Арина Вильде
Малышка для диктатора

Пролог

– Мы раньше не встречались? Ваше лицо мне кажется знакомым.

Время вокруг останавливается, а сердце в груди забилось в бешеном ритме. Я хватаюсь пальцами за столешницу и сжимаю ее до боли в костяшках, боясь свалиться в обморок, а потом медленно поворачиваю голову в сторону мужского хриплого голоса.

Это был он. Без сомнений.

Все так же дерзок, уверен в себе и… женат.

Я все-таки бросаю короткий взгляд на безымянный палец его правой руки, чтобы в очередной раз убедиться в этом. Правда, кольцо другое, не то, которое он выбросил при мне прямо в озеро, доказывая серьезность своих намерений.

Он наклоняется ближе ко мне, так, что его дыхание щекочет мою щеку. Я вся дрожу от напряжения и жду, что же дальше.

– Говорю: мы знакомы? – перекрикивает шум вокруг, считая, что я не расслышала его с первого раза.

Эти слова для меня как пощечина. Он издевается? Неужели за то время, что мы не виделись, я изменилась до неузнаваемости? Да, после родов у меня грудь стала на размер больше, да, у меня округлились бедра и теперь я не похожа на угловатого подростка. Да, я обрезала свои длинные волосы, но тем не менее это все еще я. Его малышка.

– Разве что в прошлой жизни, – хмыкаю я после небольшой заминки, отодвигаясь от него на безопасное расстояние, и залпом выпиваю бокал мартини. – Повтори, только чего-нибудь покрепче, – киваю официанту и нервно постукиваю пальцами по гранитной поверхности, избегая прямого зрительного контакта с мужчиной.

Похоже, он не узнал меня. Хотя прошло всего полтора года с нашей последней встречи. С той самой ночи, когда он без лишних слов захлопнул дверь и помчался к своей жене, оставив меня изнывающей от желания в холодной постели.

Хотя, может, просто прикидывается?

– Плохой день? – протягивает Олег, и я все же не выдерживаю – жадно пожираю мужчину глазами, подмечая и грубый шрам на виске, которого раньше не было, и слегка растерянный взгляд, что было несвойственно ему. Исчезло даже надменное выражение лица, которое раньше не покидало его даже во сне.

На мгновенье я засомневалась, что это и в самом деле Исаев. Может ли быть такое, что это все лишь галлюцинации?

– У меня, кстати, тоже хреновый день. Кажется, я вижу призраков, – он усмехается и, не отрывая от меня хищного взгляда, делает глоток янтарной жидкости. Ведет себя непринужденно и спокойно, словно и в самом деле видит меня впервые.

Закидываю ногу на ногу, чтобы скрыть нервозность, и в вырезе платья показывается резинка чулок. Должно быть, это смотрится весьма эротично, потому что взгляд Олега темнеет. Манит. Гипнотизирует. Обещает неземное наслаждение.

Я чувствую странный электрический разряд, который заполнил пространство между нами, как это случалось всегда, когда мы были в непосредственной близости друг от друга. Хватаю стакан с барной стойки и, даже не интересуясь, что в нем, опустошаю одним глотком. Горло опалило, и я закашлялась. Из глаз брызнули слезы.

– Извини. – Я срываюсь с места и спешу скрыться в уборной. Прижимаюсь спиной к холодному кафелю и пытаюсь восстановить дыхание. Получается хреново. Руки все еще дрожат, ноги не слушаются, а в голове так стучит, что я больше ничего не слышу вокруг.

Я так долго ждала этой встречи, а оказалась совсем не готовой. Вся та боль, которая жила в моем сердце много месяцев, вспыхивает с новой силой. Как и потребность подчиниться ему.

Я говорю себе, что давно уже не та слабая наивная девочка, какой была в прошлом. Убеждаю себя в том, что в этот раз ему не удастся запудрить мне мозги, а потом свалить в закат. Проклинаю его зеленые глаза за то, что достались моему ребенку и заставляют каждый день вновь и вновь переживать все заново.

Не знаю, сколько времени я провожу перед раковиной, но, когда выхожу, чтобы позорно сбежать, врезаюсь в крепкую мужскую грудь. В нос ударяют знакомые нотки древесного аромата и табака. Я вздрагиваю и пячусь назад под пристальным взглядом мужчины.

В эту минуту он похож на себя.

Опасный. Хищный. Не терпящий возражений диктатор.

– Хочешь меня? – внезапно спрашивает он, нависая надо мой.

Я хочу съязвить что-то, послать его к черту, сказать, как сильно ненавижу, но в ответ лишь зачарованно пялюсь на пульсирующую венку на его шее и непроизвольно облизываю губы, ожидая его действий.

А через десять минут мы уже сидим в пафосном желтом «Ламборджини» и мчим на всей скорости по трассе. В его загородный дом. Дорогу к которому я узнаю даже с закрытыми глазами.

Не знаю, на что я надеюсь. На самом деле это первый раз за долгое время, когда я решила выйти развеяться. А еще подцепить горячего мужчину и хотя бы на одну ночь стать грешницей. Чтобы забыть руки, губы и голос того, кто каждую ночь приходил ко мне во сне. И вот по насмешке судьбы я снова в его власти. И в этот раз мы снова играем в игру, правила которой известны только ему.

Но мне интересно. Интересно, что будет дальше.

– Приехали, – его голос звучит хрипло, он неуверенно смотрит в мою сторону, потирает пальцами переносицу и покидает салон первый.

Я чувствую себя шлюхой, которую привезли на одну ночь. Только в этот раз – дорогой элитной шлюхой.

Что я вообще здесь делаю?

Мне хочется встряхнуть его хорошенько, чтобы он прекратил этот фарс, но я смиренно следую за ним.

Каблуки моих туфель звонко стучат по выстеленной брусчаткой дорожке, Олег не ждет меня, не оборачивается. Он вообще ведет себя странно, будто мы и в самом деле не знакомы. Я хочу знать, что у него в голове. Но он молча идет впереди меня, задумчиво глядя на звездное небо. Необычно спокойный и расслабленный.

Жалеет ли он о том, что бросил меня? Значила ли я для него что-то? Я горько улыбаюсь своим мыслям и проскальзываю за ним в дом. И стоит мне только переступить порог, как Олег хватает меня за талию, прижимает к стене и набрасывается на мои губы. Проталкивает в рот язык, грубо задирает платье и проникает пальцами под трусики.

Наш поцелуй со вкусом виски и горечи.

Обжигал, подчинял и лишал воли.

Меня колотит крупная дрожь. Я не дышу. Выгибаюсь в его объятиях, желая быть еще ближе. Закрываю глаза и позволяю себе забыться на одну ночь. Делаю вид, что все как прежде и мы не расставались. Ни на день. Ни на час. Ни на мгновенье.

– Почему мне от тебя так сносит башку? – рычит мне в губы и нащупывает чувствительную точку на моем клиторе.

Я вскрикиваю, понимая, что готова кончить лишь от одного его прикосновения. За эти полтора года, которые казались мне вечностью, ни один мужчина так и не смог подобраться ко мне настолько близко.

– Снимай это проклятое платье, пока я не разорвал его на тебе, иначе домой придётся возвращаться в одних чулках.

В ушах стучит от переизбытка эмоций, и все, о чем я могу сейчас думать, – поскорее бы избавиться от одежды, чтобы как раньше – кожа к коже.

– Молния, помоги мне с молнией, – хнычу я, вырывая пуговицы его белоснежной рубашки и царапая его мускулистую грудь короткими ноготками.

Кажется, Олег взволнован не меньше моего. Какое-то время он борется с замочком на платье, а потом просто вырывает его, обнажая мою спину. Он прижимает меня к себе и проводит носом по шее, его ладонь больно сдавливает мою грудь, заставляя томиться в ожидании. Я трусь попой о его пах, и с моего рта срывается стон, когда его зубы впиваются в мою нежную кожу.

Олег внезапно подхватывает меня на руки и несёт в гостиную. Он не произносит ни слова. Ни насмешливых шуточек в мой адрес, ни грязных словечек, которые он так любит.

Он бросает меня на мягкий диван и, не отводя взгляда от моих глаз, медленно принимается расстёгивать ремень. Так же медленно вытягивает его из петель чёрных джинсов, а потом разделывается и с пуговицей. Его хищная улыбка сводит меня с ума, заставляя ерзать от нетерпения. Я боюсь, что это всего лишь сон. Это кажется невозможным: он и я в одной комнате плавимся от неудовлетворенного желания.

Он без стеснения снимает штаны вместе с боксерами, пока я дрожащими руками воюю со своим платьем и остаюсь в одном нижнем белье. Самом развратном и порочном нижнем белье, которое у меня есть.

– Идеальная, – восхищенно выдыхает он и накрывает меня своим телом.

Я прикасаюсь к его твердому члену и провожу большим пальцем по пульсирующей головке. Все как он любит. Исаев же в ответ оттягивает вниз кружевной черный лифчик и проводит языком по моему соску. Его руки разрывают тонкую ткань трусиков, и я не успеваю сделать вдох, как одним резким движением без промедлений он оказывается внутри меня. И все. Меня нет. Пусть наутро я пожалею о своем поступке, но сейчас я дышу в унисон с желанным мужчиной, зарываюсь пальцами в его короткий ежик, оставляю засосы на его шее и, не контролируя себя, выкрикиваю его имя раз за разом.

Он двигается внутри меня быстрыми ритмичными толчками и, когда я уже близка к разрядке, внезапно замирает, одной рукой надавливает мне на плечо, удерживая под собой, и слегка отстраняется. Так, чтобы у него была возможность рассмотреть меня.

Олег блуждает по моему лицу странным взглядом, а у меня так кружится голова – то ли от выпитого алкоголя, то ли от близости мужчины, – что перед глазами все расплывается.

– Пожалуйста, продолжай, – молю его, притягивая к себе за шею и подаваясь навстречу бедрами.

Его не нужно просить дважды. Он жестко трахает меня, доставляя ни с чем не сравнимое удовольствие. Так, как умеет только он. И когда я наконец-то взрываюсь и рассыпаюсь на тысячи частиц, понимаю, что ни хрена это не сон. Все реально.

Он стонет, выходит из меня и придавливает своим телом. Его тяжелое дыхание звучит прямо над моим ухом, а руки все ещё поглаживают талию и бёдра.

– Черт, я мудак, – он не спрашивает, утверждает, а я не спорю: он и в самом деле мудак. Резко перекатывается на спину и пялится в потолок. Я не знаю, что мне делать. Нам нужно поговорить. Наверное. А потом я вспоминаю о дочери, и липкий страх расползается по всему телу. Если он узнаёт о ней, то обязательно отберёт.

Поэтому я закрываю глаза и притворяюсь спящей. Чувствую, как какое-то время спустя он перегибается через меня, что-то ищет на полу, а потом чиркает зажигалкой, и в нос ударяет горький запах сигаретного дыма. Я не шевелюсь. Дожидаюсь, когда его дыхание рядом выровняется, и, убедившись, что он уснул, осторожно поднимаюсь с дивана. Я стараюсь не смотреть на него. Потому что всего один взгляд на это идеально сложенное тело, и даже ненависть, которую я взращивала к нему все это время, не удержит меня от того, чтобы остаться до утра. Провести ночь в его объятиях. Наслаждаться запахом его тела.

Ног касается что-то гладкое и прохладное. Я опускаю взгляд вниз и натыкаюсь на его телефон. Воровато оглядываюсь на мужчину и беру гаджет в руки. Раздумываю всего одно мгновенье. Нажимаю знакомую комбинацию, но пароль не подходит.

Ладно.

Затаив дыхание, подношу телефон к большому пальцу Олега, и на экране появляется заставка счастливой семьи. Его семьи.

Я думала, что давно уже вылечилась от этого. Думала, что перестала реагировать так остро, видя то в журналах, то в новостях лица его жены и сына, но это оказывается сильнее меня.

На месте высокой рыжей девушки должна быть я, а малыш на руках Олега должен быть нашей дочерью.

Сколько раз он врал мне, что не любит ее? Сколько раз говорил, что не прикасается ни к кому, кроме меня? Сколько раз просил потерпеть ещё немного и он получит развод? И что в результате?..

Я с трудом сглотнула подступивший к горлу ком, а потом на моем лице расцвела мерзкая улыбка. Я тоже могу быть мстительной стервой. Исаев испоганил мне жизнь, так почему я должна быть милостивой к нему?

Я делаю самую подлую вещь, на которую только способна обиженная женщина, знаящая что ее предали. Делаю фото со спящим обнаженным Олегом и отправляю его жене. А ещё приписку: кажется, ты потеряла форму после родов, раз твой муж в который раз выбрал меня.

А потом подхватываю своё платье, туфли, пиджак Олега, чтобы скрыть обнаженную спину, и, довольная как кошка, иду в строну выхода. Вот теперь точно все точки расставлены над «i», а уважаемый чиновник Исаев уложен на лопатки.

Глава 1

Диктатор

2 года назад

Пробки на дорогах меня чертовски раздражали, как и то, что на целых три дня я лишился личного водителя. А ещё это уродское корыто впереди с оранжевой шашкой «такси», которое пытается перестроиться в средний ряд. Черт, вот возьму и куплю себе вертолет. И похрен, что в городе всего несколько вертолетных площадок, буду «парковаться» прямо посреди дороги. Или на площади.

Я нажимаю на педаль газа, не давая рухляди прорваться вперёд, и резко торможу. Высовываю через окно руку, стряхиваю пепел сигареты и подношу ее к губам. Делаю глубокую затяжку, блаженно закрываю глаза и выдыхаю дым.

Спокойно, Исаев, без нервов, осталось совсем немного, две столкнувшиеся машины, которые перекрыли проезд, уже совсем близко. Ещё минут десять, и выжму педаль газа до упора.

Делаю ещё одну затяжку и скучающим взглядом смотрю перед собой. Я даже не заметил, когда прошло лето. На деревьях уже почти не осталось листьев, а ежедневная слякоть и холод успели порядком поднадоесть.

Поворачиваю голову в сторону и кривлюсь от отвращения. Синей машине с облущенной краской и ржавчиной давно пора отправиться на свалку, а не развозить пассажиров по городу. Водила жмёт на газ, проезжает полметра и останавливается так, что напротив моего окна оказывается его пассажирская дверь.

Совсем молодая блондинка в дурацкой вязаной шапке всхлипывает и вытирает рукавом слезы. Я закатил глаза: женские слезы меня давно не трогали. Моя жена любит реветь по поводу и без, стоит мне прикрикнуть на неё либо уменьшить лимит на карте. Сначала она истерит, обзывает меня бесчувственным мудаком, винит во всех своих бедах и проклинает тот день, когда согласилась выйти за меня замуж, а потом наигранно ревет. Пока я не посылаю все к черту и не делаю так, как хочется ей.

При воспоминании о Марине настроение, которое и так было на грани, вообще испарилось. Проклятая баба, на хрен я вообще с ней связался?

Машина впереди меня сдвинулась с места, несколько секунд я медленно еду за ней и снова торможу. Выбрасываю окурок прямо на дорогу и ловлю взгляд синих ледяных глаз за стеклом такси.

На мгновенье время вокруг словно застыло, есть только я и заплаканная незнакомка с опухшими красными губами. Она зачарованно смотрит на меня, а потом смущённо отводит взгляд и снова трёт рукавом глаза.

Сглатываю, пытаясь справиться с внезапной дрожью, которая овладела моим телом, а потом не выдерживаю и снова смотрю в сторону незнакомки.

Она делает вид, что меня не существует, смотрит на себя в зеркальце, вытирая салфеткой размазанные по лицу разводы туши.

Еще несколько метров вперёд, и я снова отрываюсь от дороги и смотрю в окно помятой «пятерки». И меня дико злит, что плакса не обращает на меня внимания.

А должна.

Я хорош собой, а ещё у меня крутая тачка, которая так и кричит о том, что кошелёк в моих брюках не самый тонкий. Как и член. Он у меня вообще охуительный. Обычно женщины сами начинают флиртовать, заигрывать и делать неприличные намеки, а мне остаётся лишь выбрать ту, с которой скоротаю ночку, а потом снова с головой окунусь в бизнес и дерьмо, которое называется «семьей».

– Эй, – протягиваю руку и костяшками стучу по стеклу такси. Незнакомка вздрогнула от неожиданности и уставилась в мою сторону. – Стекло опусти! – кричу с уверенностью, что она меня услышит, потому что эта машина вряд ли в курсе существования звукоизоляции.

Девушка несмело смотрит то на меня, то на дверку, но поддаётся моему напору и медленно крутит ручку, опуская стекло.

Нас разделяет жалкое расстояние, я могу потянуться и прикоснуться к ее волосам, а ещё поймать на ее щеке очередную слезу.

– Парень, что ли, бросил? – отвечаю на ее вопросительный взгляд и по тому, как расширяются глаза незнакомки, понимаю, что с первого раза попал в точку.

Она молчит. Застыла словно статуя, вот только слезы выдают, что она настоящая.

Слабые женщины! Бесит! Раздражает! Но какие же у неё чертовски соблазнительные губы! И я определенно могу найти им хорошее применение.

– У меня есть две бутылки отменного вина, малышка, запрыгивай, помогу утолить твои печали, – хмыкаю, потому что уверен в выборе девочки.

В голове даже включил обратный отсчёт, вот сейчас скажет что-то водителю, расплатится и, пока трафик не сдвинулся с места, переберется ко мне.

Усмехаюсь своим мыслям и наблюдаю, как девчонка яростно крутит ручку, поднимая стекло.

Что, черт тебя дери, она делает?

– Эй, малыш, я тебя вообще-то к себе приглашаю. – Может, она неправильно меня поняла? Или решила, что я пошутил?

Всматриваюсь в профиль незнакомки, но она выбрала стратегию игнора. Ну и пошла ты к черту! Вон брюнетка в правом ряду на Порше, та точно согласится на внеплановый осмотр и тест-драйв своей крошки.

Пялюсь на девушку, но даже с такого расстояния на ее лице выделяются перекачанные губы. С отвращением смотрю на этот силикон и снова возвращаюсь к синей «пятерке».

Мне ещё никто не отказывал, и эта уж точно просто так не уйдёт. Скорее всего, решила набить себе цену.

Еще раз стучу по стеклу, но в ответ получаю… средний палец.

Что за чертовщина?

Хочу со всей силы стукнуть по крыше, но именно в этот момент такси срывается с места и перестраивается в мой ряд. Ещё несколько метров, и мы объезжаем пробку, вырываясь на свободу.

Я с силой сжимаю руль, не отрываю глаза от мельтешащей впереди синей тачки и не замечаю, что давно проехал свой поворот.

Чертова девчонка! Фак мне показала! Да я в порошок ее за это стереть могу. Она вообще в курсе, с кем связалась?

Еще несколько кварталов, и машина сворачивает в серый неприглядный двор, по периметру которого стоят пятиэтажки. В таком что, ещё кто-то живет?

Девчонка выпрыгивает из машины, поправляет на голове шапку и поднимает глаза, смотря в одно из окон.

Я глушу мотор своего монстра и быстро выбираюсь из машины, боясь упустить ее из виду, но зря волнуюсь: плакса садится на скамейку и пялится на свои руки, сложенные на коленях.

Попалась мышка.

Она не замечает меня и не слышит, как я подхожу. Останавливаюсь в нескольких шагах от неё и какое-то время просто наблюдаю за неподвижной фигуркой. Не до конца понимаю, чего хочу от этой девушки. Ну да, симпатичная мордашка, фигурку, правда, под мешковатой длинной курткой не рассмотреть, но, черт, такие вот замарашки ведь не мой уровень. Девочки за сто баксов в час и то лучше выглядят.

Я не испытываю никакого эстетического наслаждения, смотря на неё, мне не хочется впиться в ее рот поцелуем, не хочется распластать прямо на лавочке и грубо трахнуть, но почему-то я все же здесь.

Ах да, она же фак мне показала.

Глава 2

Малышка

Я мечтала о любви, настоящей и искренней, и мне казалось, что я ее встретила. Артур был самым красивым, интересным, харизматичным, галантным и понимающим парнем в мире.

До этого дня.

Несколько месяцев он ухаживал за мной, а три недели назад мы наконец-то официально стали парой.

И тут его словно подменили. Он начал зажимать меня по углам в университете, пытался стянуть с меня одежду в машине, а сегодня вообще поставил ультиматум: либо я «даю» ему, либо мы расстаёмся.

Он знал, что у меня еще ни разу не было близости, и его слова растоптали меня. Несмотря на то, что мне уже двадцать, я не спешу расставаться со своей девственностью. Мне было банально страшно. Страшно быть использованной. Страшно быть разочарованной. Страшно обжечься. Да и сам процесс не вызывал у меня особого восторга.

Я решила не идти сразу домой. Успокоиться, чтобы не получить миллион вопросов от сестры по поводу моих заплаканных глаз. Поэтому мерзла на деревянной лавочке у подъезда, радуясь, что надела сегодня теплую куртку, а не лёгкое пальто.

Вот в такие моменты мне безумно хочется свою квартирку или хотя бы комнату. Чтобы вернуться домой после неудачного свидания, зарыться под одеяло и проплакать всю ночь.

– Задницу отморозишь.

Я вздрогнула от мужского голоса с приятной хрипотцой и обернулась, наткнувшись на взгляд пронзительных глаз.

Тот самый мужчина из чёрного мерса. Мне вдруг стало страшно. В последнее время в новостях только и говорят что про убийства, изнасилования и нелегальный вывоз девушек для работы в борделях за границей. Во дворе ни одной живой души, и, если он решит напасть на меня, никто даже не узнает об этом и не придёт на помощь.

Но он молчал и не подавал никаких признаков агрессии. Может, это тактика такая – усыпить бдительность жертвы?

Мужчина достал из кармана пачку сигарет и закурил, повернув голову в сторону чёрного внедорожника, который смотрелся в нашем дворе с поломанными лавочками и ржавыми качелями не к месту. Как и его хозяин.

Начищенные до блеска туфли, белая рубашка, чёрное пальто, аромат дорогого парфюма – это явно не тот тип людей, которые ютятся втроем в тесной коммуналке, ходят в душ по расписанию и воюют с соседями за то, что те готовят на их плите, чтобы не крутить показания своих счетчиков.

– Предложение насчёт вина все ещё в силе, – как бы невзначай говорит он, не сводя с меня насмешливого взгляда.

– Маленьких девочек плохие дяди заманивают конфетками и щенками, а больших – хорошим вином? – хмыкаю, жадно рассматривая его.

Слегка отросшая щетина, зеленые пронзительные глаза, несколько морщин вокруг глаз и стильная стрижка – казалось, он только что вышел из какого-то барбершопа.

– Это называется соблазнением, малыш, – хмыкает он и подходит ко мне вплотную.

Мои коленки утыкаются в его ноги, и мне приходится задрать голову вверх, чтобы ответить на его взгляд.

– Вынуждена отказаться, два соблазнителя в один день на меня одну как-то уж слишком много.

– Даже так, – протягивает он. – И как? Ему удалось покорить тебя?

– Не-а, и вам не удастся. Мне пора. – Поднимаюсь со скамейки, но не могу сделать и шага, так как незнакомец пользуется ситуацией и обхватывает меня за талию. А потом наклоняется к моему лицу, проводя по щеке своим носом.

– Пахнешь так сладко. Ну же, не сопротивляйся, я хорошо заплачу за вечер, тебе ведь нужны деньги, не так ли?

Меня отрезвляет, с силой упираюсь ладонями в его грудь и толкаю, вырываясь из этих липких объятий.

– Придурок! – выкрикиваю и со всех ног бегу к двери своего подъезда, вряд ли такой холеный мажор, как он, снизойдёт до вонючей лестничной клетки.

Я быстро поднимаюсь по ступенькам на четвертый этаж. Под ноги из темноты выпрыгивает кошка, и от неожиданности я визжу так громко, что двери нашего блока открываются и в тусклом свете появляется голова моей матери.

– Что случилось? – Она взволнованно смотрит на меня, пока я протискиваюсь в тесный коридор на пять комнат.

– Кошка.

– А-а-а. Что-то рано ты сегодня. Еще восьми нет.

– Вспомнила, что на завтра нужно срочно контрольную сделать. И реферат на понедельник, а на выходных у меня подработка, так что… – развожу руками, стараясь скрыть от матери свои настоящие эмоции. Не хватало еще ей переживать из-за всяких глупостей. Подумаешь, парень бросил.

– Ясно. Я в пятницу в ночную. Сашка, алкаш, совсем разбушевался, так что будьте с Катькой осторожней и закрывайте комнату на ключ.

– Хорошо, мам.

Я иду вдоль убогого коридора в самый конец. Мимо горы потрепанной обуви, нескольких цветных тазиков и пустых трехлитровых бутылей. Снимаю куртку и падаю на диван.

Как же хреново.

– Как там твой Артурчик, а? – Сестра отрывается от телефона и смотрит на меня любопытным взглядом, даже не представляя, что своим вопросом делает еще хуже.

– Все нормально, – говорю безжизненным голосом и прикусываю губу, чтобы не разреветься. Еще и этот придурок на дорогой тачке прикопался.

– Ну, ты не зевай, такие парни на дороге не валяются. Отсоси ему парочку раз, подразни сексуальным бельишком и не успеешь моргнуть, как переедешь к нему в квартирку.

Мои щеки вспыхнули от Катькиных слов, я хотела поспорить с ней, возразить, но знала, что без толку. Ей двадцать три, и она из тех, кто умеет вертеть парнями направо и налево. И, несмотря на свою опытность в таких делах, почему-то все еще живет вместе с нами в коммуналке.

Мы с ней хоть и родные сестры, но совершенно разные. Как внешне, так и по характеру.

– Кстати, мамки в пятницу не будет, так что погуляй часиков до десяти, ко мне Славка придет.

– Где мне погулять? На улице холодно, – возмутилась я, резко поворачиваясь в ее сторону. – На прошлой неделе у меня ноги промерзли так, что я три дня с температурой лежала.

– Ой, да к Артурчику своему пойди. Ты что, маленькая? В кофейне посиди. Я тебе позавчера, между прочим, для свидания одолжила свое лучшее платье, а ты не можешь маленькую услугу сделать для сестры?

– Ладно, – говорю сквозь зубы, зарекаясь просить ее о чем-то еще. От Катьки одни проблемы только.

Глава 3

Диктатор

Плакса меня позабавила. Поверила в то, что я воспылал к ней желанием и решил затащить в постель. Правда, глаза у неё все же красивые и пахнет она… сладко. Я усмехаюсь, вспоминая ее реакцию на меня, и забываю о том, что вообще-то был зол и собирался хорошенько проучить девчонку.

Мое хорошее настроение заканчивается ровно в тот момент, когда я переступаю порог квартиры. В холодильнике пусто, раковина забита грязной посудой, а от кастрюли на плите исходит неприятный запах.

В нашем доме уже почти год как нет уюта и тепла. Возвращаться сюда нет никакого желания, но приходится. Пока что.

– Что-то ты рано сегодня. – Марина плавной походкой входит в кухню и вальяжно садится на стул. Моя жена невероятно красива, но эта красота, как оказалось, никак не затрагивает ее изнутри.

– А я вижу, ты готовилась к возвращению с работы любимого мужа, – махнул рукой на бардак и сорвал с холодильника визитку доставки еды из ресторана.

Раньше к нам ежедневно приходила прислуга, но потом моя любимая женушка устроила скандал. Ей, видите ли, не понравилось, каким я взглядом посмотрел на девушку, подающую нам ужин. Без моего ведома она позвонила в службу по подбору персонала и заменила двух молоденьких девушек на женщин в возрасте.

И мне, если честно, нет никакого дела до того, кто будет забрасывать в стиральную машинку мои носки и подогревать ужин, но Марина меня взбесила по-настоящему. Я сказал, что если ей не нравилась предыдущая прислуга, то с этого дня я вверяю в ее хозяйственные руки двести пятьдесят квадратов жилплощади. До замужества со мной она вряд ли могла позволить себе держать уборщицу и посудомойку, поэтому ничего с ней не станется.

Правда, я немного просчитался. Недооценил свою жену. Я бы даже сказал, переоценил. Поэтому раз в неделю все же приходится вызывать клининговую службу, иначе мы задохнемся от пыли и обрастём плесенью.

– В субботу нас пригласили на вечеринку к Мироновым, мы ведь пойдём? – Она наклоняется немного вперёд, так что мои глаза сразу же цепляются за глубокий вырез ее шелкового халатика. И если раньше меня заводили и ее длинные ножки, и полная грудь с коричневыми сосками, и то, как соблазнительно она облизывала свои губы, то сейчас меня воротило от одного взгляда на ее лицо. В штанах полный штиль. В сердце ничего не ёкает. Почти.

– Пойдём. Обязательно.

Я прохожу мимо неё и замечаю, как она выгибает спинку и поправляет волосы. А еще ее взгляд, направленный прямо на меня. Голодный взгляд неудовлетворенной женщины. В последний раз у нас был секс месяца два назад, так что я прекрасно ее понимаю.

– За-а-ай, – протягивает она, удерживая меня за руку, – как насчет того, чтобы немножко пошалить? Прямо на кухонном столе.

– Прости, устал, – мой голос звучит безразлично и неискренне, как если бы я обращался к каменной глыбе, а не к живому человеку. – Помой лучше посуду, раз ты сегодня в хорошем расположении духа.

Марина разочарованно стонет, когда понимает, что ее соблазнительный вид не возымел никакого эффекта, а потом я слышу за спиной звон разбивающейся о стену посуды.

Истеричка.

Я беру из бара бутылку отменного испанского вина и закрываюсь в своём кабинете. Достаю из сейфа бумаги на развод, перечитываю правки юриста и пью прямо из горла, нарушая все правила истинных ценителей этого нектара.

Не могу дождаться, когда завершится предвыборная кампания, вокруг моего имени уляжется ажиотаж и я, не опасаясь обвала рейтингов, по-быстрому разведусь с женой. А пока что мне приходится играть на публику и изображать примерного семьянина. Хотя я все реже и реже появляюсь дома.

Я откидываюсь на спинку кресла и устало потираю глаза. Надо же было случиться тому, что я, как идиот, повелся на фальшь, влюбился в настоящую стерву, да ещё и переписал на неё часть бизнеса.

Мы встретились в ночном клубе. Она сидела за барной стойкой и потягивала коктейль, я праздновал свой первый успех в новом деле. Она скучающим взглядом обводила людей вокруг и отшивала от себя парней, говоря, что уже в отношениях. Она была чертовски хороша, а я был перспективным парнем с правильными связями.

Я выпил несколько шотов и все же решил подкатить. Слово за слово, и вот мы уже вместе встречаем рассвет и договариваемся о следующей встрече.

Три месяца я обхаживал ее, три месяца моя ширинка трещала по швам, потому что Маринка оказалась не из тех девушек, которые сразу же бросаются в постель к мужикам. Скромная, веселая, но в то же время знающая себе цену и невероятно шикарная. Такой я видел ее. Когда был слеп.

Мы поженились через год, и она, как мне казалось, была хорошей женой. Идеальной, я бы даже сказал.

Первый звоночек случился через несколько месяцев после свадьбы (правда, я проигнорировал его): я случайно подслушал ее разговор с подругой.

– Даже не думай переспать с Яриком! Если ты и вправду хочешь захомутать его, соблазняй, дразни, но не позволяй забраться в трусики. Я Олежку три месяца мариновала – и вот результат! А если бы в первую встречу «дала», то через неделю уже бы разбежались. Мужчины любят вкус охоты, пусть твой Ярик почувствует себя настоящим хищником!

Мне стало дурно от слов Марины. Я любил ее, ещё как любил! Боготворил, заваливал подарками, отправлял на отдых, а сам с утра до ночи вкалывал в офисе. Но потом я успокоил себя тем, что у каждой бабы есть свой способ добиться расположения мужика и удержать его интерес. Ведь она права: если бы я трахнул ее в первый день, то не факт, что у нас завязалось бы что-то серьезное.

Казалось, у нас была настоящая идиллия в отношениях. Жаркий секс, отпуск на морях, ужины, вечеринки, но вот мне тридцать один, а ей двадцать пять, и мне не терпелось обзавестись парочкой наследников.

Марина вспылила, сказала, что рано, она ещё не пожила для себя, да и фигура испортится, но потом вроде бы согласилась. Правда, прошёл год, потом второй, а ребёнка все не было. Мы сдали множество анализов, тестов, и все говорило о том, что оба здоровы. Никаких проблем нет.

– Не переживай так, Олежик, значит, ещё не время. Наш ребеночек придёт к нам, когда мы этого не будем ждать.

И я реально забил на это. Старался не думать, не смотреть на чужих детей. Ведь правду говорят: желанное приходит всегда неожиданно. Но вот вместо долгожданного ребёнка ко мне пришла правда. О моей суке жене.

– Ой, да какой ребенок, Ритусь?! Ну сама подумай: ожирение, какашки, пеленки – я защитила себя от этого ужаса. Поставила спираль и все дела. – Я вернулся с работы на два часа раньше, с букетом красных роз, и застыл на пороге гостиной. Марина меня не видела, и я не спешил раскрывать свое присутствие.

– Конечно, Олег не знает. Он даже потащил нас сдавать анализы. Благо Вера Алексеевна понимающая женщина, с которой всегда можно договориться. Что? Да как он может узнать? Разложит меня, что ли, на гинекологическом кресле и проведёт осмотр? Вот ты смешная. Я не хочу обременять себя спиногрызами. Мне нравится моя жизнь. Хочу – в Милан лечу, хочу – в Париж, чтобы купить сапожки. Эх, как же хорошо, что я отшила тогда Пашку. Сейчас бы жила в двушке на зарплату менеджера низшего звена, а так у меня все в шоколаде. Хотя, иногда я вспоминаю наши сумасшедшие ночи и захожу к нему на страницы в социальных сетях. Олег у меня, конечно, красавчик, но занудный до жути. Нет между нами той искры, той страсти… Ну, знаешь, чтоб…

Я с трудом заставил себя отойти от двери. Но ещё труднее было удержаться и не ворваться в комнату, требуя объяснений. Я был дураком. Самым настоящим. Как можно не распознать в своей жене алчность? Как можно спутать любовь к деньгам с любовью ко мне? Как я не замечал четыре года всей этой херни?

Я тихо покинул квартиру, словно и не возвращался домой раньше времени, поехал в клуб, нажрался и впервые в жизни изменил своей жене-красавице. Под утро завалился домой и прямо в одежде, которая провоняла чужими женскими духами и запахом табака, залез в нашу супружескую постель и уснул.

На следующий день я проснулся другим человеком. Исаев Олег из победителя в номинации «Муж года» превратился в холодного циничного подонка, который не спешил раскрывать своей жене причины таких изменений. Потому что где-то там, в глубине, все еще любил ее и не желал ни с кем делиться. Решил: как только полностью искореню эту заразу, сразу же подпишу бумаги на развод. А потом еще и эти внеочередные выборы вклинились.

Глава 4

В пятницу вечером я рассекал по ночным улицам и сам не понял, как свернул с дороги и оказался в том самом дворе с серыми пятиэтажками. Не знаю, какого черта я туда сунулся, вот веду машину, вдавливаю педаль газа в пол, а в следующую минуту резко ударяю по тормозам и уже поворачиваю вправо.

Медленно проезжаю вдоль узкой дорожки, и каково же мое удивление, когда на той самой лавочке, что и в прошлый раз, в ярком свете фар я замечаю Плаксу.

Дежавю.

Она задумчиво смотрит в небо, не обращая на меня никакого внимания.

Опускаю стекло, достаю из кармана пачку сигарет и встречаюсь взглядом с девушкой. Потерянным, грустным и удивленным. Она хочет что-то сказать, открывает рот, но так и не произносит ни слова. Отворачивается от меня и смотрит в сторону окон.

Я зажимаю сигарету между пальцами, подношу к губам и делаю затяжку, не отводя взгляда от дурацкого помпона на ее шапке.

Она не спешит здороваться, я тоже.

– Садись в машину, замёрзнешь, – мой голос звучит безразлично, а легкие вновь медленно наполняются дымом. Это расслабляет. В последнее время я стал слишком много курить, и даже угрожающая надпись на пачке Winston насчет раковых заболеваний не останавливает меня от покупки очередной дозы.

– В машину, говорю, залезай, – повторяю чуть громче, и Плакса стреляет в меня убийственным взглядом.

– Нет, спасибо, мне и тут неплохо сидится.

Хлопает своими невинными глазками, даже не представляя, насколько это заводит. Я окончательно свихнулся из-за стресса, раз чувствую желание к какой-то зачуханной малолетке.

– Мне даже отсюда видно, как ты дрожишь.

– Я не сажусь в авто к незнакомым людям.

– Я Олег, будем знакомы, – на моем лице расползается плотоядная улыбка, и я жду, когда она наконец-то поднимет свою задницу и сядет в салон. Зачем? Не знаю. Потом решу, что с ней делать.

– Пф-ф, вы прекрасно поняли, о чем я. – Плакса закатывает глаза и вновь отворачивается от меня.

– Пф-ф, – передразниваю ее, – я не умею читать мысли, если что.

Она молчит, а меня раздирает от любопытства. Интересно, какого черта она снова торчит на улице? Не думаю, что наслаждается холодным, пронизывающим ветром и ночным пейзажем в виде разбитого фонарного столба.

Я посматриваю на время, все ещё задаваясь вопросом, какого хрена делаю в этом неблагополучном районе, а потом отписываюсь своей любовнице, что скоро буду. Здесь точно ловить нечего.

– Я вообще-то помочь тебе хотел. Согреть. На ладошки там подышать, пальчики растереть, – прощупываю почву в последний раз и противоречу своим же мыслям.

Несколько минут Плакса не произносит ни слова, но потом всё-таки одаривает меня взглядом, прикусывает пухлые губы и вызывающие задает вопрос:

– Что, если вы похищаете людей и продаете их на органы? Спасибо, конечно, за приглашение, но я собираюсь прожить долгую жизнь. Так что езжайте, куда там собирались.

– Я что, похож на того, кто крадет глупых девочек, а потом вырезает их почки и сердца? – Я подаюсь немного к окну, чтобы получше разглядеть ее.

– К сожалению, ни разу не видела торговцев органами, поэтому не могу сказать, подходите вы под их описание или нет.

– В таком случае можешь поверить мне на слово, я далёк от черного рынка и расчленения непослушных блондинок. – Не отрывая взгляда от девчонки, нащупываю в подстаканнике все еще горячий кофе и делаю глоток, обжигая горло. – Кофе хочешь? – протягиваю картонный стаканчик в ее сторону, но Плакса не спешит принимать его.

– Там снотворное, да? Я выпью, отключусь, а вы подгрузите меня в машину и переправите через границу?

– Я вообще-то только что отпил из него, – этот разговор начинает меня раздражать, но я не спешу уезжать. Хрен знает почему. Я уже мог переступать порог квартиры Лены и сдирать с неё трусики. Щупать полные сиськи и трахать ее до потери пульса.

– Вы могли просто сделать вид, что пьёте.

– У тебя слишком богатая фантазия.

– Это не фантазия, в наше время непозволительная роскошь быть беспечной.

– Удивительно, мы общаемся всего три минуты, а от тебя уже голова кругом идёт. – Я потираю виски и откидываюсь на спинку сиденья.

– Тогда что вы все ещё делаете здесь, господин Исаев, лидер партии «Будущее»?

А вот это уже интересно.

– О, так, значит, ты в курсе, кто я? Зачем тогда ломала эту комедию?

Цену набивает. Уверен в этом. После Марины я не доверяю ни одной женщине. И этой малышке тоже не удастся обвести меня вокруг пальца.

– Днём видела билборд с рекламой вашей предвыборной кампании и поняла, что мужик посередине мне кого-то смутно напоминает. Простите, но не могу сказать, что в жизни вы выглядите лучше. Фотошоп всё-таки творит чудеса.

– Дай угадаю: даже зная, кто я такой, ты все равно не сядешь в машину. Будешь и дальше сидеть на лавочке и отмораживать задницу и нос.

– То, что вы политик, не значит, что не занимаетесь всякими грязными делишками. Уверена, у вас в доме есть подвал, где вы пытаете ни в чем не повинных людей.

Упертая девчонка.

– О, поверь, у меня есть подвал. Правда, я предпочитаю заниматься в нем совершенно другими вещами. Связываю непослушных красоток и шлепаю их, добиваясь полного подчинения, – язвлю я, не отводя взгляда от ее пронзительных глаз.

– Что и следовало доказать. Тиран и деспот. А теперь простите, но мне хотелось бы насладиться этим прекрасным вечером в одиночестве, – елейным голоском произносит она, поднимается с лавочки и идёт в сторону дома.

– Да пожалуйста, – кричу ей вслед и завожу мотор. Достала.

Лена меня никогда не раздражала и не напрягала. Она художница. Из тех, которые ляпают на холсте какую-то хрень, а потом лучшие критики мира называют это «настоящим произведением искусства». Лена обладает умением не лезть куда не надо, не требует от меня серьезных намерений и знает, как сделать так, чтобы в постели я забыл обо всех чертовых проблемах в своей жизни. Идеальная женщина, одним словом.

Перед тем как поехать к ней, я сворачиваю в ресторанчик и заказываю несколько блюд на вынос. Хороший ужин в отличной компании мне не повредит. Мысленно уже раскладываю ее на столе и врезаюсь в податливое тело, как взглядом цепляюсь за тот самый поворот и прибавляю скорости. Чтоб наверняка. Правда, через сто метров уже торможу, собираясь нарушить несколько правил дорожного движения.

Не знаю как, но я снова в этом же дворе. Если бы верил во всякую ересь, сказал бы, что меня приворожили. Девчонка все ещё в том же самом месте, где и час назад. И какого хрена ей не сидится дома? Хотя нет, правильный вопрос был бы: какого лешего я преследую эту долбаную малолетку?

Я не успеваю произнести ни слова, только опускаю тонированные стёкла, как в меня летит подозрительный взгляд и едкое:

– Если хотите предложить сесть и погреться в вашей машине, даже не утруждайте себя уговорами. – Определенно, все из-за ее дерзкого язычка, для которого я нашёл бы гораздо лучшее применение, чем бессмысленный трёп.

– О нет, я просто купил еду, захотелось пожевать чего-то, пока буду наблюдать за тем, как медленно ты приближаешь себя к пневмонии.

– А вы милый, – усмехается она, и в этот раз в ее интонациях нет никакой враждебности.

– О, ты даже не представляешь насколько, – закатываю глаза и достаю из бумажного пакета на соседнем сиденье прозрачный контейнер с эклерами. Жадно откусываю кусок, не отрывая от девушки взгляда.

– Слушай, не дури, садись уже в машину. Если забыла ключи, подождём, пока не вернутся твои родители, и я уеду.

– Я просто вышла подышать свежим воздухом. А вы, между прочим, мешаете.

– То-то я вижу, у тебя глаза снова на мокром месте. Это перенасыщенность кислородом? – Я, конечно, мог бы выйти из машины, схватить ее за шкирку и затащить в салон, но зачем? Она забавляет меня своей упертостью, и мне интересно, что из этого выйдет. – У меня есть лазанья, будешь? А ещё семга на гриле, какой-то салат и десерт. – Киваю в сторону пассажирского сиденья, но Плакса не спешит заглатывать наживку.

– О, решили задействовать тяжёлую артиллерию – подкупить меня едой, усыпить бдительность, а потом напасть?

– Не преувеличивай свою значимость. Я купил ужин для любовницы, но у меня поменялись планы. Будешь?

Она тяжело вздыхает и смотрит на меня как на вселенское зло. Потом переводит взгляд на контейнер в моих руках, и даже в темноте могу различить сменяющиеся друг за другом эмоции на ее лице. Она голодна, а ещё не уверена в том, стоит ли доверять такому, как я. Плакса похожа на хорошую девочку. С виду. Потому что все они сразу кажутся такими, а стоит лишь намекнуть на приличную сумму денег, как готовы раздвинуть для меня свои прекрасные ножки. Я буду огорчён, если и она окажется такой. Несколько минут. А потом просто стяну с неё штаны и войду во влажную киску.

Пока я представляю все то, что сделал бы с ней, девчонка несмело поднимается с лавочки и подходит ближе, заглядывая в салон авто.

– А с чем лазанья? – пытаясь казаться бесстрастной, спрашивает она.

– С мясом и грибами.

Мой голос звучит слегка хрипловато. Я наконец-то могу хорошо рассмотреть ее, и то, что я вижу, мне нравится. Хотя бы потому, что в этот раз на ее лице нет чёрных разводов, а в глазах слез.

– А десерт точно есть?

– Да.

– Попрошу доказательства.

– А тебе больше ничего не показать?

– Тату, если у вас оно имеется. Тащусь от наколок, хочу себе на день рождения набить одну.

– Для этого мне придётся снять штаны. И трусы, кстати, тоже. Если интересно – залезай в машину.

– О, на заднице, что ли?

– О, зря я сюда приехал. Ладно, бывай. И не сиди долго на морозе.

Конечно же, я блефую, не собираюсь я никуда уезжать, но на всякий случай завожу мотор. В эту же минуту дверь с другой стороны открывается и в салон заскакивает Плакса.

– Я решила принять ваше предложение, но начну, пожалуй, с десерта.

– Мне искренне жаль твоего будущего мужа.

– Спасибо, обязательно передам ему ваши соболезнования. Когда выйду замуж, естественно.

Плакса одним движением руки стягивает с головы огромную вязаную шапку, и ее длинные, слегка вьющиеся волосы рассыпаются по плечам.

Она наклоняет голову слегка вбок, хватается за «молнию» на куртке и тянет вниз. В тусклом свете салона я могу рассмотреть и ямочки на ее раскрасневшихся от холода щеках, и розовый язычок, которым она проводит по пересохшим губам, и небольшую упругую грудь под чёрной водолазкой.

Она меня заводит. Очень. Вот это ее невинное выражение лица, загадочный блеск в глазах – и ни одной попытки обольщения. Сейчас она никакая не Плакса. Она Малышка. Ахуенски сексуальная Малышка. Которую мне хочется согреть всеми возможными способами. И накормить. Досыта.

Глава 5

Малышка

Обычно я не сажусь в машины к незнакомцам. Обычно я не разговариваю с подозрительными людьми и уж точно не язвлю взрослым состоятельным мужчинам. Но сегодня моя система дала сбой.

Во-первых – я продрогла до костей. Идти через дворы в кофейню было страшно, а на кухне не посидишь, так как наш сосед снова привел какую-то алкашню.

Во-вторых – я с обеда ничего не ела и желудок сводило болезненными спазмами. От одной мысли о еде рот наполнялся слюной, и за бутерброд я была готова продать душу самому дьяволу. Или Исаеву. Почему-то мне кажется, что разница невелика.

Ну и в третьих – мужчина на крутой тачке хоть и был из тех, у кого на лбу с рождения высечено «высокомерный засранец», но что-то было в нем такое, что заставляло меня бросать в его сторону заинтересованные взгляды и вопреки здравому смыслу согласиться на поздний ужин в салоне автомобиля. О таком мужчине можно только мечтать вечерами, рассматривая фото из интернета. Такие мужчины определенно не приезжают к потрепанной пятиэтажке, чтобы увидеть никому не известную девчонку просто так. Поэтому интерес победил. Я только надеялась, что не ошиблась и он все-таки не какой-нибудь маньяк-извращенец. У богатых свои причуды.

– Что? – ловлю на себе его пристальный взгляд, от которого мне становится не по себе. Я прекрасно понимаю, что вся его сдержанность на мои колкие выпады, вся эта вежливость – напускное. Но если выбирать между тем, чтобы оказаться в теплом салоне машины, где даже есть сиденья с подогревом, пусть и в сомнительной компании мужчины, и холодной деревянной лавочкой, то у последней вряд ли будут хоть какие-то шансы на победу.

– Ничего. Угощайся. – Он кивает в сторону пакета с прозрачными контейнерами, и я, слегка помедлив, все же хватаюсь за десерт.

Мы молчим. Исаев не спешит начинать разговор, а я тем более не знаю, о чем можно разговаривать с таким человеком, как он. Попросить выделить средства из бюджета на ремонт лестничной площадки нашего подъезда? Чтобы поменял проводку, которая периодически то тут, то там перегорает? Или спросить, не найдется ли у него свободной вакансии?

Пожалуй, это все, что приходит на ум рядом с ним. Ну в самом деле, не спрашивать же, как у него дела и почему он не едет домой к своей жене? А обручальное кольцо на его пальце я заприметила сразу. И почему-то этот факт кольнул меня больше, чем эгоистичное поведение сёстры.

– Вкусно? – голос Исаева разрезает тишину, и я поворачиваю голову, встречаясь с его взглядом. Жадным взглядом. Он странно смотрит на меня, а потом наклоняется, и, словно в замедленной съемке, я наблюдаю за тем, как его лицо становится все ближе и ближе. Его зеленые глаза затягивают меня и гипнотизируют. Я чувствую себя как маленький загнанный зверек перед хищником, к которому попала в ловушку. А потом он протягивает руку и я вздрагиваю, приходя в себя.

– Очень вкусно, – запоздало отвечаю на его вопрос за секунду до того, как его пальцы касаются моей губы и мои глаза расширяются от удивления. Ну точно извращенец! Какого черта я залезла к нему в машину?

– Ты кремом испачкалась. – Он быстро возвращается на место, словно мог услышать мои мысли, а потом с силой сжимает руль и на какое-то время закрывает глаза.

Я делаю вид, что ничего не случилось, но на всякий случай напряженно слежу за ключом зажигания, чтобы успеть выпрыгнуть из машины до того, как он рванет с места. Хотя вряд ли ему для чего-то понадобилась такая, как я.

– Вы странный, – вырывается у меня, и я снова возвращаю все своё внимание к торту. Очень вкусному торту.

– Ты тоже.

– Правда?

Исаев не отвечает. Смотрит перед собой, и на его лице нет ни намека на радость от того, что я все-таки согласилась на его уговоры и села в машину.

– Я Олег, а тебя как зовут?

Я отвечаю не сразу, а потом отворачиваюсь к окну, когда понимаю, что мужчина пристально разглядывает меня. Чувствую, как краснею от такого внимания, и вдруг жалею, что оделась так просто. Старенькие джинсы и чёрная водолазка под горло не самая лучшая одежда, чтобы понравиться мужчине.

– Полина, – в последний момент все же решаю назвать свое настоящее имя.

– Приятно познакомиться, Полина. Не хочешь рассказать, что у тебя случилось? Не думаю, что ты ловишь кайф от того, как твои ноги медленно превращаются в ледышку.

Я фыркаю. Ну какое дело ему до моей жизни?

– Если вы решили таким образом заработать плюс один голос на выборах, то боюсь вас огорчать: вам и десяти лет не хватит, чтобы завоевать сердца избирателей.

– Ты забавная, – смеется он в ответ, а потом отвлекается на входящее сообщение на своем телефоне.

В салоне тихо играет местная радиостанция, печка работает на всю, и мне быстро становится жарко. Или же это оттого, что достаточно бросить один короткий взгляд на мужчину, как учащается дыхание. Я останавливаю себя и не позволяю мыслям уйти далеко, потому что этот мужчина женат. А ещё он старше. Намного старше. Вот как только вернусь домой, сразу же посмотрю всю доступную информацию на Исаева в интернете.

– Сколько тебе лет? – вдруг спрашивает он, и, верь я в телепатическую связь между людьми, могла бы подумать, что между нами она существует.

– Достаточно взрослая, чтобы голосовать, но слишком молода, чтобы выходить замуж, – говорю уклончиво, отправляя в рот очередной кусочек рыбы. Такой вкуснятины я не ела никогда в жизни.

– Учишься где-то?

– Да, на инязе.

– И какой язык?

– Английский, французский и немецкий.

– Да ты полиглот, – с издевкой в голосе произносит он, откидывается на спинку сиденья и зевает, прикрывая ладонью рот.

– Между прочим, я весной на три месяца еду в Германию по обмену. – Я гордилась тем, что была лучшей на потоке и что мне удалось попасть в студенческую программу по обмену студентами. Конечно, до весны мне придется потрудиться и собрать денег на всякие расходы, а еще сделать загранпаспорт, но так близко к мечте я еще ни разу не была.

– Это, бесспорно, впечатляет.

– На самом деле это хорошая возможность попрактиковаться в языке и заработать дополнительные баллы для того, чтобы устроиться после окончания университета на хорошую должность.

– Хах, я знаю гораздо более действенные способы в практике и использовании языка, которые могут помочь тебе получше устроиться в жизни. Хочешь, научу?

– Сделаю вид, что не поняла, о чем вы. – Мои щеки в который раз за этот вечер залились розовой краской.

– Ну, сама посуди, ты молодая, привлекательная девушка. Ты с легкостью могла бы подцепить богатенького мужика, вскружить ему голову и крепко вцепиться в его толстый кошелёк, чтобы не жить в этом клоповнике и уж тем более не сидеть на улице из-за родителей-алкоголиков. Что, скажешь, ни разу не думала об этом? И даже в тачку ко мне не за этим села?

Его слова меня задели. Я с трудом сглатываю подступивший к горлу ком и дрожащими руками закрываю крышку коробочки с едой.

– Вы меня не знаете, и не вам учить меня жить. И моя мама не пьет. Она ушла на сутки, – мой голос звучит ровно и бесстрастно. Я уже начинаю жалеть, что поддалась минутному порыву и согласилась сесть в этот чертов мерс.

– Да успокойся ты, – кривится он, обхватывая мою тонкую кисть своими длинными пальцами.

От этого прикосновения сердце пропускает удар, а потом начинает биться с удвоенной силой. Исаев говорит что-то ещё, но я не могу разобрать его слов. Смотрю прямо перед собой и чувствую, как жжет кожу в месте соприкосновения наших рук. Такого со мной еще никогда не было, и странные ощущения вызывали дрожь по всему телу. Все мое естество было сосредоточено там, где его пальцы впивались в мою кожу.

– Эй, ты слушаешь меня? – Мужчина наклоняется ко мне ближе, и я поворачиваю голову в его сторону, натыкаясь на взволнованный взгляд и чувствуя, как его большой палец медленно очерчивает круги на моей руке.

– Да, – выдыхаю я и непроизвольно облизываю губы. Взгляд Исаева потемнел. Он вдруг и сам замолчал, не сводя с меня своих пронзительных зелёных глаз в обрамлении длинных густых ресниц, что было так несвойственно мужчинам.

Между нами творится что-то странное. Он вдруг наклонился ближе, а его рука соскользнула ко мне на колено. Я завороженно наблюдаю за каждым его движением, не до конца понимая, что происходит. Хотя нет, прекрасно понимаю. Он хочет меня поцеловать. Меня!

Я смотрю на его тонкую линию жестких губ, чувствую аромат парфюма и, несмотря на сигнал тревоги, который забил мой разум, прикрываю веки и, забыв обо всем на свете, тянусь навстречу мужчине. Наверное, он хорошо целуется. В отличие от меня.

Но этого я так и не узнала. Мой старенький мобильный в кармане куртки ожил, развеивая сумасшествие, я резко открыла глаза, а мужчина отодвинулся от меня подальше к окну и достал из пачки ещё одну сигарету.

– Я… мне пора, – мне пришлось откашляться, чтобы произнести хоть слово. Сестра написала, что можно вернуться домой, и это было невероятно вовремя. Я чуть было не совершила ужасную ошибку.

– Номерок свой не оставишь? – выдыхая дым прямо в салон автомобиля, спрашивает он.

Исаев даже не смотрит в мою сторону. Просто интересуется ради приличия, словно мы только что переспали, одному из нас пора домой и ради приличия можно обменяться номерами телефончика. Чтобы потом выбросить в мусор листок либо просто не внести в телефонную книгу абонента.

– Нет. И спасибо за ужин.

Я дергаю дверку, и в салон автомобиля с улицы проникает мороз.

– Пакет забери, кто после тебя доедать будет?

Я замираю и бросаю взгляд на бумажный пакет у моих ног, несколько мгновений мешкаю, но стоит представить, как утром вместо овсяной каши либо жареных яиц буду доедать лазанью, не раздумывая принимаю такой щедрый величественный жест со стороны лидера политической партии. И, не говоря ни слова, выхожу из машины. Заставляю себя не оглядываться, но всю дорогу до подъезда чувствую на спине его горящий взгляд.

Странный мужчина. Я так и не поняла, чего ему надо было от меня.

Между вторым и третьим этажами я натыкаюсь на высокую мужскую фигуру и безошибочно распознаю в нем парня Кати.

– Привет, малая. – Он тоже узнаёт меня в тусклом свете горящего экрана телефона.

– Привет. – Я ускоряю шаг, перепрыгивая через ступеньку.

Слава не понравился мне с первого взгляда. Самый настоящий гопник с района. Не удивлюсь, если он еще и промышляет чём-то. И что в нем Катька только нашла? Почему-то мне кажется, что он ещё принесёт нам много неприятностей.

Я остановилась на пятом этаже и выглянула в окно. Чёрного мерса во дворе уже не было. Я выдохнула от облегчения и надеялась, что с этим мужчиной я больше никогда не встречусь. Потому что он странный. И потому что красивый. Слишком. И потому что я все ещё думаю о том, каким был бы наш поцелуй. Я поднесла пальцы к лицу и провела по своим обветренным шершавым губам. Ему бы точно не понравилось со мной целоваться.

Где-то внизу хлопнула дверь и послышались шаги, я поспешила скрыться в нашем блоке и на носочках проскочила мимо кухни, где пьяные мужчины о чём-то спорили.

Катька сидела в халатике у зеркала и проводила расческой по своим чёрным длинным волосам.

– Ох, какой я вечер провела, Полька, знала бы ты! – мечтательно протянула она, отрываясь от созерцания себя прекрасной. – Ой, а что это у тебя в руках? – Ее глаза заблестели при виде пакета с логотипом какого-то ресторана.

– Угостили. – Я хотела спрятать его на столе за бутылками с водой, но Катя быстро подошла ко мне и вырвала его из рук.

– Ничего себе! И кто же из твоих знакомых может позволить себе посещать «Т5»?

Я не имела понятия, что это за «Т5», но точно знала, что на завтрак у меня снова будет каша. Потому что сестра уже открывала коробочки с едой, готовясь к королевскому ужину.

– Охренеть, тут и чек есть. Да мамка столько за неделю не зарабатывает. – Катька выжидающе впилась в меня взглядом, но я, проигнорировав ее, начала стягивать с себя одежду. – Поль, а Поль? Ну, рассказывай же!

– Да что рассказывать? – разозлилась я, проверяя, закрыта ли на все замки дверь, чтобы хоть как-то избежать ее расспросов. – Знакомый мой водителем у какой-то шишки работает, вот его босс и забыл в машине пакет с едой.

– А ты, я вижу, времени не теряешь, – прищурившись, протянула он, облизывая пальцы, – с Артурчиком в отношениях, но для подстраховки парня покруче нашла. Или же наоборот?

– Никакой он мне не парень. Сказала же, знакомый. Спокойной ночи. Выключишь свет, когда поешь.

– Ага. Так я тебе и поверила. Ну ладно, не хочешь рассказывать – дело твоё.

Я с головой залезла под одеяло и разблокировала телефон. В поисковой строке ввела имя ночного гостя и полночи жадно пялилась на его фотографии.

Исаев Олег Эдуардович. Тридцать четыре года. Ох, нифига себе! Женат. Детей нет.

На этом я не успокоилась. Нашла профиль Марины Исаевой в соцсети и с чёрной завистью листала ее ленту. У неё была модельная внешность, надменное выражение лица, белоснежная улыбка и дорогие шмотки. А ещё она выглядела счастливой. Особенно на фотографиях со своим мужем. И он тоже. Правда, фотографии были старыми, за последний год ни одного фото вместе в неформальной обстановке. Только с каких-то мероприятий и встреч.

Я сама не заметила, как уснула, и всю ночь мои губы терзал мужчина с зелёными глазами, а ещё гладил меня между ног так, что я проснулась, чувствуя, как сжимается и пульсирует моя плоть. Какой стыд, я кончила во сне с женатым мужчиной!

Глава 6

POV Диктатор

Я набросился на Лену прямо с порога. Жадно впился в ее губы, сдирая с неё одежду, и трахал несколько часов подряд, пытаясь насытиться. Но, когда я врезался в нее раз за разом, перед глазами стоял образ Малышки, которая слизывала с пальцев долбаный крем. Это было так порочно и невинно одновременно, что я чуть было не сорвался и не затащил ее на заднее сиденье, чтобы проделать с ней все те вещи, которые сейчас воплощал в реальность с Леной.

– Ты сегодня ненасытен, – довольно промурлыкала моя любовница, – останешься на ночь?

– Нет, мне пора. – Я быстро натянул штаны и рубашку, с трудом нашёл телефон, обулся и вышел на улицу, даже не попрощавшись с девушкой. Не думаю, что она обидится.

В пачке осталась последняя сигарета, и я закурил ее, выпуская дым в небо. Ветер трепал полы моего пальто, а я все смотрел на луну и никак не мог сдвинуться с места.

Когда вернулся домой, было уже почти утро и моя жена все ещё не спала. Встретила меня с бокалом вина в гостиной с включённым светом.

– Явился, – едко произносит она, цепко впившись в меня своим слегка опьяневшим взглядом.

– Совещание затянулось, потом кое-какие дела пришлось решать, – произношу отстранённо, хватая со столика начатую бутылку вина.

– Это «совещание» или «дела» оставили у тебя на шее засос? – ее голос звучит строго, словно я провинившийся ребёнок.

– Аллергия, наверное. – Потираю то место, где выделяется темно-красное пятно, и усмехаюсь. Одна из причин того, почему я все ещё не вышвырнул Марину из дома и почему возвращаюсь сюда, – возможность ее позлить. Дать почувствовать, как все выходит из-под ее контроля, делать из неё сумасшедшую дуру и не давать никаких объяснений. Мне доставляет удовольствие наблюдать за тем, как она злится, медленно разрушать ее идеальный мир и ставить все новые и новые запреты.

– Я нашла трусики в твоём пиджаке, – ледяным голосом произносит она и со стуком ставит бокал на стеклянный столик, ожидая моей реакции.

– И? – Я медленно расстегиваю пуговицы рубашки, всем своим видом давая понять, что меня никак не встревожила ее находка.

– И? Это все, что ты можешь мне сказать? – Марина резко поднимается со своего места и разъярённой фурией несётся ко мне. В ее глазах пылают злость и ярость. Кажется, она на пределе. – Я потратила на тебя лучшие годы своей жизни! Я все для тебя делала, старалась быть самой лучшей женой, а ты… ты…

Ее слезы давно меня не трогают. Раньше я бы обнял ее, притянул к себе, пожалел и поцеловал. А ещё извинился бы. Обязательно извинился бы.

– Перестань истерить, не понимаю, как лучшие годы твоей жизни связаны с трусиками в моем кармане.

– Если ты трахаешь всяких шлюх, то хотя бы не тащи эту грязь в дом! – зло выкрикнула она.

– Что? С ума сошла? Это же наверняка твои трусики. Где ты их нашла? В пиджаке, который я не ношу полгода? Год?

– Не делай из меня дуру. Я могу понять, мои это трусы или нет.

– Детка, у тебя в шкафу столько одежды, что я не уверен на счет того помнишь ли ты обо всех парах обуви, что тогда говорить о какой-то маленькой тряпочке? – Я смотрю на неё с насмешкой и вижу на ее лице тень сомнения. – Ну если ты и в самом деле думаешь, что я тебе изменяю, то можешь подать на развод.

– Нет, ты что, какой развод? – встрепенулась она, вытирая ладонью глаза.

– Тогда сладких снов.

– Олег, подожди. – Марина хватает меня за руку, и я оборачиваюсь, ожидая, что ещё она придумает.

– Я… я просто так хочу тебя, у нас так давно не было секса. Не понимаю, почему ты вдруг так изменился. – Я наблюдаю за тем, как медленно она развязывает поясок на халате и тонкий шёлк скользит вниз по ее идеальному телу. – Возьми меня, Олег, сделай это как раньше, – с придыханием говорит она, не сводя с меня взгляда и облизывая губы. Но меня не вставляет. Ни капельки.

– Кажется, ты слегка набрала в весе. – Наблюдаю за тем, как одна за другой эмоции сменяются на лице жены, и, оставляя ее посреди комнаты полностью обнаженной, иду в спальню. Мне не жаль Марину, она сама сделала свой выбор. Давно.

Вечер обещал быть скучным. Сборище тупых куриц и напыщенных индюков. А еще Марина, которая вцепилась в мою руку так, словно барахталась в воде, норовя утонуть, а я был ее единственным спасением. Хотя нет, она просто всеми возможными способами пыталась показать окружающим, что у нас по-прежнему все хорошо. Что слухи о том, что я пошел «налево», врут и что я до сих пор безумно ее люблю.

Безруков, напыщенный хрен, прекрасно осведомлен о моих политических рейтингах и решил заранее подсуетиться, чтобы завязать нужные связи.

– Мы выкупили весной причал, часто устраиваем там пикники на выходных, будем рады, если вы с женой как-то присоединитесь к нам, – заискивающе улыбается он.

– О, мы не против…

– Постараемся найти свободное время, но сами понимаете: перед выборами у меня дел по горло, а после – даже ночевать придётся на работе, – перебиваю жену и с силой впиваюсь пальцами в ее плечо, призывая молчать, когда ее не просили говорить.

За секунду на ее лице меркнет улыбка, и она смотрит на меня полыхающим взглядом. Я подмигиваю ей и салютую в воздухе бокалом. Марина недовольно смотрит на меня, потому что даже я уже сбился со счета, сколько выпил за этот вечер.

Безруков кажется расстроенным, а мне похрен. Я слышал о его черных делишках и мочилове, за которое его оправдали в прошлом году за неимением прямых улик. И распивать с ним бутылку виски у мангала, словно мы добрые приятели, желания не было.

Я скучающим взглядом провел по залу, пытаясь придумать, как сбежать отсюда поскорее или хотя бы провести время с пользой и зажать в углу какую-нибудь официанточку. Вон ту брюнетку, например. Или же блондинку, которая идет с подносом в мою сторону, и черты ее лица кажутся мне такими знакомыми.

Я застываю с бокалом вина и безошибочно распознаю в девушке Полину. Короткая чёрная форма отменно сидит на ее стройном теле, и при виде тонкой талии и ножек, обтянутых капроном, у меня твердеет в штанах.

Ещё одно чертово совпадение? Или же наваждение? Слишком много за последнюю неделю в моей жизни Малышки. Может, ну его все, сбежать, прихватив ее за руку, снять номер в отеле и трахнуть так, чтобы это странное чувство, от которого меня штырит рядом с ней, прошло?

Она меня не видит. Сдержанно улыбается и останавливается рядом со стайкой молоденьких девушек, которые тянут руки к очередному бокалу. И в это мгновенье, даже без макияжа и дорогого платья, она кажется мне намного аппетитней, чем любая другая женщина в зале.

Я жадно наблюдаю за ней, вполуха слушая своих собеседников. Проклятье, а она и в самом деле хороша. Возможно, этот вечер не так уж и обречён.

– Мне нужно кое с кем поговорить, – бросаю своей жене и медленно, словно хищник, двигаюсь в толпе параллельно Малышке. Она находится в зале до тех пор, пока с ее подноса не исчезают все наполненные доверху шампанским бокалы, а их место занимают пустые.

Кто-то зовет меня, но я лишь киваю на автомате, боясь потерять из виду девушку. Она идет к выходу из зала и скрывается за массивной темной дверью.

Я медлю. Понимаю, что это не самая лучшая идея – на глазах у всех преследовать какую-то официантку, но все равно толкаю дверь, протискиваясь в кухню.

Несколько девушек в такой же форме, как и у Малышки, суетятся возле стола, ловко справляются с подносами и проходят мимо меня, не забывая бросать в мою сторону любопытные взгляды.

Я стою за стеллажом с посудой, и Полина не видит меня. Она кажется уставшей и измотанной. Упирается руками в столешницу, тяжело дышит, а потом подносит ладошку ко лбу. Вздыхает, приоткрывая свои пухлые губы, а потом находит в углу бутылку с водой и наполняет стакан.

Ее волосы собраны в высокий тугой хвост, и ей безумно идёт эта прическа. В голове сразу возникли образы того, где она передо мной на четвереньках и я наматываю на кулак ее роскошные волосы. Руки чешутся подойти к девушке вплотную, прижать хрупкое тело к стене и провести носом по тонкой шее. Проникнуть рукой под подол коротенького платья и развести ее ножки в стороны.

Я сдерживаюсь из последних сил, чтобы не выгнать к чертовой матери из помещения двух официанток, которые слишком долго копошатся с канапе, а ещё по привычке тянусь к карману за пачкой сигарет.

– Ещё полчасика – и все, наше дело сделано. Поль, ну ты как? – Одна из девушек подходит к моей Малышке, взволнованно поглядывая на неё.

– Нормально, просто немного температура поднялась.

– Ничего себе немного! Да у тебя жар. Так, давай собирайся и дуй домой. Я заберу твой расчёт и сброшу на карту завтра.

Мысль о том, что Полина вышла на работу с температурой, злит меня. Досиделась на морозе, идиотка.

– Ты же знаешь Валентину Петровну, ушёл раньше времени – денег не получишь. За полчаса со мной ничего не случится.

– Черт, ты права, у этой карги нет сердца! Тогда посиди здесь, отдохни, мы с девочками и сами справимся.

– Я…

– Не спорь.

– Ладно-ладно, но если что – зовите.

Наконец-то последняя девушка покидает посещение и мы с Малышкой остаёмся одни.

Глава 7

POV Малышка

Мне плохо. Я с трудом стою на ногах, но мысли о том, что осталось каких-то жалких полчаса и смогу уехать домой, не дают упасть духом. Горло болит, из-за температуры меня пробирает озноб, и я жадно глотаю третий по счету стакан воды.

Внезапно я чувствую на затылке чье-то дыхание и замираю от страха. Мужские руки обвивают мою талию, и я собираюсь закричать, как вдруг слышу знакомый голос:

– Преследуешь меня?

Исаев. Это определенно он. Запах, голос – все принадлежит ему.

Олег проводит губами по мочке моего уха, и это прикосновение кажется настолько интимным, что по всему телу проходит дрожь.

– Я…

Слова застревают в горле и так и остаются непроизнесёнными. Потому что он начинает гладить ладонями мой живот, отчего сбивается дыхание и я не могу пошевелиться.

– Тс-с, молчи.

Сердце бьется как сумасшедшее, а руки дрожат. Я чувствую, как Исаев с силой прижимает меня к себе, и становится вдвойне жарко. Удушливо жарко. Между нами творится что-то неладное. Неправильное.

– Что вы делаете? – Я отмираю и пытаюсь отстраниться, но его руки намертво вцепились в мою талию.

– Мне казалось, что в прошлый раз мы перешли на «ты».

– Это не меняет того факта, что ты пристаешь ко мне.

– Но тебе ведь нравится. Признайся же.

– Ни капельки!

– Врунишка. – Исаев ловко разворачивает меня к себе лицом, и стоит нам встретиться взглядами, как я начинаю тонуть в зелени его глаз. Лицо Олега медленно приближается к моему лицу, и мне кажется, что вот сейчас он точно поцелует меня. Но мужчина лишь легко касается губами моего лба.

– Почему ты не осталась дома? Бледная совсем, еще и температура, – хрипло говорит он, пока я учусь заново дышать.

– Не могла, – мой голос звучит так тихо, что я не уверена, расслышал ли он меня.

– Тебя бы выпороть хорошенько, – он не смеется, говорит это на полном серьезе, и в голову лезут странные мысли, где Исаев расстегивает свой ремень и шлепает меня несколько раз. Щеки заливает краска смущения, и я отвожу взгляд в сторону. – Хочешь прокатиться?

– Нет, – отвечаю слишком поспешно и нервно, отчего на его лице расцветает усмешка.

– Ты даже не спросила на чем.

– И на чем же? – спрашиваю едко.

– На мне.

– У тебя отвратительное чувство юмора.

– Я серьезно. – Мужчина трется об меня своим пахом, и я чувствую его твёрдость под тканью брюк. Наши тела слишком близко, мы оба тяжело дышим, словно пробежали марафон, а оттого, что я чувствую его эрекцию, путаются мысли, то давая сигнал тревоги, то призывая меня прикоснуться к нему. – Рядом есть гостиница, я могу улучшить твое самочувствие. Ты же знаешь, что для того, чтобы сбить температуру, нужно хорошенько попотеть. – Его руки ползут вниз по моим бедрам, резко задирают подол короткой униформы и через тонкий капрон сжимают ягодицы.

– Отпусти, – отмираю я и упираюсь ладонями в его крепкую грудь, пытаясь оттолкнуть от себя, но я слишком слаба против такого здоровяка, как он.

От мысли о том, что где-то там, за стеной, вместе с гостями находится его жена, пока он пытается зажать в углу официантку, начинает мутить. А еще оттого, что всего минуту назад я чувствовала возбуждение от его прикосновений.

Пока я рьяно борюсь с мужчиной, пытаясь высвободиться из цепких объятий, он проводит носом по моей шее и прикусывает тонкую кожу зубами, оставляя на ней свой след. Мне страшно. Олег может затащить меня в какой-то темный уголок и сделать все, что захочет. Внезапно я поняла, какой дурой была, садясь ночью к нему в машину. Он же псих! Самый настоящий! А еще извращенец.

Не знаю, чем бы все закончилось, да даже не хочу представлять себе это, но внезапно со стороны двери послышались шаги, и Исаев резко отскочил от меня на несколько шагов назад.

Валентина Петровна появилась из-за угла и замерла, с подозрением посматривая на нас с Олегом.

– Добрый вечер, – приветливо улыбается Олег, словно это не он домогался меня несколько секунд назад.

– Добрый, – я вижу, что женщина уже успела сложить два и два, оценить ситуацию и поняла, что мы здесь не о погоде говорили. Мои пылающие щеки и слегка задранный подол платья, который я поспешно начала поправлять, не оставляют никаких сомнений в ее догадках.

Глаза Исаева скользят по администратору, задерживаясь несколько секунд на бейджике с именем.

– Одной из официанток стало плохо, и я проводил ее на кухню. Я вызвал ей такси, но она отказывается ехать домой. Говорит, вы не заплатите. – Мои глаза расширяются от ужаса. Какого черта он лезет куда его не просят?

– Нет, я просто должна доработать смену, – встреваю я, но звучит неубедительно, и я вижу пылающие искры в глазах Валентины Петровны.

– Полина, если ты плохо себя чувствуешь, то стоило сказать мне, а не беспокоить Олега Эдуардовича.

Я распознаю в ее сладких речах фальшь. Между нами троими в воздухе висит напряжение, и я всеми фибрами души ненавижу сейчас Исаева за то, что из-за него могу остаться без подработки.

– Да, конечно, просто…

– Дадите ей расчёт, а то девушка переживает, что останется без денег? – Олег насмехается над ней, и мне хочется убить его. Он ведь специально это делает.

– Ей не о чем переживать. Езжай домой, Полина. За деньгами приедешь потом.

Я хочу возразить, но направленные на меня взгляды не дают этого сделать. Наверняка Валентина Петровна решила, что я наговорила о ней всякие гадости Исаеву.

– Что ж, раз этот вопрос решён, позвольте, Полина, проводить вас и посадить в такси.

– Не стоит, – говорю поспешно и иду к двери, ведущей в комнату для персонала.

– Нет-нет, я должен удостовериться, что с вами ничего не случится. Всего хорошего, Валентина, – бросает он женщине и ни на шаг не отстает от меня.

Стоит мне зайти в комнату, как Олег закрывает дверь, скрывая нас от любопытных глаз.

– Какого черта ты творишь? – набрасываюсь на него, забывая про страх. – Теперь я точно лишусь работы, она подумает, что я настучала тебе.

Олег, кажется, совершенно спокоен. Словно это не он грязно лапал меня ранее. Достаёт помятую пачку сигарет, выуживает последнюю и закуривает, не отрывая от меня своего взгляда.

– Здесь нельзя курить, – рычу, указывая на табличку.

– Похрен. Одевайся. – Его глаза блестят от предвкушения, которое я совершенно не разделяю.

– Ты мне никто, так что не смей командовать. Черт, она меня уволит! – Я снимаю с вешалки свою куртку и пакет с одеждой. Но переодеваться при мужчине не собираюсь, лишь меняю балетки на теплые ботинки.

– Оставишь мне свой номер, и я пристрою тебя куда-нибудь, – протягивает он, упираясь спиной о стену и выдыхая дым.

– Ловлю на слове. Только если эта работа будет подальше от тебя. И учти: в будние до трёх я на занятиях, – бросаю зло, воюя с замочком на обуви. Он никак не хочет поддаваться.

– Давай я попробую. – Олег бросает окурок прямо на пол, тушит его носком и медленно приближается ко мне.

– Спасибо, но мне и так нравится.

– Да ладно тебе, я ведь не виноват, что ты ведёшь себя как дикая кошка. Но я люблю приручать, так даже интересней.

– Ты больной.

– А ты бесстрашная. – Он садится передо мной на корточки, и я наблюдаю, как он возится со змейкой на ботинках. А мне вдруг становится стыдно. Сбоку вдоль подошвы виднеется латка, носок слегка сбит, заклепка сверху давно отпала, оставив вместо себя две небольшие дырочки. На фоне дорогой одежды Исаева я чувствую себя настоящей нищенкой. – Проще новые купить.

– Я как раз и собиралась со следующей зарплаты, но благодаря тебе придётся всю зиму проходить в этом, – скрываю смущение за резкими фразами, хотя и не вру. Если Валентина Петровна не рассчитается со мной, то мой бюджет значительно пострадает. На такие приемы, где хорошо платят за вечер, вызывают нечасто.

– Будет тебе работа, не беспокойся, – устало произносит он, застегивая наконец-то мою обувь. – Идём.

Несмотря на здравый рассудок, я какого-то черта не сопротивляюсь, когда он хватает меня за руку и ведет за собой в сторону выхода для персонала. Просто у меня нет сил. На сегодня я выдохлась.

Он в одних брюках и белой рубашке, несмотря на то, что на улице мороз. Я семеню рядом, мечтая поскорее добраться до дома и выпить горячего чая.

Я начинаю кашлять и не могу остановиться. На глазах выступают слезы, а горло дерет. Со рта Олега слетают несколько ругательств, он останавливается около невысокого забора у дороги и притягивает меня к себе.

– Говорил же, задницу себе обморозишь. Сейчас приедет мой водитель, потерпи немного. И дай мне свой телефон, запишу номер своей секретарши, позвонишь, когда поправишься, я предупрежу ее.

– Вот. – Я протягиваю ему свой телефон. В конце концов, это ведь хороший шанс просунуться куда-то, и я буду полной дурой, если не воспользуюсь им.

Мы молча стоим в обнимку, прислушиваясь к дыханию друг друга. Я утыкаюсь носом в грудь мужчины и вдыхаю его запах. Я не понимаю, что со мной происходит, стоило бы послать его к черту и сбежать, но я закрываю глаза и представляю, что он не женат. Что он простой парень и между нами пробежала взаимная симпатия. Я придумываю себе миллион разных поворотов событий, но реальность намного сильнее. Реальность, где я лишь очередное увлечение. Экзотика. И через несколько ночей он забудет обо мне и вернётся к своей жене.

– Приехал. – Олег дрожит от холода и поспешно толкает меня в сторону черного внедорожника. Открывает заднюю дверцу, помогая забраться в салон. – Отвезешь девушку, куда скажет, и купи по дороге лекарств от простуды.

– Хорошо, – отзывается водитель, не поворачивая к нам головы.

– И закрой окно, девушка больна, – Олег отдает приказы резким тоном. Сейчас он совершенно другой, не такой, каким я видела его все это время. Словно надел маску. Или же маска была ранее, а это настоящий он? – Пока, девочка Поля. И не забудь набрать насчет работы. – Он щёлкает меня по носу и улыбается. Я в недоумении смотрю на него: разве он не поедет со мной? Но прежде чем успеваю задать глупый вопрос, дверь закрывается, оставляя нас с Олегом по разные стороны.

А на что я надеялась? Что он бросит свою жену и поедет со мной? В груди разливается разочарование. А ещё горечь. Наверняка он просто решил посмеяться надо мной, когда приставал в кухне. Вряд ли такая, как я, могла заинтересовать его.

Я провожаю взглядом фигуру мужчины, а потом натыкаюсь в отражении зеркала заднего вида на надменное выражение лица водителя. Он оценивает меня, сканирует, проходится по лицу и одежде. Наверняка он сотни раз отвозил домой любовниц Исаева и думает, что я одна из них.

– Куда едем? – ехидно спрашивает он. Я называю свой адрес и закрываю глаза, игнорируя мужчину остаток пути.

Глава 8

POV Диктатор

На несколько дней я совершенно забываю о Полине, потому что долбаные репортеры нарыли какую-то хрень о фирме, которая по документам принадлежит подставному лицу, а по факту – мне. Пришлось срочно дать опровержение и приплатить кому надо, чтобы компромат исчез из сети.

А вот в четверг я иду в офис с мыслями, что где-то там по коридорам виляет своей очаровательной попкой Малышка. Знала бы она, как тяжело мне было остаться на вечеринке вместо того, чтобы прыгнуть к ней в салон и провести вместе горячую ночку. Но после того, как нас застукала Валентина, женщина, которая подбирает персонал для приемов у многих влиятельных лиц, было бы ошибкой бросить жену у всех на виду и скрыться в неизвестном направлении, давая повод для очередной порции сплетен.

Весь вечер я ходил со стояком, а потом как неженка отбивался от приставаний Марины, ссылаясь на усталость. Хотя, каюсь, трахаться хотелось до одури и в какой-то момент, лежа на диване в гостиной, был готов плюнуть на все и пойти в спальню к жене.

Я заглянул в несколько кабинетов, куда могли пристроить Полину, но ее нигде не оказалось, поэтому, не собираясь больше терять времени на бессмысленную беготню, решил набрать ей сам. В тот вечер специально взял ее телефон, чтобы сбросить себе дозвон. Знал ведь, что она упрямая девочка.

Гудок, один, второй.

– Да? – в трубке раздается хриплый голосок на фоне шума машин.

– Ты где? – Тот факт, что она была не в одном здании со мной, меня жутко нервировал и злил. Снова придётся играть в догонялки, а времени у меня на это нет.

– А это кто, простите? – едко и насмешливо.

– Начальник твой.

– М-м-м.

– Не испытывай мое терпение, я думал, ты должна быть на работе. Неужели передумала воспользоваться моим щедрым предложением?

– Так я на работе, – фыркает она.

– Правда? И где же? Почему я не вижу тебя на твоем рабочем месте?

– Так я там, – я слышу в ее голосе растерянность и ни черта не понимаю.

– Где там?

– На перекрестке.

– На каком еще на хрен перекрёстке? – мое терпение подходило к концу.

– Ну, таком, где с четырех сторон ездят машины, а передо мной ресторанчик, тополь, голубь, мусорка и палатка, – она произносит это настолько монотонно, словно и в самом деле перечисляет все, что попадётся ее взору.

– Какая еще палатка?

– Агитационная.

– Аги… что?

– Ну, агитационная. Я листовки раздаю. С вашими фотками и призывами: «Голосуй за правильное будущее», – она меняет интонацию голоса и громко, с насмешкой декламирует лозунг моей предвыборной компании.

– Подожди, ничего не понял. Ты звонила моей секретарше?

– Ну да.

– Сказала, что от меня?

– Да.

– И она отправила тебя на улицу раздавать листовки? – чуть ли не выкрикиваю в полный голос, вовремя вспоминая, что вокруг меня куча народа.

– Эм, нет, я пришла к ней, она дала номер телефона Романа Сергеевича, и он отправил меня на участок. Работа и в самом деле легкая, и платят хорошо, так что спасибо.

Кажется, я зарычал. По-настоящему. Так, что несколько человек повернулись в мою сторону.

– Так, сбрось мне точный адрес и жди. Я сейчас приеду.

– Но…

– Никаких но. Я и так зол. Адрес, Полина.

– Хорошо, – с недоумением произносит она, и я очень надеюсь, что сделает именно так, как я попросил.

Я сбросил вызов и толкнул дверь в свою приемную.

– Регина, – начал вежливо.

– Да, Олежик, – промурлыкала секретарша, прикусывая нижнюю губу и бросая на меня призывные взгляды. Я лишь хмуро смотрю в ответ. То, что мы трахаемся время от времени в кабинете, не дает ей права фамильярничать со мной.

– Во-первых – Олег Эдуардович, во-вторых – скажи-ка мне, Регина, я предупреждал тебя о девушке, которая должна позвонить?

По тому, как расширяются ее глаза, я понял, что она прекрасно понимает, о чем идёт речь.

– Ну, я…

– Да или нет? – Я упираюсь ладонями в ее стол и наклоняюсь ближе, заставляя смотреть мне прямо в глаза.

– Да. – Регина кажется испуганной. Она прекрасно знает, что я делаю с провинившимися подчиненными.

– И куда же ты устроила ее работать? – спрашиваю едко, держа в плену ее взгляд. Регина нервно сглатывает и лепечет какую-то хрень:

– Олег Эдуардович, я ведь не занимаюсь подбором кадров, не знаю, где есть свободные вакансии…

– Поэтому вместо отделов кадров обладминистрации отправила девушку к Нестеренко?

– Ну…

– Тебе повезло, что я спешу. Еще одно такое самовольство, и ты будешь уволена. Впредь разделяй, пожалуйста, личное с работой и не забывай, что я твой начальник и обращаться ко мне стоит соответственно.

– Олег Эдуардович! Я ведь не думала, что ее сюда нужно устроить, она пришла словно с улицы… – выкрикивает мне вслед, но я даже не обернулся. В голове лишь кружилась мысль о том, что Полина только недавно была с температурой, а сейчас снова мерзнет. И в этом виноват я.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем лифт остановился на первом этаже и я добрался до парковки. На улице мело и начинался настоящий снегопад. Вот гадство, середина ноября ведь только!

– Можешь быть свободен, я сам поведу, – кивнул шоферу и забрался на водительское сиденье. Мне не хотелось, чтобы нам с Полиной кто-то мешал. И вообще не хотелось, чтобы чьи-то чужие глаза смотрели на нее, а уши слушали наши разговоры. Пусть даже это личный водитель, при котором мои девицы иногда не стесняясь такое вытворяли, что у прежнего меня покраснели бы уши.

Я проклинаю пробки и долбаный снег, из-за которого полгорода стоит. Мне понадобился почти час, чтобы доехать до спального района и припарковаться на обочине, в нескольких метрах от бело-синей палатки с названием моей политической партии. Полину заметил сразу. И какого-то молокососа, трущегося рядом с ней, тоже.

Она была в знакомой черной куртке и все той же дурацкой шапке с огромным помпоном. Мило улыбалась парню и притопывала на месте, пытаясь согреться.

А мне она так не улыбалась.

Ни разу.

Во мне проснулось желание выйти из машины и хорошенько врезать этому ухажёру, который как раз именно в этот момент поправлял на девушке шарф. Я с трудом взял себя в руки и успокоился, Полина вызывала у меня странные желания и мысли, о которых я уже давно не вспоминал. Вот сейчас это очень похоже на ревность. Но на самом деле это просто злость, потому что кто-то посмел прикоснуться к тому, что принадлежит мне.

Я достаю телефон и набираю девушке, нетерпеливо поглядывая через тонированное стекло в ее сторону. И улыбаюсь, когда вижу, как она кривится, смотря на экран своего мобильника.

– Черный внедорожник на парковке перед салоном красоты видишь?

– Да.

– Я жду.

И отключился.

Наблюдаю за тем, как Полина бросает нерешительные взгляды то в сторону внедорожника, то на парня, а потом хватает свой рюкзак и неторопливо движется к машине. Открывает заднюю дверцу и забирается в салон. А вместе с ней и холод. Полина стягивает с головы шапку, и ее волосы рассыпаются по плечам. Щеки и нос красные, губы обветренные, а в глазах настороженность.

Мы молчим. Я барабаню пальцами по приборной панели, не понимая, с чего начать и почему при виде девушки вдруг теряюсь. Предложил бы трахнуться прямо здесь, и разошлись бы, но молчу. Возможно, именно поэтому я так залип на ней, что все еще не забрался в трусики?

– Давно стоишь здесь? – получается слишком хрипло и резко.

– Сегодня или вообще?

– Вообще.

– Третий день.

– Ясно. Моя секретарша перепутала все на свете, тебя должны были посадить в офисе, – сам не знаю, почему вдруг начал оправдываться. Наверное, чтобы она не подумала, что я решил посмеяться над ней, засунув на раздачу листовок.

– Ничего страшного. Работа непыльная, мы с Денисом меняемся, он до двух, а потом прихожу я, – робко произносит она, теребя в руках перчатки.

С Денисом, блять, ага. Убить бы его вместе с Региной.

– Как здоровье? – Я достаю из кармана пачку сигарет, чтобы занять чем-то руки, но не спешу закуривать.

– Лучше.

– Хорошо. Отвезу тебя домой. Или, может, хочешь пообедать?

– Нет, спасибо. Но я не могу домой, у меня работа.

– Я твой начальник. К тому же в связи с погодными условиями скоро должны всех распустить. – Я не дожидаюсь протестов Малышки, завожу мотор и выезжаю с парковки.

– Но Денис ведь ждет, – растерянно говорит она, оборачиваясь в сторону парня.

– Да мне похрен на твоего Дениса! Ты едешь домой! – говорю слишком резко и сразу же жалею об этом. Ее глаза расширяются от страха, и она смотрит на меня как на монстра. – Прости. Давай снимай куртку и перебирайся вперед.

Она молчит. Обиженно дует губки и отворачивается в сторону.

– По-ли-на, – зову ее и притормаживаю на светофоре. – У меня была хреновая неделя, еще и Регина тебя засунула хрен знает куда. Пожалуйста, не усложняй все, а?

– Зачем я вам? – Я думал, она так и будет молчать дальше, но нет, ловлю на себе ее прищуренный взгляд, и на моем лице расцветает улыбка.

– Боюсь, если я скажу правду, ты испугаешься и выпрыгнешь из машины. Но могу заверить тебя, я не сделаю ничего такого, чего не захочешь сама.

– Ага, конечно, и на кухне тогда вы залезли мне под платье, потому что я вас об этом попросила.

– Во всем виноват алкоголь, каюсь. А еще ты была настолько соблазнительна, что я не мог не попытать удачу.

– Чушь собачья.

– Хах.

Загорается зеленый, и я медленно трогаюсь с места. Мы снова молчим, но при такой скорости движения у нас впереди еще часа два. Специально включаю на максимум обогреватель, чтобы Малышка стянула с себя эту безразмерную куртку.

– Может, все-таки хочешь поесть чего-нибудь? Или хотя бы горячего чая?

– Нет, спасибо. Единственное, чего я хочу, – быстрее избавиться от вас.

– Тебя.

– Что?

– Избавится от тебя. Мы, кажется, уже обсудили это.

– Это не меняет того факта, что я жду не дождусь, когда смогу избавиться от твоего общества.

– Ты такая смешная, девочка Поля. Хочешь ведь меня, по глазам вижу, что хочешь, но отчего-то сопротивляешься.

– Чушь.

– А вот я хочу тебя. Видишь, не так уж и сложно признаться в этом. Давай же, теперь твоя очередь.

– Ты больной.

– Скорее всего, так и есть. Но это ты меня заразила. Так что лечи теперь. Сбегаешь купишь нам по кофе? – киваю в сторону кофейни, пытаясь выманить ее и заставить пересесть ко мне вперед.

– Без проблем.

– Только рюкзак оставь, – усмехаюсь, не отводя от нее взгляда, потому что прекрасно понимаю, что она хотела улизнуть от меня. – Подожди, вот деньги. – Достаю из бумажника несколько купюр и протягиваю девушке.

– Ага. – Полина разочарованно смотрит на свой рюкзак, который я конфисковал у неё и бросил на переднее сиденье, натягивает шапку и выходит из машины. Я же блокирую обе задние дверцы, чтобы у нее не было больше никаких вариантов.

Когда ее маленькая фигурка появляется из двери кофейни, я ловлю себя на том, что любуюсь ею. Тем, как она поднимает голову к небу, улыбается и ловит ртом снежинки. Тем, с каким восторгом она смотрит на лежащий вокруг снег. Тем, каким взглядом она провожает лабрадора, а потом останавливается рядом с машиной, ставит на капот картонные стаканчики, собирает ладошками снег и лепит шарик.

Я нажимаю на сигнал, давая понять, что это не самое лучшее время для любования погодой, ещё час – и дороги засыплет так, что придётся ночевать в машине и ждать, пока нас не раскопают. Но настоящая причина моего недовольства и внезапного раздражения – я начинаю понимать, насколько эта девчонка опасна для меня. Она не Лена, не Марина и не Регина. Она вообще не похожа ни на одну девушку, с которой я был знаком прежде. Она не выходит из головы, даже когда ее нет рядом. А ещё мне хочется послать все к черту и укатить подальше от города на несколько недель вдвоем.

Полина вызывает во мне желание принимать спонтанные необдуманные решения, которые потом вылезут мне и моей политической карьере боком. Она как бомба замедленного действия, рядом с ней я теряю бдительность. Нужно отвезти ее домой, высадить из машины и забыть навсегда. Но сначала трахнуть. Да. Чтоб не мучиться от неизвестности, какая Малышка на ощупь и как сладко стонет, когда кончает.

– О, да ты настоящий стратег, – говорит колко, садясь на пассажирское сиденье рядом со мной, после того как несколько раз подергала ручку задней двери.

– Замок заклинило, такое иногда бывает. – Я принимаю из ее рук кофе, и наши пальцы соприкасаются. Ее – ледяные и мокрые из-за снега, мои – горячие и цепкие из-за желания впиться в ее тонкую талию. Мы замираем и несколько мгновений смотрим друг на друга, воздух в машине накаляется, и это не из-за работающего обогревателя. Полина отводит взгляд первой, делает глоток ароматного напитка и смотрит за окно.

Остаток пути мы молчим. Я полностью ухожу в свои мысли, пытаясь убедить себя оставить Малышку в покое, потому что понимаю, что она не играет. Она и в самом деле не охотница за толстыми кошельками и отменным сексом. Просто красивая девочка, которая еще и сама не знает, какое влияние имеет над мужчинами. И у меня почти получается выбросить из головы грязные мысли на ее счет, вот только, когда подъезжаю к ее дому, понимаю, что не могу. Не могу отпустить ее к Денису или ещё какому-то придурку, который будет лапать ее за грудь, целовать и пробовать на вкус. Под которым она будет стонать и выкрикивать его имя.

– Послезавтра заеду за тобой в четыре, – заявляю безапелляционно.

– Не думаю, что…

– Помолчи, пожалуйста, я не договорил. – С силой сжимаю руль, смотря перед собой. – Это будет просто ужин и разговор. Ничего такого. После этого, если захочешь, мы больше не встретимся, – я решаю дать ей возможность выбирать, потому что была бы моя воля, усадил бы ее на себя прямо сейчас, чтобы она почувствовала твердость в моих штанах и приступила к тому, для чего создана.

– Я…

Она открывает рот, собираясь что-то сказать, но я успеваю первым. Подношу к ее губам палец, не давая вырваться отказу.

– Тс-с-с, просто ужин, Малышка, обещаю. Ты ведь не боишься меня? – Я захватываю ее взгляд в плен и медленно наклоняюсь ближе, так, что чувствую ее цитрусовый запах волос.

– Конечно, нет, – фыркает она, отводя взгляд в сторону.

Проталкиваю палец ей в рот, наблюдая за тем, как от удивления расширяются ее глаза. Это выглядит настолько порочно, что с трудом удается сдерживать себя от того, чтобы не спугнуть Полину и не начать грязно приставать.

– Это хорошо. Тогда в субботу в четыре буду ждать тебя на этом же месте. – Я легко провожу губами по ее шее, замечая, как она дрожит от этого прикосновения. – Беги, Малышка, – шепчу на ухо, и девушка отмирает. Хватает свой рюкзак, куртку и вылетает из машины, бросив вслед робкое «спасибо». Я смеюсь, наблюдая за ней и заранее зная, какой выбор предложу ей в следующую нашу встречу.

Глава 9

POV Малышка

Я не собиралась идти на встречу с Исаевым в субботу. Поклялась себе, что весь вечер буду учить конспекты и даже не высуну нос в окно. А стоило мне проснуться утром, схватила свою заначку и помчалась на рынок за новыми сапогами.

На всякий случай.

После снегопада город все еще не расчистили, поэтому в обувном ряду было почти пусто. Я бегала от одного контейнера к другому, примеряла то модные ботиночки на каблучке, то на ровном ходу, то вновь на каблучке, и как бы мне не хотелось появится перед Исаевым при полном параде, понимала, что выбор у меня не велик, потому что в новой обуви мне придётся ходить всю зиму. А может и не одну.

Уже на выходе из рынка я вдруг решила, что неплохо было бы купить себе платье, чтобы не просить каждый раз у Катьки. И, нет, это не для Исаева, просто вдруг меня и в самом деле кто-то позовет на свидание? Я долго ходила вдоль длинных рядов, разглядывая манекены, но все казалось таким… цветастым, пестрым, невзрачным словно из секонд-хенда, либо из гардероба моей бабушки. Это вам не дорогие бутики, где от вида одежды кружится голова.

Я уже и не надеялась найти что-то толковое, как на глаза попалось черное платье мелкой вязки с рукавами три четверти. На моей фигурке оно бы смотрелось отменно, а с теми сапожками на высоком каблуке, которые засели в моем сердце, вообще сногсшибательно.

Стоило мне только одеть его на себя, как я поняла – вот, это оно! Платье обтянуто меня как вторая кожа, подчеркивая каждый изгиб моего тела. Я была в нем чертовски хороша!

– Беру, – не раздумывая кивнула продавщице и протянула несколько купюр.

Домой я возвращалась в странном предвкушении. Буду ли я выглядеть достаточно хорошо рядом с Олегом? Правильно ли это вообще, соглашаться на его приглашение?

Олег.

Так странно было называть его по имени. Даже мысленно.

Интересно, что он хотел предложить мне? Хотя, даже идиотка догадалась бы.

Всю дорогу до дома я боролась с собой. С одной стороны я хотела увидеть еще разочек этого странного мужчину, с другой – понимала, что стоит держаться от него подальше. И не потому что он старше или может исчезнуть из моей жизни как только получит что хочет. А потому что он женат, а еще в таких как он легко влюбиться и остаться с разбитым сердцем.

Кажется, это был самый сложный выбор в моей жизни. Я убеждала себя, что он больной извращенец, но в то же время у него было столько возможностей увезти меня куда-то в поле и сделать все что захочет… Голова шла кругом от всего этого, но одно я знала точно: он меня волнует. Очень. Потому что будь иначе, я бы не заходила тайком каждый час на его официальную страницу в соцсетях и уж точно не пялилась на фотографии его жены, желая быть хоть капельку похожей на неё.

Стоило переступить порог нашей коммуналки, как Катька, завидев меня с пакетами в руках, бросилась в мою сторону.

– Ух, ты, платье огонь! Ко мне сегодня Славка придет, можно одеть? Кстати, погуляешь пару часиков, да? – она быстро стащила с себя одежду и одела платье.

Мое платье.

Сердце забилось чаще, а руки чесались содрать его с неё. Мы словно вернулись в детство, когда Катька непременно забирала у меня новые игрушки, а потом случайно ломала либо где-то забывала.

– Прости, но я сегодня иду на свидание, для этого и купила, – говорю отстранённо, снимая с себя куртку.

Катька надула свои губы и с мольбой в глазах посмотрела на меня.

– Ну-у-у, хочешь, возьми какое-то из моих. Слава меня уже во всех видел, хочу удивить его.

– Нет, Кать, – мой голос звучит твердо, – мы идем в ресторан и ни одно из твоих нарядов не подойдет. В следующий раз обязательно одолжу.

– Ого, в ресторан? Это кто у тебя такой мажорик? Хотя, что я спрашиваю, точно не Артурчик. Смотри, вот это классное, я его всего несколько раз одела, можешь в нем пойти, – сестра достала из шкафа зелёное коротенькое платье, протягивая его мне.

– Нет, Кать, я пойду в своём. Вы со Славой все-равно дома сидеть будете, да и мне кажется, ты бы лучше в халатике его встречала. Это он точно оценит.

Улыбка на лице сестры пропала, она быстро стянула с себя платье, и бросила им в меня. Залезла в кресло, на котором спит мама и начала с кем-то переписываться.

Знаю, это было немного жестоко, но у них странные отношения и, как по мне, Слава тот ещё урод. Ни разу даже не принес цветы. Пока погода была еще хорошей, они еще ходили гулять в парк, катались на его машине по городу, а как только похолодало, оккупировали нашу комнату. Он приходит чтобы потрахаться, а Катя в нем души не чает.

Я сходила в душ, высушила голову, нарочито медленно наносила макияж, ловя на себе обиженные взгляды сестры, и не смотрела на время. Если Исаев позвонит сейчас и скажет что приехал, то у меня будет отличная отмазка никуда не идти. Потому что я абсолютно не готова. Вот только когда мой телефон пиликнул, я сразу же ухватилась за него и запаниковала:

– Перед домом. Выходи.

– Черт, – я забегала по комнате, проклиная себя на чем свет стоит за то что не успеваю выровнять волосы. Катька к моему счастью куда-то сбежала и я могла расслабиться. Одела платье, капронки, новые сапожки, засмотрелась на себя в зеркало и скривилась, когда достала из шкафа пуховик. Всю красоту портит. В следующем месяце обязательно куплю новенький.

Стоило мне спуститься вниз, как все настроение свалилось ниже плинтуса. Катька крутилась возле машины Олега, а тот, опустив стекло, курил и что-то говорил ей в ответ. Ну почему у всех сестры как сестры, а у меня настоящая лисица? Не удивлюсь, если она уже успела напроситься вместе с нами поехать поужинать.

Медленным шагом я подхожу ближе, ловя на себе задумчивый взгляд мужчины и робко здороваюсь:

– Привет.

Катя сразу же повернулась в мою сторону и наигранно вздернула бровь.

– Ой, Поль, это и есть твой парень что ли?

Черт, как по мне так она переигрывала. Актерское мастерство явно не ее конёк. Я пожала плечами и взглянула на Олега, не зная что ответить. Теперь он будет думать что я рассказала всем на свете о том, что у меня такой крутой парень как он.

– Друг, – буркнула я сестре и, обойдя машину, села на переднее сидение.

– Приятно было познакомиться, Катерина. Может, еще как-то и увидимся, – Олег не стал дожидаться ее ответа, поднял стекло, отгородив нас от пытливого взгляда и тронулся с места.

Между нами повисла неловкость. Я готова была убить Катю. Специально же это сделала! Наверняка, увидела машину Исаева в окно и поскакала пробивать почву.

– Удивительно насколько могут быть разными дети из одной семьи, – усмехнулся он, прерывая тишину. Не нужно быть ученым, чтобы понять в чей огород был брошен камень.

Я все же не выдержала и бросила взгляд в его сторону. Синие джинсы и черная рубашка ему безумно шли. Из-под закатанных до локтя рукавов выглядывала татуировка: красивый замысловатый узор, который мне хотелось рассмотреть полностью.

До этого я видела мужчину лишь в стогом идеально выглаженном костюме, а такой вот Олег смотрелся как настоящий хулиган.

– У нас разные отцы, – с трудом оторвалась от созерцания мужчины и заправила за ухо прядь волос.

– А-а, это все объясняет. Одна вертихвостка, вторая скромница. Или это просто игра такая, а, Полина?

От его взгляда мне стало неуютно. Я сглотнула подступивший к горлу ком и отвернулась к окну.

– Так о чем ты хотел поговорить?

– Сначала ужин. Я ведь обещал тебя покормить.

Это прозвучало настолько двусмысленно и многообещающе, что я залилась краской.

Глава 10

POV Малышка

Я волновалась. Безумно. Смотрела на дорогу, но то и дело бросала на мужчину настороженные взгляды. Мы перебросились лишь несколькими ничего не значащими фразами, а когда припарковались у небольшого итальянского ресторанчика я выдохнула от облегчения. Признаться честно, я боялась что Исаев повезет меня в какое-то пафосное заведение, где я не пойму ни одного названия блюд из меню, а потом буду выискивать в интернете информацию о том, какой вилкой что едят.

Он вышел из салона, открыл с моей стороны дверцу и помог мне выбраться. Когда наши пальцы соприкоснулись, я почувствовала странную дрожь по всему телу. Во мне боролись противоречивые чувства. Хотелось отстранится от него, но в то же время – почувствовать на себе его тёплое дыхание. В ресторане он снял с меня верхнюю одежду и я все ждала от него восхищенных взглядов или хоть одного маленького комплимента, но Исаев словно не замечал моих стараний. Либо он просто каждый день видит такое количество шикарных женщин, что я на их фоне лишь бледное приведение.

– У нас зарезервирован столик на фамилию Самойленко, – обратился он к администратору и нас провели к столику в углу у окна.

– Самойленко? Ты успел сменить фамилию?

– Мой водитель, ты знакома с ним. Иногда я прошу его о некоторых личных услугах, – Олег уткнулся взглядом в меню и вел себя отстраненно, словно у нас не более, чем деловой ужин. Никаких шуточек, никаких неприличных намеков, никакого интереса. Ничего. – Выбрала что-то?

– Положусь на твой вкус.

На самом деле я так нервничала, что мне кусок в горло не лез. Все не могла понять что я здесь делаю и как бы поскорее вернуться домой, потому что я явно совершаю ошибку придя сюда. Обручальное кольцо на пальце мужчины прекрасно свидетельствует об этом.

Я пропустила момент, когда Олег делал заказ, не заметила даже как на столе появился бокал красного вина. Я ухватилась за него как за спасательную шлюпку и выпила в два глотка.

За окном кружат мелкие снежинки и зажигаются вечерние огни.

– Так зачем вы меня позвали?

Я все еще путаюсь в «ты» и «вы».

– Я уже говорил как хорошо ты сегодня выглядишь? – ладонь Олега накрыла мою руку, а взгляд задержался на моих губах.

– Не помню. Возможно.

Вру конечно. Не говорил.

– Значит говорю, – его пальцы обвивают мою кисть и поглаживают ее. Мое дыхание сбивается, я хочу выдернуть свою руку, но не могу. – У меня к тебе есть предложение. Ты мне интересна. Очень. Думаю, ты и сама догадалась. И я тебя хочу. До зубного скрежета. Если бы все зависело только от меня, я бы утащил тебя в уборную и трахнул бы прямо там, потому что с трудом сдерживаюсь.

Олег сделал паузу, а я покраснела до кончиков волос. Мне льстит, что такой мужчина как он обратил на меня внимание, но в тоже время воротит от его грубых слов.

– Я предоставляю тебе выбор. Ты можешь согласиться на мои условия и стать моей любовницей. На ночь или на месяц, я не знаю. Я же взамен буду обеспечивать тебя. Магазины, салоны, украшения, все что захочешь.

– А если я откажусь?

Олег отпустил мою ладонь и откинулся на спинку диванчика. Ровным голосом, не отводя от меня взгляд произнес:

– Тогда я оставлю тебя в покое и больше не появлюсь в твоей жизни. Выбор за тобой.

Я рассмеялась. Громче, чем следовало. Странный выбор.

– Я серьезно, Полина, – мужчина склонился ко мне, удерживая в плену мой взгляд и от того, что я увидела внутри его глаз, вмиг утратила все веселье. – Я не пацан и не буду бегать за каждой юбкой, которая мне понравилась, ты ведь понимаешь это? – я кивнула и прикусила нижнюю губу. – У тебя есть десять минут чтобы дать ответ, – и как бы доказывая всю серьезность своих слов, Олег взглянул на часы на запястье руки.

Я взяла бокал и сделала глоток. То что он предложил было… грязно и неправильно. Все это похоже на дешевую мелодраму. Не более.

Мне стало не уютно под его взглядом и возникла потребность уединиться. Когда Олег так смотрит на меня я не могу мыслить ясно.

– Я отойду на пару минут, – я поспешила в сторону уборной. Закрыла дверь на защелку и включила кран. Мои глаза блестели от волнения и растерянности, сердце гулко билось, а руки дрожали.

Меня трусило так, что подкашивались коленки и самое худшее, что я не хотела чтобы Исаев исчез из моей жизни так же неожиданно как и появился. Я начала представлять как это, быть рядом с ним, чувствовать его тело, заниматься любовью. Я бы хотела чтобы такой как он был моим первым мужчиной. Он определенно не похож на несдержанного юнца, который не знает как правильно управляться со своим дружком.

Я вспомнила приставания Артура. С ним я не чувствовала и половины того, что успела почувствовать за такой короткий промежуток времени с Олегом. Мне не нужны были его деньги, я лишь хотела чтобы мой первый раз был с настоящим мужчиной. Чтобы он был особенным и запомнился на всю жизнь. Я реалистка и не верю в то, что встречу неземную любовь, отдам ему свою девственность и мы заживем долго и счастливо. Вся правда в том, что мне двадцать, я в полной заднице и всеми способами стараюсь выбраться из неё.

Я не хочу чтобы моим первым парнем был кто-то вроде Славы. Не хочу чтобы это произошло на старом диване. В спешке, пока не вернулись родители. Или в студенческой общаге. Хочу немного сказки. Хочу чтобы меня обнимали такие же сильные руки как у Олега и целовали с такой же страстью и напором как он.

Я сумасшедшая.

Моя совесть сигналила мне уходить из ресторана прямо сейчас. Все в жизни возвращается бумерангом и сделав больно его жене, я когда-нибудь получу эту же боль в ответ. Но чертово желание почувствовать себя женщиной. Женщиной которую хочет Олег, было способно вставить моей совести кляп в рот. Все мы творим ошибки и, возможно, сейчас я сделаю свою. Самую большую в жизни.

У меня не было однозначного ответа, когда я возвращалась за столик. Олег смотрел на меня своими слегка раскосыми глазами и мое сердце то останавливалось, то билось в несколько раз быстрее.

– Ну что, надумала?

– Я… согласна, – мои глаза расширились от понимания того, что именно я только что произнесла. Это мой приговор. Точка невозврата. Начало неизвестности.

Выражение лица Олега переменилось за считанные секунды. Губы растянулись в довольной улыбочке, а в глазах зажглась искра. Весь его вид говорил о том, что он удовлетворен моим решением. А еще, что он ни капельки не удивился, словно такого ответа и ожидал от меня.

– Что ж, Полина, тогда ты должна запомнить несколько правил. На самом деле их всего три. Никаких чувств, никаких обязательств и никакой огласки. Мне нужен только секс и твое тело, Полина, – его голос звучит хрипло и вместе с непристойным предложением вызывает дрожь во всем моем теле, заставляя отвести в сторону смущенный взгляд. – Я публичный человек, Малышка, и связь на стороне никак не укрепит мои политические позиции. Поэтому ни одна живая душа не должна знать о нас. Даже твоя сестра. И не надейся что сможешь влюбить меня в себя, привязать ребёнком или ещё какой-то хренью. Со мной это не проканает. Мы просто будем хорошо проводить с тобой время.

Он наклоняется ко мне через стол и обхватывает пальцами мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.

– Тебе все понятно? – я киваю. – Ты согласна?

– Да, но…

– Никаких «но».

– У меня тоже есть условие.

– Хм, любопытно, мне еще никто не ставил в условия в ответ. И что же это? Кредитный лимит на карте? Квартира? Машина?

– Почему ты изменяешь жене?

Мой вопрос для него звучит настолько неожиданно, что несколько мгновений он просто смотрит в одну точку и не двигается.

– Это не твое дело, – он быстро меняется в лице и закрывается от меня. Я вижу, что эта тема ему неприятна, но я должна знать, должна знать что в их семье не все так радужно. Должна знать, что его жена на самом деле не ждет его со слезами на глазах после того, как он возвращается от очередной любовницы, чтобы моя совесть была чиста.

– Хорошо, тогда… до свидания?

Я поднимаюсь с места, но не успеваю сделать и несколько шагов. Олег ловит меня за руку и тянет на себя, заставляя сесть рядом. Долго смотрит мне прямо в глаза, прожигает меня своим взглядом насквозь, но все-тки отвечает:

– Очень часто может казаться, что ты хорошо знаешь близкого тебе человека, а потом в одно утро ты просыпаешься и понимаешь в какое дерьмо вляпался, вот только обратного пути уже нет. И все что остается – искать новую искру, которая может тебя зажечь. Такой ответ сойдет?

– Ты разлюбил ее?

– Я… это не твое дело, Полина. Я тебе уже озвучил свои условия. Ты либо принимаешь их, либо проваливаешь.

Это заучит настолько резко, что я готова бежать прямо сейчас. Этими словами он указал мне на свое место. Но сбежать не успела. Потому что неожиданно Олег притянул меня к себе и впился жестким поцелуем в мои губы. В первое мгновенье я растерялась, а потом поддалась и приоткрыла губы. Поцелуй был коротким, но обжигающим.

– Идем отсюда, Малышка. Неподалеку есть отель.

– Я бы еще десерт заказала и выпила вина. Вино очень вкусное, – дрожащим голосом произношу я, пытаясь скрыть свой страх.

Я не готова так быстро. Не сегодня. Я думала, у меня еще будет время. Но язык не поворачивается возразить ему. Притворится что мне плохо? Сказать, что срочно нужно домой? Придумать ничего так и не удаётся и через полчаса мы уже мчим в тот самый отель, который находится в квартале от ресторана. Случайность или Олег заранее все спланировал?

– Разве мы не должны взять ключ у администратора? – с недоумением смотрю на мужчину, когда он подталкивает меня прямо к лифту.

– У нас уже есть ключ, – створки лифта закрываются и Олег прижимает меня к стене, зарываясь пальцами в волосы и целуя меня. Его руки шарят по моим ногам, задирая платье и проникая горячими ладонями под него. Я задыхаюсь. Мне мало воздуха. Безумно мало. Я стараюсь не думать о том, что случится этой ночью, но не могу. Когда мы попадаем в номер я замираю, не в силах сделать шаг.

Олег проходит внутрь и садится на кровать. Его не интересует ни причудливый светильник в углу, ни интерьер номера, ни красивые картины на стенах. Он смотрит прямо на меня.

– Подойди ко мне, – командует он, не отрывая от меня своего пристального взгляда. Сейчас в нем не осталось ни капельки игривости. Он напряжен и сосредоточен.

Я дрожу как осиновый лист и, несмотря на то что в комнате тепло, мне вдруг становится холодно и начинает мутить.

Медленно ко мне приходит трезвость.

Что я здесь делаю? С незнакомым мужчиной, в гостиничном номере словно какая-то шлюха.

Но в противоречие своим мыслям делаю несколько шагов в сторону Олега, а потом останавливаюсь.

Я слежу за каждым его движением. За тем, как его рука накрыла пряжку ремня и ловкими пальцами расстегнул его. За тем, как он дернул вниз молнию, забрался рукой под ткань брюк и достал вставший член. Большой член.

Я сглотнула подступивший к горлу ком и от страха готова была бежать. Но ноги приросли к месту, а мое тело отказывалось повиноваться мне.

Как заворожённая слежу за тем, как он проводит вверх вниз по твёрдому стволу и меня накрывает паника. Он слишком большой для меня.

– Приласкай его, давай же малыш, – говорит хриплым голосом, выжидающе смотря на меня.

Мое сердце бьется часто-часто и, несмотря на страх, я делаю шаг к нему, и ещё один. Неотрывно смотрю в глаза, пытаясь найти там подсказку. Что он хочет чтобы я сделала? Прикоснулась к нему? Поласкала? Погладила?

У меня совершенно нет опыта в таких делах, да я член толком то никогда не видела.

– Ну же, чего ты ждёшь? – он медленно расстегивает пуговицы на своей рубашке и избавляется от неё, являя моим глазам идеальный торс.

А я стою посреди комнаты, задыхаюсь и не знаю как сказать что передумала. Я хочу домой. Прямо сейчас. Я дура. Самая настоящая.

Глава 11

POV Малышка

Олег не дает мне окончательно передумать и сбежать. Хватает за локоть и тянет вниз. На колени. Темный паркет холодит кожу и я дрожу еще больше. Хотя, возможно это из-за того, что впервые в жизни я могу рассмотреть мужской орган так близко.

– Нравится? – я поднимаю взгляд на мужчину. В его глазах я ловлю желание и нетерпение. Хорошо что алкоголь разносится по моим венам и слегка дурманит голову, иначе я бы уже заорала во все горло и стала звать на помощь.

От того как жадно он смотрит на меня сердце пропускает удар, а щеки заливает краска стыда. Я с трудом понимаю что сейчас произойдет. Все кажется сном. Таким порочным и грязным, словно кадры из порнофильма, которые я иногда посматриваю в тайне от всех. Голова кружится то ли от выпитого алкоголя, то ли от нахлынувших чувств.

Он зарывается пальцами в мои волосы, надавливает на затылок, заставляя меня приблизиться ближе к его паху. Никаких поцелуев и ласк.

Мои губы всего в миллиметре от его набухшей головки и я чувствую жар, исходящий от нее. Сглатываю и закрываю глаза. Никогда не думала, что буду делать это. Наверное, секс и все что с этим связано и в самом деле заложено в нас природой и сидит где-то глубоко в подсознании, ожидая пробуждения. Иначе как объяснить, что я, девочка-отличница с первой парты, нахожусь в номере отеля с женатым мужчиной и собираюсь сделать ему минет.

Звучит чертовски плохо.

Я размыкаю губы и беру его член в рот. Совсем немного, но хватка на моих волосах усиливается, а Олег громко и протяжно выдыхает. Я не чувствую никакого отвращения, лишь слегка солоноватый привкус на языке.

– Давай, девочка моя, – голос Олега дрожит и, кажется, он волнуется не меньше моего. Мужчина массирует мою шею подушечкой большого пальца и призывает меня к действию.

Моя рука обхватывает его член у основания и я медленно и не смело провожу по нему языком. Вдоль и до вершины. Мне хочется спросить как ему нравится, хочется извинится потому что ничего не умею, но я лишь молчу и пытаюсь заглотнуть его глубже. Но даже на половину не получается.

Я знаю что он наблюдает за каждым моим движением и это придает мне смелости.

Я играю с ним, то посасывая, то слегка прикусывая нежную кожу. Вожу пальчиками вверх-вниз и сама не понимаю, в какой момент приятное тепло разлилось внизу моего живота, а в трусиках стало мокро. Сбитое дыхание мужчины доказывает без слов, что я все делаю правильно.

Олег напряжен. Тяжело дышит, давая мне полную свободу действий, а потом все же не выдерживает и сам насаживается на мой рот… Так глубоко что я закашлялась.

– Расслабься, детка. Черт, как же хорошо, вот так да, – он задает темп, управляя мной и насаживая меня на свой член. Я облизываю головку, сжимаю ее губами и помогала себе рукой.

Я почувствовала как его член напрягся еще больше и увеличился в размерах, если это вообще возможно. Неожиданно с его губ срывается рычание и я понимаю что он сейчас кончит. Я чувствую терпкий солоноватый вкус во рту, мои глаза расширяются от ужаса. К этому я точно не готова. Я резко отстраняюсь от него, заваливаясь назад и упираясь ладонями о пол, чтобы не упасть.

Наблюдаю за тем как он перехватывает член рукой, водит ладонью по крепкому стволу, кончает и падает спиной на кровать. Я стыдливо вытираю губы рукой и сглатываю, все еще чувствуя во рту привкус мужчины. Меня пробирает озноб и, от осознания того что я только что делала, хочется провалиться сквозь землю.

Я собираюсь сбежать. В этот раз точно. Но голос Олега разрезает тишину, заставляя меня замереть на месте.

– У меня крышу от тебя сносит, Малышка. Кажется, я продержался не более трёх минут. А что будет, когда я окажусь внутри твоей сладкой дырочки? Иди сюда. – Олег похлопал ладонью рядом с собой, но я не спешила подходить к нему.

– Я… мне нужно в ванную, – неуверенно топчусь на месте, поглядывая в сторону своей верхней одежды и сумочки.

Мужчина привстал, упираясь локтями в кровать, и окинул меня горящим взглядом.

– Как по мне, тебе нужен хороший секс.

Он хищно улыбнулся, стягивая с себя обувь, и забрался полностью на кровать, развалившись на ней, словно царь. У него и в самом деле было идеально сложённое тело. Кубики пресса, жилистые руки, чёрная дорожка волос, которая уходила под расстегнутые джинсы, – черт, да он самый настоящий демон.

– Ну же, иди сюда, я заставлю тебя кончать так, как никто до этого.

Своими словами он делает ещё хуже. Нагоняет на меня неловкость и стеснительность.

Нужно сказать ему, что я передумала. Что не смогу так, а потом вспоминаю, зачем именно я пришла сюда. Романтическая жаркая ночь. Вот только романтикой здесь и не пахнет. Олег просто поимеет меня и уедет к своей жене.

– Кажется, даже месяца с тобой мне будет мало, не то что ночи. Ну, чего ты там застыла? Иди ко мне. – Пряжка на его поясе вновь звякнула, и его рука зарылась под джинсы, двигаясь вверх-вниз.

Я сдвинулась с места, чувствуя, как Олег наблюдает за каждым моим движением. Он был пламенем. Обжигающим и опасным. А я мотыльком. Глупым и любопытным. Мотыльком, который, зная, что его крылья могут обгореть, стоит ему приблизиться слишком близко к костру, все равно слепо летит ему навстречу.

– Поли-и-ина, – протягивает он, криво усмехаясь, – иди ко мне. Мы даже ещё не начали.

Не начали? А как же называется то, что произошло всего несколько минут назад?

Я сажусь на край кровати, стараясь не смотреть в сторону его паха, наклоняюсь и медленно тяну за замочек сапога.