Е. Р. Россинская, А. М. Зинин, Н. В. Милосердова

Основы судебной экспертизы

Учебник

Под редакцией
доктора юридических наук, профессора,
заслуженного деятеля науки РФ
Е. Р. Россинской

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 340.6(075.8)

ББК 67.5я73

Р76

Авторы:

Россинская Е. Р., доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ, почетный работник высшего профессионального образования РФ, академик РАЕН, научный руководитель Института судебных экспертиз, заведующая кафедрой судебных экспертиз Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА), президент Палаты судебных экспертов имени Ю. Г. Корухова (СУДЭКС);

Зинин А. М., доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист РФ, почетный работник высшего профессионального образования РФ, профессор кафедры судебных экспертиз Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА);

Милосердова Н. В., заместитель директора Института повышения квалификации Палаты судебных экспертов имени Ю. Г. Корухова (СУДЭКС).

Рецензенты:

Майлис Н. П., доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ, заслуженный юрист РФ, профессор кафедры Московского университета МВД России имени В. Я. Кикотя;

Моисеева Т. Ф., доктор юридических наук, профессор, заведующая кафедрой судебных экспертиз и криминалистики Российского государственного университета правосудия.

Учебник, написанный известными российскими учеными и специалистами в области судебной экспертологии и судебно-экспертной практики, охватывает основные вопросы теоретического и прикладного характера, знание которых необходимо для овладения общеэкспертными компетенциями, предусмотренными профессиональным стандартом «Специалист в области судебной экспертизы». Изложение тем курса отвечает программе обучения НП СУДЭКС по дисциплине «Основы судебной экспертизы», а также программам подготовки и повышения квалификации судебных экспертов в рамках магистратуры и дополнительного профессионального образования.

Законодательство приведено по состоянию на 30 октября 2022 г.

Для студентов, экспертов-практиков, юристов.

УДК 340.6(075.8)

ББК 67.5я73

© Россинская Е. Р., Зинин А. М., Милосердова Н. В., 2022

© ООО «Проспект», 2022

Список сокращений

ГПК | — | Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации
АПК | — | Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации
УПК | — | Уголовный процессуальный кодекс Российской Федерации
КАС | — | Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации
КоАП | — | Кодекс об административных правонарушениях Российской Федерации
ФЗ ГСЭД | — | Федеральный закон от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»
СЭУ | — | судебно-экспертное учреждение
СЭО | — | судебно-экспертная организация
МЮ | — | Министерство юстиции Российской Федерации
МВД | — | Министерство внутренних дел Российской Федерации
СК | — | Следственный комитет Российской Федерации
ФСБ | — | Федеральная служба безопасности Российской Федерации
МЧС | — | Министерство Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий
ФТС | — | Федеральная таможенная служба

Глава 1. СПЕЦИАЛЬНЫЕ ЗНАНИЯ И ИХ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ В ГРАЖДАНСКОМ, АДМИНИСТРАТИВНОМ, УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ, ПРОИЗВОДСТВЕ ПО ДЕЛАМ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ

§ 1.1. Понятие специальных знаний. Цели и задачи применения специальных знаний, субъекты их применения

Судопроизводство по уголовным, административным и гражданским делам, делам об административных правонарушениях сопряжено с получением и оценкой доказательств, среди которых могут быть самые различные объекты, несущие на себе следы правонарушений или являющиеся средствами их совершения.

Работа с доказательствами, особенно их обнаружение, закрепление, изъятие и извлечение необходимой информации, требует использования знаний в самых различных областях науки, техники, искусства, ремесла, применения достижений науки, владения современными технологиями, которыми не располагают в необходимом объеме субъекты судопроизводства. Такие знания принято называть специальными, а носителей этих знаний — специалистами или сведущими лицами.

В юридической литературе используется как термин «специальные знания», так и термин «специальные познания». К сожалению, в законодательных актах также нет единого подхода к данному понятию. Так, в УПК (ст. 57, 58, 15), ГПК (ст. 7, 85, 188), АПК (ст. 55, 82, 88), КАС (ст. 4, 50, 80 и др.), Федеральном законе № 73-ФЗ от 31.05.2001 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (ст. 2, 7) (далее — ФЗ ГСЭД) используется термин «специальные знания», а в КоАП — «специальные познания» (ст. 25.8, 25.9, 26.4). В результате такой неоднозначности в терминологии может создаться впечатление, что в процессе производства по делам об административных правонарушениях используются какие-то особые познания, радикально отличающиеся от других сфер судопроизводства. Представляется, что указанный разнобой в терминологии, порождающий бесплодные дискуссии, должен быть устранен законодателем.

Рассмотрим далее, что понимается под специальными знаниями в современном судопроизводстве. Как уже отмечалось, на законодательном уровне эта дефиниция не определена.

Соотношение специальных и общеизвестных знаний по своей природе изменчиво, зависит от уровня развития социума и интегрированности научных знаний в повседневную жизнь человека. Расширение и углубление знаний о каком-то явлении, процессе, предмете приводит к тому, что знания становятся более дифференцированными, системными, доступными все более широкому кругу лиц. В итоге сфера обыденных знаний обогащается. Например, в конце 80-х гг. прошлого века на разрешение судебной экспертизы мог быть поставлен вопрос о назначении плоского предмета прямоугольной формы, размером 90×94 мм, в центре которого располагался металлический диск диаметром 25 мм (3,5-дюймовой магнитной дискеты для персонального компьютера), в 1990–2000-е годы этот вопрос решался на уровне общеизвестного знания, а в настоящее время, когда на смену накопителям на магнитных дисках пришли новые носители компьютерной информации, решение вопроса о назначении данного предмета опять требует специальных знаний.

Отнесение знаний к общеизвестным, обыденным, общедоступным существенным образом зависит от образовательного и интеллектуального уровня того или иного субъекта, его жизненного и профессионального опыта. Таким образом, очевидно, что в каждом конкретном случае необходимо проанализировать характер требуемых знаний и решить, являются ли они специальными.

Профессиональные знания, которыми располагает субъект, привлекаемый в качестве специалиста, могут относиться к различным областям науки, техники, искусства и даже ремесла, владение которым также предполагает углубленное знание свойств различных объектов и явлений. Профессиональность предполагает определенную подготовку, которой предшествует освоение теоретических основ, необходимых для понимания закономерностей, изучаемых той или иной областью науки и техники. Такая подготовка имеет четко выраженную методическую основу и неразрывно связана с применением изученных сведений в конкретной деятельности, что и определяет компетенцию носителя специальных знаний. Данный субъект должен иметь соответствующий опыт применения имеющихся у него знаний в конкретных ситуациях.

Таким образом, понятие специальных знаний может быть определено следующим образом: во-первых, это знания, базирующиеся на какой-либо науке, имеющие теоретическую базу, которая необходима для понимания природы явлений, их свойств, как явных, так и скрытых; во-вторых, эти знания должны быть приобретены в ходе специальной подготовки в процессе освоения соответствующих методик; в-третьих, носитель этих знаний должен иметь не только теоретическую и специальную подготовку, но и практические навыки по применению своих знаний в реальных ситуациях правоприменительной практики. Эти навыки включают владение методами и средствами извлечения информации, имеющей доказательственное значение или указывающей направления по ее получению (например, работа специалиста на месте происшествия).

Перечисленным признакам отвечает следующее определение специальных знаний: специальные знания — это система теоретических знаний и практических навыков в области конкретной науки либо техники, искусства, ремесла, приобретаемых путем специальной подготовки и профессионального опыта, необходимых для решения вопросов, возникающих в процессе уголовного, гражданского судопроизводства, производства по делам об административных правонарушениях¹.

Рассматривая содержание специальных знаний, следует отметить, что к ним начали относить также и определенные юридические знания. Нигде в законе прямо не указывается, что юридические знания не могут быть специальными, а правоприменительная практика показывает, что следователи и судьи оказываются не в состоянии ориентироваться во всех аспектах постоянно изменяющегося отраслевого законодательства (например, в нормах Налогового кодекса для правильного определения налогооблагаемого периода). Но в заключении специалиста и в заключении эксперта, привлеченного для разъяснения правовых вопросов, не может быть выводов о наличии вины или ее отсутствии в действиях конкретного лица, например об отсутствии умысла на уклонение от уплаты налогов. Такая оценка остается в исключительной компетенции следователя и суда. В п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной экспертизе по уголовным делам» разъясняется: «Судам следует иметь в виду, что вопросы, поставленные перед экспертом, и заключение по ним не могут выходить за пределы его специальных знаний. Постановка перед экспертом правовых вопросов, связанных с оценкой деяния, разрешение которых относится к исключительной компетенции органа, осуществляющего расследование, прокурора, суда (например, что имело место — убийство или самоубийство), как не входящих в его компетенцию, не допускается»².

Аналогичные разъяснения были даны в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе».

Отнесение юридических знаний к специальным знаниям имеет место в практике рассмотрения дел в Конституционном Суде Российской Федерации. Ст. 63 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»³ гласит, что в заседание Конституционного Суда может быть вызвано в качестве эксперта лицо, обладающее специальными знаниями по вопросам, касающимся рассматриваемого дела.

Целями использования специальных знаний являются:

— получение консультаций, пояснений по вопросам, которые ставятся перед приглашенным специалистом;

— оказание непосредственной помощи в применении научно-технических средств и методов в решении задач, которые возникают при проведении процессуального действия;

— выявление признаков и свойств объектов, определяющих их доказательственное значение, путем осмотра этих объектов, применения неразрушающих методов;

— проведение судебных экспертиз.

Задачи, решаемые с использованием специальных знаний, определяются возможностями исследования объекта. Они подразделяются на две группы: идентификационные и диагностические.

Первая группа задач направлена на установление индивидуально-конкретного тождества, например лица, исполнившего документ, по его почерку.

Вторая группа задач направлена на установление природы объекта, его целевого назначения, области применения, свойств и состояния объекта, условий его возникновения, функционирования, изменения; механизма взаимодействия объектов, причины появления определенных последствий, результата и т. п. В качестве таких задач можно назвать механизм образования следов, причины возникновения пожара или взрыва.

Лица, обладающие специальными знаниями, именуются сведущими лицами и могут выполнять в судопроизводстве функции специалиста или эксперта.

Говоря о субъектах применения специальных знаний, следует, как представляется, разграничивать их с субъектами использования специальных знаний, круг которых достаточно широк. При этом следует обратиться к смыслу слов «применить» и «использовать» в русском языке. Если «применить» означает «осуществить что-либо на деле», то «использовать» означает «воспользоваться кем (или чем)».

Специальными знаниями можно воспользоваться либо непосредственно, либо опосредованно. В первом случае их применяет специалист, эксперт. Во втором случае субъекты правоприменения, как правило, используют специальные знания, по существу, опосредованно, через заключение специалиста, эксперта; используют результаты деятельности специалиста.

При рассмотрении субъектов использования специальных знаний к ним относят: следователя; лиц, производящих дознание; руководителей следственных органов; прокуроров-криминалистов; прокуроров в стадии возбуждения уголовного дела и предварительного расследования; судей; оперативных работников.

§ 1.2. Процессуальная и непроцессуальная формы использования специальных знаний в уголовном и гражданском судопроизводстве, производстве по делам об административных правонарушениях

Специальные знания могут использоваться как в процессуальной форме, когда результаты их применения имеют доказательственное значение, так и в непроцессуальной форме. К процессуальной форме относятся:

— использование специальных знаний при производстве следственных или судебных действий следователем, дознавателем, судьей, если эти субъекты обладают соответствующими специальными знаниями;

— использование специальных знаний при составлении протоколов об административных правонарушениях и рассмотрении дел об административных правонарушениях членами коллегиальных органов и должностными лицами;

— производство экспертизы, которая является основным видом применения специальных знаний в судопроизводстве;

— участие специалиста в производстве следственных действий и судебном разбирательстве.

Рассмотрим подробнее процессуальные формы использования специальных знаний для различных видов судопроизводства.

Использование специальных знаний в уголовном процессе при производстве следственных и судебных действий необходимо для обнаружения, закрепления и изъятия предметов и документов или для применения технических средств. В первую очередь они должны применяться в ходе тех процессуальных мероприятий, которые связаны с обнаружением, фиксацией и изъятием следов преступления и преступника и других материальных объектов, могущих впоследствии являться доказательствами по делу, например следов рук, наркотических и взрывчатых веществ и т. д., а также электронных носителей информации. Вместе с тем в ряде случаев технические средства необходимы и при производстве вербальных следственных действий. В частности, содержание некоторых допросов или очных ставок желательно фиксировать с помощью аудио- или видеозаписи. Процессуальные нормы, регламентирующие такие способы применения специальных знаний, в настоящее время не образуют единую целостную систему и рассредоточены по тексту УПК (ч. 6 ст. 164, ч. 2 ст. 164.1, ч. 5, 8 ст. 166, ст. 168, 270, 271 и др.). Однако установленный этими нормами порядок можно считать единой процессуальной формой⁴.

В гражданском и арбитражном процессе, административном судопроизводстве специальные знания также могут использоваться при производстве судебных действий. Речь прежде всего идет о применении технических средств и специальных знаний при производстве осмотров и исследовании письменных и вещественных доказательств, представлении доказательств (ст. 57, 58, 183, 184 ГПК; ст. 64, 65, 78, 79 АПК; ст. 74, 166, 167 КАС).

По делам об административных правонарушениях специальные знания и навыки могут использоваться для установления факта административного правонарушения, при составлении протокола об административном правонарушении, при осуществлении мер обеспечения производства по делу, для обнаружения, закрепления и изъятия доказательств, исследования, оценки и использования последних.

Другим видом процессуальной формы использования специальных знаний является консультация специалиста (ст. 58, 168 УПК; ст. 188 ГПК; ст. 55.1, 87.1 АПК; ст. 50, 169 КАС, ст. 25.8 КоАП). Он применяет свои знания и навыки для оказания помощи в постановке вопросов эксперту (ст. 58 УПК) и дает разъяснения сторонам и суду по вопросам, входящим в его профессиональную компетенцию (ст. 58 УПК; ст. 188 ГПК; ст. 55.1 АПК; ст. 50 КАС).

В уголовном процессе эта форма связана с получением показаний и заключений специалиста, которые в соответствии с п. 3.1 ч. 2 ст. 74 УПК могут быть допущены в качестве доказательств по уголовному делу. Однако до настоящего времени процесс формирования нормативной базы для получения заключений или показаний специалиста еще не завершен. В частности, законом не предусмотрены какие-либо процессуальные порядки для консультационной деятельности специалиста, не урегулирован порядок его вызова и допроса; не разработана специальная форма заключения специалиста и т. д. Многие положения постановления Пленума ВС № 28, которые касались специалиста, были признаны утратившими силу новой редакцией от 29.06.2021. Все эти нормативные недостатки вызывают множество трудностей в практической деятельности.

В гражданском процессуальном законодательстве (ст. 188 ГПК) процессуальный порядок консультационной деятельности специалиста проработан более детально. Специалист дает суду консультацию в устной или письменной форме исходя из профессиональных знаний, без проведения специальных исследований. Консультация специалиста, данная в письменной форме, оглашается в судебном заседании и приобщается к делу. Консультации и пояснения специалиста, данные в устной форме, заносятся в протокол судебного заседания.

Однако законодатель не был до конца последователен и, с одной стороны, не включил консультации и пояснения специалистов, регламентированные ч. 3 ст. 188 ГПК, в число доказательств (ч. 1 ст. 55), но с другой — причислил их к доказательствам. В ч. 1 ст. 157 ГПК указывается: «Суд при рассмотрении дела обязан непосредственно исследовать доказательства по делу: заслушать объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, заключения экспертов, консультации и пояснения специалистов…».

Согласно ст. 55.1 АПК специалистом в арбитражном суде является лицо, обладающее необходимыми знаниями по соответствующей специальности, осуществляющее консультации по касающимся рассматриваемого дела вопросам, причем в соответствии с ч. 2. ст. 87.1 консультация дается в устной форме без проведения специальных исследований и является доказательствами по делу (ч. 2 ст. 64 АПК). Специалист привлекается в целях получения разъяснений, консультаций и выяснения профессионального мнения лиц, обладающих теоретическими и практическими познаниями по существу разрешаемого арбитражным судом спора. В качестве специалистов могут привлекаться и советники аппарата специализированного арбитражного суда, обладающие квалификацией, соответствующей специализации суда.

Согласно ст. 50 КАС специалистом является лицо, обладающее специальными знаниями и (или) навыками и назначенное судом для дачи пояснений, консультаций и оказания иной непосредственной помощи при исследовании доказательств и совершении иных процессуальных действий по вопросам, требующим соответствующих знаний и (или) навыков. Специалист в соответствии с ч. 1 ст. 169 КАС дает суду консультацию в устной или письменной форме исходя из профессиональных знаний, без проведения специальных исследований, назначаемых на основании определения суда. Роль специалиста в административном процессе делается весьма сомнительной, поскольку согласно ч. 4 ст. 169 КАС эта консультация не относится к доказательствам по административному делу. В то же время в КАС указывается, что устная консультация заносится в протокол судебного заседания, а письменная приобщается к материалам административного дела. Очевидно, что налицо явное противоречие, и неясно, имеет ли все-таки консультация специалиста доказательственное значение или нет!

Согласно ст. 25.8 КоАП специалист привлекается для участия в производстве по делу об административном правонарушении для оказания содействия в обнаружении, закреплении и изъятии доказательств, а также в применении технических средств. Пунктом 2 ч. 2 ст. 25.8 КоАП специалисту вменено в обязанность давать пояснения по поводу совершаемых им действий. Однако по смыслу статьи очевидно, что, во-первых, эти пояснения даются лишь по ходу выполнения каких-либо действий с использованием специальных знаний, допустим, путем применения измерительных или иных приборов и устройств. Во-вторых, эти пояснения затрагивают только небольшую часть важной доказательственной информации, которую мог бы предоставить специалист. Таким образом, полномочия специалиста в производстве по делам об административных правонарушениях значительно уже, чем в уголовном и гражданском процессе. Консультации специалиста в процессуальной форме КоАП пока не предусмотрены.

Основной процессуальной формой использования специальных знаний в судопроизводстве Российской Федерации является судебная экспертиза. Сущность судебной экспертизы состоит в исследовании (анализе) по заданию следователя, дознавателя, суда, лица или органа, осуществляющего производство по делу об административном правонарушении, сведущим лицом — экспертом — предоставляемых в его распоряжение материальных объектов экспертизы (вещественных доказательств), а также различных документов с целью установления фактических данных, имеющих значение для правильного разрешения дела. По результатам исследования эксперт составляет заключение, которое является одним из предусмотренных законом доказательств.

Соответственно, основным носителем специальных знаний, согласно действующим УПК, ГПК, АПК, КАС, КоАП, является эксперт, использующий свои специальные знания в процессуальной форме при производстве судебной экспертизы.

Привлечение специалиста для участия в следственных или судебных действиях, а также по делам об административных правонарушениях не является обязательным. Следователь, дознаватель, лицо, рассматривающее дело об административном правонарушении, судья, обладая специальными знаниями и соответствующими научно-техническими средствами, могут обойтись без помощи специалиста. Случаи обязательного его участия указаны в законе: участие педагога или психолога в допросе (опросе — в КоАП) свидетеля в возрасте до 14 (в некоторых процессах до 16) лет (ст. 179 ГПК; ст. 191 УПК; ч. 4 ст. 25.6 КоАП); участие судебного медика, а при невозможности его участия — иного специалиста в наружном осмотре трупа (ст. 178 УПК); участие врача при освидетельствовании лица, сопровождаемом его обнажением (ч. 2 ст. 179; ч. 2 ст. 290 УПК); участие специалиста при изъятии электронных носителей информации (ч. 2 ст. 164.1 УПК).

В то же время судебная экспертиза назначается независимо от того, обладают ли следователь, дознаватель, судья, лицо, рассматривающее дело об административном правонарушении, специальными знаниями, поскольку фактические данные, полученные путем экспертного исследования, не могут быть отражены ни в каком процессуальном документе, кроме заключения эксперта.

Участие специалиста не исключает, а в ряде случаев предполагает последующее производство экспертизы. Специалист не заменяет эксперта, хотя участие в судопроизводстве специалиста и эксперта имеет много общих черт. Всякий эксперт — специалист, но не всякий специалист привлекается к исполнению обязанностей эксперта. Различие — в целях использования их специальных познаний. Специалист содействует обнаружению и изъятию доказательств, эксперт имеет дело уже с собранными доказательствами, в результате изучения которых и их объяснения с помощью специальных знаний получает новые фактические данные, ранее неизвестные следствию, суду.

К непроцессуальной форме использования специальных знаний относятся:

— консультационная и справочная деятельность сведущих лиц;

— производство ревизионных и аудиторских действий;

— участие сведущих лиц в оперативно-розыскных мероприятиях, в том числе производство ими так называемых предварительных исследований материальных объектов, оказание технической помощи оперативному сотруднику.

Осуществляя справочно-консультационную деятельность, специалист оказывает помощь в получении некоторой предварительной информации, позволяющей правильно ориентироваться в имеющейся ситуации, в которой требуется принятие решений о видах возможных следственных действий, о целесообразности назначения экспертизы и необходимых для этого материалах, о круге вопросов, которые может решить тот или иной вид экспертизы.

К непроцессуальной форме применения специальных знаний относится проведение ревизионных и аудиторских проверок. Аудиторская проверка проводится с целью установления достоверности бухгалтерской (финансовой) отчетности экономических субъектов и соответствия совершенных ими финансовых и хозяйственных операций нормативным актам, действующим в Российской Федерации.

Производство документальных ревизий находится вне рамок судопроизводства. В связи с этим функции ревизора отличают от функций специалиста как процессуальной фигуры. Материалы ревизий могут являться основанием к назначению экспертиз. В то же время они могут иметь статус доказательств, будучи приобщены к материалам расследуемого и рассматриваемого в суде дела. В п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК говорится об иных документах. Заметим, что, хотя в ч. 2 ст. 84 УПК материалы ревизий не перечисляются среди иных документов, тем не менее они относятся к упоминаемым в этой части статьи «иным носителям информации», поскольку позволяют устанавливать по делу необходимые фактические данные.

Как уже отмечалось, в КоАП не предусмотрено использование консультаций специалистов в процессуальной форме. Однако эти консультации необходимы субъектам административной юрисдикции — административным комиссиям, комиссиям по делам несовершеннолетних, местным администрациям, поскольку при рассмотрении дел об административных нарушениях эти субъекты нередко нуждаются в использовании специальных знаний, которые они могут осуществить, получив консультацию специалиста.

Специфика многих административных правонарушений состоит в том, что их признаки могут быть выявлены только при наличии специальных знаний, которыми не обладают соответствующие должностные лица федеральных служб по надзору в сферах связи, транспорта, природопользования, здравоохранения и социального развития, по экологическому, технологическому и атомному надзору.

Специалисты могут привлекаться для оказания помощи оперативным работникам, следователям в получении информации ориентирующего характера, необходимой для результативного проведения оперативно-розыскных мероприятий и последующего принятия решения о возбуждении уголовного дела, а также для принятия следователем решений о проведении тех или иных следственных действий. Согласно ст. 6 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»⁵ специалисты оказывают помощь оперативным работникам в применении технико-криминалистических средств при проведении оперативно-розыскных мероприятий, таких как: сбор образцов для сравнительного исследования; проверочная закупка; исследование предметов и документов; отождествление личности; обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств; контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений; прослушивание телефонных переговоров; снятие информации с технических каналов связи; оперативный эксперимент (т. е. в 9 из 14 оперативно-розыскных мероприятий целесообразна помощь специалиста). К ним дополнительно можно отнести опрос с использованием полиграфа.

При сборе образцов для сравнительного исследования осуществляется обнаружение, физическое изъятие и консервация материальных носителей информации с целью их сравнения с материалами, которыми уже располагает оперативное подразделение (это могут быть образцы фальсифицированной продукции, наркотические вещества и психотропные средства и др.). Исследованием предметов, например, определяют принадлежность их к наркотикам. Производится также отождествление личности — оперативная идентификация, в том числе изготовление субъективных портретов, проверка по учетам (дактилоскопическим и розыскным).

В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ) используются информационные системы, видео- и аудиозапись, фотосъемка, а также другие технические средства (в том числе поисковые приборы, приборы для работы с документами — портативные ультрафиолетовые осветители). Задачей специалиста, участвующего в ОРМ, является не только содействие в выявлении, фиксации, собирании фактической информации, необходимой для решения конкретных задач, но и ее исследование с целью получения ориентирующей информации. Такие исследования материальных объектов принято именовать предварительными исследованиями.

Предварительные исследования могут производиться как в ходе оперативного мероприятия, доследственной проверки, так и при осуществлении следственного действия и могут быть определены как исследования, осуществляемые специалистами, носящие экспрессный характер и направленные на получение ориентирующей информации о субъектах, обстоятельствах правонарушения, объектах, имеющих потенциальную криминалистически значимую информацию.

Результаты предварительных исследований устно сообщаются инициатору их проведения — следователю, дознавателю, судье. Но, поскольку эти результаты имеют значение для последующего разбирательства, специалист может составить справку, в которой кратко излагает суть своих действий, характеризует примененные методы и описывает полученные результаты. Такие справки на практике составляются редко, чаще ограничиваются устными пояснениями специалиста, которые заносятся в протокол процессуального действия. Подобные справки не следует смешивать со справками по лабораторным исследованиям, проводимым по поручению оперативного работника, по материалам, полученным в ходе оперативно-розыскной деятельности, доследственной проверки. Например, при задержании изъято вещество, которое специалист проверяет на предмет его принадлежности к наркотикам. Такие справки имеют значение для решения вопроса о возбуждении уголовного дела и хранятся затем в оперативно-розыскных делах.

Справки не следует также смешивать с заключением специалиста, которое является самостоятельным доказательством и, как это указано в ч. 3 ст. 80 УПК, составляется в письменном виде по вопросам, поставленным перед ним (специалистом) сторонами.

При угрозе изменения первоначального состояния, частичной или полной утраты объекта исследования предварительное исследование производить нельзя, и согласно ч. 4 ст. 195 УПК до возбуждения уголовного дела может быть назначена и произведена судебная экспертиза.

Справочно-консультационная деятельность специалиста может осуществляться в непроцессуальной форме, например до начала производства по делу. В этой форме специалист может оказывать помощь следователю, лицу, рассматривающему дело об административном правонарушении, и суду в подготовке следственных действий и материалов для экспертизы. В непроцессуальной форме возможна дача специалистами консультаций адвокатам, поскольку согласно подп. 4 п. 3 ст. 6 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокат вправе привлекать на договорной основе специалистов для разъяснения вопросов, связанных с использованием специальных знаний, при оказании юридической помощи.

Вопросы для самопроверки

1. Понятие специальных знаний.

2. Цели и задачи применения специальных знаний.

3. Формы использования специальных знаний.

4. Процессуальные виды использования специальных знаний.

5. Непроцессуальные виды использования специальных знаний.

6. Особенности участия специалиста в следственных и судебных действиях.

7. Справочно-консультационная деятельность специалиста.

Глава 2. ИСТОРИЯ СТАНОВЛЕНИЯ И РАЗВИТИЯ ИНСТИТУТА СУДЕБНОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ

§ 2.1. Эмпирические предпосылки возникновения и развития судебной экспертизы

Обращение правосудия к помощи сведущих лиц, специалистов в той или иной области знаний, отмечается в истории достаточно давно. По литературным данным, еще во времена византийского императора Юстиниана (V–VI вв.) в законодательстве находило отражение исследование почерка в судебных целях. Также к глубокой древности относится применение медицинских знаний в интересах правосудия. В трудах Гиппократа (более 400 лет до н. э.) рассматривались вопросы исследования повреждений на теле, жизнеспособности младенцев при исследовании трупов и др.

Временем зарождения судебно-медицинской экспертизы — одной из первых сложившихся судебных экспертиз — некоторые авторы считают постановление Папы Римского Иннокентия III от 1209 г., в котором для выяснения вопроса о причинах смерти Папа обратился к врачам и предписал им высказать мнение, причинил ли смерть тот, кто первым ударил убитого заступом. Об участии врачей в исследовании преступлений пишут и другие средневековые авторы. В таком памятнике феодального права, как «Каролина» (1532), было установлено обязательное участие врачей при расследовании отдельных преступлений против жизни и здоровья. В России случаи проведения судебно-медицинской экспертизы упоминаются уже в источниках начала XVI века. В 1535 году врач Феофил по поручению правительницы Елены произвел освидетельствование удельного князя Андрея Старицкого по поводу подозрения в симуляции болезни.

Воинским уставом Петра I (1716) было предписано привлекать лекарей для исследования повреждений на одежде и теле пострадавшего.

Во второй половине XVII века учащаются случаи экспертных исследований различных кореньев, настоек и других веществ на предмет выявления ядов и средств отравления. По существу, это было зарождение судебной токсикологической экспертизы, в основе которой лежал органолептический метод, т. е. определение формы, вкуса, цвета или запаха исследуемого вещества.

В XVII веке в России зарождается судебно-психиатрическая экспертиза. В мае 1679 года врачи Блюментрост и Фугаданов освидетельствовали Петра Бунакова. Они написали в заключении: «Ипохондрика, приходит пар от селезенки и приступает к сердцу и к голове, и от того у него памяти долгое время нет и не узнает людей». В результате освидетельствования они пришли к выводу: «За такими де болезньми ему Петру государевы службы служить не мочно».

При необходимости исследования рукописных документов следовало обращаться к дьякам и подьячим. Одно из первых подобных исследований почерка проводилось в 1508 году по судебному делу о покупке Даниилом и Давидом Кемскими у Федора Кемского «вотчины Кадобое и сельца Гридинское» с деревнями. Когда Федор умер, его жена Анна Кемская отказалась передать купленные деревни покупателям, поэтому те и обратились в суд. В подтверждение состоявшейся сделки они представили купчую, написанную собственноручно Федором Кемским. Защитник интересов Анны Кемской заявил судьям, что «купчая лживая, не княж Федорова рука». Для доказательства этого он предъявил судьям в качестве образца запись, сделанную рукой Федора Кемского. Вызвали для допроса послухов (свидетелей сделки), подписавших купчую. У одного из них оказался документ, составленный Федором. По решению судей было произведено сравнение почерков спорной купчей и представленных рукописных образцов. Отразили это в судебном деле так: «Дмитрей Володимеровичъ купчую грамоту княж Федорову руку, что положили князь Данило да князь Давыд, и княж Федорову ж руку деловую грамоту, что князь Афонасей прислал, и княж Федорову ж руку, что запись положил перед Дмитреем княгини Аннин человек Тимошка, великого князя диаком всем казал. И диаки смотрив сказали, что та купчая и деловая и запись, все трое рукаодна». После такого заключения дьяков дело доложили великому князю Василию Ивановичу, который, выслушав его вместе с боярами, «велел Дмитрею ищей князя Данила да князя Давыда оправити и селци Гридинское с деревнями велел им присудить, по их купчей грамоте, а княгиню Анну велел обвинити»⁶.

В Москве в начале XVII века появились так называемые подметные грамоты, якобы от имени царевича Дмитрия. Дьякам было велено сличать почерки, которыми они были написаны, чтобы попытаться установить авторов этих писем. Позднее в Своде законов Российской империи 1857 г. указывалось, что рассмотрение и сличение почерков должно производиться по назначению суда сведущими в том языке, на коем написаны и подписаны сличаемые документы. Такое исследование поручалось секретарям присутственных мест, учителям чистописания или другим преподавателям⁷.

Первыми экспертными учреждениями в России были Аптекарский приказ и Ивановская площадь (главная нотариальная контора Российского государства) в Москве. Экспертная деятельность Аптекарского приказа сочеталась в нем с другими функциями: заведование водочными изделиями для царского стола, наблюдение за часами в царских покоях, отпуск корма для царских лошадей и т. п. Каждый случай экспертизы производился в Аптекарском приказе по царскому указу. Экспертная деятельность подьячих Ивановской площади была прекращена в 1699 году, после чего экспертизы документов производились дьяками и подьячими в приказах.

В середине XVIII — начале XIX века к проведению исследований в интересах правосудия в России стали привлекать академиков. Первым в истории России учреждением, в котором начала формироваться судебная экспертиза, стала Санкт-Петербургская академия наук.

Первоначально судебно-экспертная деятельность Академии наук ограничивалась вопросами медицины, но вскоре потребности в анализе документов и веществ привели к необходимости выполнения судебно-химических исследований. Большое их число провел лично М. В. Ломоносов.

Академия наук не только сама проводила судебно-экспертные исследования, но и способствовала учреждениям, которым это вменялось в обязанности. Прежде всего это касалось помощи Медицинскому департаменту Министерства внутренних дел, являвшемуся высшей судебно-экспертной инстанцией. Членами этого совета были многие выдающиеся ученые-академики, среди них Н. Н. Бекетов, В. М. Бехтерев, И. П. Павлов, Д. И. Менделеев и др.

На процесс судопроизводства в России и развитие судебных экспертиз существенное влияние оказала Судебная реформа 1864 г., которая обусловила необходимость более широкого использования научных познаний при рассмотрении уголовных и гражданских дел.

Устав уголовного судопроизводства следующим образом (ст. 112, 325) определял положение экспертизы: «Эксперты должны приглашаться в тех случаях, когда для точного уразумения встречающегося в деле обстоятельства необходимы специальные сведения или опытность в науке, искусстве, ремесле, промысле или каком-либо занятии»⁸. В ст. 326 указывалось, что в качестве экспертов могли приглашаться «врачи, фармацевты, профессоры, учителя, техники, художники, ремесленники, казначеи и лица, продолжительными занятиями по какой-либо службе или части приобретшие особую опытность»⁹.

Первым научно-экспертным учреждением была созданная Е. Ф. Буринским на собственные средства судебно-фотографическая лаборатория (1889). Лаборатория просуществовала недолго. Ей на смену пришла правительственная судебно-фотографическая лаборатория, открытая в 1893 году при прокуроре Санкт-Петербургской судебной палаты.

28 июля 1912 года был принят закон о создании в России первого специализированного судебно-экспертного учреждения — кабинета научно-судебной экспертизы. При этом использовался опыт работы судебно-фотографической лаборатории и экспертных учреждений Европы.

Значительную роль в развитии судебной экспертизы в России сыграл I съезд экспертов-криминалистов, который проходил 1—9 июля 1916 года в Петрограде. В нем приняли участие сотрудники кабинетов научно-судебной экспертизы, а также судебные следователи, ученые-физики, химики, биологи, судебные медики. Съезд подвел первые итоги работы кабинетов научно-судебной экспертизы, практики применения научных познаний в интересах судопроизводства.

Таким образом, первый этап становления научной и практической экспертной деятельности характеризуется накоплением эмпирических знаний об объектах, методах и средствах экспертизы, разработкой собственно экспертных методов исследования вещественных доказательств на основе методов, применявшихся в естественных и технических науках, началом формирования судебно-экспертных учреждений.

Разработки, выполненные на первом этапе становления научной и практической экспертной деятельности, опубликованные труды ученых в различных отраслях судебной экспертизы были тем фундаментом, на котором стали формироваться теоретические и прикладные основы различных родов экспертиз.

§ 2.2. Формирование теоретических и прикладных основ отдельных родов и видов судебных экспертиз

Второй этап становления научной и практической экспертной деятельности характеризуется обобщением экспертной практики производства различных родов и видов экспертиз, разработкой их методических основ, формированием на базе эмпирического материала теоретических основ отдельных родов и видов экспертиз, развертыванием и укреплением сети судебно-экспертных учреждений.

Этот процесс происходил на фоне формирования научных основ отраслей криминалистической техники, в которых происходили консолидация и развитие знаний о системе средств и методов обнаружения, фиксации, изъятия и исследования вещественных доказательств.

Фотографию и ее методы можно считать повседневным инструментом криминалистов, и поэтому естественным было теоретическое осмысление ее возможностей в исследовании вещественных доказательств. В 1926 году была опубликована книга С. М. Потапова «Судебная фотография», которую автор обозначил как краткое систематическое руководство и адресовал «работникам дознания, следствия, суда, правозаступникам и экспертам». В предисловии к ней С. М. Потапов отмечал, что в данной книге впервые на русском языке дается «сжатое изложение применяемых при расследовании преступлений фотографических работ в крайнем их разнообразии, но в систематическом виде»¹⁰.

Основы современной почерковедческой экспертизы были заложены в работах С. М. Потапова и А. И. Винберга. С. М. Потапов опубликовал в журнале «Советское государство и право» (1940, № 12) статью, назвав ее «Научное почерковедение». А. И. Винберг в том же году опубликовал работу «Криминалистическая экспертиза письма».

В дальнейшем почерковедение — традиционное направление судебной экспертизы — активно развивалось А. Е. Ароцкером, Р. М. Ланцманом, А. И. Манцветовой, Э. Б. Мельниковой и другими учеными. Значительную роль в теоретическом обосновании экспертного почерковедения сыграли работы В. Ф. Орловой, в частности ее монография «Теория судебно-почерковедческой идентификации» (1973).

Теоретические основы экспертного исследования следов человека, инструментов, транспортных средств разрабатывались на базе такой отрасли криминалистической техники, как трасология. Впервые данный термин был употреблен профессором М. Н. Гернетом в 1936 году, а в 1938-м профессор И. Н. Якимов впервые предложил называть данную отрасль криминалистической техники трасологией¹¹. Но теоретические основы трасологии были разработаны Б. И. Шевченко в его монографической работе «Научные основы современной трасологии», опубликованной в 1947 году. В этой работе им рассматривалось понятие механизма следообразования, была определена цель трасологического исследования, приведена классификация трасологических объектов и следов. Б. И. Шевченко продолжал разрабатывать данные вопросы, и в 1975 году была опубликована его монография «Научные основы трасологической идентификационной экспертизы».

На данном этапе развития судебной экспертизы была осуществлена разработка научных основ судебной баллистики и баллистической экспертизы. Поскольку первоначально исследованием оружия занимались судебные медики, изучавшие огнестрельные повреждения, то представители этой специальности Ю. М. Кубицкий, С. Д. Кустанович, В. Ф. Черваков в своих работах заложили основы теории судебной экспертизы огнестрельного оружия и боеприпасов. Но наибольшее значение для становления баллистической экспертизы имели работы Б. М. Комаринца «Криминалистическое отождествление оружия по стреляным гильзам» (1955) и «Идентификация огнестрельного оружия по выстреленным пулям» (1961).

Развитие теоретических основ отдельных родов и видов экспертиз послужило тем фундаментом, на котором стали закладываться основы общей теории судебной экспертизы.

Третий этап становления научной и практической экспертной деятельности характеризуется формированием общей теории судебной экспертизы. Это формирование происходило на теоретической базе криминалистики, в которой к этому времени были сформулированы и обоснованы общие положения криминалистической экспертизы. Однако эти вопросы не вошли в качестве самостоятельного раздела в теоретические основы криминалистики, а рассматривались в качестве теоретических экспертных проблем в соответствующих разделах криминалистической техники. В связи с этим логика научного развития привела к консолидации идеи об отделении теории криминалистической экспертизы от криминалистики и ее формировании в качестве самостоятельной области научного знания¹².

Современный этап развития научной и практической деятельности характеризуется становлением теории судебной экспертизы как самостоятельной области научного знания, на основе которого осуществляется формирование теоретических основ различных классов и родов судебных экспертиз. К этому побуждало накопление соответствующих обширных теоретических знаний о природе объектов судебной экспертизы, закономерностях изменения их свойств и направлениях использования базовых наук при разработке экспертных методик исследования этих объектов.

§ 2.3. Развитие системы экспертных учреждений

К сожалению, описанная выше система кабинетов научно-судебной экспертизы в 1917 году была разрушена, как и многие другие институты. Экспертные учреждения надо было создавать заново. Первоначально они стали создаваться при органах внутренних дел РСФСР. С 1 марта 1919 года по решению Коллегии НКВД РСФСР при Центророзыске начал работу Кабинет судебной экспертизы, ставший основой научно-технической службы уголовного розыска. Параллельно с развитием криминалистической службы в Центророзыске возникали научно-технические кабинеты и подотделы в крупных городах. Уже в 1923 году они действовали, помимо Москвы, в Ленинграде, Харькове, Самаре, в 1927-м — в Воронеже, Царицыне, Донском окружном розыске, в 1928-м — в Свердловске и Рязани.

В связи с ликвидацией НКВД союзных республик реорганизация коснулась и научно-технических подразделений. В 1932 году был образован общесоюзный научно-технический отдел (НТО) сначала в составе оперативного отдела Главной инспекции милиции ОГПУ, затем в качестве отделения отдела уголовного розыска Главного управления милиции НКВД СССР.

В 1940 году научно-технические отделения, группы, кабинеты в органах внутренних дел образовали широкую сеть криминалистических подразделений в стране. Успешно функционировало 30 научно-технических отделений и научно-технических групп (НТО, НТГ), где работали от двух до пяти экспертов в каждом НТО и каждой НТГ. Они ежегодно выполняли десятки тысяч различных криминалистических экспертиз, производили осмотры мест происшествий, обучали оперативный состав использованию технико-криминалистических методов и средств при раскрытии преступлений.

Создание экспертных учреждений для органов юстиции пошло по другому пути. Поскольку потребности судебно-следственной практики в производстве криминалистических экспертиз в основном удовлетворяли научно-технические подразделения милиции, то экспертные исследования по заданиям судов стали выполняться в криминалистических лабораториях юридических вузов. Эти лаборатории создавались в учебных целях, но фактически стали экспертными учреждениями, выполнявшими задания органов следствия и суда. К производству экспертиз, например, в лаборатории Московского правового института, созданной в 1935 году Е. У. Зицером, привлекались такие известные криминалисты, как А. И. Винберг, Н. В. Терзиев, И. Н. Якимов, Л. П. Рассказов, Б. И. Шевченко и др. В 1930-х годах криминалистические лаборатории возникли и в региональных юридических вузах. Так, в 1930 году криминалистическая лаборатория была организована в Саратовском юридическом институте, в 1936-м — в Ленинградском юридическом институте, в 1940-м — в Ташкентском юридическом институте.

Явная недостаточность имевшихся в РСФСР криминалистических экспертных учреждений, отсутствие методического и научного центра, который бы координировал и направлял их деятельность, тормозили внедрение достижений науки и техники в практику правоохранительных органов. Начавшаяся Великая Отечественная война не дала возможности устранить этот недочет, и только в 1944 году в Москве была создана Центральная криминалистическая лаборатория (ЦКЛ) Наркомата юстиции СССР, которая в 1946-м стала структурным подразделением Всесоюзного института юридических наук МЮ СССР.

ЦКЛ стала первым общесоюзным криминалистическим экспертным центром. В ее создание и развитие внесли большой вклад такие ведущие криминалисты, как Н. В. Терзиев, А. И. Винберг, В. Ф. Черваков, Б. И. Шевченко, Б. Л. Зотов, А. А. Эйсман.

В 1948 году была организована Ленинградская научно-исследовательская лаборатория, положившая начало созданию сети подобных экспертных учреждений в России. В 1950 году были созданы криминалистические экспертные лаборатории в Саратове, Свердловске, Казани, Ростове-на-Дону, Новосибирске и Хабаровске. В последующие годы такие лаборатории были организованы во многих краевых и областных центрах России — Барнауле, Брянске, Воронеже, Волгограде, Владивостоке, Вологде, Горьком, Грозном, Иркутске, Кемерове, Краснодаре, Красноярске, Куйбышеве, Мурманске, Перми, Тюмени, Челябинске, Уфе и др.

Начиная с 1957 года ряд республиканских лабораторий преобразовывали в НИИ судебных экспертиз. Так, в 1957 году возник НИИСЭ в Алма-Ате, в 1958-м — в Ташкенте, в 1959-м — в Минске, в 1961-м — в Литве и Азербайджане.

Таким образом, к середине 1960-х годов для органов юстиции страны была создана структура региональных научно-исследовательских институтов судебных экспертиз и лабораторий, которая позволила обеспечивать как производство судебных экспертиз, так и развитие их методического обеспечения. Причем в ряде НИИСЭ организовывались лаборатории, в которых стали разрабатываться научные основы новых родов экспертиз. Так, в Ташкентском НИИСЭ начали разрабатывать научные основы экологической экспертизы, в Харьковском НИИСЭ сформировалась научная школа судебного автороведения, в Киевском НИИСЭ активно осуществлялись разработки методик исследования документов. Начиная с 1980-х годов в Азербайджанском НИИСЭ разрабатывались проблемы экспертной профилактики.

Обеспечение научно-технического руководства периферийных лабораторий первоначально осуществляла ЦКЛ. Первого октября 1962 года на базе Московской лаборатории судебной экспертизы и ЦКЛ ВИЮН был создан Центральный научно-исследовательский институт судебных экспертиз (ЦНИИСЭ). Его директором был назначен А. Р. Шляхов, который руководил этим институтом до 1987 года.

На ЦНИИСЭ наряду с производством сложных и повторных экспертиз была возложена задача по научно-методическому руководству всеми экспертными лабораториями на местах и разработке единых принципов и научных методов судебной экспертизы.

В 1970 году было воссоздано МЮ СССР и Институт был переименован во Всесоюзный научно-исследовательский институт судебных экспертиз (ВНИИСЭ). Он стал головным научно-исследовательским и экспертным учреждением для всей системы экспертных учреждений органов юстиции. В 1994 году институт был преобразован в Российский федеральный центр судебных экспертиз (ЦСЭ) при Минюсте России, который представляет собой коллектив высококвалифицированных научных сотрудников и экспертов.

В декабре 1945 года приказом НКВД СССР научно-техническое отделение оперативного отдела НКВД СССР было реорганизовано в научно-технический отдел Главного управления милиции НКВД СССР. И в составе НТО был создан Научно-исследовательский институт криминалистики (НИИК), который стал первым научно-исследовательским учреждением органов внутренних дел.

С 1950 года НИИК стал подчиняться непосредственно Главному управлению милиции, а в 1956-м на его базе был создан Научно-исследовательский институт милиции МВД СССР (впоследствии — Всесоюзный научно-исследовательский институт МВД СССР), на который возлагались научно-методическая работа, организация повышения квалификации экспертов, выполнение повторных и наиболее сложных экспертиз.

В связи с тем, что во ВНИИ МВД СССР основное внимание было сосредоточено на расширении научно-исследовательской работы и обеспечении методическими разработками основных направлений деятельности органов внутренних дел, в 1969 году было принято решение создать при Оперативно-техническом управлении МВД СССР практический орган — Центральную криминалистическую лабораторию (ЦКЛ). В 1977 году ЦКЛ была преобразована в Центральную научно-исследовательскую криминалистическую лабораторию (ЦНИКЛ) МВД СССР.

Наряду с научно-исследовательской экспертная работа продолжалась и во ВНИИ МВД СССР. В 1983 году ЦНИКЛ вливается в состав ВНИИ МВД СССР и образует Научно-исследовательскую лабораторию № 6 (НИЛ-6) института. На этом преобразования не заканчиваются. Логика развития криминалистики и судебной экспертизы потребовала создания самостоятельного научно-практического подразделения в органах внутренних дел. В 1988 году НИЛ-6 выделяется из ВНИИ МВД СССР и становится Всесоюзным научно-криминалистическим центром МВД СССР (ВНКЦ). В 1992 году в связи с распадом СССР в МВД России происходит структурная перестройка и ликвидируется Экспертно-криминалистическое управление, осуществлявшее контрольно-методические функции в системе экспертных подразделений органов внутренних дел. Его управленческие отделы включаются в ВНКЦ, который преобразуется в Экспертно-криминалистический центр (ЭКЦ) МВД России.

В настоящее время экспертно-криминалистическая служба органов внутренних дел — это развитая система криминалистических подразделений, в которых служит свыше 10 тысяч специалистов, производящих ежегодно до полутора миллионов экспертиз и исследований, осматривающих в составе оперативно-следственных групп свыше одного миллиона мест происшествий.

Данный этап характеризуется также дальнейшим укреплением и развитием системы судебно-экспертных учреждений. Наряду с развитием судебно-экспертных учреждений при МВД и МЮ экспертные подразделения формируются при ряде других ведомств — Федеральной таможенной службе, Министерстве по чрезвычайным ситуациям, Федеральной службе безопасности. В этих экспертных подразделениях выполняются исследования с учетом специфики данных служб. Также активно развиваются частные судебно-экспертные организации.

Вопросы для самопроверки

1. Назовите первые судебно-экспертные учреждения в России и когда они возникли.

2. Назовите ученых, производивших судебные экспертизы в XIX веке. Охарактеризуйте эти экспертизы.

3. Где и когда была создана первая правительственная судебно-фотографическая лаборатория и кабинет научно-судебной экспертизы в России?

4. Охарактеризуйте этап развития судебной экспертизы в период 20— 50-х годов ХХ века.

5. Как развивалась система судебно-экспертных учреждений России?

Глава 3. ОСНОВЫ СУДЕБНОЙ ЭКСПЕРТОЛОГИИ

§ 3.1. Этапы формирования общей теории судебных экспертиз

Первый этап. Идеи о формировании новой отрасли научного знания, предметом которой являлся бы институт экспертизы в уголовном и гражданском судопроизводстве, начали обсуждаться среди ученых и практикующих юристов более 50 лет назад. Началом дискуссий послужило мнение ряда судебных медиков о необходимости расчленения криминалистики и передачи криминалистической экспертизы медикам, биологам, химикам, физикам и другим представителям технических и естественных наук, которые в силу своей подготовки, в отличие от юристов, якобы лучше смогут производить исследование вещественных доказательств¹³. Эта позиция была подвергнута резкой критике А. И. Винбергом¹⁴, поскольку фактически проповедовала разделение криминалистики на «науку для экспертов» и «науку для следователей». Доказав единство криминалистической техники как раздела криминалистической науки, он обосновал существование в криминалистике общей теории криминалистической экспертизы, основываясь на уже имевшейся в то время обширной литературе по вопросам, как имеющим общее значение для всех видов криминалистической экспертизы, так и относящимся к формированию научных основ ее отдельных видов. Были сформулированы общие принципы криминалистической экспертизы, определены и проанализированы стадии процесса криминалистического экспертного исследования, его гносеологические и логические основы, охарактеризованы объекты и методы криминалистической экспертизы, ее значение в доказывании. Детально, на уровне науки того времени были разработаны методики экспертных исследований¹⁵. Но поскольку теоретические начала отдельных видов криминалистических экспертиз вошли в соответствующие отрасли криминалистической техники, сторонники единой теории криминалистической экспертизы продолжили дискуссию.

Второй этап. Конец 60-х — 70-е гг. ХХ в. ознаменовались новым этапом научно-технической революции, следствием которой была интеграция в сферу судебно-экспертной деятельности достижений естественных и технических наук, использованием при исследовании вещественных доказательств все более сложных инструментальных методов, а следовательно, бурным развитием некриминалистических экспертиз. По мере развития института судебных экспертиз, существенного расширения его возможностей становилось очевидным, что судебная экспертиза как вид специфической деятельности может быть в силу своего междисциплинарного характера объектом самостоятельного научного знания. Эти процессы послужили предпосылками развития идеи о единой экспертной науке.

Так, в 1973 г. А. И. Винберг и Н. Т. Малаховская выступили с предложением о формировании судебной экспертологии как науки «о законах и методологии формирования и развития судебных экспертиз, закономерностях исследования их объектов, осуществляемых на основе специальных познаний, привносимых из базовых (материнских) наук и трансформированных через сравнительное судебное экспертоведение в систему научных приемов, методов, средств и методик решения задач судебных экспертиз, проводимых в границах правовой регламентации и в тех организационных формах, которые обеспечивают доказательственное по делу значение заключений судебных экспертов в уголовном и гражданском судопроизводстве». Несмотря на дискуссионность концепции, книга А. И. Винберга и Н. Т. Малаховской решила на тот период главную задачу — продемонстрировала право на самостоятельность области научного знания, изучающей, обобщающей и систематизирующей проблемы судебной экспертизы.

В последующие годы общая теория судебной экспертизы развивалась в двух направлениях. Первым из них следует признать разработку концептуальных основ этой теории, составляющих ее учений, таких как, например, учение о методах судебно-экспертных исследований или учение об экспертной профилактике; вторым — разработку теорий, имеющих методологическое значение для концепции судебной экспертизы. Это работы В. Я. Колдина, М. Я. Сегая, В. С. Митричева и др. по теории криминалистической идентификации; Ю. Г. Корухова, В. А. Снеткова, В. Ф. Орловой — по теории криминалистической диагностики; ряд работ Ю. К. Орлова, Л. Г. Эджубова и др.¹⁶

Таким образом, на этом этапе развития начали закладываться основы общей теории судебной экспертизы как отражение заметного усиления процесса интеграции научного знания.

Третий (современный) этап. Конец 80-х — начало 90-х гг. прошлого века ознаменовались большим числом работ по проблематике общей теории судебной экспертизы. Здесь следует отметить работы Ю. Г. Корухова, давшего схематически концепцию данной теории¹⁷; Р. С. Белкина, И. А. Алиева и Т. В. Аверьяновой¹⁸, где каждый из авторов определил требования, которым должна удовлетворять общая теория судебной экспертизы, и предложил свою структуру этой теории; Е. Р. Россинской, разработавшей концепцию неразрушающих методов экспертного исследования¹⁹; С. Ф. Бычковой²⁰ и др.

За последнее десятилетие ХХ в. и в XXI в. в России и в других странах было опубликовано множество работ, посвященных общей теории судебной экспертизы. Несмотря на различные названия этой междисциплинарной теории (общая теория судебной экспертизы — в России, наука о судебной экспертизе — в Республике Казахстан, экспертология — на Украине), в настоящее время большинство ученых уже не сомневается в существовании новой науки, ее необходимости, хотя дискуссии о соотношении этой науки и криминалистики все еще не утихают, и до сих пор некоторые ученые продолжают считать ее частью криминалистики. Но основы общей теории судебной экспертизы сформированы, разработаны ее предмет, объекты, задачи, структура, методология, намечены перспективы развития.

§ 3.2. Понятие судебной экспертологии и ее система

Многочисленные труды ученых по проблемам судебной экспертизы позволили выявить основополагающую закономерность, на которой базируется общая теория судебной экспертизы: при всех различиях судебных экспертиз имеется ряд общих позиций, которые выражаются в предназначении, теоретическом обосновании, систематизации целей и задач, источниках возникновения, стадиях развития, функционировании, нормативном регулировании, организации всех судебных экспертиз, независимо от их родов и видов, и т. д.

Заметим, что определение предмета любой науки дает только самые общие представления о ней и не может отражать все ее содержание. Поэтому, конструируя определение предмета судебной экспертологии на основе изучаемых этой наукой закономерностей, следует выделять наиболее существенные, отражающие самую суть науки, ее квинтэссенцию.

Предметом судебной экспертологии являются теоретические, правовые и организационные закономерности осуществления судебно-экспертной деятельности в целом; закономерности возникновения, формирования и развития классов, родов и видов судебных экспертиз и их частных теорий на основе единой методологии, унифицированного понятийного аппарата, с учетом постоянного обновления и видоизменения судебно-экспертных знаний, и разрабатываемое на основе познания этих закономерностей единое правовое и организационное обеспечение судебно-экспертной деятельности, единые для всех видов судопроизводства унифицированные экспертные технологии, стандарты экспертных компетенций и сертифицированных экспертных лабораторий.

Исходя из определения предмета судебной экспертологии, модель ее общей структуры включает:

1. Общая теория судебной экспертологии:

— концептуальные основы судебной экспертологии: предмет, задачи, система, функции;

— классификации судебных экспертиз по родам и видам, учение о закономерностях формирования и развития родов и видов судебных экспертиз;

— учение о предмете и задачах судебной экспертизы;

— учение об объектах судебной экспертизы, их свойствах и признаках;

— теория экспертной идентификации;

— теория экспертной диагностики;

— теория экспертного прогнозирования;

— теория экспертной профилактики;

— учение о цифровизации судебно-экспертной деятельности;

— учение о формах и средствах коммуникативной деятельности эксперта;

— общие положения частных теорий отдельных родов и видов судебных экспертиз (понятие частной экспертной теории, ее предмета, задач, объектов).

2. Правовое обеспечение судебно-экспертной деятельности:

— эксперт как субъект правоприменительной и правотворческой деятельности, его правовой и профессиональный статус;

— специалист как субъект правоприменительной деятельности;

— правовая основа деятельности государственных судебно-экспертных учреждений и частных судебно-экспертных организаций, полномочия и ответственность их руководителей;

— форма и содержание заключения судебной экспертизы и особенности его оценки и использования в судопроизводстве.

3. Организационное обеспечение судебно-экспертной деятельности:

— судебная экспертиза как разновидность практической деятельности;

— организация, структура, функции государственных и частных судебно-экспертных учреждений;

— информационное обеспечение судебно-экспертной деятельности;

— профессиональная деятельность и подготовка судебного эксперта, экспертная дидактика;

— психологические основы профессиональной деятельности судебного эксперта; профессиональная этика судебного эксперта.

4. Судебно-экспертные технологии:

— методология судебно-экспертной деятельности;

— процесс экспертного исследования и его стадии;

— судебно-экспертные методики, их типизация, стандартизация и паспортизация, валидация экспертных методик;

— профилактическая деятельность эксперта, экспертные ошибки и их профилактика.

§ 3.3. Основные закономерности и функции судебной экспертологии

К изучаемым общей теорией судебной экспертологии основным закономерностям относятся:

1. Закономерность получения достоверного нового знания на базе уже известного. Причем особенностью экспертного исследования является, как правило, ограниченный объем предоставляемой исходной информации об отраженном событии, к тому же информации уникальной, неповторимой, незаменимой и, что самое главное, невосполнимой.

2. Закономерности возникновения и формирования новых родов (видов) судебных экспертиз и развития существующих родов и видов экспертиз, том числе:

— появления нового вида экспертизы внутри существующего рода (вида) за счет актуализации или видоизменения (модификации) объектов, которые ранее редко исследовались, или новых объектов;

— укрупнение рода экспертизы и выделение его в отдельный класс (вида — в род);

— необходимость решения комплекса качественно новых общих экспертных задач и появление в связи с этим новых объектов, что служит предпосылкой формирования нового класса или рода судебных экспертиз, а не вычленения их из существующих.

3. Закономерности генезиза общих и типичных задач судебной экспертизы, объектов судебных экспертиз.

4. Закономерности прогнозирования возникновения новых родов и видов экспертиз, возможностей решения новых экспертных задач, появления новых объектов экспертного исследования.

5. Закономерности формирования и развития языка эксперта, системы экспертных понятий и обозначающих их терминов, закономерности формализации и унификации экспертного языка.

6. Закономерность постоянного качественного и количественного видоизменения знаний, определяющих компетенцию рода (вида) экспертизы

К основным закономерностям правового обеспечения судебно-экспертной деятельности относятся:

1. Закономерности возникновения, развития и прекращения правоотношений в сфере использования специальных знаний в различных формах судопроизводства, в том числе правоотношений между следователем, судом, сторонами и экспертом (специалистом) как субъектом правоприменительной деятельности.

2. Закономерности генезиса правового обеспечения деятельности государственных судебно-экспертных учреждений и частных судебно-экспертных организаций, полномочий и ответственности их руководителей.

3. Закономерности объективизации и повышения доказательственного значения заключения судебной экспертизы, совершенствования его правовой формы и содержания, правовых особенностей его оценки и использования в судопроизводстве.

К основным закономерностям организационного обеспечения судебно-экспертной деятельности относятся:

1. Закономерности информационного обеспечения судебно-экспертной деятельности, информатизации и цифровизации судебной экспертизы, включающие закономерности активного использования информационных технологий (процессов, методов поиска, сбора, хранения, обработки, представления, распространения информации); создания и совершенствования информационных систем судебно-экспертного назначения и информационно-телекоммуникационных сетей специального назначения.

2. Закономерности организационного обеспечения судебно-экспертной деятельности государственных учреждений и частных судебно-экспертных организаций.

3. Закономерности обеспечения профессиональной деятельности и подготовки судебных экспертов, обеспечения единых требований к компетенции государственных и частных судебных экспертов.

К основным закономерностям экспертно-технологического обеспечения судебно-экспертной деятельности относятся:

1. Закономерности функционирования различных видов экспертиз на единой методологической основе: наличие специальных знаний, использование логико-формального и логико-диалектического аппаратов, применение методов, обеспечивающих достоверность заключения, их апробация и внедрение в экспертную практику.

2. Закономерности разработки и использования судебно-экспертных методик, их апробации, стандартизации, паспортизации (валидации) и на этой основе унификации и формализации экспертных заключений.

3. Закономерности (обеспечивающие профилактическую функцию судебной экспертизы) выявления при производстве судебных экспертиз и по результатам обобщения экспертной практики обстоятельств, способствовавших или могущих способствовать совершению преступлений, а также разработки на этой основе рекомендаций по устранению данных обстоятельств.

К закономерностям судебной экспертологии в целом относятся закономерности иных наук: естественных, технических, гуманитарных, которые в то же время являются и закономерностями судебной экспертологии. Такие закономерности еще называют «пограничными». Это изучаемые криминалистикой закономерности механизма преступления, возникновения информации о преступлении и его участниках, закономерности собирания и исследования доказательств. Из этих закономерностей для каждого рода экспертизы можно вывести закономерности информационно-отражательного процесса применительно к объектам исследования данной экспертизы, например изучаемые трасологией закономерности следообразования, используемые в трасологической, баллистической и других экспертизах. Естественно, что далеко не все закономерности базовых наук следует относить механически к судебной экспертологии, но только те, которые отличаются большой степенью общности, т. е. могут быть экстраполированы на несколько родов экспертиз.

Под функциями судебной экспертологии следует понимать общие типы решаемых ею научных задач. К основным функциям судебной экспертологии относятся: методологическая, синтезирующая, объяснительная и прогностическая.

Методологическая функция судебной экспертологии проявляется в том, что эта наука не просто описывает внешнюю сторону экспертизы, а вскрывает ее сущность, выявляет закономерности формирования, функционирования и развития в виде организованной, упорядоченной системы знаний, расширяет знания посредством изменения понятийного содержания науки: одни понятия уточняются, развиваются, другие изменяются или отбрасываются, вводятся новые теоретические понятия и принципы. Например, формулирование понятия «предмет экспертизы» позволило разграничить предмет общей теории судебной экспертологии и предмет конкретной судебной экспертизы. Осмысление понятия «объект экспертизы» во всем его многообразии позволило значительно расширить знание об объекте экспертного исследования, углубив теоретическое обоснование систематизации объектов исследования, их свойств и признаков.

Синтезирующая функция определяется синтетическим характером научного знания. Судебная экспертология — это инструмент, позволяющий синтезировать весь накопленный эмпирический материал по использованию специальных знаний в судопроизводстве, обобщить его и систематизировать. Кроме того, синтезирующая функция объединяет, синтезирует все частные теории, входящие в общую теорию судебной экспертологии, вскрывая существующие и обнаруживая новые закономерные связи между ними. Действие синтезирующей функции достаточно наглядно проявляется и в применении основных законов ее развития, а именно закона интеграции и дифференциации научного знания и закона связи и обусловленности науки и практики.

Объяснительная функция заключается в том, что судебная экспертология призвана объяснить, в силу каких причин возникла и существует система использования специальных знаний и основной их процессуальной формы — судебной экспертизы, какие в ней происходят процессы и почему они протекают именно так, а не иначе.

Благодаря прогностической функции судебная экспертология предсказывает и объясняет те факты, которые будут иметь место в будущем, позволяет предвидеть создание новых частных судебно-экспертных теорий и учений, совершенствовать отдельные роды (виды) экспертиз; способствует появлению новых родов (видов) судебных экспертиз; дает мощный толчок в развитии судебных экспертиз и в целом использованию специальных знаний в судопроизводстве.

§ 3.4. Место судебной экспертологии в системе научного знания

Судебная экспертология, будучи наукой синтетической природы, возникла на основе закономерного процесса интеграции знаний различных наук. Ее междисциплинарный характер обусловлен тесной связью с естественными, техническими, юридическими и иными гуманитарными науками. Наиболее тесно судебная экспертология связана с криминалистикой, поскольку именно из криминалистики в 90-е гг. XX в. она выделилась в отдельную область знания, как некогда сама криминалистика отделилась от уголовно-процессуальной науки.

Как известно, криминалистика — наука о закономерностях механизма преступления, возникновения информации о преступлении и его участниках, о закономерностях собирания, исследования, оценки и использования доказательств и основанных на познаниях этих закономерностей средствах и методах судебного исследования и предотвращения преступлений²¹. Объектами криминалистики являются преступность, с одной стороны, предварительное расследование, судебное разбирательство и профилактика преступлений — с другой. В свою очередь судебная экспертология определена выше через систему теоретических, правовых и организационных закономерностей осуществления судебно-экспертной деятельности в целом, т. е. как комплексное научное отражение судебно-экспертной деятельности.

Основанием разграничения двух родственных, но самостоятельных наук является различие их целей и функций. Предмет судебной экспертологии — закономерности судебно-экспертной деятельности как единого целого. Предметом же криминалистики, исходя из приведенного выше определения, служат в том числе закономерности деятельности по собиранию, исследованию, оценке и использованию доказательств.

Криминалистика обслуживает в основном уголовное судопроизводство, хотя некоторые ее рекомендации уже используются в гражданском и арбитражном процессе, административном судопроизводстве, производстве по делам об административных правонарушениях. Однако основной задачей криминалистики была и остается борьба с преступностью.

В то же время судебная экспертиза активно развивается во всех видах процесса. Сравнительный анализ статей УПК, ГПК, АПК, КАС и КоАП в части, касающейся судебных экспертиз, показывает, что основания и порядок назначения судебной экспертизы, права и ответственность эксперта, условия назначения повторных и дополнительных экспертиз во всех этих кодексах близки. Для судебных экспертиз, назначаемых в уголовном, административном, гражданском, арбитражном процессе, помимо общей процессуальной формы, характерны и общая методология, решаемые задачи, объекты исследования.

Судебная экспертология тесно связана с науками процессуального права, особенно с теми их разделами, которые посвящены теории доказательств и процессуальному порядку использования специальных знаний. Процессуальные науки определяют пределы и условия применения специальных знаний, пределы компетенции, права и обязанности судебных экспертов, а также компетенцию различных участников процесса при назначении и производстве судебных экспертиз, оценке и использовании результатов экспертного исследования. Положения процессуальных наук в известном смысле обозначают служебную роль судебной экспертологии как науки, призванной обеспечивать интересы правосудия, как науки прикладной, практической.

Судебная экспертология связана и с науками уголовного и административного права, поскольку потребности в производстве судебных экспертиз находятся в прямой зависимости от юридических признаков составов преступлений и правонарушений. Аналогичная связь прослеживается между судебной экспертологией и гражданским правом.

Тесная связь существует между судебной экспертологией и общественными науками: философией, этикой, логикой, психологией. На основе философских категорий строится общая теория рассматриваемой науки, формируются представления о системе ее методов, определяются те закономерности, которые должны быть учтены в целях повышения эффективности судебно-экспертной деятельности. Положения этики — науки о морали, нравственности, о системе норм и правил поведения людей в их отношениях к обществу и друг к другу — выступают в качестве одного из руководящих начал, определяющих линию поведения судебного эксперта в процессе производства судебных экспертиз, участия в процессуальных действиях. В судебно-экспертных и научных исследованиях применяются приемы логического мышления: анализ и синтез, дедукция и индукция, абстракция, аналогия и т. п. Экспертное исследование представляет собой ряд стадий, выстроенных в логической последовательности, причем экспертные выводы должны быть логически обоснованы промежуточными результатами. В судебной экспертологии классифицируются логические ошибки экспертного исследования. Типичной логической ошибкой является, например, отсутствие в исследовательской части обоснования вывода эксперта.

Судебная экспертология тесно связана с психологией, данные которой активно используются при разработке психологических основ деятельности судебного эксперта, изучении особенностей формирования внутреннего убеждения эксперта и основных психологических характеристик процесса экспертного познания.

Для теории и практики судебной экспертизы естественные и технические науки (аналитическая химия, физическая химия, молекулярная биология, медицина, металловедение, электротехника и проч.), так же как и криминалистика, играют роль обосновывающего знания. Поэтому связи этих наук и судебной экспертологии выступают как взаимодействие, а не подчиненность. Знания из этих наук дают начало экспертным методикам и предметным экспертным наукам, таким как судебная медицина, судебная психиатрия, трасология и др.

§ 3.5. Язык эксперта, система экспертных понятий, их формализация и унификация

Важной составляющей общей теории судебной экспертологии является учение о средствах и формах коммуникативной деятельности при производстве судебных экспертиз и информационных процессах. Центральная часть этого учения — «язык эксперта», система экспертных понятий и обозначающих их терминов, проблемы формализации и унификации экспертного языка.

Теория науки не может обойтись без своего терминологического аппарата — языка науки, поскольку научная терминология — это языковая форма предметного выражения мысли. На базе естественного (обычного) языка создаются те или иные термины и символы, принятые в конкретной области научного знания и обладающие, в отличие от обычного языка, необходимыми для научного познания строгостью и однозначностью.

Язык в структуре судебной экспертологии не исключение. Для судебного эксперта он является своего рода инструментом.

Синтетический характер судебной экспертологии, представляющей своеобразный монолитный сплав данных различных областей научного знания и включающей естественные, технические и общественные науки, предопределяет использование соответствующего междисциплинарного терминологического аппарата.

Говоря о языке эксперта, необходимо также остановиться на таких важных категориях, как безоценочность и безличность экспертных формулировок. Под безоценочностью следует понимать отсутствие какой-либо эмоционально окрашенной лексики. В научном тексте недопустимо употребление экспрессивных высказываний, а также слов, указывающих на личное отношение автора к исследуемому событию или явлению. Безличность предполагает употребление особых грамматических форм, таких как преобладание неопределенно-личных предложений, использование глаголов 3-го лица, возвратных и безличных глаголов.

Весьма важными являются формулировки вопросов, выносимых на разрешение эксперта. Во многих случаях неконкретная, расплывчатая формулировка вопроса порождает неоднозначный вывод эксперта, возможность его иного толкования, что, безусловно, существенным образом влияет на доказательственное значение заключения эксперта в целом.

Судебно-экспертная деятельность — это практическая деятельность, но экспертное исследование опирается на научные положения, производится с использованием научных методов, научных методик. Следовательно, эксперт при описании исследования пользуется научной терминологией, научным стилем языка. Однако правоприменители — адресаты заключения эксперта — не обладают специальными знаниями. Эксперты и специалисты должны это учитывать при оформлении заключения и при даче показаний на допросе.

В целях обеспечения терминологического единства с конца 70-х гг. прошлого века во ВНИИСЭ СССР была подготовлена и издана серия словарей, а также энциклопедия судебной экспертизы²². Лексикографическая работа над языком эксперта продолжается²³.

Важную роль в обеспечении терминологического единства в судебной экспертизе играет образованный приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 13.05.2015 № 561 Технический комитет по стандартизации 134 «Судебная экспертиза», где разрабатываются и утверждаются национальные стандарты по различным родам (видам) судебной экспертизы, направленные в том числе на унификацию наименований родов и видов судебных экспертиз, а также используемые в них термины и определения. В настоящее время утверждены и вступили в силу более 10 таких стандартов (например, ГОСТ Р 57429-2017 «Судебная компьютерно-техническая экспертиза. Термины и определения», ГОСТ Р 59529-2021 «Судебная строительно-техническая экспертиза. Термины и определения»), и работа продолжается.

Вопросы для самопроверки

1. История формирования общей теории судебной экспертизы.

2. Предмет и система судебной экспертологии.

3. Закономерности и функции судебной экспертологии.

4. Судебная экспертология и криминалистика: взаимосвязи и разграничение.

5. Судебная экспертология в системе научного знания.

6. Язык эксперта и система экспертных понятий.

Глава 4. ЧАСТНЫЕ СУДЕБНО-ЭКСПЕРТНЫЕ ТЕОРИИ

§ 4.1. Понятие частных экспертных учений и теорий, их система

Судебная экспертология включает неразрывно связанные между собой положения, справедливые в равной степени и для большинства отдельных элементов судебно-экспертной деятельности. Первые положения охватываются судебной экспертологией в целом, вторые — образуют систему частных судебно-экспертных учений, являясь содержанием структуры общей теории судебной экспертологии.

Объединенные в общую систему, эти учения приобретают новое, интегральное значение, которое не соразмерно ни значению каждой из этих теорий, ни значению простой суммы содержащихся в них положений. В то же время содержание каждой частной теории в плане отражения конкретного элемента предмета науки в известном смысле богаче содержания общей теории, опять-таки подобно тому, как часть в аналогичном аспекте богаче целого. Это диалектическое соотношение целого и части лежит в основе соотношения частных теорий и общей теории судебной экспертологии.

Поскольку частная теория является подсистемой общей, то ее предметом является какой-то элемент, сторона предмета общей теории, т. е. определенные закономерности из числа тех, которые изучает общая теория судебной экспертологии. Данное положение может быть иллюстрировано при рассмотрении учения об экспертной идентификации и частной теории идентификации одного из видов объектов судебной экспертизы. Так, учение об идентификации изучает закономерности, проявляющиеся во всех видах и конкретных актах отождествления. Частная теория дактилоскопической экспертизы изучает закономерности, обусловливающие возможность отождествления человека по строению папиллярных узоров.

Объектом частной теории рода экспертизы следует считать те явления, процессы, связи, отношения, в которых проявляются изучаемые данной теорией закономерности. Таким образом, говоря об объекте частной теории, мы имеем в виду ее содержательную сторону, знание об объекте, формирующееся на базе знания отражаемых теорией объективных закономерностей экспертной деятельности.

Общая теория судебной экспертологии изучает закономерности, проявляющиеся в общности методологических и методических основ, являющиеся базой, объединяющей роды и виды судебных экспертиз в единую целостную систему. Эта методологическая общность характерна для процесса экспертного исследования в целом независимо от видов объектов судебно-экспертных исследований. С учетом данного положения в общей теории судебной экспертологии выделяются такие учения, как:

— экспертной идентификации;

— экспертной диагностики;

— экспертного прогнозирования;

— экспертной профилактики;

— о цифровизации судебно-экспертной деятельности.

Положения этих учений в равной степени распространяются как на процесс экспертного исследования в целом, так и на экспертные исследования отдельных родов экспертиз.

Вместе с тем объекты исследования отдельных родов экспертиз имеют свои свойства, характеризуются определенной природой, которая требует специализации общих методических положений процесса экспертного исследования. С учетом этого в теории судебной экспертологии выделяется подсистема частных экспертных теорий, исследующих закономерности отдельных родов объектов. Элементами этой подсистемы являются такие, например, теории, как частная теория судебно-почерковедческих исследований, частная теория судебно-трасологических исследований и т. д. с учетом классификации родов экспертиз.

Все экспертные учения связаны между собой, во-первых, потому, что они изучают общие для них закономерности, во-вторых, они оказывают влияние друг на друга, углубляя познавательную сущность их предмета. Так, учения об идентификации и диагностике, изучая собственные свойства объекта исследования, в совокупности позволяют более полно познать свойства объекта в целом. Содержание этих учений позволяет раскрыть методологическую сущность процессов экспертного исследования.

§ 4.2. Учение об экспертной идентификации

Учение об экспертной идентификации содержит общие принципы, методологические рекомендации и условия выделения из множества материальных объектов конкретного лица или предмета, связанного с исследуемым событием. В практической деятельности эти теоретические положения реализуются в конкретных методиках экспертных исследований.

Идентификация (от лат. identifiko — отождествляю) означает установление тождества объекта по совокупности общих и частных признаков. С экспертной точки зрения, идентифицировать объект — значит путем сравнительного исследования по отображениям или фрагментам установить его тождественность самому себе в разные моменты времени и в разных его состояниях²⁴.

В основе экспертной криминалистической идентификации лежит учение о диалектическом тождестве, которое исходит из признания индивидуальности и неповторимости объектов материального мира.

Экспертная криминалистическая идентификация в отличие от идентификации в физике, биологии и других науках, нацеленной на установление класса, рода, вида объекта, имеет целью установление тождества конкретного (единичного) объекта, который является не таким же, а тем самым объектом.

Основными условиями экспертной криминалистической идентификации являются: индивидуальная определенность объектов; наличие характеризующих их устойчивых признаков; осуществление идентификации по отображениям этих признаков; использование идентификации в судебном исследовании.

Для того чтобы осуществить отождествление, необходимо выделить идентификационный комплекс признаков, т. е. совокупность индивидуально-определенных, устойчивых, неповторимых (или редко встречающихся) признаков. Именно комплекс признаков по их соотношению, местоположению, взаиморасположению и другим особенностям в сравниваемых объектах необходим для отождествления. Он составляет идентификационное поле. Главная задача при его исследовании — достаточно полно выявить признаки и оценить их с позиции необходимости и достаточности для решения вопроса о тождестве.

При идентификации используются признаки, выражающие свойства объекта. Они отражают форму, размеры, материал объекта, его внешнее и внутреннее строение и должны обладать: оригинальностью, неповторимостью, воспроизводимостью при неоднократном отображении, выраженностью и доступностью для обнаружения. Наряду с этими характеристиками признаки должны быть устойчивы в пределах идентификационного периода — временного интервала, в рамках которого возможен процесс идентификации.

Идентификационное исследование имеет своим содержанием изучение двух или нескольких объектов с целью выявления как общего, объединяющего их, так и различного. Изменения объекта могут закономерно являться следствием воздействия на него каких-либо факторов, обусловленных сущностью, природой объекта (например, возрастные изменения внешнего облика человека), или возникать под действием не связанных с признаками объекта причин.

Индивидуальность объекта устанавливается по его отображению, следу. Такой характер установления тождества вносит много специфичного в процесс идентификационного исследования, поскольку имеет существенное значение изучение механизма образования отображения. Познание этого механизма необходимо в том числе для установления причин изменения признаков объекта и их последующей оценки с точки зрения значения для идентификации. Механизм отображения может способствовать воспроизведению признаков (след подошвы обуви на влажной глинистой почве), а может и затруднять их (след подошвы обуви на сухом асфальтовом покрытии).

Изучение механизма отображения осуществляется путем проведения экспертного эксперимента, в ходе которого моделируются различные условия отображения и различные состояния объекта.

Выявление и оценку различий между объектами, принадлежащими к одной или разным группам (родам), в криминалистике и судебной экспертологии принято называть различением, или дифференциацией. Положительный результат идентификации означает установление тождества, а дифференциация — его отсутствие. Дифференциация может выступать и как самостоятельная задача.

В учении об экспертной идентификации в качестве идентифицируемых рассматриваются объекты как системы свойств, отобразившиеся в других объектах, на основании которых разрешается вопрос о тождестве. В качестве идентифицирующих выступают объекты, отображающие свойства других объектов, являющиеся носителями информации о свойствах отображенных в них объектов. Например, при идентификации человека по его фотоснимкам идентифицируемым объектом будет являться внешний облик этого человека, а идентифицирующими — фотоснимок разыскиваемого человека и фотоснимок задержанного.

Деление объектов на идентифицируемые и идентифицирующие имеет значение для определения круга свойств, подлежащих изучению. Каждое из свойств искомого объекта может при определенных условиях быть отличительным, однако, чтобы использоваться при идентификации, свойство должно обязательно отобразиться на идентифицирующих объектах.

Свойства, способные отображаться на идентифицирующих объектах, называются идентификационными. Круг этих свойств определяется условиями взаимодействия объектов, механизмом образования отображения. В связи с этим в процессе сравнительного исследования выделяются и изучаются только те признаки, которые отражают свойства идентифицируемого объекта. Так, при изучении стреляной пули исследуются только следы полей нарезов канала ствола оружия, из которого она была выстрелена. Состав металла, из которого сделана эта пуля, в данном случае не изучается.

Классификация объектов на идентифицируемые и идентифицирующие предназначена для изучения процесса отражения свойств объектов и разрешения вопроса о тождестве, а классификация объектов на проверяемые и искомые — для анализа процесса доказывания, преследующего цель установления единичного искомого объекта.

Признаками искомого объекта являются:

— связь с исследуемым объектом, информация о которой может быть получена в ходе изучения следов конкретного события;

— возможность установления события путем отождествления, обусловленная наличием отображения искомого и проверяемого объектов.

Если деление объектов на идентифицируемые и идентифицирующие исходит из того, что отображение всегда существует отдельно от отображаемого, то их деление на искомые и проверяемые основывается на логическом характере процесса доказывания.

Разграничение объектов на искомые и проверяемые позволяет представить установление объекта в виде процесса построения версий, перехода от предложений к установлению фактов, конструированию различных информационно-логических моделей. Сущность данного процесса в общем виде заключается в последовательном сужении исходной совокупности проверяемых объектов, завершающемся выделением единичного искомого объекта.

Разграничение информации об искомом и проверяемом объектах — важнейший принцип процесса идентификационного исследования, из которого вытекают три правила:

— информация об искомом и проверяемом объектах должна быть получена из различных источников: об искомом объекте — из вещественного доказательства, о проверяемом — из образцов;

— принцип разграничения искомого и проверяемого объектов действует до тех пор, пока их тождество будет полностью доказано. Искомый объект нельзя считать установленным, если вопрос о тождестве решается предположительно;

— при отрицательном решении вопроса о тождестве эксперт не ограничивается таким выводом, а должен выявить и сообщить информацию об искомом объекте, полученную при изучении проверяемого объекта, которая может быть использована для отыскания искомого путем построения новых следственных версий, новых проверяемых объектов.

Для того чтобы информация, получаемая при анализе проверяемого объекта, была достоверной, образцы, из которых извлекается эта информация, должны удовлетворять следующим требованиям:

— должно быть точно известно их происхождение;

— они должны быть сопоставимы с отображениями искомого объекта, т. е. получены в тех же условиях, в каких образовались следы искомого объекта;

— они должны достаточно полно и достоверно отражать свойства проверяемого объекта.

Процесс экспертной идентификации принято осуществлять постадийно. Его делят на следующие стадии: предварительное исследование; аналитическая стадия, или раздельное исследование объектов; сравнительная стадия; синтетическая стадия. Эти стадии характеризуют структуру процесса идентификации. Полнота идентификации обеспечивается взаимодействием стадий. Каждая последующая стадия логически вытекает из предшествующей.

На стадии предварительного исследования при изучении объектов, представленных на экспертизу, выделяются подлежащие исследованию идентификационные поля, отображающие типовые свойства искомых объектов. Собираются образцы для сравнительного исследования, обеспечивается его информационно-справочная база.

Основным содержанием аналитической стадии является установление свойств сравниваемых объектов, которые изучаются через признаки, характеризующие эти свойства. Выделение признаков и их изучение производится отдельно по каждому объекту. Причем особенностями процесса идентификации являются требования раздельного анализа каждого из сравниваемых объектов. Это требование обусловлено принципом разграничения искомого и проверяемого объектов. В связи с этим данная стадия также имеет наименование стадии раздельного исследования.

Содержанием стадии сравнительного исследования является выявление совпадений и различий свойств сравниваемых объектов. На этой стадии проявляется степень полноты аналитической стадии. Ее результативность определяется информационной значимостью признаков, выявленных свойств. По существу, от этого зависит, будет ли вывод категорическим или вероятным. Если в ходе аналитической стадии были выявлены только признаки среднего значения, то их совпадение, устанавливаемое в ходе сравнительной стадии, недостаточно для категорического вывода о тождестве.

Задача синтетической, или, как еще ее называют, оценочной, стадии состоит в интегральной оценке совокупности различий и совпадений признаков, свойств сравниваемых объектов. От результатов оценки зависят основания вывода по результатам исследования. Принципиальной особенностью данной стадии является то, что в ходе ее дается оценка не отдельных свойств объектов, а всей совокупности совпадений и различий, в чем и проявляется интегральный характер этой стадии.

Оценка совокупности выявленных различий, а именно с них рекомендуется начинать этот процесс, осуществляется на основе исследования факторов, обусловливающих изменения объектов в идентификационный период. В результате необходимо определить природу этих различий — являются они существенными, т. е. свойственными разным объектам, или несущественными, т. е. определяемыми изменчивостью объекта в идентификационный период.

Оценка совокупности выявленных совпадений требует анализа происхождения идентификационных признаков, их взаимосвязи и частоты встречаемости. Выявленные признаки совпадения должны образовывать совокупность, индивидуализирующую объект. Даже наличие одного-двух крайне редких признаков не является основанием для вывода о тождестве. Индивидуализирующая совокупность должна состоять из комплекса признаков, в который должны входить как признаки среднего значения, так и редко встречающиеся, характеризующиеся высокой информационной значимостью.

§ 4.3. Учение об экспертной диагностике

Диагностика означает выявление, различение, определение. Она проводится для того, чтобы установить определенные свойства и состояния объектов, расшифровать динамику события, понять причину явления.

Предмет диагностики как области знаний составляют закономерности отображения свойств людей, предметов, явлений, позволяющих определить их состояние и характер изменений, внесенных в них в процессе совершения уголовного преступления, гражданского или административного правонарушения.

Целями экспертных диагностических исследований являются:

— определение свойств и состояния объекта, его соответствия (несоответствия) заданным характеристикам (например, из какого металла изготовлено кольцо; пригоден ли пистолет для ведения автоматической стрельбы; исправен ли замок);

— установление факта и причины изменения первоначального состояния объекта или его несоответствия заданным характеристикам (для исследования обстоятельств действия) (например, подвергались ли документы частичным изменениям);

— анализ ситуации: обстоятельств места, времени, механизма взаимодействия субъектов, предметов, причинно-следственных связей, механизма события (например, установление механизма возникновения и развития пожара).

В зависимости от роли в диагностическом процессе объекты подразделяются на диагностируемые, которые подлежат установлению (состояние и свойства объекта, механизм происшествия, ситуация — например, что произошло раньше: взрыв или пожар), и диагностирующие, с помощью которых их природа, состояние устанавливаются, т. е. признаки, отражающие в материальном виде и характеризующие состояние и свойства объекта, механизм происшествия (например, криволинейные следы отпечатков протектора указывают на попытку водителя избежать столкновения маневрированием перед торможением).

Диагностические задачи состоят в выявлении: механизма события; времени, способа и последовательности действий, событий, явлений, причинных связей между ними; природы, качественных и количественных характеристик объектов, их свойств и признаков, не поддающихся непосредственному восприятию, и т. д. (например, механизм пожара или ДТП)²⁵.

Процесс решения диагностических задач строится по общим принципам любого экспертного исследования, но в то же время имеет свои особенности, обусловленные сущностью диагностики.

На подготовительном этапе необходимо выяснить, является ли поставленная перед экспертом задача диагностической. Для конкретизации задачи эксперту важно изучить обстоятельства дела, относящиеся к предмету экспертизы (например, для установления причин пожара в помещении требуется ознакомление не только с представленными предметами, но и с протоколом осмотра места происшествия, со сведениями о состоянии электропроводки и т. п.).

Затем, после формирования суждения о возможности решения поставленной задачи, осуществляется предварительное исследование объектов, служащее основанием для выдвижения экспертных версий, подготовки плана дальнейшего исследования.

Основное решение диагностической экспертной задачи начинается с выдвижения и решения промежуточных подзадач, среди которых типичной является выявление информативных свойств объекта. Затем осуществляется синтез признаков свойств объекта с тем, чтобы построить на этой основе мысленную модель сферы поиска диагностируемого объекта. Данная модель необходима для выбора сопоставительного материала и последующего сравнения признаков объекта с признаками этих моделей.

Особенностью данного этапа решения диагностической задачи является изучение закономерностей отображения свойств в признаках на основе знаний механизма отображений в той или иной ситуации. При этом важно учитывать избирательную изменчивость свойств, составляющую информационную сущность диагностического исследования, а также уметь правильно оценить помехи и искажения в передаче информации.

Следующей стадией данного этапа является сопоставление выявленных признаков с признаками образцов, эталонов или физических моделей, заменяющих эталоны. Такое сопоставление позволяет решать задачи о механизме изменения свойств на основе выявления особенностей взаимодействия объектов. В решении диагностических задач данного этапа широко используются справочно-информационные фонды (компьютерные базы данных, натурные коллекции, атласы).

Оценка результатов исследования осуществляется на основе установленных совпадений или различий. При этом учитывается информативность диагностических признаков и их комплексов. Экспертное диагностирование характеризуется тем, что «частота встречаемости диагностических признаков имеет противоположное значение по сравнению с признаками идентификационными. Если значимость идентификационных признаков тем выше, чем реже частота их встречаемости в объектах множества, в которые входит искомый объект, то диагностические признаки тем более значимы, чем частота их встречаемости больше в выделенном множестве (чем типичнее эти признаки для него)»²⁶.

Этот же принцип применительно к диагностике характерен для такого свойства признаков, как их устойчивость. Диагностический признак считается устойчивым, если он повторяется при воздействии на объект определенных факторов. Идентификационный признак тем устойчивее, чем более он неизменен при воздействии различных факторов. Таким образом, диагностическая значимость признака тем выше, чем он типичнее, специфичнее и воспроизводимее с точки зрения искомого факта.

§ 4.4. Учение об экспертном прогнозировании

Прогнозирование — это предвидение, предсказание развития какого-либо процесса, явления, основанное на изучении определенных данных. Гносеологической основой научного прогнозирования служит философская категория причинности, а логической основой — экстраполяция знаний, т. е. перенесение с одной предметной области на другую, еще не исследованную область.

Необходимыми условиями прогнозирования являются анализ и обобщение экспертной практики, которые позволяют предвидеть развитие самых различных направлений судебно-экспертной деятельности. Так, изучение практики участия специалистов в следственных действиях, назначения экспертиз позволяет прогнозировать развитие судебно-экспертных учреждений, появление в их структуре новых направлений экспертной деятельности, возникновение потребности в разработке новых средств и методов исследования вещественных доказательств²⁷.

Изучение данных о способах преступлений позволяет разрабатывать рекомендации по предотвращению преступлений в отношении объектов подобного типа. Например, в процессе изучения экспертных материалов об исследовании взломов замков в определенной ситуации удается выявить, что этому способствовали конструктивные недостатки этих замков. Рекомендации по изменению конструкции последних в случае их реализации помогут предотвратить взломы.

Учение об экспертном прогнозировании имеет существенное значение для развития как судебной экспертологии в целом, так и отдельных родов (видов) судебных экспертиз, перспектив совершенствования средств и методов проведения экспертных исследований, использования специальных знаний в процессе доказывания, экспертной профилактической деятельности.

§ 4.5. Учение об экспертной профилактике

Использование результатов судебных экспертиз в предупреждении преступлений является одним из направлений криминалистической профилактики. Инициатором разработки учения о судебно-экспертной профилактике, деятельности сотрудников экспертных учреждений и ее взаимодействия с иными видами профилактики является И. А. Алиев²⁸ Он определил принципы, функции, содержание, структуру, а также закономерности построения этого учения.

Предметом учения об экспертной профилактике являются:

— экспертная профилактическая деятельность²⁹, организованная по структурно-функциональному принципу;

— принципы и закономерности функционировании системы экспертной профилактической деятельности;

— моделирование экспертной профилактической деятельности;

— функции учения об экспертной профилактике;

— взаимодействие учения об экспертной профилактике с общей теорией судебной экспертологии и другими науками.

В структуру данного учения входят:

— предмет учения;

— объекты экспертной профилактики, ее субъекты и их функции в системе данной деятельности, связи и отношения между ними;

— методы экспертной профилактики.

Подробнее ознакомиться с темой экспертной профилактики можно в главе 14.

§ 4.6. Учение о цифровизации судебно-экспертной деятельности

Следствием цифровизации в судебно-экспертной деятельности явилось новое актуальное направление развития IT-технологий, которое связано с новыми объектами экспертного исследования, что было обусловлено процессом замены традиционных аналоговых способов отображения объектов судебных экспертиз (следов, фотоснимков, звукозаписей и пр.) электронными, представленными в цифровом виде, — цифровыми следами.

Предмет этого учения составляют закономерности судебно-экспертного исследования цифровых следов, образующихся вследствие возникновения, движения и преобразования компьютерной информации, имеющей доказательственное или розыскное значение в уголовном, гражданском, административном судопроизводстве. Объекты учения — цифровые следы и компьютерные средства и системы как носители розыскной и доказательственной криминалистически значимой информации, а также технологии их судебно-экспертного исследования.

Цифровой след как новый объект судебной экспертизы можно определить как криминалистически значимую компьютерную информацию о каких-либо событиях или действиях, отраженную в материальной среде, в процессе возникновения, обработки, хранения и передачи этой информации.

Формирующееся учение о цифровизации судебно-экспертной деятельности включает общие принципы, методологию и условия исследования цифровых следов и их носителей, а также технологии их судебно-экспертного исследования. Разработка нового учения позволит разрешить целый ряд сложных проблем, возникших в связи с интеграцией и дифференциацией научных знаний в области IT-технологий в судебно-экспертную деятельность.

§ 4.7. Понятие частных теорий родов (видов) судебной экспертизы

Частные теории родов (видов) судебной экспертизы согласуются с общей теорией судебной экспертологии единством принципов, понятий, методологии. Но для каждого рода (вида) экспертиз общие положения трансформируются в частные методические положения с учетом специфики предмета, объектов и решаемых задач отдельных родов экспертиз. При этом учитывается содержание предметных экспертных знаний, которые основываются на положениях базовых наук, изучающих свойства объектов, их природу, закономерности изменения под влиянием различных факторов. Эти базовые науки востребованы при разработке методики исследования, средств и методов изучения как самих объектов, так и их отображений.

Так, при разработке научных основ судебно-технического исследования документов первоначально ориентировались на возможности фотографии как средства выявления изменений содержания документов, усиления плохо читаемых надписей и т. д. Затем потребовались более углубленные сведения о способах изготовления документов, о материалах и красителях, которые при этом использовались. Эти данные содержались в полиграфии, материаловедении, химии. В результате складывалось понимание сущности свойств, характеризующих данный объект судебной экспертизы, знание закономерностей изменения этих объектов, которые они претерпевали при их подделке, фальсификации. На базе общих положений теории судебной экспертизы сформировалась частная теория судебно-технической экспертизы документов, включающая понятие предмета данной судебной экспертизы, задачи, систему методов, используемых при исследовании документов как объектов судебной экспертизы.

Таким образом, особенностью экспертных знаний является использование для создания частных экспертных теорий не только основ какой-либо одной науки, но и нескольких наук, изучающих отдельные свойства объектов.

Процесс формирования частных теорий новых родов и видов судебных экспертиз проходит те же этапы, что и развитие судебной экспертологии. На первом этапе идет накопление эмпирического материала, отбор и заимствование из базовой науки методов и методик, которые могут быть использованы в производстве судебных экспертиз нового вида (рода) непосредственно. Этому, как правило, соответствует процесс дифференциации научного знания. На втором этапе конкретизируются, типизируются и систематизируются экспертные задачи, усиливается процесс интеграции научного знания при совершенствовании методов экспертного исследования и разработке экспертных методик. На третьем этапе происходит уточнение базовых понятий и создается целостная частная теория рода (вида) экспертиз, где определены предмет, задачи, объекты, методы и методики экспертного исследования, место данного рода (вида) в общей системе судебных экспертиз.

По такому сценарию в настоящее время происходит формирование частных теорий таких судебных экспертиз, как экологические, компьютерно-технические, лингвистические и многие другие.

Вопросы для самопроверки

1. Понятие и классификация частных теорий, учения в общей теории судебной экспертологии.

2. Учение об экспертной идентификации: сущность, принципы, формы экспертного исследования.

3. Учение об экспертной диагностике как разновидности криминалистической диагностики.

Глава 5. ПОНЯТИЕ СУДЕБНОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ, ЕЕ ПРЕДМЕТ, ЗАДАЧИ, ОБЪЕКТЫ, МЕТОДОЛОГИЯ

§ 5.1. Понятие судебной экспертизы, ее предмет

Понятие «экспертиза» (эксперт: от лат. expertus — знающий по опыту, опытный, испытанный, проверенный) используется в науке и практике для обозначения исследований, требующих использования профессиональных знаний. Результаты экспертизы получают опытным путем с помощью специального инструментария — экспертных методик.

Экспертизы производятся практически во всех сферах человеческой деятельности. Это могут быть так называемые государственные экспертизы, осуществляемые органами исполнительной власти и другими государственными органами; такие экспертизы могут быть как межведомственными, так и внутриведомственными. Например, проблемы, связанные с изменением перечней работ, производств, должностей, профессий, дающих право на льготное пенсионное обеспечение и дополнительные отпуска, разрешаются государственной экспертизой условий труда³⁰.

Термин «государственная экспертиза» употребляется и в другом значении. Так именуются учреждения и организации, осуществляющие специальные исследования в той или иной области по заданиям государственных органов.

Экспертизы качества и безопасности товаров (работ, услуг), а также экспертизы по фактам нарушения прав потребителей обеспечивают государственную и общественную защиту прав и интересов потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни и здоровья, на получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах)³¹.

Любая экспертиза представляет собой прикладное исследование данного рода объектов и производится в соответствии с правилами, определяемыми спецификой ее предмета и кругом необходимых для осуществления экспертизы сведений из конкретных областей науки и техники. Объектами экспертиз в широком смысле являются вещества, материалы, промышленная продукция и иные изделия, технологии, художественные произведения, растения, животные, человек, документы и многое другое. Цели и задачи экспертизы определяются сферой человеческой деятельности, в рамках которой она производится.

Судебная экспертиза — это отличная от других специфическая разновидность экспертиз, обладающих особым статусом. Сходство ее с экспертизами в других сферах человеческой деятельности заключается в том, что она, по сути, является исследованием, основанным на использовании специальных знаний. Однако далеко не любое исследование может именоваться судебной экспертизой, поскольку эти экспертизы выполняются в ходе судебного исследования по гражданским и уголовным делам, делам по административным правонарушениям. Кроме того, судебные экспертизы производятся при рассмотрении дел в Конституционном Суде.

Основания и порядок назначения судебных экспертиз по уголовным, административным и гражданским делам, делам об административных правонарушениях определяются УПК, ГПК, АПК, КАС и КоАП, а также ФЗ ГСЭД. Эти нормативные акты устанавливают права и ответственность лиц, принимающих участие в производстве судебной экспертизы, их правоотношения, содержание составляемых при этом основных процессуальных документов, регламентируют другие вопросы, связанные с порядком назначения и производства экспертизы.

Сравнительный анализ статей вышеназванных нормативных актов в части, касающейся судебных экспертиз, показывает, что основания и порядок назначения судебной экспертизы, права и ответственность эксперта, условия назначения повторных и дополнительных экспертиз во всех кодексах достаточно близки. Таким образом, судебную экспертизу от экспертиз, осуществляемых в иных сферах человеческой деятельности, отличают следующие признаки:

— подготовка материалов для экспертизы, назначение и производство ее с соблюдением специального правового регламента, определяющего наряду с соответствующей процедурой права и обязанности эксперта, субъекта, назначившего экспертизу, участников уголовного, гражданского, арбитражного, административного процесса;

— проведение исследования, основанного на использовании специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства или ремесла;

— дача заключения, имеющего статус источника доказательств.

В соответствии с ч. 2 ст. 118 Конституции, где указывается, что судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства, предмет судебной экспертизы составляют фактические данные (обстоятельства дела), исследуемые и устанавливаемые в гражданском, административном, уголовном и конституционном судопроизводстве на основе специальных знаний в различных областях науки и техники, искусства и ремесла.

Определение предмета судебной экспертизы в общем виде конкретизируется через определения предметов судебных экспертиз различных родов и видов. Так, предметом судебной компьютерно-технической экспертизы являются факты и обстоятельства, устанавливаемые на основе исследования закономерностей разработки и эксплуатации компьютерных средств, обеспечивающих реализацию информационных процессов, что зафиксированы в материалах уголовного, гражданского, административного дела, дела об административном правонарушении, а предметом судебной баллистической экспертизы — фактические данные, устанавливаемые при исследовании огнестрельного оружия, патронов и следов их действия, которые свидетельствуют о наличии (отсутствии) обстоятельств, относящихся к предмету доказывания по уголовному делу.

Заметим, что подразделение судебных экспертиз на роды и виды базируется на особенностях исследуемых объектов в совокупности с решаемыми экспертными задачами, которые находятся в неразрывной связи с предметом данного рода или вида экспертизы.

§ 5.2. Задачи судебной экспертизы

Среди основных задач, разрешаемых судебными экспертизами, по характеру основных целей экспертного исследования можно выделить идентификационные задачи, направленные на отождествление объекта по его отображениям (в частном случае — следам). При решении идентификационных задач в объектах идентифицируемом (отождествляемом) и идентифицирующем (с помощью которого производится отождествление) выявляются общие (групповые) и частные признаки, производится их сопоставление и на основе совпадения совокупности частных признаков устанавливается индивидуально-конкретное тождество.

Если частных признаков для индивидуализации оказывается недостаточно, то решение идентификационной задачи завершается установлением групповой принадлежности объекта, т. е. его принадлежности к некоторому множеству (группе) однородных объектов на основе изучения свойственных всем объектам данной группы общих признаков. Определение групповой принадлежности является первоначальным этапом всякого идентификационного исследования. Определив совпадение общих признаков, переходят к частным. Однако далеко не всегда индивидуальная идентификация возможна. Если нет достаточной совокупности частных признаков, приходится ограничиваться установлением групповой принадлежности (например, констатировать, что убийство совершено одним из пяти ножей). Чем больше число исследуемых признаков, тем меньше количество однородных объектов, составляющих группу.

Разновидностью установления групповой принадлежности является определение единого источника происхождения объектов. Например, бумага, на которой напечатаны поддельные денежные знаки, и бумага, изъятая при обыске у подозреваемого, изготовлена на одном и том же целлюлозно-бумажном комбинате; пуговица, обнаруженная на месте убийства, и пуговицы, оставшиеся на пиджаке подозреваемого, принадлежат к одной партии. Признаки могут определять состав и структуру вещества или материала, отражать технологию производства или условия хранения объектов и т. п.

Идентификационные задачи формулируются в виде вопросов о тождестве конкретных объектов (например, установление лица, исполнившего документ, по почерку); о принадлежности объектов к конкретной группе (например, повреждение нанесено одним из четырех ножей); об установлении единого источника происхождения объектов (например, установление фабрики-изготовителя и принадлежности к определенной партии бумаги, на которой напечатаны поддельные денежные билеты); о принадлежности объекта к единому целому, единой массе (например, принадлежность осколка, обнаруженного на месте ДТП, фарному рассеивателю данного автотранспортного средства); об изготовлении (выполнении) нескольких объектов одним и тем же лицом.

Другая группа задач — диагностических — состоит в выявлении: механизма события; времени, способа и последовательности действий, событий, явлений, причинных связей между ними; природы, качественных и количественных характеристик объектов, их свойств и признаков, не поддающихся непосредственному восприятию, и т. д. (например, каков механизм возникновения пожара или взрыва; каковы состав и технология изготовления данного пищевого продукта, как он отличается от продукта, изготовленного в соответствии с утвержденными