Сергей Витальевич Карелин
Мифы и легенды. Книга 7. Последний из рода Бельских

Глава 1 «Полуинвалид»

Глаза открывались с трудом, но, тем не менее, я разлепил их и увидел над своей головой потолок. Пульсирующая боль во всём теле заставила меня застонать.

Все тело горело, и я ощутил страшную жажду.

– Пить, – попытался сказать я, но мои слова превратились в какой-то еле различимый шепот.

– Сейчас, милый, сейчас, – услышал я знакомый голос и увидел склонившуюся надо мной Варвару. Вид у девушки был изможденный, но она явно не могла скрыть своей радости.

– Слава богам, ты очнулся! – Она вытерла заплаканные глаза… Стоп! Заплаканные?

Я попытался привстать, но неожиданно сильные руки Годуновой вернули меня назад, а губ коснулась прохладное стекло стакана. Божественная колодная влага полилась в мое горло, прогоняя боль. Вскоре я почувствовал себя более или менее прилично, если не считать сильную слабость. Меня слегка приподняли и подложили под спину подушку, в результате чего я принял полусидячее положение и посмотрел на устроившуюся на моей постели девушку. Рядом с ней стояли Шемякин и Гвоздев.

Мое пробуждение явно заставило их повеселеть.

– Что там произошло? – поинтересовался я, чувствуя, что мой голос начинает потихоньку возвращаться к привычному звучанию.

– Стапанов применил какое-то отложенное заклинание, – хмуро сообщил мне Шемякин. – Очень сильное заклинание. В результате у нас трое убитых, плюс сам Стапанов, который превратился в горелый кусок мяса. Ну, и вы…

– Что я? – Мне почему-то не понравилась интонация моего Главы СБ.

– У тебя все немного сложнее… – замявшись, сообщила мне Годунова.

– Что? – Я посмотрел на нее и почувствовал, как меня охватывает неприятное предчувствие.

– Амулеты тебя выручили, но твой дед применил какой-то усиливающий артефакт, и часть темного заклинания задела тебя, – произнесла она.

– И что? – раздраженно проворчал я, окинув всех недовольным взглядом. – Говорите уже!

– Ты чувствуешь слабость? – спросила Варвара.

– Ну, есть такое… – признался я. – И что?

– Сейчас ты не сможешь встать. Максимум, сидеть на кровати. Твои мышцы подверглись магическому воздействию, и наступил частичный паралич…

– Но я же могу поднять руку, – возразил я и попробовал это сделать… М-д…Я ее, конечно поднял, но это требовало от меня серьезных усилий. Да и сразу понял, что вряд ли что смогу серьезное действовать ею.

– Так сейчас у тебя со всеми конечностями, – сообщила мне Годунова. – Но через неделю я тебя подниму!

– Если бы не Варвара, – заметил Гвоздев, – вы, господин, могли не выжить.

– Да ладно, подумаешь… просто помогла… – смутилась девушка, встретившись с моим благодарным взглядом.

– Мы предлагали подключить к этому делу Мамонтовых, – заметил Шемякин, бросив неприязненный взгляд на Годунову, – но Варвара от помощи оказалась.

– Они не знают, что у нас находится Годунова? – уточнил я у него.

– Нет, конечно.

– И хорошо. С них брали дополнительные клятвы о неразглашении? – Я посмотрел на Ивана.

– Нет, но взяли бы…

– Пусть возьмут со всех. Они целители. И могут помочь тебе, Варвара. Ты же, помнится, сама предлагала свою помощь нашему роду?

– Предлагала, – кивнула она, – но я обычно привыкла работать одна… мне непривычно…

– Ты против? – прищурился я.

– Да, в общем-то, нет, – вздохнула девушка. – Я попытаюсь, Веромир. Может, даже и интересно будет.

– Ну вот! – улыбнулся я. – Получишь незаменимый опыт. Лично проконтролируй дополнительную клятву, Иван.

– Хорошо, господин.

– А теперь можно подробнее? – Я посмотрел я на Годунову. – Что там у меня за частичный паралич?

В ответ девушка выдала длинное объяснение, усыпанное врачебными терминами, из которого я понял только то, что неделю мне практически не разрешается вставать. И необходима ежедневная терапия.

– А с Академией что? – Я подавил начинавшую охватывать меня панику. Подумаешь, неделю. К тому же это говорит мне будущий лучший целитель Российской Империи.

– Я уже уведомил ректора о вашей болезни. Меня заверили, что все будет хорошо, и вам подключат онлайн-трансляцию лекций. Понятно, без семинаров, но вы, я думаю, потом все нагоните!

– Что ж… – протянул я. – А что отряд Камарина?

– Они отбыли. Тела своих убитых забрали с собой. Тело Стапанова мы пока заморозили. С его помощниками до сих пор занимаемся, но они практически ничего не знают о второй жизни Стапанова. Но есть хорошая зацепка: мы выследили Мастера.

– В смысле?.. Узнали, кто он на самом деле? – вырвалось у меня.

– К сожалению, нет, – виновато сообщил Шемякин, – но сейчас вышли на след и выясняем. В любом случае, это кто-то из аристократов. Не буду рассказывать сейчас, господин, мы работаем. Не хочется делиться непроверенной информацией. Тем более, тут надо аккуратно…

– Мне Император предложил его Скуратову сдать… – сказал я.

Шемякин переглянулся с Гвоздевым.

– Идея, конечно, хорошая, – осторожно заметил он. – Стапанов давал дополнительную клятву в тот момент, когда ему рассказали о заговоре. Первая клятва была просто клятвой верности роду. Мы тут проконсультировались со специалистами Трубецкого, и все в один голос утверждают, что если клятву клану в принципе теоретически обойти можно, особенно с помощью темной магии, то клятву о нераспространении информации обойти нельзя никак. Никакая темная магия не поможет этому, так что Стапанов никому не рассказывал о заговоре. Но мы все равно выясним, когда возьмем Мастера. К тому же к делу подключились СБ трех родов наших союзников. Мы вычислим его, господин! Клянусь вам.

– Я тебе верю, Иван, – улыбнулся я.

– Тогда мы вас оставим, – сказал мне Гвоздев. К понедельнику мы наладим онлайн-связь с Академией, и вы будете слушать лекции и общаться со своими друзьями. Единственная просьба, господин: для всех вы просто заболели.

– И ты думаешь, Иван, что настырные девушки вроде Трубецкой не поймут, что вся эта простуда липовая?

– Трубецкие и Голицыны будут знать часть правды и будут вам подыгрывать, господин. Их отцы за это поручились. Так что не переживайте.

– Ясно, – кивнул я. – А Император?

– Ему, я думаю, можно рассказать правду. Он наш преданный союзник, кровно заинтересованный в нас и в Трубецких с Голицыными.

– Понятно. Капсула же у нас есть?

– У нас две капсулы, господин – сообщил мне Гвоздев. – Одна ваша. вторая совершенно новая.

Я покосился на Варвару, которая, услышав о второй капсуле, встрепенулась. Ну, раз так…

– Тогда перестройте мою, в воскресенье выйду в игру. А новую… – Я весело посмотрел на замершую в ожидании Годунову. – Вторую тогда отдайте Варваре. Ты точно сумеешь ее настроить? – спросил я ее.

– Да – уверенно заявила она.

– Все равно проверьте с нашими программистами, – строго произнёс я. – Павел, ты проконтролируй. Если все нормально, на неделе попробуем возродить Таис.

– Извините, господин… – Шемякин возмущенно посмотрел на девушку. – Я хочу сказать, что это неоправданный риск. Если выяснится, что госпожа Годунова находится у нас, будут серьезные проблемы. Может, мы подождем пару месяцев, пока все немного не успокоится? Даже служба Скуратова не сможет активно искать человека два месяца… В конце концов, он вынужден будет смириться. К тому же у нас с Павлом есть один план, который поможет решить эту проблему…

Вот тут мы уже вдвоем с Варварой уставились на него.

– Пока не буду говорить, – помотал головой Шемякин. – Когда все оформится в реальный план, расскажу. Но, думаю, до конца следующей недели. Но есть один вопрос. Госпожа, вы уверены, что ваше игровое имя никто не знает?

– Уверена, – кивнула Варвара. – Я специально говорила и брату, и отцу, что играю под именем Ио. Они так и считают. Поэтому настоящее мое имя знают только Веромир, Император и Вяземская. Но та дала клятву о неразглашении.

– Хорошо, – кивнул с довольным видом Гвоздев. – И еще вопрос, госпожа: Веромиру можно играть?

– Даже нужно, – авторитетно заявила Годунова. – Это стимуляция мозга и, соответственно, отделов, отвечающих за двигательные действия тоже. Так что это только ускорит процесс восстановления. Но сегодня – не более трех часов. Завтра – посмотрим….

– Что ж, тогда мы подготовим вам капсулу, господин.

– Идите. – Я слабо махнул рукой. – Все новости сразу докладывайте. А, кстати, – спросил я, глядя на девушку, – мне, наверно, в мои апартаменты нужно?

– Сегодня тебе нужно побыть у меня, – сообщила мне Варвара. – Тебе нужны определенные процедуры. Первый день самый сложный. Завтра вечером переведем тебя к себе, и я уже буду приходить. Постепенно процедур будет меньше. Но мне надо постоянно наблюдать за тобой.

– Слово целителя – закон! – улыбнулся я.

Гвоздев как-то загадочно хмыкнул, в вот Шемякин, наоборот, нахмурился. Да, я знал, что ему очень не нравится, что Варвара живет в нашем поместье. Годуновых он просто ненавидел. С другой стороны, сегодня она практически спасла мне жизнь, и он не мог отрицать этот явный факт. Так что пусть привыкает.

Тем временем мы остались с Варварой остались вдвоем. Она обняла меня и, прижавшись к груди, прошептала:

– Я так испугалась!

– Я сам испугался, – признался я, и тут она меня поцеловала – аккуратно и обстоятельно, явно с большим чувством. Я обнял Годунову и ответил на поцелуй, который, кстати, затянулся, и когда мы оторвались, друг от друга, Варвара тяжело дышала.

– Вот приведу тебя в порядок, – прошептала она, вставая с моей кровати, – тогда у нас все будет.

С этими словами Варвара удалилась, а я остался на кровати размышлять о смысле ее многообещающих слов. А я готов на это «все у нас будет»? На сто процентов не уверен.

В общем, ночь прошла на кровати в покоях Варвары. Ничего неприличного. Да в нынешней ситуации вряд ли я смог бы что-то сделать… Тем более, девушка вела себя невозмутимо и спокойно, как заправский врач. Меня быстро раздели и провели сорокаминутный сеанс лечения, заключавшийся в блуждании над моим телом ладонями, от которых исходило приятное тепло. После чего я просто заснул.

Утром вновь был сеанс терапии, после чего меня накормили завтраком. Весь день меня лечили каждые полчаса. Причем я видел, что девушка явно устала, но на мои возражения не реагировала. И ее старания мне явно помогли. По крайней мере, руками я двигал гораздо легче. Даже ногами пытался.

А вечером молчаливые ребята Шемякина аккуратно перенесли меня в мои апартаменты. Туда вскоре пришла Варвара, и я вновь насладился получасовым сеансом лечения, закончившимся поцелуями…

– Ты меня специально заводишь, что ли? – проворчал я, когда девушка уходила.

– Как ты догадался? – Она весело посмотрела на меня. – Ты же ничего сделать не можешь… – И с этими словами выскочила за дверь.

М-да… женская логика – это тёмный лес!

После ее ухода, словно дождавшись этого, на планшет начали сыпаться звонки.

Первым позвонил Трубецкой. Я поблагодарил его за помощь и выслушал соболезнования по поводу смерти деда, которого так и не успели допросить. Чувствовалось, что Трубецкого теперь гораздо сильнее зацепила вся эта история. По крайней мере, он заверил меня, что его люди активно работают по поискам Мастера и никуда эта сволочь от нас не денется. Насчёт того, чтобы рассказать обо всем этом Скуратову, Сергей Ильич был категоричен.

– И не вздумай! Не хватало ещё впутывать в это дело и эту лису Скуратова! Он точно что-нибудь вынюхает. Сами разберемся!

– А если нет? – все-таки уточнил я.

– В любом случае, обращаться к нему будем только при крайней необходимости. Лично я не вижу проблемы в том, чтобы справиться силами четырех Великих родов. Так что ты выздоравливай. Может, тебе своих лекарей прислать?

– Спасибо… не надо, – отказался я.

– Ах, да! – хмыкнул Трубецкой. – Ты ж к себе под крыло целый род Мамонтовых взял. Хороший род. И целители хорошие. Поздравляю!

– Спасибо!

– В общем, если понадобится какая-либо помощь, сразу звони!

Заверив его в этом, я завершил вызов. Потом, с небольшими перерывами, позвонили Голицын, Демидов и Уваров. Но тут ничего нового – стандартные вопросы о здоровье и предложение помощи. Что странно, все они знали о Мамонтовых и дружно поздравляли меня с этим приобретением. Вот не понимаю, почему они сами его не взяли под свое крыло? Боялись вассалитета? Ну, скорей всего… хотя я, может, еще чего-то не понимаю.

После союзников стали звонить девушки из группы. Здесь, конечно, разговоры были приятнее и веселее. О произошедшем знали только Трубецкие и Голицыны. Остальным же скормили легенду о том, что я просто прихворнул, перенапрягшись во время тренировки.

А вот сестры заботливо выпытали все о моем состоянии. Особенно интересовало их, кто меня лечит. Как оказалось, они были готовы посоветовать лучших целителей из их родов, недоумевая, почему это не предложили их отцы. Я пояснил, что мне не надо мощи, мол, лечат меня новые мои лекари Мамонтовы. Как оказалось, фамилия эта известная, и девушки сразу одобрили такой выбор, но, тем не менее, забросали меня советами по поводу лечения. Особенно отличилась Вероника, которая, казалось, могла рассуждать на любую тему.

Кстати, если Голицыны звонили вдвоем с плантела Анны, то вот Трубецкие позвонили по отдельности. И Елена даже уточнила, буду ли я в игре. Я сообщил, что буду, на что мне назначили встречу в семь вечера, в той же самой таверне, где мы общались в четверг с Орфеем. И, насколько я понял, присутствия остальных членов группы не ожидалось. И это даже хорошо, так как сегодня Варвара не разрешила мне находиться в игре более трёх часов, а в игре, в принципе, я собирался зайти в Храм, а может, еще и на рынок.

Потом позвонил мой японский сосед, к которому присоединилась Наоми. Мне показалось, что девушка искренне переживает за меня. Тут тоже мне предложили какого-то их нетрадиционного целителя, но я также вежливо отказался.

А ближе к семи вечера, когда я уже собирался отправиться в игру и решил вызвать мощь в лице ребят Шемякина, позвонил Император.

– Привет! Как ты? – В голосе Ивана слышалась тревога.

– Да так… – махнул я рукой. – Терпимо. Парализовало немного.

– Чего?! – Он как-то испуганно уставился на меня. – Может, тебе врачей прислать?

– Ты забыл, кто у меня в гостях? – усмехнулся я.

– Точно! Годунова же! Она тебя лечит?

– Ага, – подтвердил я, – обещала за неделю на ноги поставить.

– Ну, если она обещала, то поставит, – как-то сразу успокоился Император. – А с этим Стапановым что?

– Пока глухо, – признался я. – Но, думаю, размотаем мы это клубок.

– Держи меня в курсе, – строго произнес Иван.

– Буду, Ваше Величество, – не удержался я от шпильки, заметив, что мой собеседник явно недоволен таким обращением. – Ты-то сам как? Похороны, я так понял, кончились?

– Они закончились еще в двенадцать, – проворчал Иван. – Потом – три часа всевозможных церемоний и поминальный обед. Вот сейчас я удалился в свои покои, так что могу звонить и разговаривать. В восемь еще траурный ужин с послами. Буду по второму разу соболезнования выслушивать. Эх… Ты сам-то в игру пойдешь?

– Да, – кивнул я. – Аврора позвала.

– Аврора? – усмехнулся Иван. – Ну-ну!

– Никаких «ну-ну»! – возмутился я. – Я вообще-то полуинвалид. Так что…

– Ну, на игру это не распространяется, – логично заметил Император, – но твой посыл понял. Ладно, Веромир. Рад, что у тебя все будет хорошо. Надеюсь, вы справитесь. Но если что-то нужно, сразу обращайся.

– Обязательно, – заверил я его.

На этом мы расстались. Вот же… такое плотное общение, особенно через плантел для меня в новинку. Я даже слегка устал. Не любитель я вот такого общения. К тому же нужно постоянно задумываться о том, чтобы не сказать кому-то что-то лишнее. Но сейчас, вроде, все позвонили, со всеми поговорил, всех успокоил. Я вызывал Шемякина, и тот вместе с двумя своими ребятами осторожно положил меня в капсулу.

– Как выйдете, позвоните, господин, мы рядом, – заботливо сообщил он, пока крышка капсулы опускалась.

Что ж, пора в «Мифы и Легенды»!

Глава 2 Снова рояли

И снова здравствуй, античный мир! Здравствуй, привычное уже палящее солнце и лёгкий ветерок, который нисколько не смягчал жару! Появился я рядом с той самой таверной, в которой мы принимали в нашу группу Орфея, и сразу увидел, что Аврора уже в игре. Написав ей, что жду у входа, спустя пять минут удостоился чести лицезреть Елену Трубецкую собственной персоной.

– Привет! Договорились же встретиться в таверне! – недовольно произнесла она.

– Сначала дела, потом развлечения, – наставительно сообщил ей. – Пошли в храм?

– Пошли.

Мы направились к храмовой площади, которая, как оказалось, находилось недалеко от таверны. М-да, когда мы вышли на нее, я на несколько минут просто подвис. Это гигантомания какая-то! На огромном пространстве вымощенным мраморными плитами расположились сами храмы. Не знаю, сколько их тут было, но тех, что я смог увидеть, было с десяток. Величественные белокаменные здания буквально нависали над нами, заставляя ощущать себя букашками на их фоне. Кстати, все они были похожи один на другой. Разница была только в фигуре бога или богини, возвышающейся над крышей здания. Свою Артемиду я увидел сразу. Беломраморная красавица глядела на меня пустыми глазницами, словно приглашая зайти в ее Храм.

– Ну что, я пошел, – сообщил Авроре.

– К кому? – поинтересовалась она.

– К Артемиде.

Честно признаюсь, до сих пор так и не понимал, зачем народ скрывает своих покровителей. Все равно рано или поздно это всплывет, особенно в квестах, которые тут, как я понял, были частенько завязаны на фракции.

– Надо же! – Тут я понял, что Аврора смотрит на меня с удивлением.

– Что? – не понял я.

– У меня тоже покровитель Артемида.

– Ну и отлично! – пожал плечами я. – Тогда вместе пойдем.

И мы вдвоем направились к нашему Храму. Народу на площади было не много – в основном, неписи, которые прямо здесь развернули свои лавки. Перед каждым храмом, соответственно, лавка, как я понял, торгующая атрибутами бога-покровителя Храма. В лавке перед нашим Храмом торговала симпатичная длинноволосая разбитная блондинка в о-о-очень коротком хитоне, по имени Кассия, 24 уровня. Правда, покупателей у нее было не много. Да и, пробежавшись по прилавку взглядом, я не обнаружил ничего стоящего. Обычные и редкие кольца и амулеты, всевозможные безделушки. Какую-то ценность представляли собой лишь свитки. Вот таких свитков я точно пока не встречал. Для их использования необходимо было иметь в качестве бога-покровителем именно Артемиду. В основном это были свитки призыва разнообразных существ, начиная от волков и заканчивая единорогами и Пегасами. Ну, ради интереса я спросил, сколько стоит призыв Пегаса 50 уровня, и выпал в осадок: для того чтобы получить себе на полчаса в компаньоны это создание, надо было выложить аж 250000 драхм. В общем, нужно быть миллионером. К моему изумлению, Аврора прикупила несколько свитков вызова Пегасов 30 уровня и василиска 25 уровня, отдав за всю эту красоту, по моим подсчетам, порядка 100000 драхм. М-да… Вот, может, я и скряга, но у меня рука не поднялась бы выбросить такую сумму на свитки.

– Чего так смотришь? – От Елены не укрылась моя реакция на ее покупки.

– Нафига? – поинтересовался я.

– Надо, – коротко ответила девушка. – Я люблю играть комфортно. Нам пригодится все это. Вот купил бы тоже чего-нибудь.

– Не… – покачал я головой, – я пока подожду. Есть более важные покупки. Пошли в Храм?

– Пошли.

И мы, поднявшись по ступенькам, вошли в прохладный Храм. В первом зале с одним из бритоголовых жрецов общалось двое игроков сорокового уровня. Судя по повышенному тону игроков, которые то и дело перебивали друг друга, разговор явно был нервным. Ну, мы прошли во второй зал. Как и в прошлый раз, натёртый до блеска зеркальный пол, величественные колонны, тянувшиеся вдоль каменных стен, и в центре зала – не менее величественная статуя Артемиды.

Перед статуей располагались два высоких бронзовых светильника, между которыми возвышался круглый каменный жертвенный алтарь. Рядом с ним стоял жрец в белоснежном хитоне.

Жрец Артемиды.

Уровень 30

Но на этот раз все пошло не так, как в прошлое мое посещение Храма в Фасисе.

– Господа, – произнес жрец глубоким грудным голосом, подходя к нам, – мы рады приветствовать в нашем Храме верного слугу великой богини Вергилия… – Он покосился на Аврору. – И его спутницу. Мы рады, что осененный ее благодатью добрался до своего дома…

Вон как завернул! Интересно! Я так популярен у богини? В авторитете, короче. Покосившись на свою спутницу, понял, что та явно недовольна.

– И что ты такое сделал, чтобы так к тебе относились? – недовольно прошипела мне в ухо Аврора, мило улыбаясь жрецу.

Я решил, что отвечать на этот риторический вопрос не буду.

– Итак, что вы хотите, господа? – осведомился жрец.

– Принести дары, – сообщила ему Аврора, на что тот заулыбался.

– Конечно, уважаемая госпожа! Прошу!

Аврора подошла к алтарю и выложила на него несколько предметов, которые я не смог разглядеть, после чего окуталась золотыми искорками и, довольная, вернулась к нам.

– Все хорошо? – задал я чисто риторический вопрос.

– Ага, – ответила девушка.

Ну, вот и моя очередь. Я шагнул к алтарю и недолго думая выгрузил на него часть своего инвентаря. В принципе, вещи, которые валялись у меня давно (они не занимали много места, так как в «Мифах и Легендах» существовало странное правило: чем меньше уровень вещи, тем меньше места она занимает в инвентаре), в основном, все обычное – оружие и кольца. То, что я не успел продать, да и стоило оно не много. Получу какое-нибудь благословение да свалю. Но вновь мои ожидания не оправдались. Вещи исчезли, меня окатило золотистыми искрами.

Богиня приглашает вас на беседу

Согласиться?

Да/нет.

Помните, что в случае отказа от встречи с богиней-покровительницей

Ваша репутация с ней существенно снизится.

Ну, конечно же, да. Я дурак, что ли, от таких бесед отказываться? Я нажал, да и оказался в знакомой мне уже беседке. Вокруг – все та же зелёная поляна, в центре ее – мраморная белая беседка, в которой я и стоял. Пространство вокруг было выложено богато украшенными плитами. Рядом с беседкой по-прежнему находился небольшой бассейн из белого мрамора. Вокруг него стояли статуи четырех обнаженных мраморных девушек с наклоненными чашами, из которых, искрясь на солнце, в бассейн падала вода. Вспомнив о том самом волшебном фонтане, оглядываясь по сторонам и осторожно ступая по мраморным плитам, я подошёл к бассейну. Вот он!

Легендарный Фонтан богини Артемиды

Уровень 100

Дает рэндомные бонусы в зависимости от уровня игрока.

Интересно! А если еще попробовать?

Я положил руку на прохладный мрамор бортика бассейна и, не в силах больше сдерживаться, наклонился, но подставить рот под тоненькую струйку воды, падавшей из чаши, которую держала одна из мраморных красавиц, не успел.

– Ай-ай-ай! – раздался укоризненный, но такой знакомый обворожительный голос, и, повернувшись, я увидел уже знакомую мне ослепительно красивую черноволосую девушку с зелеными глазами; правда, на этот раз на ней было богатое платье, расшитое золотом, и даже скорее не платье, а его подобие, так как оно совсем не скрывало идеальную фигуру богини. И она весело смотрела на меня. Смешинки в ее глазах явно не сочетались с укоризной в голосе.

– Извиняюсь, – смущенно заметил я, совершенно по-детски пряча руки за спиной.

– Да, я понимаю! – звонко рассмеялась Артемида. – Видишь, на этот раз даже Пегасик не появился: знает, что все это зря. Все равно вода из фонтана на этот раз ничем бы тебе не помогла. Из моего фонтана можно отпить волшебной водицы только единожды, а второй раз это просто обычная вода. Но если ты хочешь утолить жажду – пожалуйста. Но я рекомендую вино…

Богиня махнула рукой, и перед нами появился небольшой белый столик с кувшином вина и двумя изящными хрустальными бокалами. И два невысоких мраморных стульчика.

– Садись, Вергилий.

Кто я такой, чтобы отказывать богине? Мы устроились за столом, и я под одобрительным взглядом богини разлил вино.

Артемида взяла свой бокал и задумчиво посмотрела на меня.

– Вот не пойму я, Вергилий: вроде, ты обычный бессмертный, а чем-то мне приглянулся. Да и Зевс тебя неожиданно отметил.

Я завис? Кто?! Зевс?! С какого рожна вообще?! Или она о том самом квесте? Точно, о нем.

– Случайно, – ответил я, изображая смущение.

– Это понятно! – улыбнулась Артемида и подняла свой бокал. – За тебя, бессмертный Вергилий!

Очуметь! Богиня за меня тост поднимает! Пусть и в виртуальной игре, но что происходит?! Но я выпил вместе с ней. Вино оказалось действительно божественным. Хотя и не только.

Вы выпили вино «Нектар Богов»

Все характеристики +1 (постоянно).

Похоже, после этого больше меня в этой игре больше ничем не удивить. Сижу тут с богиней, вино пью…

– Времени у нас не очень много, – произнесла тем временем Артемида. – Мне нужна от тебя услуга, Вергилий.

– Всегда готов! – ответственно заявил я.

Поздравляем вас, игрок! В связи с повышенной репутацией с богиней Артемидой вам несказанно повезло. Вы вновь встретились в игре с богиней, но на этот раз инициатива исходила от самой богини.

Вы получаете уникальное достижение – «Любимец богов».

Вы – четвертый человек в игре, получившей подобное достижение.

Награда – задание божественного класса.

Богиня-покровительница Артемида предлагает вам задание

Класс – божественный

Верните перстень Зевса, подаренный своей дочери Артемиде.

который похитил король кентавров Хирон.

Награда

Опыт + 30000

Золото + 100000 драхм

Характеристики +4

Навыки+4

Уникальный навык.

Три свитка с вызовом существ эпического класса, уровень 40+

Репутация с богиней +10

Выполнение задание не ограничено по времени.

Штраф за отказ.

Лишение покровителя. Проклятие Артемиды сроком на месяц.

Вы можете выполнить это задание в группе. Вы можете передать его двум людям. Они должны иметь покровителем богиню Артиемиду.

Принять да/нет.

«Да ну его нахрен, от такого не отказываются! Я что, сумасшедший?!»

Я дрожащей рукой нажал подтверждение.

Поздравляем вас, но имейте в виду, что боги переменчивы и их легко разозлить. Будьте осторожны!

– Ну, вот и отлично! – ослепительно улыбнулась мне Артемида. – Ты справишься, герой!

В следующий миг беседка вместе с богиней растаяла, и я очутился перед алтарем. Развернувшись, увидел выпученные глаза жреца, который смотрел на меня, как на какое-то чудо, и не менее удивленные глаза Авроры, в которых просто плескалась любопытство.

– Вы осенены дланью богини! – дрожащим от охвативших его чувств голосом воскликнул жрец. – Это чудо!

– Да, действительно, чудо… – пробормотала Аврора. – Ты мне расскажешь, дорогой Вергилий? – И, подхватив меня под руку, она удалилась вместе со мной из Храма. Нас провожали восхищенные взгляды жрецов.

– Рассказывай! – выпалила Аврора, едва мы оказались на площади.

Я задумчиво посмотрел на нее.

Вы хотите поделиться заданием с игроком Аврора?

Да/нет.

Я нажал на «да» и ехидно посмотрел на девушку. Та подвисла, читая сообщение, а потом, завизжав, повисла у меня на шее.

– Это же круто! – воскликнула она.

Игрок Аврора приняла ваше предложение

– Расскажешь? Как ты вообще такое умудрился провернуть?

Я скептически посмотрел на девушку.

– Не будешь рассказывать, – печально ответила она.

Я, улыбнувшись, кивнул.

– Но выполнять-то мы его будем? – Аврора посмотрела на меня с надеждой.

– Выполнять? – Я покачал головой. – Если не секрет, как ты планируешь это сделать? Во-первых, если я правильно понимаю по курсору на моей карте, место, которое нам нужно, находится, мягко говоря, далековато от Афин. Это практически у подножия гор. Во-вторых, мы не знаем, какого вообще уровня этот Хирон. Надо сначала выяснить, по форумам полазить. Сдается мне, что этот товарищ нам не по зубам. И, в-третьих, у нас уже есть квест…

– Ну, пока перерыв, можно этот выполнить, – возразила Аврора, с надеждой глядя на меня. – Божественный же!

Я только покачал головой. У меня появилась идея попросить народ из группы нам помочь. Двоим нам тут по-любому ничего не светило. Все равно до возвращения в Эфес время у нас было. Я прикинул: до того самого места, где должна была находиться цель задания, было дня четыре пути. Можно было прошвырнуться. Потом вернемся порталом в Эфес как раз к сроку…

– Ладно, – кивнул я, – завтра народ появится – поговорим. А сейчас что? Фармить?

– А пошли лучше в таверну, – неожиданно предложила моя спутница. – Выпьем. Что-то нет настроения фармить… Ты как?

– Пошли, – кивнул я.

Действительно, к тому же я не собирался сегодня долго зависать, вспомнив слова Варвары. Поэтому мы вернулись в таверну, где заняли отдельный столик у стены и заказали пиво и закуски. Хорошо еще, что Елена знала о том, что со мной приключилось, поэтому лишних вопросов на этот счет и не было. А потом как-то ненавязчиво мы переместились в один из номеров на втором этаже, который хозяин сдавал с почасовой оплатой. И повторилось то, что у нас уже было. Только на этот раз я знал, кто скрывается за именем Аврора. Мне почему-то показалось, что сестры реально решили посоревноваться между собой. Хотя, наверно, это глупые мысли. Но мне-то что? Игра есть игра, но и в игре секс – весьма приятное занятие. Так что выходил я в реал, удовлетворенный и в хорошем настроении.

* * *

Сергей Ильич Трубецкой смотрел на своего начальника СБ и не верил своим ушам.

– Ты в этом уверен, Костя? Повтори еще раз…

– Уверен, Сергей Ильич. Есть видео слежки за ним. – Он положил флэшку на стол Главы рода. – И да, после той встречи, он отправился прямиком к себе домой. Мы проследили за ним до конца. А тот особняк, в который он зашел, известен всем. Может, это была и случайность, только вот он лицо свое открыл, когда заходил в него.

– Не верится! Никогда бы не подумал! – сокрушенно покачал головой Трубецкой, но вдруг весело посмотрел на безопасника. – А это нам на руку…

– В смысле?.. – не понял его собеседник. – То есть, мы не будем никому сообщать? Я думал, стоит сообщить Скуратову, это его епархия…

– Сообщить мы всегда успеем. – Трубецкой откинулся на спинку кресла. – Такая информация… это нужно преподнести вовремя, в нужный момент. Но главное – не упустить этот самый момент. К тому же надо понять, замешен ли здесь сам Скуратов. Одно дело, когда он просто ничего не знает. Но вдруг в этом непонятном заговоре и его рыло замазано? Только подумайте: темный маг во дворце Императора Российской Империи! Нет, здесь надо действовать очень тонко. Это может скомпрометировать Скуратова, и тот вообще не отмоется. Просмотреть у себя под носом темного мага! Да, возможно, и заговор.

– А Бельскому будем сообщать?

– Бельскому? – Вот тут Трубецкой задумался. – Думаю, ему пока не стоит говорить об этом. Тем более, если верить твоему рассказу, он зачем-то нужен Мастеру. В общем, успеем рассказать. Надо сначала самим разобраться. Продолжайте слежку. Но как только заметите какие-то опасные телодвижения, сразу сообщайте. В любое время дня и ночи! Надеюсь, у тебя там люди нормальные?

– Не сомневайтесь… – заверил его Костя. – Самых опытных поставил.

– Смотри! – строго посмотрел на него Глава рода Трубецких. – Это очень серьезно! Если упустим, может так рвануть – мало не покажется! И надо вычислить всю цепочку. Куда тянутся ниточки, да и какая цель у этих темных магов. Зачем им нужен наш Веромир?

– Выясним, господин. – Костя поднялся со стула. – Не извольте сомневаться. Лично возьму под контроль!

– Вот именно, возьми! – проворчал Трубецкой. – Иди. И помни: в любое время дня и ночи!

Когда Глава СБ покинул кабинет, Сергей Ильич некоторое время задумчиво смотрел перед собой. Он понимал, что сейчас может сложиться очень удачная ситуация, и упускать ее было нельзя. Потом, тяжело вздохнув, достал плантел и набрал номер.

– Привет! Надо встретиться. Когда? Да, хорошо, в среду вечером подъезжай. Что? Да разговор на по плантелу. Отлично! До встречи!

Глава 3 «Удаленка»

Поместье Трубецких

Кабинет Главы рода

Среда. Вечер

– Итак, Сергей, – спросил гость, пригубив коньяка из хрустального бокала, – что случилось? Честно говоря, я заинтригован.

– Поверь, я сам был поражен до глубины души, когда узнал эту новость, – невесело хмыкнул хозяин кабинета, сидевший напротив гостя и тоже гревший в руке стакан с янтарного цвета жидкостью янтарного цвета.

– Ну так не томи… – проворчал Голицын, который и был гостем. – Говори уже!

– Мы нашли одного из помощников Мастера, который носил имя Алекс, – произнес Трубецкой и остановился, выдерживая долгую театральную паузу.

– Вот как? – Голицын поставил свой бокал на стол и, наклонившись, уставился на своего собеседника. – Кто?

– Степан Аркадьевич Разумовский, глава Имперской канцелярии!

– Что?! – Голицын с какой-то жалостью смотрел на Трубецкого. – Сергей, ты с ума сошел?! Ты понимаешь, о чем говоришь?!

– Нет, Андрей, – хмуро возразил ему Сергей Ильич, – не сошел. Хотя хотел бы.

– Не верю! – вырвалось у Голицына.

– Не веришь… – покачал головой Сергей Ильич и, взяв пульт включил висевший на стене телевизор. – Тогда посмотри один короткий фильм. Может, он тебя убедит.

По мере просмотра фильма лицо Голицына становилось таким же хмурым, как и у его друга. Но вот просмотр был закончен, и хозяин кабинета выключил телевизор. – Что теперь скажешь? – не скрывая ехидства в своем голосе, спросил он.

– Это невозможно, – уныло ответил Голицын. – И что нам теперь делать? И кто об этом знает?

– Никто не знает, кроме меня, тебя, моего Кости и тех, кто сделал это видео, – успокоил его Трубецкой. – Думаю, пусть больше никто и не узнает об этом – по крайней мере, пока.

– Вот как… – Голицын задумчиво посмотрел на хозяина кабинета. – У тебя я, гляжу, есть план?

– Да, – не стал спорить с ним Трубецкой, – но план очень простой. Пока мы следим за всем этим непотребством. Надо сначала все точно проверить. Ты понимаешь, какая в руках у нас появляется бомба? Тут нельзя торопиться. К тому же нам по прежнему неизвестна личность самого Мастера.

– Понимаю я! – раздраженно махнул рукой Андрей Александрович. – Вот же не было печали! Может, мою СБ подключить?

– Не надо, – покачал головой его собеседник, – много людей тут не нужно, а вот то, что нам надо усилить охрану Веромира, это несомненно. Тут ты можешь помочь.

– Да не вопрос! – хмыкнул Голицын. – Но как ты это нашему союзнику объяснишь? Он не дурак. Да и Гвоздев с Шемякиным поймут, что тут что-то не так.

– Ну, тут не проблема. Я сам поговорю с нашим молодым князем. Не думаю, что он откажется от дополнительной охраны. К тому же не обязательно селить ее в поместье. Там деревня имеется. Снимите три-четыре дома да устройте посменную охрану.

– Если он согласится, то я уже сказал, что хоть завтра, – заверил его Голицын.

– Ну вот и хорошо! В четверг утром позвоню ему. Так что можешь действовать.

– Хорошо, – кивнул его собеседник, – приеду домой – распоряжусь.

– Этот вопрос решили, – удовлетворенно заметил Сергей Ильич, – а теперь давай как следует подумаем, что мы можем сделать с этой «бомбой». И нужно усилить поиски этого Мастера.

* * *

Понедельник оказался весьма насыщенным. Сначала с утра появилась Годунова, сделала традиционный массаж, после чего заявила, что теперь днем со мной будет работать София Мамонтова вместе с двумя своими помощниками. Как выяснилось пока я вчера находился в игре, трое целителей, включая Софию, принесли дополнительную клятву, и теперь Варвара работала вместе с ними. После завтрака, который Даша принесла в мои апартаменты, появились двое компьютерщиков, и после их получасовой возни заявили что я могу заниматься онлайн.

В это же время позвонил Трубецкой обрадовав меня просьбой о дополнительной охране меня любимого. А я что? Лишняя охрана точно не помешает, к тому же он предлагал разместить ее в деревне рядом с поместьем и если чего я, Гвоздев и Шемякин всегда могли вызвать помощь. К тому же он обещал установить какие-то магические передатчики, которые невозможно засечь и отследить.

После разговора с Трубецким я подробно расспросил компьютерщиков и выяснилось что мне настроили этакую интерактивную связь, то есть, подключившись к специальному оборудованию в аудиториях, я видел на своём большом телевизоре в кабинете аудиторию. Причем компьютерный ИИ сразу моделировал съемку с нескольких камер. Создавался реальный эффект присутствия. И видели меня в качестве голограммы и все присутствующие в аудитории. Но это касалось лекций. На семинарах по понятным причинам я мог лишь наблюдать за тренировками своих одногруппников, ну и выслушивать советы Борща. В общем, день прошёл весьма позитивно. Я даже умудрился пообщаться на переменах с народом из своей группы. Правда, разговоры в основном касались моего здоровья, но тут основным ньюсмейкером как всегда выступала Вероника Трубецкая.

От нее я узнал, что после Нового года, у нас в Академии ожидается новое пополнение иностранных студентов, среди которых будет тот самый австралийский третий наследник Кирилл Маккинли с примесью русской крови. И, как уверяла Вероника, он должен попасть в нашу группу. Правда, откуда у нее подобная информация, она не говорила, да и я, честно говоря, не понимал шума по этому поводу. Ну, появится какой-то третий наследник Австралийской империи, и что с этого? Вон, с нами вообще Император инкогнито учился. Но особенно у женской части группы предстоящее появление новенького вызывало прямо-таки небывалый ажиотаж.

В общем, решив списать все на типичное женское любопытство, я решил не заострять внимание на этих австралийских гостях.

Но, как оказалось, это еще не все. Наши французские девушки заявили всем, что в субботу в посольстве Франции состоится прием и на него все приглашены. Правда, при словах «все приглашены» они почему-то смотрели на меня.

– Если смогу, буду, – пообещал я, узнав, что сегодня мне уже отправлено приглашение.

– Будем очень рады тебя видеть, Веромир, – проговорила Мари, подарив мне такой многообещающий взгляд, что я только порадовался, что рядом нет нашего Императора. Шуйский, то есть Рюрикович, по-моему, близко к сердцу воспринял невозможность интрижки с этими французскими красавицами. Как я понял чуть позже, там должна была быть практически вся группа. Правда, мне не очень было понятно, что за повод, но Мари напомнила всем, что в субботу триста двадцатая годовщина воцарения Наполеона Первого, с которого и пошла династия Бонапартов, правящих Францией по сей день. Надо же! Я, конечно, знал о Наполеоне, но Франция никогда не была слишком близкой к Российской Империи страной: слишком часто в прошлом пересекались их интересы и вспыхивали маленькие и большие войны. Поэтому в учебниках истории о ней много информации найти было нельзя. Но последние три десятка лет ситуации изменилась. Отношения серьезно потеплели.

В перерыве между лекциями меня уже лечила София, правда, под внимательным наблюдением Варвары. То же повторилось и во время обеденного перерыва в Академии. И надо признать, что после каждого такого сеанса мне становилось лучше. Слабость постепенно уходила. Вечером я вновь вышел в игру. Как и предполагала Аврора, предложение помочь нам с квестом не вызвало возражений, и, как оказалось, у остальных участников нашей группы были другие боги покровители, кроме …Орфея. Да, этот кадр появился как ни в чем не бывало, да и вообще вел себя так, словно не было никаких с ним терок в прошлом, а так как будет он с нами чуть ли не сначала игры. Так вот у Орфея не было бога-покровителя, и когда он узнал о моём квесте, то сразу побежал на площадь Храмов и выбрал себе богиней-покровительницей Артемиду. Я только поражался оборотистости этого человека. Что же такое случилось что сам Император решил включить этого мутного игрока в нашу группу?

Так что мы направились к цели нашего квеста. На этот раз, насколько я понял, мы заходили на более высокоуровневую территорию, что сразу было видно по местным мобам. Пусть их и стало меньше, но зато они теперь были и выше уровнем, и разнообразнее. Начали появляться какие-то василиски, мантикоры, гидры тридцатых уровней. Слава всем богам, они не собирались в группы больше трех особей, иначе нам бы давно пришел трындец. Но передвижение по заросшей невысокой желтоватой травой степи сильно замедлилось. Хотя мало кто возражал против этого: лут падал очень неплохой.

Кстати, Орфей оказался весьма полезным участником нашей группы. По крайней мере, трое «танков» весьма облегчили нам жизнь. И новоиспеченный член отряда явно приносил пользу. Я даже поразился, насколько легко он вписался…

В общем, вся неделя пролетела в таком вот рабочем режиме: днём – онлайн-занятия и лечение, вечером – игра и фарм. Здоровье мое шло на поправку, и, честно признаюсь, по своим ощущениям, я мог уже в четверг выходить на учебу, но тут Годунова и ее напарница Мамонтова, с которой, как я видел, Варвара сдружилась, встали просто стеной. Мол, только в понедельник и только долечившимся. Понятное дело, что я сдался. А вариантов, как говорится, других-то и не было.

В четверг неожиданно позвонил Трубецкой. После обычных вопросов о здоровье он вдруг предложил усилить охрану моего поместья. На мой логичный вопрос, зачем, Сергей Ильич пустился в какие-то туманные объяснения…. Судя по всему, он что-то знал, но не хотел об этом говорить. И, кстати, охрану, по его словам, будут осуществлять люди Голицына.

Но так-то я как раз не против. Дав согласие и пообещав, что мой глава СБ свяжется с главой СБ Голицыных, попрощался со своим собеседником. Интересно, почему не сам Голицын позвонил? Потом я вызвал Шемякина и пересказал ему свой разговор с Сергеем Ильичом. Иван «взял под козырек» и заверил меня, что все сделает и обязательно выяснит причину такой «заботливости» наших союзников.

В игре же в четверг мы все же добрались до цели нашего путешествия, но слишком поздно. Когда лагерь кентавров появился перед нами, было уже полвторого ночи. Поэтому мы только посмотрели с вершины высокого холма, на котором остановились, на большой лагерь, раскинувшийся перед нами. Честно признаюсь, мне он почему-то напоминал лагерь древних римлян: ровные ряды одинаковых больших палаток, между ними достаточно большие улицы, которые шли крест-накрест, образуя своеобразные перекрестки. На каждом перекрестке горел большой костер. Вдоль улиц горели костры поменьше, и около каждого из них можно было разглядеть по нескольку кентавров. Охранники были вооружены копьями и, судя по всему, бдели, а не просто отбывали номер. Мало того, сам лагерь был обнесен двухметровой деревянной стеной-частоколом.

– Да тут их несколько тысяч! – присвистнул Орфей, рассматривая лежавшую перед нами красоту. – И как вы собираетесь этот квест выполнять?

– Посмотрим… – Я задумчиво посмотрел на город кентавров перед нами. Честно говоря, мне действительно не приходило в голову ничего путного.

– Похоже, безнадежно, – грустно заметила Аврора.

– Не надо бояться трудностей, уважаемые, – уверенно ответил Геракл. – Завтра что-нибудь придумаем. Не зря же мы сюда тащились.

– Это уже в воскресенье, – покачала головой Аврора.

– Ну да, то есть в воскресенье! – кивнул Геракл. – Обязательно что-нибудь придумаем!

На этой обнадеживающей фразе народ стал расходиться. Аврора хотела было задержаться, явно решив остаться со мной наедине, но тут уж помешал Геракл, который, похоже, тоже собирался сделать это. Так что пришлось девушке уходить несолоно хлебавши. А самым последним ушел Орфей, бросив на нас какой-то задумчивый взгляд. И мы остались вдвоем с Гераклом.

– Рассказывай, – выдохнул тот.

– Вот ты мне лучше про Орфея расскажи, – парировал я. – Вот не дает мне покоя этот вопрос. Чем так он тебя припер?

– Веромир… – Он укоризненно посмотрел на меня. – Я же говорил о том, что давал клятву. Не могу я тебе рассказать. Но ты догадываешься правильно. Однако давай оставим это… – Он поморщился. – Лучше поведай мне о француженках. Там прием в посольстве Франции намечается. Вас пригласили всех?

– Пригласили, – кивнул я. – А ты? Тоже пришел бы?

– Увы, – покачал головой Геракл. – Но с французами мы не так близки, как хотелось бы. Поэтому мое появление на этом приеме будет моветоном, если использовать слова французского языка. Так что остаётся тебе, мой друг, развлекаться. Но от дворца там будет Скуратов. Вездесущий Скуратов. – Император нахмурился.

– Придет твое время, – попытался успокоить я его.

– Надеюсь, – проворчал Иван, – надеюсь, Веромир. Кстати, ты в понедельник уже в Академию?

– Да, – кивнул я, – пора возвращаться. Тебя там, конечно, не хватает.

– Кстати, как Исидо в качестве соседа? – улыбнулся Император.

– Да, вроде, нормально, – признался я, – для японца.

– А Наоми? У тебя же тоже женитьба.

– Помолвка, – поправил я его.

– Одно и то же, Веромир, одно и то же. Но, думаю, пора…

Он вышел из игры, а следом за ним и я. Выбравшись из капсулы, я сразу набрал Гвоздева.

– Господин? – сразу ответил тот.

– В субботу в Посольстве Франции прием, – сообщил ему, – я иду.

От такой новости мой Глава дипломатического отдела слегка подвис.

– Ты не знаешь? – на этот раз удивился я. – Мне сказали, что сегодня нам приглашение отправили.

– Пока не видел, – признался Гвоздев, – но, может, задержалось послание… я проверю. Я правильно понимаю, что все ваши одногруппники приглашены?

– Да…

– А значит, будут Главы их родов. Учитывая нынешнюю политическую ситуацию с Францией, все это очень серьезно, господин.

– Скуратов, вроде, будет, – сообщил я ему. – Император сказал.

– Понял. – Вид у Гвоздева был явно озадаченный. – Тогда я все выясню. Спасибо за предупреждение, господин.!

После этого дипломат отключился, а я пошел в душ. Вернувшись из него, отправился в спальню и уже приготовился отойти ко сну, как в дверь постучали.

Интересно, кто это? Открыв дверь, я растерялся. Мимо меня проскользнула Годунова. Короткое плат, легкий макияж… Она явно готовилась к встрече.

– Ты чего это? – вырвалось у меня.

– Я обещала, что у нас позже все будет? – спросила девушка, подходя ко мне вплотную и глядя снизу-вверх.

– Обещала, – растерянно произнес я.

– Свои обещания я стараюсь выполнять.

С этими словами она меня поцеловала. А потом…я, естественно, ответил. Ну кто я такой, чтобы отказывать женщине, которая хочет…да еще и сама проявляет инициативу? К тому же, чего скрывать, девушка мне нравилась. Правда, она Годунова…но, надеюсь, мама меня простит. Из любого правила бывают исключения…. Так что мы переместились в спальню, где, как оказалось, внешне скромная Годунова оказалась горячей и весьма изобретательной штучкой. По крайней мере, угомонились мы не скоро.

Утром меня разбудила Варвара, и проделав уже ставшие за эту неделю традиционными лечебные процедуры, оставила одного.

Я же, вспомнив эту ночь, довольно улыбнулся и отправился в душ. После чего отправился на завтрак. Там уже присутствовали мои верные подчиненные: Гвоздев, Шемякин и Ефим.

– Рассказывайте, – предложил я в конце завтрака и, отпив кофе, откинулся на стуле. – Неспроста же вы втроем пришли.

– Неспроста, господин, – кивнул Шемякин. – Мы хотим поговорить о Годуновой.

– Ого… – протянул я. – Слушаю.

– Мы… – Шемякин замелся и посмотрел на Гвоздева.

– Мы, господин, ваши верные слуги, – ответил тот, продолжая слова моего главы СБ Все мы понимаем, что присутствие в поместье Варвары Годуновой является фактором серьезного риска.

– Это я и без тебя знаю, – нахмурившись, посмотрел на дипломата. – Но что ты хочешь этим сказать? Чтобы мы отдали ее Павлу и Скуратову? Этого не будет! – Последние слова я произнес с раздражением, – Вообще не понимаю, почему поднимается этот вопрос. Я, вроде, дал понять о своих планах по поводу Годуновой? Или кто-то плохо меня слушал?

Мои соратники растерянно переглянулись. Но смутить Гвоздева не удалось.

– Я хорошо вас слушал, господин. Мы все посоветовались, я со своей стороны проанализировал все риски… В общем, у нас есть один вариант, который, по моему мнению, может временно решить эту проблему. Если вы не отказываетесь от своего намерения принять Годунову в наш род, то тогда вам нужно срочно брать ее в жены…

Глава 4 Предложение

Мне показалось что я ослышался.

– В жены?! Годунову?! Вы серьезно?! А кто тут мне говорил, что это дочь врага и все такое?

– Мы можем признавать свои ошибки, – спокойно ответил Гвоздев, посмотрев на Шемякина, – но на нынешний момент, на наш взгляд, это весьма удачный вариант, господин. Если вы, конечно, планируете оставить Варвару Годунову при себе.

– Что ж… – Я внимательно посмотрел я на своего дипломата. – Насколько я помню, ты не горел желанием на этот счет. Тогда жду объяснений, почему это так выгодно для нас. И надо ответить на три вопроса: Первый – Скуратов, второй – Годунов, и третий – это моя помолвка с Наоми Сузуки.

– Это не так сложно, господин, – улыбнулся Гвоздев. – Скуратов… Если мы сейчас объявим о браке, и не просто объявим, а продублируем во всех основных газетах, да еще и в интернете, то вряд ли даже Скуратов рискнет пойти против общественного мнения. Второе… тут вообще не вижу проблем. Годунов не имеет такой власти, как Скуратов, поэтому на подобный демарш с нашей стороны он будет вынужден только скрипеть зубами. А насчет японки… надо разговаривать с ее отцом. Но тоже думаю, что тут все решаемо. Я могу подготовить его… и организовать ваш разговор. Он и так должен был быть позже, но можно ускорить. Требуется ваше разрешение.

– Вы знаете, господин, чего скрывать, мне не нравятся любые люди, носящие фамилию Годунов. Однако в данном случае я готов смириться с присутствием в нашем роде их дочери, но в качестве вашей жены. И у нее фамилия тогда уже будет Бельская…

– А если вдуматься, – негромко произнес Шемякин, – род-то разваливается: Павел его не удержит, а Константин слишком слабый. У него, насколько мне известно, честолюбие отсутствует. Ему и в Казани хорошо. Так что влияние Годуновых сильно ослабнет. Если убрать Павла, следующий наследник – Константин. Он, вроде, человек адекватный, но совершенно не честолюбивый.

– Как у вас все просто выходит! – проворчал я. – Сначала надо еще сделать предложение и получить согласие …

От меня не укрылись понимающие улыбки на лицах моих слуг.

– И нечего улыбаться! – недовольно проворчал я. – Я поговорю с Варварой… Вот сейчас и поговорю! И на самом деле я не уверен в том, что она согласится.

– Вы прямо сейчас? – неуверенно уточнил Гвоздев. – Может, выбрать благоприятный момент….

– Не надо их выбирать! – раздраженно ответил я. – Сам разберусь!

– Тогда разрешите спросить, господин? – Павел выглядел немного смущенным.

– Давай…

– Единственным препятствием на нынешний момент, которое я вижу, это родственники Варвары. Девушка вряд ли сможет бросить своего дядю в Казани…и тут надо определиться, насколько далеко мы собираемся зайти… Полностью уничтожить род Годуновых? В таком случае – да, могут возникнуть проблемы! – выдохнул Гвоздев. – И месть не означает, что мы должны всех вырезать: все-таки мы не Годуновы! – Он посмотрел на Шемякина и Ефима, ожидая поддержки, и, к моему изумлению, оба были согласны с моим дипломатом.

М-да… вопрос, конечно, весьма интересный. Я сам не знал на него ответа. Доля правды в словах Павла, конечно, присутствовала. Отомстить… А что является местью? Мой род был уничтожен практически полностью. Значит ли, что то же должно произойти с родом Годуновых? Хотя я понимал, что это в ближайшем обозримом будущем нереально: они по-прежнему богаты и влиятельны!

– В общем, у меня нет сейчас ответа на твой вопрос, Павел, – признался я, – Я реалист, но клятву свою не нарушу… – После этих слов я заметил на лицах присутствующих явное удовлетворение. – Я поговорю с Варварой. Это все?

– По поводу приема, господин, в субботу все будет готово. Приглашение пришло. Завтра в 14.00

– Так, и кто там будет? Что это вообще за прием такой? – поинтересовался я у него.

– Посвящённый их национальному празднику, – поведал мне Гвоздев. – На такое мероприятие обычно приглашаются все великие роды. Традиционно высылается приглашения и во дворец, но Император на них не реагирует. Но от власти обязательно кто-то будет. Насколько я понял, должен быть Скуратов…и, возможно, Годунов.

– Так, может, вообще не ходить? – спросил я.

– Нельзя, господин, – покачал головой Гвоздев. – Нам сейчас надо нарабатывать свой авторитет. Если наш род, который лишь недавно – простите меня – возродился из пепла, приглашают, то, значит, мы имеем определённое влияние.

– Кстати, дочь Трубецкого очень хороший ролик сделала, – заметил Шемякин. – Талант! Я дополнительный набор в СБ открыл. – Он вдруг как-то виновато посмотрел на меня. А…мне судя по всему не сказал, вот и смутился.

– Это твоя епархия, Иван! – махнул я рукой. – Я тебе доверяю.

– Хорошо. – Мой собеседник расслабился. – Так вот, я вынужден конкурс устроить, так много желающих.

– Ты смотри не переусердствуй, – посоветовал ему я, – а то «засланных казачков» наберем…

– Не волнуйтесь, господин, – заверил меня Шемякин. – Мы всех проверяем!

На этом наш разговор завершился, и, проводив гостей, я направился в покои Годуновой. Как оказалось, у Варвары в гостях была Мамонтова, и они что-то оживленно обсуждали.

– София, оставь нас, пожалуйста. Мне поговорить с Варварой надо, – попросил я после взаимных приветствий и остался один на один с несколько удивленной девушкой.

– Что-то случилось? – спросила она, и в голосе её слышалось напряжение.

– Ничего страшного! – улыбнулся я, успокаивая ее. – Просто нужно прояснить один вопрос.

Мы сели на диван, и я, взяв руку девушки, посмотрел на неё.

– Хочу предложить тебе стать моей женой! – выпалил я.

Ну, нет у меня опыта плести кружева и делать витиеватые предложения руки и сердца! Не умею я это, и, в конце концов, возможно, вот это мое предложение – просто способ спасти Варвару от сумасшедшего жениха! Хотя кого я обманываю?

– Что? – дрогнувшим голосом переспросила донельзя растерянная Варвара.

– Ты станешь моей женой? – повторил я вопрос. – Извини кольца пока нет, но это временно…

– Ты серьезно? – Она смотрела на меня, не веря своим ушам.

– Я понимаю это неожиданно, – согласился я, – но могу повторить еще раз. Сейчас для нас с тобой это выход, и ты…

С радостным визгом девушка обняла меня и прижалась всем телом.

– Это значит «да»? – выдавил я, так как объятия внешне хрупкой девушки оказались весьма крепкими.

– Конечно же, да! – Наконец, выпустив из объятий, вновь посмотрела на меня Варвара. – Подожди… – Она вдруг нахмурилась. Но я Годунова… а ты… ты же должен отомстить…

– Должен, – печально кивнул я, – но давай пока об этом не будем говорить. Это все сложно…

А что я еще мог ответить? Месть священна, и она свершится, когда род Годуновых станет такой же памятью, какой в свое время стал род Бельских. Но я не был уверен, что у меня хватит сил и злости довести до этого. Варвара, с одной стороны, была великолепным приобретением, она любит меня и после женитьбы станет Бельской, а с другой стороны, уничтожить Годуновых станет гораздо сложнее… Вот же блин! Хотя есть еще выход… наверно.

– Я не знаю, что тебе ответить, – честно признался я девушке, которая продолжала смотреть на меня, явно ожидая продолжения, – я давал клятву уничтожить ваш род, и эту клятву не могу нарушить. Ты же, выйдя замуж, станешь Бельской и не будешь принадлежать к моим врагам.

– Я так не могу, Веромир, – мрачно покачала головой Варвара. – Сейчас большая часть наших в Казани. Там Константин и мои родственники. Среди них дети… Они не виноваты в том, что устроил мой отец.

– Извини, Варвара, – тяжело вздохнул я, – тебе придётся выбирать. Среди Бельских, убитых вашим родом, тоже были дети. И тем не менее, я считаю, что дети за родителей не в ответе. С ними придется что-то решать. Месть не означает, что мы должны всех вырезать. Все-таки мы не Годуновы! – повторил я слова Гвоздева, которые тогда меня сильно удивили.

Варвара поморщилась, но по-прежнему не отрывала от меня взгляда.

– Я все сказал, что хотел, – пожал я плечами. – Выбор за тобой. Лишнюю кровь я проливать не хочу, но род Годуновых должен уйти в небытие. А варианты? Они могут быть разные. Так что у тебя есть время подумать…

Я повернулся и направился к выходу.

– Веромир, – остановил меня голос девушки.

Я повернулся к ней.

– Я дам ответ завтра – твердо ответила она. – И… – Она замялась. – Мне нужно позвонить…

– Куда? – удивился я. – Вычислят же…

– Я сделаю, чтобы не вычислили. Мне надо поговорить с Константином. Он и тогда был против этой никому не нужной войны. Я…

– Ты понимаешь, что он может сдать тебя Павлу? В таком случае подставлюсь еще и я…

– Понимаю, – с серьезным видом кивнула Годунова. – Но ты мне доверяешь?

Вот что ту ответишь? Я только вздохнул.

– Что нужно тебе для этого? – осведомился я.

– Да, в принципе, ничего, – немного подумав, ответила Варвара. – Если ты пришлешь своих компьютерщиков, мы сделаем защищенную линию, и никто не догадается, откуда я звоню.

Компьютерщики, насколько я знал, были под клятвой, так что почему бы и нет? Надеюсь, что Варвара осознает все риски подобного звонка. Больше отговаривать ее я не стал.

Вернувшись в свои апартаменты, я связался с Гвоздевым и Шемякиным и передал им суть моего разговора с Варварой. И они нисколько не удивились. Наоборот, оба заверили меня, что Годунова вполне здравомыслящая девушка и не стоит переживать насчет этого разговора. Тем не менее, они меня не успокоили.

А дальше начались занятия, которые немного отвлекли меня от невеселых мыслей. Пообщавшись с девушками из своей группы и закончив день двумя лекциями по истории и математике, я попрощался со всеми, пообещав, что в понедельник уже буду в Академии. Известие всех явно порадовало, что несомненно мне польстило. После этого я решил почитать о Франции подробнее и устроился за компьютером. То, чего не было в учебниках, с лихвой хватало на пространстве Всемирной Сети. Итак, династия Бонапартов оказалась самой стабильной и долго правящей династией европейских монархов. С Рюриковичами, конечно, не сравнить, а вот с остальной Европой вполне можно было. И действительно, эти самые Бонапарты (а сейчас на троне Французского королевства сидел Наполеон XIX) очень любили воевать с Российской Империей, словно там им медом было помазано, но регулярно получали отпор. Пару раз в прошлом веке русские войска в ответку добирались до Парижа, но, наведя в нем шороху, просто триумфально возвращались домой. Этого хватало, чтобы остудить пыл «воинственных „лягушатников“» на несколько десятков лет, после которых они все забывали и опять перлись в атаку. И опять получали… Короче, совершенно непонятная мне настойчивость.

Правда, последние сорок лет никаких конфликтов у нас не случалось, даже, скорее, в последнее десятилетие наметилось сближение, что серьезно обеспокоило Германию и Англию. Это все я вычитал, полазив по форумам историков. Вот жалею, что раньше до них не добирался: очень полезную информацию можно получить. Так что, начитавшись вдоволь, я решил поужинать вместе с Дашей, которая пришла сообщить, что все готово.

Последнее время мы стали реже встречаться с моей верной служанкой, поэтому наш совместный ужин ее сильно обрадовал, а после так же обрадовала и ночь, которую мы провели вместе.

А на следующее утро началась небольшая суматоха, что, в принципе, было естественно. Но, как ни странно, Гвоздев, на мой взгляд, как-то уж слишком серьезно отнесся к этому приему. Он даже провел со мной «ликбез»: как говорить…что говорить…мол, на этой встрече будут возможные деловые партнеры, так что на него пойдем мы втроем: я, он и Ефим. Шемякина, к моему удивлению, с собой мы не брали, он будет ждать с охраной на улице, это были правила установленные посольством. Я уже изучил его в рунете. Небольшой трехэтажный домик без особых архитектурных изысков, окруженный высоким забором и, соответственно, с серьёзной охраной. Если верить словам Гвоздева, приглашенных было не много, даже Великие рода были приглашены не все.

По идее, и Бельские не должны были быть приглашены, но тут, как пояснил мой дипломат, не обошлось, во-первых, без моих сокурсниц француженок, которые принадлежали к очень непростым родам Французского королевства, во-вторых, Ефим умудрился поднять свои старые знакомства и найти потенциальных торговых партнеров (в оборотистости его я не сомневался, только мне до сих пор было непонятно, что же там за такие торговые отношения; не удивлюсь, если у нас уже имеются какие-нибудь заводы или еще что-то в этом роде). Кстати, надо вообще расспросить управляющего об экономической составляющей рода. Его же заслуга в том, что в деньгах род Бельских сейчас особо не нуждается.

И по дороге к посольству (а вылетели мы заблаговременно, аж за полтора часа до начала приема) я все-таки расспросил об этом нашего купца Первой Гильдии и был сражен наповал, узнав о том, что нам, оказывается, принадлежит завод, выпускающий оборудование для навигационных систем флайеров, а два других производят какую-то компьютерную бытовую технику. Плюс, у нас уже имелась в Московской области своя сеть продуктовых супермаркетов из двадцати магазинов.

– Но как ты успел?! – вырвалось у меня.

– Ну мы стараемся, господин, – скромно заметил Ефим. – У меня остались хорошие связи, да и денег мы заработали, а они любят, когда их вкладывают. Вы доверили мне ваши финансы, и поверьте, через пару лет род Бельских станет по богатству не хуже остальных Великих родов.

– Верю, – поспешил польстить своему собеседнику я. – Искренне верю!

Тем временем мы опустились на стоянку около посольства. Кстати, музыка, лившаяся из ярко освещённых полуоткрытых окон, оказалось, была слышна уже здесь. Судя по количеству флайеров на стоянке, можно было предположить, что на вечеринку (простите, прием) прибыло не так много народу.

Но я заблуждался. Просто по сравнению с тем же самым дворцом Трубецких или Голицыных особняк посольства смотрелся весьма скромно. Правда, перед ним оказался разбит довольно большой сад, и, думаю, если бы на улице стоял конец октября, прием, скорей всего, был бы именно в нем. Ну а так мы прошли через гостеприимно распахнутые ворота мимо четверых вооруженных охранников. Там нас встретил дворецкий, который сразу повел нас в особняк. Спустя пятнадцать минут мы, оставив верхнюю одежду, уже входили в просторный зал. Он, конечно, не мог соревноваться своими размерами с залами для приемов, в которых я был раньше, и был просто более каким-то камерным и уютным.

И сейчас в нем все было традиционно: столы с едой и напитками, легкая музыка. Наше появление предварило громкое заявление нашего провожатого.

– Князь Бельский с сопровождающими!

К нам сразу обратились взгляды всех присутствующих. Причем я ощущал на себя разные взгляды: равнодушные, любопытные и даже явно злые. Интересно, кого это я тут раздражаю?

– Пойдемте, господин, – шепнул Гвоздев и кивнул в сторону расположившейся в центре зала тройки представительных и строго одетых людей нерусской внешности.

– Посол Анри де Роше и его помощники. – вновь шепнул мне Гвоздев.

– Приветствую вас, уважаемый князь! – на совершенно чистом русском языке произнес посол. – Рад видеть в стенах этого особняка представителя столь славной и незаслуженно забытой фамилии! Мне бы хотелось поговорить с вами в более приватной обстановке. В конце приема вы сможете уделить мне десять минут вашего времени?

– Смогу, – кивнул я. – А почему бы и нет?

– Ну вот и хорошо! – довольно улыбнулся посол. – Отдыхайте… Скоро будет несколько номеров наших французских артистов, которые почтили нас своим присутствием.

Еще раз поклонившись, мы отошли в сторону. Ефим, сразу растворился в зале, а мы с Павлом направились к одному из столов, у которых я увидел Сергея Трубецкого и Андрея Голицына. Пока что-то своих одногруппников я не видел. По пути я осведомился у Гвоздева, о каком это разговоре идет речь, но тот, как выяснилось, тоже был удивлён.

– Вряд ли разговор будет на экономическую тему, – задумчиво сообщил он мне. – В любом случае, без меня его не начинайте.

Я заверил его, что не начну. Но дойти до нашей цели в лице своих союзников мы, к сожалению, не успели, так как перед нами появился тот, кого я меньше всего хотел видеть: Алексей Скуратов собственной персоной.

Глава 5 Прием во французском посольстве

– Князь, – произнес Скуратов оценивающе глядя на меня, – мне хотелось бы задать вам несколько вопросов…

– Вам не кажется, господин, что сейчас не совсем подходящее время для этого? – Рядом со мной внезапно появился Гвоздев. – Это прием.

– Я знаю, что это прием. – Скуратов укоризненно посмотрел на него. – просто дружеский разговор.

– Павел, я не против, – остановил я Гвоздева. – Что вы хотели сказать мне, князь?

– Давайте отойдем в сторону, – предложил Скуратов. – Вдвоем… – Он строго посмотрел на моего дипломата. Мы отошли в сторону, к столу, все гости возле которого волшебным образом исчезли.

Скуратов собственноручно наполнил наши бокалы вином, чем немного меня удивил. Или это такой способ разговорить подозреваемого? Почему подозреваемого? Уж больно недвусмысленно смотрел на меня этот человек. Ничего хорошего от нынешнего (чего там уже говорить) всесильного «временщика» я не ожидал.

– Так, о чем вы хотели поговорить, князь?

– Можете называть меня Алексеем. Алексеем Ивановичем. – Скуратов явно изображал из себя этакого доброго дядюшку.

Я решил проигнорировать эти слова, лишь кивнув ему в ответ.

– Вам известно, князь, о поисках Варвары Годуновой? – осведомился мой собеседник.

– Что-то слышал, – равнодушно ответил я, сам лихорадочно размышляя о том, кто мог проговориться. Вроде, клятва была взята со всех…

– То есть вам, князь все равно, где сейчас находится ваша подруга, и что с ней сейчас? – скептически осведомился глава СБ Российской Империи, и его оценивающий взгляд, прикованный ко мне, очень не понравился.

– Так, уважаемый Алексей Иванович… – Я взял себя в руки и усилием воли подавил поднимающийся во мне какой-то иррациональный страх, вместо него изобразив раздражение. – Во-первых, с чего вы решили, что Варвара Годунова моя подруга?

– Ну вы же вместе играли в эту вашу онлайн-игру «Мифы и Легенды»? Да и учитесь вместе?

– И что? – Я насмешливо посмотрел на него. – А с чего вы вдруг решили, что я с ней вместе играл? В игру не только я с Годуновой играл. Там тьма аристократов. В игре тысячи игроков. Понятия не имею, с кем я играл. Там только игровые имена. А кто за ними скрывается, мне совершенно неизвестно! И вероятность встречи, извините, с этой девушкой у меня была крайне мала.

– Просто предположил, – сдал назад Скуратов.

Хм… на понт взять меня пытался! Сейчас я тебе…

– Алексей Иванович, я бы просил не вспоминать о Годуновой, как и вообще об этом роде. Или вы не знаете, как я к нему отношусь? Или думаете, что Бельские обо всем забыли?

– Вы собираетесь им мстить? – нахмурился Скуратов.

– Помилуйте… – Я насмешливо посмотрел на него. – Мстить? Силы наших родов сейчас несоизмеримы, и я прекрасно это понимаю, но свою неприязнь к Годуновым не собираюсь скрывать. Или у вас есть возражения на этот счет?

Скуратов задумчиво посмотрел на меня.

– Нет, конечно же, нет! Если это не нарушает закон, это ваше право, князь. И я понимаю ваши чувства, поверьте. Если я вас чем-то задел, то поверьте, это не со зла. Просто уточнил. Все обеспокоены исчезновением потенциально лучшего целителя Российской Империи…

– Я не обеспокоен. – Я сделал каменное лицо. – Проще сказать, мне на это совершенно наплевать!

– Понял вас, князь. Что ж, тогда оставлю вас. Дела знаете ли…

Мы раскланялись, и Скуратов удалился. Явно недоволен… А что он думал? Что я откровенничать буду, что ли? Странный человек. Хотя, может, он считает меня наивным юношей? Что ж, чем дольше он это будет делать, тем лучше.

– О чем вы говорили, господин? – Рядом со мной появился взволнованный Гвоздев.

– О Годуновой, – пожал я плечами. – Пытался меня на «слабо» взять. Мол, где моя подруга Годунова, и все такое…

– Он что, знает? – Вот теперь я увидел в глазах своего дипломата панику.

– Ничего он не знает, – успокоил я его. – Я напомнил ему какие у нас отношения с родом Годуновых, он и успокоился.

– Понятно, – выдохнул вновь ставший невозмутимым Гвоздев.

– Интересно, как он отреагирует на то, если мы объявим о моей свадьбе с Варварой, – хмыкнул я.

– А она согласилась? – Гвоздев вопросительно посмотрел на меня.

– Пока нет. Просто предположил.

– Думаю, сильно удивится. Но мы это и не будем делать кулуарно, – пояснил мой собеседник. Само заявление с обширной медиа-поддержкой. Так что вряд ли Скуратов сможет что-то сделать. Но исподтишка вредить будет, не сомневайтесь.

– Но я так понял, это ещё только планы, – махнул я рукой и увидел за одним из столов так хорошо мне знакомую по Академии компанию. – Пойду поздороваюсь, – сообщил я Павлу, и тот, понимающе кивнув, удалился. Я же направился к своим одногруппникам. Так…надо же, почти полный состав! Не хватает только Годуновой. А так, вон, Демидова даже присутствует – кстати, снова в платье. Ну вот, на мой взгляд платье ей идет гораздо больше, чем строгие брючные костюмы. И Наоми… тоже в платье.

Первым меня заметила Вероника Трубецкая, уже когда я уже практически подошел к веселой компании.

– Ура! – патетически воскликнула она, отсалютовав мне бокалом. – Наш лидер появился!

Я тут же попал в жаркие объятия Пожарской, после чего последовали менее жаркие, но не менее приятные объятия остальных девчонок.

Лишь француженки прошествовали меня весьма чопорно, но, учитывая официальный статус и прием, наверно, им так и надо было себя вести. Однако мое появление явно порадовало Аннет и Мари.

– Ну, как тебе здесь? – поинтересовалась у меня Аннет, после того как приветствия закончились и мы все вместе выпили за встречу.

– Все отлично! – заверил я ее. – Правда, мне до сих пор непонятно, какой смысл в этом приеме. Ведь он не просто так организован?

– Вообще сегодня национальный праздник, – улыбнулась Аннет, переглянувшись с сестрой. – И устраивают прием в посольстве каждый год. Но ты прав в одном: сегодняшний прием необычен. Посол приглашает только определенный, довольно узкий круг людей. А сейчас нам позволили пригласить практически всю группу, что само по себе необычно. Но главным было то, что должен прийти князь Бельский.

– В самом деле? – Я удивлённо посмотрел на девушек. – Это с чего вдруг ко мне такое трепетное отношение? Я, вроде, не обладаю ни политическим весом, ни тем более какими-то связями с французскими аристократами…

Девушки лишь пожали плечами, признавшись, что им это тоже неизвестно. Тут я вспомнил о том, что, вроде, со мной собирался говорить посол. У кого еще можно поинтересоваться на этот счет, как не у истинных дочерей Франции? Но тут меня ждало разочарование. Девушки помочь не могли по причине полного незнания. Их просто попросили перечислить тех, кто входит в мой, так сказать, «ближний круг», и все, а зачем, никто не объяснял, да и нелюбопытные студентки и не спрашивали об этом.

Эх, Шуйский, думаю помог бы! А вот сами француженки явно оттаяли и мне были адресованы явно недвусмысленные взгляды. Б…, на меня охоту еще и эти открыли?! Нет, конечно, девушки они весьма и весьма симпатичные, но думаю, что тут больше проблем себе заработаешь, учитывая их семью. Вряд ли тут простая ни к чему не обязывающая интрижка пройдет…

И, кстати, своей женской интуицией остальные девушки явно что-то почувствовали, так как француженки были ненавязчиво оттеснены от меня, скажем так, во второй ряд. Но мне уже было фиолетово. Я поспешил отодвинуться от всего этого бабьего царства и переместился к своему японскому соседу.

– Как ты себя чувствуешь? – осведомился тот.

– Спасибо, уже пришел в себя полностью… – благодарно кивнул ему. Надо же, единственным, кто поинтересовался сегодня моим самочувствием, был именно Исидо! Странно…

– То есть в понедельник – в Академию?

– Ага, – подтвердил я, – так что вновь получишь своего соседа.

– Ну и отлично! – улыбнулся Исидо. – Кстати, я вчера общался со своим отцом. Он ждет в гости делегацию от рода Бельских на Новый год. И, вроде, собирался тебе звонить сам.

– Ну… – замялся я, – тут надо Гвоздева подтягивать… Дипломаты пусть работают.

– Но ты же не против?

– Да я вроде говорил, что нет, – честно признался я.

– Вот и отлично! Тем более, он все равно с твоим дипломатом сначала и свяжется с твоим дипломатом.

Но наш разговор прервало появление Наоми, которая наконец решила пообщаться со своим будущим женихом. Вот тоже, кстати, типа моя будущая жена. А что я знаю о ней? Даже официальной истории рода не знаю. Но о ней, конечно, могу прочитать, а вот об остальном… Наверно, все-таки хорошая идея – отправиться в Японию.

Но пообщались мы с моими соседями очень мило. Наоми прямо менялась на глазах. Я даже не узнал в молчаливой и немного чопорной японке веселую остроумную девушку, сейчас появившуюся передо мной. Видя, как мы весело общаемся, к нам присоединились остальные. Тут в дело вступила Трубецкая.

– Надо же, я первый раз здесь! – заявила она. – Интересно в связи с чем такая честь? Обычно приглашают только Глав родов, а тут – всю нашу группу…

Ее вопрос был явно адресован нашим француженкам, но те, как и в случае со мной, ничего не смогли ответить больше, чем то, что сказали мне.

Так что этот вопрос, к большому неудовольствию Трубецкой, замяли. Тем не менее, она быстро пришла в себя и по привычке вновь привлекла к себе внимание, но дослушать ее очередной остросюжетный рассказ я не успел, так как ко мне подошел Гвоздев.

– Господин, – шепнул мне на ухо, – посол просит вас о встрече.

Я предупредил народ, что скоро вернусь, и под заинтересованными взглядами удалился.

Мы вышли из зала. Посол встретил меня в просторном кабинете. Надо сказать, кабинет реально был внушительным: массивная позолоченная антикварная мебель, массивный стол, такие же массивные кресла. Анри де Роше, был сама галантность. Двое тех самых его помощников усадили нас за стол, на котором был накрыт легкий фуршет и стояли бокалы с красным и белым вином. Как оказалось, напитки были куда эксклюзивней, чем в общем зале.

– Попробуйте вино, – радушно посмотрел на меня посол, – это вино из королевских подвалов, сорокалетней выдержки.

Я был впечатлён и после того, как мы впятером подняли тост за российско-французскую дружбу, сумел оценить, даже со своим не особо изысканным вкусом, качество вина.

А затем помощники посла оставили нас втроем. В кабинете повисла пауза, которую нарушил Анри де Роше.

– Как вам прием? – дипломатично поинтересовался он.

– Все отлично, – заверил я его, – но разрешите все-таки задать вопрос, пропустив предварительную часть.

– Задавайте. – Посол с интересом посмотрел на меня, откидываясь в кресле. – Кстати, можете звать меня Анри, я не такой старый, каким кажусь, – улыбнулся он.

– Хорошо, – вернул я ему улыбку, – Анри, в связи с чем у вас, а если вы представляете свое государство, то и у Французского королевства, интерес к роду Бельских? Наше приглашение же явно выбивается из обычной практики подобных приемов? – Я посмотрел на Гвоздева, и тот кивнул, после чего перевёл взгляд на задумчивого француза.

– Вы правы, Веромир, – ответил тот, – действительно, я не просто так пригласил вас и, кстати, практически всю вашу группу, определенным образом нарушив традиции. Дело в том, что вы кажетесь мне очень перспективными молодыми людьми.

– В смысле? – уточнил я, остановив Гвоздева, который хотел было что-то спросить. – Что вы подразумеваете под словом «перспективные»?

– Можно говорить с вами откровенно, Веромир? – Посол внимательно посмотрел на меня.

– Даже нужно, – кивнул я.

– Тогда могу я надеяться на то, что наш разговор останется между нами? Вы, Павел Николаевич, что ответите?

Мы с Гвоздевым вновь переглянулись.

– Да, наш разговор останется между нами тремя. – Гвоздев подтвердил мои слова, и Анри де Роше, окинув нас оценивающим взглядом, продолжил:

– Мы знаем о том, что вы – лидер тех студентов, которые приглашены сегодня. Не секрет, что все вы учились с нынешним Императором Иваном VI. Чего уж там скрывать, мне известна текущая ситуация в окружении Императора. Известна роль уважаемого главы СБ Российской Империи Алексея Скуратова и его союзников Разумовского и Годунова, как и то, что ваши отношении с родом Годуновых… мягко говоря, враждебные.

Посол сделал паузу.

– Мы поражены вашей осведомленностью, Анри. – На этот раз слово взял Гвоздев. – Держите руку на пульсе? Если не секрет, как вам это удается?

– Желающий услышать – услышит. – улыбнулся Анри. – Достаточно внимательно наблюдать и уметь делать выводы на основе этих наблюдений. Поверьте, для послов других стран это далеко не секрет.

– Ну, допустим, мы учились вместе с Императором… И что?

– А то, может наступить тот самый момент, когда Император решит взять на себя полноту власти, дав уважаемому князю Скуратову отдохнуть. И тогда он несомненно будет нуждаться в преданных людях. А о вашей дружбе с Императором я наслышан. Сколько раз вы его спасали?

– Не важно, – проворчал я, чувствуя приближение волны злобы, о которой уже и забыл. – Продолжайте.

– Да я почти закончил! – вновь улыбнулся посол. – Мне бы просто хотелось, чтобы у нас вами и вашими друзьями были дружеские, доверительные взаимовыгодные отношения. Мы всегда можем помочь, если это необходимо…как друзьям. Тем более, сейчас, в нынешних политических реалиях, Французское королевство и Российская империя близки как никогда…при князе Скуратове вряд ли можно надеяться на какой бы то ни было прогресс в наших отношениях, но, как я уже говорил, я верю в ум и волю Ивана Рюриковича.

– Вы что, так меня вербуете? – тихо поинтересовался я.

Я почувствовал, как напрягся Гвоздев, а вот посол с возмущением в голосе возразил. И признаюсь, слова его звучали искренне… Но разве послы не должны быть хорошими актерами?

– Как вы могли такое подумать?! – взгляд Анри прямо-таки излучал обиду и праведное негодование. – Я бы никогда не стал этого делать! Просто хотел предложить вам свою дружбу. В нынешнее время верные друзья – это штучный продукт, почему бы нам не стать ими? Франция и Россия не враги!

– Это официальная позиция Франции? – уточнил Гвоздев.

– Да, – уверенно ответил посол. – Наш молодой король Наполеон XIX всего несколько лет на троне, и сейчас он пересматривает закостеневшую дипломатию и политику своих предшественников.

– Мы подумаем над вашим предложением, – с моего молчаливого согласия заверил посла Павел.

– На большее и не рассчитывал! – прямо-таки радостно расплылся в улыбке Анри. – Ваш управляющий, кстати, сегодня должен провести несколько переговоров с представителями крупного бизнеса нашего королевства. Учитывая всем известную хватку купца первой гильдии Ефима Беркова, думаю, он заключит несколько очень выгодных контрактов. И я просто привожу факты, без всякого на то моего интереса. – Он шутливо поднял вверх руки. – Повторюсь: никогда бы не стал предлагать вам что-то порочащее честь дворянина. Так что вы скажете? Примете мою дружбу? Кстати, у рода Бельских всегда были хорошие отношения с именитыми французскими родами.

Гвоздев утвердительно кивнул на мой вопросительный взгляд в его сторону.

– Мы подумаем, – ответил я.

– Конечно!

Мне показалось, что посол прямо-таки выдохнул. На этом официальная часть оказалась закончена. Мы выпили еще по бокалу вина и распрощались. Кстати, посол, осведомившись о вкусе вина и услышав наши с Гвоздевым восторженные оценки, пообещал, несмотря на наши протесты, прислать нам его в подарок.

На прощание я не удержался и поинтересовался у Анри, не боится ли тот, что Скуратову доложат о нашей встрече, на что посол просто рассмеялся.

– Вы опередили меня: я как раз хотел сейчас об этом напомнить! Конечно же доложат, я в этом не сомневаюсь! – наконец произнес он, вдоволь насмеявшись. – Но мы уже подстраховались. У нас чисто торговые приговоры. Никакой политики, разве нет?

– Точно. Никакой политики, – кивнул я.

Когда мы вернулись в зал, я заметил, что часть народа его покинула. Но моя компания, на удивление, оставалась. Похоже, все дружно ждали меня. Хотя может это просто мое воображение.

– А ты где был? – вновь поинтересовалась неугомонная Трубецкая.

– Там, где был, меня уже нет, – философски ответил я, и – о, чудо! – Вероника сделала вид что ее этот ответ устроил. В общем, мы еще полчаса пообщались, после чего как-то все вместе приняли решение покинуть прием. На улице, куда мы вывали всей дружной компанией, народ быстро рассортировался по флайерам. Трубецкая пыталась сагитировать на «продолжение банкета», но ее призыв не нашел ответа. Народ не горел желанием. Но вот на меня буквально напали. Более того, к Трубецкой и Пожарской неожиданно присоединилась ее сестра и Демидова. Тут я вообще выпал в осадок. К тому же эти оторвы предложили мне продолжить вечеринку в моем новом имении. О том, что уже глубокий вечер и что это могло закончиться…да что там – скорей всего, закончиться в моей большой постели, они, я так понимаю, знали и не возражали…но Демидова. Она-то понимает? До голоса разума четверых «закусивших удила» девушек я достучаться не смог. А самое удивительное, что все трое Глав родов – Демидов, Голицын и Трубецкой, появившиеся на стоянке в сопровождении своей свиты охранников, дали свое полное согласие на продолжение приключений их дочурок. Ну, а я перед такой атакой уже спасовал и выбросил «белый флаг». Под сочувственными взглядами Шемякина и Гвоздева девушки загрузились в мой новый комфортабельный флайер, и мы отправились в мой новый дом в сопровождении двенадцати флайеров СБ четырех родов.

Глава 6 Веселая ночка

На этот раз Гвоздева в флайере не было: он выполнял мое поручение по поводу Годуновой, связавшись с поместьем и вылетев туда минут на двадцать раньше. Именно столько времени потребовалось девушкам, чтобы привести себя в порядок. Кстати, как я уже и говорил, Голицыны компанию нам не составили, и по их лицам было совершенно непонятно отношение сестер к такой вот поездке их подруг в мое имение на ночь глядя. Сам их отец одобрительно хмыкнул, прощаясь со мной, и мне показалось, что он что-то хотел сказать. Но, бросив взгляд в сторону уходящих дочек, еще раз хмыкнул.

– Повеселитесь там как следует, – пожелал он мне, – а я пообщаюсь, пожалуй, со своими красавицами… – Многозначительный конец этой фразы, честно говоря, меня слегка напряг.

Ну, Демидов и Трубецкой воздержались от подобных пожеланий, просто посоветовав быть поосторожнее.

Путь до поместья занял сорок минут. Такого количества флайеров наша посадочная площадка еще не принимала, и после того как все, наконец, приземлились, с учетом уже стоявших на ней машин, оказалась забита процентов на девяносто. Я на правах хозяина выбрался первым и лично помог вылезти девушкам. Мои спутницы с любопытством осматривались по сторонам. Тем более, к нашему прибытию включилась вся иллюминация. Встречали нас Гвоздев и Ефим. Я вопросительно посмотрел на своего дипломата, и тот успокаивающе кивнул. Ну, вот и хорошо!

Тем временем девичьи души потребовали гуляний, несмотря на то, что на улице уже было ощутимо холодно. Ну что вы хотели? Конец октября, ночь… Но, утеплившись благодаря своим сопровождающим, все трое окружили меня и буквально потащили по саду, заставив выступить в роли экскурсовода. Ну, признаюсь, из меня тот еще гид, поэтому Ефим меня выручил и самолично провел настоящую экскурсию.

В конце ее, пройдя по всему парку, основательно продрогшие, несмотря на свое утепление, мы вернулись в особняк, где Гвоздев ненавязчиво проводил нас до моих апартаментов. Тут, как оказалось, расторопными слугами уже был накрыт стол. И мы остались вчетвером.

Так что пришлось мне самому ухаживать за гостьями. Выбор спиртных напитков оказался весьма широким, но все девушки предпочли вино. Я тоже не стал выбиваться из сегодняшнего вечернего тренда.

Я оказался на диване с Пожарской и Вероникой. Демидова с Еленой устроилась, напротив. Ну и понятно, что сразу создалась весьма непринужденная атмосфера, я бы даже сказал слишком непринуждённая.

Не знаю, чего там напридумывали себе девушки, которые периодически бросали на меня многозначительные взгляды, но я, немного поразмыслив, решил, что совращение еще и Демидовой – это уже перебор. Тем более, если судить по переглядываниям моих гостей, у них явно были далеко идущие планы. Тут не удивлюсь, если намечалась очередная «групповушка».

Но вот я совершенно не ощущал себя готовым к подобным подвигам, однако пока все шло чинно и благородно. Как обычно, главным оратором выступала Вероника. Благодаря ей вскоре я знал все новости, случившиеся в Академии. Ну, как выяснилось, ничего особенного не произошло, если не считать, что всем объявили, что после Нового года, появятся в Академии Маккинли со товарищи. Смерть Императора не повлияла на договорённости по обмену. Мне даже показали фото этого самого Маккинли. На мой взгляд, обычный парнишка, слегка полноватый. И русская кровь в нем явно чувствовалась. Это он, типа, двоюродный или троюродный брат Ивана, получается?

– Его в нашу группу распределяют. Мол, у нас очень хороший микроклимат для иностранцев.

– Это кто сказал? – удивился я.

– Да сам ректор на занятия заявился, – хмыкнула Пожарская, – минут десять рассказывал о пользе дипломатии.

– Ну, приедет и приедет… – пожал я плечами. – А чего все так возбудились-то?

– Как – чего? – Демидова удивленно уставилась на меня. – Это же наследник Австралийской Империи.

– Да он третий наследник! – возразил я.

– И что? – улыбнулась Демидова. – Третий – это не десятый. Да и пошел слушок, что он собирается найти себе невесту в России.

– Присматриваешься? – не удержалась от подколки Вероника.

– Ага! – рассмеялась Демидова, украдкой бросив взгляд на меня. – Как ты догадалась?

– Да по тебе видно!

– Неужели?

– Поверь… ну, я думаю Елена, у тебя его отобьет…

Сестра Вероники, слушавшая эту шутливую перепалку с улыбкой, невольно вздрогнула.

– Больно надо! – фыркнула она. – Я все тебе, Оля, оставлю. Уступаю пальму первенства, так сказать.

Похоже, этот разговор явно был предназначен для моих ушей, чтобы я, мол, выводы сделал, наверно, и все такое. Только вот мимо. Мне, думаю, и двух жен хватит за глаза… Поэтому я был спокоен и, к разочарованию девушек, никак не прокомментировал их разговор. Ну и, конечно же, была затронута тема Годуновой.

– Кстати, – поигрывая бокалом, задумчиво произнесла Трубецкая, – а Годунову-то так и не нашли.

При этом девушка смотрела на меня. Я невольно почувствовал тревогу. Она что, знает, что ли? Но о том, что у меня дома находится Варвара, никто не знает, кроме меня и моих слуг, да и те под клятвой.

– То-то и странно, – хмыкнула Елена подозрительно покосившись на свою сестру. – Такое впечатление, что ее явно кто-то приютил. И этот кто-то сумел скрыть ее от Скуратова.

– А может, ее уже убили? – предположила Пожарская, сразу поймав на себя возмущенные взгляды подруг. – А чего? Денег у нее нет, СБ роет везде… Куда она приткнётся? Может, ее просто ограбили и убили… или еще чего хуже.

– Мне кажется, Диана, или ты радуешься такой возможности? – нахмурился я.

Признаюсь, мне тоже не понравились подобные фантазии Пожарской, действительно произнесенные довольным тоном.

– Не радуюсь, конечно, – поспешила заверить меня девушка, – но все может быть.

– А я вот не верю. Скорей всего, она сейчас прячется у кого-то знакомого. – И вновь её взгляд был обращен ко мне. На этот раз и остальные девушки заметили это.

– Ты что-то хочешь сказать? – поинтересовался я у Вероники, взяв себя в руки. Ну не может она знать про Годунову. Не может!

– Нет, особо не хочу сказать, – улыбнулась Трубецкая, – просто предположила, что она может быть у тебя.

Несмотря на сразу впившийся в меня изучающий взгляд Вероники и удивленные взгляды остальных, я сумел изобразить на своем лице искреннее удивление. Точнее, думаю, что сумел: со стороны-то я себя не видел.

– Ты явно перебрала, – сообщил я наглой манипуляторше тоном, не предвещавшим ей ничего хорошего, и на девушку это явно подействовало. – Или ты думаешь, что я могу укрывать кого-то из Годуновых? – Я осклабился.

– Не знаю, – сдала назад Вероника, видимо, почувствовав, что перегнула палку. – Просто предположила.

– Давайте не будем предполагать. – Я обвел взглядом сидевших девушек, – Всем известно об отношениях между Годуновыми и Бельскими.

И мне не хотелось бы больше поднимать эту тему.

Все дружно закивали, но мне почему-то показалось, что Трубецкую все это явно не убедило. Да что же ты проницательная такая?! Надеюсь, Годунова согласится на брак. Если это так, то представляю лица девушек из моей группы. Но, если вдуматься, я не отрицал присутствия в своем доме Годуновой, просто ушел от ответа.

Неловкость, появившаяся после разговора о Годуновой, быстро развеялась, особенно после того, как мы выпили еще раз. И, как обычно бывает, когда женщины что-то вбили себе в голову, они обязательно будут пытаться это выполнить. После того как троица, состоявшая из сестер Трубецких и Пожарской, отправилась, как они выразились, «припудрить носик» в мою большую туалетную комнату, Демидова преобразилась: во-первых, она каким-то неуловимым движением оказалась рядом со мной на диван, во-вторых, мне было предложено выпить на брудершафт, хотя я, вроде, и так ко всем обращался на «ты». Но, глядя в манящие глаза девушки, я понял, что, возможно, не так тверд, как себе представлял. После выпитого на брудершафт вина последовал долгий, чувственный поцелуй. И тут я уже стал подозревать, что могу и не устоять.

Ну а дальше вернулись оставшиеся девушки, и… ну, как бы все наше общение перетекло, так сказать, в горизонтальную плоскость.

Почувствовал неладное я только когда мы оказались в моих апартаментах. Ну пожелали девушки посмотреть мою спальню. Отказать я в этом им конечно не мог. Считайте меня идиотом, но реально не ожидал, что они идут туда с определёнными мыслями. Просто не думал, что четыре столь разные девушки могут договорится между собой.

Четыре не буду лукавить, красавицы, как-то слишком вольготно стали себя вести оказавшись в моей спальне. Похоже у них уже был план. Правда, по-моему, полностью Демидова его явно не знала. Я с обалдением следил за тем, как мне отрезали все пути к отступлению, закрыв дверь на замок. Сестры Трубецкие приняли на себя роль заводил, ну точнее приняла ее Вероника, Елене оставалось только поддерживать свою сестру.

Тем не менее они практически синхронно толкнули вперед стесняющуюся Демидову, и вместе с рыжей Пожарской в шесть рук быстро избавили покрасневшую до ушей девушку, от одежды. Затем просто вытолкнули прямо на меня, и она застыла как столб, правда весь соблазнительный стройный «столб» с расширившимися в ужасе глазами. Ну уж нет, так не пойдет. Коли вы придумали этот план, что ж, я не против. Назад как говориться хода уже нет.

Я решительно подошел к сжавшейся Демидовой и привлек ее к себе, осторожно покрывая ее зардевшееся личико поцелуями, пока не прикоснулся к нежным губам. Первый поцелуй он всегда особенный… это я уже успел уяснить по своему пусть и небогатому но уже достаточному опыту. Уступая моему напору, она приоткрыла рот, пропуская язык и подчиняясь мне.

Пока мы целовались остальные девчонки споро освободились от оков одежды и стянули с меня штаны. Близость нежного трепещущего девичьего тела возбуждала, требуя немедленно начать действовать. Я сдерживался как мог, но искушение оказалось слишком велико. Аккуратно толкнув Демидову на кровать, я раздвинул ее изящные ноги и уперся в ее аккуратное лоно. Под мою ободряющую улыбку она расслабилась, и я медленно вошел внутрь. Ох, хорошо… Тесно, мокро, тепло… Все как нужно.

Что может быть лучше, чем иметь узкую девочку, которая миленько стонет от каждого движения? А когда тебе помогают еще трое! Вообще волшебство настоящее. Пожарская, как самая активная, оседлала Демидову. Выгибаясь мне навстречу, рыжая чертовка подставила мягкие спелые груди прямо под мои ладони, и мы слились в жарком поцелуе. Она вся дрожала от неумелой, но искренней ласки брюнетки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.