Иван Суман
Чёрная обсессия

Суман Ваняш (Иван Суман)

Чёрная обсессия

2024

ЧЁРНЫЙ

1.

– Фамилия, Имя, Отчество.

– Кравцова Ева Николаевна.

– Дата рождения?

– 20 мая 1990. У меня словно дежавю. Может, уже пропустим эти формальности?

Девушка старалась держаться уверенно, но в голосе слышались нотки нервозности. Её била лёгкая дрожь. Она щёлкнула костяшками больших пальцев и глубоко вздохнула.

– Кхем, ну ладно, идём дальше. Вы осознаёте, где находитесь? Вас уведомили о Ваших правах?

– Да, осознаю. Да, уведомили.

Следователь взъерошил рукой волосы на голове, открыл папку с бумагами и приступил к допросу:

– Итак, Ева Николаевна. Вы проходите у нас как свидетель убийства в детской поликлинике №12 гражданки Сомовой, свидетель жестокой кровавой бойни в закрытом порту, участник этих событий в порту, которые привели к гибели сотрудника полиции и нанесению особо тяжких телесных повреждений гражданке Бариновой, свидетель в деле о пропаже гражданина Конева, известного по кличке «Конь», а также вы являетесь подозреваемой в убийстве гражданки Гериновой.

– А почему я свидетель по делу Конева? Я понятия не имела, что он пропал. Он же и так бездомный. С чего вы решили, что он пропал?

– ВЫ одна из последних лиц, с кем он виделся. Об этом ВЫ САМИ рассказывали, когда приходили дать показания 16 сентября этого года. На следующий день мною были организованы поиски этого гражданина в том самом парке, про который ВЫ мне рассказывали при прошлой нашей встрече. Совпадение это или нет, но кроме кухонного ножа с ВАШИМИ отпечатками и кровавых следов там ничего не было обнаружено. А буквально через полчаса меня вызывают на происшествие в Поликлинике, участником которого тоже являетесь ВЫ. А ещё чуть ранее сотрудники полиции обнаружили ВАШ паспорт в квартире Гериновой. Слишком много происшествий. И слишком много ВАС, Ева Николаевна.

– Уф, Вы меня, конечно, простите, но, чтобы окончательно во всём разобраться, нужно рассказать эту историю по порядку. С самого начала. В тот день всё с самого утра шло наперекосяк.

***

В сером, безвкусно стилизованным под металл бизнес-центре шестнадцать часов в сутки непрерывно горят лампы. Оптимистам этот свет кажется лучиком надежды в утопающем от безликости мегаполисе. Но для Евы Кравцовой этот лучик – ни что иное, как лампа, манящая мотыльков. Мотыльков, не ведающих, что за ярким блеском их ожидает гибель с коротким «пшик».

И вот этот мотылёк, собравшись с силами, поднимается на свой этаж и открывает двери, за которыми скрывается пчелиный рой.

– О, смотри, пришла наконец.

– Новый рекорд – 12 минут.

– И как ей постоянно везёт? Если б я так хоть раз опоздала, точно премии лишилась бы.

– А может Сергей Николаевич даже не в курсе, что она здесь работает? Иначе не понимаю, как ей всё сходит с рук.

– Да все мы знаем почему так происходит. Если б можно было быть ещё более серой и незаметной, она бы точно стала в этом профи.

– Ну а чёлка эта, просто пипец. На пол-лица.

– Да и хорошо, с её-то вкусами не знаешь, что лучше – с ней или без неё.

Всё в этом офисе напоминает улей. От серых стен и жёлтых ламп до безобразных столов и стульев, расставленных в хаотичном порядке. Еве здесь тесно, тошно, душно. Проход загромождён рабочими столами. Столы загромождены мониторами, процессорами и папками с бумагами. Мозги у людей загромождены ориентирами, направленными на благо компании. И за всем этим загромождением люди теряют то единственное, что ведёт их к благу собственному. Теряют свободу и индивидуальность. Все как один, один как все. Пчелиный рой.

Ева засеменила к своему столу, стоящему в самом дальнем углу. Она шла быстрым шагом, возможно даже торопливым. Колени были близко друг к другу, и казалось, что внутренние поверхности бёдер между собой стираются до мозолей. Ева осторожно проскользнула на своё место и только уголком глаза глянула на коллег. Однако, этого едва уловимого действия видимо хватило, чтобы они перешли в своих обсуждениях на шепот. Есть некая ирония в том, что частенько объектом всеобщего обсуждения становится тот самый человек, кто «тише воды, ниже травы». Обидно было конечно то, что Ева вчера помыла голову, но её волосы всё равно выглядели слегка уставшими.

До неё лишь доносились слова «мышка», «неприметная», «серая». Да, она была такой. Она смогла себя принять тихой и не запоминающейся личностью. Той, что не является душой компании и никогда никому не пишет первой. У нее был особый дар затеряться в толпе, слиться с окружением. Она была серой, как та туча за окном, незаметной, как пятнышко кофе на рукаве её светло-серого пиджака. Только она и знала об этом пятнышке, но никто другой его не видит, потому что все смотрят всегда мимо, в другую сторону. Эта была её маленькая игра, она специально не сводила пятнышко, чтоб хоть кто-нибудь мог ей указать на него и тем самым заговорить с ней.

Но, к сожалению, время шло, а пятно и ныне там. И она там. Сидит одна в своём углу, печатает никому не нужные отчеты, сводит дебеты с кредитами и изображает занятость. Пока остальные в офисе пытаются чего-то достигнуть, двигаться вверх по карьерной лестнице, Ева уже который год утешает себя мыслями, что ещё чуть-чуть подкопит деньжат, поработает каких-то пару-тройку лет и начнёт жить по-человечески. Вечные мечты о другой, непрожитой жизни.

Она взаправду опоздала не по своей вине – дурацкий дешевый замок на дешевой туфле. Но начальство опять не заметило её опоздание, «коллеги» опять её обсуждают за спиной, контора опять работает над самой важной «сделкой века», и она опять пишет свой месячный отчет. Всё движется по кругу. Круг – это то же самое колесо, в котором без остановки бегают тысячи и тысячи трудолюбивых белок. Изо дня в день. РУ-ТИ-НА. ТОСКА. БОЛОТО.

Так неспешно и проходил её день в раздумьях:

«А если я опоздаю на пятнадцать минут, Сергей Николаевич заметит? А двадцать минут? А час? А если вообще не приду? Ну хотя бы один денёчек.»

– Кравцова! КРАВЦОВА!

– Ой, что? Простите…

– Очнись! Хватит ворон считать. Распечатай мне бланки отчетности. Штук десять сразу, чтоб мне опять не пришлось твои зависания прерывать.

Вжик, вжик, вжик. Листки вылетели из принтера, а вместо «Спасибо» послышалось лишь едва различимое «Шизик тормознутый». Ева аккуратно вылезла из-за своего стола и прошмыгнула в курилку. Лишь пара человек подняли головы на неё, но потом сразу вернулись к работе. Дрожащими руками она достала из пачки сигарету и тщетно пыталась чиркнуть кремешок. Но из сопла лишь вяло вылетали искорки. Ева нервно щёлкнула костяшками больших пальцев.

«Подумаешь, шизик, могло же быть и хуже… Да я и сама виновата, ушла в мысли свои… Да давай ты уже, зажигайся!»

Наконец появился огонек, и Ева впустила в легкие успокаивающий дым. Ещё пара часов – и домой. Пара лет – и этот кошмар закончится.

Она вернулась на своё рабочее место, но обнаружила, что всё не так, как было пять минут назад. Вокруг был не тот привычный порядок, который она устраивала годами. Стул отодвинут дальше обычного, на полу разбросаны провода и самое главное – принтер пропал! А точнее, он почему-то переехал на стол к Ефимовой, которая и просила грёбаные бланки. Ева подошла к её столу и спросила:

– Алёна, а почему ты принтер забрала? Мне же тоже работать надо.

– Извини, Кравцова, но пока тебя дождешься, можно на Луну слетать.

– А как же я? Мне же тоже работать надо.

– Ну чё ты заладила? – вызывающе ответила Ефимова. – Здесь всем работать надо. И вообще, не ной. Завтра я отдам тебе принтер. Но сейчас, будь добра – отвяжись по-хорошему. Пока у тебя ещё волосы на месте.

Ева растерянно побрела к своему месту. Простая сигарета тут уже не поможет. Девушка теребила пачку, пока та совсем не истрепалась. Тело трясёт. Ощущение, будто весь офис сейчас ждёт от неё какой-то ответной реакции. Ева подняла голову, и все тут же уставились в свои мониторы. Стадо баранов. И вот это называют «дружный коллектив»? Будь на её месте отец, он не стал бы и разговаривать, пытаясь решить всё мирно. Схватил бы эту мымру за волосы и пару раз стукнул об стол. Да-а-а, стукнул бы её. Об стол. И поделом ей. Вот только если б Ева жила по советам отца, то не сидела бы сейчас в уютном офисе.

Последние два часа до конца рабочего дня тянулись невыносимо долго. Ева выждала ровно двенадцать минут после шести и вышла из офиса. Прохладный воздух немного успокоил её. Лето только закончилось, хотя осень и не вступила в свои владения полностью, но с каждым днём мысли о том, чтобы укутаться потеплее, посещали умы людей всё чаще.

Завтра все уже забудут о случившемся. Алёна вернёт ей принтер, всё пойдет как раньше. Только надо бы прийти вовремя.

Сидеть в такой вечер дома в четырёх стенах Еве совсем не хотелось. Особенно после конфликта с Ефимовой. Необходимо развеяться, снова найти своё вдохновение и помечтать о том, чему никогда не суждено сбыться. К тому же Марсик, наверняка, совсем заскучал в одиночестве. Надо бы его выгулять. Набережная или парк? Наверное, всё-таки парк.

Ева еще не открыла дверь, но уже слышала тявканье и поскуливание пса. Джек-Рассел был подарком бабушки. Отец был против. Если бы он выбирал собаку в подарок, это была бы овчарка или бульдог. Но Еве удалось настоять на том, чтобы оставить его. Ей сразу приглянулся этот милый щеночек.

Людей в парке гуляло совсем немного. Нужно быть не в себе, чтобы добровольно выйти в такую ветреную погоду на прогулку. Тем не менее мимо Евы и Марса только что успела проскочить мать с ребенком, едва не окатив Еву из грязной лужи. Шурша пакетами, неподалеку хромала старуха, на лавке спал бомж, укрытый минимум тремя тулупами. Девушку почему-то не покидало ощущение, что за деревьями кто-то стоит и наблюдает за ними. Ева достала пачку сигарет, но, открыв её, обнаружила пустоту.

– Вот блин, забыла купить… Фу! Марс! Ко мне! – терьерчик поскакал дальше, демонстративно задрав нос.

Мысли о закончившихся сигаретах окончательно испортили девушке настроение. Ева не успела даже подумать о том, как его можно улучшить, когда Марс нашел себе новую жертву. На лавке сидел, опустив голову, молодой парень. По всей видимости немного не подрассчитал с алкоголем и уснул прямо здесь. Однако…, внутренняя чуйка подсказывала Еве, что не так всё просто.

– Марс! Кому говорю? Быстро ко мне. Э-э-э, извините, он бывает немного навязчивым, – начала бормотать Ева и вдруг заметила, что вокруг парня валялось по меньшей мере три пустых аптечных флакона. На асфальте сверкали несколько таблеток. Ева в шоке сделала лишь шаг назад, и тело парня обмякло на землю. – Аааааа! Спасите! Помогите!

– Боже мой, что случилось? – на крик прихромала бабка и, увидев парня, залепетала, – ой ты, Господи, что творится…

Бомж, будто и не слыша криков, продолжал спать. Зато мама с ребенком, развернув коляску, спешила на зов.

– Что тут произошло? Ой, мамочки! Он дышит?

Будто из ниоткуда рядом возник мужчина лет сорока в черном пальто. Он поставил на землю кейс, поправил очки и коснулся шеи парня, нащупывая артерию. Еве на секунду показалось, что кейс сделан из чистого серебра, но, присмотревшись, она заметила, что он был просто стальным. Так Ева и не поняла, почему в такой напряженный момент отвлеклась на подобную ерунду.

– Вы врач? – спросила старуха

– Ну… не совсем. Увлекаюсь биологией иногда и могу сказать, что пульс улавливается, но слабый. Думаю, мы можем попробовать ему помочь. Есть у кого-нибудь вода?

Женщины лишь растерянно переглядывались: ни у бабки, ни у матери, ни у Евы с собой воды не оказалось. К счастью, Ева увидела между деревьями, пронёсшуюся по тропинке тень.

– На помощь! Помогите! Эй! Помогите! – она побежала за неясным силуэтом, и вскоре её усилия были вознаграждены. Тень развернулась и побежала в её сторону. Это была молодая девушка в спортивном костюме, наверняка решившая перед сном пробежаться в парке. Еве её лицо показалось смутно знакомым, где-то она её уже видела, при том не так давно.

– Я услышала ваш крик. Кому-то нужна помощь?

– Там парень на скамейке, наглотался таблеток. У вас не найдется немного воды?

Спортсменка потрясла свой шейкер, и из него послышалось спасительное бултыхание живительной жидкости.

– Да, конечно, немного есть. Покажите куда идти.

Уже через полминуты мужчина, который «не совсем доктор», пытался привести парня в чувство. Он искусственно вызвал у него рвоту и с силой вливал ему жидкость в рот, пока Ева поддерживала голову парня. Окружавшие их женщины застыли в напряженном молчании. Но это длилось недолго, спустя несколько секунд они разом дернулись будто от удара током. Вечернюю тишину нарушил внезапный писк. Мужчина резко поднял голову и, бросив спасение парня, подбежал к своему кейсу. Дрожащими пальцами он стал набирать код на замке и чертыхаться себе под нос.

– Твою мать! Нет! Еще слишком рано!

– Всё в порядке? – осторожно спросила молодая мама

– Нет! Всё совсем НЕ в порядке!

– Паренёк сейчас точно помрёт. Может, ему сперва поможешь, а потом будильник свой выключишь? – вступила в разговор старуха. – Или там бомба у тебя?

– Да если б бомба. Там нечто поопаснее. – со страхом в голосе ответил мужчина.

– Что? – спросила спортсменка. – Реагент? Химическое оружие? И вы его вот так переносите в чемодане по улице?

– Начальство поручило мне переправить его в другую лабораторию, но машина не завелась. Поэтому я решил срезать путь через парк. Я, конечно, предполагал небольшую погрешность или заминку, из-за которой мог опоздать. Но на этот случай поставил таймер, который мне подсказал бы, когда необходимо включить автозаморозку. Я наверняка успел бы, если б не остался тут, с вами.

Он наконец открыл кейс и взору случайных прохожих предстал небольшой серебристый баллон, подключенный проводами к электронной панели управления. Мужчина поправил очки, трясущимися пальцами ввёл на панели код и нажал на кнопку.

– Ну, с Богом! Надеюсь, я успел и всё обойдется…

– Что обойдётся? Чего нам ждать в худшем случае? – Ева до сих пор не отходила от парня, держа его голову, но всё внимание собравшихся теперь было приковано к содержимому чемодана.

В этот момент по проводам полился мутный поток некой жидкости. Наблюдающие застыли в напряжённом ожидании. Над ними властвовало чувство, будто они смотрели в иллюминатор, пролетая через грозовую тучу. Когда опасность вроде и не касается тебя напрямую, но случись что-нибудь непредвиденное, никакая защита тебя не спасёт.

Словно в замедленной съёмке Ева увидела, как прямо возле соединительного клапана баллона провод не выдержал и порвался. Баллон угрожающе затрясся и из него прыснули две струйки чёрного как нефть дыма.

– Вот чёрт… – прошептал хозяин кейса.

Он встал, круто развернулся и в панике рванул с места. Только было уже поздно. Буквально через секунду баллон взорвался, и всех окутало чёрными клубами дыма. Ева задержала дыхание, прикрылась воротником, и стала озираться по сторонам, пытаясь отыскать своего пса. Ей хотелось найти и защитить своего единственного друга.

Весь мир будто заволокло чёрным туманом, густым настолько, что не видно собственных ног. Она шла наугад и спустя пару шагов упала, споткнувшись о чьё-то тело. От неожиданности Ева охнула и позволила дыму проникнуть в лёгкие. Дыхание спёрло. В горле запершило. Еве начало казаться, что газ проникает ей внутрь через глаза и уши. Она попыталась встать, но силы стремительно покидали её. Еве удалось с трудом подняться на четвереньки, но неожиданно её придавило кем-то, и она отключилась.

2.

Мгла. Непроглядная черная завеса. Пространство абсолютного покоя. Не было слышно даже собственного дыхания. До некоторых пор.

В этой тьме Ева постепенно начала чувствовать себя. И не только себя. Рядом был кто-то ещё. Появились первые звуки. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вдох. Будто в темноте затаился хищник. И ждёт.

«Почему он не нападает? Я же идеальная добыча. Нужно просто прыгнуть. Сомкнуть пасть на моей шее. Вкусить столь желанной крови. Или тут и в самом деле никого… А дыхание это – совсем не зверя, а моё?»

По ногам мягко проскользнуло прохладой. Сгиб локтя очень больно кольнуло, как от введённый иглы. По венам тут же растеклось тепло. Смешиваясь с кровью, оно возвращало жизнь девушке. Поначалу это было даже приятно, но потом, словно удары тока стали колоться по разным частям организма. Где-то боль была слабой, едва ощутимой. Но в некоторых местах электрические разряды только росли. Пульсирующими ударами. Боль становилась нестерпимой. Казалось, что в левую стопу вводят спицу, прокручивая её и медленно проталкивая вперёд. Ева хотела кричать, но не могла. В этой тьме она сама по себе. Застыла в немом крике. От такой боли можно упасть в обморок, но что делать если ты уже без сознания? Во тьме показалось бледное сияние, которое с каждой секундой расширялось. Ева позволила сиянию окутать её. Внезапно, девушка ощутила себя лежащей на кровати. К ней возвращались чувства. На её крик прибежала женщина:

– Тише-тише, всё хорошо. Всё хорошо.

Ева постепенно перестала кричать, нога продолжала ныть от боли. От шока Ева попыталась приподняться, но ей этого не удалось. Тело будто приклеилось к кровати. В добавок к этому, медсестра настойчиво давила ей на плечи.

– Не вставайте. Вам нужен отдых. Вы слышите меня?

Ева всё слышала, но мозг отказывался принимать такое. Она предприняла ещё одну попытку приподняться. Снова безуспешно. Сердце бешено качало кровь, наверняка из-за резкого всплеска адреналина. В висках закололо. От яркости ламп защипало в глазах. Голос медсестры всё ещё казался далёким, несмотря на то что она буквально кричала в ухо, прося Еву успокоиться и лечь.

– Дышите, глубоко и медленно. Вдох-Вдох-Вы-ы-ы-дох. Повторяйте.

Ева шумно вдохнула. Задержала дыхание. Выдохнула. Повторила это ещё несколько раз. Воздух начал задерживаться в лёгких, а кровь насытилась кислородом и спустя некоторое время все органы чувств стали приходить в норму. Освещение уже не казалось настолько ярким. Медсестра заговорила спокойнее и провела под носом Евы ваткой с нашатырём. Девушка дёрнулась и поморщилась.

– Что произошло? Как я тут оказалась?

– Вас привезли сегодня ночью. Нашли в парке без сознания. Вас, и ещё нескольких людей. Мы попытались выяснить что произошло, но никто ничего не помнит. Можете ответить на пару вопросов, когда сюда зайдут сотрудники полиции?

– Полиция? Ничего не понимаю. Всё что я помню – как гуляла в парке со своей собакой. И всё. Где она сейчас?!

– Не беспокойтесь. Собака в порядке, её отвезли в ветеринарную клинику. Там о ней позаботятся пока вы находитесь у нас.

Медсестра подала ей мобильный телефон. Ева с надеждой включила экран. Ноль пропущенных. Никто не беспокоился о её благополучии. Даже с работы не удосужились позвонить, чтобы узнать о причине её отсутствия. Неужели она настолько не нужна никому?

Девушка устало положила голову на подушку и только хотела закрыть глаза, как в палату вихрем вбежала ещё одна пациентка. Та самая бегунья из парка, чьё лицо настойчиво казалось Еве знакомым. Следом семенила упитанная медсестричка и умоляла её задержаться в больнице подольше.

– Александра Ивановна, прошу останьтесь ещё ненадолго. Мы ещё не все тесты провели. А если у вас будут осложнения?

– Я прекрасно себя чувствую. Мне не нужны никакие тесты. Каждая моя минута, и так дорого вам обойдётся если вы меня сейчас же не выпишете. Я опаздываю на съёмки.

Еву будто током шандарахнуло. Точно! Это же Александра Баринова – молодая певица «Сандра», победившая в популярном конкурсе песен «Голос России». Афиши с ней развешаны буквально на каждом углу, и совсем не удивительно что её лицо показалось Еве знакомым. Волей судьбы именно она оказалась тогда на пробежке в парке и приняла участие в спасении парня. Видимо, когда их всех обнаружили и доставили в больницу, персонал поместил девушек в одну палату. Сандра была одного с Евой роста, и по комплекции также походила на неё, за исключением более пышной груди. Длинные волнистые волосы пепельно-коричневого цвета элегантно ложились на плечи звезды. Даже в сложившейся обстановке она выглядела привлекательнее остальных.

Пока Ева размышляла о перипетиях судьбы, и о том что это первый и последний раз, когда она находится в непосредственной близости к знаменитости, Сандра уже успела собрать свои вещи и стояла в дверях, пытаясь обойти тучную медсестру.

– Ну что вы от меня хотите? Автограф вам нужно?

– Сейчас подъедет полиция и задаст вам пару вопросов, а далее мы не станем вас задерживать.

– У меня совсем нет времени на общение с полицией! И если вы меня не пропустите, мне придётся позвонить своей охране! Или ещё хуже – адвокату, он вас затаскает по судам…

Угроза возымела должный эффект, и медсестра начала отодвигаться. Сандра уже почти выскочила из палаты, но зов Евы задержал её.

– Прошу прощения, Александра. Один вопрос, можно?

Баринова вернулась в палату и с раздражением осмотрела Еву.

– Так-так-так, кто тут у нас? Соседочка по палате. Между прочим, если бы не ты, меня бы здесь и не было. Именно из-за тебя я остановилась и подошла к той скамейке. И могла бы вчера вечером спокойно сидеть дома, а не рисковать своим здоровьем, лёжа на холодной земле.

– Парню необходима была помощь. Это был вопрос жизни и смерти. И, думаю, не стоит жалеть о потраченном времени, если вы пытались спасти кому-то жизнь. – резко ответила Ева. Она сама не ожидала что найдёт в себе храбрость спорить со знаменитостью.

Баринова не нашла что ответить на этот выпад. Она продолжала свысока смотреть на Еву. Между тем, та продолжила:

– Так я могу задать вам вопрос? Сможете мне уделить всего минуту вашего драгоценного времени?

– У тебя есть ровно один вопрос. И ровно одна минута. Время пошло.

– Что вы последнее помните из вчерашнего вечера?

Несмотря на то, что Баринова ожидала подобный вопрос, всё равно на мгновение удивилась, а потом стала усиленно вспоминать. На лбу появились едва заметные морщины, и девушка сосредоточенно стала вспоминать произошедшее:

– Последнее, что я помню… Бегу по парку, в наушниках музыка, мой новый трек. Думаю о том, каким должен быть клип. Слышу, что меня кто-то окрикнул. Делаю вид что не слышу, потому что это наверняка опять фанаты просят автограф. Крики становятся громче и ближе. Прекращаю бежать. Там ты. Просишь о помощи. Говоришь что-то о парне, ему нужна помощь. Вокруг скамейки толпа. Человек пять или шесть. И собака. Отдаю свой шейкер с водой. Вижу какого-то мужчину, что был ближе всех к парню. И всё. Дальше я уже очнулась здесь.

Вся палата погрузилась в молчание, после чего, Сандра взглянула на часы и вышла. Ева, собравшись с силами присела на кровати. Странным образом острая боль в нога сменилась на лёгкое покалывание. Медсестра даже не предприняла попыток остановить пациентку, увидев решимость в её глазах. Ева вышла из палаты и двинулась на шум в конце коридора. Она осторожно прошла вдоль стены к группе людей. Увидела знакомые лица: старушку, которая выглядела на удивление самой бодрой из присутствующих, мать с капризничающим ребёнком, и того самого учёного, содержимое кейса которого и стало причиной их пребывания здесь. Все они стояли возле стойки дежурной медсестры, и по всей видимости собирались как можно скорее покинуть это место. Первой её заметил учёный. Девушка только сейчас нормально рассмотрела его – среднего роста мужчина, тощий, с залысинами на голове.

– Доброе утро. Как ваше самочувствие? Меня зовут Валерий, и я приношу извинения за столь неприятное для нас всех событие. – сказал виновник вчерашнего инцидента.

– Извинения он приносит? – вспылила старуха. – Да я засужу тебя! И всю твою контору тоже! Ходите по улицам, людей травите. А если б кто-то помер? Ты обязан рассказать, что за дрянь носил в своём кейсе! Благодари Бога, что все живы остались.

– Я никак не могу рассказать, это же государственная тайна. К тому же я простой ученый. Мне приказали лишь доставить кейс до места. И я бы успел, если бы не тот парень.

Ева вмешалась в их перепалку:

– Меня кстати Ева зовут, простите, Вы сказали, что все остались живы, то есть тот парень тоже?

– Олеся Евгеньевна я. – ответила боевая бабка. – Да выжил он. В рубашке родился видать. Но сейчас мне глубоко плевать на него, вот те крест! Я должна бежать домой и кормить кошек. Почему это, певичке можно свалить, а нас не пускают? И бомж этот, Конь, свалил, кстати, тоже.

– Бомж? Это тот, что на скамейке лежал неподалёку? Его тоже зацепило газом? – спросил учёный.

– А почему Конь? – не удержавшись поинтересовалась Ева.

– Фамилия, потому что, лошадиная. Так его на районе все и знают. К тому же он и внешне огромный, прям как настоящий конь.

– Мне очень сильно нужно домой, и не до ваших Коней, – вмешалась молодая мать, – ребёнку нужна спокойная обстановка, домашняя, а не местный бардак.

– А вас как зовут кстати? – поинтересовалась Ева.

– Ульяна. А сына моего – Тимурка. – Ева наконец увидела ребёнка, которого вчера везла эта девушка в коляске. На вид ему было не больше полутора лет.

Ульяна протянула администраторше небольшую кипу листков и не дожидаясь ответа пошла к двери.

– И мне сейчас вообще не до того, чтобы ожидать полицию и отвечать на их бессмысленные вопросы. Пока мы сидели в палате, я уже написала всё что помню и указала как со мной связаться. Так что, прошу меня простить, но я поехала домой.

– А в какой палате сейчас лежит парень?

– Да чёрт его знает. Мне всё равно. – Олеся Евгеньевна взяла со стойки ручку с листками и пошла писать показания.

– Дальше по коридору, предпоследняя дверь. – Валерий тоже ушёл, оставив Еву одну.

Девушка медленно прошла по коридору к приоткрытой двери. Ей был слышен только ровный писк кардиомонитора. Ева вошла в палату и её взору предстала картина: на койке лежал вчерашний парень. Над его кислородной маской виднелись впалые глазницы под серой кожей. Тощие руки аккуратно вытянулись вдоль тела, словно обтянутые кожей черенки от метёлок. Во вздутые вены, были воткнуты иглы от капельниц. На мониторе ритмично двигалась полоска пульса. Значит, может и выкарабкаться. И вправду в рубашке родился.

Ева повернулась, чтобы выйти из палаты, но внезапно с кем-то столкнулась. Она и не обратила внимания, как кто-то зашёл следом за ней. Это была бледнолицая немолодая женщина с такими же худощаво острыми чертами лица, как у парня. Отличался только цвет волос – женщина была белокурой. Ева предположила, что это его мать, или ближайшая родственница.

– Ой, извините меня. Я уже ухожу.

– Да это вы простите. Напугала, наверное.

Ева попыталась протиснуться в дверь, но из-за ноющей ноги это выходило крайне неуклюже.

– А вы – Ева, да?

– Ээээ, да. А откуда вы знаете?

– Мне просто рассказали в коридоре, что именно вы нашли Рому в том парке. Я была только что в вашей палате, но видимо мы разминулись. Хотела лично поблагодарить.

– Ну что вы, я просто оказалась рядом. Не стоит благодарностей.

– Вы спасли моего сына и говорите, что не стоит за это благодарить?

– Вы неправильно меня поняли. Я к тому, что на моём месте так поступил бы каждый.

– Вы сами то верите в то, что так поступил бы каждый? – спросила женщина, но Еве нечего было ответить на это и в воздухе повисло неловкое молчание.

Однако, через несколько секунд женщина продолжила. Видимо ей надо было собраться с силами, чтобы сказать следующее:

– Когда вы его нашли, он и в самом деле чуть не покончил с собой?

Её губы задрожали. Должно быть она прилагала немалые усилия, сдерживая слёзы. Еве пришлось подбирать каждое слово, отвечая на вопрос, чтобы не довести её до истерики.

– Я просто прогуливалась со своей собакой. Мы подошли к нему, я думала, что он просто уснул на скамейке и попыталась к нему обратиться, но он был уже без сознания. Тогда я и позвала всех на помощь.

Снова тишина. Ева уже повернулась, чтобы уйти, но тут женщина продолжила:

– На самом деле он мальчик хороший… Просто очень впечатлительный.

Ева хотела её успокоить, но вместо этого просто вышла и похромала в свою палату. Ей нечего было сказать этой женщине. Пока Ева шла до палаты, то обдумывала только что услышанное. Наверное, каждая мама сказала бы про своего сына что-то подобное. Но в конце концов, это единственное, что вообще она узнала о Романе за последний день. Если он и в самом деле хороший мальчик, то одному Богу известно, сколько добрых и благих дел может совершить Роман в будущем.

Ожидая полицию, Кравцова честно просидела в палате ещё час, но в конце концов поступила также, как остальные: написала показания на листочке и ушла. Марс, наверное, очень соскучился по своей хозяйке.

***

– Хотите сказать, что во всём виноват некий Валерий? Я прочитал то объяснение, которое он оставил в больнице. Ни слова про кейс и газ.

– Ну конечно же. Я вообще удивлена, что он хоть что-то написал. И не менее удивлена, что кому-то сдались наши объяснения.

– Очень странно, конечно, что этой ситуацией никто не заинтересовался. От слова «Совсем». Восемь людей найдены ночью в тёмном парке. На утро очнулись в больнице без всяких последствий с идеальным здоровьем. Ума не приложу, почему никто и нигде не задавался вопросом «Что произошло?»

– Уверена, если б ты не прочёл наши показания, то они вообще никому не сдались нахрен.

– Кхем. – прокашлялся капитан Плетнёв. — Помните свои первые впечатления, когда снова увиделись с Бариновой, Сомовой и другими?

–  Давай уже перейдём на «Ты»? Так-с, я помню, что разочаровалась в Сандре. Тогда, она показалась слишком высокомерной. Но если разобраться, то винить её не за что. От Ульяны разило грудным молоком. Я даже не придавала этому значения, но, наверное, все мои «метаморфозы» начались именно с этого. Эта змея старая вообще никому не нравилась, тут ничего удивительного. А Валерия я с того дня не видела вовсе. Он быстро испарился, поэтому о нём пока мне сказать совсем нечего.

– Я заметил ещё кое-что, что играет против тебя. Ты была в числе тех, кто видел Романа Воропаева до того, как он подался в бега. – следователь Плетнёв закурил и предложил Еве, но та отказалась.

– Пришлось бросить. Мария-Антуанетта не выносит запаха дыма. А касаемо Воропаева, это просто совпадение. Знал бы ты, сколько раз я прокляла себя за то, что спасла ему жизнь.

3.

За прошедшую неделю жизнь вернулась в прежнее русло. Кравцова продолжала влачить своё жалкое существование. Дом-работа-дом. Разве что парк она с тех пор обходила стороной.

Её отсутствие на работе прошло незамеченным для начальства. Только офисные гиены продолжали смотреть на неё свысока. Теперь в их взгляды, полные неуважения, добавились нотки брезгливости. Причиной являлось не только то, что Ева прогуляла работу безнаказанно. Видимо, и ситуация с принтером в которой Ева выставила себя терпилой, стала последней каплей.

О, Ева получила-таки обещанный принтер. Только с той разницей, что её «новый» принтер кряхтел громче, краски тратил больше, а КПД его было в разы меньше.

За окном нагнетающе моросил дождик. Серые тучи выплевывали капли воды, как японский цукубай. Такую погоду обычно в русских глубинках называют «ублюдской».

Тлен за окном проецировал настроение и в офис, где не повезло работать Кравцовой. Вот уже десять минут она ждала, пока её новый принтер соизволит допечатать документ. Последний листок выходил особенно натужно. Пшшш– вжихжхж– кзжзж. Противный визг вконец вывел Еву из себя. Она стукнула по столу кулаком и решительно пошла к рабочему месту Ефимовой.

Этот план она вынашивала последние пару суток и ждала лишь момента, когда Ефимова со своими подружками скроется в курилке. Однако натужно выходящий лист стал для неё последней каплей терпения. Разум Евы затуманила неконтролируемая ярость.

Ничего она больше выжидать не собирается. Пойдёт и возьмёт своё, и точка.

Пока она, громко топая, шла к столу коллеги, все офисные планктоны резво подняли головы и стали следить за ситуацией, ожидая лицезреть новый инфоповод на неделю вперёд.

Ефимова тоже заметила приближающуюся к ней угрозу. Только угрозы она в Еве не видела.

– Подойдешь ещё ближе, я тебе точно все космы выдеру, лохушка. – только и успела провизжать Ефимова.

Ева вовремя заметила, как рука соперницы нацелилась ей в лицо, и успела увернуться. С необычайной и неожиданной для самой себя скоростью, она сделала шаг вправо, тем самым оказавшись в слепой зоне соперницы. Ева положила руку ей на затылок и со всей силы надавила, опуская лицо Ефимовой прямиком на столешницу.

Находившиеся рядом мужчины даже не успели отреагировать. Нос Ефимовой уже был раздроблен в кровавую кашу. Весь стол оказался забрызган кровью, пока побежденная сползала на пол. Мужчины схватили Еву за руки и оттащили от стола, но она не особо сопротивлялась. Сама не понимая почему, она ликовала.

Поднялся неимоверный гвалт. Люди расходились в сторону перед Евой и уводящими её под руки мужчинами. Те довели её до кабинета начальника. Толкнули внутрь. Закрыли за ней дверь.

Ева бездумно плюхнулась на стул. Адреналин уже начинал откатывать, и до неё начали доходить предполагаемые последствия её действий. Она застыла и попыталась вжаться в спинку стула, когда к ней обернулся начальник.

– Ты что, с ума сошла? – закричал шеф. Кто-то из клерков уже успел доложить ему всю ситуацию. – Совсем рехнулась? Ну, так что ты хочешь сказать в своё оправдание?

Ответить Еве было толком нечего, так как в тот момент она будто даже не контролировала себя. Она пыталась продавить костяшки пальцев, но щелчка так и не добилась. Поэтому девушка продолжала тупо пялиться на ковёр.

– Молчать будем? Ну от тебя я и не ожидал внятного ответа. Я закрывал глаза на твои опоздания и ничего не сделал, когда ты вообще не явилась на работу накануне важной сделки. И это всё только оттого, что свою работу ты выполняла без нареканий. Но в этот раз…

Босс сделал вид будто придумывает наказание, на деле же выдерживая театральную паузу. Это возымело эффект. Кравцова с каждой секундой крепче сжимала подлокотники и сильнее вдавливалась в спинку стула. От прежней воительницы не осталось и следа. Она снова была собой.

– Но в этот раз я не вижу другого выхода, кроме как временно отстранить тебя от работы. Скажем так, на две недели. Спасибо скажи, что не месяц.

– Две недели?! Но хотя бы с сохранением заработной платы?

– Да с какого это хрена?! Естественно, нет! Будь реалисткой! Своим поступком ты лишила коллектив двух сотрудниц! Ефимовой я могу ещё выписать больничный, а на каком основании я должен что-то оплачивать тебе? Представь возмущения коллектива, когда они узнают, что я плачу тебе за то, что ты сидишь дома!

– Но на что мне тогда жить? Я готова продолжать работать, но не лишайте меня заработка совсем!

– А я по-другому не могу! Ты накосячила и за свои действия должна ответить!

Ева уже закрывала за собой дверь, когда ей вслед донеслось:

– Скажи спасибо, что я тебя вообще не уволил! И помни: это последнее китайское предупреждение. Ещё хоть один косяк или опоздание – скатертью дорога!

В офисе на неё все смотрели как на прокаженную, шепчась за спиной. Ярко красный след на полу уже успели подтереть, но столешница до сих пор была выкрашена кровоподтеками.

Девушка собрала свои вещи в неловкой тишине, но вышла, звонко хлопнув напоследок дверью. Еве совсем не хотелось думать о том, что произойдет через две недели, когда она сюда вернется.

Дорога домой была и правда долгой. И мокрой. Уже зайдя в подъезд, Ева почувствовала неладное. Ей явно слышался запах Марса и мочи. Едкая вонь заставила глаза девушки увлажниться.

Чем ближе Кравцова подходила к двери, тем больше сомневалась в своей нормальности. Неведомое ранее чутьё подсказывало, что что-то не так. К запаху псины и мочи прибавились запах древесины и крови.

Ева засунула ключ в скважину и не успела даже его повернуть, как послышалась шаркающая походка пса.

Ева вошла в квартиру и остолбенела прямо на пороге. Вся её верхняя одежда и обувь были разорваны в клочья. Обои будто исполосовали когтями. Шифоньер лежал на боку с выломанными дверями.

Девушка боязно сжала в руках связку ключей на случай самообороны от незваных гостей. Она рискнула прокрасться в комнату, где её ждал ещё худший беспорядок, нежели в коридоре. Помимо испорченной мебели, вокруг всё было украшено лоскутами от постельного белья, растерзанными книгами, осколками, перегрызанными проводами.

Ева в отчаянии опустила руки. К ней виновато проковылял Марс, хромая на одну лапу. Тогда Ева и поняла, что преобладающие в новом интерьере красные пятна являются свежей собачьей кровью.

Ей хотелось верить, что это обычная кража со взломом. Но было чересчур наивно закрывать глаза на то, что домашний хаос – дело лап Марса.

– Да ты охренел что ли? – крикнула Ева, сама того не ожидая. Марс задрожал от страха, когда она схватила пса за загривок. – Это кто натворил?! Скотина, я выброшу тебя, точно доиграешься!

Она замахнулась на пса, но тот вовремя выкрутился, и пулей вылетел из комнаты. Ева мгновенно пожалела о секундной вспышке гнева и обессилено съехала вниз по стене.

Ладно, если б это была личная квартира, с собственной мебелью. Нет, квартира съемная, и из личного у Евы была только обувь с одеждой и немного посуды, которая ныне разбита вдребезги. А с текущей ситуацией на работе она ещё не скоро сможет расплатиться за новый ремонт. Оставалось только отчаяние. Закрыв руками лицо, она не сдержала эмоций и залилась истеричным плачем, переходящим в бессвязный вой. Марс, желая утешить хозяйку, двинулся ей навстречу, но Ева резко подняла голову и гневно посмотрела на него.

Псу пришлось уступить. Он никогда ещё не видел такой животной злобы. Красные от слёз глаза будто принадлежали не тихой хозяйке, а яростной демонессе. Марс злобно ощетинился, зарычал, показывая своё недовольство, но покорно отошёл и улёгся в углу зализывать лапу.

Казалось, Ева выплакала из себя все силы. Она уже двигалась чисто на автопилоте. Сложившаяся ситуация подкосила её. Спустя несколько минут гипнотизирования точки на полу, Ева поднялась и пошла в кухню. Нагревательные детали от электрочайника были разбросаны по полу, поэтому пришлось кипятить воду по старинке, в кастрюле. Из посуды мало что уцелело, но всё же жить можно.

Пока грелась вода, Ева взяла мусорные пакеты и стала их заполнять уже бесполезной утварью. Чтобы не чувствовать себя снова одинокой, она включила на телефоне радио. Там как раз начался выпуск новостей:

«Добрый вечер, дорогие слушатели, на часах 17:00, а это значит, что настало время очередной сводки новостей на Лайв ФМ. Что же произошло у нас к этому часу, Анастасия?»

«Спасибо, Дмитрий. За один час в мире прошло уже целых шестьдесят минут, наполненных интересными и не очень событиями. И я вас с ними ознакомлю. Начну с главной новости дня: новый голос поколения, победительница конкурса «Голос России» певица Сандра отличилась несвойственной ей выходкой, а именно – сломала нос одному из журналистов, что хотел поймать её ради фото около торгового центра. Блогер «КноуБой», задержанный в нетрезвом состоянии за рулём, готов высказаться перед общественностью. Фильм «Буревестник» с Мэттью Шонне штурмует российский прокат и претендует на новый рекорд. Предвыборная губернаторская гонка в Тудойской области набирает обороты: кандидат Борзов пожертвовал более ста миллионов рублей в различные социальные фонды, чем ответит его главный конкурент? Об этом и ещё о кое-чём другом вы услышите прямо сейчас, не отключайтесь».

Ева прослушала новость о Сандре и выключила радио. В принципе, ничего нового в репортаже не прозвучало. Сандра просто выходила со своим менеджером из ТЦ и была атакована надоедливым папарацци. Важен тот факт, что с образом миловидной и доброй певицы сломанный нос никак не вяжется. Конечно, она была немного груба в больнице, но наверняка это был нервоз от общей ситуации. Ева чувствовала, что суть совсем в другом.

Пока она пила чай и наводила дома уборку, в голове складывался своеобразный паззл: и она, и Марс, и Сандра явно стали раздражительнее ко всему вокруг. Причиной, конечно же, был тот случай в парке. Но почему это происходит? А что, если эти изменения ощущают и другие?

Собравшись с силами, Ева надела намордник на Марса, и вдвоём они двинулись в сторону парка. Надо же с чего-то начинать. Рассчитывать на сиюминутную разгадку было напрасно, но нутро подсказывало ей, что эта прогулка точно даст кое-какие ответы. Или «задаст» новые вопросы?

На город ложился туман. Из-за него в совокупности с вечерним сумраком видимость стремилась к нулевой. Тем не менее на Марсе это никак не отразилось. Он тянул хозяйку вперёд будто ищейка, уловившая запах добычи.

Но и сама Ева с каждой секундой открывала для себя новую палитру ароматов. Булочная на углу, конечно, доминировала в этом букете. Но, помимо этого, Ева чувствовала пот мужчины, идущего через дорогу, выхлопные газы от едущего в двухстах метрах от неё автобуса, духи дамы на втором этаже новостройки, канализацию, естественно, и…

Он чувствовался всего одно мгновение, но забыть его было невозможно. Едкий, обжигающий слизистую оболочку запах, который она чувствовала перед тем, как очнуться в больничной палате.

Что это был за запах? Почему она не помнит последние минуты перед обмороком? Ответ был рядом. И он связан с этим запахом. Марс, видимо, тоже его учуял и нёсся в парк как выпущенная лучником стрела.

Вот они наконец добрались до роковой скамейки. Еле уловимый колючий запах уже почти выветрился. Как ни старалась, Ева не могла вспомнить, что именно случилось в тот вечер.

Около десяти минут они просто ходили вокруг скамьи, пытаясь найти хоть какую-нибудь мелочь, которая могла бы помочь, но безуспешно. Ева обшарила кусты и в одном из них нашла чистый кухонный нож. Она разглядела его, но не найдя ничего интересного, отшвырнула в сторону. Пока Ева прокручивала в голове предположения, каким образом кухонный нож мог оказаться в кустах в парке, Марс учуял что-то. До Евы новый запах дошел не сразу, но после того, как и она его ощутила, то никак не могла избавиться от него.

Это был смрад, сочетающий в себе кисло-сладкие и в то же время потные ноты. Смесь грязных носков, алкоголя, мочи и протухшего мяса. Из-за дерева, тяжело дыша, вышло нечто, напоминающее двухметрового медведя. Существо неуклюже пробиралось сквозь кусты, а каждый его шаг гулом отдавался в темноту. Марс приготовился к прыжку, оскалил пасть и выгнул спину. Взгляд собаки стал яростным, клыки прямо на глазах у Евы вмиг выросли на добрые полсантиметра.

– Успокой свою псину, девочка, – пробасил незнакомец.

4.

Ева прищурилась в попытке разглядеть лицо через заросли черных волос и густой бороды. До неё не сразу дошло, что она уже видела когда-то этого человека. Только тогда он спал на скамейке, когда Ева и остальные пытались привести парня в чувство.

В прошлый раз у неё не было времени рассматривать его, но сейчас девушка не зря отметила его сходство с медведем. Он был ненормально огромным, выше двух метров ростом. Массивное тело без особого труда сносило кустарники. Казалось, он их даже не замечал. Поверх грязного тулупа была надета шерстяная жилетка, выглядевшая так, словно до нынешнего хозяина её носило уже минимум семеро, а он просто снял её с окоченевшего трупа последнего. Ноги были «украшены» громоздкими ботинками. Даже шапка на голове казалась больше стандартной в два раза.

– Прошу прощения, Вы – Конь? – неуверенно спросила Ева

– Ох, как я не люблю эту кликуху. Но если тебе будет проще, то – да, это я.

– Вы что же, тут и живёте? Или Вас что-то привело сюда в такой час? – Ева старалась ни на секунду не отвлекаться. Нутро ей подсказывало, что приближается что-то опасное, поэтому она держалась на расстоянии и потихоньку отходила назад. Удивительно, но в парке не было и следа от того тумана, что застал девушку недавно.

– Вообще, я всё ждал, когда же кто-нибудь из вас таки догадается сюда вернуться. Но не ожидал, что ты будешь первая.

– А почему кто-то должен сюда прийти? Чего Вы ждали?

– Ну как же. – Конь продолжал приближаться к скамейке. – Ты же тоже это чувствуешь.

– Что чувствую? – у девушки пересохло во рту.

– Перемены.

Он посмотрел на неё, и Еве показалось, что она увидела в его черных как смоль глазах красные блики. Девушка списала это на отсвет от фонаря. Меж тем великан продолжил:

– Ты спросила, почему кто-то должен сюда прийти… Ну, наверное, чтобы найти ответы. Что же произошло в тот вечер.

– А Вы знаете, что произошло?

– О, да. Я всё видел. Лежал неподалёку. На вон той лавке. Это вы разбудили меня своими воплями тогда. «Спасите! Помогите!» – он попытался передразнить женский голос, что вышло чересчур комично. – И я видел ВСЁ.

– Последнее, что я помню, как мы пытались спасти его. Подскажите, пожалуйста, что было дальше?

– А дальше ты исчезла, но вернулась с этой бегуньей. Вы начали давать парню воды, но у мужика вдруг запищал чемодан. Что лежало внутри я разглядеть не смог. Но он начал паниковать, а потом… Ты что, нервничаешь, что ли? Я отсюда чувствую, как ты вся вспотела.

Только после слов великана Ева поняла, что футболка уже прилипла к спине. От дуновения ветерка девушку прознобило, а по коже пробежали мурашки. В тот же миг к Еве начали возвращаться смутные воспоминания. Будто вспышками в её голове показывались фрагменты утратившейся памяти.

– Так что потом-то?

– А потом вас всех заволокло туманной дымкой из того чемодана. Я понял, что это что-то нездоровое, и попытался убежать, пока был шанс. Но далеко уйти не смог. Очнулся уже в больнице. Мне пришлось свалить по-тихому, когда врачи сказали про мусоров. Сама понимаешь, с такими, как я, они долго не разговаривают.

Снова воцарилась тишина. Лишь ветерок продолжал лениво гладить листву деревьев. Ева, словно паззл, складывала по кусочкам утраченные события.

– Кажется, его зовут Валерий, того учёного. Фамилию он не называл. После той встречи в больнице я его не встречала.

– Валерий, значит… – задумался Конь, – А ты, деточка, скажи, ты помнишь, что было у него в чемодане?

– Да. Я вспомнила. – Это пришло как озарение, даже не пришлось напрягаться. Картинка сама всплыла в памяти. – Там были серебристые баллоны с газом, провода, панель с кнопками, и Валерий постоянно говорил, что нужно включить автозаморозку. Потом порвался клапан, и всё взорвалось.

– Хм-м-м, это всё?

– Д-да. – от неприятной сухости в горле девушка запнулась. – Да. Думаю, это всё.

– Ну что же, значит, учёный Валерий и баллон в чемодане… Ты меня, конечно, извини, деточка, но я уже не могу сдерживать свой голод. О Валерии я позабочусь сам, а тебе просто в очередной раз не посчастливилось оказаться здесь в неудачное время…

На этих словах Конь расставил ноги и поднял лицо вверх, будто к чему-то принюхиваясь. Его нос стал медленно увеличиваться в размерах и покрываться густой шерстью. Череп тоже стал менять форму на более округлую, уши сползли чуть ниже, изо рта показались острые как пики клыки, глаза почернели и чуть впали вглубь черепа. Сам Конь увеличился в размерах на добрый метр и стал походить на грозного гризли. Вместо человеческих рук теперь из рваного тулупа выглядывали лапы с длинными искривлёнными когтями. Мощные ботинки разошлись по швам, высвобождая волосатые ступни. Чудище издало громогласный рык. Это было нечто большее, чем рык медведя. Глубокий, покалывающий в ушах звук, низкий и резонансный, после которого всё вокруг замолкло, словно поглотилось тишиной.

Ева не верила своим глазам. От увиденного она впала в ступор и не могла пошевелиться, только руки сильно задрожали.

Конь стал приближаться. Жажда крови читалась в его свирепом, жестоком взгляде. Он видимо хотел закончить всё быстро и не мучить свою жертву. Так бы и произошло, всё могло бы завершиться за одну секунду, если бы не Марс, который вовремя прыгнул на замахнувшегося для удара врага и вонзил клыки в его лапу. Эта выигранная секунда стоила целую жизнь. Ева очнулась и отпрыгнула, едва успев увернуться от смертоносных когтей.

Девушка не сразу это увидела, но Марс будто бы тоже немного увеличился в размерах. Однако в силе он намного уступал Монстру. Медведеобразное чудовище отшвырнуло пса в кусты, послышалось жалобное поскуливание.

С лапы Чудовища капала кровь – клыки Марса смогли прокусить его кожу. Он снова кинулся на Еву и тыльной стороной ладони ударил её по корпусу. Девушка пролетела около трёх метров перед тем, как упасть. Она приземлилась на левое плечо, на удивление отделавшись без переломов.

Ева постаралась встать, но Медведь надавил массивной лапой на её грудную клетку. Рёбра затрещали, дыхание спёрло, на глазах наворачивались слёзы, и сложно было рассмотреть, сколько зубов сейчас готовы вонзиться ей в глотку.

Ева уже готова была проститься с жизнью, но вдруг Медведь завыл от боли. Он отпустил жертву и забился в агонии, пытаясь сбросить со спины Марса. Девушка перевернулась на живот, рукавом вытерла слёзы и поползла прочь от зверя. Сверху прямо на волосы полилась тонким ручейком густая тёмная кровь.

Ева отползла на достаточное расстояние, чтобы рассмотреть всю картину: Марс вцепился Чудовищу в спину и отрывал зубами клочья медвежьей шерсти. Он прогрыз ему загривок до костей, откусывая куски мяса. Оттуда и текла на девушку кровь. Наконец, Коню удалось задеть пса когтём, распоров тому заднюю лапу. Марс взвыл от боли и пополз выше, вонзая клыки в те места, где только что отрывал звериную шерсть, причиняя Чудовищу невыносимую боль.

Пёс залез медведю на голову и вонзил коготь прямо в чёрный глаз врага. Тот взревел, схватил Марса и зашвырнул в бесконечную тьму парка.

Чувство мести преодолело чувство голода, и враг совсем забыл о девушке. Покрытая мехом яростная масса двинулась в ту сторону куда только что улетел пёс. Ева хотела окрикнуть Марса, но здравый смысл подсказал, что это не самое умное решение. Ей оставалось только надеяться, что Марс успел скрыться, или хотя бы что его смерть не будет мучительной.

Воспользовавшись тем, что Конь выбрал себе другую цель, Ева со всех ног побежала прочь из парка. Она бежала так быстро как могла, постоянно прислушиваясь и оглядываясь, чтобы не быть застигнутой врагом.

Вскоре, она попала на затуманенную улицу, где с трудом виднелись фонарные столбы, и, еле шевеля ногами, прислонилась к крыльцу магазина. Ева пыталась отдышаться и осматривала себя.

Штаны порваны и все в мокрой грязи, впрочем, как и куртка. Волосы слиплись от звериной крови и слюней. На лице не разобрать, где кровь своя, а где чужая. По щекам катились слёзы. Лихорадочная тряска продолжала бешено колотить руки девушки.

У Евы не оставалось другого выбора, кроме как брести через туман от одного фонаря до другого. Вряд ли Чудище, если он, конечно, ещё может передвигаться, пойдёт за ней следом прямо по улице.

***

– Если честно, твои показания, касающиеся ножа, найденного в кустах, выглядят довольно слабыми. На нём твои отпечатки. А кровь на лезвии принадлежит Коневу. Даже если предположить, что я могу тебе поверить, доказать твою невиновность просто нереально.

– Тем не менее, всё так и было. Я не прошу мне верить. Я рассказываю, как всё происходило на самом деле.

– А что насчёт обоняния? Ты чувствуешь всё так же резко, как и в те первые дни?

– Сейчас уже привыкла. Самсон предположил, что мои рецепторы уже достаточно натренировались. Но я прекрасно чувствую запах твоего пота. – сказала Ева следователю, отчего тот смутился. — Или что ты ел на завтрак. Твоя рубашка пахнет вкусным кофе. Угостишь как-нибудь?

– Всё зависит от того, как наш разговор пойдёт дальше. Значит, это была твоя последняя встреча с Коневым?

– Да. После того вечера я его больше не видела. Как и Марса.

– Марс тоже мог превращаться в кого-то?

– Не успела особо разглядеть, но, кажется, да. Или тебе нужен полный рассказ: как его внутренние органы изменялись и перемещались под шерстью, или как морда некогда милого терьера вмиг изуродовалась чёрной пастью с длинными острыми клыками? И как он стал громадным четвероногим чудищем, взбешённым и неудержимым?

– Стой, стой. Я понял. Больше не стану спрашивать о Марсе. Я верю, что он тоже мог измениться. Особенно после того, что видел своими глазами.

5.

Ева с трудом поднялась на свой этаж и чуть не упала прямо на пороге, когда открыла дверь. Неимоверными усилиями ей удалось дойти до ванной комнаты и включить душ. Она стянула с себя куртку и рваные штаны, отправила их в корзину с бельём. Потом разделась догола и рассмотрела себя в зеркало.

Возможно, она была чересчур худощавая. Едва выпирающие бугорки вместо крепкой груди, торчащие, обтянутые кожей рёбра, походящие на криво слепленные кости. Худое, обычно бледное тело Евы походило на шедевр абстракционизма. Свежих синяков и ссадин появилось настолько много, будто кто-то пытался нарисовать на девушке космос. На груди красовались красные царапины от когтей Чудовища.

«Надеюсь, шрамов не останется» – подумала девушка.

Ева щёлкнула костяшками больших пальцев и устало вошла в душ. То ли от озноба, то ли от пережитого стресса, девушку затрясло. По телу побежали тёплые ручейки, смывая последствия вечера. Струйки воды смешивали между собой грязь, пот, слёзы и кровь, смывая их с молодого девичьего тела. Особо проворная капля попала прямо в царапину на груди. Ева зажмурилась от секундной боли, и в памяти тут же замелькали фрагменты бойни.

Страшный лик оборотня и кровожадный оскал. Вокруг летают клочки шерсти и проливается кровь.

За последний день чересчур много странных событий свалилось на её хрупкие плечи.

Девушка вышла из душа, обернувшись полотенцем, встала напротив зеркала, опустила голову и устало закрыла глаза. Внутри неё разгорался полилог нескольких голосов:

«А как же пёсик? Надо сходить поискать его. Надеюсь, он додумался сплятаться где-нибудь. О, бедный Малсик. Мы пойдём его искать в палк?».

«Сдурела? Ну ты глупая! Больше в этот парк ни ногой. Теперь его ваще надо за километр обходить».

«Но то Чудовище до сих пор живо, бродит где-то там среди деревьев в поисках новой жертвы, желая утолить голод. И знаем о его существовании только мы. Значит, его нужно как-то нейтрализовать, только своими силами это не выйдет».

«Слишком неравный бой красавицы против Чудовища. Да и о чём вообще она думает? Всю жизнь сидела в уютной норке, а сейчас даже на долю секунды задумалась о том, чтобы пойти в парк, кишащий опасностями?».

«Надо пойти в полицию. Сказать им, стобы пёсика поискали. И пло медведя тозе».

«А вдруг не поверят?».

«Ну конечно же не поверят, ведь то, что мы видели, больше напоминает страшный сон, кошмар. И Оборотней на самом деле не существует».

«А вдруг эта Тварь нас найдёт по запаху? Мы, наверное, на весь район развонялись? Надо снова сходить в душ».

«Тебе лишь бы на голое тело попялиться. Вот зачем тебе душ. К тому же, он всё равно не поможет. Жиры и потовые железы восстановятся за пять минут. А все синяки и ссадины смыть всё равно не получится».

«Малса, кстати, всё лавно стоит поискать. Он этого заслузивает. А с собой возьмём пелцовый баллончик. И селебло. Оно помогает от оболотней».

Голова Евы начала страшно болеть от разнообразия мыслей и новых появляющихся в ней голосов. Ей казалось, что черепная коробка не выдержит, расколется на тысячи кусков, и оттуда начнут вылезать вполне себе реальные люди.

«Серебро? А кейс Валерия мне сперва показался серебряным».

«Кстати говоря, этот Конь очень интересовался Валерием и содержимым кейса. К тому же, благодаря ему мы восстановили поминутно тот инцидент».

«Он что-то сказал про «голод», перед тем как обратиться, да и Марс очевидно тоже в последнее время был сам не свой».

«Ты подумал о том же, о чём и я?».

«Ага. Что-то в том баллоне провоцирует на агрессию. И если газ дошёл до лавочки с бомжом, то и мы тоже попали в радиус действия».

«Тогда необходимо принять какие-то меры, чтобы не нанести вред себе и людям. А если с нами начнётся нечто подобное? Я не хочу становится Монстром».

– Заткнитесь все! – неожиданно для самой себя крикнула Ева.

Моментально все голоса смолкли. Тишину нарушал лишь шум убегавшей в слив ванны воды. Ритмичный стук капель, выползающих из крана, гулко отдавался в ушах. Казалось, что каждая новая капля пробивала дыру в черепной коробке Евы всё глубже, и девушка посильнее затянула «барашек», пока последняя капля не зависла на носике крана.

«Что вообще это было? – подумала Ева. Но ответа не последовало, на этот раз она сама была хозяйкой в своей же голове. – Я определённо чересчур утомилась и на фоне стресса начала сходить с ума. Хотя некоторые мысли прозвучали вполне адекватно. Нужно разобраться в том, что произошло сегодня в парке и попытаться найти Марса. Но это позже, сначала необходимо отдохнуть».

Ева схватила дверную ручку, чтобы выйти, но призадумалась – а вдруг она тоже почувствует неконтролируемый голод и в слепом бешенстве кого-нибудь убьёт?

Девушка закрыла дверь ванной изнутри на замок и для верности скрутила ручку, чтобы не смогла открыть дверь в бессознательном состоянии. Чтобы не спать на холодном полу, Ева разложила бельё из корзины в более-менее приемлемую лежанку. Ремнём с брюк она насколько могла завязала себе руки и, закрыв глаза, опустилась в объятия Морфея.

***

Ева проснулась на холодном полу ванной комнаты, но долго не решалась открыть глаза. Чувство усталости не покинуло её даже после сна. Девушке казалось, что она закрыла глаза буквально минуту назад, хотя нутро подсказывало, что прошло несколько часов. Ева зажмурилась, попыталась отогнать все мысли и снова забыться во сне, но безуспешно.

Сон ушёл, но вот голоса в голове остались, хоть и слышались приглушенно, будто кто-то шепчется в другой комнате.

Наконец она присела и открыла глаза. Вокруг была всё та же ванная, но её стены были окроплены каплями крови. Девушка не на шутку испугалась и посмотрела на дверь, но та всё ещё была закрыта изнутри. Правда, теперь её покрывали рубцы и царапины от звериных когтей. Ева начала развязывать ремень, находя на нём те же следы от чего-то острого, будто она сама пыталась перерезать кожу ремня ногтями.

«Значит, это постигло и нас тоже?».

Голоса снова вернулись. К своему сожалению, Ева не умела ими управлять. Хоть они и заткнулись в прошлый раз, не было уверенности, что дальше они будут её слушаться. А что, если они не просто живут внутри её головы, но и могут читать её мысли? Или даже контролировать их?

«Ничего мы не мозем контлолиловать, Евочка» – сказал первый голос. Он напоминал нежный голосок маленькой девочки. Именно он переживал за Марса больше остальных и предлагал отправиться на поиски.

«Но и ты нас контролировать не умеешь, так что пока – ничья», – весело и дерзко ответил подростковый мальчишечий голос.

«Может ты, Ева, пока отвлечёшься от своих переживаний по поводу нас и выслушаешь, что мы можем тебе поведать? – это был строгий голос, будто учительский. Очевидно, что среди остальных у него был кое-какой авторитет. – Ведь в отличие от тебя, мы не спали эту ночь. И всё видели».

«О да, мы стали лучше, сильнее, быстрее. Яростнее», – сказал новый голос.

Его Ева слышала впервые. В нём чувствовалось нечто наглое и дерзкое. Он по-хозяйски растягивал слова и, видимо, получал от всего этого неимоверное удовольствие. Казалось, что сердце девушки гоняло кровь быстрее, чем скоростной болид.

Ева расправилась с ремнём, не без труда поднялась на ноги и снова рассмотрела себя в зеркало.

Лицо бледное. Мешки под глазами. Губы искусаны в кровь. Однако… вчерашние царапины на груди подозрительно быстро затянулись, а синяки на теле стали значительно меньше.

«Видишь, что я могу?» – обратился к Еве новый голос.

– О чём ты? Что произошло? Что ты сделал?

«Излечил тебя. Только не рассчитывай, что я постоянно буду так делать. Вылечил по правилу равноценного обмена. Если где-то что-то прибавилось, значит, где-то и отнялось. Поэтому у тебя уходят царапины и синяки, но появилась усталость и мешки под глазами. С организмом шутить плохо, так что постарайся больше не драться с медведями».

– А что насчёт вас? Голосов.

«Так уж случилось, что я тут новенький. Ты, наверное, и про старых-то даже не подозревала, жила себе спокойно как мышка. И они жили рядом подобно тебе. Тихо и незаметно настолько, что даже сама хозяйка не знала про их существование. Хотя, думаю, рано или поздно вы бы всё равно познакомились».

– Ты сейчас о голосах говоришь? О всех, что сейчас во мне? – Еву бросило в легкую дрожь, по телу пробежала волна, заставившая руки покрыться гусиной кожей. Меж тем голос продолжал нагло растягивать слова.

«Ну, конечно. А ты и правда наивно считала себя психически здоровой? Я покопался в твоей памяти и много чего там интересного обнаружил.

– Заткнись! – резко оборвала его Ева. Она вцепилась в раковину, костяшки её пальцев побелели от напряжения. – Это вообще не нормально. Я точно схожу с ума.

«Да. Определённо, это начало конца. Шизофрения или ОКР? Выбирай сама диагноз», – поддевал её дерзкий голос.

– Уйди! А если вы не хотите заткнуться, то хотя бы ты молчи. Пусть говорит кто-нибудь другой.

«Извините, но абоненты сейчас недоступны или находятся вне зоны действия сети, – продолжил голос. – Как оказалось, их так легко заставить молчать. Ну, должен заметить, что они пытались побороться со мной, но, как видишь».

Ева ударила кулаком в зеркало, разбив его на крупные куски. На долю секунды она опешила от собственной неконтролируемой вспышки гнева. Яркий свет лампы, пульсируя, играл с разлетевшимися осколками.

«Ой, смотри, не порежься. Я не смогу лечить тебя вечно».

– Ты лечил меня? Да как вообще такое возможно?

«Объяснил же – равноценный обмен. Мне пришлось изрядно попотеть. Сегодня была бурная ночка. Мы с тобой тут немного повеселились. Но твоя предусмотрительность не дала нам выйти отсюда, тогда бы конечно было ещё веселее».

Девушка ошарашено смотрела на осколки. Она думала, что вчера её мир перевернулся с нападением оборотня, но то, что кто-то поселился внутри её головы и управлял её телом, пока она спала, полностью выбило из колеи.

«О-о-о, я могу управлять твоим телом. Это так. К сожалению, только когда ты без сознания, но придёт время, и я наберусь сил, чтобы полностью взять контроль в свои руки. Как бы это не звучало. Ведь у меня нет рук, это твои руки. АХ-ХА-ХА-ХА!» – он залился сумасшедшим смехом над собственной шуткой.

Ева старалась не обращать на него внимания и пыталась вставить ручку обратно в дверь. Что же, она хотя бы может контролировать себя, пока бодрствует. Осознание текущей ситуации с трудом укладывалось в голове. Девушка подумала, что сейчас необходимо набраться сил, чтобы не упасть в голодный обморок и не дать соседу по разуму завладеть телом.

«Покушать? Это правильная идея. А то скоро желудок к спине прилипнет. А пока у тебя в мыслях кавардак, я хочу кое-что попробовать. Разрешишь? Хотя я спросил разрешение чисто из вежливости, мне оно особо ни к чему. Просто наблюдай».

В этот момент голову девушки пронзила острая боль. Она была физической, будто кто-то вкручивает в темя два болта. Ева одной рукой обхватила макушку, а другой подняла осколок зеркала и посмотрела в него. Ей казалось, что Голос каким-то образом научился воздействовать на её организм. Так и есть.

В отражении Ева увидела, как у неё из головы пробиваются два маленьких рожка.

***

– О, так вот как они появились. Я, если честно, всё время гадал, расскажешь или нет.

– Как и обещала, я рассказываю абсолютно всё. – Ева отпила большой глоток остывающего кофе.

– А что насчёт Голосов в голове? Ты думаешь это последствия газа?

– Уже устала думать на эту тему, боюсь, что нет. Скорей всего, это начало моей шизофрении. Хотя сейчас Голоса просят послать тебя на хрен и не лезть к ним с глупыми вопросами.

6.

– А-а-а, что, твою мать, ты сделал? – завопила девушка

«Считай это апгрейдом. Подправил дизайн. Я подумал: как можно тебя вывести из тени? Вуаля, можешь не благодарить».

– Да ты охренел, скотина? Как я с ЭТИМ на улицу выйду? Зачем мне рога? А что у меня тогда исчезло? По правилу равноценного обмена – что ты отдал за эту гадость?

«Это уже неважно, скоро ты к ним привыкнешь. К тому же, к твоей внешности в облике зверя, наверное, они очень подойдут».

– Облик зверя? Так я тоже во что-то превращалась, когда спала? Прямо как тот медведь?

«Ну-у-у, ты пыталась. Но вышло так себе. А теперь пошли кушать, ты голодна».

Ева попробовала вдавить рожки обратно в голову, но ничего не вышло. Опустив руки, девушка пошла в кухню. Она нашла в шкафчике пачку макарон и поставила греть воду в кастрюльке. Ева закурила сигарету и начала думать, как избавиться от внезапных соседей по разуму. Голоса пытались к ней обратиться, но она решила их просто не замечать, хоть это и было нереально сложно. Особенно, когда на очередной затяжке Ева вдруг почувствовала, как рука её не слушается и не пускает сигарету в рот.

«Хозяйка, ты же понимаешь, что эта дрянь губит наше тело. Начиная с зубов и заканчивая лёгкими и кожей. Мы все очень не хотим терять это тело. – начал учительский голос».

– Пусти, вы что же, теперь за меня будете всё решать? Вот хочу и буду курить. – она напрягла руку и снова попыталась поднести сигарету к губам, но «соседи» нехило сопротивлялись. – Я вот захочу и вообще пойду напьюсь. Кстати… – Ева замерла, будто её осенила великолепная идея. Хоть она и казалась странной до безумия, но попробовать стоило.

Ева курить по большей части-то начала от нервозности, но что касается разного рода напитков, то по пальцам можно пересчитать, когда капля спиртного попадала ей в рот. Но если это помогло бы заглушить голоса незваных гостей, то…

Девушка убила голод макаронами и всё же решилась выйти из дома. Среди бела дня маловероятно нападение Медведя, поэтому стоило хотя бы попробовать поискать Марса.

Чтоб скрыть рожки, Еве пришлось надеть старую кепку владельца квартиры. Ей ещё очень повезло найти её в куче хлама. Вдвойне повезло, что во время вспышки буйства её не нашёл Марс.

Выходя из дома, Ева внимательно осмотрелась. Что, если где-то прячется Конь? Может, выследил её по запаху и ждёт удобного случая, чтобы напасть? Она, осторожничая и постоянно оглядываясь, шла по улице.

«Я бы посоветовал тебе включить свои звериные чувства, хозяйка. Человеческим обонянием ты в городе не учуешь ничего кроме выхлопных газов и канализации», – посоветовал учитель.

– Неправда. Вчера вечером мои чувства обострились, и я могла ощутить новые запахи и вкусы.

«Ну кто сказал, что это было всё твоё? – вмешался наглый голос. – Я просто вышел погулять и поэтому разрешил тебе использовать кое-что из своего арсенала».

– О, снова ты. Уйди, пошёл прочь, чтобы я тебя больше не видела. Тьфу, не слышала.

«Да ладно, чего ты. Я придумаю, как убрать твои рога, если они тебе так мешают. Кстати, мы тут пообщались немного и приняли решение, что тебе будет проще с нами, если ты сама дашь нам имена. Я, если что, себе имя уже выбрал».

«И я тоже. – вмешался девчачий детский голос. – Меня зовут Малия-Антуанетта. Люблю это имя. Оно такое класивое, как лаз для плинцессы».

«Я тоже выбрал, – сказал подросток. – ТиРекс. На другое имя отвечать отказываюсь».

«А меня, – наконец сказал новый и самый наглый голос. – называй Адам. Я посчитал, что каждой Еве нужен свой Адам, и готов занять вакантное место рядом с тобой. Кстати, учителя этого называй Голос 9».

«ЧТО? Голос 9? Я же говорил – Самсон Аристархович. И из всех вас я могу быть самым полезным, так как я наиболее опытный и мудрый. Если бы не я, то хозяйка уже лежала в парке с перегрызенной глоткой».

Одна мысль о том, что нежная глотка Евы могла быть перегрызенной, заставила девушку вздрогнуть. Она постаралась отвлечься от мыслей о смерти и спросила:

– А сколько вас всего там, Самсон Аристархович?

«Ну, перепись мы не проводили, но, думаю, чуть больше дюжины точно есть. Это из тех, кто не прячется и иногда выходит на связь. Однако, вам, хозяйка, не стоит пугаться. По большей части разговариваем только мы. Другие либо слишком слабы, либо стесняются, считая, что их время ещё не пришло».

– Больше дюжины. И когда это я успела вас всех пустить в свой мозг? Это риторический вопрос, не отвечайте. А то и так тошно.

Зайдя в супермаркет, Ева почувствовала, как в ноздри сразу ударило волной резких запахов. Свет ей поначалу показался чересчур ярким в сравнении с пасмурным небом, но она быстро привыкла.

Найти прилавки с алкоголем не составило труда. По пути Голоса настояли на том, чтобы прикупить чего-нибудь мясного. Так, с бутылкой беленькой и пакетом сосисок, Ева и пошагала к кассе, пока вдруг задумчиво не остановилась возле отдела бытовой химии:

– Я вот смотрю на эти дихлофосы, и меня посетила мысль: «Может, прикупить себе газовый баллончик? Исключительно для защиты.

«Идея, конечно, неплохая, – ответил Самсон, – но с твоим обонянием это будет удар и по тебе тоже. Слишком нежные рецепторы ещё не успели привыкнуть к обычным запахам, а баллончик так вообще может ещё хуже сделать».

– Блин. Ну, может, ты прав.

Ева дошла до кассы и выложила продукты на ленту. Молодой кассир лениво пробил бутылку и сосиски.

– Ещё пачку Маль..б..м-м-м. – пыталась сказать Ева, но ей словно рот заклеили скотчем. – Маль..м-м-м.

Как ни старался понять кассир, о чем она просит, так ничего у него и не вышло. Ева махнула рукой, кинула деньги на прилавок и зашагала к двери. Она была неимоверно зла на Марию-Антуанетту, которая помешала ей выговорить слово «Мальборо». Курить девушке хотелось до жути. Ева чувствовала, как внутри всё закипает. Нужно было срочно вдохнуть никотина, а эта чертовка мелкая с чего-то решила, что может решать, что лучше для тела Евы.

У выхода из супермаркета на пути Евы встала семья: папа, мама и две чудесные девочки. Но Ева была настолько раздражена и задёргана, что бесцеремонно протолкнулась через них, чуть не сбив главу семейства с ног, отчего тот даже охнул.

– Пошли прочь! Уроды тупорылые! Вам чё, дверей мало? – прокричала Ева напоследок этому слишком счастливому семейству.

Еве уже вконец осточертело общество новых соседей, и запрет на сигареты стал последней каплей, поэтому, купив алкоголь, она не стала медлить и откупорила бутылку в ближайшем переулке за магазином. Голоса снова стали сопротивляться, дабы не пустить в организм отраву. Борьба была нешуточная, Ева разлила половину бутылки не только на серый асфальт, но и на себя тоже, пропитав куртку стойким запахом. Помощь пришла откуда Ева не ожидала, внезапно управление в свои руки взял ТиРекс.

«А знаете, мне идея набухаться не кажется отстойной. Отстой будет, если мы этого не попробуем».

Он прошептал тихо, чтобы услышала только Ева, что нужно со всей силы пнуть кирпичную стену, а дальше он всё сделает сам. Еве не оставалось ничего другого, кроме как довериться ему. Она размахнулась для пинка и впечатала свою коленку в стену дома. По ноге прокатилась волна боли, и все голоса от шока на долю секунды впали в замешательство. Воспользовавшись паузой, Ева и ТиРекс дёрнули бутыль к губам. В горло девушки полилась обжигающая водка. Прошло всего секунд десять, которые понадобились, чтобы глотнуть ещё порцию. И ещё, ещё. С непривычки девушка закашлялась, горло адски жгло, в глазах помутнело от нахлынувших слёз. Её чуть не вырвало прямо на тротуар, но она смогла остановить рвотный позыв.

Наконец Ева обнаружила, что наступила долгожданная тишина. Все голоса стихли. Девушка впервые за долгое время позволила себе выдавить улыбку. Может, это уже было действие алкоголя, а может, осознание того, что Ева нашла способ борьбы с непрошенными гостями.

Отхлебнув через силу ещё глоток, Ева, слегка шатаясь, пошла в парк. Раньше она презирала всё, что связано с алкоголем. Но девушка утешала себя тем, что это вынужденная мера. И иного выхода она не видела.

Туман в сознании или сознание в тумане. Перед глазами всё медленно расплывается. Не без труда, она дошла до парка. Звериный нюх отказывался работать под действием алкоголя и без Адама. Поэтому Ева просто дошла до того места, где уже дважды могла лишиться жизни. Осмотревшись и убедившись в том, что вокруг никого нет, девушка стала осматривать кусты.

Главная беда была в том, что память начала её подводить. Куст за кустом девушка осматривала в поисках хоть какой-то зацепки, но пока она шла от одной точки до другой, то успевала забыть, что видела пять минут назад.

Она очень боялась найти бездыханное тело своего пса, и просто рассчитывала найти доказательства того, что он смог хотя бы улизнуть от Чудища.

Около часа Ева потратила на гуляния по кустам, но кроме кусков шерсти и кровавых лужиц ей ничего не попалось. Девушка потеряла счёт времени. Алкоголь чересчур быстро принял её в свои сети и так же быстро стал её отпускать.

В смешанных чувствах девушка побрела по улице. Идти домой совсем не хотелось, но и шататься по городу, рискуя вновь встретить Медведя тоже было неразумным. В нетрезвую голову пришла мысль:

«А может мне уехать? Пережду недельку в старом лесном доме отца. Заодно и решу, как жить дальше. Пока на меня охотится этот бомж, а Марс потерялся, наверное, это будет самое лучшее решение».

В размышлениях она бесцельно слонялась по улице. Мимо проносились дома, машины, незнакомые лица. Пока вдруг мимо не мелькнуло лицо очень даже знакомое. Она видела его всего два раза в жизни, и оба раза он был без сознания. Но перепутать его Ева ни с кем не могла.

На стене висело объявление:

ВНИМАНИЕ! РОЗЫСК!

Следственными органами России разыскивается Воропаев Роман Олегович, подозреваемый в совершении особо тяжкого преступления, предусмотренного статьей 105 часть 2 УК РФ.

Приметы: на вид 17-20 лет, славянской наружности, рост средний, порядка 170-175 см, худощавого телосложения, волосы тёмные, тёмные округлые брови, подбородок заострённый, европейский тип лица, глаза зелёные.

Особые приметы: под правым глазом небольшие царапины, над правой губой родимое пятно.

Возможно, вооружен холодным оружием, при задержании соблюдать меры безопасности, может оказать активное сопротивление.

При задержании или для предоставления информации, касаемой разыскиваемого, просим незамедлительно сообщить в МО МВД России или ближайшее отделении полиции.

Контактные телефоны: 02, 112,

На Еву с плаката смотрело лицо того самого парня, которого она спасла от смерти тогда в парке.

7.

Спустя полчаса Кравцова уже пыталась объяснить дежурному, что ей надо сообщить важную информацию, касающуюся Романа Воропаева. Если бы на разделительном стекле имелась штора или жалюзи, то дежурный давно бы уже отгородился от девушки. На его счастье мимо проходил капитан, занимающийся делом разыскиваемого юноши, которому дежурный незамедлительно решил скинуть свою проблему.

– Товарищ капитан, тут девушка. Утверждает, что имеет важные сведения относительно Воропаева.

– Важные сведения, значит? Ну, пройдёмте за мной.

По узким коридорам с осыпающейся краской рвотного цвета Еву завели в небольшой кабинет. Помимо рабочего стола, стула и платяного шкафа там ничего и не было. Да и навряд ли что-нибудь могло уместиться в этом «кабинете», так как с пространством здесь явно имелись проблемы.

Капитан сел на свой стул, приглашая Еву занять место напротив.

– Головной убор прошу снять. Представлюсь. Я – капитан Плетнёв Виктор Сергеевич, веду дело Воропаева. Так что мне вы можете доверять и рассказать всё, что у вас есть по этому делу.

Ева послушно сняла кепку и села на стул. Капитан осмотрел её, задержав взгляд на торчащих рожках, но ничего не сказал. Только состроил рожу, значащую: «Это что? Имплантаты? Опять эти малолетки новое извращение придумали». Вместо этого вслух он сказал:

– Фамилия, Имя, Отчество?

– Кравцова Ева Николаевна.

– Отец Николай Кравцов? Надо же, прямо как наш майор.

Ева на это замечание решила не отвечать. Её отец и правда был майором в полиции, однако она уже давно не общалась с ним и даже не знала, в каком отделе он именно работает.

– Дата рождения.

– 20 мая 1990. Простите, а какое отношение это имеет к делу?

Капитан исподлобья посмотрел на Еву суровыми и в то же время уставшими глазами. Ева поняла, что задавать вопросы не её прерогатива. После заполнения личных данных капитан наконец начал подходить к сути дела.

– Итак, Вы утверждаете, что у Вас есть данные относительно предполагаемого местонахождения разыскиваемого Воропаева Романа Олеговича?

– Нет, я так не утверждаю.

– А зачем Вы тогда пришли?

– Ну, у меня нет информации, где он сейчас может находиться, у меня просто есть о нём важная информация.

– Ну, хорошо, и что это за информация, я вас слушаю?

– Ну, в общем…

– И целом, – перебил её офицер

– Что?

– Правильно говорить, в общем и целом.

– А, извините. В общем и целом, примерно две недели назад я со своей собакой Марсом гуляла в парке. Там я совершенно случайно нашла этого Романа на скамейке, он попытался совершить самоубийство. Я позвала на помощь людей, и у одного мужчины из чемодана вырвался газ, которым мы надышались и очнулись уже в больнице на следующий день. Там я снова увидела Романа, но он был без сознания.

– Хорошо, ну а что дальше? О том, что он был в больнице, нам уже известно.

– Я ещё прождала в больнице, так как мне сказали ждать сотрудников полиции, но никто так и не пришёл. А буквально вчера я снова пошла в тот парк погулять, и на меня напал бомж, который был с нами в тот злополучный вечер.

– Вы хотите написать заявление о покушении на убийство?

– Хочу ли я? Ну… Давайте, – неуверенно сказала Ева. Она, к своему стыду, даже не думала писать заявление о нападении.

Капитан подал ей формуляр для заполнения.

– А это относится к Воропаеву, кстати?

– Не относится…

– А про Воропаева Вы можете что-нибудь ещё сообщить, кроме того, что Вы его видели только без сознания два раза в жизни неделю назад.

– Ну, у меня есть догадки. Слушайте, после того случая в парке, все , кто вдохнул этот газ, подверглись изменениям, мой пёс стал агрессивнее, а тот бомж, – Ева старалась говорить наиболее правдоподобно и не казаться сумасшедшей, поэтому сделала небольшую паузу, – Он передо мной обратился в медведя.

– Твою мать! – Капитан взъерошил волосы и раздражённо бросил ручку на стол. – Да что ты несёшь то? Горячка, да? Или пьяные бредни?

– Что? Вы о чём? – оскорбилась девушка

– Да от тебя за версту водкой несёт. Всё, с меня хватит. Вставай! Пошли. В вытрезвителе протрезвеешь, потом, может быть, отпущу. Если вести себя хорошо будешь.

Он встал со своего места, и, взяв Еву под локоть, вывел ее в коридор. Кравцова пыталась сопротивляться, но у неё ничего не вышло. Она безуспешно пыталась выбраться из крепкой хватки офицера всю дорогу до камеры.

– Да вы проверьте парк! Нас всех туда тянет как магнитом! Он тоже наверняка захочет вернуться на то место!

Однако её крики уже не слышал никто.

В камере было темно и сыро. Воняло смесью из кала, мочи и блевоты. Около получаса она просто ходила из угла в угол, пытаясь дышать через раз.

Внезапно Ева поняла, что начала трезветь. Уже прошло достаточно времени с последнего приёма алкоголя.

Первым заговорил Адам:

– Ну что, и куда ты в результате попала без нашей помощи? Всего пару-тройку часов без друзей, и ты уже в каталажке.

– Замолчи, – огрызнулась Ева

– Ну а что, я не прав, что ли? Без нас ты ничего не можешь. Хотя одну умную мысль ты точно выдала.

– И какую же?

– Что вас всех тянет в парк как магнитом.

Ева не нашла, что ответить на это. Она так не считала, так как была в парке лишь по необходимости и выкрикнула эту фразу не подумав. Голоса в голове постепенно становились громче. Шуршание, бормотание, шёпот, голос, крик – они стали чересчур громкими. Еве показалось, что это не просто откат от действия алкоголя, а будто все голоса захотели отомстить ей за то, что она заставила их замолчать.

Она зажмурилась, закрыла уши руками и присела, прячась от этого шума. Если бы шум исходил снаружи, барабанные перепонки давно лопнули бы, но всё происходило внутри Евы, и она совершенно ничего не могла с этим поделать.

Неожиданно по решётке звонко постучали чем-то железным. Ева открыла глаза и подняла взгляд. Она увидела там знакомое лицо. С седыми проседями, глубокими морщинами и обвисшими как у шарпея щеками. Сверху вниз на Еву смотрел отец.

– У нас мало времени. Так что не мешкай. Сказал он сурово, Ева аж опешила от столь крутого поворота событий.

– Папа? Но как ты…

Он не дал ей договорить. Открывая дверь камеры, он постоянно осматривался и явно суетился.

– Капитан в курилке сказал, что какая-то Кравцова Ева Николаевна сидит здесь с перегаром и несёт бред про оборотней. Я решил удостовериться, что это тёзка, потому что даже подумать не мог, что ты могла залететь сюда по пьяни. Но я ошибся, ты папина дочка, по моим стопам пошла, – с досадой говорил он.

– А ты что, меня спасти пришёл? Так не стоило. Я и сама справилась бы, как всегда.

Хотя Ева и ворчала на отца, в душе она была ему чрезмерно благодарна, на минуточку даже позабыв про старые обиды.

Они уже шли по коридору, и Еве пришлось довериться ему. Дороги она не знала и двигалась за отцом постоянно оглядываясь.

– Ой, да ладно тебе, сама справлялась. Ну, не настолько я ужасный отец.

– Совсем нет. Просто есть много вещей, важнее родной дочери, да?

– Хорош уже утрировать. – шикнул на неё отец. – Ещё хоть слово, и вернёшься в каталажку. Я, между прочим, сейчас себя подставляю, так что будь добра, замолчи. Да, и вот ещё. – Он протянул Еве её паспорт. – Больше не теряй.

Вскоре бесконечный коридор закончился, и майор вывел Еву через заднюю дверь. Оглянувшись, она спросила:

– Пап, а за что именно Воропаев в розыске?

– Тебе правда хочется это знать?

– Ну, это же не тайна какая-то?

– Ну, нет, не тайна. – тяжело вздохнув, он ответил. – Воропаев …

Он не успел договорить, так как сзади послышался чей-то голос. Майор резко захлопнул дверь. Ева так и не узнала, почему парень в розыске.

Девушка побрела по улице. Что делать дальше, она понятия не имела. Снова стали постепенно обостряться чувства. Солнце светило ярче, слабый ветерок обдувал кожу сильнее, чем обычно. Ева ощущала незримое присутствие кого-то неподалёку. Будто за ней кто-то следит. Она свернула в подворотню, спряталась за выступ стены и сжала в руках ключи, надеясь застать преследователя врасплох.

Спустя секунд двадцать некто зашёл в переулок. Ева закричала и уже подняла руку для атаки, но замерла. На неё, пригнувшись, испугано смотрела старушка, что была тогда в парке.

***

– Блин, я тогда вёл себя как полный олень.

– Что есть, то есть. Всё могло бы пойти иначе, если б ты меня послушал.

– Ну, знаешь, от тебя несло водкой за километр. И с этими рожками ты похожа на неформалку. Тут любой принял бы тебя за поехавшую. – сказал Плетнёв. – Но Николай Семёнович тогда сработал, конечно, филигранно. Я даже подумать не мог, что он способен на такое.

– Он и не такое может. Мог.

8.

Они ещё секунд десять замирали в немой сцене. И выглядело это очень странно: молодая девушка замахивается на пожилую женщину в сыром переулке.

– Э-э-э, Олеся Петровна?

– Евгеньевна, вообще-то. Но хоть имя помнишь, – хрипло ответила старуха. – Ну, напугала ты меня, конечно.

– А что Вы за мной следите?

– Ой, да нужна ты, что ли, кому? – оскорбительно бросила старуха и медленно пошла по переулку. – Я живу тут. В этом доме. И хожу по этому переулку. А что ты тут забыла, это, конечно, вопрос тот ещё.

– Да я просто мимо проходила.

Бабка что-то проворчала себе под нос и уже успела завернуть за угол, как вдруг вернулась и обратилась к Еве:

– Ну чё ты встала-то? Пошли хоть чаем напою, – и пробурчала себе под нос. – Стоит тут, особого приглашения ждёт. А я что, должна ещё дважды на чай её звать? Ну, не захочет – и чёрт с ней.

Не понимая, зачем она вообще пошла за бабкой, Ева перешагнула порог жилища Олеси Евгеньевны и осмотрелась. Жёлтая лампа тускло освещала тесную квартирку. В нос сильно бил запах сырости и плесени. Девушку не покидало ощущение, что ремонт тут не делался уже минимум лет тридцать. Мебель, сохранившаяся со сталинской эпохи. Салфетка на телевизоре, свесившаяся уголком прямо на экран. Паутина в углах потолка. Из стенной трещины выглянула рыжая тараканья морда, но через секунду скрылась в обоях зеленовато-плесневелого цвета. И абсолютная тишина. Будто ни одной живой души кроме бабки здесь не бывало.

Ева первой вошла в освещенную солнцем кухню и спросила:

– А где же Ваши питомцы? Вы в больнице упоминали, что у Вас есть кошки.

Ответа не последовало. Обернись Ева на пару секунд позже, то это были бы её последние слова. Однако всё произошло как нельзя вовремя.

Первое, что она увидела – как Олеся Евгеньевна опускает кухонный нож на спину девушки. Ева еле успела увернуться, но острое лезвие успело скользнуть по её предплечью. Куртку девушки теперь украшал длинный порез.

– Да что Вы …

Ева не успела договорить – перед её лицом снова пронёсся нож. Она отступила на шаг назад и оказалась зажатой в угол.

– Дочка, ты уж на меня не серчай, но я ничего не могу поделать, – проговорила бабка. – Голод не тётка. Так что будь добра, не дёргайся. Я всё сделаю быстро.

Лезвие опасно мелькало перед лицом Евы. Только чудом ей удавалось уворачиваться от оружия. Стоило всего на мгновенье опоздать, и холодная сталь полоснула девушку по плечу.

Уличив момент, Ева наклонилась и бросилась на старуху, оттолкнув её в сторону. Та закряхтела и, ударившись спиной об раковину, выронила нож. Но даже без него старуха продолжала наносить Еве удары.

Кулаки старухи мощно обрушивались на хрупкую девушку. Ева никак не ожидала, что бабка будет дубасить её похлеще профессиональных боксеров.

– Позвоночник долго не выдержит, – услышала она в голове голос ТиРекса

– И почкам тоже больно, Ева. Уволачивайся. – появилась и Мария Антуанетта. – Беги, беги так быстло, как только сможешь.

– Я сказал бы, что ты это заслужила, если бы не делил с тобой тело, –злорадствовал Адам.

Ева и так еле выдерживала удары старухи, так ещё и голоса отвлекли её так не вовремя. Хватило всего доли секунды. Девушка не успела подставить локоть для защиты, и будто стальной кулак со всей силы ударил её слева. Рёбра неприятно затрещали. Дыхание у девушки сбилось, и из последних сил она отбросила соперницу в сторону.

Ева выскочила из комнаты и устремилась к двери, но бабка крепко держала её рваную куртку. Девушка пыталась снять верхнюю одежду на ходу, но, запутавшись в собственных ногах, плашмя повалилась на пол. Кряхтя, старуха с остервенением бросила на пол оставленную девушкой куртку.

Ева по-пластунски с трудом заползла в комнату. Сзади слышалось сдавленное сопение обезумевшей бабули. Она ввалилась в комнату, опершись об дверной проём. Волосы спутаны в хаотичном клубке. От неконтролируемой дикости лицо побагровело, а глаза налились кровью, ноздри с шумом втягивали воздух. Стиснув зубы, она вытянула вперёд руки и шаркающей походкой двинулась на Еву.

– Отдай мне контроль, ты же видишь, она безумна! – умоляюще вторил Адам. – Ты не вывезешь эту драку. Нас убьют из-за твоего упрямства.

– Да отстаньте от меня уже все! – в слезах закричала Ева.

Бабка прыгнула на девушку и всей массой придавила её к полу. Еве показалось, будто лёгкие сжало тисками. Она начала задыхаться и жадно ловить ртом воздух. Цепкие пальца старухи обхватили горло Евы и с каждой секундой всё сильнее сдавливали его. Ева беспомощно замахала руками, в глазах потемнело. Невообразимым образом она нащупала лицо бабки и надавила ей на глаз. Ноготь Евы быстро расцарапал себе путь. По ощущениям было похоже, будто она случайно угодила пальцем в прокисшую картошку. Палец провалился в тёплую глазницу, и на Еву струей полилась противная слизь вперемешку с кровью.

Бабка закричала от боли и, воспользовавшись моментом, Ева скинула её с себя. Пока нападавшая с воплями каталась по полу, девушка отползла на пару метров и усердно пыталась привести дыхание в норму. Ева непроизвольно держала себя за шею, где всего десять секунд назад смыкались пальцы хреновки. Пока та билась в агонии, Ева увидела, что на тумбочке стоит старый ламповый телевизор.

– Хмм, а это идея, наверняка он тяжелый, и мы наделаем много шума, но это всё-таки самооборона. – подал голос Самсон Аристархович.

Ева не без усилий поднялась на ноги и, подождав, пока старуха окажется достаточно близко к тумбе, схватилась за телевизор и сбросила его на Олесю Евгеньевну. Ламповый «Рекорд» с грохотом придавил свою хозяйку к полу. Та от свалившейся тяжести закряхтела, вопль перешёл в хрип. Тело тряхнуло ещё раз, и она, наконец, обмякла и затихла.

Ева медленно соскользнула по стене. По щекам наперегонки текли полоски слёз. Волосы были перепачканы в мешанине из крови и глазной слизи. Почки отбиты, в рёбрах наверняка трещины. На левом предплечье кровоточил порез. В пылу борьбы, Ева и не заметила, как её всё-таки достало лезвие ножа.

Отдохнув несколько минут, девушка сообразила, что слишком нашумела, и будет лучше скрыться, пока в квартиру не вошли незваные гости. Хромая и опираясь на стены, Ева дошла до ванной. Из крана полилась холодная вода, унося за собой в водосток кровавые ручейки с лица и рук раненой девушки. Свежие ссадины, раны и порезы болезненно ныли. И каждый раз, когда на них попадала струя ледяной воды, Еве казалось, что это место прокалывает тысяча игл.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.