# Эребус

Н. Ланг

Льдина Судного дня растаяла. Воды Мирового океана затопили пять континентов. Единственный пригодный для жизни материк Антарктида. Спасённые из разных государств высаживаются на берегах когда-то скованных льдом. Люди строят новое высокотехнологичное общество. Нейросеть Мудрая создаёт заповеди, которым следуют граждане Эребуса. Но что произойдёт с тем, кто нарушит один из заветов?

История города-государства Эребус началась в тот день, когда от ледникового шельфа Антарктиды откололся огромный кусок. Льдина Судного дня – так учёные назвали внушительный айсберг. Изменения климата спровоцировали повышение общемировой температуры на десять градусов. Ледяные щиты стремительно таяли не только на Южном полюсе, но и на всей поверхности планеты. Уровень Мирового океана достиг критических отметок. Вода жадно поглотила пять материков из шести.

Безопасной зоной, затронутой потопом только отчасти, стала Антарктида. Самый высокий континент очистился от вечных снегов. На земле, когда-то скованной льдом, взошла молодая трава. Большие быстроходные лайнеры научно-технической корпорации «Заслон» привезли на спасительное побережье людей, уцелевших после глобальной катастрофы. Единственный неосвоенный континент сделался пристанищем для восьмисот тысяч выживших. Пока учёные исследовали почву, воздух и воду на присутствие древних опасных микробов и вирусов, вызывающих болезни, переселенцы ходили в плотных защитных костюмах. Многообразие диалектов, на которых говорили спасённые, породило неразбериху. Инженеры АО «Заслон» изобрели и вживили горожанам нейросхемы, позволявшие воспринимать все известные языки, и разговаривать на них. Границы между нациями стёрлись. Эребус называли голубоглазой страной. Схема придавала радужкам обладателя особое лазурное мерцание.

Сезоны теперь имели условное деление. Осень, зима, весна и лето не отличались перепадами температур. Всегда стояла удушающая жара, которую смягчали с помощью маленьких, но мощных турбин, охлаждавших атмосферу. В тени потухшего вулкана Эребуса возвели мегаполис. В доках замерли величественные корабли, на которых прибыли поселенцы.

Город тянулся ввысь из-за недостатка территорий. Между башнями, покрытыми солнечными батареями, курсировали лёгкие и быстрые беспилотные автомобили. Небеса пронзали многоэтажные теплицы с гидропонными системами. Рядом располагались фермы-небоскрёбы для разведения скота. До затопления материков учёные сформировали «генный ковчег», в котором собрали ДНК домашних животных и растений для клонирования.

Ещё задолго до переселения на Антарктиду программисты АО «Заслон» начали загружать воспоминания людей на виртуальные серверы, создавая своеобразную цифровую память человечества. На основе опыта, полученного от предков, живших до наводнения, нейросеть «Мудрая» сгенерировала пять заповедей:

1. Ежедневно трудитесь для процветания Эребуса.

Жители работали по профессиям, которые согласно генетической предрасположенности для них выбирала «Мудрая». Предоставлялось несколько вакансий. Фермеры разводили скот, выращивали овощи и пекли хлеб. Портные шили обувь и одежду из материалов, сотканных в лабораториях. Применяя трёхмерные технологии, строители возводили и полностью обслуживали здания. Целители занимались здоровьем граждан. Инженеры следили за непрерывной работой генераторов энергии. Электричество, вырабатываемое из воды и солнечного света, распространялось по воздуху. Хранители памяти – ответственная должность, которую жаждали получить многие. Именно они берегли накопленную мудрость человечества.

Занятия творчеством поощрялись только в свободное время. Искусство не приносило никакой материальной выгоды, поэтому «Мудрая» сочла его бесполезным. Литературу, кино и классическое школьное образование заменили воспоминания, скрупулёзно собираемые десятилетиями. Мемуары записывались на крохотные, величиной с подушечку указательного пальца, электронные носители, которые прикладывали к нейросхеме. Каталогами памяти заведовали распорядители.

Благодаря неукоснительному исполнению предписаний, потребность в полицейских, военных и чиновниках пропала. В обществе царили порядок и дисциплина. Деньги вышли из оборота. Случилось то, о чём люди мечтали эпохами – социальное неравенство было устранено.

2. Создайте семью.

Гражданин, которому исполнилось восемь лет, сдавал кровь в аналитический центр. Микроскопическая капля помогала в генетических исследованиях. Искусственный интеллект находил идеального партнёра для создания пары. Потомкам передавались исключительно хорошие гены. В семьях позволялось растить только одного ребёнка.

3. В тридцать семь лет Вы должны отправиться на остров Туле.

На улицах Эребуса не увидеть людей старше тридцати семи. Достигших этого возраста горожан отправляли на специальный синтетически созданный остров Туле, где они продолжали жить и трудиться. Перед поездкой человек скидывал свои воспоминания в базу, чтобы внуки могли пользоваться сбережёнными знаниями. Это считалось почётным долгом каждого законопослушного гражданина.

4. Не пересекайте красную линию.

Что скрывалось за красной линией в Хранилищах памяти и почему её нельзя перешагивать, никто не знал. Заходить за черту были не вправе даже хранители, сопровождавшие подданных на остров Туле.

5. Не помогайте нарушившим заповеди.

Если житель Эребуса преступил один из заветов, его схема автоматически аннулировалась. Нарушитель переставал понимать наречия, на которых общались жители государства. Возмутителя спокойствия лишали благ. Любое упоминание о нём изымалось из всех каталогов памяти. Оступившийся предавался забвению при жизни и становился порицаемым сообществом изгнанником. Похожая участь ждала и тех, кто защищал изгоя.

***

Алиса Василевская намеревалась стать хранителем памяти. Много часов она провела в Хранилищах, перелистывая одну судьбу за другой. Встроенная в правый висок нейросхема позволяла делать записи. Перед сном Алиса воспроизводила интересные моменты. Нежные признания, радость встреч и влюблённости. Настоящая жизнь растаяла со льдиной. Биографии потомков колонистов похожи. Население Эребуса подчинялось жёсткому распорядку, заведённому «Мудрой».

Просматривая чужие воспоминания, Алиса заметила одну странность. Истории резко обрывались, когда жителей отправляли на остров Туле. Клочок суши населяло уже три поколения. И никто из Эребуса не виделся с родными и не бывал на островке. Общение происходило через беспилотники. Дроны-почтальоны доставляли на Туле посылки. Дроны-наблюдатели записывали видеострелы и по нейронам передавали родственникам.

– Почему сюжеты заканчиваются, когда горожанам исполняется тридцать семь лет? – поинтересовалась Алиса у матери.

Они заказывали одежду в цехе ткачей. Для торжественной церемонии проводов отца на остров Туле мама выбрала прочную ткань четвёртого поколения с автоматической терморегуляцией. Наряд менял тон в зависимости от настроения хозяйки. Проворные нанороботы делали выкройки и соединяли их долговечными нитками. Одежда адаптировалась к анатомическим особенностям человека, который её надевал. Платье подчёркивало стройную фигуру матери, а бирюзовый цвет оттенял голубые глаза, опушённые чёрными ресницами. Влада Василевская трудилась целителем в поликлинике, которая располагалась в сердце Эребуса. Когда человек заболевал, его схема посылала оповещение в медцентр, и за пациентом прибывал транспорт. В детстве Алиса любила наблюдать, как беспилотные машины подлетали к приёмному покою медицинского небоскрёба.

– На Туле плохая связь. Сигналы нейросхем там блокируются. Приходится ждать весточек от дронов-наблюдателей, – отвечала мама. – Хочешь посмотреть видеочат с бабушкой?

Алиса кивнула, мама подключилась к её схеме и по нейронам отправила сообщение. Перед взглядом всплыло нечёткое изображение седовласой женщины. Бабушка говорила тихо. Невыразительный лишённый эмоций голос часто прерывался от помех. Алиса лично не знакома с родственницей. Она переехала на остров ещё до рождения внучки.

– Скоро я встречусь с мамой, – предавалась мечтам Влада, соскучившаяся по ласковым объятиям.

В январе Владе минуло тридцать шесть, и она полгода посещала Хранилище, где скачивали её знания. Отец Алисы – Лев Василевский вчера встретил тридцатисемилетие. Копирование его жизненного пути уже завершено, и он готов отправиться в странствие.

В день отъезда принято устраивать прощальный завтрак. Робот-повар помог богато сервировать стол. Блюда Влада готовила сама, ведь это последняя трапеза отца на Антарктиде. Особенное утро Лев запомнит навсегда.

Алиса руководила уборкой, задавая нужные параметры электронному помощнику. Порядок в маленькой квартире воцарился за несколько минут. Из-за недостатка земель апартаменты отличались равными для всех небольшими масштабами. Алису раздражала комната шириной в пять метров. Мятежная душа требовала простора.

– Можно пойти с тобой? – спросила Алиса, наблюдая, как папа, стоя у зеркала, протягивает галстук под воротничок рубашки.

Завязывая узел, отец испуганно оглянулся. А вдруг «Мудрая» услышит слова глупой девчонки? Хотя согласно постулатам нейросети мысль ещё не поступок.

Надев серый пиджак, папа обнял Алису и заглянул в её глаза. Голубое свечение схемы делало карюю радужку необычной. Лицо и фигура дочери поражали изящной симметрией.

– Будь умницей, соблюдай заповеди, – мягко попросил он и поцеловал её в лоб. Алиса с нежеланием согласилась.

Она запомнит отца импозантным и крепким не только физически, но и духовно. Благодаря острому уму и целеустремлённости, папа достиг больших высот в строительстве. Из промышленных и бытовых отходов он предложил производить самовосстанавливающийся бетон. В городе протянулись километры магистралей, спроектированных Львом Василевским.

– В сентябре тебе исполнится восемнадцать, и ты выйдешь замуж, – сказал папа, когда близкие устроились за столом. – Жаль, я этого не увижу.