К. О. Москаленко

Структурно-семантические характеристики испанских объявлений о знакомстве

Монография

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 811.134.2’37

ББК 81.2Исп-5

М82

Автор:
Москаленко К. О., кандидат филологических наук, доцент кафедры лингвокоммуникативистики и прикладных иностранных языков Института иностранных языков и международного туризма Пятигорского государственного университета.

Рецензенты:
Киселева А. В., кандидат филологических наук, доцент, профессор кафедры теоретической лингвистики и практики межкультурного общения Института иностранных языков и международного туризма Пятигорского государственного университета;
Мартыненко О. И., кандидат педагогических наук, доцент кафедры лингвокоммуникативистики и прикладных иностранных языков Института иностранных языков и международного туризма Пятигорского государственного университета.

Монографическое исследование посвящено анализу корпуса испанских объявлений о знакомстве, а именно описанию структурно-семантической и прагматической составляющих данного типа текста. Кроме того, обозначены экстралингвистические и лингвистические факторы, обусловливающие варьирование композиционной структуры данного типа текста в конкретной языковой культуре, и выявлена взаимосвязь между видом объявления и возможной имплицитностью отдельных блоков текста, вариативностью его композиционно-смысловой структуры (порядком следования блоков), лексической репрезентацией информационных блоков «самопрезентация», «портретирование» и «целеполагание», номинативной плотностью языковых единиц определенного типа в отдельных блоках, выбором номинативно-дискурсивных и прагматических стратегий, моно- и многокомпонентностью данного типа текста.

Для студентов, аспирантов, преподавателей иностранных языков и всех интересующихся вопросами прагмалингвистики, лингвокоммуникативистики, теории межкультурной коммуникации, гендерной лингвистики.

УДК 811.134.2’37

ББК 81.2Исп-5

© Москаленко К. О., 2023

© ООО «Проспект», 2023

ВВЕДЕНИЕ

В современной лингвистике наблюдается повышенный интерес к тексту как самостоятельному объекту исследования. Актуальным становится изучение отдельных типов текста, в том числе описание малоформатных типов текста, широко представленных на страницах прессы. К числу таких текстов относятся объявления о знакомстве.

Объявления о знакомстве (далее — ОЗ) стали предметом исследования уже в наше время. В центре внимания ученых оказываются различные аспекты данного типа текста: его текстовые и жанровые характеристики, композиционная структура, личность адресанта, его национальная и гендерная идентичность, стратегии и тактики, особенности языкового оформления, лингвокультурная специфика.

В лингвистической литературе достаточно широко употребляется термин «объявление о знакомстве» [Черкасова 2006; Акулова 2010], однако в большинстве работ предметом анализа выступают не объявления о знакомстве как таковые, а их разновидность — брачные объявления. В связи с этим важно отметить, что «объявления о знакомстве» и «брачные объявления» связаны родовидовыми отношениями. Объявление о знакомстве — более широкое понятие, а брачное объявление представляет собой определенный вид объявления о знакомстве наряду с другими объявлениями, направленными на установление межличностных отношений.

Брачные объявления изучаются на материале отдельных языков, в том числе русского языка [Красовский 1993; Городникова 1999; Базылев 2000; Рогалева 2005; Акулова 2010; Рысева 2015], немецкого [Рыкова 2003], английского [Магнес 2003; Черкасова 2006]; их сопоставительный анализ проводился на материале русского и немецкого языков [Царикевич 2007], русского и французского языков [Шибанова 2004], а также русского и английского языков [Зырянова 2008; Малых 2011].

Исследования брачных объявлений проводятся с учетом этнокультурного [Царикевич 2007; Акулова 2010], коммуникативного [Рысева 2015], жанрового [Рогалева 2005; Акулова 2010], гендерного [Красовский 1993; Городникова 1999; Базылев 2000; Зырянова 2008; Акулова 2010; Малых 2011] аспектов, с позиции прагматики [Черкасова 2006; Рысева 2015; Rivero 1997], эвокативного моделирования [Везнер 2008] и когнитивной лингвистики [Шибанова 2003; Царикевич 2007].

Ученые, изучающие тексты объявлений о знакомстве, выделяют в них черты, присущие другим типам текстов: институциональному [Акулова 2010], массмедийному [Пели 2003], аксиологическому [Черкасова 2006] — или черты официально-делового и разговорного стилей [Макаренко 2010]. По мнению некоторых лингвистов, брачное объявление — это речевой жанр рекламного дискурса, сочетающий жанровую специфику объявления и собственно рекламы, имеющий целью предложить субъекта коммуникации в качестве брачного партнера [Рогалева 2005].

Сущностной характеристикой текстов объявлений о знакомстве является их малый объем (не более 400 печатных знаков) [Кошелева 1998; Малых 2011]. Как и другие виды объявлений, текст объявления о знакомстве отличается компактностью изложения и может быть представлен одним предложением или 2–4 предложениями. Краткие по объему объявления о знакомстве являются содержательно емкими, что достигается за счет языковой компрессии [Рогалева 2010; Рысева 2015].

В основе построения малоформатных текстов объявлений о знакомстве лежит инвариантная модель. Однако ученые по-разному интерпретируют ее состав, что приводит к определенным разночтениям в описании структуры и выделении его информационных блоков.

Одни лингвисты выделяют в объявлениях о знакомстве (точнее, в брачных объявлениях) пять частей: слоган, зачин, информационный блок, эхо-фразу, справочные сведения [Царикевич 2007; Рысева 2015], другие — только три части: 1) самопрезентацию; 2) портретирование; 3) целеполагание (те же самые блоки могут называться по-разному: первый блок — самопредъявление [Шибанова 2004], autopresentación [Rivero 1997], субтекст самопрезентации [Рогалева 2010]; второй блок — предъявление требований к будущему партнеру [Шибанова 2004], heteropresentación [Rivero 1997], субтекст адресата [Рогалева]; третий блок — целеустановка [Шибанова 2004], postulación de contacto [Rivero 1997], желаемые отношения [Акулова 2010], субтекст будущего [Рогалева 2005]).

Приведенные данные свидетельствуют о том, что формальные характеристики объявлений о знакомстве как типа текста, а именно определение его основных структурных компонентов, по-прежнему остаются нерешенной проблемой лингвистики.

Другое направление исследований брачных объявлений связано с гендерной лингвистикой, с описанием гендерной идентичности в данном типе текста. Гендерные различия в текстах брачных объявлений могут проявляться как в реализации стратегии самопрезентации личности, так и в использовании различных лексико-грамматических средств, а также в разной значимости одних и тех же блоков в мужских и женских объявлениях [Зырянова 2008; Акулова 2010; Рогалева 2010; Рысева 2015].

В отечественной лингвистике неоднократно предпринимались попытки проанализировать коммуникативные стратегии брачных объявлений на материале таких языков, как немецкий [Рыкова 2003; Садыкова 2015], русский [Рогалева 2005; Рысева 2015], английский [Черкасова 2006]. При описании стратегий авторы исходят из того, что объявления о знакомстве принадлежат массмедийному дискурсу, и на этом основании выделяют манипулятивную стратегию [Рыкова 2003; Садыкова 2012]. Другие ученые делают акцент на описательных характеристиках адресанта и выделяют стратегию позитивной самопрезентации личности [Черкасова 2006; Садыкова 2012]. Третьи описывают коммуникативно-прагматические стратегии, которые реализуются в отдельных блоках брачных объявлений [Рысева 2015].

Традиционный объект современной лингвистики — описание лексического состава текстов определенного типа. Лексика текстов брачных объявлений также неоднократно становилась объектом анализа. В частности, она изучалась в работах таких лингвистов, как [Красовский 1993; Рыкова 2003; Шибанова 2004; Рогалева 2005; Черкасова 2006; Царикевич 2007; Зырянова 2008; Акулова 2010; Рысева 2015].

Анализ лексики брачных объявлений показал, что в данном типе текста употребляется лексика разных стилей, в том числе стилистически нейтральная и стилистически сниженная лексика [Рогалева 2006; Черкасова 2006; Царикевич 2007; Рысева 2015]; для нее характерны определенные лексико-грамматические разряды слов и слова оценочной семантики, выбор которых может определяться гендерной и национальной идентичностью адресанта [Шибанова 2004].

Другой аспект изучения лексики брачных объявлений — выделение и описание гендерно маркированных и гендерно немаркированных средств номинации адресанта и адресата [Зырянова 2008]. Среди тех и других выделяются гиперонимы и гипонимы, которые могут называть адресанта и адресата по самым разным основаниям: по религиозным взглядам, по психологическому типу, по знаку зодиака, по профессии и т. д. [Шибанова 2004; Рогалева 2005; Царикевич 2007; Акулова 2010; Рысева 2015].

Отдельные наблюдения за лексическим составом испанских объявлений о знакомстве, особенностями номинации адресанта и адресата, коррелятивными парами содержатся в работе [Rivero 1997].

Другой аспект языковой репрезентации объявления о знакомстве — его текстограмматическая организация — в современной лингвистике представляет широкое поле деятельности. Ученые в лучшем случае ограничиваются отдельными замечаниями о типах предложений по цели высказывания [Шибанова 2004; Черкасова 2006; Зырянова 2008], их количестве и о средствах экспрессивного синтаксиса, используемых в данном типе текста [Рогалева 2005; Рысева 2015].

Сказанное означает, что в отечественной лингвистике, особенно в романистике, тексты ОЗ изучены недостаточно. Многие выводы сделаны на основе анализа разнородного материала и требуют верификации.

Методологической основой данного исследования послужили следующие работы отечественных и зарубежных ученых:

– анализ дискурса и типов дискурса: Мэнгерэ 1976; Греймс 1979; Пеше 1980; Шародо 1983; Куртэ 1985; Серио 1985; 2002; Степанов 1985; Арутюнова 1990; Дресслер 1997; Blancaforte и Tuson Vails 1999; Шейгал 2000; Alexopoulou 2000; La Fuente García 2000; Estrella Montalia 2000; Карасик 2000; 2006; 2007; 2008; Кубрякова 2000; Стернин 2000; Дитре 2001; Макаров 2003; Цурикова 2002; 2006; Кашкин 2004; 2007; Костюшкина 2005; Фуко 2005; Гришаева 2005; 2006; Демьянков 2005; Herrera Cecilia 2006; Кибрик 2006; Григорьева 2007; Сидоров 2008; Подлесская 2009; Бенвенист 2009;

– теория коммуникативных стратегий, в частности стратегии самопрезентации личности: Койт 1988; ван Дейк и Кинч 1988; ван Дейк 1989; Баранов 1989; Costa 1991; Vazquez, Aldea 1991; Борисова 1996; Клюев 1998; Янко 2001; Сафонова 2001; Стернин 2001; Грейдина 2003; Астафурова 2003; Жичкина 2004; Черкасова 2006; Иссерс 2008; Волкова 2010; Садыкова 2011; Азылбекова 2011; Семенец 2012;

– область прагмалингвистики: Кубрякова 1994; Escandell Vidal 1993; Briz 1997; Арутюнова 1998; Кашкина 2004; Гришаева 2006; Кибрик 2009; Норманн 2009; Цурикова 2010;

– теория текста как объекта лингвистических исследований, типы текстов и их черты: Колшанский 1978; 1990; Гальперин 1981; Bernández 1982; Топоров 1983; Тураева 1986; Сидоров 1987; Романова 1987; Кубрякова 2001; Дресслер 1997; Ляпина 2001; Солганик 2003; Попова 2004; Чернявская 2009; Малых 2011; Моисеенко 2015;

– гендерные исследования в текстах рекламы, а также исследования мужской и женской речи: Alvar 1969; Rissel 1981; Alonso 1984; Matte Bon 1987; Cruz 1990; Sitmen 1991; Montes Giraldo 1991; Pardo Fernández 1992; García Meseguer 1994; Lamas 1996; García Calvo 1997; Alonso-Cortés Fradejas 1998; Portal Nieto 1999; Городникова 1999; Гусейнова 1999; Гришаева 1999; 2001; 2002; 2004; Гусейнова, Томская 2000; Millán Chivete 2000; Грошев 2000; Castaño Clavero 2001; Подольская 2001; Кирилина 2001; 2004; 2005; Букина 2005; Каменева 2005; Мануковский 2005; Хрулева 2007; Фирсова 2007; Suárez Villegas 2010;

– этнокультурная специфика языковой репрезентации текстов: Рылов 1985; 2007; Иовенко 1987; Романова 1987; Зеликов 1990; 1994; 2005а; Gutiérrez 1997; Baralo 2000; Фененко 2001; Gómez Torrego 2002; Алексеева 2017; Кретов 2004; Воркачев 2006; Фомина 2006; Мед 2008; Кретов, Титов 2010; Копров 2010; Корнева 2010; Федоров 2013; Моисеенко 2015; Ларионова 2015;

– исследования текстов объявлений в газете, объявлений о знакомстве и брачных объявлений: Красовский 1993; Курченкова 1996; 2006; Смирнова 1997; Rivero 1997; Кошелева 1998; Архонилья 1999; Макаренко 2000; Базылев 2000; Бровкина 2000; Полукарпова 2001; Маркова 2002; Ольшанский 2002; Магнес 2003; Формановская 2003; Шибанова 2004; Рогалева 2005; Царикевич 2007; Зырянова 2008; Черкасова 2008; Рысева 2015.

Актуальность настоящего исследования заключается, во-первых, в том, что анализируется весь корпус объявлений о знакомстве, включая брачные объявления, что позволяет получить более полную картину функционирования данного типа текста в определенном языке. Во-вторых, описание объявлений о знакомстве проводится на материале испанского языка, который ранее не был предметом изучения. В-третьих, в фокусе рассмотрения оказывается не только лексическая, но и синтаксическая репрезентация объявлений о знакомстве, которая практически не исследована и сводится к общим указаниям о количестве предложений и их типах по цели высказывания, а также к описанию отдельных стилистических средств.

Данное научное исследование заключается в описании объявлений о знакомстве в испанской языковой культуре со структурно-семантической и прагматической точек зрения. Для этого нам видится необходимым выявить типологические характеристики текстов объявлений о знакомстве; описать инвариантную структуру объявлений о знакомстве и выявить факторы, обусловливающие ее варьирование; выделить основные виды объявлений о знакомстве и описать критерии их разграничения; описать изофункциональные языковые средства репрезентации основных информационных блоков в разных видах испанских объявлений о знакомстве; обозначить факторы, влияющие на языковую репрезентацию отдельных информационных блоков; описать коммуникативно-прагматические стратегии в испанских объявлениях о знакомстве.

Основной гипотезой монографического исследования является положение о том, что специфика типа текста «объявление о знакомстве» заключается в привлечении внимания противоположного пола, а заложенная в сообщении информация свидетельствует о положительной установке адресанта — заключение брака, длительные серьезные отношения, дружба, встречи по интересам или интимные отношения. На основе этого объявления о знакомстве делятся на следующие виды: «брачные отношения», «дружеские отношения» и «временные отношения».

Материалом для исследования послужили более 5000 мужских и 5000 женских испанских объявлений о знакомстве из периодических изданий Испании “El Periódico”, “ABC”, “El Mundo”, “El Diario” за 2009–2017 гг.

В отличие от существующих исследований в данной области, выделены три вида объявлений о знакомстве и предпринята попытка описания их прагматических и структурно-семантических свойств, а также проанализирована взаимосвязь между применяемыми адресантом номинативно-дискурсивными стратегиями и композиционно-смысловой структурой данного типа текста, языковой репрезентацией его отдельных блоков и синтаксическими свойствами.

Мы считаем целесообразным выделить следующие постулаты, которые будут верифицированы в двух главах данной работы.

1. Объявления о знакомстве как тексты, порожденные в определенных дискурсивных условиях, обладают гибридностью, что проявляется в сочетании в них черт текстов межличностной рекламы, институциональных и аксиологических текстов разного типа, а также признаков официально-делового и разговорного стилей.

2. Объявления о знакомстве имеют инвариантную модель «кто ищет кого с какой целью», которая обусловливает наличие в структуре текста четырех основных блоков: «самопрезентация», «постулирование контакта», «портретирование» и «целеполагание». Обязательный компонент объявления — «обратная связь» — обычно образует затекстовую часть и не входит в основной текст объявления.

Инвариантная структура объявления о знакомстве реализуется в языковой культуре в виде набора вариантов, выбор которых определяется экстралингвистическими и лингвистическими факторами.

3. Тип текста «объявления о знакомстве» бытует в языковой культуре в трех разновидностях, содержательная и формальная структура которых обусловлена целеполаганием: поиск мужа/жены («брачные отношения»), поиск друга («дружеские отношения»), поиск временных отношений («временные отношения»). В основе их разграничения лежит не только целеполагание, но и наличие взаимосвязи между видом объявления и возможной имплицитностью отдельных блоков текста, между видом объявления и вариативностью его композиционно-смысловой структуры (порядком следования блоков), между видом объявления и лексической репрезентацией информационных блоков «самопрезентация», «портретирование» и «целеполагание», между видом объявления и номинативной плотностью языковых единиц определенного типа в отдельных блоках объявления.

4. Номинация лица (адресанта и адресата) может варьироваться в зависимости от цели объявления о знакомстве и от выбора номинативно-дискурсивной стратегии. Номинация адресанта и адресата с помощью гендерно маркированных лексем chico/chica, hombre/mujer, caballero/doña, varón, которые обозначают не только пол, но и возраст коммуникантов, типична для всех видов объявлений о знакомстве. Номинация лица с помощью лексем separado(a), viudo(a), soltero(a), divorciado(a), обозначающих пол и семейное положение, характерна для самопрезентации адресанта в брачных объявлениях; употребление лексемы casado(a) отмечено лишь в объявлениях вида «временные отношения».

Метафорические номинации лица присущи брачным объявлениям и объявлениям вида «временные отношения». При этом наблюдаются определенные различия в их использовании. В брачных объявлениях адресант лишь в единичных случаях может быть репрезентирован лексемами príncipe, Bella Luna, Bella durmiente; диапазон варьирования метафорических средств адресата более широк и включает такие номинативные средства, как zapatito de cristal, príncipe azul, novia maja, pareja sincera, otra mitad, media naranja, alma gemela, verdadero amor. Только в объявлениях вида «временные отношения» в обозначениях адресанта и адресата могут использоваться зооморфные метафоры lobo(a), gato(a).

5. Объявления о знакомстве представляют собой гендерно ориентированный текст межличностного взаимодействия коммуникантов, в котором широко представлены традиционные гендерные стереотипы маскулинности и фемининности. Гендерные стереотипы маскулинности и фемининности, присущие современному испанскому обществу, максимально отражены в брачных объявлениях (в тематических группах «внешний портрет», «внутренний портрет», «общественный портрет»). Кроме того, в женских брачных объявлениях представлены нетипичные черты «общественного портрета», а в виде ««временные отношения» — черты «внутреннего портрета».

Влияние гендерного фактора проявляется также в выборе описательных характеристик адресанта и адресата в мужских и женских объявлениях.

6. При построении текстов испанских объявлений о знакомстве адресант реализует разные номинативно-дискурсивные стратегии — экстериоризованную и интериоризованную. При экстериоризованной стратегии текст объявления представлен в монологической форме от третьего лица, и адресант выступает в роли «непредвзятого» наблюдателя. При интериоризованной стратегии, когда текст представлен от первого лица, адресант становится полноправным участником коммуникации и может использовать как монологическую, так и диалогическую форму общения. Выбор адресантом номинативно-дискурсивной стратегии, маркером которой является форма глагола в блоке «установление контакта», существенным образом влияет на структурно-семантическую организацию всего текста объявления о знакомстве.

При реализации интериоризованной стратегии наблюдаются изменения в языковой репрезентации инвариантной модели текста объявления. В частности, может нарушаться линейная структура текста, в результате которой блок «самопрезентация» может либо завершать текст (то есть происходит инверсия), либо обрамлять его. Кроме того, появляются другие средства номинации адресанта (имя собственное и личное местоимение yo и его корреляты me, mi) и другие синтаксические конструкции — вопросительные и побудительные предложения, а также условные сложноподчиненные предложения, что в принципе недопустимо при реализации экстериоризованной стратегии.

7. Инвариантная четырехчастная структура объявления о знакомстве реализуется во всех видах объявлений. Она является обязательной для объявлений брачного типа. Вместе с тем объявления вида «дружеские отношения» и «временные отношения» могут состоять только из трех блоков. В объявлениях вида «дружеские отношения» может быть имплицитным блок «самопрезентация», а в объявлениях вида «временные отношения» — блок «целеполагание».

Кроме того, наблюдается разная степень развернутости описательных характеристик адресанта и адресата в зависимости от вида объявления. Брачные объявления содержат максимально эксплицитные данные о внешнем, внутреннем и общественном портрете коммуниканта (адресанта и/или адресата); для объявлений, направленных на поиск друга, характерно указание лишь на пол, возраст и интересы лица, тогда как для объявлений вида «временные отношения» доминантой при описании является сексуальная привлекательность коммуниканта (адресанта и/или адресата).

8. В объявлениях о знакомстве реализуются различные коммуникативно-прагматические стратегии: в блоке «самопрезентация» — стратегии позитивной самопрезентации личности и сокращения дистанции; в блоке «портретирование» — стратегии моделирования адресата и сокращения дистанции; в блоке «установление контакта» — стратегии сокращения и увеличения дистанции; в блоке «целеполагание» — стратегия постулирования цели или прогнозирования будущего. В брачных объявлениях реализуются все перечисленные стратегии; в объявлениях вида «дружеские отношения» и «временные отношения» частотна стратегия расширения круга адресатов, а стратегии моделирования адресата и постулирования цели репрезентируются ограниченным набором языковых средств.

Глава 1.
ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ИЗУЧЕНИЯ ТЕКСТОВ ОБЪЯВЛЕНИЙ О ЗНАКОМСТВЕ

1.1. Объявления о знакомстве как особый тип текста

В последнее время тексты объявлений о знакомстве заняли прочное место в массовой коммуникации как важное средство гендерного взаимодействия между реальным адресантом и адресатом воображаемым.

Объектом нашего исследования являются объявления о знакомстве. Соответственно, в настоящей работе в качестве основного используется термин «объявление о знакомстве». Как было отмечено ранее, в ходе исследования встречается термин «брачное объявление» (БО), которое входит в понятие «объявление о знакомстве».

Как было отмечено ранее, существуют различные подходы к изучению текста ОЗ. Были проведены исследования данного текста с учетом этнокультурного [Акулова 2010], коммуникативного [Рысева 2015], социопрагматического [Шибанова 2003], жанрового [Акулова 2010] аспектов, с позиции прагматики [Черкасова 2006; Рысева 2015; Rivero 1997]. БО также анализируются с учетом гендерного [Красовский 1993; Городникова 1999; Базылев 2000; Зырянова 2008; Малых 2011], этнокультурного [Царикевич 2007], жанрового [Рогалева 2005; Акулова 2010], социопрагматического [Царикевич 2007] аспектов, в аспекте эвокативного моделирования [Везнер 2008].

В настоящей работе ОЗ рассматриваются как готовый текст, результат коммуникативно-дискурсивной деятельности. При этом не утрачивается актуальность исследования результатов дискурсивной деятельности коммуникантов — текст, и прежде всего актуальным становится изучение отдельных типов текста.

Для целей нашего исследования необходимо проанализировать соотношение таких понятий, как «текст» и «дискурс», «текст» и «тип текста», «гибридный текст», «малоформатный текст», а также выявить взаимосвязь этих явлений.

В отечественной и зарубежной лингвистике существуют различные подходы к описанию текста. Для одних ученых текст — это сложный знак (или знаковая последовательность) в структурной, содержательной, функциональной (коммуникативной, прагматической), в парадигматической и синтагматической его упорядоченности [Гак 1977; 1979; Лосева 1980; Москальская 1981; Тураева 1986; Барт 1989; Реферовская 1989; Эко 1998; Чернявская 2009 и др.]. Для других текст представляет собой систему и феномен [Кожина 1968; Сидоров 1987; Сиротинина 1994; Баженова 2001 и другие работы]. Третьи лингвисты рассматривают текст как особый компонент культуры, средство межкультурной коммуникации, как предмет типологических построений [ван Дейк 1972; 1977; Шабес 1989; Кубрякова 1994; Залевская 2001; Цурикова 2001; Сорокин 2010 и др.]. Кроме того, текст анализируется как динамическая единица в процессе текстопорождения, текстообразования и текстопонимания [Мурзина, Штерн 1991; Кашкин 2000; 2001; Кубрякова 2001; Мельчук 1995 и др.].

В зарубежной испанистике также можно выделить несколько подходов к интерпретации понятия «текст».

1. Текст — социолингвистический продукт вербальной деятельности человека. Так, А. Алексапоулоу отмечает: «Текст, являясь продуктом лингвистического и социального взаимодействий, представляет собой обширную совокупность многочисленных и разнообразных практик, которые зарождаются в различных сферах жизнедеятельности коммуникантов и позволяют им вступать в контакт в повседневной жизни» [Alexapoulou 2002: 98] (здесь и далее перевод наш — К.М.).

2. Текст — это фундаментальное коммуникативно-лингвистическое единство, продукт вербальной деятельности человека, обладающий социальным характером и характеризующийся своей коммуникативной и семантической закрытостью, которая проявляется в коммуникативных намерениях говорящего создать цельный текст, и своей структурностью, нашедшей отражение в двух уровнях: текстовом и на уровне системы языка [Bernárdez 1982: 95].

3. Текст — это акт стандартизованного дискурса, учитывающий прагматический аспект. В рамках данного подхода Л. Апостол определяет текст «как последовательность актов дискурса, которая может подразумевать под собой акт унифицированного дискурса» [Apostol 1980: 18].

Анализ различных определений понятия «текст» позволяет говорить о том, что существующие дефиниции текста описывают те или иные его аспекты, однако единого общепризнанного определения рассматриваемого понятия нет. В нашем монографическом исследовании вслед за В. Е. Чернявской мы определяем текст как «вербальную форму речемыслительной деятельности адресанта, взаимодействующего с адресатом, и процессуальность присутствует в нем, по сути, как внутренний заложенный признак» [Чернявская 2009: 49].

Под каким бы углом ни анализировался текст как языковая единица, всеми исследователями выделяются общие или универсальные характеристики любого текста и частные характеристики, добавленные к общей схеме. К числу первых относятся: информативность, членимость, проспекция, ретроспекция, когезия, континиум, модальность, автосемантия (членимость текста), завершенность, подтекст, предикативность, графическое воплощение. Движение текста происходит по трем моделям: от адресанта к адресату, от адресата к адресанту и замыкается на самом адресате, от адресанта к адресату и обратно к адресанту [Гальперин 1981: 27–31].

В последние годы к выделенным характеристикам добавлялись такие наиболее значимые и обсуждаемые, как художественное время и художественное пространство — хронотоп [Тураева 1986], диалогичность (идея скрытого адресата или оппонента в тексте, без которого смысл текста неясен) [Бахтин 1986], интенциональность, ситуативность, приемлемость, коммуникативность [Бокова 2011], типологическая интертекстуальность [Beaugrande, Dressler 1997; Чернявская 2009; Должич 2011], интерсубъективность [Кашкин 2004]. В. Е. Чернявская подчеркивает, что «в 1990-е гг. в отечественной литературе отмечалось более 50 текстовых категорий» [Чернявская 2009: 180].

Остановимся подробнее на некоторых общих характеристиках текста. Информация является одной из основных категорий текста и различна по своему прагматическому назначению. И. Р. Гальперин выделяет а) содержательно-фактуальную информацию (СФИ), которая содержит сообщения о фактах, событиях, процессах, происходящих, происходивших, которые будут происходить в окружающем нас мире, действительном или воображаемом; б) содержательно-концептуальную информацию (СКИ), которая сообщает индивидуально-авторское понимание отношений между явлениями, описанными средствами СФИ, понимание их причинно-следственных связей, их значимости в социальной, экономической, политической, культурной жизни народа, включая отношения между отдельными индивидуумами; такая информация представляет собой творческое переосмысление указанных отношений, фактов, событий, процессов, происходящих в обществе; в) содержательно-подтекстовую информацию (СПИ), которая представляет собой скрытую информацию, извлекаемую из СФИ благодаря способности единиц языка порождать ассоциативные и коннотативные значения [Гальперин 1981: 27].

В свою очередь, членение текста показывает, как части, на которые дробится текст, объединяются, сохраняя при этом единство, цельность произведения, как обеспечивается последовательность (континуум) излагаемых событий, фактов, действий [там же: 73–74].

При этом между описываемыми событиями должна быть связь, которая не всегда выражается выработанной системой языковых средств — причастными оборотами, союзами, союзными речениями и проч., поскольку данная система была выработана применительно к связям, которые наблюдаются внутри предложения, в частности внутри сложноподчиненных предложений. Однако отдельные части текста, порой отстоящие друг от друга на значительном расстоянии, также оказываются в той или иной степени объединенными средствами связи, которые не всегда совпадают с традиционными. Именно для обозначения таких форм связи используется термин «когезия» (от английского cohesion — сцепление). Следовательно, когезия — это особые виды связи, обеспечивающие континуум, т. е. логическую последовательность (темпоральную и/или пространственную), взаимозависимость отдельных сообщений, фактов, действий [там же: 29].

И. Р. Гальперин анализирует проявление когезии в газетном тексте (в частности, в кратких сообщениях) и приходит к выводу о том, что только на первый взгляд отдельные части данных текстов автосемантичны, и это впечатление неслучайно, поскольку «прагматической установкой этого типа коммуникации является стремление уложить возможно больше информации в возможно меньшее количество строк. Такая лапидарность текста приводит к необходимости избегать всяких формально-грамматических средств связи» [там же: 29].

Другой общей характеристикой любого текста является модальность, т. е. отношение говорящего (пишущего) к действительности, которое может быть выражено различными средствами — формально грамматическими, лексическими, фразеологическими, синтаксическими, интонационными, композиционными, стилистическими; модальность оказывается категорией, присущей языку в действии, т. е. речи, и поэтому является самой сущностью коммуникативного процесса [там же: 113].

Завершенность также является общей характеристикой текста. По справедливому замечанию И. Р. Гальперина, «текст можно считать завершенным тогда, когда с точки зрения автора его замысел получил исчерпывающее выражение. Иными словами, завершенность текста — функция замысла, положенного в основу произведения и развертываемого в ряде сообщений, описаний, размышлений, повествований и других форм коммуникативного процесса. Когда, по мнению автора, желаемый результат достигнут самим поступательным движением темы, ее развертыванием — текст завершен» [там же: 131].

Предикативность также является основной текстовой чертой. Первая трактовка предикативности изложена в работах В. В. Виноградова, по мнению которого общее значение предикативности, расчленяясь, выражается в синтаксических категориях модальности, времени и лица [Виноградов 1954].

Еще одной сущностной характеристикой текста является подтекст, который трактуется И. Р. Гальпериным как «дополнительная информация, которая возникает благодаря способности читателя видеть текст как сочетание линеарной и супралинеарной информации» [Гальперин 1981: 47].

На смену изучения текста как системно-структурного образования, как особой языковой единицы, что характерно для 80–90 годов XX века, в новой коммуникативно-дискурсивной парадигме в центре внимания ученых оказываются условия порождения текста и его динамический аспект (дискурсивная деятельность), и выделяются особые единицы — дискурс как процесс порождения текста и текст как его результат¹.

Сравним дефиниции двух понятий. «Текст (от лат. textus — ткань, сплетение, соединение) — объединенная смысловой связью последовательность знаковых единиц, основными свойствами которой являются связность и цельность» [Николаева 1990: 507]. «Дискурс (от франц. discours — речь) — связный текст в совокупности с экстралингвистическими — прагматическими, социокультурными, психологическими и другими факторами; текст, взятый в событийном аспекте; речь, рассматриваемая как целенаправленное социальное действие, как компонент, участвующий во взаимодействии людей и механизмах их сознания (когнитивных процессах). Дискурс — это речь, “погруженная в жизнь”. Поэтому термин “дискурс”, в отличие от термина “текст”, не применяется к древним и другим текстам, связи которых с живой жизнью не восстанавливаются непосредственно» [www.вокабула.рф/словари/лингвистический-энциклопедический-словарь/дискурс]. Выделение различных типов текста связано либо со сферой его функционирования (юридические, религиозные, научные, педагогические, политические, медицинские, персональные тексты, медийные тексты), либо с функционально-прагматической направленностью (аксиологические, юмористические, ритуальные, стратагемные, рекламные). В свою очередь, наименование типов текста совпадает с их обиходным названием: объявление, некролог, инструкция по эксплуатации, кулинарный рецепт.

В отечественной испанистике изучаются различные аспекты определенных типов текста. В частности, анализируется научно-технический текст в целом, описываются его функционально-стилистическая специфика, лексические характеристики, интертекстуальные связи [Попова 2004; 2006; 2010; Должич 2010; Корнева 2015]. Кроме того, исследуются отдельные типы научного текста (реферат) [Попова 2010].

Согласно полученным данным, научный текст как особый тип текста выделяется по сфере использования; он является сложно организованной политекстуальной системой, которая соотносится с экстралингвистическим контекстом, конкретизированным в понятии эпистемической (познавательно-речевой ситуации) совокупности взаимосвязанных признаков коммуникативно-познавательной деятельности в единстве составляющих ее аспектов [Попова 2004: 9].

Тип текста представляет собой культурно-исторически сложившуюся продуктивную модель, поскольку «каждый носитель языка обладает определенной “типологической компетенцией”, благодаря которой он способен идентифицировать тексты одной типологической принадлежности и различать тексты разного типа» [Чернявская 2009: 59]. При этом каждый тип текста обладает системой закрепленных за ним специфических признаков, которые позволяют отнести к ним отдельные тексты.

Свойства различных типов текста в дискурсивных условиях их порождения могут сочетаться, следствием чего является возникновение гибридных текстов. Поэтому немалый интерес с теоретической и практической точек зрения представляет изучение организации текстов, порожденных в разнообразных дискурсивных условиях, которые характеризуются гетерогенностью. Важнейшей функцией текста является коммуникативная функция. Однако исследования текстов культуры позволило Ю. М. Лотману выделить, помимо коммуникативной функции текста, еще одну функцию языковых систем и в том числе текстов — смыслообразующую. В этом случае текст выступает не просто упаковкой языка, а генератором смыслов. При таком понимании текст принципиально гетерогенен и гетероструктурен, он является манифестацией многих языков [Лотман 2002: 190].

С особой очевидностью гетерогенная сущность текста проступает в таких текстах, как рекламные (в рекламном плакате, телевизионной рекламе, радиорекламе и т. д.). Однако и традиционно вербальные тексты (деловой, научный и т. д.) также неоднородны по своему составу и могут включать знаки-иконы (таблицы, схемы, рисунки и т. д.) и проч. [Валгина 2003: 206].

В целом гетерогенность текста определяется двумя факторами: 1) использованием в тексте разных типов знаков; 2) закодированностью текста как минимум двумя языками. Эта двойная закодированность текста является его принципиальным свойством. В любом тексте присутствуют два кода (языка) — язык естественный и язык текста. Каждый знак в тексте реализует одновременно два значения: буквальное языковое и текстовое, появляющееся у этого элемента структуры только в пределах данного текста. При этом если все многообразие текстов расположить на шкале реализации текстового и языкового значения, то к языковому полюсу будут приближаться официально-деловые и научные тексты, а к текстовому — художественные, остальные будут располагаться между полюсом делового текста и полюсом художественного [там же: 209].

Иными словами, под гетерогенностью понимается «сложное переплетение качеств, присущих разным типам дискурса (текста)» [Бокова 2011: 123].

Соответственно, тексты такого рода обозначаются термином «гибридные тексты». Так, например, Н. И. Формановская трактует рекламное объявление (рекламный текст) как «гибридный» текст, который обнаруживает в себе свойства разных текстов: юридического, аргументативного, аксиологического, экспликативного и нарративного [Формановская 2003: 31].

Что касается текстов ОЗ и БО, то единого мнения о том, черты каких текстов включает в себя данный тип текста, нет. Проанализируем те точки зрения, которые уже существуют по данной проблематике, и выясним, насколько они правомерны.

По мнению одних лингвистов [Бородина 2000; Пели 2003; Рогалева 2005], ОЗ относятся к массмедийным текстам, а именно к текстам межличностной рекламы. В то же время есть определенные различия между рекламой и ОЗ. Последние отличаются стандартной по форме и содержанию подачей информации и обладают тенденцией к экономии языковых средств, что приводит к формированию блочной системы подачи информации. Суть же рекламы заключается в преодолении стандартов как в оформлении, так и в содержании [Пели 2003].

ОЗ определяется как «личное стандартизированное неэкспрессивное представление информации в нейтральной форме, рассчитанное на произвольное внимание адресата» [там же: 89].

Следует отметить, что данное определение является неточным, поскольку исследователи ОЗ на материале различных языков уже выделили, помимо стандартной подачи информации, нестандартную (дивергентную) [Рогалева 2005; Черкасова 2006], описали отдельные экспрессивные средства представления информации [Рогалева 2005; Черкасова 2006; Царикевич 2007; Зырянова 2008] и особую форму объявления в виде «метафоры-текста» [Рыкова 2003].

В целом целеустановкой текстов межличностной рекламы является поиск подходящего по всем параметрам адресата, т. е. основная функциональная направленность такого типа текста — привлечь внимание (см., например, [Карасик 2000; Панкрухина 2010; Акулова 2010]).

Современная реклама межличностных отношений, по мнению В. Бородиной, включает в себя следующие виды рекламы:

1) брачная реклама;

2) компанейская реклама;

3) реклама традиционных форм сексуальных отношений;

4) реклама нетрадиционных форм межличностных отношений [Бородина: URL].

Как мы видим, в отдельный вид рекламирования выделяются потребности современных людей в различных формах сексуальных контактов, которые не входят в сферу брачно-семейных отношений. Однако лингвист уточняет: «Нам представляется не совсем целесообразным разделение брачной рекламы и рекламы традиционных сексуальных отношений в силу сложности и нечеткости обозначения интенциональных установок авторов: одно часто предполагает другое» [там же: URL].

О. С. Рогалева подчеркивает, что БО занимает промежуточное положение между рекламой и объявлением, поскольку персонализованное представление информации сочетается с характерными для рекламы приемами и методами воздействия [Рогалева 2005: 35].

Маркетинг личности основан на самопрезентации, которая характеризуется поддержанием чувства собственной уникальности; демонстрацией своей принадлежности к определенной среде; утверждением желательной «Я-концепции» и укреплением самооценки; получением социальной, материальной выгоды; повышением привлекательности, получением одобрения и уважения; сохранением и увеличением власти, влияния [Елизарова, Ухова 2014: 174]. Самопрезентация как часть персонального маркетинга является средством управления впечатлений, которое мы производим на других людей (см. подробнее, например, [Котлет 1999; Бородина 2000; Альтшуллер 2004; Ухова 2012; Ученова, Старых 2002]). Как отмечает О. С. Рогалева, «совмещение позиций автора-рекламодателя и объекта речи приводит к необходимости использования такого понятия, как “самореклама”, применительно к брачным объявлениям, т. е. автор портретирует себя с целью рекламы, а данное явление свойственно для политического дискурса (текста)» [Рогалева 2005: 36].

Отличительной чертой ОЗ является то, что оно обслуживает общение между незнакомыми мужчиной и женщиной через канал, открытый адресантом. ОЗ функционируют в массово-информационном дискурсе, дискурсе в основном институциональном, что накладывает свою специфику на реализацию данного типа текста. Тексты ОЗ находятся на пересечении институционального и личностно-ориентированного, или персонального, дискурсов [Акулова 2010: 27, 34].

Рассмотрим отличительные черты институциональных текстов. В институциональном тексте адресант выступает как представитель определенного социального института. Характерными чертами институционального текста являются: специализированная, клишированная разновидность коммуникации; наличие двух системообразующих признаков: цели и участников общения; разная степень открытости данных текстов; мера соотношения между статусным и личностным компонентом; наличие конститутивных признаков (участники, условия, организация, способы и материалы общения) и т. д. (см., например, [Карасик 2000]).

ОЗ действительно обладают многими из указанных выше признаков институционального дискурса. В частности, БО, которое мы рассматриваем как разновидность типа текста ОЗ, согласно данным Е. Макаренко содержит признаки двух стилей — официально-делового и разговорного. Официально-деловой стиль языка данного типа текста проявляется в наличии определенных официально-деловых штампов: «желает познакомиться», «с серьезными намерениями», «без в/п», «для создания семьи» и др., [Макаренко 2000: 76] (см. подробнее об официально-деловом стиле [Солганик 1997; Колтунова 1998; Красивова 2001; Мусаткова 2010] и разговорном стиле [Виноградов 1963; Винокур 1968; Сиротинина 1969; Земская 1979; Лаптева 1990 и др.]). Разговорный же стиль языка БО прослеживается в его тональности, поскольку «некоторые авторы объявлений, стремясь уйти от официально-делового стандарта и желая придать тексту неповторимость и оригинальность, составляют его в индивидуально-лирическом тоне» [Макаренко 2000: 66]. Однако если в текстах БО существуют определенные официально-деловые штампы, причислять данный тип текста к разговорному стилю только на основании «индивидуально-лирического тона» не совсем корректно.

ОЗ обладают также чертами аксиологического дискурса (текста), поскольку аксиологический текст транслирует ценности, которые имплицируются в тексте и воссоздаются в результате актуализации личного опыта [Марьянчик 2013: 7] (см. подробнее об оценке и ценности в языке, например, [Вольф 1982; Арутюнова 1988; Карасик 2002, 2004; Бабаева 2003; Макейчик 2004; Воркачев 2006, 2012; Афанасьева 2006; Ивин 2006; Серебрянникова 2008 и др.]).

И. С. Черкасова анализирует стратегию позитивной самопрезентации личности в ОЗ и приходит к заключению о ценностном, аксиологическом потенциале данного типа текста, который определяет реализацию данной стратегии. «Одним из самых иллюстративных материалов для изучения ценностных свойств личности являются, как мы считаем, объявления о знакомстве, поскольку в силу ограниченности объема текста его автор вынужден отбирать наиболее значимые характеристики при описании себя и желаемого партнера, и именно эти характеристики отражают ценностные доминанты, связанные с представлением об идеальном партнере» [Черкасова 2006: 153].

О. С. Рогалева рассматривает брачные объявления как речевой жанр рекламного дискурса. По мнению лингвиста, брачное объявление является «особым синкретичным жанровым образованием, функционирующим в рамках рекламного дискурса. Брачное объявление сочетает в себе характерные черты рекламного текста и жанра объявления. Эта двойственность — специфическое свойство брачного объявления. Брачное объявление занимает промежуточное положение между рекламой и объявлениями, обусловленное тем, что персонализованное представление информации здесь сочетается с характерными для рекламы приемами и методами воздействия» [Рогалева 2010: 7]. Типологическая характеристика брачного объявления позволяет ученому выделить отличительные признаки исследуемого жанра: брачное объявление представляет собой персонализованное представление информации в виде законченного текста апеллятивного характера, содержанием которого является прогнозируемый характер межличностного взаимодействия между мужчиной и женщиной, своеобразный «идеал брачного союза». При этом объектом рекламирования выступает человек как носитель определенных статусных характеристик, а также личностных качеств, свойств, значимых с точки зрения изменения семейного статуса [там же].

В отличие от указанных выше авторов, которые выделяли в ОЗ (или их разновидности — БО) черты отдельного типа текста — институционального [Акулова 2010], массмедийного [Пели 2003], аксиологического [Черкасова 2006], рекламного [Рогалева], мы считаем, что ОЗ — это такой тип текста, который совмещает в себе черты разных типов текста. В нашем понимании ОЗ представляет собой гибридный текст, который как тип текста обладает определенной долей трафаретности и заданности формы.

Таким образом, основными особенностями текстов ОЗ являются высокая степень гетерогенности и полифункциональность. Тексты ОЗ удовлетворяют большинству перечисленных выше характеристик различных типов текстов, что дает нам основание трактовать тексты ОЗ как гибридные типы текста.

Гибридность текстов ОЗ также проявляется в совмещении трех основных функций: функции воздействия (характерной для рекламы); функции информирования (характерной для объявления); функции побуждения адресата к вербальному ответу на объявления (характерной для институциональных текстов).

Другой сущностной характеристикой ОЗ является их малый объем. В лингвистике уже закрепился термин «малоформатный тип текста», и идет активное изучение данного типа текста (см. [Нечаев 1999; Таюпова 2005; Бокова 2011; Садыкова 2012 и др.]).

Анализ различных исследований малоформатных текстов позволяет выделить следующие основные характеристики данного текста:

1) краткость — это общий формальный признак для всех малоформатных текстов (не более 1000 печатных знаков);

2) ограниченное количество информации — развертывание тематического ядра в тексте зависит от установки отправителя текста [Бокова 2011];

3) тенденция к «ужатию языковой ткани» [Нечаев 1999], эффекта которого можно добиться при помощи приема номинализации — использования номинализированных конструкций в доминантной позиции по отношению к инфинитивным оборотам;

4) наличие определенных функций: информирующей, социально регулирующей (оптимизации процессов адаптации членов общества в непрерывно меняющейся социальной среде), а также различных коммуникативно-прагматических функций, выделяемых в зависимости от жанра текста;

5) малоформатные тексты обладают всеми текстовыми признаками: высокой степенью востребованности среди коммуникантов, высокой информативной плотностью, высокой степенью ориентации на адресата и его запросы, а также высокой степенью адаптивности к принципиально новым сферам коммуникации [Бокова 2011].

Названные основные характеристики малоформатных текстов присущи и текстам ОЗ: их объем не превышает 400 печатных знаков, и в них также наблюдается ужатие языковой ткани — языковая компрессия.

По мнению некоторых лингвистов [Кошелева 1998; Малых 2011], ОЗ представляют собой малоформатные тексты межличностной рекламы, которые должны быть краткими по объему.

Отсюда следует, что текст объявления обладает целым рядом коммуникативно значимых объективных факторов, среди которых ведущим является функционально-целевой. Функция малоформатных текстов задает его формально-структурный и содержательный объем. При этом ОЗ выступает в роли своеобразной визитной карточки человека, ввиду того что подобное сообщение содержит информацию о самых различных чертах языковой личности: возрасте, образовании, взглядах на мир, отношении к действительности [Малых 2011: 105].

Важно, что объем ОЗ определяется не количеством предложений, а количеством слов в тексте. Объем текста — это один из важных критериев структуры и информативности текста объявления и тоже является показателем его эффективности [Кошелева 1998: 110]. Считается, что в неэффективных объявлениях, имеющих мало откликов, содержится либо недостаточная информация, либо избыточная, в то время как в эффективных — достаточная для того, чтобы иметь общее представление об абоненте и его запросе [там же: 110].

Помимо основных характеристик малоформатных текстов, которые присущи текстам ОЗ и БО, некоторые лингвисты [Шибанова 2004; Рогалева 2005; Садыкова 2012] выделяют следующие частные типологические признаки данного типа текста.

1. Временная перспектива — автором прогнозируется желаемая картина будущего в «самопрезентации», в которой адресаты под действием стратегии манипулирования осуществляют какие-либо действия, результатом которых должен стать личный контакт коммуникантов [Садыкова 2012: 12].

2. Искренность и правдивость — содержание данного типа текста должно быть основано на искренности автора, которая подтверждается при личной встрече; поскольку автор текстов саморекламы создает свой образ так, чтобы адресат добровольно поступал в соответствии с планами адресанта, образ которого в тексте саморекламы имеет черты имиджа [там же: 13].

3. Наполнение социокультурными ценностями — различные лексические группы апеллируют к единым ценностям [там же: 13].

4. Персонализированное представление информации в виде законченного текста апеллятивного характера, содержанием которого является прогнозируемый характер межличностного взаимодействия между мужчиной и женщиной [Рогалева 2005: 37].

Иными словами, наряду с формальными характеристиками ОЗ как типа текста можно выделить такие типологические признаки, как «временная перспектива» и «наполнение социокультурными ценностями», поскольку адресант не только прогнозирует картину будущего, но и апеллирует к основным социокультурным ценностям. Однако типологический признак «искренность и правдивость», на наш взгляд, для текстов ОЗ не является релевантным, поскольку в них, как будет показано ниже, выявляются черты текстов, которые отличаются намеренным искажением информации, «приукрашиванием» образа адресанта (для привлечения наибольшего количества потенциальных партнеров).

Проведенный анализ работ, посвященных типологическим чертам текста в целом и малоформатных и гибридных текстов в частности, показал следующее.

1. ОЗ представляют собой особый тип текста.

2. В ОЗ как типе текста проявляются все основные текстовые черты: информативность, членимость, когезия, модальность, завершенность, подтекст, предикативность, графическое воплощение, диалогичность (идея скрытого адресата — ОЗ обладают интерактивным характером, поскольку текст ОЗ — это, с одной стороны, монолог, в котором адресант пытается создать запоминающий образ, но, с другой стороны, основной целью объявления является установление контакта — интерактивное общение, что позволяет говорить о диалоге между адресантом и адресатом, о ситуативности, коммуникативности).

3. Порожденные в определенных дискурсивных условиях тексты ОЗ обладают гибридностью, что проявляется в полифункциональности данного типа текста, а именно в реализации функций воздействия, информирования, побуждения, а также в сочетании основных черт разных типов текста: текстов межличностной рекламы, институционального и аксиологического текстов, а также официально-делового и разговорного стилей.

4. ОЗ являются малоформатным типом текста, поскольку обладают краткостью, зависимостью развертывания тематического ядра текста от установки адресанта, характеризуются ужатием языковой ткани.

5. Как особый тип текста ОЗ также обладают двумя типологическими признаками, такими как временная перспектива, наполнение социокультурными ценностями, кроме того, они могут иметь нестандартную форму подачи информации.

1.2. Композиционно-смысловая структура текстов объявлений о знакомстве

ОЗ как тип текста обладает определенным структурным каркасом, особой организацией текста. Проблема композиционной структуры ОЗ (в иной терминологии — композиционно-смысловая структура или организация ОЗ) неоднократно была предметом исследования разных ученых. В основе ОЗ лежит инвариантная модель: кто — ищет (желает познакомиться) — кого — для чего. Однако лингвисты по-разному интерпретируют инвариантную модель ОЗ, что приводит к определенным разночтениям не только в терминологии, но и описании структуры ОЗ. Как отмечалось ранее, некоторые лингвисты единодушны в количестве выделяемых информационных блоков, но называют их по-разному: субтекст [Рогалева 2005]; блок (коммуникативный бок [Шибанова 2004], базовый блок [Царикевич 2007; Рысева 2015]); фрейм [Акулова 2010]).

Одними лингвистами выделяются пять частей в структуре данного типа текста [Царикевич 2007; Рысева 2015], другими — три части [Rivero 1997; Шибанова 2004; Рогалева 2005; Акулова 2010].

Пятичастная модель текста БО разработана Н. В. Царикевич, опираясь на опыт исследования рекламных текстов в целом, она выделяет следующие базовые блоки структуры БО:

1) слоган;

2) зачин;

3) информационный блок, включающий подблоки «самопрезентация адресанта» и «запрос адресата»;

4) эхо-фраза;

5) справочные сведения [Царикевич 2007: 40] (см. также [Рысева 2015]).

Большинство исследователей выделяют трехчастную модель ОЗ. В частности, одной из таких трехчастных моделей является модель Е. А. Шибановой, которая состоит из следующих коммуникативных блоков объявлений:

1) «самопредъявление»;

2) «предъявление требований к будущему партнеру»;

3) «целеустановка» [Шибанова 2004].

Другой трехчастной моделью является модель Х. П. Риверо, которая включает в себя следующие блоки:

1) autopresentación (автопрезентация);

2) heteropresentación (гетеропрезентация);

3) postulación de contacto (постулирование контакта) [Rivero 1997].

Е. В. Акулова анализирует фреймовую модель ОЗ и рассматривает три фрейма: «самопрезентацию», «портретирование» и «желаемые отношения» [Акулова 2010].

В свою очередь, О. С. Рогалева описывает трехчастную модель БО, состоящую из субтекстов [Рогалева 2005: 8]:

1) «субтекст самопрезентации»;

2) «субтекст адресата»;

3) «субтекст будущего».

Как мы видим, структурные элементы ОЗ и БО по-разному именуются авторами. Первый блок может называться «самопредъявление» [Шибанова 2004], «субтекст самопрезентации» [Рогалева 2005], «самопрезентация» [Акулова 2005]. Подобное расхождение наблюдается и при номинации второго блока данного типа текста: «предъявление требований к будущему партнеру» [Шибанова 2004], «субтекст адресата» [Рогалева 2005], «портретирование» [Акулова 2005]. В третьем блоке тоже есть разночтения: «целеустановка» [Шибанова 2004)] «субтекст будущего» [Рогалева 2005], «желаемые отношения» [Акулова 2005].

Наиболее адекватной, на наш взгляд, терминологией, используемой в дальнейшем исследовании и с учетом инвариантной модели ОЗ, является следующая: для первого блока (кто) — «самопрезентация», для второго блока (ищет) — «установление контакта», для третьего блока (кого) — «портретирование», для четвертого блока (чего) — «целеполагание», для пятого блока — «обратная связь» (что соответствует пятому блоку модели Н. В. Царикевич «справочные сведения» и не выделяется в моделях других лингвистов).

Для описания пятого блока необходимо было разделить текстовое полотно любого ОЗ на «предтекст», собственно сам текст ОЗ (первые четыре блока) и «затекст», например:

Buzόn: 236855 r1

Hombre de 59 años, 1,63, delgadito, busca compañera entre 45–59 años. Extremadura. Nú. Buzón: 236855

Данный пример наглядно иллюстрирует, что блок «обратная связь» обрамляет основной текст ОЗ и включает:

а) «предтекст», который содержит номер почтового ящика Buzón: 236855 и указывает на возможность прослушать r1 голос;

б) «затекст», в нем указываются номер телефона адресата Teléfono: 806 404 163 и возможность отправить sms Enviar SMS, а также место проживания Extremadura.

Номер телефона и возможность прослушать голос, а также отправить sms могут быть оформлены графически соответствующими иконками:

Для электронных ОЗ характерно сочетание вербальных и невербальных средств информации, т. е. они являются креолизованными текстами (см. подробнее [Анисимова 1996; 2003; Пойманов 1997; Алексеев 1999; 2001; Бернацкая 2000; Гришаева 2003]). В газетных ОЗ также представлены затекстовые элементы — SMS и место проживания, а предтекстовый элемент — номер почтового ящика — в ОЗ из газеты указывается в конце текста, при этом «предтекст» отсутствует.

Важно, что авторы сходятся в том, что описательные характеристики личности как адресанта, так и адресата в блоках в принципе совпадают. Однако состав компонентов и их количество внутри выделенных блоков расходятся. Базисные характеристики блоков «самопрезентация» и «портретирование» репрезентированы определенными тематическими группами, состав которых ученые интерпретируют по-разному.

По мнению О. С. Рогалевой, субтекст самопрезентации включает в себя параметры, индивидуализирующие черты внешнего облика человека (цвет волос, глаз, телосложение, рост) и его внутреннего мира. Последнее подчинено стремлению автора показать эстетическое, морально-этическое, духовное своеобразие и ценность человека. Субтекст адресата строится по аналогичной схеме [Рогалева 2005: 7].

И. Н. Зырянова выделяет 14 параметров номинации адресанта и адресата в БО: пол, возраст, профессия, социальное и семейное положение, внешность, место жительства, место рождения, внутренние качества или особенности характера, образ жизни, увлечения, психологический тип личности, религиозные взгляды, знак Зодиака [Зырянова 2008].

Е. В. Акулова в предложенной фреймовой модели ОЗ выделяет слоты, которые репрезентируют фреймы «самопрезентация», «портретирование» и «желаемые отношения».

1. Фреймы «самопрезентация» и «портретирование» включают в себя слоты «внешний человек», «внутренний человек», «возраст», «имущественное положение», «женщина/мужчина по отношению к мужчине/женщине», «социальная и профессиональная принадлежность», «увлечения», «национальность».

2. Фрейм «желаемые отношения» состоит из пяти слотов: «семья», «любовь», «гедонистические отношения», «дружба» и «счастье» [Акулова 2010: 12].

Отчасти факт того, что в БО выделяется больше параметров, чем в ОЗ, можно объяснить тем, что в объявлениях «БО» предполагается более полное описание как адресанта, так и адресата.

Вслед за Е. В. Акуловой [там же: 13] мы выделяем три основных тематических группы блоков «самопрезентация» и «портретирование»: «внешний портрет», «внутренний портрет», «общественный портрет», каждая из которых включает различные компоненты/параметры.

В частности, «внешний портрет» сформирован следующими компонентами: внешняя привлекательность; отсутствие или наличие волос; фигура, вес; рост; цвет глаз; цвет кожи; возраст; физические недостатки; «внутренний портрет» включает компоненты: качества личности или психологический портрет; знак Зодиака; интересы и увлечения. «Общественный портрет» описывается с помощью следующих компонентов: материальное положение; род занятий; образование; семейное положение; территориальная и национальная принадлежность; вероисповедание; образ жизни.

Данные тематические группы и соответствующие им компоненты являются базовыми для блоков «самопрезентация» и «портретирование». Кроме того, в блоке «портретирование» в тематической группе «внутренний портрет» можно выделить еще два компонента: «сходство интересов, увлечений и характеристик» и «нежелательные характеристики адресата» (или «НЕ ОБРАЗ» (см. подробнее [Зырянова 2008]).

Роль выделяемых блоков в текстовой структуре также неравнозначна. Одни ученые ядерным компонентом ОЗ и БО считают «желаемые отношения», или «цель» [Шибанова 2004; Царикевич 2007; Акулова 2010; Рысева 2015], другие — самопрезентацию субъекта [Рогалева 2005; Черкасова 2006]. При этом никто не выделяет блок «портретирование» как ядерный компонент.

Иными словами, несмотря на разночтения не только в терминологии, но и в структуре ОЗ, можно говорить о том, что во всех моделях структуры подобного типа текста присутствует описание адресанта и адресата, а также подчеркивается цель будущего знакомства.

1.3. Гендерная характеристика текстов объявлений о знакомстве

Универсальная категория «мужчина» и «женщина» соответствуют понятиям «мужественность» и «женственность» и являются объектом исследования гендерной лингвистики (см., например, [Горошко 1999; Лакофф 2000; Халеева 2000, 2001; Кирилина 1999, 2001, 2002, 2004, 2005; Ильин 2010]).

В зарубежной испанистике гендерной проблематикой занимались многие лингвисты (cм., например, [Alvar 1969; Rissel 1981; Alonso 1984; Matte Bon 1987; Cruz 1990; Sitmen 1991; Montes Giraldo 1991; Pardo Fernández 1992; García Meseguer 1994; Lamas 1996; García Calvo 1997; Alonso-Cortés Fradejas 1998; Portal Nieto 1999]).

В испанистике можно выделить два основных направления в изучении гендерной проблематики: дискурсивное направление, связанное с исследованием особенностей коммуникации в однополых и смешанных группах (см., например, [Cruz 1990; Sitmen 1991; Montes Giraldo 1991]), и изучение языка с целью выявления асимметрий в системе языка, отражающих дискриминацию женщин (языковой сексизм) (см., например, [García Meseguer 1994; Portal Nieto 1999; Millán Chivete 2000; Кругова 2010; Villegas 2010]).

В испанистике гендерные исследования основываются на общем постулате о вариативности понятий «женственность» и «мужественность» в зависимости от исторической эпохи.

А. М. Порталь Ньето рассматривает, как понятие «гендер» и «пол» влияют на выбор языковых средств. Испанский язык, по мнению ученого, обладает подвижной системой в том, что касается гендерной номинации людей по профессии, научного звания и т. д., и в наши дни с внедрением женщин в профессиональную среду, к которой раньше у них не было доступа, существует некоторая неопределенность у говорящих на испанском как родном языке в выборе лексемы при назывании той или иной «мужской» должности, которую занимает женщина [Portal Nieto 1999: 553].

Гендерная роль является одной из разновидностей статусных ролей, которая связана с представлениями о «мужском» и «женском» в различных социокультурах. Отсутствие самостоятельных мужских и женских языков компенсируется существованием мужских и женских ролевых стереотипов. Приведем некоторые из них:

– мужчины: сильные и мужественные; сохраняют присутствие духа в любой ситуации и руководят слабыми; более склонны к конфликтной коммуникации; высказывания отличаются большой степенью категоричности; более частотны наступательные тактики;

– женщины: слабые и женственные; зависимы от мужчин; достойное поведение — сохранение высоких нравственных качеств в любой ситуации; предпочитают гармоничную коммуникацию, цель которой — подчеркнуть общность позиций; более мягкие и менее категоричные (см. подробнее [Ильин 2010]).

Данная классификация ролевых стереотипов является идентичной практически для всех стран Европы, в том числе и для Испании. В настоящее время происходит смешение стереотипных представлений, и то, что еще 20 лет назад считалось типичным для мужчины (властность, значительные успехи в работе, карьера и т. д.), сейчас является важной составляющей образа современной женщины.

К. С. Вильегас, проанализировав гендерные стереотипы в испанском обществе и их влияние на средства массовой информации, пришел к ряду значимых для целей настоящего исследования выводов.

Совокупность таких качеств личности, как ternura, seguridad, dependencia, independencia, ambición, frivolidad, inteligencia, espíritu emprendedor, superficialidad, agresividad, docilidad, eficacia, seducción, racionalidad, empatía, debilidad, valentía, afectividad (нежность, безопасность, зависимость, независимость, честолюбие, фривольность, ум, предприимчивый дух, поверхностность, агрессивность, послушание, эффективность, обольщение, рациональность, эмпатия, слабость, храбрость, эмоциональность) можно соотнести и с мужским, и с женским образами.

При этом коннотативное значение некоторых языковых единиц зависит от того, какому образу мы его приписываем. Выражение «амбициозный мужчина» расценивается как положительная оценка деловых и лидерских качеств представителя сильного пола, его способность добиваться своего и идти вперед, несмотря ни на что, тогда как выражение «амбициозная (честолюбивая) девушка» несет определенную долю отрицательной коннотации, так как традиционно образ женщины не ассоциируется в нашем сознании со стремлением построить карьеру [Villegas 2010: URL].

К. С. Вильегас включает в понятие маскулинности такие качества, как seguridad, racionalidad, valentía, agresividad, eficacia, espíritu emprendedor (безопасность, рациональность, храбрость, агрессивность, эффективность, предприимчивость), в то время как стереотипными для понятия фемининности являются ternura, dependencia, superficialidad, docilidad, empatía, debilidad, seducción, afectividad (нежность, зависимость, поверхностность, послушание, эмпатия, слабость, обольщение, эмоциональность). На основе анализа средств массовой информации К. С. Вильегас выделяет следующие стереотипы. Hombres: eficaces, valientes, activos, razonables, juiciosos, inteligentes, tenaces, seguros. Mujeres: afectivas, tiernas, débiles, solicitas, intuitivas, temerosas, sumisas [там же: URL].

Сказанное свидетельствует об актуальности анализа гендерных стереотипов в текстах ОЗ.

Как справедливо отмечает И. Н. Зырянова, «“брачное объявление” является ценным источником информации о принципах самопрезентации, социальных ролях, гендерных стереотипах, представлениях о противоположном поле и гендерной самоидентификации» [Зырянова 2008: 41–42] (см. также о гендерной идентичности [Гришаева, Цурикова 2004]).

Их анализ позволил И. Н. Зыряновой выделить дифференциальные и общие признаки мужского и женского речевого поведения маскулинной, фемининной и андрогинной языковых личностей в текстах брачных объявлений.

К дифференциальным признакам при описании таких характеристик личности адресанта и адресата, как внешние характеристики, физические данные, внутренние свойства и качества личности, хозяйственность, материальная обеспеченность и социальный статус, относится использование разных языковых единиц. Так, в русском языке для «фемининности» характерна бóльшая частотность употребления прилагательных, причастий и сокращений, а для «маскулинности» — большее использование глаголов, союзов и небольшое преимущество в частотности употреблений личных и неопределенно-личных местоимений. Кроме того, при конструировании образа будущего партнера наряду с положительными характеристиками адресата могут быть представлены отрицательные характеристики («НЕ ОБРАЗ», по терминологии автора), которые включают в себя следующие номинации и характеризации лица: алкоголик, альфонс, аферист, бедный, гулящий, зануда, жадный, женатый, курящий, наркоман.

Кроме того, женщины чаще используют сложноподчиненные предложения с разными типами придаточных предложений, инверсий, а также предложения с повелительным и сослагательным наклонением [Зырянова 2008: 47].

К общим признакам маскулинности и фемининности (андрогинный тип) текстов «БО» относятся примерно одинаковая частота употребления предлогов и союзов, практически незаметное расхождение в использовании числительных и аббревиаций [там же: 47–51].

Таким образом, выявление дифференциальных и общих признаков текстов ОЗ на основе категорий «маскулинности» и «фемининности» представляется достаточно плодотворным, что подтверждают наблюдения и других авторов, в исследованиях которых гендерный аспект выступает как один из компонентов анализа.

Как справедливо уточняет О. С. Рогалева, «автор осознанно или интуитивно соотносит собственные физические и личностные качества и соответствующие характеристики предполагаемого партнера с неким гендерным эталоном» [Рогалева 2005: 76]. При этом в брачных объявлениях реализуется достаточно ограниченный набор гендерных стереотипов, поскольку для поиска предполагаемого партнера статусные и возрастные характеристики оказываются важнее отдельных личностных и душевных качеств [там же: 153].

Анализ русских и немецких объявлений о знакомстве позволил Е. В. Акуловой выявить определенные гендерные особенности данного типа текста [Акулова 2010]. В целом гендерные различия в русских и немецких объявлениях о знакомстве проявляются на разных уровнях данного типа текста: на внешнем (на уровне речевого воплощения) — в виде специфических номинаций, разного рода лакун, и на глубинном — в виде культурно-специфичных представлений и гендерных стереотипов [там же: 8].

В частности, в женских русских и немецких объявлениях о знакомстве доминирует внутренняя характеристика человека, а в мужских — внешняя; в русских женских ОЗ обязательным является указание на имущественное положение, что нехарактерно для немецких ОЗ [там же: 11–17].

Справедливо, на наш взгляд, утверждение У. А. Рысевой о том, что «в основе порождения текстов объявлений о знакомстве лежит когнитивная деятельность автора, связанная с функционированием специфических стереотипных представлений о мужчине и женщине» [Рысева 2015: 158].

Согласно данным У. А. Рысевой, в русских ОЗ семантическое поле «внешность» состоит из следующих женских и мужских стереотипов: женщина должна быть привлекательной и сексуальной, а мужчина — иметь спортивное телосложение. Описание внутреннего мира человека включает особенности характера, образа жизни, привычки, увлечения, жизненные ценности. Разница в использовании характеристик определена полом автора и целью знакомства [там же: 164]. В основе самоописаний женских объявлений лежит ориентация на независимость и самореализацию, с одной стороны, и романтические отношения с мужчиной, с другой. В качестве приоритетных установок в них выдвигаются образование, экономическая независимость, интеллектуальные увлечения и виды досуга [там же: 173].

При этом отмечается, что в образе женщины у мужчин первое место занимают внешние данные, затем идут личностные качества и статусно-ролевые характеристики. Образ мужчины у женщин включает типично мужские качества и статусно-ролевые параметры [там же: 175].

Обзор литературы, посвященной гендерной проблематике и воплощению гендерного аспекта в текстах ОЗ и БО, позволяет сделать следующие выводы.

1. Гендер — это система норм, стереотипов, привычек, типов поведения индивидов, которые предписываются и воспитываются обществом в процессе социализации и аккультурации субъекта и обеспечивают в дальнейшем его адекватное поведение.

2. ОЗ являются гендерно-маркированными текстами, основанными на актуализации биологического пола (знакомство, флирт, брак), в которых отражены гендерные стереотипы, существующие в обществе.

3. Гендерные различия в текстах ОЗ могут проявляться как в реализации стратегии самопрезентации личности, так и в использовании различных лексико-грамматических средств, а также в разной значимости одних и тех же блоков в мужских и женских ОЗ.

1.4. Стратегии, реализуемые в текстах объявлений о знакомстве

Коммуникативно-ориентированное изучение дискурса предполагает рассматривать его как процесс социально обусловленного речевого взаимодействия, и анализируется в терминах стратегий и тактик, избираемых адресантом в определенной коммуникативной ситуации.

Стратегия — центральное теоретическое понятие любой модели прагматики. В широком смысле под стратегией следует понимать искусство планирования, основанного на правильных и далеко идущих прогнозах [Карасик 2008: 4]. Неоднозначность самого термина «стратегия» связана, в первую очередь, с различными подходами к исследованию стратегического характера коммуникации.

Понятия «стратегия» и «тактика» в разное время разрабатывались такими лингвистами, как [Койт 1988; ван Дейк и Кинч 1988; ван Дейк 1989; Коста 1991; Васкес, Алдеа 1991; Борисова 1996; Клюев 1998; Сафонова 2001; Стернин 2001; Иссерс 2003, 2008; Жичкина 2004; Волкова 2010]. При этом понятие «стратегия» не всегда отграничивается от понятия «тактика». А. А. Залевская отмечает, что «признание неопределенности дефиниции понятия стратегии, трудности разграничения различных видов стратегий и недостатки используемых процедур выявления стратегий не снимают принципиальной значимости исследования этой проблемы, побуждая более глубоко разобраться в теоретическом аспекте того, что понимается под стратегиями, а также поставить задачу обработки методики сбора данных, их анализа и интерпретации» [Залевская 1999: 327] (см. также [Цурикова 2004]). Одни ученые рассматривают стратегию как когнитивный процесс, другие — как коммуникативный. В частности, Т. А. ван Дейк определяет стратегию в коммуникации как «характеристику когнитивного плана общения, которая контролирует оптимальное решение системы задач гибким и локально управляемым способом в условиях недостатка информации о соответствующих действиях других участников коммуникации или о локальных контекстуальных ограничениях на собственные действия» [ван Дейк 1989: 274]. Стратегия предстает как когнитивный процесс, в котором говорящий соотносит свою коммуникативную цель с конкретным языковым выражением. Стратегия сознательно ограничивает возможный объем информации и отбор языковых средств, которые должны быть «поданы» адресату с целью воздействия на его «интеллектуальную, волевую и эмоциональную сферу» [Борисова 1999: 78].

При интерпретации стратегий как явлений коммуникативного плана различают дискурсивные и коммуникативные стратегии (по сути эти два термина обозначают одно и то же явление, но наиболее частотен термин «коммуникативные стратегии»). Дискурсивные стратегии обусловлены как интенцией участников общения, так и существованием конвенционализованных способов выражения этой интенции, «значениями и функциями используемых языковых средств, контекстными параметрами и жанровыми особенностями дискурса, а также социальными и культурными факторами, определяющими структуру и свойства коммуникативной ситуации и характеристики коммуникантов» [Цурикова 2004: 74].

Некоторые ученые классифицируют коммуникативные стратегии с функциональной точки зрения и выделяют основные и вспомогательные стратегии [Иссерс 2008; Рысева 2015], а также разграничивают коммуникативные и речевые стратегии.

Основные стратегии являются наиболее значимыми с точки зрения иерархии мотивов, целей и намерений в конкретный момент коммуникативного взаимодействия. Вспомогательные стратегии способствуют эффективной организации речевого взаимодействия, оптимальному воздействию на адресата: стратегии самопрезентации, устрашения, самовосхваления, лести, статусные и ролевые стратегии, эмоционально настраивающие стратегии и др. [Иссерс 2008].

Таким образом, в коммуникации, имеющей стратегический характер, с учетом ее утилитарной направленности присутствует определенный набор коммуникативных стратегий, под которыми вслед за О. С. Иссерс мы понимаем «совокупность лингвистических и экстралингвистических действий говорящего, направленных на оптимальное решение коммуникативных целей и задач говорящего в меняющихся условиях общения» [Иссерс 2008: 110]. Отличие коммуникативной стратегии от речевой заключается в том, что в состав речевой стратегии не входят экстралингвистические компоненты коммуникативного взаимодействия, поэтому ее следует рассматривать как более узкое понятие по сравнению с понятием «коммуникативная стратегия» [там же].

Коммуникативные стратегии отражают базовые прагмалингвистические установки дискурса. Использование той или иной стратегии всегда мотивировано, так как это всегда намеренное воздействие автора на адресата. Адресант оформляет текст таким способом, чтобы, с одной стороны, он максимально полно и адекватно выражал его замысел, а с другой стороны, наиболее соответствовал типу личности адресата.

В последние годы медийные тексты изучаются преимущественно с точки зрения выявления стратегий воздействия (стратегии дискредитации, уговаривания, создания положительного имиджа и др.) и способов их воплощения. Примером работ такого рода в зарубежной испанистике является исследование Пинеля Лопеса о стратегиях привлечения внимания в газетных текстах [Pinel Lopez 1996: 358]. Ученые отмечают, что в медиатекстах, с одной стороны, «не могут быть использованы стратегии, которые используются обычно в романах, сказках и других продуктах литературного творчества» [Gomez 2003: 657], а с другой стороны, выделение основных коммуникативных стратегий в медиатекстах связано с ядерными и периферийными разновидностями газетных текстов. К числу первых относятся собственно публицистические тексты (тексты информационные, информационно-аналитические и аналитические), к числу вторых — гибридные тексты (в частности, тексты рекламных жанров) [Бобровская 2012: 51–53].

Как уже было сказано ранее, тексты ОЗ обладают гибридным характером и сочетают в себе черты нескольких типов текстов: рекламного, массмедийного, аксиологического, личностно-ориентированного, институционального, а также официально-делового и разговорного стилей. При этом основными функциями текстов ОЗ, помимо информирования о себе и своих целях, являются функция воздействия, что характерно для рекламы, и функция побуждения, что характерно для институциональных текстов. Следовательно, при создании ОЗ используются различные коммуникативные стратегии.

Реализация коммуникативных стратегий в текстах брачных объявлений проанализирована на материале таких языков, как немецкий [Рыкова (2003] (манипулятивная стратегия через «метафору-текст»); русский — [Рогалева 2005] (коммуникативные стратегии), [Садыкова 2012] (манипулятивная стратегия самопрезентации личности) в текстах объявлений о знакомстве И. С. Черкасовой [Черкасова 2006] проанализирована коммуникативная стратегия самопрезентации личности на материале английского языка, в свою очередь, У. А. Рысева [Рысева 2015] подвергла анализу коммуникативно-прагматические стратегии на материале русского языка.

Одной из основных коммуникативных стратегий брачных объявлений можно считать манипулятивную стратегию. Ее использование обусловлено стремлением автора данного текста избежать «сухого» воспроизведения фактов, отойти от стандарта, проникнуть в личную сферу адресата и таким образом повлиять на его позицию, максимально эффективно используя небольшой объем газетной площади (см., например, [Рыкова 2003; Садыкова 2012]). Реализация этой стратегии в брачных объявлениях обусловлена особенностями издания (газеты, журналы и т. д.), а также гендерными различиями коммуникантов [Рыкова 2003: 10]. Кроме того, реализация манипулятивной стратегии в текстах БО невозможна без учета социопсихологического фактора, который всегда связан с участниками самой коммуникации (адресантом и адресатом), и результат данной стратегии возможен при использовании только собственно лингвистических средств [Садыкова 2012: 12].

По мнению И. С. Черкасовой, стратегии могут быть либо дивергентными, либо конвергентными, которые реализуются различными тактиками. К гендерным особенностям тактик, реализующих конвергентную стратегию позитивной самопрезентации личности, относится использование адресантом тактики передачи объективной информации о себе и о потенциальном партнере, тактики искусственного повышения объективности информации, тактики передачи субъективной информации о себе и партнере, коммуникативно-ситуативной тактики сокращения или увеличения дистанции между адресантом и адресатом. К гендерным особенностям тактик, реализующих дивергентную стратегию позитивной самопрезентации личности, относится использование адресантом тактики акцентирования положительной и отрицательной информации о себе и будущем партнере, коммуникативно-ситуативной тактики импликатур, тактики привлечения внимания.

Результаты исследования данных тактик позволили сделать лингвисту необычный вывод о том, что русские мужчины эмоциональнее русских женщин, поскольку мужчины чаще используют тактику, реализующую дивергентную стратегию самопрезентации личности.

Русские и немецкие женщины и мужчины по-разному используют коммуникативные тактики при реализации стратегии позитивной самопрезентации личности; отличается также и коммуникативное поведение представителей одного и того же пола [Черкасова 2006: 165].

Коммуникативные стратегии подробно рассмотрены на материале русского языка в брачных объявлениях [Рогалева 2005]. О. С. Рогалева выделяет следующие типы коммуникативных стратегий: стратегия самопрезентации или саморекламирования, стратегия оптимизации адресации, стратегия прогнозирования, стратегия привлечения внимания. Данные стратегии реализуются посредством следующих тактик:

1) стратегия самопрезентации или саморекламирования (она соотносится с тактикой оценочного информирования, рациональной аргументации, отрицательной оценки или самодискредитации, тактикой апелляции к идеалу или авторитету, моделирования «проблемной ситуации»);

2) стратегия оптимизации адресации [она реализуется с помощью тактики «подкупа» адресата (приписывание образу адресата оценочных характеристик) и тактики сужения круга адресатов, а также тактики психологического вторжения];

3) стратегия прогнозирования (она представлена тактикой явной мотивации, тактикой вуалирования намерения и тактикой моделирования идеала брачного союза);

4) стратегия привлечения внимания (она осуществляется за счет речевых приемов, стилистических средств и реализации неречевых, визуальных приемов) [Рогалева 2005: 100–114].

У. А. Рысева [Рысева 2015] дополняет указанные выше коммуникативные стратегии (стратегии самопрезентации, оптимизации адресации, стратегии прогнозирования, привлечения внимания) и выделяет вспомогательные стратегии: прагматические, семантические и риторическую.

1. Семантические стратегии включают стратегию уговаривания (тактика просьбы) и стратегию дискредитации (тактика оскорбления, провоцирования сочувствия, тактика драматизации).

2. К прагматическим стратегиям относятся стратегия управления дистанцией (тактика сближения, похвалы, отдаления).

3. Риторическая стратегия (тактика рекламная, тактика перераспределения личного пространства) [Рысева 2015: 99–106].

Таким образом, многие ученые [Рыкова 2003; Рогалева 2005; Садыкова 2012; Черкасова 2006; Рысева 2015] говорят о коммуникативно-прагматических стратегиях, к которым они относят манипулятивную стратегию, стратегию позитивной самопрезентации или саморекламирования, стратегию оптимизации адресации, стратегию побуждения и стратегию прогнозирования будущего союза.

Следует отметить, что в коммуникативном пространстве текстов ОЗ и БО данные стратегии тесно взаимодействуют друг с другом и комбинируются, могут эксплицироваться с помощью одних и тех же языковых средств и реализовываться за счет одинаковых тактик, что затрудняет их однозначную интерпретацию.

При акценте на языковые средства репрезентации коммуникативно-прагматических стратегий выделяют номинативные стратегии (см., например, [Гришаева 2001; 2007]), под которыми понимается «выбор адресантом из совокупности всех потенциально возможных изофункциональных гетерогенных средств именования как отдельных элементов картины мира (предметов, процессов, качеств и т. д.), так и ее фрагментов (ситуаций или комплексов ситуаций, связанных друг с другом причинно или аддитивно, постоянно или случайно). Во внимание принимаются самые разнообразные механизмы вербализации сведений о внеязыковой действительности, которыми язык как один из способов кодирования сведений о мире располагает в соответствующей лингвокультуре в определенный период жизнедеятельности социума: от лексико-семантических механизмов до грамматических, словообразовательных, текстограмматических и прочих» [Гришаева 2004: 63].

Исследователи текстов ОЗ не выделяют номинативные стратегии, однако в их работах, как будет показано ниже, освещаются отдельные аспекты способов номинации адресанта и адресата.

Кроме номинативных стратегий, на наш взгляд, целесообразно выделить номинативно-дискурсивные стратегии и вслед за В. В. Корневой разграничить их на экстериоризованную и интериоризованную номинативно-дискурсивные стратегии [Корнева 2010]. Целесообразность выделения данных стратегий определяется тем, что, как будет показано во второй главе, они существенным образом влияют и на структурную организацию текстов ОЗ, и на их синтаксическую и лексическую репрезентацию.

1.5. Языковая репрезентация текстов объявлений о знакомстве

Данный параграф посвящен лексической составляющей текстов ОЗ, поскольку «в соответствии с задачами манипулятивной стратегии объявлений о знакомстве и стилистическими ограничениями композиция, объем, лексические и синтаксические средства текстов объявлений о знакомстве обладают определенными параметрами» [Садыкова 2012: 11].

Лексическая характеристика текстов объявлений о знакомстве неоднократно становилась объектом анализа. В частности, лексика брачных объявлений изучалась в работах лингвистов [Красовский 1993; Рыкова 2003; Рогалева 2005; Царикевич 2007; Зырянова 2008]; лексика объявлений о знакомстве — [Шибанова 2004; Черкасова 2006; Акулова 2010; Рысева 2015]. При этом исследуются либо используемые в БО и ОЗ лексические группы в целом [Черкасова 2006; Царикевич 2007; Рысева 2015], либо их варьирование в отдельных блоках [Рогалева 2005; Зырянова 2008] или в структуре текста [Шибанова 2004; Акулова 2010].

В целом исследование лексического состава брачных объявлений сводится к описанию блоков «самопрезентация» и «портретирование». При их анализе можно выделить следующие направления исследования: стилистическая дифференциация лексики [Рогалева 2006; Черкасова 2006; Царикевич 2007; Рысева 2015]; выявлены гендерно маркированные и гендерно немаркированные средства номинации адресанта и адресата [Зырянова 2008]; описаны лексико-семантические разряды слов в блоках «самопрезентация» и «портретирование» [Рогалева 2005; Акулова 2010].

Анализ стилистической дифференциации лексики БО в русском языке показал, что в них содержится стилистически нейтральная и общелитературная лексика, а также стилистически сниженная разговорная лексика [Рогалева 2005]. Н. В. Царикевич [Царикевич 2007], описывая дифференциацию лексики БО в русском и немецком языках, вполне резонно добавляет