бросьте, де Гиш! Эта куколка строит из себя недотрогу, а сама жаждет любовных утех. Я лишь намекнул об истинной природе ее добродетели.

Щеки Франсуа пошли пунцовыми пятнами от возмущения. Этот хлыщ смеет так отзываться о прелестной и непорочной Мадлен! Но не успел он вымолвить и слова, как Арман снова заговорил – тихо и веско.

– Довольно, виконт. Вы оскорбили даму – и должны ответить за свои слова. Я вызываю вас на дуэль от имени моего друга, графа де Вивонна.

Повисла звенящая тишина. Сен-Мегрен прищурился, переводя взгляд с побагровевшего Франсуа на невозмутимого де Гиша. В его глазах промелькнула тень сомнения, но он быстро совладал с собой.

– Что ж, я принимаю вызов, – процедил виконт, растягивая губы в ядовитой усмешке. – Посмотрим, так ли ловко управляется со шпагой ваш юный дружок, как с дамскими веерами. Завтра, в шесть утра, у Булонского леса. Не опаздывайте, господа.

С этими словами он резко развернулся и, чеканя шаг, покинул комнату. Арман проводил его мрачным взором и повернулся к Франсуа.

– Дело сделано, Вивонн. Завтра вам предстоит отстоять свою честь и доброе имя вашей дамы сердца. Я буду вашим секундантом. Вы готовы скрестить клинки?

Франсуа гордо вскинул подбородок, пылая праведным гневом:

– Всегда готов, друг мой. Я не могу спустить Сен-Мегрену подобное оскорбление. Завтра я заставлю его раскаяться в своих словах на острие моей шпаги!

Граф де Гиш крепко пожал ему руку и кивнул с суровой решимостью:

– Именно так, Франсуа. Отдохните сегодня хорошенько и будьте готовы сражаться за свою честь и честь мадемуазель де Ла Тур. А пока – возвращайтесь в свои покои и постарайтесь сохранять самообладание. Нельзя, чтобы двор пронюхал о грядущей дуэли раньше времени.

Франсуа послушно кивнул, понимая всю серьезность ситуации. Поединки хоть и были в порядке вещей среди дворян, но официально считались под запретом. Приходилось действовать скрытно.

Распрощавшись с Арманом, юный граф поспешил укрыться в своих комнатах, обуреваемый вихрем противоречивых чувств. Гнев на наглого Сен-Мегрена мешался в его душе с волнением перед грядущим боем и страстным желанием защитить доброе имя возлюбленной.

Ибо сейчас он уже не сомневался – прекрасная Мадлен де Ла Тур пленила его сердце раз и навсегда. И завтра он будет сражаться не просто за отвлеченную честь, а за свою даму сердца, свою единственную любовь.

От пылких дум Франсуа отвлек деликатный стук в двери. На пороге возник давешний паж с серебряным подносом в руках.

– Ваша светлость, вам послание, – пролепетал он, протягивая затейливо сложенную записку, надушенную тонким ароматом жасмина.

Сердце Франсуа зашлось от волнения. Этот запах… Он узнал бы его из тысячи! Мадлен…

Нетерпеливо развернув листок, юный граф жадно впился взглядом в изящные строки:

«Мой дорогой граф Вивонн!

Прошу вас, удостойте меня чести побеседовать с вами наедине. Нынче вечером, в сумерках, я буду ждать вас в беседке нимф за фонтаном Дианы в дворцовом парке. Молю, не откажите мне в этой встрече!

Искренне ваша,

Мадлен».

У Франсуа закружилась голова, а сердце запело от радости. Мадлен желает видеть его! О, это, верно, судьба. Ведь именно сейчас, когда завтра он будет сражаться за ее честь, она зовет его на тайное свидание!

– Передайте вашей госпоже, что я непременно буду, – выдохнул он, одаривая пажа сияющей улыбкой. Тот понимающе подмигнул и, откланявшись, упорхнул с драгоценным ответом.

Франсуа без сил опустился на кресло, прижимая заветную записку к груди. Встреча с Мадлен… Сегодня… Наедине… Это ли не знак свыше, не напутствие перед грядущим испытанием?

Он закрыл глаза, предвкушая волшебные мгновения в обществе прелестной девы. Он расскажет ей о своих пылких чувствах, поклянется в вечной любви и преданности. И, быть может, осмелится сорвать с ее медовых уст первый робкий поцелуй…

А завтра – завтра он будет сражаться за нее, за ее светлое имя, за их общее будущее. И ничто не сможет встать на пути его праведного гнева и его преданного сердца.

С этими пылкими мыслями, трепеща от сладостного предвкушения, Франсуа де Вивонн принялся готовиться к важнейшему вечеру своей жизни – вечеру, который навсегда определит его судьбу.

Глава 4. Тайны беседки

Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая перистые облака на небе в нежные персиковые и лиловые тона. В воздухе разливалась прохлада, напоенная ароматами ночных фиалок и жимолости. Дворцовый парк постепенно погружался в синеватые сумерки.

Франсуа крался по усыпанной гравием дорожке, то и дело озираясь по сторонам. Стараясь ступать неслышно, он миновал аккуратно подстриженные кусты самшита, украшенные причудливыми мраморными статуями, и приблизился к большому фонтану со скульптурой Артемиды в центре.

Лунный свет мерцал на водной глади, превращая струи в жидкое серебро. Где-то в кустах сладко заливался соловей, словно аккомпанируя взволнованному биению сердца юного графа.

За фонтаном виднелась увитая розами изящная беседка – обиталище нимф, как окрестили ее придворные дамы. Трепеща от волнения, Франсуа ступил под ее ажурный свод, оплетенный цветущими побегами.

В полумраке беседки он различил хрупкий женский силуэт. Облаченная в светлое платье, перехваченное под грудью голубой лентой, Мадлен de Ла Тур казалась эфемерным видением, сотканным из лунного света и аромата роз.

– Франсуа… Вы пришли, – выдохнула она, робко выступая ему навстречу.

Юноша застыл, не веря своему счастью. Дрожащими руками он сжал тонкие пальчики Мадлен, отчаянно пытаясь совладать с охватившими его чувствами.

– Мадемуазель Мадлен… О, вы не представляете, как я счастлив видеть вас! Ваша записка… Я не смел и надеяться на подобную честь… – сбивчиво зашептал он, едва осмеливаясь поднять взор на прелестное личико девушки.

Мадлен опустила ресницы, явно смущенная пылкостью его тона. Но в уголках ее губ затаилась лукавая полуулыбка.

– Я… Я тоже рада нашей встрече, граф. Не зная почему, с того самого момента на балу, я не могу выбросить вас из головы…

Чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть из груди, Франсуа выдохнул:

– О, Мадлен! Вы покорили меня без остатка. Я грезил лишь о том, чтобы вновь увидеть вас, говорить с вами… Молю, скажите, есть ли надежда, что мои чувства небезразличны вашему сердцу?

Мадлен подняла на него сияющий взгляд, в котором плескалась нежность пополам с лукавством.

– Быть может, отважный граф, есть более верный способ это выяснить, чем расспросы? – прошептала она, кокетливо склоняя головку набок.

От этих слов у Франсуа закружилась голова. Неужели прелестная Мадлен намекает на… поцелуй? О, как давно он грезил о том, чтобы прильнуть к ее устам, таким манящим в серебристом мерцании луны!

Осмелев от охватившего его чувства, юноша привлек девушку ближе, обвивая рукой ее тонкую талию. Мадлен трепетно вздохнула, но не стала противиться, устремляя на Франсуа долгий призывный взгляд из-под опущенных ресниц.

Их лица были так близко, что Франсуа ощущал на своих губах ее легкое дыхание и аромат флердоранжа, исходящий от локонов. Сердце бешено стучало, в ушах шумела кровь. Начисто позабыв о риске и осторожности, юный граф приник к устам возлюбленной страстным, жарким поцелуем.

И в этот миг мир вокруг словно растворился, потеряв всякое значение. Были лишь они двое – два трепещущих сердца, две пылкие души, слившиеся в объятии под сенью ночи. Их поцелуй длился и длился, заставляя забыть обо всем на свете.

Но вдруг за спиной раздался зловещий треск веток и приглушенные голоса. Франсуа и Мадлен отпрянули друг от друга, как ужаленные, испуганно озираясь по сторонам.

– Что это? – дрожащим шепотом выдохнула девушка, вцепившись в рукав Франсуа. – Нас обнаружили?

Юноша похолодел. Если их застанут вдвоем, в уединении беседки – доброму имени Мадлен придет конец! Но и себя выдавать нельзя – дуэль с Сен-Мегреном должна оставаться в тайне…

– Тише, – прошептал он, лихорадочно размышляя. – Кажется, сюда кто-то идет. Нужно немедленно скрыться. Бегите в ту сторону, я задержу их!

И, коротко поцеловав побелевшие от страха пальчики Мадлен, Франсуа решительно шагнул из беседки навстречу приближающимся голосам.

Мадлен бросила на него последний умоляющий взгляд и, подхватив юбки, со всех ног кинулась прочь, мелькнув светлым призраком меж кустов. Франсуа невольно поморщился от треска веток, но в следующий миг взял себя в руки.

Лихорадочно пригладив волосы, он с нарочитой небрежностью привалился к мраморной колонне, всем своим видом изображая задумчивого мечтателя, решившего полюбоваться луной в одиночестве. Как раз вовремя – из-за поворота аллеи выступили две фигуры в темных плащах.

– Граф де Вивонн? – удивленно воскликнул один из них знакомым голосом. – Вот так встреча! Что вы здесь делаете в столь поздний час?

Говоривший откинул капюшон, и Франсуа с облегчением узнал мужественное лицо Армана де Гиша. Рядом с ним стоял давешний паж – видимо, тот самый, что доставил юноше записку от Мадлен.

– Граф де Гиш? – наигранно изумился Франсуа, шагая им навстречу. – Вот так совпадение! Я лишь решил прогуляться перед сном, полюбоваться звездами. Они нынче так ярки! А вы что здесь делаете?

Арман смерил его внимательным взглядом, явно подмечая и взъерошенные волосы, и зацелованные губы. Усмехнувшись уголком рта, он небрежно отозвался:

– Да вот, посылал Пьера с поручением к вашей особе… Но, похоже, мой паж умудрился заплутать в трех соснах! Что ж, прогуляемся вместе, Вивонн. Луна и вправду нынче хороша. А заодно обсудим грядущую дуэль – кое-что мне удалось разузнать о вашем сопернике.

С этими словами Арман подмигнул Франсуа и, взяв его под локоть, повлек за собой вглубь парка. Юноша бросил настороженный взгляд через плечо, но Мадлен и след простыл – лишь колыхались тяжелые гроздья глициний, роняя на гравий лепестки.

Они не спеша брели по петляющим аллеям, то окунаясь в тень раскидистых каштанов, то выходя на открытые лужайки, озаренные мерцающим светом луны. Арман де Гиш говорил вполголоса, доверительно склоняясь к самому уху Франсуа:

– Итак, друг мой, я разузнал кое-что любопытное о нашем дорогом виконте. Как славно, что вы оказались в парке – не придется тревожить вас в покоях и будить ненужные толки! Слушайте внимательно. Сен-Мегрен, конечно, известный забияка и дуэлянт. За ним числится уже не меньше десятка поединков – как с оскорбленными мужьями, так и с соперниками за благосклонность дам. Однако, по слухам, его излюбленный прием – внезапный выпад в корпус после серии обманных финтов. Он любит застать противника врасплох стремительной атакой. Так что будьте начеку и не поддавайтесь на уловки.

Франсуа кивнул, мысленно делая заметку. Значит, Сен-Мегрен любит действовать внезапно? Что ж, он будет готов. В конце концов, граф де Вивонн тоже не промах и немало преуспел в искусстве фехтования.

– Благодарю за сведения, Арман, – горячо откликнулся юноша, пожимая руку друга. – Не знаю, что бы я без вас делал. Вы так много для меня сделали! И я постараюсь не подвести. Завтра этот мерзавец ответит за каждое свое слово!

Де Гиш одобрительно хлопнул Франсуа по плечу и лукаво прищурился:

– Не сомневаюсь, Вивонн. А теперь поведайте-ка мне… Чем вы занимались в беседке, прежде чем я вас отвлек? Уж не свидание ли у вас там было, а? Я давно подозревал, что между вами и прелестной Мадлен пробежала искра. Ваш румянец лишь подтверждает мои догадки!

Франсуа смутился и отвел взгляд, чувствуя, как горят щеки. Ну надо же было Арману так не вовремя появиться! И как теперь быть? Не признаваться же, в самом деле…

Словно уловив его колебания, де Гиш фыркнул и добродушно похлопал Франсуа по спине:

– Да бросьте, друг мой! Здесь нечего стыдиться – в конце концов, вы завтра будете сражаться за честь мадемуазель де Ла Тур. Вполне естественно, что между вами вспыхнули нежные чувства. Любовь лишь добавит вам решимости одержать победу в поединке!

Эти слова развеяли смущение Франсуа. И правда, его любовь к Мадлен чиста и возвышенна. Они предназначены друг для друга самой судьбой! И завтрашняя дуэль лишь скрепит их союз. Юноша улыбнулся и решительно тряхнул головой:

– Вы правы, Арман. Я люблю Мадлен всем сердцем и душой. И завтра буду сражаться во имя нашей любви! Сен-Мегрен падет к моим ногам, и честь моей дамы будет восстановлена!

Де Гиш расплылся в понимающей усмешке:

– Истинный пыл влюбленного! Что ж, держите это чувство в себе, Вивонн. Оно сослужит вам добрую службу. А я прослежу, чтобы завтра все прошло без лишних глаз и помех. Ну а теперь – по коням! Вам нужно как следует выспаться перед боем. Сладких снов – надеюсь, ваша муза посетит вас и там!

С этими словами Арман подмигнул и, насвистывая веселый мотивчик, растворился в ночных тенях парка. А Франсуа, бросив последний взгляд на беседку, где еще витал призрачный аромат флердоранжа, со вздохом побрел к своим покоям.

Сон не шел. Прокручивая в голове грядущий поединок и сладкие воспоминания о поцелуях с Мадлен, юный граф так и эдак ворочался на парчовых простынях. Предвкушение опасности мешалось с любовным томлением, заставляя сердце то сжиматься, то трепетать от восторга.

Наконец, забывшись тревожной дремой, Франсуа очутился на залитой солнцем поляне. Напротив него стоял Сен-Мегрен с обнаженной шпагой и надменной ухмылкой. А чуть поодаль, за деревьями, маячил светлый силуэт – Мадлен! Ее глаза сияли, как звезды, а по щекам струились слезы…

– Вперед, ничтожество! – вскричал Сен-Мегрен, бросаясь в атаку. Франсуа вскинул шпагу, принимая вызов. Он будет стоять до конца, защищая свою любовь и честь! Клинки скрестились со зловещим лязгом…

И в этот миг Франсуа очнулся, тяжело дыша и весь в холодном поту. За окном брезжил сизый рассвет – час дуэли приближался. Юноша поспешно вскочил с постели и принялся одеваться. Пора было выдвигаться к Булонскому лесу – навстречу своей судьбе.

…Утренняя дымка медленно таяла меж стволов вековых буков, орошая траву прохладными каплями росы. Где-то в кустах трещала малиновка, приветствуя новый день. Узкая тропинка, петляя меж могучими корнями деревьев, вывела Франсуа на широкую поляну.