Валерий Кобозев
Метеорит с начинкой

Глава 1. Егор Махин, Красноярск, июнь 1985 года

День клонился к закату, беглый зек Махин вышел из ручья, в котором он сбивал со следа собак. Пройдя по лесу еще с километр, он подошел к высоким елкам, надо было устраиваться на ночлег – ночью его искать не будут, а с утра он двинется дальше. Дело для него было привычное, срочную службу он прослужил в спецназе разведки, мог за день полсотни километров отмахать. Егор осматривал огромные ели, прикидывая, под которой ему расположиться на ночь. Вдруг раздался резкий нарастающий свист летящего предмета, Махин втянул голову в плечи и отскочил в сторону от ели. Затрещали ветки, и под дерево с глухим стуком упало что-то тяжелое, сверху посыпались отломанные сучья и хвоя.

– Что еще за чертовщина? – удивился Махин, отодвигая разлапистые ветки елки. У подножья дерева лежал крупный камень и светился изнутри красным. Но он быстро приобрел серый цвет.

– Метеорит что ли, мать его? – сам у себя спросил Егор.

Неожиданно камень раскололся на несколько частей и осталось его круглое ядро, как литровая банка.

– Хм, все интереснее… – хмыкнул Махин и начал осматриваться вокруг в поисках палки, которой хотел пошевелить метеорит. Но внезапно ядро раскрылось и из него начала вылезать и вспениваться зеленая флюоресцирующая жидкость. Егор в замешательстве замер, и тут жидкость взорвалась и обляпала его лицо и руки, которыми он пытался прикрыть лицо. Махин стал брезгливо стирать с себя эту гадость, но тщетно. Однако жидкость быстро высохла и больше не доставляла ему хлопот, кроме жжения кожи, которое тоже вскоре прошло.

– А, черт с ним! До ручья километр идти надо. Так пойдет, – решил Егор. Ему стало интересно рассмотреть, что осталось от метеорита, но там ничего интересного не оказалось – только каменные обломки, которые крошились в руках. А от центрального ядра вообще никаких следов не осталось.

– А, говорят, метеориты из железа, – удивленно рассматривал каменную пыль на своих руках Егор. Он начал устраиваться на ночлег – наломал еловых веток, которые заменили ему матрас и одеяло, и, спрятавшись под лапником, он беспокойно заснул.

Наутро Махин проснулся с ломотой в мышцах и головной болью, он весь горел. Но деваться было некуда –он огляделся вокруг, – аптеки в этом лесу не найти. Егор усмехнулся и двинулся дальше, грызя на ходу сухарь. Через пару километров ему попался ручеек, в котором он умылся и напился воды. Дальше он брёл как в тумане – температура, видимо, была очень высокая. Он уже сбился с направления, потерял самодельный компас из намагниченной иголки, и уже совсем выбился из сил. На четвертый день пути силы окончательно покинули его, он расположился полулежа у небольшого ручейка, из которого пил воду, которую набирал своей железной кружкой, запивая сухари. Там его и нашла поисковая группа, разглядев с вертолета.

В лагере его поместили в больницу – еще бы, температура за 40, озноб, общий упадок сил. Через неделю он пришел в себя, его отправили в ШИЗО – штрафной изолятор на два месяца. Сидя в ШИЗО, Егор вспоминал, как попал сюда.

Махин жил в Красноярске, на тихой окраине города, застроенной пятиэтажными хрущёвками. У соседей была дочка, красавица Лена шестнадцати лет. Пошла в первый раз на танцы в ДК, и какой-то отморозок избил ее и изнасиловал. Душевная травма у девчонки была настолько сильной, что ее поместили в психиатрическую больницу, чтобы она на себя руки не наложила.

– Егор, ну как это так? Эта мразь, которая ее искалечила, до сих пор на свободе! – восклицала со слезами соседка Марфа, мать Лены. И вправду, все знали, что изнасиловал ее уголовник Альберт Силков по кличке Сила, родители у него работали в Горторге, хлопотали за сыночка. Но никаких доказательств у милиции не было, кроме заявления родителей девушки. Сила открыто надсмехался над ними, и Егор не утерпел – врезал ему по морде как следует при очередной встрече, но тот упал неудачно – затылком на угол каменного крыльца и проломил себе череп, скончался на месте. Был суд, убийство по неосторожности, но дали по максимуму пять лет – родители Силы постарались. И еще сказали вдогонку: «Тебе не жить, и на зоне тебя прикончим!».

И, как оказалось, и вправду – через полгода прислали убийцу. Прибыл на зону рослый мужик, уголовник по кличке Тролль, который получил два года за мелкую кражу. По прибытии доложился смотрящему о настоящей цели своей отсидки, обязан был это сделать. Ну а Егору добрые люди донесли эту весть: новичок здесь, чтобы тебя прикончить.

Первая стычка произошла в цехе деревообработки, когда Тролль скинул на Махина бревно, благо Егор успел отскочить. И решил он тогда больше не рисковать, податься в бега, что тоже было непросто – лесами уйти в Красноярск, а там соседка поможет новые документы выправить. Леса Махин не боялся – служба в спецназе разведки научила его выживать в лесу. Сбежать удалось, не сразу обнаружили побег и организовали погоню, форы целые сутки были. Но все равно не получилось, вот теперь три года добавят, – думал он. – Но еще и выжить-то надо, Тролль-то ждет его выхода из ШИЗО.

– Что же ты, Махин, в бега подался? Ты вроде простой мужик, сидишь по бытовухе. Где бегать-то собрался? Дурак ты! – ругал его начальник оперчасти лагеря капитан Алтуфьев.

– Жить охота, вот и побежал. Разве не знаете, что по мою душу Тролль прибыл? – огрызнулся Егор.

– Знаю, как не знать. Поэтому и держали тебя в ШИЗО, а теперь я Тролля туда посажу на пятнадцать суток, больше не имею права. Буду решать вопрос о его переводе. Я уже пытался это сделать, но кто-то тормозит этот процесс – ответил капитан.

– Ну вот, теперь или я его убью, или он меня. Может, предложите другой вариант? – спросил Махин.

– В другую зону тебя перевести можно попробовать. Но боюсь, что Тролля за тобой отправят – кто-то на воле очень хочет твоей смерти. Никак родственнички убитого тобой отморозка? – спросил капитан.

– Да, они на суде обещали мне, что я не доживу до выхода из лагеря, – сообщил Егор.

– Да, проблема… – согласился капитан. – Ну ладно, через неделю суд, получишь прибавку к сроку. А после суда я уже не смогу тебя держать в ШИЗО, да и не сахар сидеть там. Будем решать проблемы по мере их поступления.

Через три недели, когда Тролля выпустили из ШИЗО, кто-то в столовой больно ткнул Махина в бок, в область печени. Егор охнул, схватившись за бок, оглянулся – на полу валялась заточка из гвоздя-стопятидесятки, Тролль быстро уходил от него, зеки расступались, пропуская убийцу. Егор быстро сел, поднял заточку и с силой метнул ее с уровня колена, целя в задницу Тролля. Гвоздь вошел туда по самую шляпку – Тролль заорал от боли, схватившись за задницу, и тут же упал, вопя. Быстро подскочила охрана, Махин ушел с места стычки подальше, он знал, что зеки его не сдадут. Стуканут конечно операм, но свидетелями не будут. Тролль попал в больницу с тяжелой травмой – гвоздь пробил не только мышцы ягодицы, но и кость в тазобедренном суставе, на всю жизнь теперь хромым останется. Не до покушений ему теперь будет, месяца четыре в больничке проведет.

– Ну, теперь тебе Тролль не страшен, – капитан Алтуфьев усмехнулся. – Как это у тебя так ловко получилось гвоздь метнуть, что он по самую шляпу ему в задницу вошел? Да еще и кость пробил! В спецназе научили?

– Да я тут вообще ни при чем, гражданин начальник, наверно случайно у кого-то получилось, – не стал особо отпираться Махин, но и не признаваясь впрямую.

– Ну ладно, иди уже. Жалко тебя, тебе еще пять лет сидеть, УДО тебе не светит из-за побега, – отправил его капитан.

Егор и сам не понимал, как у него вышло так лихо метнуть гвоздь. Ножи-то он и раньше метал хорошо – в спецназе обучили, но гвозди?! В цеху, во время перекура он поставил чурбан, отошел метров на десять, взял с верстака гвоздь-двухсотку, взвесил в руке, повертел в пальцах и глянул на свою деревянную мишень. «Не, нереально», – подумал он. Но потом посмотрел на центр полена, там ещё сучок темнел, и резким движением выбросил руку вперёд. Гвоздь вошёл в дерево почти полностью, с сухим звонким стуком. Егор почувствовал, как мурашки пробежали у него по спине. Он точно знал, что раньше такое у него не получилось бы. Но почему получается сейчас? «Грёбаный метеорит!» – пронзила его догадка. – «Он меня обдал зелёной дрянью… Потом мне конкретно сплохело, чуть не загнулся в лесу… А теперь вот это!».

И Егор не стал закапывать свой новый талант в землю, начал тренироваться метать гвозди и другие предметы на перекурах в цеху: брал чурбан, ставил его за десять метров и принимался кидать в него гвозди. Они попадали точно в то место, куда он целился, и втыкались острием, а как это делается – он понятия не имел. Причем мог регулировать силу, с которой втыкаются гвозди. Он мог засадить его по самую шляпку, а мог на сантиметр. Оказалось, что он мог с легкостью гнуть эти гвозди, как пластилиновые.

Но этим его новые способности не ограничивались. Стало Егору любопытно, почему Тролль не смог проткнуть его гвоздем – здоровый же мужик, такой болтом человека прошьет, не то что острым гвоздем. И Егор попробовал ножом порезать палец, но нож тупился, а кожа не поддавалась. Тыкал гвоздем – больно, но кожу было не проколоть. Как у носорога – читал он, что его шкуру из ружья не пробить.

А еще он, оказывается, мог отжиматься от пола столько раз, сколько хотел, так же обстояло дело с подтягиванием на перекладине, попробовал подтянуться на одной руке – так же легко это делал, как и на двух. Когда оставался один, он ломал ребром ладони поленья, пробивал кулаком листы фанеры, ощущая себя суперменом. Молва о его силе растеклась по лагерю, его никто не задирал, хотя он и раньше за себя мог постоять. Но надо было каким-то образом выбираться из зоны, и начинать жить нормальной жизнью.

Однако его покой длился недолго, через три месяца прибыл очередной конвой в зону, и с ним прибыл по душу Махина очередной киллер по кличке Дух. Ему об этом добрые люди стуканули, предупредили, Егора уважали в лагере. Его это теперь не особо не волновало – это уже у киллера были проблемы с выполнением задания. У него самого была только забота, чтобы киллера случайно не убить и за это срок себе не добавить. Но все повернулось иначе.

За ним пришли ночью, позвали к смотрящему, когда уже все спали. Он пошел вместе с сопровождающим в кильдым, в котором жил смотрящий. Тот предложил ему сесть на табурет, побалакать, Егор сел. На него навалились четверо подручных, а Дух накинул на него удавку из скрученной простыни, затянув ее от души. Сначала Махин решил всех поубивать – силы ему хватило бы вырваться. Пока раздумывал над этим, как это сделать, чтобы новый срок не получить, к своему удивлению, обнаружил, что удавка дышать не мешала – мышцы на шее были очень сильные, и он мгновенно переиграл свое решение – надо подыграть убийцам. Махин сделал вид, что потерял сознание, немного потрепыхавшись. Убийцы потащили его назад, в барак, подтянули его за петлю к спинке кровати на втором ярусе, имитируя самоповешение. Убедившись, что зэк висит и не шевелится, они ушли. Егор стал после этого тихонько дышать. Потом решил проверить, сколько он без дыхания может провести, чтобы обмануть врачей, – надо было сбежать из морга, чтобы врачи констатировали его смерть. Оказалось, что очень долго, он предположил, что не менее получаса. Так он тренировался всю ночь, стараясь снизить температуру тела и имитировать трупное окоченение. Висеть на простыне ему было достаточно комфортно – шея и вправду у него была как у носорога. Патологоанатома в лагере не было, а хирург-алкоголик не любил это дело, могли и так похоронить, на это Егор и рассчитывал. Ну а если хирург попытается сделать вскрытие – то это его проблема, а ему придется опять уходить из зоны со скандалом.

Утро началось с кипиша – прилетел начальник оперчасти, ругался на чем свет – не уберег Махина. Его сразу же сняли с петли, правда, просто отвязали простынь от кровати, так и оставив ее на шее, брезгуя прикасаться к покойнику. Прибывший хирург констатировал смерть от повешения, даже не прикоснувшись к покойнику – Егора это обрадовало. Его увезли в морг, санитары меж собой балакали, что без вскрытия похоронят – причина смерти и так известна, даже простыню с его шеи так и не сняли. Лежа на прозекторском столе, Махин ждал своей участи. Ночь пришлось провести в морге, он подумал о мести – захотелось пойти и уничтожить убийц, а потом вернуться в морг. Но, рассудив здраво, он понял, что после такого события нагрянет комиссия, его похороны могут отложить, а то и вскрытие назначить на всякий случай. Как бы не хотелось ему отомстить своим потенциальным убийцам, но свобода была дороже, и он решил, что на воле отомстит заказчикам убийства. Единственное, что он позволил себе – украсть со стола с инструментами скальпель, а из кильдыма санитаров железную кружку, в которой они чифирь варили, – положил ее себе в трусы и зажал ногами – в дороге пригодиться чай готовить.

Утром его уложили в щелястый гроб из тонких досок, как и был, с простыней на шее, забили гроб под надзором охраны и повезли на местное лагерное кладбище, в паре километров от ограды. Егор был уверен в своих силах, что сможет вылезти из могилы – так он и обеспечит себе свободу. Плохо, конечно, что не подготовился к побегу, но что-нибудь придумает. Его новые возможности позволяли ему многое.

Гроб опустили в неглубокую могилу, кое-как закидали землей и уехали. Выждав с полчаса, он начал разбирать гроб, вытаскивая из него гвозди-сотки – пригодятся для охоты, питаться чем-то надо будет в лесу. Он начал оторванными досками отодвигать землю вверх, но оказалось, что проще выломать доски вовнутрь гроба и самому пробурить рыхлую землю могилы руками. Егор осторожно высунул голову из земли, стряхнул с головы сухую глину и осмотрелся. Вокруг никого не было – это кладбище редко кто посещал. Егор вылез из могилы, отряхнул с себя землю – сухую глину, – даже карманы робы оказались ей набиты, тщательно выровнял могильный холмик, ликвидируя следы своего оживания. Закончив с могилкой, Егор двинулся в лес, в котором в прошлый раз ему не удалось уйти от погони. Простыню снял с шеи и повязал на поясе – пригодится в дороге. Сейчас он чувствовал стороны света – у него был четкий ориентир на север, а как – он и сам не знал. Через пять часов Махин был уже в километрах тридцати от лагеря, пора было озаботиться едой. Места были глухие, дичи достаточно. Он ползком подкрался к стае куропаток, маскируясь в высокой траве, присмотрел ближайшую куропатку, метнул в нее гвоздь и попал точно в грудь птицы, та без звука свалилась с ног, другие куропатки ничего не почуяли. Егор тут же метнул второй гвоздь, сбив вторую птицу, которая закричала, падая на спину, трепыхаясь. Стая поднялась и улетела. Махин осмотрел добычу – пара птиц, примерно килограмм мяса, на один раз сойдет. Надо было озаботиться огнем. Его даже не обыскали, у него в кармане лежал коробок спичек и папиросы. Курил он мало после больнички, скорее по привычке, но курево и спички были всегда с собой.

Махин собрал сушняка, разжег костер, ощипал куропаток, скальпелем разрезал их и распотрошил. Нанизал куропаток на прут, поставил печься на костер, подбрасывая мелкие сухие палочки для равномерного небольшого огня, поворачивая прут с куропатками. Через полчаса куропатки были готовы, он быстро их съел, хоть они были и без соли, но вкус для него был бесподобный. После обеда Егор спрятал все следы пиршества, двинулся дальше в сторону Красноярска. Он собирался обратиться за помощью к соседям, они уж точно его не сдадут. Марфа работала паспортисткой в УВД, Махин надеялся сделать через нее новые документы и уехать из города.

Утром следующего дня он решил набрать малины и сварить чай. Собирая высохшие ягоды, Егор замер, услышав треск веток, поднял голову и обмер – в паре метров от него собирал малину крупный медведь. Тот зарычал и встал на дыбы, Егор так и замер от испуга, постепенно приходя в себя. Медведь пошел на него – Махин пятился, не зная, что делать. Он чутьем понимал, что бежать бесполезно, а как спастись, не знал. Отступая, он запнулся и упал, медведь кинулся на него. Его пасть приблизилась к лицу Махина, целя в его горло, он инстинктивно правой рукой уперся в его нижнюю челюсть, отводя ее от себя назад, а левой рукой схватил его за холку, для упора. Ему удавалось удерживать челюсть медведя в стороне от себя, тот мотал головой, но он жесткой хваткой не давал ему вырваться, постепенно усиливая нажим правой руки на челюсть зверя. Медведь попытался подняться на задние лапы, но вес Егора на шее не позволял ему это сделать. Медведь ревел, мотал мордой, пытаясь вырваться из капкана, но Махин его не отпускал, ведь от этого зависела его жизнь. Егор почувствовал, как стали набухать его руки, к которым стала приливать сила, и он резко увеличил нажим правой рукой на нижнюю челюсть зверя, держа левой рукой его за шею. Голова зверя стала потихоньку задираться вверх, затем хрустнули кости, и голова зверя легко упала назад. Медведь сразу осел, хрюкнув напоследок, и придавил Махина своей тушей. Покрутив безвольной башкой зверя, Егор начал выбираться из-под него. Он выполз из-под медведя и обессиленно улегся рядом с ним, приходя в себя. Полежав с полчаса, пока силы немного восстановились, встал на ноги. Перевернув зверя на спину, Махин увидел воспаленную рану в животе медведя – похоже, с лосем что-то не поделили. Он потерял очень много сил и был готов съесть быка. Но быка не было, пришлось есть медведя. Егор вскрыл зверю горло, выпустив кровь, затем начал вырезать из медведя куски мяса. Собрал сушняк и развел большой костер, стал жарить медвежье мясо. До вечера он набирался сил, часто ел и съел его более пяти килограммов, запивая чаем с малиной. Свежевать медведя он не стал – скальпелем это была неподъемная задача, да и шкура ему была не нужна. Нажарил еще пять кило мяса про запас на следующий день и завалился спать возле убитого медведя, разведя большой костер из пары сухих бревен. Его никто не разыскивал, бояться было нечего. Утром, подкрепившись свежатиной-медвежатиной и попив чаю с малиной, Махин двинулся дальше.

По дороге он охотился на куропаток, один раз подстрелил зайца, один раз селезня-шилохвоста на мелком болотце. Ему не хватало только хлеба и соли, но калорий было вполне достаточно. Пил чай с брусникой и малиной, заваривал с их листьями, а ягоды шли за десерт – брусника уже начала созревать – был конец сентября. Уже начало холодать, и он «подбил» свою зековскую куртку и штаны сухим мхом, и они хорошо грели его. Спичек было достаточно, хотя Егор уже нашел кремень и один раз с его помощью разжег костер из любопытства.

Махин провел в пути еще пять непростых дней, ночуя под открытым небом. Ему очень повезло – дождей не было. И вот наконец он вышел к пригородам Красноярска, начинались дачные поселки.

Егор подкрался к ближайшему домику в садоводческом товариществе, осмотрелся. На дачах народу практически не было – был будний день. Зашел на участок, и там осмотрелся. Домик был закрыт на навесной замок. В лагере у зеков было развлечение – вскрытие замков на время, спецы учили сидельцев – мол, в жизни пригодится. И вправду пригодилось – он нашел на заборе кусок проволоки, изогнул его, как требуется, и за пару минут открыл замок. Зашел в домик – ничего подходящего в нем не было, видно, дачей владела старая женщина и давно тут не появлялась. Егор вышел из домика, закрыл его на замок и осмотрел соседние дома. Через дорогу, по диагонали, стоял ухоженный домик, да и участок выглядел ухоженным. Махин направился туда, прихватив отмычку. Быстро отрыл навесной замок на двери, зашел в домик – красота! Ему даже сразу захотелось разуться, что он с удовольствием сделал, и надел хозяйские тапки. Быстро осмотрел домик – в шкафу висела старая одежда, но эта дачная одежда смотрелась на нем гораздо лучше лагерной робы – куртки и штанов, и пришлась ему в пору. Даже растоптанные ботинки дачника были лучше его «дерьмодавов». Он еще раз осмотрел дачу – надо было на ней провести время до вечера. Увидел спиральную электроплитку, включил свет – электричество было. Нашел чайник, набрал его полным из бочки на углу дома – в ней дождевую воду собирали. Поставил греться, умылся на улице, решил пообедать своими запасами. У него осталась половина утки с завтрака, и он нашел на даче соль! Неделю ее не ел! Такой вкусной утки он не ел никогда!

Время еще было, он решил привести себя в порядок. В оцинкованном тазике подогрел воду, помыл голову и сам помылся с мылом, первый раз за неделю. Счастливый Егор сидел и пил чай – нашел остатки заварки грузинского чая – волшебный аромат! Сахара правда не нашлось, но и так было очень хорошо.

Махин нашел бритвенный станок с тупым лезвием, но выбирать не приходилось и ему удалось привести себя в порядок, сбрить недельную щетину. Он даже нашел заначку хозяина – пять рублей во внутреннем кармане куртки, это вообще было чудо из чудес! Отчистив от грязи ботинки и одежду дачника – нашел на даче даже сапожную щетку и крем, – Егор двинулся к ночи в город. Свою лагерную робу он закопал в компостной яме на соседнем огороде, хорошо посыпанной негашёной известью.

Выйдя на дорогу, Махин махнул рукой проезжающей машине, та притормозила. Удалось договориться с частником за три рубля, и его довезли прямо до дома. С бьющимся сердцем он зашел в подъезд и позвонил в дверь соседей. Марфа открыла дверь и обмерла:

– Сбежал?

Егор молча кивнул головой.

– Проходи, – оглянувшись вокруг, пригласила Марфа.

Они прошли в квартиру, Егор поздоровался с мужем Марфы Никитой, сутулым мужчиной пятидесяти пяти лет.

– Рассказывай, – потребовала Марфа.

Он все подробно рассказал: и как на него покушались в первый раз, и про первый побег, и про второй; как он имитировал свою смерть – больше напирая на врача-алкоголика, который даже не подошел к нему, а у него узел петли был с зазором, поэтому он дышал свободно. Не стал он говорить, что его повесили, сказал, что сам имитировал повешение.

– Марфа, мне нужны новые документы, можно на бомжа-покойника, после этого я отсюда уеду подальше. Сможешь сделать? – спросил Махин прямо.

– Для тебя что угодно сделаю, Егор, все что в моих силах, – ответила Марфа. – Давай пока прими ванну, я тебе белье и одежду приготовлю – с Никитой вы примерно одной комплекции.

Так прошла неделя, утром хозяева уходили на работу, Егор сидел дома – смотрел телевизор, сделав его потише, читал книжки. В следующую неделю Никита вышел работать во вторую смену – он работал водителем на рейсовом автобусе. Вечером Марфа пригласила Егора ужинать. Она была одета в легкий, обтягивающий халат. Марфе было тридцать восемь лет, у нее была ладная фигурка с бюстом четвертого размера. Егор сглотнул слюну – у него уже год не было женщины. Он сел, Марфа достала из холодильника бутылку водки. «Для аппетита», – сообщила она и налила по рюмке. Они выпили, закусили огурчиками и помидорчиками домашней засолки, Марфа была мастерица по этой части. На ужин были котлеты с пюре. Закончив ужин, Егор уж собрался вставать, но Марфа его остановила:

– Посиди, выпьем еще, поговорим о том о сем. Надоело в телевизор пялится – у мужа два развлечения: телевизор да водка.

Егор сел и улыбнулся:

– Я с удовольствием с тобой поболтаю – соскучился по разговорам с нормальными людьми.

– Егор, ты столько уже пережил, а я даже не знаю, как благодарить тебя, – вздохнула Марфа.

«Так в постельку уложи и ублажи», – мелькнула у Егора крамольная мысль, уж больно сексуально выглядела Марфа.

– Ну что ты как не родной, – Марфа пересела на колени к Егору. – Обними женщину и приласкай! – попросила она.

– А как же Никита? – ошалело спросил Егор (мечты сбываются!).

– Ты ему скорее одолжение сделаешь, для него секс со мной почище каторги. Раза три в месяц от него можно дождаться, не чаще – вздохнула Марфа, кладя руку Егора на свою горячую грудь.

– Ты мне всегда нравилась, Марфа, но ты была замужем, поэтому я ваш дом стороной обходил, – признался Егор, тиская ее объемную грудь.

– Дурачок был! От Никиты бы не убыло, если б ты меня ублажал! – сказала Марфа, распуская поясок халата, под которым ничего не было. Егор взял Марфу на руки и понес к себе в комнату. Секс у них был бурный и долгий, Марфе хотелось попробовать во всех позах – было видно, что женщина сильно истосковалась по мужской ласке.

Егор прожил у Марфы с Никитой месяц, пока Марфа подобрала подходящий вариант паспорта. Мужик был даже чем-то похож на Егора, поэтому решили не менять фотографию, а в сорок пять лет Егор свою вклеит, как полагается. Стал он теперь Семеном Аркадьевичем Крошевым, сорока лет от роду, а точнее, у него не было ни роду ни племени – умер под мостом от отравления алкоголем, бомж был с десятилетним стажем. Марфа убрала данные о смерти Крошева и все – живи и радуйся жизни, Егор.

На следующий день Никита купил Егору билет на поезд до Новосибирска, дали ему с собой пятьдесят рублей на первое время перебиться, пока на работу не устроится.

Интерлюдия

– Маша, из зоны сообщили, что кранты убийце нашего сыночка, повесили его, имитировали самоубийство, – сообщил своей жене Николай Силков.

– Коля, я хочу на его могилу взглянуть и плюнуть на нее, – сказала Маша.

– Да что на нее глядеть-то? Много чести будет этому подонку! – возразил Николай.

– Хочу убедиться, что эта тварь в могиле лежит, а не землю коптит! – твердо сказала Маша.

– Ну хорошо, давай я обо всем договорюсь с нужными людьми, съездим туда, – согласился Николай.

Через месяц супруги Силковы поехали в ИТК, получив разрешение на свидание с Духом, – коли Махин покончил с собой, то и опасаться им было нечего. Вначале они посетили кладбище и посмотрели на могилу Егора Махина.

– Коля, это что? – спросила Маша, показывая на промоину, ведущую в могилу.

– Ну наверно земля осела, дожди были – вот и промоина образовалась, – неуверенно ответил Николай.

– Нет там никого! Ушел, тварь! – воскликнула разъяренная мать.

– Да ты что? Его же под конвоем даже на кладбище отвезли в последний путь! И зэки его хоронили! – возразил Николай.

– Да нет тут его, вылез из могилы, скотина! – была уверена Маша. – Найми людей, пускай могилу вскроют, хочу убедиться, что он тут.

– Давай сначала поговорим с тем парнем, которого наняли, он нам расскажет, как дело было – может и вскрывать могилу не придется, – предложил Николай.

– Давай поговорим, это не помешает, – согласилась Мария.

На следующий день у них было свидание с Духом. Тот им все подробно рассказал, упомянул о том, что вскрытия не было.

– Он точно жив! Если бы было вскрытие – я бы тогда успокоилась! А так – прикинулся мертвым и вылез из могилы, – настаивала Мария.

– Хорошо, – нехотя согласился Николай, – найду я людей, вскроем могилу.

Через три дня нужные люди были найдены и вечерком приступили к раскопке могилы. Лопаты застучали по доскам гроба, рабочие остановились.

– Тут доски проломлены, земля в гробу, – сообщил один из них заказчикам.

– Вытаскивайте землю из гроба – хотим убедиться, что покойник там лежит, – потребовала Мария.

Рабочие стали аккуратно вынимать землю из гроба. Через полчаса выяснилось, что в гробу никого нет.

– Я же говорила – жива эта тварь! – со злобой воскликнула Мария. – Сообщи в зону – пускай в розыск его подают!

После сообщения Силковых в колонии начался кипиш. По всем правилам произвели вскрытие могилы, составили протоколы и остальные нужные бумаги, объявили Егора Махина в розыск за побег из ИТК.

Глава 2. Василий Ухов, Барнаул, июнь 1985 года

Уже десятиклассник Василий Ухов гордо шел по лесу, держа на плече двустволку деда. Он приехал отдыхать на каникулы к деду в лесничество, где тот был главным лесничим этого участка леса, и никто не мог помешать ему охотиться, хотя у него не было охотничьего билета. Что, впрочем, было не мудрено – охотничий билет только совершеннолетним выдавали, а Васе только что исполнилось шестнадцать. Вася беззаботно шагал по лесу, тихо насвистывая незатейливую мелодию, ноги мягко пружинили по ковру из опавшей хвои. Ему встречались полянки, усеянные грибами, в основном маслятами, а иногда и боровики попадались, но он шел не за этим, его задача была намного серьезнее. Василий же не по грибы в лес отправился, он охотился. Ну, можно сказать, браконьерствовал – пошел тетерева добывать. Дед разрешил подстрелить только одного самца. Он любил поохотиться, а в июне охота запрещена. Но для пропитания лесничим разрешалось добывать дичь – иначе чем питаться в лесу?

Василий услышал над головой протяжный приближающийся звук – так в кино про войну озвучивают падение авиабомбы. У парня похолодело в груди, ему захотелось упасть на землю и сжаться в комок, но любопытство оказалось сильнее, Вася посмотрел вверх – черная полоса наискосок прочертила небо, и через мгновение что-то ударило в землю, где-то совсем не далеко. Это был не взрыв, а очень сильный удар. Василий не раздумывая побежал в направлении звука. Он спустился в распадок, потом стал подниматься на противоположный склон и чуть было не угодил с разбегу в воронку метров двух в диаметре.

– Так, а это что такое? – проговорил Василий. Он уставился на шар, лежавший на дне ямы. Размером шар был раза в два больше футбольного мяча, даже чуть больше баскетбольного. Это был камень, судя по цвету, но красный внутри. Вася вспомнил теплоизоляцию космических шаттлов, о которой была передача по телевизору: раскаленную плитку брали голыми руками, изнутри она светилась красным цветом от высокой температуры, а снаружи уже была холодной.

Парень осторожно спустился в воронку, подобрав сухой сук, чтобы потрогать круглый камень. «Это же настоящий метеорит!» – Вася чуть не задохнулся от восторга – вот же повезло! Он потыкал шар палкой и заметил, что тот на глазах меняет цвет – становится серым, остывая. И вдруг метеорит раскололся на четыре части, освободив шар диаметром с два теннисных мяча.

– Вот чудеса-то! – удивился Вася. Он решил пошевелить палкой сердцевину метеорита, но не успел – и этот шар раскрылся на две части, и из него поперла зеленая флуоресцирующая жидкость, быстро вспениваясь. Василий попятился назад, но жидкость вдруг взорвалась и его обляпала, в большей степени его лицо и руки, которые были открыты. Он закричал, выбрался из воронки и кинулся прочь, пытаясь на ходу стереть с лица эту гадость. Но жидкость сама начала стремительно испаряться, и через несколько секунд полностью пропала с рук, да и на лице тоже не ощущалась, только кожу сильно щипало.

Вася немного упокоился и пошел к ручью умыться. Глянув на свое отражение в лагуне ручья, где было слабое течение, он ничего особенного на лице не увидел. Но все равно умылся, вытер лицо и руки носовым платком. Решил заодно перекусить, коли у ручья оказался – бабушка ему с собой пирожков положила с мясом и капустой. Он расположился на полянке у ручья, поставил ружье к елке, достал из рюкзака кружку и плитку на сухом спирте – чего костер жечь-то: лето, очень опасно для леса.

Набрал в кружку воды, зажег спиртовку, прилег недалеко на траве, а точнее, на ковре из хвои, поскольку трава тут практически не росла – только по берегам ручья высокие елки да сосны совсем свет загораживали. Он лег на спину, смотрел в небо, на облака, мечтая о своем будущем. Еще два года, и он пойдет учиться в институт, а там такие перспективы у него открываются! Василий станет инженером-электронщиком, будет создавать всякие умные приборы, может, даже и компьютеры.

Закипел чай, Вася бросил заварку в кружку, бабушка дала ему с собой «тридцать шестой» чай. Аромат свежезаваренного чая был просто обалденный! Он бросил пару кусочков рафинада в кружку, размешал ложечкой и со смаком слопал пару пирожков, запивая сладким чаем. Допив чай и помыв посуду, убрал все в рюкзак и снова развалился на ковре из хвои – продолжил мечтать о будущем.

И тут его отвлек шум вдали – квохтанье тетерева. «Блин, как я мог забыть?!» – Василий одним рывком оказался на ногах. Он повертел головой, определяя направление и примерную дальность, надел рюкзак, подобрал ружье и двинулся на звуки, издаваемые тетеревами. Тихонько подкравшись к поляне, он увидел стаю тетеревов, которая кормилась в траве. Вася осторожно залег и прицелился в крупного тетерева, но не вожака, который сидел на дереве. Дед предупредил, чтобы вожака он не трогал. Плавно спустил курок, пучок крупной дроби сбил тетерева с ног. Вся стая с криками улетела с поляны. Охотник подошел к убитому тетереву – стрелял он в голову, выстрел был удачным, не придется зубы ломать о дробь. С гордостью прицепил добычу на пояс, закинул ружье на плечо и двинулся к дому лесника. Еще предстояло ощипать тетерева на черновую и передать бабушке, которая его распотрошит и ощиплет до конца – не доверяла она эту операцию мужикам.

Вечером ужинали жарким из добытого тетерева. А наутро Вася занемог. Бабушка померила температуру – 38 с половиной, забеспокоилась, дала ему отвар из лечебных трав, укрыла одеялом и заставила лежать. Так прошла неделя, Василию стало легче, температура пошла на спад, стала облазить кожа, как после ожога, но ничего не болело.

Вася продолжил отдыхать у деда, вместе рыбачили, вылавливая огромных щук, из которых бабушка готовила вкусные блюда, еще раз охотился на уток – добыл крупного селезня шилохвоста. Собирали с дедом грибы, ягоды, купались в речках. Дед учил его охотничьим премудростям, устройству ловушек, плетению «морды» – ловушки для рыбы из ивняка. Про метеорит дедушке с бабушкой Вася не рассказал. Сначала хотел было, но подумал, что бабушка скажет, что это он от метеорита заразу подхватил, и будет ворчать на него, что зря он суёт свой нос везде. А потом… А потом его будто что-то всякий раз останавливало рассказывать об удивительном случае, произошедшем с ним в лесу: вспомнит про метеорит, откроет рот уже сказать, мол, я такое видел!.. – и передумает, промолчит.

В августе Василий вернулся домой к родителям в Барнаул, довольный проведенным летом. Решил, что и следующее лето тоже проведет у деда, а дед пригласил его еще на зимние каникулы – поохотиться на зайцев и тетеревов. Он обещал приехать – кто же от такого откажется!

На ноябрьские праздники, как всегда, ходили на демонстрацию, а восьмого ноября был школьный вечер, танцы. Вася с одноклассниками хорошенько поддали втихаря – был портвейн «три семерки», пили в основном для храбрости. Закусили конфеткой и двинулись танцевать, девушек приглашать. Василий пригласил танцевать Тоню, девушку из своего класса. Не особенно выдающейся внешности, брюнетка, но с выдающимися формами, на полголовы ниже его. Вася, танцуя медляк, постепенно смелел и прижимал к себе девушку, та особо не сопротивлялась. Васина смелость и хмель дошли до того, что он положил голову на плечо Тони и поцеловал ее в шею. Танец закончился – Васю пригласили одноклассники покурить в туалет. Хотя он сам и не курил, но никак не мог отказаться от такого приглашения. Он зашел в задымленный туалет, потом прошел из умывальника, собственно, в туалет – оправиться, но тут раздался какой-то шум у входа, и в туалет влетел Коготь – Коготков Пашка, второгодник из параллельного класса, косил под блатного.

– Ах ты тварь! Ты посмел мою девчонку лапать! – подскочил тот к Василию и зарядил ему прямым в лицо. Вася инстинктивно уклонился и в ответ ударил Когтя по корпусу правой рукой, затем отскочил назад. Коготь был выше его на голову и шире в плечах – в этом возрасте год разницы также отражается на размерах тела. Коготь кинулся на него, Вася уклонился от очередного удара, снова ответил левой по корпусу и заскочил за трубу унитаза – у них в туалете смывные бачки не были прикреплены к стене, а держались на вертикальных двухдюймовых трубах, идущих от унитаза, вмурованного в пол. Воспользовавшись ситуацией, Василий из-за трубы еще раз ударил Когтя в корпус, уклонился от его удара в голову, перескочил за следующую трубу, которая отстояла от стенки на полметра. Коготь попытался пнуть Васю, ударил ботинком по бедру, Вася снова ударил левой по корпусу, заскочив за третью трубу. Коготь начал бить Василия кулаками – он зажал его в угол и молотил без остановки, правда, все удары приходились по предплечьям и локтям Васи, который ушел в «глухую» защиту. Когда Коготь, выдохшись, сделал паузу, Василий сильно врезал ему кулаком по правому плечу и выскочил из-за трубы. Коготь опять попер на Васю, загоняя его в угол возле раковины. Вася отбивался руками, все более и более зверея. И когда Коготь, загнав его в угол, ударил его по лицу – попал в челюсть, хорошо попал, – Вася в ответ хорошо приложил его правой в бок. Коготь скрючился, Вася от души добавил левой в другой бок – противник был значительно выше его. Тут налетели одноклассники, кинулись их разнимать. Коготь для вида подергался – мол, держите меня семеро, – но его, скрюченного, увели друзья. Вася, умылся, вытер лицо и руки носовым платком.

Ромка, его одноклассник, спросил:

– Ты чего, не знаешь, что ли, что Тонька с Когтем ходит?

– Да откуда я знаю, кто с кем ходит, Рома? Смазливая девчонка, одноклассница, танцы же! Ну охмелел слегка и, может, слишком тесно к ней прижимался – так ведь танцы же! – не мог успокоиться Василий.

– Коготь еще та тварь, мстительный! Того и гляди подловит тебя с кодлой и отметелит! – нагнетал Рома.

– Ладно, Ромка, пойду я домой, пожалуй, а то руки трясутся от перевозбуждения – сейчас бы еще подрался! – сообщил Вася и пошел собираться. А в голове прокручивалась состоявшаяся драка: тут надо было так ответить, а тут так!..

Гардероб не работал – раздевались в классе, Василий зашел в класс, начал переодеваться – надо было трико под брюки надеть и ботинки вместо туфель для танцев – мороз на улице. Он уже оделся и собрался к выходу из класса, как в класс ввалился Коготь с кодлой из четырех парней.

– Ну что Васька, надо ответ держать за Тоньку! Ты мою бабу лапал, а это западло! Чужое не трожь! – шипел Коготь, держась за бок, а его парни разминали кулаки.

«Блин, да что это такое? – в растерянности думал Василий. – Не хватило, что ли, ему драки в туалете?»

– Коготь, тебе чего – разобрались же в туалете? – спросил он. – Мне твоя баба нафиг не нужна – просто потанцевал.

– Нет, Васька, ты ее лапал! – возразил Коготь. – И ответишь за это!

– Так уже ответил в туалете… – не понимал Вася.

– Вот когда я тебя запинаю, тогда и ответишь. А в туалете – это просто предупреждение было!

– Ты совсем дурак Коготь! Нафиг мне твоя баба сдалась? Я первую попавшуюся девчонку, причем одноклассницу, пригласил потанцевать! Я ее не лапал! Я танцевал с ней медляк! А в нем друг друга обнимают! Девушка и парень! – он пытался достучаться до разума Когтя.

– Мне пофигу, по понятиям ты лапал мою девку! Значит ответишь! Поддайте ему парни! – приказал Коготь, и парни двинулись на Василия.

Тут дверь открылась, и в класс завалил Генка Тихов, здоровяк из Васиного класса, считавший себя в классе главным, хотя даже старостой не числился.

– Это кто тут хозяйничает в моем классе? – задал он риторический вопрос, уже разминая кисти рук для драки. – Коготь, что, давно по морде от меня не получал?

– Да у меня личный вопрос, я на твой класс не претендую, Тихий! – открестился Коготь.

– Личный вопрос решается лично, а ты с кодлой приперся! – напирал Генка.

– Ну ладно, потом с ним разберемся! – Коготь начал отходить к двери.

– Вали, и не попадайся больше в моих владениях! – засмеялся довольный Генка.

– Васька, видишь, я тебя спас от расправы! Только я тут могу бить кого хочу! – смеялся Тихов. – А без меня нельзя! Вот если бы ко мне с просьбой подошли о помощи – может быть, и помог поколотить тебя. А так, извини, мой класс – моя епархия! Но за территорией школы я тебе, Васька, ничем не смогу помочь, – и Тихов шутовски развел руками. – Можешь меня не благодарить – я за свою власть боролся, а не за тебя, убогий!

– Да я и не собирался тебя благодарить, – с этими словами Василий вышел из класса. Закутавшись как следует, он вышел на улицу и решил пойти домой коротким путем, через гаражи – эту дорогу только местные знали.

Через пятнадцать минут Вася вышел из щели между гаражами в проезд – там горел единственный фонарь, но, благодаря белому снегу, он хорошо освещал все вокруг. Поэтому Вася сразу увидел ожидающую его кодлу Когтя. Коготь стоял в отдалении, держась за правый бок, его четверо дружков выступили дугой.

«Вот это сюрприз», – подумал Василий, по инерции сделав ещё несколько шагов вперед.

– Наваляйте уже ему! – крикнул Коготь, и на Васю кинулся Лом – Ломов Андрей, парень чуть поменьше Когтя. Он широко размахнулся правой, Василий легко взял его на прием и кинул через бедро. Лом пролетел аж три метра и громко упал в снег. Не даром Вася самбо занимался с шестого класса. Побед у него было совсем мало, но приемы на тренировках отрабатывал вместе со всеми.

Тут на него побежал второй парень – Дуб – Дубовцев Колька, так же широко размахнувшись для удара правой рукой, как оглоблей. «Совсем драться не умеют придурки», – подумал Василий и сделал Дубу классический бросок через себя с падением на спину. И оттолкнул от себя Дуба ногой от души. Тут же вскочил на ноги, сзади раздался грохот – Дуб при падении ударил ногами в ворота гаража, а до них три метра было, не меньше.

Вася сосредоточился – еще трое противников оставались на ногах. На него шел, расставив руки, толстяк Карлсон. Вася даже на знал, как его зовут на самом деле, все его так звали. «Видимо, попытается завалить», – подумал Вася и, схватив Карлсона за руку, заломил ее приемом. Карлсон завыл, упав на колени:

– Отпусти, больно!

Вася отпустил руку, дал ему пинка, от которого тот зарылся носом в сугроб. На Васю, пританцовывая, шел Крот – Кротов Илья, боксер. «Да, с этим будет непросто справиться…», – подумал Василий, сгруппировавшись. Когда Крот подошел на расстояние удара, Вася упал и подсечкой под ноги сбил боксера с ног, удар пришелся по лодыжке. Крот упал и завыл от боли, держась за щиколотку. Василий вскочил – оставался один Коготь. Тот стоял, вертя по сторонам головой, не зная, что делать. Вася не спеша подошел к нему:

– Ну что, Коготь, допрыгался? Придется ответ держать! Вася подумал, что если он не закрепит результаты победы, то Коготь снова попытается ему отомстить. Он врезал Когтю оплеуху, да так, что шапка-ушанка слетела с его головы.

– Еще дорогу перейдешь – шею сверну, понял? – он взял Когтя за грудки, хотя тот был выше его.

– Да понял, понял! – завыл Коготь, держась за ухо, по которому попало. – Да ладно, забирай Тоньку, пускай она теперь твоей девкой будет! – выдал Коготь.

– Понадобится и заберу – произнес важно Василий.

Остальная кодла сидела на снегу, ожидая развязки. Он для порядка дал пинка Когтю, от которого тот улетел носом в сугроб, и пошел домой.

История получила продолжение в первый учебный день. На перемене к Васе подсела Тоня, из-за которой весь сыр-бор разгорелся.

– Вася, давай погуляем сегодня, – предложила она, стрельнув глазками, да так, что у него сердце зашлось. – Я же теперь твоя девушка, ты же отбил меня у Когтя!

– Тоня, – Вася аж задохнулся от такого предложения, сердце выпрыгивало из груди, – я, конечно, готов с тобой погулять, – и Вася замолк, не зная, что сказать еще.

– Можем в киношку сходить, потом ко мне пойдем, у меня мамка на дежурстве суточном, в картишки поиграем, – предложила Тоня.

– Конечно, пойдем! – с радостью согласился Вася, глядя на ладную девичью фигурку с выдающейся грудью и тонкой талией.

– А можем сразу ко мне пойти, – предложила Тоня, томно поведя плечами.

– Хорошо, можно сразу к тебе, – согласился с радостью Вася, как всякий мальчишка, мечтающий потерять невинность.

– Ну все – после уроков ко мне! – решила Тоня и встала из-за парты, оправив юбочку. Зыркнула на ошалевшего Васю, засмеялась и вышла из класса.

После школы они с Тоней пошли к ней домой. Вася нес ее портфель, болтали по дороге о всякой всячине, а у парня сердце колотилось – он еще не встречался с девушками вообще, а тут сразу такое двусмысленное свидание, да еще наедине. Зашли в квартиру, однокомнатная на первом этаже. Тоня жила с матерью, отца у нее не было.

– Меня мамка родила в пятнадцать лет и не знает, от кого, – хихикнула Тоня, снимая пальто. Они сели на кухне, попили чай с бубликами, потом зашли в комнату, сели за стол в карты играть. В квартире было тепло, и Васе даже жарковато – и трико под брюками грело, и жар от близости девушки горячил.

– Вася, а давай на раздевание сыграем? – предложила Тоня. – Мамки до утра не будет, так что не запалимся!

– Давай, – с готовностью согласился Вася, готовый на все. Он сдал карты, потом началась игра, они играли в дурачка и постепенно по очереди освобождались от одежды. Играли азартно, когда на Васе остались одни трусы, а на Тоне бюстгальтер с трусиками, она, бросив карты, села к Васе на колени.

– Вася, поцелуй меня! – попросила она.

Вася неумело поцеловал Тоню в губы.

– Вот так надо целоваться! – Тоня показала Васе, тот присосался к ней, прижимая ее за талию к себе. Трусы предательски оттопырились, а Тоня одним движением сняла бюстгальтер.

– Я тебе нравлюсь? – провокационно потягиваясь, спросила она. Вася осторожно взял ее груди в руки:

– Очень нравишься!

– Потискай их, мне это нравится, – попросила Тоня, сама поглаживая рукой оттопыренные трусы Васи. – Вася, пошли на диван, там удобнее, – предложила она.

– Вася, я твоя девушка, не стесняйся, – попросила Тоня, снимая трусики. Вася круглыми глазами смотрел на голую девушку, онемев от неожиданности. Он как во сне гладил Тоню, она помогла ему снять его семейные трусы, достала и надела презерватив, а потом уложила парня на себя. Очнулся Вася, когда закончился акт. Тоня стонала.

– Тебе больно? – со страхом спросил Вася.

– Дурачок, мне хорошо! – улыбалась Тоня. – А ты хороший любовник!

– Да у меня это первый раз! – признался Вася, гладя грудь Тони.

– У тебя хорошие природные данные, – мурлыкала Тоня, положив голову на грудь Васи. Они еще минут пятнадцать лежали рядом, лаская друг друга, потом Васе захотелось повторить. Тоня с радостью согласилась. И так у них повторялось трижды, потом Тоня сказала, что на первый раз достаточно, и они, посетив ванную, стали одеваться.

– Вася, афишировать нашу связь не стоит, а то проблемы будут и у тебя, и у меня. Провожать ты меня больше не станешь, спустя полчаса после меня будешь просто приходить ко мне домой, когда мать будет на дежурстве, – предложила Тоня и попросила: – В следующий раз презервативы с собой принеси.

Вася просто согласно кивнул головой. Тоня выпроводила парня, а Вася полетел домой как на крыльях – он познал, что такое любовь женщины! Все вокруг сияло от Васиной радости. Прилетев домой и плотно пообедав, он сел за уроки – они у него отлетели за полчаса. Потом он метался по квартире, не зная, чем заняться, эйфория переполняла его.

Зимние каникулы Василия

Как и планировалось, на зимние каникулы Василий приехал к дедам, на целых десять дней. Первый день отдыхали, разговоры разговаривали, в баньке парился с дедом, рассказывал деду и бабушке о своих делах в школе, на второй день пошли с дедом на охоту. Дед запряг кобылу Зорьку в сани, и они поехали на дальний кордон, надо было сена разложить в ясли – кормушки для лосей, там и поохотиться на тетеревов можно было. Два часа в дороге пролетели незаметно за разговорами, дед занялся сеном, а внука послал охотиться в распадок, километра три от яслей. Василий встал на охотничьи лыжи и двинулся к распадку – для него это было привычно, с детства был приучен к ним. Через час он подошел к распадку, начал постепенный обход мест с токовищами тетеревов. Целый час прошел безуспешно – не было тетеревов. На последнем токовище он крался к поляне очень осторожно, боясь вспугнуть осторожных птиц. Около большой сосны, обросшей вокруг елками, Вася увидел следы птиц на снегу и следы большой кошки.

«Что за зверь?» – удивился он. Хотел двинуться дальше, но тут его что-то сбило с ног, и острая боль в шее и спине почти парализовали его, ружье выпало из рук. Он инстинктивно схватил двумя руками у себя за спиной чью-то лохматую голову и рванул ее, бросив перед собой. Вскочил на ноги, подхватив выпавшее из рук ружье и разглядев перед собой в трех метрах крупную зверюгу. Навскидку выпалил дуплетом ей в морду крупной дробью. Затем бросив бесполезное ружье, выхватил из-за пояса туристический топорик, но зверюга лежала неподвижно. Сердце бешено стучало в Васиной груди, сильно болела шея и чесалась спина, разодранная зверем. Он рассмотрел животное – вроде бы не рысь, крупнее, да и раскраска не характерная для рыси, кисточек на ушах нет. «Росомаха!» – догадался он. Это очень опасный зверь, иногда даже на человека нападает. Вася ни разу не видел ее в природе, только на картинках.

– Вот гадина, и на меня напала! – выругался он. Василий достал рацию, которую ему дал дед, нажал дрожащими руками кнопку вызова. Дед ответил только через пять минут, Вася к этому времени полностью успокоился, но шея отчаянно болела, и спина сильно чесалась.

– Деда, на меня росомаха напала, поцарапала гадина! – пожаловался он.

– Внук, скорее уходи оттуда! – приказал дед. – Она вновь может на тебя напасть!

– Не нападет, вон она валяется, я ей шары выбил дуплетом, – сообщил внук.

– Жди меня, я быстро! – пообещал дед и рванул к нему на лыжах, не забыв прихватить с собой санки на таких же охотничьих лыжах для добычи.

Через полчаса дед осматривал росомаху, для начала потыкав ее стволом винтовки.

– Повезло тебе внучек! Ты ей очень точно по шарам попал дробью, иначе бы ты ее не убил бы. Страшная зверюга, тебе надо будет свечку поставить в церкви твоему ангелу-хранителю, что от лютой смерти тебя спас. Дай осмотрю твои раны, – и дед начал осматривать внука, раскрывая лохмотья разодранной фуфайки.

– И тут ты в рубашке родился! Красные полосы от когтей остались, фуфайка на себя все взяла! – сообщил он.

– Чешется сильно спина! – пожаловался внук. – А шея сильно болит!

– Посмотрим твою шею. Так, у тебя тут синячище на всю шею, с двух сторон! Кусала наверно, да тряпки не дали прокусить! Повезло тебе, внучек! – не уставал удивляться дед. – Давай я замотаю тебе спину шарфом, чтобы ты не замерз.

– Давай, а то и правду поддувает спину, – согласился Василий. Дед своим шарфом обвязал внука вокруг спины, прикрыв лохмотьями фуфайки спину.

– Ну да ладно, давай росомаху на санки положим и двинемся к яслям, а там и домой.

Они уложили вдвоем росомаху на санки, дед впрягся в них сам, и они двинулись к яслям. Через час они были в яслях, уложили росомаху на большие сани и поехали к дому. Дома были уже через полтора часа – дед то и дело подгонял Зорьку. Дед соскочил с саней и все рассказал выскочившей из дома бабушке.

– Давай, внучек, пойдем в баню, осмотрим тебя, – попросила баба Маша. Василий покорно пошел в баню, теплую со вчерашнего дня. Там дед Николай и бабушка раздели его, вся его одежда была разодрана. Внимательно осмотрели внука – на спине красные полосы от когтей, вся шея превратилась в большой синяк. Спину и шею обработали перекисью водорода, бабушка дала выпить Васе лечебный напиток из трав, смазала шею целебной мазью и, закутав ее тряпицей, уложила внука спать.

– Поспи, внучек, отдохни после охоты, – сказала бабушка.

Внучка не пришлось долго уговаривать – впечатлений от сегодняшней охоты было на целый год. Он уснул, а дед занялся свежеванием росомахи.

– Маша, смотри, зубы у зверя поломаны, сколы свежие, – сообщил дед.

– Об внучка обломала зубы, – засмеялась бабушка.

– Ну да, как ни удивительно, но это действительно так. Вот смотри, из фуфайки дед достал обломок зуба и показал жене.

– Да ладно! – удивилась бабушка.

– Это еще не все. У зверя сломана шея и разорван позвоночник в районе шеи, как будто пытались оторвать голову, – показал дед освобожденный от шкуры участок шеи росомахи с обильными кровотечениями. – Внук сказал, что росомаха напала на него сзади, на спину прыгнула, он ее двумя руками схватил за голову и сбросил с себя. А потом уж дуплетом выстрелил дробью ей в голову.

– Это что – внук у нас настоящий богатырь? – бабушка покачала головой.

– Это что-то уже за пределами человеческих сил, богатырь… Ну, может быть, и так. Но я так думаю, что надо бы испытать его на другие возможности, чтобы ему и нам понять его силы. Ну и чтобы он молчал об этом, а то запрут в какой-нибудь закрытый почтовый ящик для опытов, – ответил дед.

– Да, у нас это могут, – согласилась бабушка.

На следующий день, после завтрака, бабушка с дедом вновь осмотрели внука. Краснота на спине начала проходить, синяк на шее пожелтел.

– За каникулы все следы исчезнут, – порадовался дед. – Болит шея-то?

– Немного, не сильно, – сообщил внук, прислушавшись к своим ощущениям.

– Внучек, похоже, тебе господь подарил силу неимоверную, – сказала бабушка, – но демонстрировать ее никому не надо, а то тебя государственные службы к себе заберут на опыты. А зачем это тебе? Это не лучше тюрьмы.

– Да какая сила-то у меня? – удивился Василий.

– Ну вот, Вася, попробуй вот эту подкову разогни и согни, – дед сунул внуку подкову.

– Ну ладно, попробую, – и Вася легко разогнул подкову, вновь ее согнул – Горячая, – сообщил он.

– Вот еще тест, – дед сунул внуку шкворень от телеги, толщиной два сантиметра. – Согни его и распрями.

– Давай, попробую, – согласился Вася и легко согнул шкворень, затем выпрямил его в несколько приемов, чтобы вернуть первоначальную форму. – Ой! Я даже сопротивления почти не ощущаю! Вот это да!

– У тебя и кожа, похоже, тоже такого же качества – росомаха зубы о твою шею поломала, а кожу не прокусила, – сказал дед.

– И в кого ты такой уродился богатырь? – удивленно спросила у самой себя бабушка. – Васек, тебе теперь надо быть очень осторожным, чтобы кого-то ненароком не покалечить – вон железяки ты как легко гнешь!

– Да, понял теперь. Но я чувствую свою силу, могу осторожно брать какую-то вещь, а могу и с силой на нее воздействовать, – сообщил Вася. И тут же взял со стола стеклянный стакан, демонстрируя свои возможности.

– Ну ты понял, о чем мы тебя предупреждаем, – завершил наставления дед. – Давайте думать, что тебе дальше делать с твоей силой-то. Ты же собирался поступать после школы в институт по радиоэлектронике?

– Ну да, пока намерений не менял, – ответил Василий.

– Ну и пусть учится на инженера, – поддержала его бабушка.

– Может, с учетом его возможностей, куда-то в другую область податься? – задал вопрос дед.

– В какую? – спросил внук.

– В милицию, например. Будешь бандитов ловить, – предложил дед.

– Да что-то не вызывает интерес у меня эта работа, – честно признался Вася. – Но я подумаю над своими новыми возможностями, может, что в голову придет интересное.

Глава 3. Вика Васечкина, Новосибирск, июнь 1985 года

Вика Васечкина шла по лесу, собирая грибы, и тихо напевала популярную песенку:

Позади крутой поворот,

Позади обманчивый лед…

Девушка гостила на каникулах у маминых бабушки с дедушкой в Охотхозяйстве, что в тридцати километрах севернее Новосибирска. И собирала грибы она совсем недалеко от поселка – в километрах пяти, лес вплотную подходил к нему. В сентябре ей предстояло пойти в десятый класс, ей было уже пятнадцать лет. Светило закатное солнышко, вечерело, было пора собираться домой, тем более что набрала уже полную корзину и рюкзак белых грибов. Их еще предстояло почистить, потом сварить, а после этого в трехлитровых банках дед отвезет их к ним домой в Новосибирск, будет чем всю зиму питаться.

Вика уже решила повернуть к дому, но впереди показалась большая поляна, залитая солнцем и усеянная яркими полевыми цветами. Девушка не удержалась и вышла из лесу на луговой простор. «Красота-то какая!» – подумала она и пошла по траве среди цветов, громко распевая прицепившуюся песню:

Руку мне дай на середине пути,

Руку мне дай, еще нам долго идти…

И тут в ясном небе что-то прогрохотало, почти как гром, но чуть по-другому; Вика перестала петь, задрала голову и начала оглядывать небо. Ничего – ни облачка, ни самолёта какого… «Бух!» – что-то шандарахнуло прямо в поросший лесом холм сразу за поляной. Это был громкий и страшный «бух». Вика остолбенела. Она стояла посреди цветочной поляны и прислушивалась, не бухнет ли ещё что-нибудь, чтобы уже по-настоящему испугаться, завизжать и со всех ног кинуться к дому. Но ничего не бухало, зато послышался шорох, треск сучьев – что-то приближалось, что-то быстро приближалось к девушке спускаясь с холма. Вика не могла пошевелиться, её словно пригвоздило к месту, глаза девушки расширились от ужаса, и она не мигая смотрела на кусты перед поляной. «Зверюга?!» – мелькнуло у нее в голове. Но это был не зверь – из кустов выкатился большой каменный шар и, замедляя ход, подкатился к ногам девушки.

– Фу, блин, – выдохнула она и легонько пнула носком кроссовка серую каменюку. Камень, казавшийся таким серьёзным и прочным, вдруг распался на несколько частей, а внутри него вспенилась ярко-зелёная жижа. Не успела Вика отпрыгнуть от этой непонятной штуки, как жижа прыснула прямо на неё – на лицо, руки и платье.

– А! – вскрикнула девушка и стала брезгливо и лихорадочно стирать с себя платочком зелёную гадость. Но жидкость и сама быстро испарялась, так, что через несколько секунд от нее и следа не осталось. Но осталось лёгкое жжение на коже, и Вика поспешила к ближайшему болотцу, чтобы вымыть руки и умыться. Там она тщательно помыла руки и лицо, продолжая брезгливо отплевываться. Вернулась к брошенной корзине с рюкзаком, надела рюкзак и, захватив корзину, двинулась домой. Через полчаса Вика вернулась в дом к деду с бабушкой, похвасталась грибами. О происшествии со странным камнем и зелёной противной жижей она не рассказала – не знала, что сказать: почему сразу не убежала, почему пнула этот камень… И вообще – какой-то дурацкий случай.

– Отдыхай внучка, мы с дедом почистим грибы, – пообещала бабушка.

– Да нет баб, я с вами чистить буду, – настаивала Вика.

– Поужинай пока, я грибы замочу до завтра. Завтра и будем с тобой их чистить, – решила бабушка.

Поужинав, Вика легла спать. Телевизор у дедов показывал не очень хорошо – далеко было до телецентра, а программа «Время», которую обычно смотрели все вместе, уже прошла.

Наутро у Вики поднялась температура, бабушка хлопотала вокруг нее, пичкала всякими травяными настоями.

– Простудилась бедняжка, – жалела ее бабушка.

Через неделю температура у девочки спала, она почувствовала себя лучше, стала гулять с деревенскими подростками. Так она провела все лето, а в августе вернулась домой в Новосибирск, больше не вспоминая о странном камне с противной зеленой начинкой.

На новогодние каникулы Вика поехала в гости к другим дедам – к родителям папы Виктора, – которые жили в Красноярске. Дед Егор Семенович встретил внучку на вокзале, они обнялись, пошли на парковку, уселись в жигули «Копейку» деда. Через полчаса подъехали к дому, там охи и ахи бабушки Зины, прискакала ее подружка-одногодка Лена из соседнего подъезда – давно ждала ее. Поужинали вместе бабушкиными угощеньями, подружки уединились в Викиной комнате посекретничать. Договорились пойти в субботу на танцы в ДК «Железнодорожник», там будет играть живой оркестр, а потом местная рок-группа, от которой все тащатся.

В субботу девушки в модном прикиде зашли в ДК и, переодевшись в гардеробе, двинулись в танцзал. Играл оркестр, рок-группа должна была начать играть в восемь вечера, а пока подружки вдвоем закружились в вальсе под звуки оркестра. Их заметили и на следующий танец пригласили танцевать пареньки их возраста. Танцевали вальс они неумело, поэтому на предложение продолжить знакомство подружки ответили отказом. Следующий танец девушки танцевали снова вдвоем, а вот на третий танец их пригласили взрослые парни, которым было явно за восемнадцать. Высокий Николай, ну прямо настоящий принц, пригласил Вику, а его друг Вася, чем-то смахивающий на цыгана, пригласил Лену. После танца девушки с удовольствием продолжили знакомство с видными парнями. Станцевав еще пяток танцев, ребята предложили поехать к ним, посмотреть на видеомагнитофоне фильмы для взрослых.

– Девушки, вы ведь уже взрослые? – спросил Николай, улыбаясь. – Вам можно фильмы для взрослых смотреть?

– Ну конечно! – возмущенно подтвердила Лена. Вика пожала плечами – а чего бы не посмотреть?

Парни предложили подхватить их возле остановки трамвая, и выйти из клуба по отдельности. Вику это несколько насторожило, но Лена отмахнулась от ее опасений. На остановке парни ждали их и предложили молча следовать за ними.

– Болтать дома будем, – сказал Вася.

Это еще более насторожило Вику, но тем не менее, следуя Ленкиному желанию, они вслед за парнями сели в трамвай, сами купили себе билеты и через полчаса вышли на остановке. Когда трамвай ушел, парни подошли к девушкам, пригласили их идти к дому Николая.

– Дом в наследство от бабушки остался, родители летом там бывают, он как дача у нас, – объяснил Николай. – А зимой я там с друзьями отрываюсь, по-взрослому! Вы же взрослые девушки? – еще раз с подтекстом спросил Николай.

– А что? Незаметно? – кокетливо спросила Лена.

– Конечно, заметно, но внешность бывает обманчива, – ответил Николай.

Через полчаса они дошли до дома, он был обнесен глухим забором. Открыли калитку, прошли в дом. В доме было не очень тепло.

– Печку утром топили, – пояснил Николай.

Он забросил новую порцию дров в печку, и огонь весело затрещал, распространяя тепло по комнате.

– Снимайте верхнюю одежду, девушки, проходите в зал направо, – пригласил Николай.

Девушки сняли пальто и прошли в небольшой зал, примерно четыре на четыре метра. Возле стены стоял диван, возле него стол, в противоположной стороне стоял музыкальный центр «Вега» с колонками. Николай включил музыку, заиграла «Абба», он пригласил танцевать Вику. Вика согласилась и они, обнявшись, кружили в танго. Через полчаса Вася принес с кухни напитки – пепси-колу и пиво.

– Пепси для девушек, пиво для мужчин, – объявил он. Все прошли к столу, Вика попробовала напиток и тут же выплюнула:

– Какая гадость! – воскликнула она.

– Да что ты понимаешь в таких напитках! – возмутился Вася.

– Да вроде ничего так, вкусно! – сообщила Лена, осушая стакан.

– Я уж лучше чай попью, – упорствовала Вика.

Парни переглянулись, потом Николай сказал странную фразу:

– Да так будет даже интереснее. Вася, замути чай для нас.

Вася ушел на кухню, а Николай пригласил Вику настраивать телевизор в соседнюю комнату. Лена развалилась на диване, бессмысленно улыбаясь. Вика пожала плечами и пошла вслед за Николаем в соседнюю комнату.

– Такие фильмы смотрят вдвоем, поэтому я дверь закрою, – сообщил Николай, закрывая дверь. В комнате стоял большой разобранный диван, напротив него стоял телевизор с видеомагнитофоном.

– Садись, – хлопнул рядом с собой Николай, усаживаясь на диван.

Вика присела рядом с ним. Парень ей нравился, но что-то в нем было опасное, ненастоящее. Николай включил телевизор, и на экране сразу появилось изображение голой парочки, которая занималась сексом, со всеми подробностями.

– Какая гадость! – возмутилась Вика. – Ты зачем такую гадость мне показываешь?

– Да не ломайся ты, раздевайся, сейчас и мы с тобой такой же класс покажем! – повалил Вику на диван Николай.

– Ты что себе позволяешь?! – возмутилась Вика, пытаясь выбраться из-под парня.

– Врешь, не уйдешь от меня, сучка! – Николай начал срывать с Вики одежду. Вика отчаянно отталкивала его. Но Николай, приподнявшись на левой руке, ударил кулаком Вику в челюсть – у нее аж искры из глаз полетели.

– Сука, будешь у меня еще барахтаться! Убью, сука! – он еще раз ударил кулаком Вику по лицу. Вике было больно и стыдно – ее избивал какой-то моральный урод. Гнев вскипел у нее, и в ответ на его удар она дала ему пощечину, от которой тот сразу свалился с нее и так и остался лежать на полу без движения. Вика встала с дивана, посмотрела на парня в отключке и перешагнула через него, брезгливо поморщившись.

– Ну у меня и силушка, однако! – удивилась девушка. Она оправила одежду и вышла из комнаты. И увидела ужасную картину: с вяло отбивающейся Лены Вася, пыхтя, стаскивал колготки.

– Вася не надо, нельзя, – бормотала Лена.

– Ты, придурок, отстань от Лены! – гаркнула Вика. Она наконец поняла, что это была за парочка уродов.

– Что, сучка, Коля тебя еще не объездил? – вскочил Вася. – Заткнись, а то всю морду твою распишу, – он выхватил из кармана нож и щелкнул выкидным лезвием, начал махать им, двигаясь к Вике. Вика отскочила от него подальше, схватила со стола пластиковую бутылку с пепси-колой и с силой запустила ее в Василия. Бутылка попала ему в живот с такой силой, что он скрючился и упал на пол лицом вниз, так и не выпустив из руки нож.

– Вставай, Ленка, быстро уходим отсюда! Эти уроды хотели нас изнасиловать! – Вика помогала Лене натянуть колготки. Лена вяло ей помогала.

Кое-как они вышли в прихожую, оделись и выбежали из дома, Вика поддерживала Лену. Они за полчаса добрели до остановки трамвая, дождались его, Вика затащила подружку и усадила на сиденье пустого трамвая, пошла купила билеты. Ленка так и сидела, потерянно осматриваясь по сторонам.

– Вика, а почему мы не танцуем? – спросила она.

– Потом объясню, молчи пока, – попросила Вика. Они доехали до центра, пересели в свой троллейбус и поехали домой.

– Пошли ко мне ночевать, – пригласила Вика, видя неадекватное поведение подруги. Лена согласилась, и они поднялись в квартиру дедов Вики. Вика попросила бабушку позвонить Ленкиным родителям, чтобы разрешили у нее переночевать. Бабушка покачала головой, но позвонила и получила разрешение.

На утро у Лены был отходняк – трещала голова, чувствовала она себя очень плохо. Бабушка допытывалась:

– Вы что спиртное пили? Запаха от вас вчера не было…

– Баба, Ленка в буфете пепси выпила, ее угостили, а я не стала пить. Видать, пепси некачественная оказалась, – сказала Вика, а сама подумала: «Наверняка эти уроды что-то подмешали Ленке в пепси».

– Да, эта иностранщина гадость еще та… Зачем ее только производить у нас начали? – посетовала бабушка, суя Лене таблетку Цитрамона. Больше девчонки за каникулы никуда не выходили. Они договорились молчать о своем проколе с походом на «взрослые фильмы». К окончанию каникул Вика вернулась домой в Новосибирск.

Интерлюдия

– Майор, что там у вас по пожару на Новостанционной? – спросил подполковник Геращенко, заместитель начальника райотдела милиции города Красноярска.

– Установлено точно, что возгорание произошло от электрочайника на подоконнике. Вода выкипела, чайник расплавился и загорелась занавеска, потом и все остальное. Когда приехали пожарные, вызванные соседями, дом пылал как свечка, крыша тут же при них рухнула. Так что заливали уже головешки после пожара. На месте обнаружили два трупа. Молодые люди лет двадцати. Установлено, что в крови у них были опиоидные наркотики. Что еще интересное, на кухне у них стоял холодильник, и его содержимое сохранилось. Там стояла литровая банка с кокнаром – отваром из маковой соломки, видимо, они его и перебрали, а чайник забыли выключить, когда отключились.

Хотя эксперты не исключают криминал, но это между строк, как бы, в заключении не отразили. В общем, у первого трупа от входа в домик переломаны кости грудины, но, когда это случилось – до пожара или вследствие пожара – установить трудно. У второго трупа сломаны шейные позвонки – голова набок свернута, и так же трудно установить до пожара или в следствие пожара эта травма появилась. Оба трупа в позе боксера, как полагается.

– Пусть не фантазируют эти эксперты, картина вполне ясная, до пожара они были живы. Закрывай уголовное дело, майор, – вынес свое решение подполковник.

Вика

Вику заинтересовало то, с какой легкостью она вырубила достаточно взрослых парней, поэтому на уроках физкультуры в школе она начала проверять себя на различных спортивных снарядах. Оказалось, что подтягиваться на турнике она может очень долго, в том числе и на одной руке, но больше десяти раз даже на двух руках решила не показывать – она девочка все-таки. По канату на одних руках она как мартышка быстро долетала до потолка – это заметили, но значения не придали, некоторые так умеют. На волейболе Вика была вынуждена попробовать себя в ударной тактике, повторить опыт наподобие того, с бутылкой пепси-колы.

Физрук разделил класс на две команды – девочек и мальчиков. И тут началось: подачу делал лидер класса Егор Краснов, парень под два метра ростом и косая сажень в плечах. Он решил приколоться и изо всех сил ударил по мячу при подаче, направив мяч в хрупкую Лену Ващенко, которая стояла на левом дальнем углу. Лена попыталась отбить мяч снизу двумя руками, но он пролетел сквозь ее слабые ручки и ударил ее в живот. Лена сразу упала навзничь, скрючившись от боли. Егор сам был не рад своей шутке, но сделанного не вернешь. Сделали замену игрока, Вика встала на место Лены и сделала подачу под стать Егору, целя ему в лицо. Пушечный удар был слышен всем, Егор попытался отбить мяч, но тот пробил его руки, попал ему в лоб. От удара Егор упал навзничь и закрыл руками лицо, корчась от боли. Физрук прекратил игру, занялся Егором, на лбу которого отпечатались следы от мяча. Всю следующую неделю Егор ходил с синяками под обеими глазами и красным опухшим носом, зло посматривая на Вику. Лена приболела после физкультуры – шутка даром не прошла, но руководство школы решило не поднимать этот вопрос на педсовете, поскольку это были спортивные травмы, нанесенные случайно.

Но на этом испытания не закончились. Были прыжки в длину – Вика прыгнула на два с половиной метра, но решила больше не повторять, прыгая на два метра. Прыжки в высоту дались Вике легко, когда никто не видел, она с места прыгнула на три метра. Но легкая атлетика ей была неинтересна, поэтому она, посмотрев нормативы, на занятиях стала прыгать с разбега на метр девяносто – на первый разряд, и то старалась делать это нестабильно, чтобы не заставили ездить на соревнования.

Вика попробовала ударить большую боксерскую грушу, которая висела у них в спортзале. Дождавшись, когда вокруг никого не было, она ударила со всей силы кулаком, так же, как били боксеры – прямым правой. Удар был правильный, груша отлетела к потолку, рассыпая опилки из пробитого бока. Вика взглянула на руку – с ней все было нормально. Поймала летящую обратно грушу, затормозила ее и увидела дыру в месте удара. Делать было нечего – пошла к физруку, покаялась, что баловались и шестом грушу пробили, попросила инструменты для починки груши. Физрук поругался, дал ей цыганскую иглу с дратвой и отправил ремонтировать грушу. Заштопав грушу, Вика снова начала тренироваться наносить удары, в точности копируя боксеров, уже дозируя свою силу, – у нее хорошо получалось. По звуку ударов она определила силу, с которой колотили грушу боксеры, запомнила этот уровень – с какой силой надо бить, чтобы не покалечить человека. Отрабатывала двоечки, крюки и прочие удары, подсмотренные ей на ринге, все получалось отлично – если придется применить силу, она это сделает технично, как это делают настоящие боксеры.

Но больше всего Вике понравилась стрельба, которая не зависела от силы человека, и получалось стрелять у Вики отлично. После пристрелки винтовки Вика как бы видела кружок, в который может попасть пуля при данном положении данной винтовки, и могла легко перемещать этот кружок, благодаря силе своих мышц, даже просто держа винтовку у пояса, не прицеливаясь, – мишень на пятьдесят метров она видела без всякой оптики. Тренер заметил успехи Вики и предложил ей ходить на секцию пулевой стрельбы. Вика согласилась.

– Вика, ты после школы куда поступать будешь? – спросил Виктор Василевич, военрук и тренер по пулевой стрельбе в школе.

– В наш мед пойду учиться на хирурга, – сообщила Вика свое решение.

– Нормально, там хорошая стрелковая секция, будешь освобождена от физкультуры. Я тебе и тут сделаю освобождение, как только первый разряд присвоим – для этого на соревнованиях надо участвовать, – сообщил тренер. – В следующем месяце городские.

– Хорошо, буду соревноваться, – согласилась Вика.

Десятый класс у Вики пролетел как одно мгновение, летом она ездила на соревнование по пулевой стрельбе, получила КМС – кандидата в мастера спорта за свои результаты. Она могла бы стрелять и лучше, но пока решила не выделяться, для этого институт есть.

Ну а по выходным Вика бегала на танцы с подружками. Танцы проводились в городском саду на открытой веранде. На эстраде играл ВИА из местных парней. Вика и ее подружки изо всех сил кокетничали с парнями, своими сверстниками и постарше, гуляли с ними. И вот в субботу она познакомилась с Женей – он в Лесном техникуме учился на третьем курсе, ему было аж восемнадцать лет, на два года старше Вики. Они гуляли по парку, танцевали и целовались под светом луны, – все было так романтично… И вот, гуляя по парку, они забрели в какой-то темный уголок, сели на лавочку и начали целоваться. Они так увлеклись, что не заметили, как к ним подошли трое парней, лет под двадцать, ну чистые уголовники – двое их них были наголо обриты – это было видно при ярком свете луны.

– Ха, телка! Крюк, давай распишем ее на троих! – предложил один из них. Компания гогоча обступила лавочку.

Коля вскочил, но один из парней коротким ударом в челюсть оправил его в нокаут.

– Ну что, девочка, скидывай одежонку, чтобы не испачкать и не помять. Лавочка, как видишь, имеется, где тебя разложить, – гоготнул Крюк, главарь банды, хватая Вику за грудь. Вика автоматически дала ему пощечину, от которой тот свалился без сознания. Она вскочила, готовая к бою, и ударила в челюсть ближайшего бандита, как по боксерской груше в спортзале. Хрустнула кость, и бандит свалился без чувств. «Перебрала немного с силой удара», – подумала Вика, не сожалея об этом особо.

– Ах ты сука! Драться решила?! – третий бандит выхватил нож и водил им на уровне живота Вики, опасно тыкая им. Вика инстинктивно отступала, соображая, как решить проблему: «Так, что же с этим уродом делать? С ножом-то я не знаю, как справиться…». Но сообразила: у нее была сумочка на длинном ремешке, чтобы на плече носить, пригодится как оружие. Она отпрыгнула на метр, сняла сумочку и прикинув ее вес – килограмма полтора, как бутылка с Пепси-колой, – метнула ее в лицо бандита. Тот попытался уклониться, но не успел – сумочка попала ему в лицо в правую половину, –он отлетел от удара и упал без сознания. Вика подошла к нему, ногой отбила нож в кусты, подняла сумочку и подошла к Жене. Тот начал подниматься, пошатываясь, растерянно смотря по сторонам.

– Идти можешь? – спросила Вика.

– Да, могу, конечно, голова только кружится, – и тут Коля споткнулся о лежащего бандита.

– Ой! Кто это их? – удивился он.

– Тут отряд дружинников пробегал, отметелили их, сказали, что скоро вернутся. Надо бы нам поскорее уйти, чтобы в милицию не забрали вместе с ними, – сказала Вика, оглядываясь по сторонам.

Женя принял ее слова всерьез – не его же это девчонка уложила троих здоровых отморозков. У ближайшего фонаря Вика рассмотрела парня – у него на скуле была шишка, которая наливалась синевой.

– Женя, езжай домой, приложи чего-нибудь к скуле, а то завтра синячище будет, – предложила Вика.

Женя посмотрел на нее, буркнул «пока» и ушел из парка, больше ни слова ей не сказав. Вика с удивлением посмотрела ему вслед. «Хм, ушел и ничего не сказал насчет следующей встречи», – огорчилась она и, грустно вздохнув, двинулась домой – на сегодня ей хватило приключений.

Но на следующий день Вика вновь отправилась на танцы – причин для печали не было. На танцплощадке шушукались – кто-то вчера избил трех уголовников, попали в больницу с тяжелыми травмами.

«И кто же на такое отважился?» – удивлялась Вика. А потом задумалась: что-то совпадений много – три уголовника и вчера вечером… «Неужели это мои бандиты? С чего бы у них тяжелые травмы? Ну понятно, у одного наверняка челюсть сломана. А у других то что?» И Вика стала прислушиваться к разговорам, участвуя в них. Оказалось, что дружинники делали обход парка и обнаружили лежащих парней в одном из темных уголков. Они вызвали скорую и их отправили в больницу. У одного челюсть была сломана, у другого тяжелое сотрясение мозга, а у третьего сломаны лицевые кости и нос. Все сходились во мнении, что это уголовники между собой разборки устроили.

«Надо в следующий раз бить аккуратнее», – сделала для себя вывод Вика на будущее, но ничуть не жалея бандитов.

Вновь начались танцы, Вику пригласил рослый парень. Вика кружилась с ним в танго, познакомились: Вадим, студент второго курса политеха; вернулся из стройотряда, денежек заработал, вот и гуляет. Вика рассказала о себе, парень как-то сразу скис – малолетка. Больше он к ней не подходил, Вика, впрочем, без танцев не оставалась – ее приглашали на танец сверстники и ребята чуть постарше, ну а на быстрые танцы и приглашать не надо – Вика сама шла в круг и отжигала в нем, энергии в ней было хоть отбавляй.

На следующий день Вика пошла с девчонками на пляж – на Обское море в Академгородке. Они там купались, загорали, Вика хорошо плавала, а теперь и уставать перестала – могла плавать очень долго, сама поражаясь своей выносливости. Рядом расположилась компания парней студентов. На школьниц они внимания не обращали, Вике с подружками даже обидно стало. Вика решила сбить с них спесь.

– Девчонки, я сплаваю до той лодки, узнаю, есть ли тут рыба, а то, может, завтра удочки сюда принесем, порыбачим! – громко объявила Вика, встав на ноги.

Девчонки тоже подскочили.

– Ты что, Вика, до нее километр же будет! – отговаривали они подругу, а парни с любопытством наблюдали за ней.

Вика, польщенная таким вниманием, пошла к воде и поплыла кролем к лодке, а перед этим крикнула девчонкам, чтобы засекли время. Через восемь минут Вика подплыла к лодке, в ней сидел мужчина средних лет с удочкой. Последние метры Вика очень тихо плыла, чтобы не распугать рыбу, как считала она. Доплыв до лодки и повернувшись на спину, Вика спросила рыбака:

– Ну что, клюет?

Рыбак начал оглядываться вокруг, не видя Вику из-за бортов лодки. Вика немного отплыла и сказала:

– Я здесь!

Рыбак обернулся и, увидев Вику, пробормотал:

– О, господи! Чего тебе надо, девочка?

– Хочу узнать – клюет или нет? А то, может, завтра тоже с удочкой приплыву сюда, – сказала Вика.

– Уже не клюет. Хороший клев на утренней и вечерней зорьке, – ответил рыбак. – Я больше думы думаю – тут никто не мешает. Ну, кроме тебя сюда никто не заплывал. Хорошо плаваешь, однако.

– Ну ладно, поплыву тогда обратно, – сказала Вика и кролем быстро поплыла к берегу.

Выйдя из воды, вся из себя прекрасная, Вика двинулась, не спеша, к своим девчонкам, которые подскочили и ждали ее. Парни тоже с любопытством ожидали ее, им было очень любопытно, что такая девчонка отмахала вплавь пару километров.

– Рыба не клюет! – громко объявила Вика. – Только на утренней и вечерней зорьке клюет, а этот рыбак от суеты отдыхает. Сколько я отсутствовала?

– Двадцать минут, – сообщила Люда Крошина.

– Нормально, еще пять минут с рыбаком беседовала, – так же громко сообщила Вика.

Парни засуетились – решили сами туда сплавать, оценить скорость или дистанцию – девочка проплыла ее по нормативам мастера спорта. Среди них было два спортсмена-пловца, они подошли к девушкам, познакомились, разговорились. Вика, как королева, сдержанно отвечала на их вопросы. Подтянулись и остальные парни, перезнакомились.

– Вика, у тебя какой разряд по плаванию? – спросил пловец Илья, сероглазый блондин. – У меня первый.

– У меня нет разряда, я год назад занималась в секции плавания, но перестала – в бассейн далеко было ездить, – ответила Вика.

– Ты, кажется, хорошо плаваешь, судя по этому заплыву. Трудно оценить точно – нет точного расстояния до лодки, а так бы смог сказать, на какой ты разряд тянешь, – сказал Илья.

– В трех километрах отсюда мерная миля для парусников – можно взять лодку в аренду и сплавать туда, – предложил Виктор Сивков, кандидат в мастера спорта по плаванию.

– Ой, давайте сплаваем! – подскочила Люда. – Вика, ну ты же проплывешь эту милю?

– Ну ладно, проплыву так и быть, уговорили, – делано капризничая, согласилась Вика.

– Может, в другой раз? Вика уже проплыла два километра… – осторожничал Илья.

– Ладно, проплыву еще раз, раз вам так хочется, – еще раз согласилась Вика, злясь на Илью с его осторожностью. Девчонки подскочили, радостно подпрыгивая, а парни умилялись, глядя на их реакцию. Виктор пошел договариваться насчет лодки. Через полчаса он пришел, сказал, что поплывут на большой шлюпке под парусом, все в нее войдут. Девчонки, радостно галдя, собирались, всей компанией двинулись к лодочной станции. Там с мостков загрузились с визгами и писками в большую шлюпку, матрос поставил парус, и поплыли к мерной миле. Через час были у первого бакена, капитан шлюпки бросил якорь.

– Вика, можно прыгнуть с борта шлюпки, она очень устойчивая, – предложил Виктор.

– Хорошо, прыгну с борта, – легко согласилась Вика. И по команде «старт» прыгнула в воду. За ней прыгнул в воду Илья – тоже решил проверить себя. Но Вика быстро оторвалась от него, ее руки мелькали как лопасти пропеллера, через пятнадцать минут она подняла руку возле второго бакена, ей помахали в ответ, она тут же поплыла обратно, также в быстром темпе. Через двадцать минут Илья достиг бакена и поднял руку. А через тридцать минут Вику подняли на борт шлюпки.

– Ну как, Витя, на какой разряд я сплавала? – спросила Вика кокетливо.

А Витя стоял разинув рот. Девчушка проплыла две мили по нормативам мастера спорта международного класса и нисколько не запыхалась!

– Витя, ну скажи, – канючила Вика.

– А, извини, задумался. На мастера спорта ты проплыла – у тебя большое будущее в плавании! – эмоционально сообщил он. – У меня только КМС, а у Ильи первый разряд – он эту милю на него и проплыл. Давай в нашу команду!

– А какое у меня большое будущее в плавании? – спросила Вика уже прагматично. – Что там такого большого?

– Ну, союзные и даже международные соревнования, поездки за рубеж, может, даже олимпийские игры, – ответил Виктор.

– Я подумаю, – пообещала Вика.

Через полчаса к лодке подплыл Илья – на обратном пути он часто отдыхал на спине.

– Ну что наша чемпионка, какой результат показала? – сразу спросил он.

– Полчаса туда и обратно, – коротко ответил Виктор.

– Ни фига себе! Вика, давай к нам, в нашу команду! Будем первые места брать на Союзе, можем попасть на международные соревнования! – начал уговаривать он.

– Надо подумать, я собираюсь учиться в меде на хирурга… Надо это все обдумать, – ответила Вика уклончиво. Все с жаром стали ее уговаривать заняться плаванием, даже девочки из ее класса.

– Ребята, давайте отдыхать! – утихомирила она всех. – Спорт – это такой же труд, как и по основной профессии. Что нам предложат наши кавалеры в части отдыха? – спросила она.

– О, девушки, пойдемте в кафе-мороженное! – тут же сообразил Виктор. Все с радостью согласились, и шлюпка взяла курс к берегу.

Глава 4. Виктор Карасев, Томск, июнь 1985 года

Вечерело, было около девяти вечера, в это время в Томске солнце еще не заходит. Виктор Карасев, мужчина среднего телосложения и роста, тридцати лет отроду, ведущий инженер НИИ, специалист по разработке компьютеров, сидел на веранде своей дачи, наслаждался тихим вечером и тишиной. Тихо играла музыка в транзисторном приемнике, настроение было лирическое. Рита – его жена, со своей подругой Татьяной, вечерком устроили посиделки с чаепитием, болтали о своих женских делах. Виктору стало скучно, он решил порыбачить, благо озеро Копыловское было всего в паре километрах от дома.

Девочки, пойду-ка я порыбачу, может, рыбку поймаю, – сообщил он дамам.

Поймай рыбки, а мы что-нибудь вкусненькое сготовим из неё, – обрадовались женщины.

      Виктор собрал удочки, накопал червей на огороде и двинулся через лес к Копыловскому озеру. Он шел по утоптанной тропинке среди высоких елок и сосен, в лесу было достаточно сумрачно, пели птички, под ногами мягко пружинила опавшая хвоя.

– Настоящий дремучий лес, – улыбнулся Виктор.

Через десять минут он вышел из леса на восточный берег озера – там сидело несколько рыбаков, похоже, из местных. Судя по их куканам – это леска или шнурок с камнем на конце, на которую нанизывались пойманные рыбы, – рыбалка у них была не очень успешной, но разговоры между собой они вели громко, видимо, уже хорошенько поддали.

Виктор знал одно местечко у озера, где было народу поменьше, и рыба водилась. Он прошел еще с километр по берегу на северо-запад, вышел в маленькую бухточку, отделенную от озера камышовыми зарослями. Там он и расположился, закинул удочку, нанизав на крючок червяка. Через десять минут была первая поклевка – небольшой окунек. Слишком маленький. Виктор выбросил его обратно в озеро, сменил червяка и вновь забросил удочку. Через пять минут вновь клюнуло, и он, не торопясь, дождавшись более сильного клева, подсек рыбу. Удочка согнулась от мощного рывка.

«Ого, похоже, что-то крупное поймал!» – обрадовался Виктор. Он осторожно стал подтягивать рыбу к берегу. Постепенно он вытянул из воды килограммового язя.

– Офигеть! Вот это я удачно зашел! – громко сказал Виктор, радуясь неожиданной удаче, и насадил язя на кукан.

Он вновь забросил удочку, нанизав самого крупного червяка в надежде на крупную рыбу. Но клева долго не было, потом опять клюнуло, но мелко.

«Опять окуньки теребят наживку», – подумал Виктор. Он не стал подсекать, но удочку взял в руки. Наконец поплавок утонул, Виктор подсек рыбу. Но там болтался небольшой окунек.

– Иди домой и родителей приведи! – с этими словами он бросил окунька в озеро. Виктор сменил червяка и вновь забросил удочку. Меньше, чем через минуту мощно клюнуло, он едва успел схватить удочку, сразу подсек рыбу. Опять мощный рывок, едва удочку в руках удержал. Виктор потянул удочку из воды, на поверхности показалась спина крупной рыбины.

«Отлично, надо теперь его не упустить», – думал Виктор, подводя рыбу к берегу. Через минут пять он вытащил из воды крупного язя, немного меньше первого. Азарт овладел им, он быстро посадил язя на кукан, вновь забросил удочку. Но полчаса он то и дело снимал с крючка мелкую рыбешку и выбрасывал ее в озеро, азарт у него пропал.

«Последний раз забрасываю», – решил он, забрасывая удочку. Солнце пошло к закату, пора было сворачиваться. Через пять минут вновь мощно клюнуло, Виктор с надеждой схватил удочку. Вновь на крючке сидела крупная рыба – она вырывала удочку из рук. Виктор осторожно подводил рыбу к берегу. Это оказался такой же крупный язь, как в первый раз. Виктор вытащил его на берег, посадил его на кукан. Начинались сумерки, пора было идти домой.

«Посидел пару часов, и удача мне улыбнулась – поймал трех крупных язей. На одну рыбалку этого вполне достаточно», – радовался Виктор.

Еще было светло, он пошел назад к своей даче через хвойный лес, повесив на пояс кукан с рыбой. В середине пути, когда он проходил мимо большой разлапистой ели, раздался свист откуда-то с неба, и сквозь ветки этой большой елки, ломая их с треском и шумом, пролетело что-то крупное, громко стукнувшись о землю. Виктор ощутил этот удар своими ногами. Он онемел от страха и неожиданности, но все же повернулся и увидел в паре метров от себя под елкой какой-то темно-красный, видимо, от высокой температуры, камень, размером со здоровенный арбуз.

«Похоже, это метеорит, коли он упал с неба», – решил он, успокаиваясь.

Неожиданно метеорит треснул, развалившись на две половинки, которые стали тут же рассыпаться на более мелкие осколки. Из этого крошева вдруг вывалился небольшой шар, чуть больше теннисного мячика, он светился ярким зеленым цветом. И этот булыжник неожиданно раскололся, из него вылилась густая зеленоватая флюоресцирующая жидкость с резким запахом. Виктор подошел поближе, осмотрел ее, но не стал прикасаться, решил вызвать ученых на место падения метеорита – это было необычно, он знал, что метеориты испытывают огромные температуры до попадания на Землю. Внезапно жидкость сама по себе вспенилась, затем вспучилась в пузырь, и он лопнул, брызги попали на Виктора и его добычу. От жидкости на земле и следов не осталось, остатки метеорита исчезали. Куски оболочки с шипением потихоньку таяли. Виктор брезгливо стер платком густую жидкость со своих рук и лица, но жидкость больше размазалась, чем стерлась. Решил дойти до дома, там отмыть руки и лицо. Пока дошел до дома, следы жидкости пропали. Но на все равно помыл руки и лицо с мылом, как обычно он это делал, приходя домой с улицы.

Дамы уже напились чаю, и собрались расходиться. Виктор похвастался уловом, женщины с восторгом осматривали жирных язей. Как-то сразу решили, что завтра сделают корейскую закуску хе из этих язей и устроят попойку. Они с Ритой еще час занимались рыбой – чистили ее от чешуи, потрошили, старались вытащить из нее все кости. Нарезали на кусочки и замариновали ее.

В воскресенье они с Ритой из язей приготовили хе, пригласили друзей на ужин. На ужине были супруги Рожкины, неожиданно заявился Володя Вакулин, их приятель с Рожкиными. И не с пустыми руками – прихватил с собой бутылку водки. Еще бутылку с собой Рожкины принесли. Вечеринка удалась на славу, даже песни горланили.

На следующий день все участники ужина заболели. Температурили все, особенно досталось Виктору – его скорая возила целый день по больницам, никак не могли диагностировать заболевание, пока не привезли в клинику Савиных – там поставили диагноз острый описторхоз и оставили у себя.

Виктор пролежал больнице целый месяц, восстанавливая силы. По выходным приходила жена – она тоже переболела в легкой форме, приносила ему домашнюю еду, сообщала о домашних новостях. Один раз пришел Сергей Корнеев, он был неофициальным заместителем руководителя группы – такая должность была у Виктора. Он принес яблок, сообщил как обстоят дела на работе, поинтересовался, когда Виктор выпишется. На что тот не мог ответить ничего конкретного, мол, доктора все решают. У Виктора постепенно шелушилась и облазила кожа, как после ожога, поэтому доктора держали его у себя.

Виктор как-то спросил доктора, какие лекарства ему дают. Доктор ответил, что только витамины. Поддерживающая терапия восстанавливает силы после отравления.

По выписке из больницы друзья устроили сабантуй, на этот раз без рыбных блюд. Виктор узнал, что все участники вечеринки тоже переболели в разной степени тяжести. У всех была температура, морозило с неделю, потом прошло. Решили, что все-таки не стоит больше есть речную рыбу с этой опасной заразой.

Приключение в Москве.

После выписки Виктор с энтузиазмом включился в работу – соскучился по ней. В начале октября 1985 года Виктор получил повестку из военкомата – на месячные сборы офицеров запаса, он был лейтенантом запаса по воинской специальности, полученной в вузе, заместителем командира батареи зенитно-ракетного комплекса ЗРК «Куб». Он уже неоднократно бывал на таких сборах, ничего интересного там не происходило, кроме потери времени. Подумав, Виктор решил «откосить» – съездить в командировку на неделю. На следующее утро он зашел к начальнику отдела Михаилу Рецману и спросил насчет командировки, честно сообщив о сборах. Начальнику отдела тоже было не очень интересно отрывать работника на несколько дней, поэтому он тут же нашел куда поехать Карасеву.

– Виктор, на заводе имени Хруничева барахлит штабелер, надо съездить и разобраться.

– Так я со штабелером никогда дела не имел, – удивился Виктор.

– Разберешься, там ничего сложного нет, та же система управления на нашей стойке, – успокоил его начальник.

И Виктор стал собираться в командировку в Москву. В воскресенье они с Носиковскими и Рожкиными жарили шашлыки в лесочке возле многоэтажного дома, где жил Паша – в поселке Спутник вблизи Томска, где располагался исследовательский ядерный реактор Политехнического института. Шашлыки удались, пикник тоже – друзья довольные разъехались по домам. Утром следующего дня, в понедельник, Виктор вылетел в Москву. Отметившись в головном институте, он поехал по делам на предприятие, на котором ему предстояло работать в командировке. Его разместили в гостинце в Марьиной роще, договорились с завтрашнего утра приступить к работе. Виктор созвонился с другом детства, одноклассником Олегом Слепаковым – в Сусумане с ним школу оканчивали, – который жил в Москве, предложил вечерком пожарить шашлыки. Олег, конечно, согласился, только сомневался в результате – на шестнадцатом этаже многоэтажки шашлыки трудно пожарить.

Вечером после работы Виктор заглянул в ближайший мясной магазин – таких было множество в Москве, в отличии от Томска, купил баранью ногу, лишние костяшки от нее отрубили по его просьбе. Приехал домой к Олегу в Очаково, его жена Нина была тоже рада его видеть. Виктор разделал мясо и замариновал шашлыки, попили сухого вина в процессе приготовления шашлыка. Олег с Ниной удивлялись – Виктор от тебя пахнет костром, лесом и жареным мясом!

Так я вчера вечером жарил шашлыки на природе, – объяснил он.

Виктор нанизал мясо на шампуры и в газовой духовке полчаса жарил шашлык. Москвичи распробовали шашлык – восторгались – как вкусно! Под шашлык выпили бутылку водки на троих, добавили сухого вина на посошок. Ближе к полночи Виктора проводили к электричке, он поехал на ней до станции метро, потом уже пешком от станции метро пошел к гостинице в Марьиной роще. Виктору было хорошо от выпитой водки, он не спеша шел по тротуарам, слегка пошатываясь. За два квартала от гостиницы, его путь пересекли трое молодых парней лет по двадцать.

Закурить не найдется? – спросил самый крупный из них, черноволосый брюнет с усами.

Вас что-то слишком много для меня одного, – пробормотал Виктор. – Одну сигарету могу дать, у меня только три останется – сказал он, протягивая открытую пачку БТ брюнету. Брюнет вытащил все четыре сигареты из пачки.

– Мужик, а пять рублей не займешь до пенсии? Только не говори, что у тебя их всего двадцать, – хохотнул он.

Придурок малолетний, сигареты положил в пачку! – разозлился Виктор такому хамству.

А то чё?! – продолжал куражиться брюнет. – Двадцать пять рублей тогда отдашь взамен?

По попе надаю, – сообщил Виктор храбрясь. Оглянулся вокруг – кроме этой троицы на улице никого не было видно, ему стало совсем страшно.

– Да чё с ним церемониться, Колян? – к Виктору подскочил коренастый крепыш и с ходу ударил Виктора кулаком в челюсть.

Виктор покачнулся, но устоял, а крепыш завыл, баюкая ушибленную руку. Виктор не нашел ничего лучшего, как дать ему пинка под зад от души – крепыш взлетел в воздух и рухнул на дорогу в метрах трех от Виктора и замолк. Виктору тут же прилетело от брюнета пара ударов в челюсть – от Коляна, как он запомнил. Виктор качнулся, но наклонив голову, ударил в ответ правой, попал в блок, выставленный Коляном, но того это не спасло, и он с воплем, отлетев на два метра, рухнул на дорогу и затих. Третий грабитель, похожий на уголовника, подскочил к Виктору и ударил его ножом в область печени. Виктор реально испугался, прямо обмер от страха, втянул инстинктивно живот и крутнулся, уклонившись от удара, ребром ладони ударил наотмашь уголовника сверху вниз слева направо по шее – тот рухнул на землю без звука. Противники были повержены, все лежали без сознания. На месте схватки было темно.

«Специально такое место выбрали, – подумал Виктор. – Значит, моего лица они не запомнили, можно спокойно удалиться. А я крутой парень, однако! Троих вырубил! Не даром в юности боксом занимался!». И Виктор с гордо поднятой головой, покачиваясь от выпитого, пошел к гостинице.

На следующий день Виктор приехал на завод имени Хруничева в Филях – там ему предстояло разобраться со сбоями в работе штабелера, управляемого от стойки с «Кедром-11». Илья Коробейников, инженер ответственный за работу штабелера, демонстрировал Виктору работу машины:

– Вот работает, работает нормально, и вдруг – раз! – и рога поехали в движении. Цепляется за стеллажи, иногда сталкивает поддоны с инструментами! Одни убытки от вашей техники!

Разберемся, Илья, – пообещал Виктор.

Он сел за клавиатуру, начал гонять штабелер по всем ячейкам. Никаких сбоев не происходило. Подошло время обеда, Виктор пошел в столовую за территорией предприятия. Обслуживание его удивило – как в ресторане, обслуживают официанты, и даже пиво можно купить. Он так и сделал – заказал Чанахи – баранину с картофелем в горшочке, не удержался и взял ещё свиную отбивную в кляре, но без гарнира. Ну и бутылку пива Московского. Не спеша все умял, запивая пивом. После обеда пошел умиротворенный в цех. Илья сидел за столиком, пил чай. Предложил Виктору – тот отмахнулся. Илья нехотя сообщил: сбои часто бывают вечером. Виктор, поболтав с Ильей полчаса, согласился попить чаю.

Давай подождем до вечера, – предложил он, спешить Виктору было некуда.

Так и болтали с Ильей до конца рабочего дня. У Виктора сложилось о нем впечатление, что он был хорошим специалистом, инициативным, старался улучшить все на своей работе. Очень часто делал рационализаторские предложения – платили за них до двухсот рублей, – сообщил он, – но приходилось брать в соавторы начальника цеха, иначе его «рацухи» не принимались. Так дождались конца рабочего дня, Виктор начал тестировать штабелер. Солнце на закате ярко освещало крышу здания и окна на ней. Виктору даже слепило глаза, когда он смотрел на верхние этажи штабелера. И вот он поднял платформу штабелера вверх, морщась от слепящих лучей, и она неожиданно пошла внутрь стеллажа, вытолкнула поддон с инструментом – тот рухнул с высоты шести метров на бетонный пол, инструменты – а это болванки по пять килограмм – разлетелись вокруг.

– Вот видишь! – воскликнул Илья. – Вот и сбой! Вот так он и сбоит!

Ничего не понимаю – там же магнитные датчики по проекту, почему их засвечивают лучи солнца, – сразу сообразил Виктор.

– Постой, – завис Илья. – Мы разберемся сами, претензий к вам нет, – неожиданно закончил он.

– Ну как же так? Вот реальность, магнитные датчики реагируют на свет, надо разобраться, – настаивал Виктор.

– Не надо разбираться, – попросил Илья, – мы решили усовершенствовать штабелер – поставили оптические датчики, рацуху подали, премию за неё получили. Уберем все – вернем к заводскому варианту. Прошу тебя, мы эту претензию спустим на тормозах, о тебе отзыв можем отправить о квалифицированной помощи, – Илья просяще смотрел на Виктора.

– Да какие проблемы! – Виктор рассмеялся. – Подпишите протокол, что изделие работает в штатном режиме и сбоев не наблюдается – и все! Рационализаторы, блин!

– Конечно, напишем! – обрадовался Илья. – Мы тебе командировку концом недели закроем, если хочешь!

– О! Закроете ее вторником? Я тогда в Москве погуляю выходные, – обрадовался Виктор.

– Как захочешь! – обрадовался и Илья.

Виктор прошел в приемную начальника цеха, позвонил своему другу Олегу, сообщил, что свободен до конца недели – могут вместе погулять. Тот тоже воодушевился – попросил позвонить через пару часов, он что-нибудь придумает, как им развлечься в выходные.

Интерлюдия

Кинёв, сгоняй к судмедэкспертам, пошукай, что они нарыли по тройному убийству в Марьиной роще, – приказал капитан Арефьев своему подчиненному лейтенанту Кинёву.

Сделаю! – Кинёв надел куртку и вышел из кабинета начальника отдела уголовного розыска РОВД по Марьиной роще.

Привет трупорезам! – Кинёв зашел в ординаторскую морга.

Привет молодым сыщикам, – приветствовал его врач-патологоанатом Сергей Петрович Любомиров. – Если ты насчет тройного убийства в Марьиной Роще, то это, похоже, не ваша тема. Это, скорее всего, дорожно-транспортное пришествие.

На выезде дежурный эксперт признал убийство, – возразил Кинёв.

Так это было предварительное заключение. Вот смотри, труп номер один с ножом в руке… Казалось бы, чистый криминал. Но! У него переломаны кости груди, разорвано сердце, раздроблен позвоночник, как бы ударом сверху вниз под углом. Но человек не может развить такую силу удара! Максимум – сломать шейные позвонки и ключицу может. Поэтому делаем заключение, что это удар какой-то гладкой выступающей частью транспортного средства, едущего с большой скоростью! Не менее ста километров в час! Нож в руке свидетельствует лишь о том, что, видимо, у этой троицы произошел конфликт, номер первый с ножом гнался за номером вторым и третьим, но на дороге все попали под машину или мотоцикл. Первый номер выбросило на тротуар, а второй и третий остались на дороге.

Интересно, а второй и третий? Что с ними? – спросил Кинёв.

Второй номер. Множественные переломы костей таза, как бы пинок мощный получил, но судя по силе удара, опять же, выступающей гладкой частью движущегося транспортного средства. От удара отлетел и разбил голову об асфальт – обычное дело в таких случаях. Аналогичная ситуация с номером третьим. Также удар выступающей гладкой частью движущегося транспортного средства в область груди, перелом рук, ушиб грудной клетки, от удара об асфальт разбита голова. У второго и третьего трупа причина смерти – черепно-мозговая травма. Так что можете с радостью передавать дело в ГАИ, это их компетенция, и тут имеет место не убийство, а несчастный случай – дорожно-транспортное происшествие.

Ну ты нас успокоил! А то у нас весь отдел на ушах – тройное убийство! – обрадовался Кинёв. Он схватил листы с заключением патологоанатома и поехал в отдел доложить начальству радостную весть.

Глава 5.

Виктор, лето 1986 года

На выходные Гидрометцентр обещал хорошую погоду, и в субботу днем друзья собрались на даче Гены Рожкина. Это была всего лишь небольшая избушка с печкой, но с отдельным сарайчиком на участке, в котором Геннадий оборудовал себе «мужскую берлогу». В гости к семейству Рожкиных приехали Паша Носиковский с женой Ниной – их знакомые по студенческой жизни, ну и Виктор с Ритой. После распития двух бутылок водки под шашлыки – дамы пили вино – мужики пошли покурить к Гене в «берлогу». Вели, конечно, обычные мужские разговоры о разных своих делах и достижениях. Паша прихвастнул, что он, служа в ВДВ, легко кирпичи ребром ладони ломал. Решили попробовать, и начали с дров, которые хранились в сарайчике – доски Паша ломал легко, поэтому попробовали Виктор и Гена – у них тоже получилось, наверное, доски недостаточно толстые были. Паша напирал на то, что он кирпичи ребром ладони раскалывал, посматривая на своих друзей с превосходством. Рожкину это совсем не понравилось, и он, недолго думая, достал кирпич от старой печки производства «Мануфактура Макаровъ», предложил Паше его расколоть рукой. Паша с готовностью поставил его на два других таких же кирпича и с воплем «ХА!» врезал по кирпичу ребром ладони. После этого он взвыл от боли, баюкая ушибленную руку.

– Кирпич у тебя неправильный! Это не кирпич, а камень какой-то! – вопил он, шипя от боли.

Рожкин посмотрел на кирпич и, немного подумав, спросил Виктора, покачиваясь от выпитого:

– Виктор, может, ты попробуешь? Мы в ВДВ не служили, но поленья ломали вместе с Пашей только что. Теоретически должны и кирпич расколоть! Ну или не расколоть…

Виктор отнекивался, но недолго – выпитая водка толкала на подвиги. Но все-таки Пашин результат заставил его проявить осторожность – он аккуратно прицелился и резко ударил по кирпичу ребром ладони, не прикладывая особой силы, чтобы не повредить руку. На его удивление кирпич раскололся в месте удара. Он удивленно посмотрел на Рожкина, подозревая какой-то прикол с его стороны. Но Рожкин сам таращился на расколотый кирпич. Виктор молча достал еще один кирпич, положил вместо расколотого и предложил Рожкину расколоть его ребром ладони. Рожкин недолго и тупо смотрел на кирпич, на обломки расколотого, и с криком «ХА!» отчаянно ударил по кирпичу, но сжатым кулаком. Кирпич разлетелся на две половины, которые отлетели на пару метров каждая, рассеивая вокруг обломки. После этого Рожкин сел на свое потертое кресло, поставил локоть на подлокотник, положил на ладонь левой руки свой подбородок.

– Это надо обмыть, однако, Виктор! Я в первый раз в жизни рукой расколол кирпич! – изрек он важно.

Паша ошалело вертел в руках обломки кирпичей, стукал их друг о друга, пытаясь разгадать фокус. Но кирпичи лишь слегка крошили края при ударах, сохраняя свою целостность.

– Виктор, а давай ты попробуешь расколоть половинку кирпича, – предложил ради эксперимента Рожкин, ставя половинку кирпича между двух целых, слегка пошатываясь.

– Ну ты садюга! – возмутился Виктор, слегка заплетающимся языком, разводя картинно руки в стороны. – Один раз случайно получилось, теперь ты хочешь, чтобы я руку сломал! – потрясал он руками.

– Да нет, Виктор! Ты также, как в прошлый раз, аккуратно тюкни его и все, – предложил Рожкин, тоже слегка заплетающимся языком, показывая рукой, как надо тюкнуть кирпич.

Выпитая водка все еще толкала на подвиги, и Виктор буркнул:

– А, ладно! – и тюкнул кирпич ребром ладони.

– Ну вот, а ты боялся, – констатировал Рожкин, глядя на четвертинки кирпича.

– Ну теперь сам попробуй, – Виктор поставил половинку кирпича на два других, целых.

Рожкин аккуратно тюкнул ребром ладони по кирпичу, тот с щелчком раскололся на две части.

– Что имеем в результате эксперимента? – заплетающимся языком спросил Виктор у Рожкина.

– Это надо обдумать, Виктор, – глубокомысленно произнес Рожкин, опять усевшись в свое кресло и замерев как сомнамбула, положив подбородок на ладонь левой руки.

Паша переводил взгляд с Виктора на Рожкина, пытаясь найти подвох. Но оба были пьяненькие, совсем не похожие на фокусников. Сам Паша тоже был тоже «хорошеньким», поэтому в панику не впадал – алкоголь не позволял.

Тем временем жены решили проведать мужиков. Татьяна первым делом обозрела окрестности на предмет алкогольной заначки – чтобы мужики не упились.

– Ну что, мужчины, чем занимаетесь? – спросила она.

– Вот, кирпичи изучаем, – не смог придумать более умного ответа Паша.

– Вот что! – воскликнул Рожкин, видимо, что-то придумав. – Таня, мы смастерили с Виктором бутафорские кирпичи, чтобы фокусы с их разбиванием показывать! – сообщил он ей заплетающимся языком. – Можешь проверить, как красиво это будет выглядеть – ты своей маленькой ручкой этот огромный кирпич – он поднял целый кирпич – легким движением руки раскалываешь пополам.

После этих слов женщины рассмеялись, не веря, что кирпич бутафорский. А Виктор с удивлением смотрел на него, пытаясь вспомнить, когда они делали такие кирпичи.

Рожкин поставил кирпич на два других и показал Татьяне, как нужно ударить по нему, чтобы он раскололся. Татьяна, смеясь, легко ударила по кирпичу, он раскололся на две части.

– Вправду бутафорский! – воскликнула она, заливаясь серебристым смехом.

– Попробуй и ты, Рита, – предложил Виктор свой жене, ставя новый кирпич, по инерции повторяя глупость Рожкина.

– И зачем все это? – спросила Рита, легонько ударив по кирпичу по примеру Татьяны. Кирпич раскололся, Паша сидел в оцепенении, ничего не понимая.

– Давайте и я попробую! – предложила Нина, жена Паши.

– Не, у тебя не получится, не стоит, – возразил Рожкин, загадочно улыбаясь.

– Чего это не получится?! – возмутилась Нина, взяла целый кирпич, поставила его на два других и легонько стукнула по нему ребром ладони. – Ой, больно!!! – воскликнула она, потирая руку. С кирпичом ничего не произошло.

– Пойдемте выпьем, – предложил Виктор, так и ничего не поняв.

Друзья пошли в домик, Паша тупо оглядывался на сарай, пытаясь сообразить, что это было. Но выпитый алкоголь размывал его мысли, и он с радостью сел за стол. Татьяна достала из холодильника еще одну бутылку водки. Допив ее, доев все закуски, они горланили разные песни, и совсем не романсы. «По полю танки грохотали… – вопил Виктор, друзья подхватывали: И молодая не узнает, какой у парня был конец!» Разошлись затемно, Рожкины проводили Носиковских с Карасевыми – те ночевали дома – до остановки автобуса, после этого вернулись на свою дачу.

На следующий день Виктор страдал с похмелья – пил он редко. Позвонил Рожкин, пригласил в гости опохмелиться:

– С меня закуска с рассолом, с тебя выпивка. В Копылово в магазине шаром покати, из магазина звоню.

Рита не возражала продолжить банкет, и они снова поехали к Рожкиным на дачу, по пути зашли в магазин, купили бутылку вина и бутылку водки – воскресенье же было. Приехали к Рожкиным, выпили по пару рюмок, закусили горячими пельменями, стало тепло и хорошо.

– Пошли покурим, – пригласил Рожкин Виктора. Они прошли в сарайчик, закурили.

– Помнишь, что вчера было? – спросил Рожкин.

– Смутно, – честно ответил Виктор. – Кирпичи какие-то были неправильные, мы их кололи.

– Кирпичи правильные, а мы их кололи, – возразил Рожкин.

– А как ты определил? – спросил Виктор.

– Смотри, – Рожкин поставил целый кирпич на два других, взял четвертый кирпич, поднял его на вытянутую руку и уронил на третий кирпич. От падающего кирпича откололся небольшой краешек, лежащий кирпич остался целым.

– Теперь можешь его попробовать расколоть ребром ладони, как вчера, – предложил он.

Виктор осторожно, но резко ударил по кирпичу. Кирпич с щелчком раскололся.

– Дела… – протянул Виктор задумчиво.

– Это еще не все, смотри, – Рожкин взял в руку четвертинку кирпича, расколотую вчера, сжал ее в кулаке. Четвертинка рассыпалась в мелкие осколки. Рожкин подал Виктору такую же четвертинку и предложил попробовать сделать тоже самое. Виктор сжал руку в кулак, четвертинка рассыпалась в мелкие осколки.

– Ничего не понимаю, – тупо глядя на осколки кирпича, молвил Виктор.

– У нас с тобой, и у наших жен, сила стала в руках чудовищная!!! – воскликнул Рожкин. – Мне кажется, что это результат нашей болезни! Все переболели, и после этого такие результаты.

– Офигеть! – протянул Виктор.

Для пробы взял в руку полено и сжал кулак. Полено с хрустом расплющилось.

– Да, это что-то необъяснимое. Хотя… Точно! Я знаю откуда это! Когда я шел с рыбалки, со мной рядом упал метеорит. Я осмотрел его, и он раскололся на две части, из него вытекала зеленоватая флюоресцирующая жидкость. Я не стал ее трогать, решил вызвать ученых для ее изучения. А тут она как бы взорвалась и обрызгала меня и рыбу, остатки жидкости и обломки исчезли. Вот следующим вечером мы хе из этой рыбы кушали с женами. От нее, наверно, вы и заразились. Меня-то она всего обрызгала.

Друзья с жаром начали обсуждать, как им быть с этими новыми качествами. Они вспомнили, что Вакулин был у них в гостях и тоже ел хе из этой рыбы, и тоже переболел.

– Надо бы его навестить, – предложил Виктор, – чтобы он каких-нибудь дел на наворотил по незнанию.

– Точно, я ему позвоню, приглашу в понедельник вечерком после работы в гости на чай – пообщаться. Он теперь после развода свободен, как ветер, – предложил Рожкин.

– Мне позвони, как придет, я подтянусь, – попросил Виктор.

– Ну как без тебя, конечно, позвоню, – пообещал Рожкин.

В понедельник в семь вечера Вакулин распивал чаи с Рожкиным на кухне. Татьяна была еще в школе – она работала там учителем физики, кабинет ремонтировали с родителями учеников. Дети были в Асино у дедов. В дверь позвонил Виктор – поздоровались весело.

– Ты ему что-нибудь рассказал? – спросил Виктор.

– Нет, ждал тебя, – ответил Рожкин.

– Вы меня заинтриговали, – вытянулся Вакулин, улыбаясь. – Что я пропустил?

– Не знаю, с чего начать, – начал Виктор. – Вот силомер специальный – сожми его в кулаке. Мы тут с Рожкиными силами мерились, кто сильнее, так и не смогли установить, – с этими словами он подал Вакулину четвертинку кирпича с дачи Рожкина.

– Вы чего, прикалываетесь? – засмеялся Вакулин. – Какой на фиг силомер, это же обломок кирпича!

– Так ты сожми и посмотрим. Вот Рожкин его в два раза сжимает, – ответил Виктор.

– Ну приколисты! – захохотал Вакулин.

– Ну попробуй, что тебе стоит? – уговаривал его Рожкин.

– Хорошо, смотрите: силач Вакулин превращает в пыль кирпич! – с этими словами Вакулин смеясь, поднял вверх руку и сжал в руке обломок кирпича. Ожидаемо для Виктора с Рожкиным, он рассыпался на мелкие осколки с пылью.

– Вот так развели меня! – захохотал Вакулин, садясь. – Я и вправду поверил, что это был настоящий кирпич.

– Кирпич-то настоящий, в этом-то и весь прикол, – сообщил Виктор.

– Да ну на фиг! Не может быть! – не верил Вакулин.

– Вот попробуй, я прихватил с соседней стройки кусок арматуры, согни, разогни, сожми в кулаке ее – предложил Рожкин.

– Ну попробую, – Вакулин взял кусок арматуры длиной с полметра и толщиной пару сантиметров. Он осторожно начал сгибать ее в руках – прут легко гнулся в его руках. Он выпрямил его – положил на стол – горячий стал. Снова взял, уже любопытно ему стало. Согнул вдвое, место сгиба сжал в кулаке. Пруток сложился в две параллельные полоски. Встал, подошел к раковине и включил воду, сунул под нее прут для охлаждения.

– Теперь объясняйте мне, что со мной случилось такого, что из-за этого я стал суперменом! – Вакулин сел на стул и в ожидании смотрел поочередно то на Виктора, то на Рожкина.

– Мы поняли, что наша болезнь была вовсе не описторхозом, – сообщил Рожкин.

– В общем, я вляпался в какую-то инопланетную хрень, брызги которой попали на меня и на рыбу, – начал Виктор. – Мы все переболели, и эта хрень сделала нас суперменами. И наших с Рожкиным жен тоже. Мы им уже объяснили, что нужно теперь обнимать других людей очень осторожно, особенно собственных детей. Теперь тебе объяснили. А вот что дальше нам делать – пока не придумали, ты теперь тоже подумай над этим.

– Дела… – ошарашенно произнес Вакулин. Он взял в руки пруток арматуры и начал его крутить в руках, мять его, скручивать, напряженно мыслить при этом. – Я чувствую, что пруток раскалился уже, но мне не жжет. Могу спокойно его держать в руках.

– Да, ощущения у нас остались прежними, но раскаленный металл не прожигает кожу, поэтому ты можешь его спокойно держать, – ответил Рожкин. – У нашей кожи теперь отличная теплоизоляция. Мы с Виктором пробовали открытый огонь – руку облизывает, но даже волосы не горят. Супермены, мать его!

– Мне это даже нравится! – воскликнул радостно Вакулин. – Я супермен!

– Мужики, об этом надо молчать и всячески это скрывать, иначе КГБ нас быстро поместит в какой-нибудь закрытый пансионат и будут изучать, – предупредил Виктор друзей.

– Это точно, мы же идеальные солдаты. Я на всякий случай жену об этом предупредил. Да она сама сказала, что ей как женщине такая сила не к лицу. Нечем ей хвалиться, – сообщил Рожкин.

– Да, надо маскироваться, – согласился Вакулин, разрывая без усилия, как пластилин, пруток арматуры. – Но надо все-таки подумать, как нам это использовать на пользу страны. Ну и себя тоже не стоит обижать.

– В цирке силачом выступать, – хмыкнул Виктор. – На загнивающем Западе мы бы смогли быстро свои суперспособности реализовать. У них есть вид борьбы, так называемый рестлинг, возможно, это не совсем точный термин, но там бьются без всяких правил, я в «Международной панораме» видел, сказали, что у них гонорары огромные. Но мне как-то совсем не интересно. Я же инженер.

– Для инженерной деятельности наши способности супермена вряд ли нужны, – согласился Рожкин. – Надо будет попробовать себя еще в подводном плавании: сколько я без воздуха под водой продержусь, коли суперменом стал?

– А это тебе зачем? – спросил Вакулин.

– Ну, интересно же. Я же плавал с аквалангом, лепота… Но всего полчаса с одним баллоном, – ответил Рожкин.

– Это интересно, действительно, – согласился Виктор. – К космосу ближе станем, там тоже проблемы с воздухом.

– Я как-то в космонавты не стремлюсь, – высказался Вакулин. – Мне интересно на Земле жить и получать удовольствие. Интересная и высокооплачиваемая работа, интересный отдых после нее – вот жизнь в кайф!

– Ну, это всем в кайф, – согласился Рожкин. – Только насчет высокооплачиваемой работы не дотягиваем, хотелось бы больше.

– Это у всех так, зато есть к чему стремиться, – согласился Виктор.

– Спортом можно заняться и стать олимпийским чемпионом, например, по боксу. Или по борьбе. Надо попробовать побегать и попрыгать, – предложил Рожкин.

– Только не бокс – убьешь еще соперника. Лучше борьба – нежно прижал к себе и уложил на лопатки. Вряд ли после наших объятий сможет противник сопротивляться, – высказался Виктор.

– Можно еще многоборье – это метание диска, метание копья, прыжки и борьба, – предложил Рожкин.

– Я вспомнил: армрестлинг – это когда на руках силой меряются, – сказал Виктор.

– Но это же не вид спорта, так, развлечение для мужчин, – засмеялся Рожкин.

– Да кто его знает… В «Международной панораме» показывали США – там к этому виду спорта серьезно относятся, призы большие дают, – сообщил Виктор.

– Тяжелая атлетика – штанги поднимать, – предложил Вакулин. – Олимпийские медали гарантированы.

– Метание молота и диска, – вспомнил Виктор спортивные дисциплины, в которых требуется сила. – И тут тоже олимпийские медали гарантированы.

– Надо еще испытать себя на скорость – тогда будет еще бег, плавание и лыжи, – предложил Вакулин.

– Лесорубом работать, топором сосны рубить. Работа там сдельная, можно большие деньги заработать, – сказал Рожкин улыбаясь.

– Ну да, только там давно лес пилят мотопилами. С ней и обычный человек справится. Короче, мужики, наша суперсила – это пока наша проблема, и надо пока хранить ее в тайне. Раньше мне казалось, вот если бы я был суперменом – я бы такого наворотил… Ну вот, сбылась мечта дурака, и что дальше? Выгоды от нее пока никакой не вижу, за исключением нашей личной безопасности, что уже очень хорошо. Будем думать, как это использовать. Пойду-ка я домой, завтра на работу, – и Виктор попрощался с друзьями.

Глава 6.

Вакулин

На следующий день после встречи с друзьями Володя Вакулин пошел вечерком прогуляться. У него буйствовали гормоны – все-таки он почти год провел без женского общества. Он уже эмоционально отошел от потрясений развода, и ему захотелось новых отношений. Пошел в кинотеатр «Октябрь» на вечерний сеанс, побродил в фойе кинотеатра, посмотрел на девушек и молодых женщин. Но на него девушки не обращали внимания – видимо, староват для них он был, ему уже тридцать один год исполнился. А молодые женщины все были с со спутниками – не повезло ему.

– Надо на танцы сходить в выходные, – решил он. – Там с кем-нибудь познакомлюсь.

После киносеанса Володя вышел из кинотеатра и пошел пешком к общежитию на Кирова, там ему после развода завод выделил двухкомнатную малосемейку. Свою же двухкомнатную квартиру он жене с детьми оставил. Инициатором развода была жена – в отпуске у родителей встретила свою первую любовь, и у нее крышу снесло, несмотря на двух пацанов пяти и семи лет.

Неспешно прошелся по Кирова. На Дзержинке к девушкам, которые шли перед ним, пристала компания парней, было видно, что они хорошо поддатые.

– Пойдемте с нами, девушки, вам будет не скучно – выпьем, потанцуем, – тащил за собой девчонку бугай под два метра ростом.

Девушки отбивались, парни действовали все грубее.

– Что ломаешься с*ка?! – бугай облапал одну из них. Та завизжала и закричала: «Помогите!».

Володя подошел к компании, вежливо попросил парней оставить девушек в покое. Бугай отмахнулся от него:

– Катись отсюда, мужик, пока цел!

Ну ты не прав, пацан, – Володя взял бугая за плечо и легонько сжал. Тот заорал от боли и упал на землю. – Ты что падаешь, мальчик? – удивленно спросил Володя. – Я только тебя за плечо взял.

Ты мне руку сломал! – вопил тот.

Ну ты врешь, однако. Ну всё, отваливайте отсюда! – скомандовал Володя.

Сеня, врежь этому борцу, – попросил сидящий на земле бугай, держась за плечо, – а то этот тяжелоатлет много о себе возомнил.

После этой просьбы качок – широкоплечий, как шкаф, – парень среднего роста подошел к Володе.

Ты друга моего покалечил, – с этими словами он почти без размаха ударил Володю прямым в челюсть.

Володя не успел даже среагировать, как кулак впечатался ему в подбородок, – он даже отступил назад на метр. Но для него это было совершенно безболезненно, а Сеня заорал от боли, баюкая руку:

– У него челюсть чугунная, я руку сломал! – оправдывался он перед друзьями.

Пошли вон, сказал! – Володя начал злиться.

Уходим, чего ты разошелся, – бугай поднялся с земли, держась за плечо двинулись в сторону от них.

Девушки, давайте я вас провожу, – предложил Володя. – А то ходят тут всякие, нормальным людям гулять не дают.

Обе молодые девушки, лет по двадцать, с готовностью взяли его под руки с двух сторон.

– Куда идем? – спросил Володя.

В общежитие, – ответила одна из них. – Меня Галя зовут, а подругу Олей, мы студентки пединститута, биологини, третий курс закончили. Общежитие наше на Герцена.

Ну, Галя и Оля, пойдемте на Герцена. А я в малосемейке живу на Кирова, совсем рядом с вами.

А вы женаты? – спросила Оля.

Разведен по инициативе жены. Она свою первую любовь встретила в отпуске у родителей, и наш брак закончился, несмотря на двух пацанов семи и пяти лет, – не стал скрывать Володя. – Оставил им квартиру, мне малосемейку дали на «Полюсе», я там конструктором работаю.

А мы тоже еще не замужем, – сообщила Галя. – И друзей у нас нет. Можем с вами подружиться, если у вас никого нет. Мужчина вы интересный и можете за себя и за нас постоять. Мы на многое не претендуем. Нас после института по распределению отправят по деревням области.

Хм… Интересное предложение. Но вам надо понимать, что я человек взрослый, пионерская дружба меня не интересует.

А мы и не предлагаем пионерскую дружбу, – прыснула Оля. – Мы, кстати, в одной комнате с Галей живем, она у нас на двоих.

Хорошо живете, однако! Когда я в институте учился, у нас комната в общежитии на четверых была, да еще обычно пятого подселяли. Ну еще и зайцы, бывало, жили. А у вас просто шикарные условия! – удивился Володя.

Мы, помимо того, что отличницы, еще и работаем в общежитии уборщицами. Вот за это нам комнату на двоих и дали – никаких чудес! – ответила Галя.

Мы бы вас в гости пригласили на чай, да, наверно, поздно уже, – осторожно сообщила Оля.

К вам, наверно, в общежитие-то посторонних не пускают, – усомнился Володя.

Да, только до одиннадцати часов можно гостить, – ответила Галя. – Уже половина двенадцатого, не получится.

Я попробую договориться с вахтером, если у вас время есть на чай, – предложила Оля. – Мы же там работаем, для нас особые условия.

«А что мне терять и куда мне спешить?» – подумал Володя.

– Я не спешу, можно и чайку попить у вас в гостях, – сообщил он девушкам.

Тогда ждите тут, – Галя с Олей зашли в двери общежития, Володя остался стоять возле дверей на крыльце.

Через пять минут вышла Оля и пригласила его зайти. Он зашел, поздоровался с вахтершей и прошел с Олей по лестнице на пятый этаж. Они зашли в уютно обставленную комнату, Галя уже накрывала на стол. Стол бы небогат – сыр колбасный, батон и печенье. Чайник уже шумел на подоконнике. Володя рассмотрел девушек. Оля была шатенкой, симпатичной, с зачетной фигурой; Галя – блондинкой, слегка полненькой, но такой сексуальной, Володя аж возбудился.

А вы, я смотрю, красотки! И почему у вас женихов нет? – спросил он.

Слишком большая конкуренция среди невест у нас. Да и немолодые мы уже – нам по двадцать два года, – ответила Галя.

Надеюсь, что все у вас впереди, – успокоил их Володя.

Они начали пить чай, болтая о всякой всячине. Девушки рассказывали о себе, Володя о себе, сообщил им, что ему после развода осталась машина ВАЗ-2103 и капитальный гараж на Черемушках, на Иркутском тракте.

Ой, а можно устроить пикник на природе? – захлопала в ладоши Ольга.

Можно, только надо найти уютное местечко. Я знаю хорошее место на Копыловском озере – там у моих друзей дачи. Там большие песчаные пляжи, позагораем и, если будет погода хорошая, можно будет искупаться, – предложил Володя. – Но только в выходные там много народу с семьями приезжает отдыхать.

Можно съездить туда? Хочу побывать на нормальном пляже. А то наши студенческие места отдыха уже надоели. Мы на Семейкином острове обычно пикники устраиваем, а точнее, купаться и загорать туда ходим, – сообщила Галя.

А я там только студентом бывал, – вспомнил Володя. – Давайте в субботу часиков в одиннадцать я к вашему общежитию подъеду. Мне же с утра надо поехать в гараж на другом конце города, потом обратно на машине, а потом обратно в ту же сторону в Копылово.

Ой, Володя, давайте мы вместе с вами поедем в гараж, оттуда на машине на озеро – вещей-то у нас немного будет. Купальники на себя наденем, покрывала и еда в сумках будет, – предложила Оля. И стрельнула глазками так, что у Володи сердце замерло.

Ну ладно, девушки, спасибо за чай, пойду я, завтра на работу, – Володя встал.

Мы тебя проводим, – девушки поднялись вместе с ним.

Они спустились на первый этаж, прошли вахту и вышли на крыльцо общежития.

До свиданья, девушки, было приятно познакомиться, – попрощался он.

И нам приятно, будем ждать субботы! – девушки по очереди пожали ему руку, стараясь задержать ее в своей руке как можно дольше.

Вы мне понравились, девчонки, – Володя обнял их вместе, девушки прижались к нему. – Куда только ваши парни смотрят?! – он чмокнул каждую в щечку и пошел в свое общежитие.

Ждем субботу! – еще раз прокричали негромко девушки.

В субботу Володя в одиннадцать часов подрулил к общежитию пединститута на улице Герцена. Зашел в общежитие, его пропустили по старой памяти, он поднялся на пятый этаж. Постучал в двери комнаты девушек, дверь быстро распахнулась.

Володя приехал! – на шею Володе кинулась Ольга.

Ну мы же договаривались в одиннадцать встретился? Вот я и приехал, – удивился Володя.

А мы думали, что ты про нас забыл, – прижалась к нему Галина своим четвертым размером.

Так вы уже готовы? – спросил Володя.

Да, готовы. Купальники надеты, – Ольга подняла юбку и продемонстрировала свои плавки от купальника бикини.

Хм, красивый купальник… и что в нем… – замешкался с ответом Володя.

И у меня красивый! – Галя подняла юбку и показала свои бикини. На ней, с ее формами, бикини смотрелось очень сексуально. Володя прокашлялся мгновенно пересохшим горлом. – Очень красивый купальник! И особенно что в него одето!

Девушки засмеялись – достигли чего хотели, смутили мужика.

Ну что, поехали купаться? – спросил Володя.

Поехали! – девушки подхватили свои сумки и пошли к выходу. Володя пошел вместе с ними.

Мы купаться с Володей едем на Копыловское озеро, – гордо сообщила Галя вахтерше. – Вернемся поздно.

Или вообще до завтра не вернемся! – засмеялась Ольга.

Хорошо отдохнуть девчонки! – с улыбкой пожелала им пожилая вахтерша.

Они сели в машину, Володя завел двигатель, и они поехали на озеро. Через полчаса прибыли к пляжу, все подъезды к нему были забиты машинами.

Будем искать обходные пути, – сказал Володя. – Вы пока позагорайте возле машины, я пройдусь вокруг озера, может, где найду интересное место.

Девушки вылезли из машины, быстро разоблачились, подставив свои молодые тела солнцу. Володя пошел в обход вокруг озера в поисках подходящего места для пикника.

Дяденька, дай полтинник, я тебе покажу хорошее место для отдыха, туда на машине проехать можно и никого нет там, – с этими словами к Володе подскочил мальчуган лет десяти, черный от загара.

Как тебя зовут, парень? – спросил Володя.

Егором меня зовут, – солидно ответил мальчик.

Егор, а с чего ты взял, что-то место мне подойдет? – спросил он.

У нас много уединенных мест вокруг озера, приезжие не знают. Мы с пацанами на этом немного зарабатываем, провожая их к этим уединенным местам. Вы с девушками сразу начали осматриваться – общий пляж вам не понравился. Поэтому и предложил.

Молодец, держи полтинник, – Володя сунул монету в руку Егора. – На машине нас проводишь?

Да, конечно, покажу, как проехать. Без меня вы туда не попадете, – быстро ответил Егор.

Пошли к машине, – пригласил Володя. Они подошли к машине, Володя представил Егора девушкам: – Этот джентльмен по имени Егор проводит нас до укромного места для пикника с другой стороны озера.

Ура!!! – закричали девушки, которые даже не смогли найти место для трех покрывал, чтобы загорать на пляже.

Все сели в машину, поехали по разбитой грунтовой дороге. Двадцать минут они маневрировали по извилистым грунтовым дорожкам с большими колдобинами, наконец подъехали к озеру, на участок с песчаным пляжем, только он находился в небольшом заливе, заросшем камышом, поэтому был не виден с озера. В залив стекал небольшой ручеек с кристально чистой водой, девушки попробовали ее и воскликнули – Какая вкусная вода!

Отличное место! – восхитился Володя. – Нас никто не потревожит тут, Егор?

Нет, у нас пять таких мест, мы их разделили с местными пацанами. Когда закончите – я на пляже буду, сообщите мне, что уезжаете. Попробую еще кому-нибудь продать. Можете ночевать тут, но предупреждаю, что комары тут огромные. За ночь всю кровь выпьют!

Ну ладно, бизнесмен, договорились! – Володя проводил Егора. После этого снял одежду, остался в плавках. Девушки и так были уже в купальниках, расстелили покрывала на песке, разлеглись загорать. – Я, пожалуй, окунусь, – Володя пошел к воде, зашел в нее и поплыл вдоль берега бухточки. Потом пересек бухточку, вода была прохладной, но Володе нравилось купаться – чувствовал силу немереную в теле, плавалось ему очень легко. Так он плавал полчаса, потом начал нырять на середине бухты. Там было не очень глубоко – метра три до дна. Он вспомнил желания Рожкина узнать, сколько он сможет продержаться под водой. Поднялся немного над водой и попросил девушек на его часах засечь время, сколько он продержится под водой. Девушки радостно схватили часы и скомандовали:

Ныряй!

Володя нырнул, подплыл к дну, уперся в него руками, открыл глаза. Вода была мутновата, но в пределах двух метров видимость была. Володя начал ходить по дну руками, осматривая дно. Мимо него проплывали разные рыбины, попадались большие сазаны и язи.

«Вот тут-то можно порыбачить с мужиками, – подумал он. – Не даром тут Виктор поймал трех больших язей». И тут мимо него проплыл большой сазан, килограмма на два. Володя не выдержал, схватил его рукой. От сазана только брызги крови во все стороны расплылись. «Блин, надо силу свою регулировать!» – досадовал он. Но тут на кровь приплыла большая щука, килограммов на пять, с метр длиной. Володя схватил ее за хвост – она металась, но вырваться не могла. «Пора выныривать», – решил Володя и поплыл к поверхности воды. Вынырнул, отфыркался и увидел девушек в слезах на берегу.

Вы чего ревете? Я щуку поймал! – Володя поднял щуку на вытянутой руке.

Мы думали, что ты утонул!!! – выкрикнула Галя.

Тебя десять минут не было!!! – вторила ей Ольга, держа в руках часы и семафоря ими.

Девчонки, ну увлекся, с кем не бывает? Все мужики прирожденные охотники и рыбаки. Тут такая история разыгралась, – рассказывал Володя, подплывая к берегу: – нырнул я на дно, открыл глаза, а вокруг разных рыб видимо-невидимо, – привирал Володя с энтузиазмом, стараясь отвлечь девушек от своего десятиминутного погружения. – И вот плывет большой сазан, так близко от меня, что мне захотелось его схватить. А тут откуда не возьмись щука цап его, кровища вокруг! Я цап щуку, муть поднялась вокруг нас. Кое как выбрался на поверхность, но щуку не отпустил! А она сазана то бросила! – Володя еще раз потряс щукой, выходя на берег. Девушки радостно ахали, щука действительно была огромная – с метр длиной.

Мы ее приготовим! Сделаем из нее щуку фаршированную! – восторгалась Галина.

А, может, мы ее просто пожарим на костре? – предложил Володя.

Такую красавицу и на костре – это просто вандализм, – категорично заявила Ольга.

Ну тогда собирайтесь, иначе ваша красавица протухнет, тут холодильников нет, – остудил их Володя.

У… Тогда давайте пожарим, – быстро согласились девушки. Им не хотелось прерывать такой замечательный отдых.

Ну вот и славно. Соль и перец у нас есть, а больше ничего для голодной компании не требуется! – обрадовался Володя.

Девушки споро почистили и разделали щуку, Володя нанизал ее куски на прутики, зажгли костер. На большом пламени щуку слегка подрумянили, после этого расставили прутики с рыбой вокруг костра, чтобы жаром ее подпекало. Девушки регулярно крутили прутики, чтобы рыба пропеклась со всех сторон. Через полчаса попробовал первый кусок Володя:

– Вкуснятина! Рыба готова, снимайте с огня! – дал он команду.

Девушки сняли с огня прутики с рыбой и начали с аппетитом ее есть. Не успели оглянуться, съели всю рыбу. Володя купил с собой лимонаду, три пол-литровые бутылки «Дюшес», зашел он после рыбы душевно.

Ну, девчонки, пошли теперь купаться, – пригласил он девушек.

Девушки с энтузиазмом подскочили и побежали к воде, Володя за ними. Они с полчаса плескались, как дети, плавали наперегонки, после чего выползли утомленные из воды и рухнули на расстеленные покрывала. Минут пять полежали практически молча, изредка обмениваясь шутками. Отдышавшись, девушки принялись рассуждать о том, какой у них получился замечательный выходной. Володя согласился с ними:

– Давно у меня такого выходного беззаботного не было.

Володино покрывало лежало посредине, девушки подползли к нему с двух сторон и устроили свои головки на его плечах. Володя обнял их, прижал к себе. Так они продолжали общаться, болтая о всяких пустяках. Девушки совсем осмелели, на благо вокруг никого не наблюдалось, сначала Галя закинула свою ногу на Володино бедро, потом Ольга.

«Идиллия, – думал Володя, глядя на девушек. – Они мне нравятся, и я им нравлюсь. Хорошие девчонки. Какую бы себе выбрать? Обе хорошенькие». Он еще раз оглядел девушек – какие они ладные и милые. «Обеих бы взял», – подумал он про себя озорно. «Гарем бы устроил», – продолжал он веселиться про себя.

***

Но им недолго удалось понежиться, их покой был грубо нарушен вторжением посторонних.

Кто это у нас на нашем месте устроился без нашего разрешения? – на поляну зашла компания местной шпаны, судя по их виду. Девушки сразу испуганно прикрылись покрывалами.

Девки, да не боитесь, мы вас не обидим. Мы вас любить будем! – загоготала пьяная компания. – На каждую по двое мужиков! Можем одновременно вас любить с двух сторон, а можем и по очереди!

Ребята, шли бы вы отсюда с миром, – попросил Володя, поднимаясь. Он уже немного освоился со своей суперсилой, поэтому ничего не боялся.

Мужик, собирай манатки и мотай отсюда, пока мы добрые. Девушки с нами останутся отдыхать. А то пойдешь на корм рыбам, – предводитель шпаны вытащил нож и щелчком открыл его лезвие.

Володя подскочил:

– Пацаны, ну шли бы вы отсюда, калечить вас неохота, – предложил он.

Гад, он просто нарывается! – главарь прыгнул к Володе и махнул ножом, нож чиркнул по груди Володи.

Ах!!! – воскликнули девушки, увидев это.

Володя слегка хлопнул главаря по плечу, то кулем рухнул на землю. Еще трое отморозков выхватили ножи и начали кружить вокруг Володи. Будь он обычным человеком, его бы точно убили. Но он просто пошел на одного из них, тот с размаху ударил его ножом в живот и замахнулся для следующего удара. Володя от души ударил его открытой ладонью по груди – бандит упал навзничь, ударившись головой о землю. Двое других, воспользовавшись отвлечением Володи, подскочили со спины и начали наносить ему удары ножами в область печени и почек, вопя:

– На! Получи, козел!

Володя почувствовал болезненные уколы в области поясницы, развернулся к двум атакующим его бандитам – они его тыкали ножами в спину.

Скоты! – Володя со злостью ударил их отрытыми ладонями по груди. Те отлетели на метр и упали навзничь, хорошо приложившись головами о землю. И остались без движения, но так не выпустили из рук ножи.

Ну что, супермен, настал твой последний час, – главарь встал с земли, достал из-за пояса за спиной револьвер и взвел курок.

Володя закрыл собой девушек, сдвинув руками их себе за спину. Он не успел ничего предпринять, главарь выстрелил. Володя ощутил резкую боль в груди и удар, который его опрокинул на девушек, они упали вместе с ним.

Так-то лучше, – главарь снова взвел револьвер и подошел ближе, зловеще улыбаясь.

Володя захватил в обе руки по горсти песка – с галькой и мелкими камнями, – и изо всех сил бросил в лицо главаря. Тот еще раз выстрелил, но пуля пролетела мимо. Главарь опрокинулся навзничь от удара камнями и остался лежать без движения.

Ой, как больно–то! – Володя тер место на груди, куда попала пуля.

Володя, я побегу скорую вызову, – Ольга поднялась с земли.

Давай я осмотрю тебя и перевяжу, – Галя поднялась с земли.

Погодите, сначала надо бандитов обездвижить, а то они снова нападут на нас, – Володя встал, морщась отболи, и подошел к главарю, потирая место на груди, в которое попала пуля. Галя подошла вместе с ним. Лицо, шея и лоб главаря представляли собой кровавую маску, на месте глаз – лужицы крови. Галя прикоснулась пальцами к его шее – проверила пульс.

Он мертв, – констатировала девушка. Она вместе с Володей подошла к двум другим бандитам, лежащих на спине с ножами в руках. Те тоже лежали без движения. Галя проверила у них пульс. – И эти двое мертвы, – сообщила она.

Ни фига се! – удивился Володя. – Я же их только толкнул, по сути. Галя подошла к четвертому бандиту и проверила пульс у него.

И этот мертв – констатировала она.

Блин, Володя, тебя теперь посадят! – отчаянно запричитала Оля. – Надо трупы утопить, чтобы их не нашли!

Не посадят, – сказала Галя, глядя на трупы. – Ты предлагаешь их утопить – вот и утопим. Место тихое, их рыбы скушают, только надо им брюшную полость вскрыть, чтобы не всплыли. Помнишь в анатомичке, когда мы утопленника вскрывали, врач объяснял, почему он всплыл.

Давай утопим, – согласилась Оля.

Девушки, да вы что!? – удивился Володя. – Давайте вызовем милицию, я же действовал в порядке самообороны!

Мы такое проходили, у нас двоих парней со спортфака посадили, в аналогичной ситуации были, девушек своих защищали. Они одного отморозка убили по неосторожности – по пять лет получили.

«Да уж, попал я, – задумался Володя. – И так и так посадят».

Что вы предлагаете? – спросил он девушек.

Мы вскроем им брюшные полости, благо они с ножами, имитируем ножевые ранения. Ты их в камыши перенесешь и запутаешь в камышах у дна. Ты же можешь под водой аж десять минут пробыть, – инструктировала его Оля.

Как вы сможете их вскрыть? – удивился Володя.

У нас практика в анатомичке была, покойников вскрывали. Мы же почти медики-биологи. Нас так по физиологии человека гоняли, приходилось даже по своей инициативе в анатомичке на вскрытиях присутствовать и проводить их под руководством патологоанатомов. Так что для нас это не проблема. Не один десяток криминальных трупов вскрывали с ножевыми ранениями. Так что сделаем все как полагается. Правда, Галя?

Сделаем, что тут говорить, давайте действовать быстрее, а то не дай бог кто придет! Только перенеси их в воду, а то тут крови лужа натечет, – скомандовала Галя.

Ну ладно, – Володя поднял труп главаря за руку и ногу и перенес в воду у берега.

Галя с Ольгой спустились в воду нанесли в брюшную полость трупа несколько глубоких ножевых ранений. Ольга скомандовала:

– Неси следующего.

Володя принес им труп следующего бандита, а труп главаря потащил в глубь бухточки, погрузился под его тяжестью под воду, набрав предварительно воздуха в легкие. Потом нырнул ко дну и потащил труп к зарослям камышей на выходе бухточки. Вокруг него кружились рыбы, привлеченные запахом крови. Володя уложил труп в заросли камышей, хорошо опутав его стеблями камыша. Вынырнул и поплыл к берегу. Девушки ждали очередной труп. Володя вышел из воды, перенес в воду оставшиеся трупы бандитов, потащил подготовленный труп в камыши. Через полчаса они закончили скорбную процедуру похорон бандитов. Девушки сделали веник из веток кустарника и замели следы бандитов на песке, окровавленный песок от ран главаря перенесли в воду.

Володя подкинул веток в костер, сел возле него. Девушки прижались к нему с двух сторон. Он обнял их, своих боевых подруг.

Володя, дай тебя осмотреть, твои раны обработать. Тебя же ножом несколько раз пырнули и из пистолета в тебя попали, – попросила Галя.

Смотрите, – Володя поднял руки.

Так. Синяк у тебя знатный на груди, но он почему-то уже зеленый, как будто вчера сделан. Вот еще локальные синяки на животе… Так, на спине, на пояснице – наверное, от уколов ножами. У тебя кожа, как у бегемота! Из пистолета не пробили! – удивлялась Галя.

Да уж, толстокожий я, это точно. А пистолет-то старый – наверно, патроны некачественные, – согласился Володя, надеясь, что его суперсила не будет замечена. Чтобы отвлечь девушек от своего тела, он начал делать им комплименты – какие они хорошенькие и ладные.

Девушки, ну вы, видно, такие сладкие, что все окрестные мухи на вас липнут, – пытался пошутить он. Но девушки заплакали от страха – второй раз за два дня на них напали отморозки.

Девчонки, ну что вы, я же с вами! Я ваш защитник, вам со мной никто не страшен!

Володя, защитник ты наш! – девушки кинулись ему на грудь.

Володя встал, аккуратно сначала взял и посадил себе на руку Галю, она повисла у него на шее, потом также посадил на руку, как маленькую девочку, Олю.

Девочки мои, да не бойтесь, со мной вам ничего не страшно! – успокаивал они их, кружа по пляжу. Девушки постепенно успокаивались, повизгивая от страха, когда он начал их кружить. Володя осторожно спустил их на землю.

Ну, девчонки, успокойтесь, со мной с вами ничего не произойдет, – уверял он их. – Давайте поедем отсюда. И помните, никто к нам не приходил.

Само собой! Надо нам сегодня напиться, – предложила Галя.

Поехали, купим водки и вина по дороге, – предложил Володя. Они быстро оделись и сели в машину. Володя выехал по извилистой дороге, проехал до пляжа, дорога заняла долгих двадцать минут.

Посидите, я нашего бизнесмена найду, сообщу, что мы уезжаем. Пускай других отдыхающих на то место проводит, – сообщил он девушкам. Володя нашел Егора, поговорил с ним и вернулся в машину.

Все, сейчас туда другая компания поедет, – успокоил он девушек, – уже ждут, когда место освободится.

Они поехали по шоссе в город, сидели молча. Девушки изредка всхлипывали. Пошли городские постройки, доехали до гастронома «Ласточка», девушки отказались идти с ним в магазин, сидели в машине, дрожали. Володя купил бутылку коньяка «Плиска» и бутылку болгарского вина «Тамянка» – ничего другого не было, недорогую выпивку быстро разбирали. Ну и закуски купил, которая постоянно была в гастрономе – рыбные консервы, хлеб и пачку пельменей. «С голода не умрем», – решил он.

Ну, девушки, я предлагаю поехать ко мне, у меня, по сравнению с вами, просто хоромы. Малосемейка у меня как двухкомнатная квартира: две комнаты, прихожая-кухня, из нее входы в туалет и душевую. И это все мое. На кухне электроплита, холодильник, посуда – все, что нужно для жизни. Я предлагаю нам напиться и там же переночевать. У меня в одной комнате диван-кровать, во второй кресло-кровать и телевизор. Места нам хватит. Вы ляжете на диван-кровати, я на кресле-кровати.

Володя, тогда давай мы заедем в наше общежитие, мы свои вещи возьмем и предупредим вахтера, что ночевать не будем, – попросила Галя.

Хорошо, едем в ваше общежитие, – согласился Володя.

Через двадцать минут они подъехали к общежитию на Герцена, девушки выпорхнули из машины и зашли в общежитие. Через пятнадцать минут они спустились с сумками и сели в машину.

Теперь ко мне! – Володя тронул машину.

Через пять минут они остановились возле семейного общежития «Полюса», Володя взял продукты и повел девушек к себе.

Ну, устраивайтесь, – предложил он девушкам. – А я пока машину отгоню к проходной «Полюса», чтобы ее ночью не угнали. Там круглосуточно вахтеры сидят, двери на проходной стеклянные. Никто не рискнет при них машину угонять.

Мы пока пельмени сварим, – решили девушки. – И стол накроем.

Через десять минут Володя вернулся, стол уже был накрыт, девушки даже принарядились. Но мордочки у них были кислые.

Ну, девушки, мои боевые подруги, за вас! – Володя поднял стакан с коньяком, налитый наполовину. Девушки подняли стаканы с вином. Они чокнулись и выпили до дна. Начали интенсивно закусывать – рыба, конечно, хорошо, но пельмени лучше.

После первой до второй перерывчик небольшой, – пошутил Володя и вновь разлил спиртное, поднял стакан, но тост сказать не успел, его опередили.

За тебя Володя, ты наш защитник! – Галя подняла свой стакан и произнесла тост. Выпили, закусили. Их начало отпускать, пошли разговоры, девушки начали улыбаться.

Володя вообще взбодрился:

У меня музыка есть, магнитофон, будем танцевать?

Конечно, будем – захлопали в ладоши девушки. Володя включил музыку и подошел к девушкам:

– Разрешите пригласить вас на танец. Не хочу обижать одну из вас, выберете сами, кто первая пойдет.

Я пойду первой! – подскочила Галя. – Оля следующая!

Как скажете, – Володя обнял Галю, и они начали кружиться в медленном танце. Галя откровенно прижималась к Володе, возбуждая его. Танец закончился, начался второй, Володя начал танцевать с Олей. Та тоже откровенно к нему прижималась, положила голову на плечо. «Какие девочки классные, даже не знаю, какую из них выбрать», – думал он, танцуя с Олей. Танец закончился, они сели за стол, выпили еще раз. Девушкам захотелось потанцевать быстрый танец. Володя нашел нужную мелодию, они начали танцевать втроем. Танец закончился, разгоряченные они сели за стол. Снова беседы, перекусы, девушек совсем отпустило, они весело щебетали. Допили бутылку вина, девушки захмелели – все-таки вино было крепостью шестнадцать градусов. Галя села на колени к Володе:

– Володя, я в тебя просто влюбилась!

Ольга пристроилась к Володе с другой стороны:

– И я Володя в тебя влюбилась! В тебя невозможно не влюбиться!

И вы, девочки, мне очень нравитесь, даже не знаю, кто из вас больше, – растерянно пробормотал Володя.

Не заморачивайся, мы тебя делить не будем! – воскликнула Галя. – Ты наш общий друг! Она впилась в губы Володи поцелуем, у него даже дыхание перехватило. Галя слезла с колен Володи, уступив место Ольге. Ольга уселась на колени, прижалась к нему и тоже поцеловала его долгим поцелуем.

Девочки, я вас обожаю, но … Я рассчитывал на большее, чем поцелуи, – он прижал Ольгу к себе.

Мы тоже! – засмеялись девушки.

Наутро Володя проснулся на диван-кровати, с двух сторон у него лежали обнаженные девушки. «Красотки! – Воскликнул он про себя. – Целый год ни одной, а тут сразу две!» Володя погладил Галю по ее выдающемуся бюсту четвертого размера. Галя проснулась, улыбнулась и потянула его на себя, Володя не мог отказать. Тем временем проснулась Ольга, и она дождалась своей очереди. После этого компания умылась, привели себя в порядок, сели завтракать – девушки сварили лапшу и заправили ее свиной тушенкой.

Ну что, девчонки, делать будем? Как у вас настроение? – спросил Володя, попивая чай из чашки.

Ой, не спрашивай. Ты нам ночь скрасил знатно, конечно, но потряхивает. Если бы не ты, мы бы с Ольгой всю ночь проревели бы. Ты наш любимый мужчина! – эмоционально высказалась Галя.

Галка, у нас просто был день практики в анатомичке – думай так, будет легче, – предложила Ольга.

И вправду, чего я? Подумаешь, день в анатомичке провели? Давайте пить чай, – согласилась Галя. Она убрала грязные тарелки со стола и поставила чайные чашки. Попили чай, девушки переглядывались между собой. Наконец Галя осмелела:

– Володя, если мы тебе нравимся, можно мы у тебя немного поживем, пока не отойдем от наших бурных выходных? Я боюсь, что мы с Ольгой будем от страха трястись по ночам без тебя.

Я не против. Как видели, вахты тут нет, соседи к восьми утра на работу. На этом этаже в основном холостяки живут, так что никто и не заметит, кто у меня проживает, – согласился Володя.

Он тоже обрадовался предложению девушек – коротать вечера в одиночестве он уже устал. А тут такая интересная компания!

– Машина рядом, давайте помогу вам перевезти необходимые вещи, – предложил он.

Они, весело беседуя, спустились вниз, Володя сходил за машиной к проходной «Полюса», подогнал ее к общежитию. Девушки сели в машину и поехали к общежитию пединститута на Герцена. Володя подождал девушек в машине, они за полчаса справились. С большими сумками они сели в машину, сумки Володя поставил в багажник. Доехали до малосемейки, выгрузили вещи, поехали по магазинам затариваться продуктами на неделю. У Володи было не так много денег – получка на носу, и девушки, не смотря его возражения, на свои деньги покупали продукты.

«Надо что-нибудь придумать насчет денег – подумал Володя. – Семья теперь у меня большая, надо заботиться о ней».

Затарившись продуктами, Володя подвез девушек к дому, отдал им ключи, сообщил, что он до вечера поработает таксистом, деньжат подзаработает. Девушки вышли из машины, Володя поехал работать.

Он вернулся домой вечером, заработал он девять рублей, что было весьма неплохо. Девушки покормили его ужином, усевшись с ним за стол, с любовью смотря на него. Володе аж неудобно стало:

Оля и Галя, что вы на меня так смотрите?

Мы любим тебя и насмотреться не можем. Боимся, что такое счастье быстро пролетит, – ответила Галя.

– Не бойтесь, кроме вас у меня никого нет. Я целый год жил один после развода, мое сердце оттаивает в ваших объятиях, – ответил Володя.

Глава 7. Рожкин

Гена Рожкин пришел домой с работы, поздоровался с домочадцами, пошел поужинать на кухню. Обнаружилось, что хлеба нет. Как и, собственно, ужина тоже нет.

Таня, а что у нас на ужин? – спросил он ласково.

Посмотри на кухне, я занята, контрольную проверяю, – ответила жена, не отрываясь от тетрадей.

Понятно, что с нее взять – учительница… – пробурчал Гена себе под нос, оделся и поехал в вечерний магазин. Он сегодня задержался на работе – конец месяца, обычный аврал. До магазина он доехал достаточно быстро, но кроме пельменей там ничего не было.

«Отлично, я их пожарю», – Гена купил две пачки по 700 граммов. Двое сыновей, несмотря на свой младенческий возраст пять и семь лет, лопали, как взрослые мужики. Гена на автобусе доехал до своей остановки, вышел из автобуса и стал переходить дорогу сзади автобуса, который еще не успел отъехать. Раздался визг тормозов. Мощный удар в грудь подбросил Геннадия вверх, Гена видел мелькающие фонари и дорогу – его вертело в воздухе, как футбольный мяч после кручёного удара. Он инстинктивно бросил авоську с продуктами и закрыл лицо руками. Раздался еще удар, как будто он своим телом прорвал полиэтиленовую пленку, Гена упал на землю, несколько раз перевернулся, прокатившись по мягкому грунту, остановился наконец. Тишина после ударов разорвалась лаем и рычанием собаки, которая вцепилась зубами в его ногу. Гена открыл глаза, которые закрыл в полете, увидел крупного пса, кажется, среднеазиатскую овчарку. Псина беспощадно трепала его и без того разорванную в клочья штанину.

Ну и что тебе так интересно трепать эти лохмотья? – спросил он собаку, осматривая остатки штанов и пиджака, поднимаясь с земли. Собака удивилась спокойствию речи нарушителя спокойствия, даже разинула пасть от удивления.

Мухтар, ты чего лаешь? – прозвучал красивый женский голос.

Мухтар, услышав голос хозяйки, с новой силой ринулся на Гену, уже схватив его за ногу. Гене стало больно – не критично, конечно, но на всякий случай он схватил Мухтара за загривок и слегка сжал ему шею. Мухтар завизжал и упал на землю, отцепившись от Гены.

Нельзя меня кусать! – он пригрозил Мухтару пальцем.

Кто вы и зачем зашли на мой участок? – красивый женский голос задал вопрос.

Похоже, что меня сбила машина и забросила на ваш участок, – ответил Гена, поворачиваясь на звук голоса. То, что он увидел, повергло его в шок – перед ним стояла копия актрисы Анастасии Вертинской в молодости.

Здравствуйте, сударыня, – сказал он первое, что пришло в голову.

Здравствуйте, смелый незнакомец! – засмеялась дама. – Вы первый, кто привел в чувство Мухтара. До этого все от него шарахались. А тут смотрю, он уполз от вас в будку.

Прошу прощения за свой неподобающий внешний вид – трудно сохранить его после попадания под машину, – извинился Гена.

Пройдемте ко мне домой, там вы сможете привести себя в порядок. Я вам помогу, чем смогу, – предложила дама.

Гена, осмотрев себя, согласился. Вид у него и вправду был потрепанный, мягко говоря. Зашли в дом, в доме пахло выпечкой.

У вас приятный запах, как в булочной, – сделал он комплимент даме.

Я люблю домашний хлеб и выпечку, – сообщила дама. – Меня зовут Дарья, я вдова уже три года, детей нет, только пес Мухтар и кот Васька. Вы знатную дырку в моем заборе проделали! – засмеялась она.

Я починю ваш забор, я не виноват – меня машина сбила на пешеходном переходе, – сообщил Гена. – Меня Гена зовут.

У вас кожа, наверное, как у бегемота – я вижу, на вашем лице проявляются синяки, но царапин не видно, – смеялась Даша.

Ну да, есть такое дело, – Гена с грустью осматривал остатки своего костюма.

Можно я вам предложу переодеться в вещи моего покойного мужа? По размеру как раз будет для вас, – сказала Даша. – Выбросить рука не поднимается. Возьмите хотя бы спортивный костюм. Предлагаю вам принять душ и переодеться – вы весь в пыли после полета. И у вас в волосах щепки от забора застряли! – женщина снова рассмеялась.

Хорошо, – согласился Гена, осмотрев себя. И в правду, от костюма одни лохмотья остались, весь в грязи – землю в огороде Дарьи перепахал своим носом. Еще и Мухтар повеселился – нога вся в его слюне. Гена пошел за Дашей в ванную комнату, она быстро приготовила ему чистое белье и одежду, положив сверху большое банное полотенце. Гена встал под душ и хорошо вымылся . Осмотрев себя в большом зеркале, Гена пришел к выводу, что он еще мужчина хоть куда – ему-то было по паспорту тридцать пять лет, а после попадания метеорита вообще на десяток лет помолодел. Его жена Татьяна часто отвергала его притязания на супружеский долг, ссылаясь на свою занятость работой. У Гены душа горела от жажды женской ласки, а тут рядом вдова, тоже не избалованная мужской лаской. Да и женщина очень красивая, в его вкусе. Гена отмылся как следует после аварии, осмотрел себя в зеркале – наметилось очень много синяков. Но ничего не болело. «Суперсила, как-никак!» – воскликнул он про себя. Он надел на себя спортивный костюм покойного мужа Даши и вышел из ванной.

Спасибо Даша, как родился заново! – поблагодарил он хозяйку.

Садитесь, попьем чаю, – пригласила Даша.

С удовольствием! – Гена присел к столу на кухне. Даша налила чай, и они полчаса чаевничали, болтая о всяких пустяках. Даша жаловалась на несносный характер Мухтара, кидающегося на гостей Даши, на кота Ваську, который гадит гостям в обувь.

Вроде нормальные животины были, а без хозяина от рук отбились! – жаловалась она. – Никогда такого за ними не водилось, а вот начали пакостничать без хозяина!

Если позволите, я с Мухаром попробую договориться, – предложил Гена. – Может, уговорю его не пакостничать. А там и до Василия доберусь.

Ой, будьте добры! – попросила Даша. – Запишите мой телефон, позвоните предварительно, чтобы я знала, когда вас ждать.

Хорошо, я с работы вам позвоню, как соберусь к вам, – ответил Гена. Он попрощался, и они вышли из дома. Мухтар высунул морду из будки, но не рискнул выходить. – Пока, Мухтар! – Гена помахал ему рукой. – Ой, а это что? – он показал Даше на дыру в деревянном заборе, напоминающую силуэт человека.

Так это вы к нам через нее зашли – засмеялась звонким голоском Даша. «Ее голос, как колокольчик звенит!» – подумал Гена.

– Да уж, бывает… – протянул он задумчиво. – Был рад с вами познакомиться, – он откланялся и покинул гостеприимный дом.

Гена вышел за калитку, на обочине дороги стояла разбитая девятка – у нее был смят передок и капот, разбито лобовое стекло. Недалеко стояла машина скорой помощи, на ее пороге сидел перебинтованный молодой парень, хлюпал носом, что-то бормотал, хныкая. Возле него стоял лейтенант милиции и делал записи в блокноте. Гена посмотрел на дорогу и на дыру в заборе. Получается, что он пролетел от удара примерно десять метров. По обочине дороги ходили два сержанта с фонариками, осматривали кювет. Возле забора Гена увидел свою сумку с купленными в магазине продуктами. Подошел, взял её, остановился, глядя на дорогу.

«Наверное, меня ищут, – подумал Гена. – Не буду с ними связываться, зачем мне это? Зачем мне свою суперсилу светить? КГБ заинтересуется, вопросы начнут задавать…».

Гена перешел дорогу и пошел к своему дому – до него еще с километр надо было идти. Он пришел домой, разулся, переоделся в свой домашний спортивный костюм, чужой спортивный костюм сложил в пакет, чтобы вернуть хозяйке. Мальчишки играли в своей комнате, Татьяна все сидела за тетрадками. Гена пошел на кухню, решил не фантазировать, просто сварить пельмени. Когда пельмени были готовы, домочадцы потянулись на кухню, привлеченные ароматом пельменей. Гена разлил по тарелкам бульон и выложил пельмени. Достал из холодильника сметану и майонез – Татьяна приправила пельмени сметаной, остальные майонезом.

– У тебя как будто лицо помятое? – спросила она. – И шея в синяках…

С машиной столкнулся, – коротко ответил Гена.

Татьяна понимала, что это для Гены не критично с их суперсилой, но все равно спросила:

– Как ты себя чувствуешь?

Нормально, рабочий костюм пришлось выбросить – в лохмотья превратился, – ответил Гена.

Татьяна внимательно посмотрела на лицо Гены и легонько погладила его кончиками пальцев.

– Надо все-таки осторожным быть, не выскакивать на дорогу, – сказала она. – Милицию-то вызвали?

Я тихо ретировался с места события. После такого столкновения остаться без травм невозможно нормальному человеку.

Да, ты бы уже в больнице лежал в гипсе, – согласилась Татьяна, улыбаясь.

Ага, с руками и ногами, подвешенными на тросиках, – улыбнулся Гена, вспоминая сцены из различных фильмов.

Мне еще десяток тетрадей осталось проверить, ты ложись спать, я на кухне их буду проверять, – попросила Татьяна.

Хорошо, – сказал Гена. – Дети, зубы чистить и спать! – скомандовал он.

Мальчишки потянулись в ванную. После них туда зашел Гена, почистил зубы и пошел спать в зал. Татьяна к этому времени убрала со стола на кухне и переместилась туда с тетрадями. Гена, лежа на диване, перебирая в уме события сегодняшнего вечера, еще целых двадцать секунд ворочался, перед тем как заснуть.

Вика Васечкина

В конце ноября 1986 года состоялись массовые лыжные старты – школьники сдавали на нормативы ГТО. Вика с одноклассницами собрались группкой и шушукались, стреляя глазками в парней. Их одноклассники бежали отдельно – у мужчин свои нормативы. Подошли остальные одиннадцатые классы из их школы, точнее девочки из них. Людмила, лидерша и староста класса, сразу озадачилась:

– Девчонки, эта кодла слопает все плюшки в буфете! Надо бы их опередить! Викуся, ты же быстрее всех бегаешь, мы тебя вперед выпустим, ты талончики у нас заберешь и на них возьмешь на всех нас пирожки и какао, – предложила она.

– Ну ладно, давайте талоны, – согласилась Вика, ей было совсем не трудно впереди всех пробежать.

Дали команду старт, Вика вырвалась вперед и, опередив свою команду метров на сто, шла с ними с одной скоростью. Неожиданно сзади послышалось тяжелое дыхание и рев: «Лыжню! – Дай лыжню!». Вика оглянулась и увидела здорового парня, который пёр, как танк, грозя смести Вику с лыжни.

«Блин, наверное, тоже в буфет послали!» – подумала Вика и рванула вперед. Оторвавшись от парня метров на пятьдесят, она уравняла с ним скорость и легко бежала по лыжне. Но парень не успокаивался и снова начал догонять Вику.

– Какой упертый, как ему в буфет хочется, – хмыкнула Вика и поддала скорости, решила уйти от него подальше, чтобы тот отстал. Лыжня шла прямо, был какой-то поворот налево, Вика решила, что ей надо бежать прямо, а то этот парень ее нагонит.

Она постепенно наращивала дистанцию: сто, двести, триста метров… И тут поворот лыжни в обратную сторону. Тут уж Вика припустила – ее скрыл лес от парня, и через пару минут она настигла свою команду. Удивлению Вики не было предела – она пропустила поворот! Девчонки зашумели.

– Где ты бродишь Вика? Мы же тебя в буфет отправили, давай беги быстрее – еще пятьсот метров осталось до финиша и буфета! – отчитала ее Людмила. Вика поняла, что заплутала и чуть не подвела команду, она рванула вперед и через несколько минут, миновав финиш, подошла к столу буфета.

– Здравствуйте, мне пожалуйста двенадцать порций, – подала она талончики буфетчице.

Дородная женщина тепло улыбнулась и сказала:

– Сейчас, маленькая, накормлю вас. Поди для подружек берешь?

– Ну да, для одноклассниц – вон бегут.

И правда, девчонки, миновав финиш, не останавливаясь, побежали к буфету. Расхватали стаканы с горячим какао, кульки с горячими беляшами и пирожками, и пир желудка начался. А гомон стоял, как на птичьем базаре. Буфетчица с доброй улыбкой наблюдала за ними. И тут раздался голос из громкоговорителя: «Финишировал чемпион области Егор Симонов, мастер спорта. Он установил очередной рекорд области, побив свой прошлогодний рекорд!».

Девочки сразу повернулись к финишу, за ним на коленях стоял парень, пытаясь отдышаться.

– Так вот он же за мной гнался, – сказала Вика, рассмотрев парня. – И чего он тогда не бежит к буфету? – удивилась она. – И где его команда?

– Он, наверно, сам обжора, – прыснула Люда, староста класса, еще та ехидина.

Парня окружили какие-то серьезные люди, суя ему разные штуки, он выбрал бутылку с водой, его усадили на скамеечку, хлопотали вокруг него.

– Надо же, не добежал до буфета первым, а ему столько плюшек дают, – хмыкнула Зина, записная язва.

Все девчонки полегли от смеха. Ну они вообще-то смеялись по каждому поводу – что с них возьмешь, девочки. Через пять минут – девочки наблюдали за этим – парень отдышался и что-то начал выяснять. К нему подошли судьи и что-то стали показывать в бумагах. Потом они все вместе подошли к девочкам.

– Так девчушки, по номерам. Двести двадцать третий номер у вас пришел первым, по времени тринадцать минут, на первый юношеский разряд. Кто это у нас? – спросил солидный мужчина.

– Вот, Вика это, – Людмила с улыбкой вытолкнула Вику из толпы.

– Девочка, у тебя отличные результаты, ты почти на третий взрослый разряд пробежала! Не хочешь ли заняться лыжным спортом? – спросил мужчина. – Я Демьян Савельевич Симоненко, председатель секции спорткомитета по лыжному спорту.

– Да нет, я стрельбой занимаюсь, в секцию хожу, – отказалась Вика.

– Так у нас и биатлоном занимаются! Сразу и лыжи, и стрельба! – настаивал Симоненко.

– Постойте, она же за тринадцать минут пять километров пробежала! – вступил в беседу лыжник, от которого Вика убегала. – Олимпийский рекорд 1984 года 17 минут! Вы не понимаете, что ли?

– Ну что вы Илья, вы переволновались. Подумайте, это же был массовый старт, кто там смотрит за тем, кто вперед и насколько выбежал. Может, она на пять минут вперед всех выбежала? Это невозможно установить, – пытался успокоить спортсмена Симоненко.

Девчонки сразу зашумели – Ну что вы говорите! Мы вместе с Викой стартовали! – и они с любопытством наблюдали за разгоравшимися страстями, тихо хихикая.

– Я вообще-то в буфет спешила, девчонок накормить. В прошлом году эта саранча всё слопала, нам только голый чай достался, – оправдывалась Вика, показывая на окружившую буфет толпу школьниц. – Извините, я думала, что вы тоже в буфет спешите, накормить свою команду, поэтому и убегала от вас, – обратилась она к спортсмену.

Илья сел на снег и истерически засмеялся, закрыв лицо руками.

– Я ничтожество! – орал он. – Меня школьница обошла!

– Ну что вы? Я не хотела вас обидеть, просто в прошлом году так получилось, что нам голый чай достался, – оправдывалась Вика, повторяясь.

– Чего-то я не понял… Вы что, бежали впереди Ильи? – задумчиво спросил Симоненко.

– Да, он просил – «лыжню, лыжню!», а сам в буфет намылился, – буркнула Вика. – Ну я так думала. Ну и сама рванула в буфет. И нечаянно пропустила поворот на своей трассе. При возвращении, на пересечении трасс, присоединилась к своей группе, они мне сказали, что обо мне думают, раз я заплутала, не по той трассе побежала, и пнули меня дальше к буфету лететь. Ну я и успела! – довольно улыбнулась Вика, не понимая, почему ее одноклассницы падают от смеха.

Тут уже Симоненко сел на снег и закрыл лицо руками, трясясь от смеха.

– Да ну вас, чего надо мной смеяться? Подумаешь, заплутала! – обиделась Вика и, встав на лыжи и оттолкнувшись палками, полетела к выходу их парка. За пять минут она долетела до остановки троллейбуса, сняла лыжи и, сев на сиденье в дальнем углу троллейбуса, насупилась: «Вот и делай добро людям! – переживала она. – Ну подумаешь, заплутала! Все равно же успела!».

К ней подсел парнишка ее возраста.

– Привет! ГТО сдавала? – спросил он улыбаясь.

– Ну да, – ответила Вика, выпрямляя спинку. – А ты что – ездил смотреть?

– Меня Яша Кошкин зовут, – он наклонил голову в поклоне. – Ну, конечно, нет, тоже сдавал ГТО! Ну кто еще сюда сегодня поедет просто так?

– Я Вика, – девушка улыбнулась. – Сдал нормы-то?

– Да, там все сдают, в Новосибирске сложно найти человека, который на лыжах не бегает, – улыбнулся Яша. – Надеюсь, что ты тоже сдала?

– Да, чего их сдавать-то, – махнула рукой Вика, раздумывая – поделиться ей с ним своей историей или не стоит.

– У меня третий взрослый разряд – что там мне нормы ГТО, – махнул рукой Яша. – Что дальше собираешься делать сегодня?

– Хм, домой, в душ, потом не знаю, – ответила Вика. – Телевизор, наверно, посмотрю.

– О! У меня видак есть! Хочешь нормальные фильмы посмотреть? – спросил Яша.

– Это что? Фильмы для взрослых? – напряглась Вика.

– Да нет, что ты! Комедии, боевики, мелодрамы, – ответил Яша. – Мне, например, нравятся комедии с Пьером Ришаром – «Игрушка», «Блондин».

– Я в кинотеатре эти комедии смотрела, – сказала Вика. – Два раза их смотреть скучно.

– А, тогда… – Яша завис, перебирая в голове имеющиеся у него кассеты с фильмами. – «Терминатор» – это фантастический боевик, смотрела?

– Нет, еще не смотрела, – сказала Вика.

– Поехали, посмотрим! – пригласил Яша.

– Нет, что ты! Мы с тобой первый раз увиделись, и как ты это себе представляешь? Чтобы я к тебе сразу домой поехала? – отказалась Вика.

– Ну да, как-то неправильно это будет, – согласился Яша, улыбнувшись. – А у тебя телефон дома есть?

– Есть, – улыбнулась Вика, реакция у парня была правильной. – Запоминай, – и она продиктовала ему свой номер телефона.

– Ты в какой школе учишься? – спросил Яша и дальше понеслась бесконечная беседа девушки с парнем, которые благоволят друг другу.

Глава 8. Егор Махин

Приехав в Новосибирск, Егор Махин сразу завербовался работать на нефтепромыслы «на севера», надо было заработать денег себе на квартиру да и просто на жизнь. Через год, летом 1986 года он вернулся в Новосибирск. Работал на разных вахтах без перерывов, заработал шесть тысяч рублей, на кооперативную однушку вполне хватит. Но возникла другая проблема – за год Егор сильно помолодел, примерно до двадцати пяти лет, и фотография в паспорте, да и сам паспорт с возрастом сорок один год были уже подозрительны.

Пришлось ему вновь обратиться за помощью к Марфе. В Красноярск поехал на поезде, где документы не спрашивали. Марфа его сразу и не узнала, помогло лишь то, что она знала его с этих лет, и в конце концов все же поверила, что перед ней Егор. Он объяснил ей проблему и вновь попросил помочь ему. На этот раз ему не было необходимости прятаться, он снял квартиру недалеко от Марфы и стал ждать подходящего варианта документов. Теперь ему нужны были и паспорт, и военный билет – в СССР по-другому никак нельзя.

Егор предупредил Марфу, что заработал достаточно денег на севере, если нужно заплатить – пусть не стесняется, он еще заработает. Марфа сообщила, что надо будет заплатить тысячу рублей – санитарам в морге, которые документы подменят, ну и паспортистам тоже, чтобы молчали.

– Егор, я приду к тебе сегодня в обед, ужасно скучала по тебе, – сообщила Марфа. – Через неделю у Никиты будет вторая смена, буду заходить после работы. Ты не против?

– Да нет, приходи Марфа, у меня никого нет. Я тоже скучал без тебя, – ответил Егор с улыбкой.

Прошло три месяца, прежде чем Марфа нашла подходящий вариант, точнее он сам всплыл в реке. Документы были при трупе, и паспорт, и военный билет, только сильно размокшие. В базе данных УВД покойник не числился в розыске – похоже, что у него совсем не было родственников. Это было как нельзя кстати – Егор подал заявление о замене паспорта ввиду его непригодности, заплатил штраф и получил новенький паспорт со своей фотографией, также заменил военный билет отслужившего рядового стройбата, хотя сам Егор отслужил в спецназе разведки. А покойник поехал в морг с документами Крошева Семена Аркадьевича. По трупу, пролежавшему в воде месяц, трудно было установить его возраст, даже если этим задаться. А это никому не надо было.

– Егор, ты должен понимать, что фотография Романа имеется в месте выдачи паспорта, в Мариинске, где он был прописан. Так что у тебя документ на руках действительный только до первой серьезной проверки. А такую проверку проводит КГБ при оформлении загранпаспорта. Чтобы все было чин чином надо карточку в Мариинске подменить, но у меня там завязок нет. Об этом уже сам позаботься, – рекомендовала Марфа. – Но по его размытому фото на паспорте и военном билете трудно отличить тебя от него – оба молодые, славянской внешности. Может и прокатить, но рисковать не советую.

– Марфа, я понимаю, он же еще в армии служил, и там куча сослуживцев, еще работал два года. Поеду подальше от этих мест, дай бог не встречу никого из старых знакомых. Ясно, что серьезную проверку я не пройду. К тебе просьба: подбери для меня другой паспорт – может за год-два удастся, с чистой биографией, чтобы все было известно об этом человеке. Я заплачу, сколько скажешь, – попросил Егор.

– Егор, такое невозможно, как ты не понимаешь? Человек учился в школе, у него были родители или детдом, одноклассники. Потом армия, ты правильно отметил, сослуживцы. Коллеги по работе после армии – у тебя все это самое сейчас на руках. Не светись нигде, и спокойно до старости проживешь под этими документами, – ответила Марфа.

– Хорошо Марфа, постараюсь не попадаться, – пообещал Егор. – Но документы все равно подбери, а то вдруг еще раз придется их сменить, если под этой личиной найдут.

– Хорошо, буду искать. Ежемесячно на свое имя проверяй почту до востребования на главпочтамте города, где будешь жить. В какой город собрался ехать? – спросила Марфа.

– В Томск. Давай ты тоже раз в месяц проверяй почту до востребования на главпочтамте на свое имя? Так и будем связь держать, – предложил Егор.

Роман Строев

Егор с документами Романа Васильевича Строева поехал в Томск устраивать свою жизнь по-новому. До тюрьмы он работал водителем автобуса, имел права соответствующей категории, но эта работа ему надоела. Права получить, конечно, не помешает, машину будет свою водить, когда купит. А вот насчет работы надо было подумать, куда свои усилия направить. К сорока годам Егор так и не женился – вовремя не получилось, потом была больная мать на руках, кому он с таким приданым был нужен? Мать умерла пять лет назад, а Егор уже привык жить один, встречаясь на стороне с женщинами. Пора была подумать о новом направлении своей деятельности.

– Я ведь теперь могу даже в институт поступить и работать инженером! – внезапно осенило его.

И Егор сделал первый шаг в этом направлении – в сентябре поступил в одиннадцатый класс вечерней школы, надо было получить аттестат о среднем образовании. Был ли он у Строева и в какой школе получал его старый владелец документов, Егор не знал. Марфа могла бы направить такой запрос, но это вызвало бы лишний интерес к персоне Романа со стороны правоохранительных органов, поэтому сразу от такого варианта отказались. Устроился на работу дежурным кочегаром в Управление котельных, там надо было сидеть в кабинете – бездельничать и ждать вызова при невыходе на работу кочегара, что, впрочем, бывало нередко – пили они много. Но Егор мог пропускать смены, легко подменяясь за лишние часы с другими дежурными кочегарами – они с радостью это делали. В общем, у него было свободное расписание, а не работать вообще нигде в СССР было нельзя, это было уголовно наказуемо.

Много времени Егор проводил в библиотеках, освежая в памяти школьный курс, ну и для общего развития. К декабрю он обаял всех учителей своими знаниями, они разрешили ему больше не ходить на занятия, а приходить только на контрольные работы. Егор занялся углубленным изучением английского языка, на его уроки он продолжал ходить. Английский осваивался легко, школьный курс был давно пройден, Егор совершенствовал разговорный язык, насколько это было возможно в школе.

Школу Егор закончил на одни пятерки, доcдав отсутствующие предметы за предыдущие классы, получив еще и аттестат за девятый класс. И в августе он поступил в политехнический институт на машиностроительный факультет, решил получить специальность технолога. Работать с металлом ему нравилось с детства. Но нужно было зарабатывать нормальные деньги, и Егор занялся анализом своих возможностей, связанных с силой и точностью бросков. Пока на ум пришел теннис. Егор почитал в библиотеке про этот вид спорта, и ему показалось, что у большого тенниса более перспективное будущее, чем у настольного. Одни поездки за границу на турниры и огромные призовые чего стоили! Но оказалось, что с этим видом спорта в Томске напряженка, надо было ехать в Москву. Сказано-сделано, Егор тут же написал заявление о переводе на заочный факультет, да и еще на химико-технологический факультет, ему показалось, что заочно легче на нем будет учиться и делать открытия новых материалов, он чувствовал за собой большой потенциал – память у него стала отличной, книги целиком без всякого напряжения запоминал. И нужная информация из прочитанных книг при необходимости тут же появлялась перед глазами. На собеседовании с деканом факультета он так прямо и заявил, что желает заниматься химией полимеров и создавать новые материалы. Декан протестировал у него знания химии и остался доволен.

И Егор направился в Москву, учиться играть в теннис. Но опять ему была нужна работа и прописка, пришлось устраиваться дворником – и жилплощадь служебную предоставляли, и прописку. И тут так же, через месяц работы, Егор нашел сменщиков, которые за его зарплату с удовольствием убирали его участок. Так что свободного времени у него теперь было достаточно, можно было и теннисом серьезно заняться, а заработанные на севере деньги позволяли не волноваться о зарплате. Но пока Егор устраивался на работу, обживал служебную квартиру в цоколе жилого дома и работал дворником, он влился в коллектив – характер у него был легкий. Поэтому его, как полноправного члена коллектива ЖЭУ, пригласили на сабантуй по поводу дня рождения начальника участка, который они провели в бильярдном клубе, также в цокольном этаже жилого здания, который ЖЭУ сдавало в аренду. Там Егор поиграл в бильярд с коллегами, все играли кое-как, иногда даже по шарам мазали, за исключением начальника, тот был любителем бильярда. Егор быстро научился стучать по шарам, он как бы видел, куда должен попасть шар при данном положении кия, и траекторию другого шара, и у него получалось очень часто попадать в лузы. С начальником зарубились не на шутку, в конце концов Егор намеренно проиграл Николаю Петровичу, а тот пригласил его приходить в клуб играть:

– У нас в клубе и на деньги играют! Десятку уж точно за вечер сможешь заработать с твоими данными, – пообещал он.

Егор заинтересовался этим и пришел в клуб на следующий день. Оформил членский билет, заплатил взносы, пошел в зал тренироваться. Потренировавшись пару часов, он понял, что точность удара зависела не только от игрока, а еще от качества кия, стола и шаров. Шары с щербинами, были там и такие, могли уходить от заданной траектории полета, дефекты покрытия стола могли сделать движение шара непредсказуемым. Но шаг за шагом Егор привыкал к столам и лузам, к шарам, легко запоминая их особенности.

К вечеру начали появляться игроки, сначала любители, игравшие без ставки, а к семи часам появились игроки, играющие на деньги. Ставки у них начинались с трех рублей за партию, потом по пятерке и далее по десятке – выше ставок не было. Егор внимательно наблюдал за играми, сам играл пока без ставок. Но к восьми вечера все стали играть только на деньги, Егор начал играть с трешки. Партию он выиграл, но неуверенно, хотя соперник был слабым, с точки зрения Егора. Ему предложили сыграть следующую партию на деньги, уже за пятерку. Он наблюдал за игрой этого мужчины и был уверен, что выиграет. Так и произошло – еще пятерка оказалась в кармане у него. Затем Егор рискнул сыграть с более опытным игроком и потерял десятку. Но попросил матч-реванш и отыграл ее, партнер был доволен острой игрой. Вениамин был чемпионом клуба. Они как-то быстро сблизились с Веней – так он попросил его называть, и провели еще две партии, уже без денег, на интерес, и обе выиграл Егор.

– Роман, у нас тут клуб – просто детский сад, в Лужниках играют по-крупному, ставка до тысячи рублей доходит. Я вижу твой потенциал, почему бы тебе не попробовать играть по-крупному? – спросил Веня.

– Так я первый раз встал за бильярд! Надо набить руку, а уж потом думать о более крупной игре! – отказался Егор, он все еще называл сам себя этим именем. Договорились с Веней тренироваться вместе, как спарринг-партнеры.

Так они тренировались целый месяц. Когда за две недели Веня не разу не выиграл у Егора, он спросил:

– Роман, чего тянуть-то? Шары впустую гонять? Пора деньгу зашибать! Давай в субботу двинемся в Лужники, я туда раз в месяц ездил, сотню просаживал для игры с профессионалами. Теперь я сам там сотню смогу заработать, после игры с тобой.

– Уговорил, – согласился Егор, который тоже почувствовал свою готовность к более серьезным поединкам.

В субботу они приехали в Лужники, там в ДК проводились бильярдные турниры, но и для любителей были открыты столы для игры. Первым в бой пошел Веня, ставки начинались со ста рублей. Первый бой он выиграл, улыбаясь Егору помахал сотенкой. Вслед за ним пошел играть Егор, и тоже выиграл, достаточно уверенно. Соперник запросил реванш, и тоже проиграл.

– Ну что, Веня, на сегодня хватит играть? Денежку сшибли, можно посмотреть на игру профессионалов, – предложил Егор.

Веня согласился – победа далась ему нелегко, и они пошли смотреть бои между профессионалами. Егор внимательно наблюдал за действиями игроков, отмечал тонкости, которые стоило перенять, комбинации шаров, в которых, казалось бы, в безвыходной ситуации можно забить шар. Веня рядом с ним также наблюдал за всем, давая свои комментарии, в основном характеризовал игроков – какие ставки они делают и сколько зашибают за вечер. Они решили с Веней в будние дни тренироваться в своем клубе, в выходные делать вылазки в Лужники, чтобы заработать денег наверняка.

В следующую субботу Егор провел четыре игры и все выиграл, ставки были только по сто рублей, на большие ставки он не играл. Веня тоже был не промах – сыграл три игры, в последней проиграл, все равно остался в плюсе. Решили с Веней поиграть еще в воскресенье – всю неделю руки набивали. В воскресенье Вене не повезло в первой партии – он проиграл, решил отдохнуть, пока Егор играет. У Егора опять четыре партии и все выигрышные, после этого Веня сыграл еще две партии и обе выиграл, опять остался в плюсе.

Так продолжалось до Нового года, потом Егор поехал на сессию в Томск, успешно сдал ее, вернулся в Москву в конце января 1987 года. Веня за это время так набил руку, что уже выигрывал по шесть партий за вечер, но, правда, только со ставками по сто рублей. Более опытные игроки ставили, начиная с двухсот рублей, с ними им играть было еще рано.

Егор снял двухкомнатную квартиру, жизнь в цокольном этаже его не прельщала, в месяц они с Веней зарабатывали по паре тысяч, а у Егора бывало и по пять тысяч выходило, денег хватало. Но случались и смешные истории. Как-то они с Веней с хорошим выигрышем вышли из клуба и довольные жизнью решили прогуляться пешком по Москве.

Гуляя по парку, зашли достаточно далеко, и неожиданно их окружили четыре крепких парня:

– Кошелек или жизнь? – спросил их вожак, поигрывая финкой. Веня испуганно спрятался за Романа. А Роман спокойно спросил у вожака:

– Ну и что ты выбрал?

– Не понял? Борзый, что ли? – удивился и, подойдя к Роману, взял его за воротник, поднеся острое лезвие ножа к его лицу.

– Рожу тебе исписать, что ли, чтобы был сговорчивее! – рыкнул он.

Роман коротким ударом в солнечное сплетение вырубил его, вынув нож из руки падающего бандита.

– Ну и где ваши кошельки? – спросил Роман у остальных бандитов, поигрывая ножом. Те, выхватив ножи, начали обходить его с трех сторон, нанося удары ножами в воздух, запугивая Романа. Тот, недолго думая, кинул отобранный нож рукояткой в лоб бандиту с правого края, тот без слов рухнул на землю, осталось двое на ногах.

– Может, все же отдадите свои кошельки? – спросил Роман.

– Перебьешься! – крикнул тот, что слева, и метнул в Романа свой нож. Роман уклонился и, поймав его левой рукой, тут же бросил его обратно, рукояткой в лоб бандита – и тот рухнул без чувств на землю.

– Ну, что стоишь? – спросил Роман у единственного оставшегося на ногах бандита. – Или гони кошелек, или сейчас с ними ляжешь.

Бандит убрал нож в карман, но Роман покачал головой:

– Все ножи ко мне! И все кошельки тоже!

– Да у нас немного денег, хотели сшибить на выпивку… – заныл тот.

– Ничего, выгребай все, что есть. За все платить надо. А то сейчас вызову милицейский патруль и поедете бесплатно лес валить на север, – пригрозил ему Роман.

Вениамин стоял в стороне, удивленно погладывая на поле боя. Бандит вытащил все из своих карманов, там было около пяти рублей мелкими купюрами, затем обчистил карманы подельников, в итоге набралось около двадцати пяти рублей – ничтожная сумма по сравнению с выигранной тысячей у Романа и тремя сотнями у Вени. Веня не выдержал и, подойдя к бандиту, дал ему хорошую оплеуху.

– Рома, давай все-таки этих тварей сдадим милиции – они же людей грабят! Денег у них на выпивку было вполне достаточно! – эмоционально выразился он. Тут начал вставать с земли вожак банды, Веня зарядил ему ногой в голову от души, тот вновь упал без сознания.

– Веня! Ты так и убить можешь! – остановил его Роман. Он подошел к стоящему бандиту и носком ботинка ударил его по коленной чашечке, чтобы выбить ее. Тот с воплем, держась за колено, упал на землю.

– Ну вот, теперь все соучастники грабежа наказаны. У двух наверняка сотрясение мозга – в лоб рукоятками ножей получили, главаря ты по морде ботинком приголубил, а последнему я выбил чашечку – неделю ходить не будет, – сообщил Роман. – Можем идти дальше гулять.

– Да что-то мне расхотелось гулять, поехали по домам, – предложил Веня. Они прошли к стоянке такси и разъехались на разных машинах по домам. Отобранные у бандитов деньги Роман внес в кассу бильярдного клуба, как благотворительный взнос.

– Ты Рома, как Чингачгук ножи кидаешь, – восхищался Веня, на следующий день при встрече в клубе.

– Так мы же с тобой бильярдисты! – рассмеялся Роман. – Обладаем точным глазомером и твердой рукой, поэтому бьем без промаха!

Егор стал привыкать к своему имени по документам и уже часто про себя тоже называл себя Романом.

Роман часто сидел в библиотеках, изучая свою специальность химика-технолога полимеров, читал журналы на трех языках – с помощью репетиторов освоил немецкий и французский, в Москве с этим проблем не было.

Ходил на танцы, у него часто бывали романтические встречи с девушками, так, ничего серьезного – только пар выпустить. Он заметил, что его либидо стало под стать его внешности – как в молодости, и он всю ночь мог заниматься любовью с подружками, нисколько не утомляясь. И он был доволен, довольными были и подружки, которые после первой встречи с ним искали продолжения.

Его заинтересовали углепластики, высокопрочные полимерные материалы, применение которых сдерживалось дороговизной. Если решить эту проблему, то можно озолотиться на их производстве. Поэтому Егор и изучал опыт иностранных производителей, их статьи и патенты по этой теме.

Глава 9. Вася Ухов, телохранитель

После каникул Вася вернулся домой, каникулы окончились, начались занятия в школе. В первый же день Вася столкнулся со своим одноклассником Генкой Тиховым, рослым бугаем-второгодником, который был первым заводилой в классе по всяким пакостям, вокруг него группировались его шавки, как их Вася презрительно называл про себя. Генка сидел на спинке задней парты и презрительно комментировал входящих. Родители у Генки работали в торговле, одет он был с иголочки, учился, правда, очень плохо, за родительские подношения его терпели в школе.

– Наш Вася опять в обносках пришел… Штаны с пятого класса не менял! – высказал он свою очередную пакость.

Васе надоели насмешки верзилы, и он решил покончить с этим. Поставил портфель на свою парту, подошел к Генке, взял его за плечо и силой стряхнул со спинки парты. Тот грохнулся задницей на сиденье парты. Он попытался вскочить, но Вася сдавил его плечо рукой.

– Сидеть, я сказал! – громко приказал Вася. – Еще раз вякнешь без моего разрешения, я тебя накажу!

– Отпусти плечо, больно, – попросил Генка.

– Ты понял меня? Заткнись, и чтобы больше я тебя не слышал! Понял? – спросил Вася, усиливая нажим.

– Да понял, понял, отпусти! – просил Генка.

Вася отпустил его плечо и вернулся к своей парте, шавки, обалдевшие от такого, молчали. Генка тоже молчал, пораженный силой, с которой сдавили его плечо. Уроки прошли спокойно, Генка молчал, как в рот воды набрал, только уходил куда-то на переменах.

«Готовит коалицию против меня, у него же старшеклассники в друзьях! – предположил Вася. – Ничего, и с ними разберусь».

Вася после уроков стал собираться домой, занятия на секции самбо начинались в шесть вечера. До этого времени надо было попасть домой, сделать уроки, собрать спортивную форму и двигаться в спорткомплекс «Динамо». Подошла одноклассница Галя Земляничкина, спросила идет ли он домой – им было по пути.

– Галя, сегодня рядом со мной быть опасно – я наступил гадюке на хвост, и она собирается отомстить мне. Для тебя будет безопаснее держаться от меня подальше, да и мне будет проще отбиваться, – сообщил он однокласснице.

– Ну удачи, герой, – невесело усмехнулась Галя и ушла из класса, зная пакостный характер Тихова. Вася вышел из школы и двинулся к своему дому по короткому пути – через гаражи, он ожидал, что там его должна ждать засада вдали от чужих глаз, что было ему на руку – не придется стесняться в приемах против хулиганов. Шавки Тихого вертелись вокруг школы, следя за ним. Вася размеренным шагом направился к гаражам, шавки исчезли из поля зрения. Когда Вася вышел в проезд между гаражами, то обнаружил толпу из семи хулиганистых подростков-переростков во главе с Тиховым.

– Ну что герой, надо отвечать за свое нападение на меня! – «бесстрашие» Тихова прямо брызгало из него.

– А что, без группы поддержки ты ссышь со мной разбираться? – насмешливо спросил Вася. – Так ты, оказывается, у нас еще и трус!

– Я трус?! Да я тебя сейчас прибью! – Тихов кинулся на Васю. Вася встретил его коротким ударом в солнечное сплетение и отошел в сторону с пути Тихова. Тот пролетел мимо него и упал на землю скрючившись.

– Ну что, уважаемая компания, концерт окончен? – спросил он у толпы.

– Это как сказать… – вышел вперед рослый парень, на вид лет восемнадцать.

– А ты кто такой смелый? – весело усмехнулся Вася.

– Я приятель Тихова, Цыган меня зовут, – парень, сжав кулаки и став в боксерскую стойку, двинулся на Васю.

– Чем крупнее кабан, тем громче падать будет, – прокомментировал Вася свои действия и, не дожидаясь нападения Цыгана, бросился ему на встречу. Тот сразу остановился и встал в оборонительную стойку, закрывшись кулаками и прижав подбородок к плечу.

– Боишься, значит, меня? Значит, уважаешь. Давайте, парни, катитесь отсюда подобру-поздорову, а то я рассержусь и поколочу вас, – предупредил Вася.

Цыган сделал выпад левой рукой, джеб в голову Васи. Вася захватил его руку и резко дернул на себя, тот полетел на Васю, падая на землю. Вася дал ему выверенную оплеуху правой рукой, отпустив его руку в последний момент. Парень грохнулся на землю, ударившись лицом, резко вскочил, но Вася встретил его коротким ударом в челюсть, глаза у него поплыли, и он вновь упал на землю. К Васе несся, размахивая цепью, следующий отморозок, а за ним еще двое с арматурой в руках.

– Вот это встречу мне приготовили! – удивился Василий. – За такое дерьмо, как Тихов, убить меня готовы? Все интереснее и интереснее…

Вася прыгнул навстречу хулигану с цепью, подставил под нее свою правую руку. Цепь обернулась вокруг руки и своим концом ударила хулигана под подбородок, как и рассчитал Вася. Хулиган молча рухнул на землю, Вася сбросил со своей руки цепь. Отморозка, который подскочил к нему с прутом арматуры, Вася встретил ударом ноги в пах, уклонившись от прута, тот бросил прут и упал, визжа как поросенок. Второй с арматурой начал ей махать, стараясь ударить Васю издалека. И тут на Васю сзади кто-то накинулся, захватив его шею в замок. Вася, недолго думая, двумя руками аккуратно схватил его за плечи, и как росомаху зимой, выбросил вперед, на парня с арматурой. Это оказался Цыган, пришедший в себя, и ему тут же досталось по голове арматурой, а он своим весом сбил с ног своего подельника. Вася подскочил к ним и добавил подельнику в челюсть кулаком. Трое урок достали ножи и двинулись на Васю. Вася поднял прут арматуры, постукал им по своей руке. Урки остановились, нож против прута для них не был весомым аргументом, они задумались.

– Убогие, валите пока живы-здоровы, а то я долго ждать вас не буду, – приказал Вася. Один из них взмахнул рукой и метнул нож в Василия, целя ему в шею. Вася перехватил в полете нож левой рукой, уклонившись от траектории его полета, и тут же бросил нож обратно, целя в лоб бандиту. Нож ударил ручкой в лоб отморозка, тот упал навзничь. Двое других бандитов бросились убегать.

– Ну вот, что с вами делать-то? – задумался Василий. Поскольку было применение холодного оружия, то необходимо вызывать милицию и оформлять все, как полагается. Но доказательная база у Василия была слабая – их семеро против одного его. Вася решил сам разобраться с ними. Он тряхнул Тихова, который, сидя на снегу, с удивлением глазел на побоище, учиненное Василием. Пришлось дать пару ему пощечин, чтобы тот окончательно очухался.

– Рассказывай, тварь, кого ты нанял и за сколько, чтобы меня убить? – еще раз ударив его по щеке спросил Василий.

– Ты чего несешь? – возмутился Тихов, отползая от него. – Я попросил их отлупить тебя, чтобы ты на меня не рыпался. Не знаю я, с чего эти придурки за ножи схватились и арматуру, не договаривались мы так. Я им сто рублей за это забашлял!

– Хм, чего тогда они и вправду за ножи схватились? – удивленно спросил Василий сам себя. – Сейчас выясним, – он двинулся к лежащему Цыгану. Тот сидел на земле, держась за разбитую голову, качая головой и стоная.

– Убогий, кто вам приказал убить меня, отвечай?! – Вася дал леща Цыгану. Цыган перестал мотать головой и ответил матом – типа «отвали». Вася схватил его за руку и начал медленно ломать большой палец. Цыган завыл – Отпусти, больно! Пусти! Все скажу! Клык велел убить тебя, чтобы Генку Тихова к нам привязать как соучастника убийства, а через него его богатенького отца.

Вася дал еще одного леща Цыгану, вырубив его, и вернулся к Тихову.

– Слышал придурок, что ты натворил? – спросил он у него.

– Скоты, твари! – ругался Тихов. – Блин, как я бате-то об этом расскажу?

– Рассказать ему придется все в подробностях, пускай он сам принимает меры против Клыка, а то поздно будет. Ну ты и придурок! Вали теперь отсюда, пока эти отморозки не очухались, – оставив Тихова и подняв свой портфель, Вася пошел домой.

Следующий день у Васи прошел спокойно, Тихов в школе не появился. Через день он появился с отцом.

– Вась, батя поговорить с тобой хочет, – попросил Генка вежливо.

Василий кивнул головой в знак согласия и пошел за Тиховым. В коридоре их ждал Генкин отец.

– Георгий Семенович Тихов, – представился тот. – Василий, можно с вами пообщаться наедине?

– Можно, отчего же нет, – согласился Василий и они прошли в рекреацию, в которой никого не было.

– Василий, я приношу извинения за действия моего сына-придурка и в компенсацию за доставленные хлопоты прошу принять от меня двести рублей, – попросил Тихов-старший, передавая конверт Василию.

– Да я не имею претензий к вам и вашему сыну, – отмахнулся Василий.

– Я очень прошу принять эту компенсацию и рассказать все как было в подробностях. Одно дело – сын мне описал эти события, другое дело – вы об этом расскажете, все-таки это со мной связано.

– Ну хорошо, – Василий взял конверт и кратко рассказал, как проходила схватка и результаты экспресс-допроса Цыгана.

– Гена сказал, что вы нож на лету перехватили и той же рукой метнули его в бандита – это правда? – спросил Тихов.

– Ну да, чего тянуть-то было? С чем на меня пошел, тем и получил, – подтвердил Вася.

– Но вы могли же его убить? – спросил Тихов.

– Мог, но зачем мне это делать? Я его ручкой ножа в лоб вырубил, – ответил Вася.

– Где вы всему этому научились? – спросил Тихов.

– Я с шестого класса на секцию самбо хожу в Динамо, да книжки разные на эту тему читаю, тренируюсь самостоятельно, – ответил Вася.

– А после школы вы что намерены делать? – допытывался Тихов.

– Поступать в институт в Томске, по компьютерам.

– Да, у вас большое будущее… А не хотели бы вы подрабатывать у меня телохранителем? – спросил Тихов.

– Да я же учусь в школе, все ваше рабочее время.

– На работе у нас есть своя охрана. Но часто бывает необходимо встречаться с разными людьми в неформальной обстановке – в ресторане, в баре, в сауне, и без охраны. И там мы ведем деловые переговоры. Бывает, что пытаются наезжать силой – вот в этих случаях ваша помощь была бы бесценной. Вы бы играли роль помощника, типа секретаря, с папочкой ходили бы. Ну а в случае нападения помогли бы мне сохранить целостность моей шкурки, – улыбнулся Тихов. – Платить я буду щедро – по двести рублей за такой выход, плюс «боевые», если придется драться.

– Ваше предложение, конечно, интересно, но я должен получить на это разрешение родителей – вы же сами понимаете, я несовершеннолетний, – ответил Вася.

– Твоих родителей я беру на себя – договорюсь с ними, но, конечно, только насчет работы секретарем, сам понимаешь, насчет телохранителя даже пытаться не буду – не согласятся, – сообщил Тихов.

– Ну это только в этот учебный год, а в августе следующего года я буду поступать в Томске, – напомнил Вася.

– Студенты тоже ездят зарабатывать деньги в стройотряды, у тебя будет специфический стройотряд, – улыбнулся Тихов.

– Ну там видно будет, можно будет и так, – согласился Вася.

Тихов действительно легко договорился с родителями Васи. К ежемесячному окладу в двести рублей прибавлялась возможность отовариваться в спец распределителе, плюс премия за каждый выход в двести рублей. Родители у Васи сами по двести рублей в месяц зарабатывали – папа инженером на заводе, мама учительнице в школе. Такая прибавка к семейному бюджету была совсем не лишней в преддверие поступления Васи в институт, а Тихов был в городе человеком уважаемым.

– Василий, с твоими родителями я договорился, у тебя будет оклад двести рублей и как мы говорили по двести рублей за каждый выход. Пока нет выходов, ты должен тренироваться, совершенствовать свои навыки, за это тебе оклад и буду платить – понятно?

– Да, понятно. Буду заниматься самосовершенствованием, – улыбнулся Вася.

***

Первый выход состоялся в ближайшие выходные, предстояла встреча с Клыком. Тихов сразу предупредил об этом Васю, чтобы он хорошенько подготовился. Вася подумал, что надо с собой взять побольше метательного оружия. Ничего лучше гальки он не придумал и набрал десяток круглых камешков, рассовав их понемногу в каждый карман пиджака и пальто, обернув в салфетки, чтобы не брякали.

«Еще бы какую-нибудь защиту от ножа, а то вопросы будут – как так, тебя ножом не смогли проткнуть? И где его взять, этот бронежилет? Они только в спецназе имеются… Ладно, придумаю что-нибудь», – решил он.

На улице, за гаражами, он потренировался бросать гальку, сила и точность ударов у него была отменная – сам удивлялся, как так у него получается – попадает куда хочет и знает с какой силой бросать. В гараже у отца нашел куски нержавейки, один как раз входит в наружный карман пиджака – вот тебе и часть бронежилета, толщина полтора миллиметра, ножом не пробьешь, второй кусок по размеру внутреннего кармана – напротив сердца, тот потолще – три миллиметра. Вася догадывался, что и пуля его кожу не пробьет, но на всякий случай все-таки соорудил этот псевдо-бронежилет, по крайней мере будет чем объяснять, почему пуля не пробила его кожу – в пластину попала!