Нурия Нафикова
Моя Родина

«В идеальных отношениях чистая любовь и грязный секс дополняют, а не исключают друг друга».

Брайнанна Рид, «Ветви дуба»

Пролог. Дар. Вершина

– О, Дар, привет! Сто лет, сто зим… Какими судьбами?! – мелодичный женский голос вырывает меня из плена своих мыслей.

Поворачиваю голову на звук, и рефлекторная приветственная улыбка застывает на лице подобно посмертной маске – потому что вижу, кто окликнул меня.

Твою мать… Надо было глухим притвориться. Но уже поздно.

– Ты бы подошёл хоть – поздороваться, а?!

Иду к столу, за которым восседает честная компания. Расфуфыренная, как павлин в брачный период, подруга моей покойной жены, Алина и её лысоватый муж-банкир сидят у панорамного окна. Напротив стоит ещё какой-то незнакомый мне длинный «шейх» затянутый, как в презерватив, в строгий, идеально сидящий костюм. Стильный галстук завязан так туго, что парень рискует задохнуться.

И какой чудак может припереться в костюме на горнолыжку?!

– Даниил, я уж думал и не встречу тебя больше, – Алинин муж привстаёт с кресла и протягивает мне свою холёную ладонь.

– Да замотался, дела, – крепко пожимаю его руку.

Он, вообще-то, ничего мужик, хороший, когда рядом Алины нет, даже шутит – это ему в плюс. Минус – начинает много пить. И спрашивать девочек. Лет пять назад водил его только мужиками в баню, так он уже через полчаса орал в караоке «рюмка водки на столе», а через час заказал каких-то потрёпанных шлюх.

Неужели, нормальных не мог найти?!

Подозреваю, именно поэтому Алина всегда рядом с мужем, а у него при этом всегда кислая мина: жена плотно его сторожит. Кстати, после того случая мы вместе с Наваром, или Анваром Махмутовичем Ирхановым, в баню больше не ходили.

Перевожу взгляд на саму Алину. Та мило улыбается мне, а в глубине лучистых глаз вспыхивает лёгкое пренебрежение и настороженность, когда немного подаюсь навстречу.

Боится, что обниматься полезу?! Да, я могу…

Демонстративно раскрываю объятия гражданке Ирхановой, от чего она предсказуемо шарахается от меня, вжимаясь в кресло и закрывая руками свой белоснежный джемпер.

– Ты чего такой грязный, Дар? Как из шахты, – бормочет.

Вид у меня и правда, непрезентабельный. Я тут один за всех, и швец, и жнец, и на дуде игрец. Ратрак снова сломался, механик запил, приходится быть мастером на все руки!

– Значит, обниматься не будем? Мы же друзья, – возмущаюсь, испытывая нездоровый азарт. Флирт средней степени тяжести – мой любимый спорт.

Нервно хохотнув, Алина качает головой.

– Мысленно тысячу раз тебя обняла, – идёт на мировую и поворачивается к незнакомому мне «шейху».

– Дар, познакомься, это Салман, компаньон Анвара, наш будущий кияу. Салман, Даниил – наш старинный друг, владелец этого отеля.

У парня с сальным именем на это вытягивается его арабско-аристократическое лицо. Надменный взгляд  выразительно ползёт по моей рабочей одежде и застывает на чёрном пятне на рубашке у самого ворота. Протягиваю ему руку, просто, потому что так положено. Вяло пожимает, будто сил у него осталось на последний вздох.

– Приятно познакомиться. Вы очень… аутентичны, Даниил. Олицетворение этого места, – выдаёт он оскорбление, замаскированное под комплимент, сверля меня своими жгучими глазами.

Точно, чудак!

Поворачивается к Алине, и становится понятно, что дно ещё не пробито.

– Ваш друг? Очень неожиданно… – сладко улыбается «шейх», – Словно, из разных миров, вы с Анваром Махмутовичем такие утончённые…

Ничего себе! Интерьер в альпийском стиле, любовно спланированный и почти наполовину собственноручно оформленный покойницей Марией, ради деталей которого она облазила все блошиные рынки и барахолки России, Европы и Израиля  – этому хлыщу недостаточно утончённый…

Он не охренел ли, пороть такое прямо при мне?!

Невольно сжимаю кулаки и представляю, как пробиваю хэдшот в холёную морду, потом пинаю корчащееся тело и зову охрану, чтобы вышвырнули наглеца в снег, остыть.

Но вслух говорю:

– Вас никто здесь не держит.

 Алина на это вспыхивает и упрямо поджимает губы.

– Первое впечатление бывает обманчивым, – выдаёт хитрая татарка и встаёт со своего кресла, улыбаясь кому-то за моей спиной.

Оглядываюсь и заворожённо наблюдаю за очаровательной девушкой в розовом кардигане, белом топе и утеплённых леггинсах. Милейшее создание, отдалённо напоминающее Алину в молодости, грациозно подходит к нам и кивает всем присутствующим. Тонкая кисть ложится на талию «шейха», тёмные миндалевидные глаза изучают его снизу-вверх. Он наклоняется к ней, и нимфа коротко целует его в губы, при всех. Немного отстраняется. Его взгляд, едва заметно, масляно сверкает, блуждая по её лицу и смуглой гибкой шее.

Чувствую, как по щекам начинают ходить желваки. Кошусь на Навара, тот чуть ли не хвостом под столом бьёт от неприятия ситуации. Скривился.

– Даниил, помнишь нашу Лилечку?! Какая красавица выросла, вся в мать…

– Признаюсь честно, не признал… Как быстро чужие дети растут!

– Кстати, нам до сих пор не принесли закуски, – ворчит «шейх», смотря на меня в упор и кивая на, действительно, пустой стол.

– Сейчас я их потороплю, – вежливо улыбаюсь на это, – Я, всё-таки, хозяин.

– А я в бар, – сладкозвучно тянет Лиля, – Горло пересохло, умираю от жажды…

Слышу, как за моей спиной шипит Алина:

– Салман, зря ты так! – в голосе сквозит осуждение, – это бизнес его покойной жены, тянет всё ради сына-инвалида. Дар – главный врач одной из лучших столичных клиник.

– Почему «Дар», если Даниил? – уточняет «шейх».

– Даниил Аронович Родин – ДАР, прилипло ещё со студенческих времён.

Больше уже ничего разобрать не могу, плетусь за Лилей, засунув руки в карманы брюк. Взгляд не может оторваться от её задницы, плотно обтянутой леггинсами. О-о-очень соблазнительно обтянутой, потому что мысли в голову при виде, как игриво ходят её ягодицы, лезут совершенно неприличные. И, видимо, не только у меня одного, судя по масляному блеску в глазах сального «шейха». Облизываю губы, представляя фантомный вкус Лилиного поцелуя, картинки, уже не помню когда реализованного секса, мелькают в голове. Её бы в коленно-локтевую…

Сколько месяцев у меня не было женщины?! Полгода…

Пора завязывать с целибатом! На детей друзей уже засматриваюсь…

– Дань, ты бы в таком виде не расхаживал по кухне, – рычит на меня шеф-повар, стоит мне зайти туда и захлопнуть за собой дверь, – Как бомж!

Моргаю, стараясь побыстрее прогнать интимные образы из головы. Мне тут походу опять мозг собираются трахнуть, а не другое место, а я как-то не готов.

– Что не так?! – выгибаю бровь и оттесняю его ближе к подсобке, потому что уже вся кухня пялится на нас.

– Антисанитарию мне разводишь! – закатывает глаза «главный по кухне», –  Нельзя в таком виде тут шастать, даже тебе, не говоря уже о  других!

– Мне можно, потому что я плачу другим зарплату, а не наоборот! – ставлю на место «воспитателя» и поворачиваюсь к остальным, – Ребят, побыстрее можно? Там за столиком у окна давно уже ждут… Мои знакомые, причём!

Показываю пальцем поварятам, чтобы развернулись к рабочим местам и приступали к своим обязанностям, а не грели тут уши.

– Это всё или есть ещё, что сказать? – давлю на своего шеф-повара.

– Пока всё! – напряжённо смотрит на меня в упор, скрестив руки на груди.

Как хочется всё продать и бросить… Как же хочется, а-а-а!

Но это собственность Макса. Терпи и тяни!

Мысли о старых знакомых Ирхановых, их лапочке-дочке, сражающей своей цветущей юностью наповал, и её высокомерном «шейхе» благополучно вылетели из головы, и я погрузился в другие рабочие вопросы высокого сезона горнолыжного курорта «Красная поляна».

Глава 1. Прошло полгода…

– Кызым, им в маркетинговый отдел нужен человек, чтобы с медосмотрами «Check-Up» работать, развивать это направление. И я предложил Даниилу Ароновичу тебя. Ты бы хотела попробовать?! Что…что ты молчишь?!

Атай меня всегда обожал, старался помочь и поддержать во всех начинаниях, и Салман ему не понравился с первого взгляда, терпел его ради меня…

– Ладно, пап! Медосмотры, так медосмотры… С чего-то надо начинать! Спасибо тебе огромное за всё!

Вся семья до сих пор пребывала в шоке. Никто не ожидал от домашней и послушной меня такого бунта. Не поставив родителей в известность, перевелась из Казанского Федерального Университета на заочку МГУ им. М.В. Ломоносова.

Моя специальность «Реклама и связи с общественностью. Event-дизайн и конгрессно-выставочная деятельность», окончила третий курс бакалавриата, готова приступить к работе. Отправила резюме в кучу PR-агенств на НН, но с реальными предложениями было не густо, поэтому вариант отца оказался, как нельзя, кстати… Смутно припоминала этого угрюмого вдовца, владельца ресторана на «Красной поляне», о котором долго щебетала потом асяй во время обеда. Перебирала разведённых подруг, готовых приласкать и отогреть сердце этого красавца, попутно переехав в столицу нашей Родины.

Наивная! Такие харизматичные мужчины не могу быть одиноки по определению, к ним очередь выстраивается на следующий день после похорон!

После недавнего сумбурного разговора с Салманом, о переносе даты нашей свадьбы на следующее лето из-за его отъезда на стажировку в Объединённые Арабские Эмираты, я не находила себе места в Казани, и решение о переводе в МГУ созрело в моей голове, буквально, за пару дней. Хотелось максимально загрузить себя работой и учёбой, чтобы не думать, не скучать, не ревновать… У родителей была своя квартира в Хамовниках, недалеко от станции метро «Спортивная», типа, удачная инвестиция, и атай выдал мне ключи, тайком от асяй, которая требовала, чтобы «никто моих безумств не поощрял». Собралась я быстро, не взяла ничего, кроме одежды по сезону и привычных гаджетов. Моё будущее жильё было полностью обставлено и укомплектовано всем необходимым для комфортного проживания, отец не любил гостиницы и часто там останавливался, прилетая в командировки.

«Ну, вот я и в Москве! Доброе утро, резиновая!»

Сегодня меня ждёт мой первый рабочий день. Пока моюсь в душе, сушу волосы, завтракаю, крашусь, потихоньку всё сильнее накрывает мандраж. Невольно вспоминаются слова Салмана, что я, вообще, ничего пока не понимаю в маркетинге, и что должность эта моим навыкам не соответствует. Я знаю, что он был прав. Я знала это сразу, но, когда соглашалась, мне казалось это некой игрой.

«А почему бы и не попробовать, да?»

Атай, условно стоящий за моей спиной, давал силы на эксперименты. Сейчас же я одна, бежать за помощью теперь не к кому, и мне важно прижиться на новой работе и показать себя. Важно, чтобы не говорили за спиной, что должность эту я получила только из‑за протекции отца. Важно, чтобы Даниил Аронович знал, что я пришла работать и зарабатывать, а не просиживать штаны и получать зарплату.

Многое стало важным и непростым. Ставки резко возросли.

Тщательно подбираю одежду, максимум делового стиля – минимум провокационной сексуальности. Не хочу давать ни малейшего повода решить, что готова с кем-то заигрывать и заводить отношения. Мой выбор падает на светлое, простое платье-чулок до середины бедра и песочный приталенный пиджак в тон. В уши вдеваю янтарные каплевидные серьги, разбираю непослушные тёмные пряди на прямой пробор. Кручусь, довольная собой, перед зеркалом, и в голове проносится Салмановским насмешливым голосом «такая деловая, что хочется трахнуть…».

Мысленно шлёпаю себя ладонью по лбу, думая, когда же я перестану, вести с ним этот незримый диалог, и выхожу из дома.

Почему- то была уверена, что клиника Даниила должна быть в каком-нибудь ультрасовременном здании из стекла и бетона. Если не в Москва-сити, то, по крайней мере, в чём-то похожем. Но каково же было моё удивление, когда навигатор привёл меня к старинному доходному дому, усыпанному каменными цветами, львами и горгульями. Уютный закрытый двор со своим сквериком, небольшая парковка, охранник тут же вышедший из своей будки и указывающий на место, где я могу оставить свою «матрёшку».

Выключив зажигание, с любопытством озираюсь по сторонам. Внутри нервно дребезжит. Самый центр, трёхэтажный длинный дом, явно представляющий историческую ценность. Несмотря на кажущуюся неброскость, не думаю, что его аренда обходится дешевле, чем снять часть этажа в башне «Федерация». Мандраж возрастает. А вместе с ним и щекотное тонкое предчувствие начала новой жизни.

«Ну, что ж, Лиль, ты готова, да? Тогда пошли…»

Внутри всё оказывается отделано белым гранитом с серебристыми прожилками. Туфли звонко и жёстко цокают по камню, пока подхожу к Регистратуре, но мне не сюда, оказывается. Обогнув здание и продемонстрировав документы, остаюсь ждать у Служебного входа. И через пять минут за мной спускается симпатичная белокурая девушка лет двадцати пяти в стильном синем сарафане и белой блузке.

– Лилия Анваровна, здравствуйте, я – Марина, специалист отдела маркетинга. Пройдёмте со мной, я Вам всё покажу.

– Приятно познакомиться, Марина! – сразу отвечаю я с робкой улыбкой, – Лучше, просто, Лиля и на «ты»! Мы же почти ровесницы…

Нас, наконец-то, запускают внутрь.

Марина заводит меня в зеркальный лифт и жмёт кнопку третьего этажа:

– Отдел у нас небольшой, одни девушки, на первом и втором этаже – клиника, на третьем – руководство, отдел кадров, маркетинг и бухгалтерия. Так, здесь за мной…

И бодро идёт влево по белоснежному коридору. Стены кабинетов стеклянные. Вижу всё, что происходит внутри, проходя мимо. Люди, словно, рыбки в аквариумах, заставленных типовой мебелью, обвешанных календарями и украшенных зеленью в горшках.

Пока не верится, что я буду сидеть так же…

Характерная офисная атмосфера нервирует почти до паралича. Смешно, но я никогда не работала ни в чём подобном. Свои правила, свои порядки…

Я впишусь сюда?!

Марина, тем временем, сворачивает направо, и мы попадаем в коридор с, наконец, глухими стенами. Только строгие таблички рядом с массивными дверьми. Здесь царит представительная тишина. Даже цокот моих шпилек скрадывается мягким светлым ковром.

– Здесь будет мой кабинет? – интересуюсь у потенциальной коллеги.

– Нет, мы к Эльзе Альбертовне, директору по маркетингу. Она очень хочет познакомиться, а потом уже пойдём к нам, – улыбается Марина через плечо.

– М-м-м, ясно, – вздыхаю, одёргивая пиджак.

Значит моя непосредственная начальница, да?!

Интересно, что обо мне рассказал Даниил Аронович?! И как?!

Не хотелось бы сходу столкнуться с предубеждением…

Марина, тем временем, распахивает передо мной одну из массивных дверей и входит внутрь первая.

– Эльза Альбертовна, привела, – бодро рапортует.

Глава 2. Железная Эльза

Делаю шаг внутрь вслед за ней. И тут же попадаю под холодный, препарирующий взгляд суховатой, очень ухоженной женщины лет пятидесяти.

– Здравствуйте, – кашлянув, подаю голос.

– Ну, здравствуйте, Лилия Анваровна, – тянет женщина, глядя на меня поверх дизайнерских очков с тонкой оправой, – Проходите, рассказывайте, чем же Вы у нас так хороши. Очень Даниил Аронович Вас хвалил… Я заинтригована…

И сказано это таким едким ледяным тоном, что коленки мои рефлекторно чуть подгибаются, в памяти всплывают школьные годы и нервны перед экзаменами, а в мыслях малодушно стучит, что, надеюсь, Даниил Аронович меня не только хвалил, но и запретил в первый же день уволить.

Ты большая девочка, Лиля… Без пяти минут дипломированный специалист!

Это приходится напомнить себе, пока я, расправив плечи и вздёрнув подбородок, неспешно подхожу к стулу для посетителей напротив скептически взирающей на меня потенциальной начальницы. Сажусь, закинув ногу на ногу и незаметно оправив юбку. Эльза Альбертовна напротив едко хмыкает, или мне только кажется, но я всегда была очень чувствительна к таким моментам.

Это Салман у меня заметит косой взгляд, только если на него вывалится взявший слишком острый угол чужой глаз. Поразительная, непрошибаемая самоуверенность… Хм-м-м, почему я думаю о бросившем меня парне даже сейчас?!

– Мариночка, оставь нас, – Железная Эльза, тем временем, царским жестом отпускает мою провожатую.

Та исчезает мгновенно, и мы остаёмся в просторном светлом кабинете одни. Откашливаюсь, пока суровая дама напротив со скорбным видом поправляет на переносице очки.

– Что ж-ж-ж… Лилия Анваровна… – раскрывает перед собой папку, пробегается глазами по чёрным печатным строчкам, – 20 лет… Образование неоконченное высшее по специальности «Реклама и связи с общественностью». Официально не работали… Так, вижу… Хм-м-м… Ясно… Мне всё ясно!

Директор по маркетингу резко захлопывает папку, заставляя меня слегка подпрыгнуть на стуле, и подаётся ко мне через стол, сложив пальцы домиком.

– Лилия Анваровна, Даниил Аронович предложил Вас на должность, на которой у нас до этого момента никто отдельно не работал. Да, мы, действительно, искали человека, который будет заниматься продвижением, именно, медосмотров «Check-Up», но надо понимать, что в готовом варианте Вам дела никто не передаст – их просто нет, и Вам придётся начинать строить свою работу практически «с нуля», не получая чётких указаний. Я же вижу по Вашей нулевой «трудовой» биографии, что опыта у вас нет, – её низкий голос вкрадчивый и с явными нотками снисходительного превосходства…

«Что не может не бесить! Я прекрасно понимаю подтекст каждого её слова. Что я не подхожу! И в ответ мне дико хочется доказать обратное! Ну, что там я должна сделать?! Продумать, как продавать предприятиям и пациентам их медицинские осмотры, состряпать презентацию и привлекательно оформить пакетный продукт?! Пф‑ф‑ф… Я могу продать и красиво обернуть всё, что угодно! И она что?! Реально думает, что для этого нужно какое‑то особенное образование, и я не смогу?!»

Облизываю губы, чувствуя, как под тонким слоем тона, начинают лихорадочно гореть щёки. И, наверное, взгляд мой начинает воинственно поблёскивать, потому что Эльза Альбертовна делает короткую паузу и впервые с искренним интересом смотрит на меня.

– Меня это не пугает. У меня есть опыт в продажах, рекламе, планировании, гибкий ум и прекрасные коммуникативные навыки. Просто, обозначьте чётко, какой результат Вы желаете получить от меня на выходе, – очаровательно улыбаюсь в ответ на её пристальный взгляд.

И самое смешное, что не вру. Меня вдруг на самом деле ничего не пугает! Я так мечтала о возможности что-то кому-то про себя доказать, что сейчас ощущаю щекочущий, подрывающий с места, азарт. Если эта Эльза Альбертовна хочет, просто, меня завалить перед Даниилом Ароновичем, то устанет задачи нарезать! Может, это всё ребячество, но у меня даже подушечки пальцев зачесались от желания добиться прекрасных результатов в ответ на её скептицизм.

– Хм-м-м… – Железная Эльза стучит ручкой по столу, – Что ж… Раз Вы рвётесь в бой, а это не может не радовать, то давайте попробуем.

А потом вдруг тише и доверительней:

– Вы меня тоже поймите, Лиля, могу же я Вас так называть? Я знаю, что Вы добрая знакомая Даниила Ароновича и, если Вам, просто, необходима работа, могу предложить Вам другую, менее ответственную должность в своём отделе. Оклад фактически такой же, но Вы будете работать в команде, ответственности меньше, как и задач. Вы бы…

– Спасибо, я поняла, – перебиваю щедрую даму, начиная уже искренне улыбаться, – Не переживайте, я справлюсь. И, на всякий случай, уточню – нас с Даниилом Ароновичем, кроме шапочного знакомства, ничего не связывает. Возможно, он просто… Поверил в меня.

– А, да?! – у Эльзы Альбертовны чуть поднимаются брови над дужками очков, – Это хорошо, что уточнили. Ладно, я, кажется, удовлетворена. Пойдёмте, отведу Вас к Марине, основная масса Ваших будущих обязанностей пока возложена на неё.

– Твой стол рядом с моим рабочим местом, и я уверена, что мы сработаемся, – улыбаясь, встречает меня Марина и тут же начинает бодро щебетать об условиях моей новой работы.

Немного погодя, провожает меня до отдела кадров, где я часа два заполняю анкеты, пишу заявления, изучаю Правила Внутреннего Трудового Распорядка, Этический Кодекс Компании, получаю личный бейдж с фотографией и персональный «ключ от всех дверей».

– Лиль, на обед пойдёшь?

– А? – отрываюсь от очередной папки и с трудом фокусирую взгляд на Марине, моей соседке по стеклянному аквариумному кабинету.

В принципе, здесь мило. Пространство не давит, не душно, сотрудницы устроили целую оранжерею по углам, чувствуется, что к зонированию и подбору мебели привлекался дизайнер, но… Эти стеклянные стены и перегородки между столами меня добивают. И пока я по уши не увязла в папках, которыми меня нагрузила Марина, чувствовала себя очень не комфортно. Чудилось, что весь отдел пялится только на меня. Впрочем, может быть, так и было. Я же новенькая!

– Э‑э-эй, работяга! – Марина щёлкает пальцами у моего носа, и замечаю за её спиной ещё двух ждущих нас девушек, – Пойдём, покажу, где кафе.

– Эм-м‑м, – хмуро обзираю фронт работ, заваливший мой письменный стол, кошусь на включенный моноблок и, вздохнув, соглашаюсь.

В конце концов, меня никто не торопит – Эльза Альбертовна благосклонно выделила для ознакомления со всеми материалами неделю.

– Да, пошли, спасибо, – выключаю компьютер, откапываю телефон и достаю из ящика стола свою сумку.

– За что спасибо, Лиль?

– За то, что зовёшь меня с вами, – улыбаюсь растеряно.

– А‑а-а, так мы познакомиться – посплетничать, – отмахивается та, – Говорят, тебя сам Дар протежировал к нам, это правда?!

И взгляд Марины вспыхивает неподдельным любопытством, что немного сбивает меня. Замедляю шаг, думая, как ответить, но тут телефон в моей руке оживает. Смотрю на экран. Ну вот… Вспомнишь хорошего человека… Дар.

Глава 3. Щедрый Дар

– Лиля, здравствуй, как у тебя дела? Уже устроилась? Извини, у меня была важная конференция утром, не смог лично тебя встретить. Но очень хотел…

– В этом не было необходимости. Всё отлично, спасибо, – улыбаюсь, поглядывая на Марину и её подруг, ожидающих меня.

Машу им, чтобы шли обедать без меня. Отчего-то чётко понимаю, что сейчас получу другое приглашение. Девчонки пожимают плечами слегка недовольно и скрываются за дверью.

– Лиля, ты слышишь?

– Извините, да.

– Я говорю, что уже освободился и около офиса. Не хочешь со мной пообедать? Заодно расскажешь свои впечатления. Мне, действительно, очень интересно…

– Хм-м-м, – тяну, делая вид, что раздумываю.

– Уверен, ты уже успела подметить то, что я никогда не замечал.

– Льстите? – легкомысленно фыркаю.

– Работает? – бархатно интересуется Дар, усмехнувшись.

– Что ж, пожалуй, да. И я готова с Вами пообедать, – улыбаюсь.

– «Портофино» напротив нашей клиники. Я уже здесь и жду тебя.

Небольшой уютный ресторан итальянской кухни, и правда, оказывается прямо через дорогу. Отдаю пиджак в гардероб и следую за улыбчивой девушкой-администратором в самый конец узкого, заставленного мягкими диванами и массивными столами зала.

Даниил выбрал дальний столик на двоих у окна-витрины. Сидит вальяжно, положив руки на удобные подлокотники кресла-стула, и улыбается одним уголком губ, медленно скользя по моей фигуре оценочным взглядом, пока иду к нему.

Не помню, когда на меня ещё смотрели так.

С нескрываемым ленивым интересом.

Кажется, вообще, никогда.

У Салмана совсем другой взгляд – жадный, напористый, открытый, прямой… Даниил же взирает на меня как на диковинную статуэтку и, кажется, пытается определить мою истинную стоимость. Я, словно, картина в аукционном доме, которую придирчиво осматривает оценщик. Меня это не напрягает, но невольно заставляет слегка покраснеть и занервничать.

– Привет, – Даниил Аронович встаёт со своего места, стоит мне подойти ближе, и галантно отодвигает передо мной стул, – Рад, что ты согласилась пообедать со мной. Тебе очень идёт это платье, Лиля.

– Спасибо, – усевшись, разворачиваю перед собой меню.

Аппетита нет. Ничего не хочется. Слишком насыщенный день, и он ещё не кончился. Руки немного дрожат.

– Посоветуете что-нибудь? – выгибаю бровь, устремляя вопросительный взгляд на своего спутника.

– Ты очень голодна?

– Нет.

– Тогда такая изысканная девушка как ты должна по достоинству оценить местные равиоли с креветками, – Даниил медленно проводит пальцами по идеально выбритому подбородку, разглядывая меня.

– Когда Вы называете меня изысканной, Даниил Аронович, мне хочется уличить Вас во лжи, – мягко кусаюсь, – Но морепродукты я, действительно, люблю.

– Помню это по Красной поляне, Лиля, ты их постоянно заказывала, – криво улыбается Родин, подзывая щелчком пальцев мнущегося неподалёку официанта.

А у меня вот улыбка моментально исчезает от напоминания о той поездке.

Тогда я была с Салманом, строила планы, мечтала о свадьбе…

Опускаю взгляд, расправляя на коленях салфетку. Не хочу, чтобы Дар что-то прочитал по моему лицу. Но он, всё равно, чувствует, и над нашим столиком на секунду повисает напряжённая тишина. Спасает подошедший официант. Делаю заказ, и момент немного сглаживается.

– У меня к тебе большая просьба! Давай, обойдёмся без имени-отчества и будем общаться на «ты». Это там мы – начальник и подчинённая, – И Дар небрежно машет рукой в сторону клиники, – А за её пределами мы, просто, мужчина и женщина, взрослые и свободные, если я правильно понял твоего отца…

– Всё верно, я постараюсь… Даниил…

– Итак, Лиля, расскажешь о своём первом рабочем дне? Как тебе офис, сотрудники, должностные обязанности? Мне интересен свежий взгляд, – предлагает Даниил, принимаясь за свой салат.

– Легко! – заговорщицки улыбаюсь, продолжая – Эльза Альбертовна показалась мне очень интересной…

Стоит заговорить о моей новой работе, и неловкая скованность между нами тут же исчезает. Даниил, действительно, умеет слушать и поддерживать беседу. Он сидит напротив, практически не притрагиваясь к еде, и всё так же внимательно и одновременно вальяжно отслеживая каждый мой жест, улавливая каждое слово. Я чувствую эмоциональное возбуждение от этого. Начинаю шутить, мы смеёмся вместе, и становится совсем легко. Отпускаю себя, начинаю тоже в открытую оценивать мужчину напротив, постепенно всё больше вовлекаясь в эту игру.

Да, для меня это игра.

Я не влюблена даже капельку, и сейчас мне, вообще, сложно представить, что ещё раз испытаю это чувство. Салмана так много в моём сердце, что, даже затоптав всё грязными сапогами, он и не собирается уходить.

Но ведь жизнь продолжается, верно?!

Мужчина напротив меня практически безупречен. Приятная, холёная внешность, очень ухоженный, знающий себе цену, зрелый, галантный, остроумный, и в тоже время обладающий внутренней силой, которая чувствовалась в каждом его скупом выверенном движении и горделивой посадке головы. И мне льстит, честно признаюсь, внимание такого взрослого статусного поклонника.

Льстит, светит, но… не греет.

Внутри меня уже, наверное, невозможно согреть. Зато прекрасно себя контролирую рядом с Даниилом, легко использую милые женские манипуляции, о которых с женихом почти забыла. С первых дней знакомства с Салманом меня так колотило от желания обладать, что больше напоминала влюблённую простоватую дурочку, чем недоступную соблазнительницу.

С Даниилом же можно играть, сколько угодно, так как я не переживаю за результат. Да и, вообще, пока плохо себе представляю реальные с ним отношения. Даже при мысли о поцелуе… Мой взгляд рефлекторно опускается на его чётко очерченные губы, и вдоль позвонков пробегает липкий холодок, отдаваясь слабостью в кончиках пальцев.

Нет, наверное, даже это пока не смогу…

Даниил замечает, что смотрю на его рот, и истолковывает меня неправильно. Во взгляде тут же начинает тлеть опасный огонёк. Делаю вид, что ничего не изменилось.

– Кстати, все в курсе, что ты лично поставил меня на эту должность, – продолжаю наш разговор, отпивая безалкогольный апероль, – Меня уже попытались утащить на обед в кафе и там с пристрастием допросить.

– И что бы ты рассказала? – улыбается, откидываясь на спинку стула и чуть прищуриваясь.

– Как раз хотела спросить, что и как можно рассказать.

– Здесь у тебя полный Carte Blanche, Лиля! Я смиренно соглашусь с любой твоей версией.

– Даже не возражаете, если она будет… Хм-м-м… Довольно личной? – прикусываю губу, ведя пальцами по коктейльной трубочке.

Плотоядный огонёк в его изумрудно-зелёных глазах становится ярче.

– Как раз, этого я бы очень хотел… – говорит более низким голосом с бархатным оттенком, – И когда ты прекратишь мне «выкать»?!

Улыбаюсь, опуская глаза, щёки горят, но это, просто, с непривычки.

Я не флиртовала сто лет! Вот так, зная, что могут быть последствия…

Когда ты помолвлена, у тебя воображаемый кулак жениха у носа вместо последствий… И потому никакого азарта. Сейчас же меня слегка накрывает. Решаю продолжить идти по тонкой грани, не пересекая саму грань.

– Мама говорила, что у тебя есть содержанка, – поднимаю на Даниила хитрый, влажный взгляд, – Красотка, фотомодель…

Раз уж он такое заявляет, то я тоже могу всё прямо спросить. На его лице застывает улыбка. Не ожидал. Взгляд становится жёстким, медленно блуждает по моему лицу.

– Тебе, просто, интересно, или ты хочешь, чтобы я от неё избавился?

– А ты избавишься, если я захочу?

– Если у нас что-то будет, то да, разумеется – он говорит это, чеканя каждое слово, как будто вбивает в них смысл.

Мои щёки вспыхивают ярче. Похоже, грань я, всё-таки, перешла…

Отсутствие практики таких разговоров сказывается.

– Я не фотомодель, – фыркаю, сама не зная, почему это ляпнула, раньше не замечала за собой подобных комплексов.

– Нет, ты лучше… Она, просто, постоянная женщина, Лиля. После смерти жены я достаточно долго был один, но это сложно… И я не в том возрасте, чтобы каждый раз кого-то искать. А ты… – у Даниила улыбаются только губы, он обрывает сам себя и очевидно подбирает слова, а мне вдруг дико любопытно, что он хотел сказать в первоначальном варианте, – Ты, действительно, интересуешь меня.

– Мы почти не знакомы, – замечаю резонно.

– И я хотел бы это исправить. У моего доброго знакомого юбилей в эти выходные. Отличный комплекс на берегу озера с собственным SPA-салоном. Я бы хотел пригласить тебя. Это ни к чему не обязывает, у тебя будет отдельный номер. Мы отлично проведём время, и у нас будет шанс познакомиться поближе.

– Я… – слегка теряюсь от такого поворота.

Это вдруг как-то слишком серьёзно всё. Не свидание в ресторане после работы, а вот так… С одной стороны, действительно, ни к чему не обязывает, а с другой – это совсем иной уровень близости. Я и на первый-то готова не была. Да и эти выходные совсем скоро…

– Что «ты»?! – Даниил чуть хмурит брови, – У тебя уже есть какие-то планы?!

– Я?! Нет! – отрицательно мотаю головой, возможно, слишком энергично, потому что Даниил только хмурится ещё сильнее.

– Тогда в чём проблема, Лиля?! Проведи это время со мной. Повторюсь, это ни к чему тебя не обязывает…

Наши взгляды встречаются. Я в растерянности.

«Ни к чему не обязывает…»

Очень скользкая, размытая формулировка. Но, с другой стороны, я ведь с ума сойду, пока буду сидеть одна в квартире, а Салман в это время в нескольких тысячах километрах развлекаться с… Может быть, правда…

– Сегодня только понедельник. До пятницы я подумаю, хорошо? – очаровательно улыбаюсь Даниилу, отпивая коктейль из трубочки.

Он улыбается мне в ответ. Вальяжно, как довольный чеширский кот.

– В течение этих пяти дней я могу пытаться повлиять на твоё решение?

– Ты можешь попробовать, – благосклонно соглашаюсь.

Глава 4. Прогулка по набережной

Наверное, именно, поэтому вечером в среду согласилась снова встретиться с Даниилом, по крайней мере, себе я объяснила это так. После совместного обеда в понедельник наедине мы больше не оставались. Он пригласил пообедать вместе и на следующий день, но я сослалась на то, что пока не хочу лишних сплетен.

Девчонкам из офиса выдала облегчённую официальную версию моего появления в их коллективе. На фоне переезда мне срочно нужна была новая работа, и Даниил, старинный приятель моего отца, соизволил меня выручить. Как только девушки услышали, что я переехала в Москву из-за разрыва с женихом, Родин тут же был забыт, и на меня градом посыпались вопросы о Салмане. Таким образом, коситься на меня, думая, что я любовница главврача, практически, перестали.

Даниил выбрал камерный ресторан неподалёку от моего дома. Конечно, очень дорогой, специализирующийся на морепродуктах, и заказал нам бутылку коллекционного вина. Я уже заметила, что он позёр во многом, но меня это не раздражало. Тихая музыка, приглушённый свет и уединённое расположение столика располагали к откровенным беседам. Даниил всё так же мягко улыбался, скользя по мне внимательным изучающим взглядом, а я поймала себя на мысли, что привыкаю к нему.

Мужская симпатия была так живительна и очевидна, что я совсем перестала чувствовать скованность в его обществе. Откинулась на спинку, утопая в мягком бархатном кресле, и с наслаждением маленькими глотками отпивала ароматное вино. Мы говорили о чём-то нейтральном – работе, вкусах, новостях, ведя глазами немного другой, более провокационный разговор. Это легонько щекотало нервы и низ живота и, казалось, что я почти забыла о том, что в груди у меня зияет чёрная дыра, способная высосать всю радость из этого помещения.

Но так лишь казалось…

Потому что, стоило Даниилу спросить, решилась ли я поехать с ним на выходные, а, услышав отрицательный ответ, поинтересоваться, не сошёлся ли мой бывший с той девушкой, с которой поехал на стажировку, как вечер для меня закончился. Меня, словно, кулаком ударили в солнечное сплетение. Воздух со свистом вылетел из лёгких, повлажневшие ладони заледенели.

Я видела по впившемуся в меня взгляду Родина, что он сделал это нарочно. Решил напомнить мне, что я зря затягиваю наше сближение. Ведь, скорее всего, меня уже никто обратно не ждёт. Но это было так больно и неожиданно, что и мужчину напротив мне захотелось придушить не меньше, чем бывшего жениха, возможно изменяющего мне сейчас.

Дар тут же понял свою ошибку, сощурился, принял скорбный вид.

– Лиля, прости, если я сказал, что-то не то…

– Нет, всё нормально, – пробормотала глухо, – Знаешь, уже поздно, мне пора домой. Давай, попросим счёт?

– Лиля, не убегай, я всего лишь сглупил, был бестактен. Больше это не повторится, – он попытался накрыть мою ладонь, лежащую на столе, своей.

– А я всего лишь сказала, что мне уже пора, – пыталась говорить спокойно, держа лицо нейтральным, но голос предательски странно звенел, как натянутая до предела струна, – И, если тебе интересно, то нет. Вроде бы, не сошёлся… Официант, можно счёт?

Мы вышли на улицу, и невольно застыла в нерешительности напротив Дара. Не слишком ли я болезненно реагирую?! Сомневаюсь…

Втягиваю воздух, и нос щекочет запах морской туалетной воды и тёплый естественный аромат кожи. Приятная до мурашек смесь, даже немного ёжусь, прежде чем состроить беспечное выражение лица и гордо встретить его пристальный оценивающий взгляд.

– М-м-м, спасибо за прекрасный вечер, – тянет Дар, не спуская с меня глаз.

– Тебе спасибо, – улыбаюсь, переплетая пальцы за спиной.

Он молча кивает и смотрит в упор, начиная, едва заметно, самодовольно ухмыляться, от чего чувствую себя полной идиоткой!

– Ну, я пойду?! – кусаю губы.

Равнодушно пожимает плечами, лениво разглядывая меня, словно, ждёт, что я ещё придумаю, чтобы продолжить разговор. От этой мысли становится дико неудобно, пульс перестаёт частить, а нервное возбуждение моментально трансформируется в пожирающую изнутри неловкость.

– Ну, пока, удачи! – отступаю.

Даниил никак не реагирует, так и смотрит изучающе в упор. Бесит!

Да пошёл он…

Разворачиваюсь на пятках и, уже было, иду к своему дому, как вдруг кто-то мягко, но уверенно хватает меня за локоть.

– Прогуляться не хочешь, Лиль? – обходит меня, чтобы встать напротив, а локоть так и не отпускает.

В его пальцах чувствуется сила, хотя он совсем легко сжимает. И ещё они горячие. Кожа в месте прикосновения пылает, как будто от ожога.

– К-к-куда? – спрашиваю первое, что приходит в голову.

И тут же корю себя, потому что это звучит, как безоговорочное «Да!», а приличная девушка, просто, обязана «поломаться».

– Не знаю, – он беспечно пожимает плечами и, наконец, улыбается в полную силу, отчего наполовину заросшие щёки разрезают умопомрачительные глубокие ямочки, – Мы в центре Москвы, разве здесь некуда прогуляться? Погода отличная…

Отпускает мой локоть, а кожа всё так же горит, аккуратно поправляет съехавшую с плеча лямку моего сарафана, и вопросительно смотрит, засунув ладони в передние карманы светлых джинсов.

Меня разносит от противоречивых мыслей, мечущихся в голове.

Вот так сразу простить и продолжить вечер?! Хотя… Почему бы нет?!

– Давно не гулял в такой приятной компании, – добавляет Дар, и я решаюсь.

В глубине души я ведь, примерно, этого и хотела!

– Ладно, пошли…

Погода, и правда, чудесная! Августовское вечернее солнце ласково греет макушку, душный городской воздух разбавлен зеленью щедро посаженных вокруг деревьев и доносящейся от воды прохладой. Шум проезжающих мимо машин смешивается с тихим плеском поднимающихся волн от проплывающих по Москве – реке лодок и пароходиков. И мне так хорошо, что периодически сложно удержать неспешный темп нашей прогулки, и я то и дело, пружиня в своих белых кроссовках, обгоняю Дара и иду спиной вперёд, пока с ним болтаю. А он всё так же немного снисходительно смотрит, скупо улыбаясь, хотя теперь я понимаю, что это скорее особенность выражения его лица, чем реальная эмоция.

Есть люди, которые выглядят уверенными в себе в любой ситуации, и как бы чуть-чуть «выше» тебя, даже, если на самом деле, совсем не пытаются это транслировать. Я точно знаю, о чём говорю, – у меня папа такой же. Может, именно, от этого внутренне знакомого поведения моего нового поклонника я чувствую себя сейчас так легко и взбудоражено одновременно. И ноги так и норовят при каждом шаге оторваться от асфальта набережной.

– Держи, – Дар протягивает мне большой бумажный стакан капучино.

Забирает свой американо, расплачивается с уличным баристой, и мы дальше бесцельно бредём по набережной Москвы-реки.

– Так значит ты не москвич? – продолжаю наш разговор.

– Родился не в столице, – хмыкает Дар, отпивая кофе из стаканчика, – Но у меня есть московская квартира, если это для тебя так принципиально…

Хитро косится на меня поверх картона, а я прыскаю со смеху.

– Заманчиво, но давай уточним район и метраж! – хохочу.

– А, говорят, размер не главное, – страдальчески вздыхает.

– Надеюсь, тебе лично эту утешающую сказку никогда не рассказывали, – фыркаю я, вновь забегая вперёд и пятясь, чтобы видеть его лицо.

Зря. Потому что, именно, в этот момент в его зелёных глазах мелькает что-то хищное в ответ на мою двусмысленную шутку, и у меня по рукам волной рассыпаются мурашки.

– Не рассказывали. Чтобы мне такое сказать – даже близко нет оснований, – заявляет Даниил вкрадчиво и отпивает кофе.

Вижу, как двигается его кадык, когда он глотает. Щёки горят! Ещё и потому, что я невольно сразу стрельнула взглядом на его ширинку. Перестаю пятиться, отворачиваясь от него, и иду вперёд, чуть замедлив шаг, чтобы сравняться с ним. Я смущена, но он либо не замечает, либо не считает нужным замечать.

– А ты ведь ещё студентка? – переводит тему на меня, – Окончила третий курс и перевелась в МГУ. Такая умная?

Подтрунивание в его голосе мягкое, как похвала, и я довольно улыбаюсь, чувствуя, что меня погладили.

– Не то чтобы, – пожимаю плечами, – Скорее самой себе что-то доказать… Понимаешь, меня всю жизнь так опекают?! Втирают, что вся моя сила в семье и только в семье. Не знаю, непонятно говорю, наверное. Извини, не могу описать…

Смеюсь, разводя руками, фыркаю и снова забегаю вперёд. Лёгкая юбка летнего платья подлетает и мягко бьёт по бёдрам. Открыто улыбаясь, поправляю тёмную волнистую прядку, упавшую на лоб. У Дара в глазах опять что-то меняется, зелёный цвет становится глубже, плавясь. И мне горячо, просто, выдерживать его взгляд, который коротко мажет по всей моей фигуре, чуть задерживаясь на юбке, подлетающей на ходу.

– Да нет, я понял. А это решение только твоё. И заслуга будет тоже, – Дар подносит стакан своего кофе к моему, чуть притормаживая.

– Наверное, да, – киваю, и мы торжественно чокаемся.

Отпиваем и продолжаем нашу прогулку. Повисает пауза. От резких перепадов настроения и стремительного сближения меня чуть подташнивает, и кружится голова. И внутри мучительно и неспокойно. Это что? И есть «бабочки в животе»?!

Жаром окатывает всё тело, когда Даниил неожиданно берёт меня за руку, останавливая. Зачарованно кошусь на наши переплетённые пальцы и потому не сразу понимаю, что он мне говорит.

Глава 5. Гонка на гидроциклах

– Лиль, пойдём – нет? – повторяет Дар громче, указывая на плавучий пирс.

Поднимаю взгляд и натыкаюсь на ряд пришвартованных водных мотоциклов.

– Э-э-э, я в платье. И, вообще, как-то… не планировала, – неуверенно хмурюсь.

– Ничего, там гидрокостюм дадут, – Родин уже решительно ведёт меня в сторону проката.

Не знаю, что, именно, больше пьянит: тёплое солнце уходящего лета, серебристые брызги, летящие прямо в лицо, скорость и выпрыскивающийся от неё в кровь адреналин или то, как Дар посмотрел на меня, когда я натянула обтягивающий гидрокостюм. Мне кажется, этот тяжёлый оценивающий взгляд с совершенно определённым смыслом прилип теперь ко мне навсегда. И то, что мой начальник-поклонник в общении никаких таких намёков не делает, только ещё больше будоражит.

У меня, словно, душа расщепляется от этого скрытого подтекста. Он щекочет нервы, зажигает искорки в глазах и заставляет смеяться в два раза громче, когда Дар в очередной раз окатывает меня брызгами с ног до головы, резко тормозя в опасной близости от моего гидроцикла.

– А-а-а! Хватит! – я пытаюсь увернуться, выкручиваю руль так, что чуть не вылетаю.

– Эй, осторожней там! Не рухни! – он только смеётся, кружа рядом.

– Что не полезешь спасать?

– Может быть, не сразу… Дам тебе шанс проявить себя!

– Чудовище! – я почти искренне возмущена, но мне, всё равно, смешно, потому что адреналин и эндорфины в крови зашкаливают.

– Я тебе сейчас отомщу! – Убираю мокрую прядку за ухо и резко стартую к нему.

Мотор ревёт, ничего не слышно, но, кажется, Дар крикнул «Попробуй!» и тоже дал по газам. Гидроцикл жёстко подбрасывает на воде, пульс учащается от чувства опасности. Я почти лечу, наплевав на земное притяжение! Даниила не догнать, он бесстрашней, чем я, и развивает скорость больше. Уже вдалеке показывает рукой, что пора разворачиваться и направляется мне навстречу. Глушу двигатель, жду, покачиваясь на волнах, когда подплывёт. Дыхание частое-частое, поверхностное, как будто только что стометровку сдавала. Это от возбуждения…

Дар подруливает совсем близко, сбрасывая скорость, но в этот раз аккуратно, чтобы не обдать меня брызгами. Впрочем, зачем уже – я итак вся мокрая.

– Лиль, у нас время выходит, поехали сдаваться? – оглядывает мои мокрые волосы, вслух не комментирует, но так самодовольно улыбается!

– Дай тебя обрызгать, – облизываю губы.

Даниил выгибает бровь.

– У нас был честный бой.

– Один раз. Поддайся!

Чёрт знает, зачем мне это нужно, но буквально физическую потребность ощущаю!

– Мне за это что-то будет? – в голосе прорезаются более низкие нотки.

– Просто, дай! – смотрю ему в глаза.

Дар не, просто, выдерживает мой взгляд, но и ещё сильно укрепляет эту невидимую связь. Так, что и не отвернуться, и не моргнуть теперь. Перестаёт улыбаться и демонстративно медленно поднимает ладони вверх, как будто сдаваясь.

Приоткрываю рот о предвкушения, внизу живота узел завязывается. Так и смотрю ему в глаза, когда прокручиваю газ, резко выворачиваю руль в последнюю секунду, и он на пару секунд, просто, исчезает под столпом брызг. Хохочу, как ненормальная. Напряжение ухает и рассыпается разрядкой по телу, словно, с парашюта прыгнула. Дар отфыркивается, мотая головой и искоса поглядывая на меня.

– Счастлива, Лиль?

– Да!

– Значит, будешь должна.

Даниил легко спрыгивает на качающийся пирс, я же сползаю с гидроцикла, как каракатица, ещё и при помощи парня из проката. Буквально, заваливаюсь к нему в объятия после того, как хватаю за руку. Правда, ненадолго, потому что Дар обнимает меня за плечи и притягивает к себе. Где он успел раздобыть полотенце, я искренне не понимаю, но это не мешает мне покорно стоять близко-близко к нему, пока он достаточно бесцеремонно вытирает мне мокрые волосы.

– Ты как после ливня, – рассеянно бормочет.

Задерживаю дыхание, ничего не отвечая, чувствую жар его тела даже сквозь гидрокостюм, взгляд застывает на кадыке, двигающемся, когда он глотает. Это какое-то очень интимное действие. Почти такое же, как прикосновение его рук к моим влажным волосам… Оживаю только через пару секунд и резко выхватываю у него полотенце, делаю шаг назад.

– Спасибо! – дальше продолжаю сама.

Дар никак не реагирует, на то, как резко я от него отскочила. Вместо этого начинает переодеваться. Чтобы натянуть свой гидрокостюм, он снимал достаточно свободные джинсы, и сейчас невольно подглядываю на его крепкую задницу, обтянутую чёрными боксёрами. Почему-то это зрелище, наоборот, меня расслабляет и возвращает игривый настрой. Просто, он такой классный сейчас… И в его проявленной заботе ничего такого не было.

– Понравилось? – интересуется у меня, застёгивая ширинку.

– Ещё спрашиваешь?! Конечно! Правда, благодаря какому-то бессердечному гонщику, я мокрая насквозь… – выразительно поправляю влажные волосы, – Но в остальном…

– Не понимаю, о ком ты…

Дар смеётся, а я продолжаю:

– Я бы ещё чего-нибудь такого хотела.

– Какого «такого», Лиль? – он подходит ближе, протягивает руку и поправляет мою чёлку.

Медленно проводит пальцами, касаясь виска. Совсем не так, как только что, вытирая голову. Пульс моментально подскакивает, потому что… Вот теперь это точно намёк. И я… Похоже, хочу поддержать игру.

– Чтобы с адреналином, – прикусываю губу, встречаясь с ним взглядом, а потом хитро улыбаюсь, – И чтобы дал победить!

– Любишь побеждать? – его пальцы едва заметно дотрагиваются до моей щеки, соскользнув с виска. Лёгкое прикосновение, а меня током бьёт.

– Как и все – получаю от этого удовольствие, – сообщаю тише, потому что голос начинает непростительно подрагивать.

У Дара уголок губ дёргается в кривой чувственной улыбке.

– Мне кажется, мы сейчас оба удовольствие получили. На таких условиях развлечение устроит, Лиль?

От двусмысленности этого разговора уши начинают гореть.

Стыдно признаться, но на самом деле я полный неуч в таком флирте!

Нет, у меня был уже жених, но Салман всё делал с оглядкой на то, что мой бешеный папаша, если узнает, точно узлом ему всё завяжет. О том, чтобы пихать в меня что-то повнушительнее языка, пока как-то и речи даже не заходило.

Вот до «сейчас»…

Понимаю, что передо мной стоит не рафинированный сверстник, а уже сформировавшийся мужчина лет на двадцать старше, и что для него такие разговоры – норма. И мне… Самой не охота сплоховать и его разочаровать.

– Устроит, я не жадная, – смотрю Дару в глаза и чувствую, как лихорадочно светится мой взгляд от накатившего нервного возбуждения, ощущаю себя такой смелой и дерзкой! Ух-х-х!

– Хм-м-м…– хмыкает и как бы случайно качается на пятках в мою сторону.

Его губы на мгновение оказываются в миллиметре от моих. Я почти их вкус ощущаю. Терпкое мужское дыхание согревает лицо. Сердце перестаёт биться, и я прикрываю глаза в ожидании поцелуя, но его не происходит. Даниил отпускает меня и лезет в телефон.

– Тогда есть у меня одна идея. Тебе понравится, Лиль. Сейчас сгоняем, – роется в приложении такси.

– Куда? – хмурюсь.

– Сюрприз, – одаривает меня нахальной белозубой улыбкой, демонстрируя мальчишеские ямочки.

Глава 6. Отцовская опека

Дар открывает передо мной заднюю дверь такси.

– Подвинься, – кивает и садится следом за мной на диван.

В салоне моментально становится тесно. И без того не самая просторная Лада Веста как будто сжимается вокруг. Немного раздражающий запах резковатой ёлочки на лобовом стекле перебивает принесённые нами ароматы набережной: вода, адреналин, разгорячённые тела.

Дар ни в чём себе не отказывает, широко расставляя колени и откидываясь на спинку дивана. Наши бёдра соприкасаются, и я напрягаюсь, думая, отодвигаться или нет. Ногу печёт, словно, к ней раскалённый лом приложили, но от этого внутри так приятно трепетно зудит, что я заставляю себя остаться в том же положении и, как и Дар, сделать вид, что никакого нарушения личных границ не замечаю.

Такси трогается, впиваюсь взглядом в навигатор на приборной панели. Не могу разглядеть конечную точку – название какого-то клуба, наверно, но чётко вижу, что удалённость 50 км!

– Так мы, всё-таки, куда?

– Сказал же, сюрприз, – Дар закидывает руки за голову, окончательно растекаясь по заднему сидению, ещё сильнее впечатывается в меня.

– Потерпи…– тоже косится на экран навигатора таксиста, – минут сорок пять.

– Мы за город едем?! – на последнем слове мой голос срывается вверх от накатывающей лёгкой паники.

– Да, а что не так? Тут недалеко, – Даниил вопросительно выгибает тёмную бровь.

– Да, просто…– развожу руками, не договаривая.

– Просто, может быть, я – маньяк? – подсказывает.

– Заметь, это ты сам предположил! – тычу в него пальцем.

– Ну, можешь позвонить родителям, рассказать о планах на вечер и сообщить номер такси, так меня хотя бы потом посадят, – закатывает глаза.

– То есть от своих коварных планов ты, всё равно, не откажешься!

– Для этого, Лиль, ты слишком хорошенькая, – клацает зубами, словно, хочет меня съесть, не выдерживаю и смеюсь.

Напряжение тут же спадает, мне становится абсолютно всё равно, куда мы там едем. Смартфон у меня с собой, зарядка почти полная, выберусь из любого леса, топая пешком к трассе. Маньяк… Подумаешь!

Кстати, о телефоне… В эту секунду он отчаянно напоминает о себе, вибрируя в моей сумке. Копошусь с полминуты и, выудив, наконец-то, гаджет, испытываю острое желание изобразить смайлик «face-palm».

Ну, конечно… Кто же ещё?! Атай…

Интуиция мне подсказывает, что спалил геолокацию. Движение в неусловленную сторону – повод для занесения выговора в личное дело. Делаю глубокий вдох и провожу пальцем по экрану, принимая вызов.

– Да, привет.

Отлично, Лиля. Звучишь невинней некуда, как будто только что вышла на поляну с лесными зверушками ромашки собирать.

– Куда едешь? – басит отец с ходу.

Ни «Салям, кызым!», ни «Халляр ничек, балакаем?!», а вот сразу «Куда едешь?». При этом в переводе с папского – это «Куда ты, твою мать, едешь в сторону Крылатского?! Я прямо сейчас слежу за точкой на карте!»

Подавляя внутренний протест, сжимаю зубы так сильно, что челюсть начинает болеть… С папочкой нельзя ругаться – будет хуже. Папочку можно только любить, обожать и умасливать… И, вот, стекая по этому маслу, получать всё, что хочешь. Это я поняла ещё, примерно, в три года…

Закатывая глаза и нервно потирая переносицу, щебечу сладкую ложь.

– Да к подружке на дачу, после работы захотелось искупнуться. Туда и обратно! Ночевать буду дома, пап!

Кошусь на Дара с немым вопросом: «Ведь буду же, да?!»

Он никак не реагирует, только внимательно за мной следит с раздражающей ироничной ухмылкой. Ну, да… Я в курсе, что мне двадцать, и как-то пора бы уже не отчитываться.

– Что за подружка? Коллега? – ведёт допрос бдительный родитель.

– Да, такая тёмненькая, высокая, зеленоглазая… – придирчиво оглядываю Дара, выбирая те его характеристики, которые подошли бы и женщине, чтобы лишний раз не врать, – Дашей зовут. Нет, ты не видел, наверное, фоток ещё не присылала…

Сам Даниил начинает тихо ржать, приложив кулак к губам и сверля меня горящим взором исподлобья. Уверена, если бы мой отец позвонил ему, мне бы было не так весело.

– Хм-м-м…– папа делает паузу, видимо, перебирая в голове варианты развития событий.

Потом, сдавшись, спрашивает сакральное:

– Кызым, она – хорошая девочка?!

На этой фразе мой взгляд непроизвольно прикипает к ширинке соседа по заднему сидению. И там, прямо, что-то оживает, да… По телу прокатывается волна смутно–тягучего тепла.

– Да, ничего такая, – бормочу рассеянно.

Поднимаю глаза выше и натыкаюсь на чувственно-самодовольную улыбку Дара, дающую понять, что разглядывание ширинки кое-кто заметил. Щёки опять обжигает. Быстро отвожу взгляд.

– На работе всё хорошо, коллектив дружный, приняли меня сразу, – нервно тараторю в трубку, уводя отца от опасной темы, – Я вчера асяй обещала и забыла позвонить! Скажи, что наберу попозже, ладно?!

– Да, забыла, кызым, мы переживаем, волнуемся… – смягчается отец, – Ты у меня умница! Кстати, Салман звонил, спрашивал о тебе, асяй сказала ему, что ты переехала в Москву…

– Спасибо, пап, поняла… Слушай, мне неудобно сейчас говорить… Попозже перезвоню.

– Хорошо, только не забудь! Мать ждёт. И повнимательней там! На даче…

– Пап, ну, конечно! Люблю, пока!

– И мы тебя, балакаем. Отдыхайте… Только прилично!

Кладёт трубку. Выдыхаю, откидываясь на спинку дивана. Ну, нормально прошло!

– Папина дочка, значит? – хмыкает Дар снисходительно.

– Да.

Полчаса в машине пролетают, как пять минут, хотя мы особо не разговариваем. Присутствие третьего, таксиста, сковывает язык, но обостряет ощущения от постоянных, как будто случайных прикосновений. Потому что я не настолько наивна, чтобы не понять, что Дар делает это специально. Специально просит сделать музыку громче и одновременно закидывает руку на спинку пассажирского сидения, мне за спину, отчего по волосам проносится электрический разряд и мурашки покрывают затылок. Специально ещё минут через пять рассеянно накручивает мою прядь на палец. Недовольно дёргаю головой, и он поворачивает ко мне лицо. Взгляд поплывший. Такой откровенный, сразу забываю, что хотела сказать. Облизывает губы, гипнотизируя мои.

– Что? – вопросительно выгибает бровь.

– Нарушаешь мои границы, – кошусь на прядь, намотанную на его пальцы.

– Извини, Лиль, – без тени сожаления. Отпускает волосы, но руку со спинки дивана и не думает убирать. Я, всё равно, её остро чувствую!

– Забылся, – уже более лёгким тоном, – У тебя очень мягкие волосы.

Вдруг подаётся ко мне и зарывается носом в макушку, шумно вдыхает.

– И пахнут – отпад. Вкусно!

Снова улыбается, отклоняясь.

– Соблазняешь? – теперь уже я скептически выгибаю.

– Соблазняюсь, скорее, – слепит белым рядом зубов.

– Мы ведь просто гуляем, да?

Закатывает глаза и убирает руку.

– Не загоняйся, Лиль!

Продолжаю пытливо смотреть на него, и Даниилу приходится продолжить, издав перед этим недовольное «Пф-ф-ф…»

– Да, ты мне нравишься. Ты – красивая девушка, почему нет?! – смотрит прямо в глаза, – И, мне кажется, я тебе тоже. Это ни к чему не обязывает ни тебя, ни меня, да? Мы просто едем на озеро покататься. Ты сама хотела…

– Покататься?! – удивлённо повторяю, – Где?! На чём?!

– Я хотел сделать сюрприз, – недовольно шипит Дар на это.

– Даниил, я передумала… Давай, вернёмся!

– Лиль, мы почти доехали… Ты чего?!

И мне так становится стыдно за своё внезапное безрассудство. Это всё папино влияние! Его послушать, так весь мир только спит и видит, как меня обесчестить. Смущённая, прячу в ладонях лицо.

Правда, ну вот чего я?! Всё так было хорошо!

– Отвези меня домой, пожалуйста!

– Ну, что?! Разворачиваться?! – вдруг встревает в наш разговор дяденька-таксист.

– Да, шеф! Вези обратно на Доватора, 6 – отрезает Дар на это.

Глядя в разные стороны, максимально отодвинувшись друг от друга и молча, мы едем до самого пункта назначения.

Глава 7. Отравленный мёд

Весь день напролёт моя голова практически полностью была занята работой. Когда Эльза Альбертовна говорила, что мне придётся начинать свою деятельность почти с нуля, она ни капельки не преувеличивала. Задачи передо мной поставили разноплановые, пришлось собирать информацию сразу по нескольким отделениям, очень во многое вникать в кратчайший срок, но я видела в этом лишь плюсы.

Во-первых, сразу познакомилась с большим количеством коллег. Во‑вторых, приходя на работу, я успевала думать только о ней. Это было сродни волшебству. Стоило приложить свой магнитный пропуск к турникету, и все мои личные проблемы как будто испарялись, уступая место деятельной, активной Лиле, какой я себе очень нравилась. Конечно, мне жутко не хватало опыта. Особенно, в медицине и современных технологиях розничных продаж медицинских услуг.

Но и эта проблема оказалась решаема. Моя клиника ведь и занималась предварительными, периодическими и профилактическими медицинскими осмотрами частных пациентов и диспансеризацией сотрудников организаций, от низшего звена до топ-менеджеров. И Эльза Альбертовна предложила мне пройти ряд обследований, которые я собиралась рекламировать, самой. Для работников компании лечение в собственной клинике было бесплатным.

Конечно, я ухватилась за эту возможность, преследуя цель не только узнать что‑то новое о состоянии своего здоровья, но и забить под завязку свободные вечера. Потому что, стоило мне переступить порог своей евродвушки, как чёрная тоска моментально наваливалась снова, словно, на меня падал потолок. Я не знала, как с этим бороться. Как муха, каждый вечер влипающая в отравленный мёд, поэтому идти домой мне не хотелось.

Сегодняшний вечер с Даром был приятным исключением, но я всё испортила своими нелепыми страхами и заунывными загонами по бывшему.

По приходу домой долго не могу успокоиться, принимаю тёплую расслабляющую ванну и, переодевшись, отправляюсь спать, несмотря на то, что часы показывают лишь начало одиннадцатого, но спасительный сон ко мне всё не идёт. Мысли, что сейчас делает Салман, слишком навязчивы. Они крутятся в голове с бешеной скоростью, обгоняя белку в колесе.

Неужели он… с Алсу? Ну, а что ему может помешать? Я ведь сама его бросила… Сама! Сказала, что не верю в «любовь на расстоянии», и он свободен… А‑а‑а! Это так больно. Нестерпимо, жгуче больно. Дыхание перехватывает, жжётся. Это кончится когда‑нибудь?!

Так устала от этих мыслей. Устала страдать. Днём потихоньку научилась избегать их, душить, но ночами пока ничего не помогает. Забираюсь в свою постель, накрываюсь одеялом с головой. Бесполезно. Сердце всё так же тяжело и часто бьётся, разнося тянущую боль по венам. Мне вдруг становится на всё плевать, лишь бы узнать, как он там. Хоть что‑то узнать…

Подкатывает такая слабость, лежу, раскинувшись, на кровати, а мир вокруг словно катится в пропасть. Там сейчас тоже уже почти ночь… Она у него?!

Тянусь к телефону на тумбочке. Желание позвонить и выяснить становится невыносимым, но я не могу! Я ведь сама его везде заблокировала и закинула в чёрный список! Это уже не моё дело. Не моё!

Он может делать, что хочет. Трахать, кого хочет. Он больше не мой!

Мне плевать. Мне должно быть плевать!

Вскакиваю с кровати и мечусь по спальне загнанным зверем, внутренняя лихорадка всё нарастает.

Это так глупо! О, я понимаю! Но разве можно это остановить?!

И я, всё‑таки, не выдерживаю. Останавливаюсь у окна и дрожащими пальцами строчу Салману сообщение. Просто, хочу узнать, сразу ответит или нет.

Лиля: Зачем моим родителям звонил?

Нажимаю отправить. Сердце реально останавливается, пока, не мигая, пялюсь на появившиеся галочки, которые практически сразу зеленеют. Пишет…

Салман: Соскучился… Прилетаю на эти выходные в Москву! Увидимся?

Часто моргаю, потому что у меня внезапно повисли слезинки на ресницах. Из груди вырывается нервный смешок, затапливает каким‑то идиотским облегчением.

Сразу ответил. Он мне сразу ответил.

Это, конечно, ничего не значит, но…

Если бы Салман сейчас елозил на Алсу, вряд ли бы он одной рукой набирал мне это сообщение. Настолько сильно зависаю в ярких картинках, подсунутых воображением, что ему приходится напомнить о себе.

Салман: Лиль???

Краснею, лихорадочно думаю, что писать. Спросить один он сейчас или нет, всё равно, не смогу, хотя именно этого мне жутко хочется. Так что…

Лиля: Зачем?! Мы расстались…

Салман: Просто, поговорим… Боишься, что не устоишь?

Читаю и буквально слышу, как меняется на агрессивный его тон. Задело.

Лиля: Мы уже обо всём поговорили!

Салман: Лиль, давай, я позвоню? Если ты настроена поругаться, я хочу, хотя бы, слышать твоей голос…

Читаю это, и тело омывает обжигающей волной. Щёки горят. Мой голос… Беда в том, что, если я услышу его – рискую разреветься прямо в трубку.

Лиля: Я, всего лишь, хочу поскорее тебя забыть! Не лезь ко мне!

Пауза. Долго не пишет. Так долго, что, кажется, разозлился совсем и решил прекратить этот дурацкий обмен укусами. Я уж было откладываю телефон, тяжело выдыхая, как ответ, всё‑таки, приходит.

Салман: Ок

Смотрю на экран, пока он не гаснет и не блокируется. Сердце колотится. В голове шевелятся чёрные мысли. Почему последнее сообщение он отправил с такой задержкой, и такое короткое. Взбесился или… Его кто‑то отвлёк?!

Голова раскалывается до ломоты во всём теле. Мне нельзя об этом думать, нельзя. Какая жестокая ирония – раньше я по‑настоящему не знала, что такое ревность. Зато захлёбываюсь ею сейчас. Я так безудержно ревную, что готова пойти, кажется, на всё, лишь бы усмирить это чувство.

Почему‑то вспоминаю, что Салман, наоборот, всегда ревновал меня. А я ещё подшучивала над ним. Иногда даже дразнила. Специально. Мне нравилось, как дико горели в ответ его глаза. И я совсем не задумывалась о том, что вижу лишь отголоски полыхающего пожара у него внутри. Я ведь его не ощущала. Мне было неприятно и только, если он улыбался другим женщинам, дотрагивался до них.

Я была такой ду-у-урой!

И наше первое общение после его отъезда в ОАЭ я спровоцировала сама…

Прикусив кулак, рассеянно смотрю на ночное небо за окном. В Москве оно никогда не бывает чёрным, светится разноцветным неоном, отражая миллионы электрических огней, и звёзд почти не видно, словно, пожалели отсыпать. Грешный город не заслужил.

Кажется, почти засыпаю, когда раздаётся телефонный звонок. Хмурясь, подношу светящийся экран к лицу. И замираю. На нём высвечивается «Мой». Всё‑таки, набрал меня, хоть, я и отказалась говорить. Кусаю губы, раздираемая миллиардом противоречий. Смартфон настойчиво вибрирует в руке. Сбрасываю вызов. Набираю сообщение.

Лиля: Я не буду брать! Доброй ночи!

Салман: Спокойной ночи! Очень люблю тебя!

Глава 8. Проблема выбора

Четверг проходит в обычных заботах. За утренним кофе узнаю от Марины, что Даниил Аронович уехал в командировку вместе с Эльзой Альбертовной, и на работе их не будет до понедельника. В отсутствие начальства в нашем офисе тут же устанавливается неуловимо расслабленная атмосфера. На рабочую почту отвечают медленней, смех слышится чаще и громче, и предложения «пойти попить чай» звучат каждый час.

После обеда, устав изучать статистику за последний год, начинаю присматриваться к медицинским осмотрам «Check-Up», которые организует наша клиника. Созваниваюсь с начмедом и договариваюсь, что приду к ним на разведку в понедельник. Дальше занимаюсь какой‑то ерундой. Сосредоточиться сложно. В голове так и крутится вчерашний вечер: от свидания с Даниилом до переписки с женихом… Бывшим женихом. Мысленно всё время забываю, как правильно он теперь называется.

Завтра уже пятница, и я должна решить, поеду ли отдыхать с Даром. И меня потряхивает от подступающих выходных, как от несильного электрического разряда. Всю неделю чем‑то себя занимала, отгоняя мысли о необходимости принять решение ‑ ехать мне на юбилей или нет.

И ещё одно… Воспользоваться ли возможностью увидеть Салмана. Мне было так тяжко в этом признаться самой себе, но на самом деле думала только о втором.

Я так невыносимо… Просто, жутко соскучилась по нему!

От одной мысли, что могу его увидеть, бросает в жар.

Заснуть не получается никак…

Это как зависимость, которую я не в силах преодолеть никакими доводами рассудка. Ну, просто, встречусь в кафе и поговорю с ним. Это ведь ничего не будет значить, да?! Нет, это ненормально, Лиля! Это, как в заживающей ране пальчиком ковыряться. Всё, вроде бы, только начало налаживаться. Нельзя! Лучше уж с Даниилом… И так по кругу, бесконечно. Всю ночь.

Уснула только под утро, так и не определившись, как проведу эти выходные, встречусь с бывшим или поеду с будущим. Никак не могла предположить, что эти двое уже всё решили за меня.

На работе, первым делом, приходится разбираться с айтишным отделом.

– Да, я видела, что текст от копирайтера вам тоже отправили в рассылке, но я хотела внести в него правки – не надо было сразу размещать… Нет, я не знала, что вы обычно сразу публикуете. В следующий раз обязательно предупрежу…

В динамике ворчит дизайнер‑верстальщик, монотонно и так противно.

Слушая, с силой сжимаю пальцами переносицу, стараясь сдерживаться и быть вежливой. Это стоит мне большого труда. Весь день я сама не своя. Слишком нервная, дёрганая. Тело, как у куклы на взбесившихся шарнирах, на месте не усидеть.

Личная жизнь влезает в рабочее время и выбивает из колеи.

В обед мне позвонил Даниил. Сказал, что из Тюмени прилетает ночью. И, как ни в чём не бывало, поинтересовался, удобно ли мне будет, если в субботу он заедет за мной в час дня…

– Я ведь ещё не согласилась, – немного теряюсь от такой постановки вопроса.

– Лиля, мы оба знаем, что кокетливое женское молчание – это «Да!» – его низкий певучий голос в динамике напоминает звук дудочки заклинателя змей, – Давай, уже оставим эти игры. С собой тебе понадобится купальник, там прекрасное лесное озеро и чудесная баня. Ехать лучше в повседневном, но советую взять коктейльное платье на вечер, чтобы не чувствовать себя «не в своей тарелке» среди остальных гостей.

– Но я…

– Всё, мне неудобно долго говорить, извини. Если что, перезвони сегодня после девяти. А сейчас мне пора на встречу. До завтра, Лиля!

– Пока, – кажется, говорю это уже после того, как он сбрасывает вызов.

Ощущение странное. Даниил не кажется наглым даже сейчас, но по факту это с его стороны как-то уж слишком самоуверенно. Я, конечно, ещё могу спокойно отказаться, но это уже будет тянуть на некий конфликт.

Разговор с Родиным оставляет смутный неприятный осадок.

Наверно, это была слишком насыщенная событиями неделя, и я, просто, перенервничала, но всю ночь меня мучили кошмары. Вернее, лишь один, но такой реальный, что я проснулась, рыдая горячими, горькими слезами, и не сразу поняла, это уже явь, или я всё ещё там, в своём липком, жутком и таком натуральном сне.

Мне снился родительский дом в Казани. Тихий пятничный вечер, приглушенный свет в гостиной, по телевизору идёт Comedy Club, и мы с Салманом, сидим на диване, обнявшись, вдвоём. Почему-то уверена, что мы одни дома. Хохочем над тупыми и не очень шутками, лениво потягивая пиво прямо из горла бутылок, переглядываемся, улыбаясь друг другу. В какой‑то момент, когда особенно жизнерадостно заливаюсь смехом, запрокинув голову, Салман притягивает меня к себе и крепко целует в приоткрытые губы.

– Иди сюда, бисяй…

Смех застревает в горле, когда чувствую его вкус. Дыхание так быстро срывается на тихий возбуждённый стон. Глажу его затылок, вороша короткие тёмные волосы, обвиваю шею, притягивая ближе. Становиться возбуждающе горячо…

Пока вдруг не вижу всю картину со стороны, а на моём месте не оказывается Алсу. Шок! Чувствую, как он её целует, трогает, мнёт, как наваливается сверху, заставляя лечь на диван, а она льнёт к нему всем телом… Кричу, стоя рядом бесплотным духом. Ору! У меня истерика, но они меня не слышат… Тяну к ним руки, захлёбываясь в истерике, но, наоборот, только отдаляюсь, словно, ветром меня уносит из комнаты. Трясёт от рыданий. Моргаю. Ночь. Моя спальня в Москве.

Всё было так реально. Но это только сон.

Смотрю на часы. 06:30. Встаю и плетусь в ванную, до сих пор немного дрожа. Всё равно, уже не усну. Контрастный душ немного приводит меня в чувства. Продышавшись, понимаю, что вчера весь день сгорала от этого дикого напряжения и продолжаю сейчас.

Злая ирония, но так вышло, что решение, которое я не могла принять целую неделю, боясь дать другому мужчине слишком много необоснованных надежд, фактически, принял за меня мой бывший жених. Лучше буду отбиваться от Дара поленом в лесном коттедже, чем проведу с Салманом, хотя бы, сутки в одном городе.

Я не готова быть рядом с ним. Слишком мало времени прошло. Не могу!

Моя нервная система испытывает какие‑то космические перегрузки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.