Джулио Джорджетти
Иммортал1. Итальянский шторм

Посвящается Кате. Моей музе.

Dedicato a Katya. La mia musa.

Эта книга является чистым вымыслом. Любые совпадения с реальными людьми, местами или событиями полностью случайны и ненамеренны. Элементы повествования, персонажи и ситуации также являются плодом фантазии автора. Автор не несет ответственности за любые ошибочные интерпретации текста или ассоциации с реальностью. Любые отсылки к реальным событиям или людям являются случайными.

День первый

Тайное становится явным

– Пакет на месте, – прошипел голос в наушнике.

– Принято, жди нашего сигнала, – ответили с базы.

* * *

ЭУР неожиданно засиял огнями. Был тихий январский понедельник, около восьми часов вечера. Офисы в самом современном квартале Рима уже закрылись и он, казалось, дремал в ожидании еще одной безмятежной ночи, как вдруг его сонное забытье было прервано внезапно зажегшимися разноцветными лучами прожекторов и уличным шумом.

– Смотри, как красиво! – крикнул какой-то парень, прогуливающийся с девушкой в Парко Чентрале. Озеро квартала ЭУР озарилось ритмично мигающими огнями, зашумели фонтаны Парка водопадов. Зеленый свет прожекторов будто вдохнул новую жизнь в спящую природу. Хотя была еще зима, деревья сакуры, казалось, расцвели. Зрелище было впечатляющим.

Дворец итальянской цивилизации, известный римлянам как «Квадратный Колизей», и Дворец конгрессов напротив осветились чистым белым светом, засиял мрамор арок и колонн. Неподалеку «Облако» Фуксаса вспыхнуло красным, легкие световые вибрации напоминали ритм мерно бьющегося сердца. Именно там, в здании Нового конгресс-центра, в половине девятого должна была начаться пресс-конференция «Иммортал1»[1].

В этот понедельник в зале Аудиториума собралась и итальянская, и иностранная пресса.

Журналистка Фабиана Полито, уткнувшись в исписанный блокнот, перечитывала свои заметки и думала: «Интересно, Темпеста все выложит или будет темнить?»

В воздухе чувствовалось напряжение, гудели голоса, щелкали шариковые ручки. Необычное время начала конференции наводило на мысли о каком-то важном объявлении, которое будет на ней сделано. К тому же на кону была уникальная возможность первыми вживую взять интервью у Алессандро Темпесты[2], генерального директора «Иммортал1», успешного бизнесмена и известного мечтателя. Все знали его любимую присказку: «Моя мечта – при помощи новейших технологий достичь бессмертия, а потом отправиться в путешествие по Вселенной и раскрыть ее тайны».

Не все, однако, были в восторге от идей Темпесты. Возникли враждебные «Иммортал1» религиозные течения, вроде группы «НетБессмертию», считающей стремление победить смерть противным божественным законам. Появились также группы «НетИИ», то есть «Нет Искусственному Интеллекту», которые устраивали беспорядки и даже теракты с целью доказать, что искусственный интеллект опасен для самого существования человека. Вся эта оппозиция была серьезным вызовом для «Иммортал1», так как компании приходилось преодолевать не только технические и экономические трудности, но и иметь дело с идеологическими противниками.

Юноша, заложивший бомбу, принадлежал к движению «НетИИ» и откликался как на имя Кармине, так и на кличку Филин. Ему совсем недавно исполнилось восемнадцать, и он мечтал привлечь внимание к своему движению, взорвав бомбу именно во время важной пресс-конференции Темпесты. Сердце его билось сильнее обычного, пот выступил на лбу.

Бомба ждала своего часа недалеко от станции зарядки электромобилей, всего в нескольких метрах от главного входа в здание, которое занимала «Иммортал1». Кармине волновался все сильнее.

– Пресс-конференция скоро начнется… Приступать?

– Нет, подожди. Спокойно. Мы скажем тебе, когда придет время, – строго ответил главный.

* * *

Компания «Иммортал1» была основана всего три года назад и уже выпустила на рынок Реал1 – приложение, сочетающее в себе функции мощного искусственного интеллекта и социальной сети. Успех Реал1 был ошеломляющим, приложение пользовалось бешеной популярностью и было одним из самых скачиваемых в Италии, Европе, Африке и США.

Уже больше года не было в Европе подростка, который бы не пользовался Реал1 в ежедневном режиме. Не останавливаясь на достигнутом, производители решили еще больше расширить спектр услуг и добавили в приложение функцию мгновенных сообщений, а также возможность делиться текстовыми файлами, фото и видео.

Телефоны журналистов звонили без передышки. Повсюду разнеслась весть, что в квартале ЭУР неожиданно включился свет и на фасадах зданий светятся надписи «ИМ1» и «1МИ». Жители квартала высыпали на улицу, чтобы заснять это зрелище на видео. У всех было праздничное настроение, как если бы с минуты на минуту должно было произойти что-то потрясающее.

* * *

– Темпеста там тоже будет! – воскликнула Вероника, студентка последнего курса медицинского факультета, проезжавшая на машине вместе с двумя подругами мимо обелиска.

– Давайте пойдем посмотрим на него! – с энтузиазмом ответила Мария, большая поклонница Темпесты.

Кто-то предположил, что Алессандро Темпеста будет в «Облаке» Фуксаса, и многие заторопились туда, собираясь сделать фото или взять автограф. Другие решили отправиться к главному зданию «Иммортал1» на площади Джулио Пасторе, всего в трехстах метрах от конгресс-центра.

Темпеста действительно был именно там, в своей штаб-квартире, вместе с самыми доверенными сотрудниками. Ему было тридцать восемь лет, он родился и вырос на южной окраине Рима и с детства, сколько себя помнил, увлекался информатикой и загадками Вселенной. Пронизывающий взгляд голубых глаз и тонкие черты лица говорили о твердом и решительном характере. Высокого роста, под метр девяносто, Темпеста носил аккуратную бородку, излучал уверенность и большие амбиции и вообще имел все качества, необходимые харизматическому лидеру.

Темпеста высунулся в окно, и тут же толпа фанатов, узнав его, взорвалась ликующим хором: «Реал1, Иммортал1, Реал1, Иммортал1!» Хотя фотографии Темпесты постоянно мелькали на страницах журналов, он не любил появляться на публике. Чем больше он избегал света софитов, тем больше им интересовались. Люди жаждали сенсационных новостей о том, кто казался им своего рода Стенли Кубриком от информатики.

* * *

Давиде Ридольфи, компаньон Темпесты и владелец сорока восьми процентов акций компании, вошел в свой офис вместе с Екатериной. Они с Екатериной вместе учились на факультете информатики Римского университета и одновременно получили дипломы. Потомок старинного рода, он носил гордое и длинное имя: Давиде Мария Ридольфи ди Барберино Валь д’Эльса. Не будучи, в отличие от своего друга, гением новейших технологий, Давиде зато был сыном Витторио Ридольфи, богатого римского сенатора, который и помог амбициозным молодым людям на начальном этапе и профинансировал создание «Иммортал1». В обмен на это он получил символическую квоту в один процент акций компании. Еще тремя процентами владела управляющая компания.

Алессандро выбрал Давиде в компаньоны не только потому, что был его другом, но и потому, что тот хорошо умел управляться с деньгами. Темпеста доверил ему важную и ответственную роль административного и финансового менеджера. В прошлом у Давиде были проблемы с наркотиками, в частности, с кокаином, но потом он познакомился с Валентиной, женился на ней, став отцом двух прекрасных детей, Лоренцо и Паолы, и взялся за ум.

У Темпесты и Ридольфи, однако, не обходилось без разногласий. Давиде был убежден, что на данном этапе следовало продать компанию и провести остаток жизни, наслаждаясь достатком, Темпеста же считал, что находится только в начале пути к своей мечте. Впрочем, это не мешало им быть сплоченной командой.

Давиде тоже подошел к окну. Его потрясло количество собравшегося народа. Толпа, казалось, все увеличивалась.

– Похоже, идея подсветить ЭУР была удачной! – сказал он.

– Да, именно такого эффекта мы и добивались. Это заслуга Кати, мысль была ее, – подтвердил Алессандро.

Мужчины повернулись к Екатерине, которая слегка покраснела и тоже подошла к окну посмотреть на толпу.

– И это только начало, – скромно сказала она. – Все самое интересное впереди. Нас ждут, давайте поторопимся, а то опоздаем.

Екатерине Дозоровой, она же Катя или, для самых близких друзей, Катюша, было тридцать три года. Она пришла в «Иммортал1» на должность менеджера по связям с общественностью всего три месяца назад. Екатерина родилась в Санкт-Петербурге, отцом ее был итальянец, а матерью – русская из Сибири. Получив во Франции диплом по специальности «Коммуникативные науки», Катя не рассталась со своей детской мечтой о жизни в Италии. Именно поэтому, уже работая в крупной французской транснациональной компании в Германии, она решила попробовать пройти собеседование в «Иммортал1».

Катя была девушкой удивительной, типично восточноевропейской красоты. Светло-каштановые волосы на солнце отливали золотом, глаза были темно-карие, почти черные, фигура стройная с волнующими округлостями, ноги длинные. Ее лицо то и дело освещалось сияющей улыбкой. Любой, кто не читал ее резюме, мог бы подумать, что Екатерину взяли на работу только из-за внешности. Это было не так: она была умна, воспитанна, проницательна, и при этом прекрасно отдавала себе отчет в том, как щедро ее одарила природа, и заботилась о том, чтобы выглядеть женственно. На работе она она отличалась редким трудолюбием.

– Нам пора, – сказала Екатерина.

Алессандро, посмотрев на Давиде, повторил, видимо, уже сделанное ранее приглашение:

– Ты уверен, что не хочешь пойти?

– Нет, спасибо. Сегодня день сверхурочных для всех. Лучше, если в офисе кто-то останется, – на всякий случай. В последнее время участились хакерские атаки, одному из нас имеет смысл остаться.

– Вот именно! Что-то тут не так! – с этими словами в офис вошел Доминус. Рядом с ним виднелся Даниэле Каппелли.

Антонио Доминус Десси, пятидесятипятилетний уроженец Сассари, бывший секретный агент итальянских спецслужб, занимал в «Иммортал1» должность начальника службы безопасности. В частности, в его задачи входила охрана генерального директора Алессандро Темпесты, особенно в это неспокойное время, когда тому угрожали фанатики из движения «НетБессмертию».

– Каппелли показал мне график, из которого следует, что хакерские атаки участились, более того, их количество утроилось за последние семьдесят два часа. У меня есть ощущение, что за этим стоят профессионалы, а то и какое-нибудь правительство. В любом случае, они пытаются взломать нашу систему, – предупредил Доминус.

Даниэле Каппелли, отвечавший в компании за информационную безопасность, кивнул. Ему было сорок пять лет, он родился в Монте Порцио Катоне. Каппелли отличался скромностью и внешне походил на отличника-очкарика, но при этом был всемирно известным этичным хакером[3].

– Да, атаки учащаются, и да, это дело рук профессионалов. В любом случае, пока мы успешно держимся, но если так и будет продолжаться, придется прибегнуть к внеплановой блокировке.

– Блокировке? – переспросил Давиде Ридольфи. – Да для нас смерти подобно даже просто сделать подобное заявление. Мы устроили весь этот бедлам, чтобы потом отключить Реал1? Нет уж, Даниэле, я понимаю, что все сложно и сегодня день сверхурочных, но мы должны выстоять и в этот раз.

Алессандро вклинился между Давиде и Екатериной и по-товарищески обнял их за плечи.

– Дайе, Дани, – сказал он, – только не делай глупостей в тот момент, когда я буду выступать перед публикой.

– Але, я сделаю, что смогу, – с легкой улыбкой откликнулся тот. – Кстати, ни пуха тебе сегодня вечером. Дайе!

«Дайе», веселое римское приветствие, немного ослабило напряжение и подбодрило всю команду.

– Теперь пошли, мы уже опаздываем, – поторопил всех Алессандро.

– Не волнуйся, я это предусмотрела. Мы с Давиде приготовили небольшой сюрприз для журналистов, он поможет нам выиграть время, – тут же ответила Екатерина.

Алессандро удовлетворился этим и больше ничего не спросил, а только бросил:

– Отлично. Доминус, пошли!

* * *

Была уже половина девятого, а от Темпесты не было ни слуху ни духу. Журналисты начинали терять терпение, хотя отличные канапе, пицца и напитки от службы кейтеринга неплохо скрашивали ожидание. Тем временем в соцсети Реал1 мелькали фото и видео Темпесты в окне главного здания «Иммортал1».

Неожиданно свет в зале начал гаснуть, предупреждая о долгожданном начале пресс-конференции. Раздался голос, приглашающий журналистов перевести мобильные телефоны в беззвучный режим. Чуть погодя из кромешной темноты на сцене возникли музыканты – струнный квартет в составе двух скрипок, виолы и виолончели. Послышались звуки «Лета» Вивальди. Журналисты слушали нежданный концерт внимательно, с должным уважением к организаторам. Было уже поздно, но важность мероприятия и богатый прием стоили потраченного времени. Музыка сначала звучала медленно, затем темп начал ускоряться. Кто-то в зале, захваченный волшебными мелодиями Вивальди, записывал концерт на телефон, другие слушали в сосредоточенном молчании.

* * *

Тем временем Доминус, Темпеста и Екатерина вошли в лифт. Доминус нажал на кнопку с надписью «–1», намереваясь спуститься в подземный гараж, но Алессандро остановил его:

– Почему минус один? Мы в трехстах метрах от входа, даже максимум в двухстах, если зайдем через служебный вход. Пошли пешком, выйдем на первом этаже.

– Дотторе[4], в целях вашей безопасности лучше всего было бы поехать на машине, даже если бы нам надо было преодолеть всего несколько метров. Тут на улице полно народа.

Действительно, количество поклонников Реал1 и просто любопытных заметно выросло. В толпе мелькал мужчина в черной толстовке с капюшоном, которая полностью закрывала лицо, и в темных очках, несмотря на вечернее время. Он явно не хотел, чтобы его узнали.

Это был Леонардо Тезео, для друзей Лео, один из создателей «Иммортал1». Он, Темпеста и Ридольфи дружили со студенческих лет. Это Лео написал исходный код для Реал1, но потом, несмотря на протесты друзей, решил посвятить себя другой своей страсти – кино, и стал неплохим актером. В Италии и за границей его знали по ряду фильмов и сериалов.

Хотя все трое пользовались успехом у женщин, Лео Тезео был самым удачливым из них. Высокий, черноволосый, с ранней сединой, он был красив. Любовь к свободе заставила его бросить Реал1, хотя программирование он тоже любил. Лео не хотел обязательств.

* * *

Кармине по прозвищу Филин нервничал все сильнее.

– Не хочу я ждать! Я взорву ее!

– Нет. Жди. Погибнет слишком много людей. Жди приказа.

* * *

В лифте спор продолжился. Темпеста сказал:

– Я в первый раз показываюсь на публике, вся эта толпа на улице нас ждет. Давайте пойдем пешком. Доминус, ты и охрана будете начеку и защитите меня в случае чего. Я хочу, чтобы люди чувствовали, что я с ними. Екатерина, а ты что думаешь?

Немного смущаясь, та ответила:

– Я согласна с Доминусом, безопасность важна… Но ты прав, публика может быть недовольна, что ты ее избегаешь. – Чуть подумав, она воскликнула: – Идея! Почему бы не опубликовать видео в Реал1, прямо прямым эфиром, и не попросить освободить проход? Ряд слева, ряд справа, а ты пройдешь посередине.

– Катюша, ты гений! Попробуем!

Доминус запросил подкрепление, и к нему тут же подбежали четыре человека из охраны.

– Темпесту надо защищать отсюда и до входа в «Облако», – приказал он. – Двое спереди, двое сзади, я рядом с ним. Роберто, ты на всякий случай поедешь следом на машине, очень медленно, с нашей скоростью. Синьорина Екатерина, будьте добры, сядьте в машину. Так нам будет проще защитить вас всех.

– Ну конечно, к тому же я сегодня на каблуках, – пошутила та, пытаясь разрядить атмосферу.

Алессандро Темпеста запустил стрим в Реал1 из атриума главного здания «Иммортал1»: «Добрый вечер, Рим! Сегодня особенный день, и я благодарю всех за теплый прием. Сделайте мне одолжение, встаньте, пожалуйста, в два ряда вдоль дороги и позвольте нам пройти. Нас ждут на пресс-конференции. Нам нужна ваша помощь!»

Послышался радостный гул, двери распахнулись, и перед ними открылось невероятное зрелище. Толпа подалась в стороны, разделившись надвое и освободив проход. Слова Темпесты подействовали на нее лучше, чем усилия полицейских, которые в общем хаосе пытались восстановить порядок.

– Вот это да! – воскликнул Алессандро.

– Здорово! – эхом откликнулась Екатерина, не веря своим глазам.

Доминус тут же нарушил идиллию:

– Поторапливайтесь, дотторе, не останавливайтесь, идите быстрым шагом, а еще лучше – бегите.

Давиде Ридольфи, высунувшись в окно, подумал: «Алессандро просто с ума сошел, что он вытворяет?»

Темпеста, не ожидавший столь теплого приема публики, был прямо-таки опьянен. Тем не менее он прислушался к совету Доминуса и побежал, держа в руке телефон, с которого вел прямой эфир в Реал1. В воздухе витало возбуждение, но люди исправно расступались, освобождая дорогу. Темпесте понадобились всего сорок секунд, чтобы без всяких приключений добежать до служебного входа Нового Конгресс-центра.

Добравшись до цели, Алессандро на секунду остановился и выдохнул. Он знал, что избежал серьезной опасности. Любой фантазер-последователь «НетБессмертию» или «НетИИ» мог выскочить ему навстречу, но, к счастью, обошлось без эксцессов.

Они все так же бегом поднялись по лестнице и подошли к Аудиториуму, когда там уже звучали последние ноты Вивальди. Остановившись на минутку у входа и встав так, чтобы их не было заметно из зала, Екатерина пристально посмотрела Алессандро в глаза, радостно улыбнулась ему и спросила:

– Готов к своей первой пресс-конференции?

– Еще бы. Сколько лет я ждал этого момента? – отозвался он, борясь с волнением.

– Это они ждут тебя, уж ты мне поверь. Помни, твои ответы должны быть короткими и четкими. Все пройдет отлично, – подбодрила его Екатерина.

В зале зажегся свет. Екатерина вошла и произнесла небольшую речь, представив и похвалив музыкантов, которые только что закончили выступление. Многие журналисты поднялись, аплодируя, но некоторые остались сидеть в знак протеста: они пришли сюда ради Темпесты, а вовсе не ради концерта.

Екатерина тем временем продолжала:

– Благодарим вас за ожидание и за то, что пришли сюда в столь поздний час. Надеемся, что фуршет и музыка вам понравились. Итак, я рада представить вам человека, у которого всем хочется взять интервью, генерального директора «Иммортал1» и создателя Реал1… Алессандро Темпесту!

Тот вошел в зал, слегка наклонив голову в шутливом и в то же время уважительном приветствии. Когда он сел, приветственные аплодисменты какое-то время еще продолжались, хотя и с меньшим энтузиазмом. Для многих присутствующих эта встреча была вызовом: журналисты собирались с мыслями, формулируя в уме вопросы и броские заголовки.

В зале щелкали фотоаппараты. Как долго они его ждали, и вот он здесь, таинственный Темпеста, готовый удовлетворить их любопытство по поводу своей особы и своего детища, «Иммортал1». Темпеста приготовился отвечать на вопросы. За его спиной на экране мигали надписи «ИМ1» и «МИ1».

Наконец он заговорил:

– Добрый вечер и спасибо за ваше терпение. На самом деле, нам нужно было еще немного времени по техническим причинам. Мы ожидаем нечто потрясающее…

На экране появились цифры: 999.995.571… 999.996.623…

– А вот и причина, по которой мы все здесь собрались.

Через несколько секунд на экране зажглась цифра 1.000.000.000. Счетчик остановился. Огромные цифры светились в темноте. Затем аббревиатура «ИМ1» превратилась в «1 Миллиард», а потом в «1 МИЛЛИАРД Спасибо». Надпись «1 Миллиард» продолжала сиять, а слово «Спасибо» мигало на всех языках мира: Спасибо, Grazie, Gracias, Merci, Thank You, 谢谢 и так далее.

Эти же слова сверкали на световых табло, установленных по всему кварталу ЭУР, а также на сайте «Иммортал1» и на главной странице соцсети Реал1.

– В эту минуту число активных пользователей «Иммортал1» достигло одного миллиарда в месяц. Это невероятное достижение, особенно если учесть тот факт, что мы запустили Реал1, наш главный продукт, всего два год назад. А невероятнее всего то, что этого добилась чисто итальянская компания, – сказал Темпеста с гордостью. – Я всегда верил в то, что наша Италия, земля богатейшей культуры и искусства, земля древней истории и потрясающей природы, Италия, подарившая миру таких универсальных гениев, как Леонардо да Винчи, таких художников, как Микеланджело и таких ученых, как Галилей, Ферми, Вольта и Майорана, может достичь высот и в информатике. Сегодня мы добились невероятного успеха, и это только начало долгого пути. Реал1 была создана для того, чтобы искусственный интеллект служил людям. При этом она превратилась и в полезный инструмент в повседневной жизни: это и поисковая система, и мгновенная передача сообщений, и соцсеть, позволяющая делиться текстами и видео, и электронный почтовый ящик. Я также рад сообщить вам, что в ближайшие месяцы Реал1 станет также площадкой для просмотра фильмов.

Пока Темпеста говорил, фотографы ловили подходящие ракурсы, стараясь получить идеальный снимок для первой полосы.

– Отлично, теперь вопросы, – вмешалась Екатерина.

Слово тут же взяла французская журналистка Клер Дюпон из «Ле Там Интернасьональ»:

– Bonsoir monsieur[5] Темпеста. Прежде всего я хочу поблагодарить вас за возможность поговорить с вами, мы ждали ее всего два года… – она иронично выделила слово «всего», вызвав смешки в зале. – Поздравляю вас с потрясающим успехом Реал1 и «Иммортал1» в целом. Нам было бы интересно узнать, какие ключевые факторы сделали Реал1 столь популярной и увлекательной за такое короткое время. Расскажите нам, чему мы обязаны ее невероятным ростом?

Темпеста ответил:

– La vérité? Je ne sais pas[6], – и улыбнулся, подмигнув журналистам, которым не терпелось услышать продолжение. – Наша сила – в парадоксе: искусственный интеллект «реален». – Слово «реален» он подчеркнул. – Ответы, которые дает система, оцениваются пользователями. Этот механизм создает ситуацию сотрудничества и добавляет элемент человечности в функционирование системы. Таким образом, общее качество ответов заметно улучшается. Этот же принцип применим к поисковику, поскольку результаты поиска определяются системой, но на них так же влияют пользователи, гарантируя таким образом более точные ответы. Еще один фундаментальный аспект – это то, что в нашей соцсети все пользователи реальные. Фальшивых или имеющих сомнительные намерения мы удаляем.

Следующим был журналист из США.

– Добрый вечер, я Марк Стоун из «Информант Пост». Если пользователи Реал1 и вообще «Иммортал1» реальные, не нарушает ли это их конфиденциальность?

– Спасибо за вопрос. Люди, пользующиеся Реал1, желают поделиться контентом и выразить свое мнение по различным вопросам, чувствуя свою значительность и оставаясь самими собой. На других платформах разница между правдой и ложью часто отсутствует. Реал1 решает эту проблему, будучи крупным общественным пространство, где гарантированно реальные пользователи могут делиться тем, что они хотят сделать публичным достоянием. Это одна из тех особенностей сети, которые наши пользователи, уставшие от общения с фальшивыми профилями, ценят больше всего. – Темпеста сделал эффектную паузу. – Видите ли, когда мы говорим о миллиарде активных пользователей в месяц, мы имеем в виду только действительно реальных и уникальных пользователей.

Пресс-конференция шла гладко, и в здании «Иммортал1» царило праздничное настроение. Прямая трансляция велась по всем национальным каналам и на официальном сайте компании. Многие сотрудники задержались на работе, хотя было уже девять часов вечера. Среди них были и менеджеры по информационной безопасности.

Фабрицио Скарпа, один из них, принес чашку кофе своему начальнику Даниэле Каппелли и сказал:

– Даниэле, сделай паузу. Ты уже несколько дней работаешь без остановки.

– Фабри, на этот раз атака будет мощная, – ответил тот. – У меня ощущение, что они только и ждут подходящего момента, чтобы нас обрушить. Не время отдыхать.

– Давай так, – предложил Фабрицио. – Отдохни минут пятнадцать, я подежурю. Там вон празднуют наш первый миллиард пользователей, а это, между прочим, и твоя заслуга тоже. Если я замечу что-то необычное, тут же тебя позову. Если ты не оторвешься от экрана на минутку, у тебя мозги закипят.

– Ты прав, – признал Каппелли. – Я отойду на минутку, только на минутку, а ты ни в коем случае не выходи отсюда, пока я не вернусь.

– Конечно, шеф, как прикажешь, – весело ответил Скарпа.

* * *

Тем временем с базы поступил приказ для Филина: «Сейчас! Давай!»

Кармине взорвал бомбу. Это произошло в тот момент, когда поблизости никого не было – все фанаты «Иммортал1» переместились к конгресс-центру. Взрыв был довольно слабым, поскольку акция «НетИИ» задумывалась как чисто демонстративная. Тем не менее огонь тут же поглотил колонку зарядной станции для электромобилей. По счастливой случайности в тот момент там не было заряжающихся машин, иначе не миновать бы пожара.

* * *

Екатерина передала микрофон Лауре Паредес, молодой журналистке из издания «Эль Диарио Мундиаль». Глаза Лауры горели энергией, ей не терпелось задать вопрос века, прежде чем какой-нибудь конкурент ее опередит. В спешке она начала говорить в выключенный микрофон, затем заметила это, включила его и сказала:

– Добрый вечер, дотторе Темпеста. Я хочу вернуться к вопросу о конфиденциальности, который тут уже затрагивался. Искусственный интеллект, соцсеть, почтовый ящик, создание контента, мгновенные сообщения и геолокация… Реал1 позволяет вам узнать все о человеке в режиме реального времени: где он находится, что публикует, что пишет в личных сообщениях. Можем ли мы утверждать, что «Иммортал1» превращается во что-то наподобие Большого Брата Оруэлла, то есть в инструмент контроля над массами?

Темпеста улыбнулся. Ему хотелось ответить шуткой, но он понимал, что вопрос серьезный и что рано или поздно его бы задали. Он посмотрел в глаза журналистке и заявил:

– Некоторые считают, что в будущем не будет конфиденциальности. Что каждый из нас будет всего лишь потребителем, которого постоянно отслеживают крупные транснациональные компании. Для меня же приватность человека важна, и всегда будет важна. Любой должен иметь возможность, когда ему хочется, покинуть общественное пространство. Поэтому мы не только защищаем личные данные с помощью самых передовых криптографических систем, но и добавили две кнопки: одну, чтобы выключить геолокацию и вторую – чтобы удалить все данные, созданные платформой. Короче говоря, тот, кто желает удалить все свои следы из вселенной «Иммортал1», может сделать это за несколько секунд. Тем не менее действительно существует проблема того, что некоторые компании и правительства могут использовать личные данные в коммерческих или политических целях. Как вы знаете, это уже случалось: достаточно вспомнить Сноудена и Джулиана Ассанжа и их разоблачения, касающиеся массовой слежки за людьми.

В этот момент Доминус тихонько подошел к Темпесте и что-то прошептал ему на ухо. Екатерина смотрела на них с любопытством: наверняка случилось что-то важное, раз Доминус вмешался в ход пресс-конференции. Темпеста кивнул, лицо его не изменилось.

– Все в порядке? – спросила Екатерина.

– Да-да, продолжаем.

Теперь была очередь Фабианы Полито. Она держала в руке сломанную ручку, пострадавшую в ходе пресс-конференции от нервного нажимания на колпачок. Сорокапятилетняя Фабиана была журналисткой из Апулии[7], посвятившей себя журналистским расследованиям. В профессию она пришла вслед за отцом. Несмотря на известность, заработанную сенсационными репортажами, Фабиана предпочитала не связывать себя с каким-либо изданием и оставаться независимой. На первый взгляд, такое решение лишало ее жизнь стабильности, но, с другой стороны, оно давало ей широкое пространство для маневра.

Фабиана перешла прямо к делу:

– Добрый вечер, Темпеста, хотелось бы задать вам пару вопросов. В частности, о том, что касается ваших утверждений о потрясающем итальянском потенциале, особенно в сфере информатики: «Иммортал1» получала или получает поддержку от какого-либо правительства? Например, от итальянского? И относительно миноритарных акционеров… я вижу среди них Витторио Ридольфи, бывшего министра при двух премьерах и в настоящее время сенатора Итальянской республики. Каково его влияние на вашу компанию? Не говоря уж о некой таинственной управляющей компании. Не могли бы вы немного просветить нас на этот счет?

Екатерина взглянула на Темпесту. Ее тоже интересовали ответы на эти вопросы. В этот момент в зале начался шум, многие журналисты подняли руки, желая задать вопрос. Темпеста понял, что то, что недавно сказал ему Доминус, стало достоянием общественности, и объяснил:

– Нам сообщили о пожаре неподалеку от нашего главного здания. Похоже, загорелась колонка зарядной станции для электромобилей. Уже прибыли пожарные, ситуация под контролем. Причина нам пока неизвестна, возможно это случайность. Пока говорить об этом бессмысленно, даже контрпродуктивно. Предлагаю продолжить конференцию… Синьора Полито ждет ответа.

Екатерина поначалу казалась удивленной и испуганной, но уверенное поведение Темпесты успокоило ее. Когда тот снова начал говорить, молодая женщина подошла к Доминусу узнать, что случилось.

– Возможно, это действуют наши противники, скорее всего одно из тех движений, которые мы хорошо знаем, – пояснил тот.

Темпеста тем временем отвечал шутливым тоном, пытаясь снять напряжение в зале:

– Прежде всего, вопросов три, а не пара! – голос его был уверенным. – Мы достигли впечатляющих результатов за короткое время благодаря нашему программному обеспечению. Наш успех абсолютно заслуженный. Мы создали нечто собственное, чтобы не пользоваться иностранными платформами. Обратите внимание, что такой подход несет в себе двойное преимущество: он дает прекрасные коммерческие возможности и при этом обеспечивает национальную безопасность. Подумайте о всех тех данных, которые мы, итальянцы, передали чужим компаниям и правительствам, пока использовали их продукты. «Иммортал1» родилась в Италии. Это чисто итальянский продукт, такой же, как пармская ветчина или сыр пармезан! – В голосе Темпесты ирония смешалась с гордостью. – Что касается ответа на второй вопрос, то ни правительства, ни другие компании не имеют отношения к «Иммортал1», хотя мы и получали предложения о продаже от транснациональных компаний со всего мира – из Северной и Южной Америки, Европы и Азии… Какой был третий вопрос?

– Миноритарные акционеры, – напомнила Екатерина.

– Ах да, – тихо сказал он ей с улыбкой. И, повернувшись к аудитории, сообщил: – Что касается сенатора Витторио Ридольфи, то он владеет одним процентом акций компании, но не имеет в ней никаких функций. Его сын Давиде – мой компаньон, но это вы и так знаете. Нам обоим принадлежит по сорок восемь процентов акций, в то время как оставшимися тремя владеет управляющая компания, за которой стоит некто, о ком я не хочу говорить из соображений приватности.

Как видно, Алессандро неплохо справлялся с ответами, хотя и не был привычен к публичным выступлениям.

Тут вмешался известный английский журналист Гордон Гринфилд, эксперт по экономике и финансам из «Финаншл Фьючер». Он произнес свое имя сквозь зубы, почти с раздражением от того, что вынужден представиться:

– Понимаю вашу сдержанность касательно управляющей компании, но хотелось бы уточнить… Разве неправда, что с этими тремя процентами в кармане она сможет перехватить бразды правления в случае, если ее поддержите вы или ваш компаньон Давиде Ридольфи? Сорок восемь плюс три будет пятьдесят один, не так ли? Я правильно сосчитал?

– Да, правильно, – сухо ответил Темпеста, явно не желая продолжать этот разговор. Гринфилд почувствовал, что попал в точку, и следующий выпуск «Финаншл Фьючер» вышел с таким заголовком на первой полосе: «Кто скрывается за таинственной управляющей компанией «Иммортал1?»

* * *

Даниэле Каппелли вернулся в свой кабинет в здании «Иммортал1». Фабрицио Скарпа вскочил со стула.

– Все нормально, Фабрицио? Я тебя напугал? – спросил Каппелли с улыбкой.

– Да, извини, я сосредоточился на атаках. В любом случае, все идет хорошо, до сих пор нам удется избегать DDOS-атаки.

– Молодчина, я знал, что на тебя можно положиться, – сказал Даниэле. – На улице дурдом, люди как с ума посходили. Кто-то поджег колонку зарядки электромобилей, даже пожарные приехали. Наверняка это психи из «НетБессмертию» или «НетИИ». В общем, не сказать, что мы скучно живем, – то хакерские атаки, то взрывы, все нас прямо-таки любят…

Тем временем Екатерина решительно вмешалась в происходящее в конференц-зале:

– Кажется, мы ответили на все ваши вопросы. Теперь давайте дадим слово последним двум журналистам, которые подавали заявку.

Микрофон взял Клаус Шмидт из немецкой газеты «Ди Цайт Интернацьонале»:

– Добрый вечер, я бы хотел вернуться, так сказать, к истокам. Название «Иммортал» – как вы пришли к нему? Правда ли, что, как утверждают члены движения «НетБессмертию», вы ставите себе задачу создать новую религию? И почему вы решили устроить пресс-конференцию только спустя два года после запуска Реал1?

На это Темпеста ответил с явным удовольствием:

– Спасибо за ваши вопросы. Я был уверен, что с них должна была начаться наша пресс-конференция, но, как видите, вы задали их в конце. Начнем с последнего… Мы любим работать, поэтому сначала достигаем результатов, а потом рассказываем о них. Мы разрабатываем коды, а не занимается политикой. Политики говорят, делают заявления. Мы создаем, достигаем целей и уже потом говорим, – он сделал глоток воды. Голос его стал звонче, было видно, что эта тема важна для него. – Что касается названия «Иммортал1», то оно возникло из моей мечты. Бессмертие – это только средство ее реализации. Моя мечта – исследовать Вселенную, узнать, что находится за пределами клочка земли, который мы называем нашей планетой. Мы не создаем религий, наоборот, мы уважаем все религии. Наша цель – вести исследования и сделать бессмертие возможным. Нам мало ста лет жизни, слишком мало для нашей жажды знаний. Ряд научных исследований говорит о том, что рано или поздно Земля исчезнет или в скором будущем на ней станет невозможно жить. Живя вечно, мы сможем создать необходимые технологии для того, чтобы путешествовать между галактиками. Это позволит нам открыть механизмы, согласно которым функционирует сама Вселенная. Кто вдохновляет меня? Джордано Бруно, тот, кто выдвинул идею бесконечности Вселенной и рискнул выйти за общепринятые границы.

Публика в зале теперь смотрела на Темпесту другими глазами. Перед ней стоял не просто гений информатики, но провидец или, может быть, просто фантазер.

Екатерина передала микрофон для последнего вопроса журналисту из России:

– Добрый вечер, дотторе Темпеста, я Сергей Мишустин из газеты «Новости зарубежья». Помимо движения «НетБессмертию», вы подвергаетесь нападкам также со стороны различных групп «НетИИ», состоящих из противников искуственного интеллекта. Как вы считаете, пришло время компьютерам заменить человека? Какие-нибудь еще организации выступали против вас за последние месяцы?

Темпеста ответил:

– Да, я считаю, что искусственный интеллект может представлять опасность для человека, но все зависит от того, как его использовать. Если мы используем ИИ для того, чтобы создавать новое оружие или замещать человека на рабочем месте, тогда он будет угрозой, если же мы ставим его на службу человеку и его развитию, то он может быть полезен, в том числе и для достижения бессмертия. Технологический прогресс не остановить, но им можно управлять. Нам следует обладать технологиями, а не позволять им поглотить нас. Поэтому я могу понять страхи движения «НетИИ», но не могу не осуждать их методы. В остальном, у нас не проходит и дня без хакерских атак. Нас атаковали и ранее, но сейчас они заметно участились.

Екатерина, сияя, подошла к микрофону. Пресс-конференция прошла даже лучше, чем она ожидала.

– Дотторе Темпеста, благодарю вас за исчерпывающие ответы. Пресс-конференция окончена, и я благодарю всех, и журналистов, и гостей, за участие и за ваши вопросы. «Иммортал1» продолжит работу. Наша миссия – исследования и умножение знаний, и мы готовы ко всем испытаниям, что ждут нас на этом пути. Приглашаю вас не терять нас из виду и держаться в курсе наших новостей. В будущем нас ждет много открытий. Спасибо и хорошего вечера всем!

* * *

Свет в зале погас, снова зазвучала музыка. Четверо музыкантов вернулись на сцену и великолепно исполнили «Однажды в Америке» Эннио Морриконе. В зале чувствовалось возбуждение, особенно среди журналистов, которые уже прикидывали, как будут рассказывать об этом выдающемся событии. Действительно, это была важная встреча, из тех, что могут оказаться судьбоносными в истории науки и техники. Зарождались новые центры равновесия, в том числе на геополитическом уровне.

Поздней ночью, когда празднества по поводу первого миллиарда пользователей завершились, сотрудники «Иммортал1» разошлись по домам на заслуженный отдых. Некоторые, однако, остались в здании на случай ужесточения хакерской атаки. Среди них были Даниэле Каппелли и Давиде Ридольфи. Усталость давала о себе знать и, когда последние голоса затихли в пустом коридоре, Каппелли заснул прямо перед монитором.

* * *

В это же время работа прямо-таки кипела в подвале маленького круглосуточного магазина в Спиначето недалеко от здания «Иммортал1». Там, в прекрасно оборудованной компьютерной лаборатории, вдали от посторонних глаз, пятеро искусных хакеров воплощали в жизнь своей план.

Ден Пинь, молодой двадцатидвухлетний китаец, одетый как на пляже, несмотря на зимний холод за окном, вдруг подпрыгнул на стуле и заскакал от радости:

– Зашли! Зашли! Ловушка сработала!

Друзья-хакеры смотрели на него с восхищением, гордые тем, что им удалось прорвать защиту неприступной «Иммортал1».

Ю Хань, старший в группе, воскликнул:

– Я срочно звоню во Франкфурт!

День второй

Лучший хакер в мире

Витторио Ридольфи, как обычно, поднялся в полпятого утра. Его жена Беатриче сонно посмотрела на него, засунула голову под подушку и снова заснула. То, что для него было здоровой традицией, она считала вредной привычкой. Для него, аристократа с тосканскими корнями, просыпаться рано, пока Вечный город еще спал, было редким удовольствием.

Он оделся с особой тщательностью. Одежда для Ридольфи была важным отличительным признаком человека. Он любил переиначить известную поговорку и утверждал, что «встречают по одежке и провожают по одежке». Около 5.15 сенатор, в прошлом занимавший должности министра иностранных дел и министра обороны, уже покинул свой роскошный дом в Пинчо и отправился на обычную утреннюю прогулку.

Витторио Ридольфи шел быстрым уверенным шагом по тенистой аллее, гордо помахивая элегантной тростью из оливкового дерева. Трость не нужна была ему, чтобы опираться на нее при ходьбе, но древняя традиция предписывала главе семейства Ридольфи всегда носить ее с собой. На трости была вырезана латинская надпись: Nemo me impune lacessit (Никто не нападет на меня безнаказанно). Это был символ древнего рода, бережно передаваемый из поколения в поколение. Холодный воздух бодрил тело и разум. Он почти пришел. Ридольфи остановился, поправил коричневые перчатки, зеленую шляпу и безупречный галстук, глядя на свое отражение в витрине. По дороге он вновь протер очки. Еще шагов через двадцать он оказался на площади Сан Лоренцо ин Лючина. Это был его мир, всего в нескольких метрах от офиса его партии на виа Монтекатини и в нескольких минутах пешком от здания Сената Итальянской республики. В этот утренний час, без обычных толп туристов и хлопотливых римлян, площадь, казалось, дремала в ожидании бурного дня.

Марио, приводивший в порядок кипы газет на прилавке своего зеленого газетного киоска, узнал сенатора и тепло приветствовал его:

– Добрый день, дотторе, и мои поздравления!

Ридольфи, хотя и понял, что имеет в виду владелец киоска, притворился удивленным и, довольно улыбнувшись, спросил:

– Добрый день, Марио, поздравления с чем?

– С успехом «Иммортал1», конечно! – сразу же ответил Марио. – Сегодня все первые полосы – ваши. Мои поздравления также вашему сыну Давиде, сразу видно, что парень пошел в отца.

– Кто-то творит историю, кто-то пишет ее, кто-то читает о ней, – философски заметил бывший политик.

– А кто-то ее продает, дотторе, кто-то продает! – добавил Марио, как всегда хваткий.

– Именно так, Марио, именно так, – подтвердил Ридольфи с понимающей улыбкой.

Он бросил взгляд на заголовки итальянских и иностранных газет: в целом все они оценивали произошедшее положительно. «Иммортал1», новое итальянское Рисорджименто»[8], «Иммортал1»: интеллект искусственный и человеческий», «Иммортал1» на вершине успеха: 1 миллиард активных пользователей», «Темпеста мечтает о бессмертии, чтобы исследовать Вселенную». Было также немного критики. Экономический еженедельник «Финанца капитале» вопрошал: «Иммортал1» или новый Большой брат?» Еще одна газета, близкая к церковным кругам, поместила на первую полосу портрет Темпесты с надписью: «Темпеста, человек, который хочет свергнуть Бога». «Финаншнл фьючер» указывал на структуру компании: «Иммортал1», кто скрывается за таинственной управляющей компанией?»

Витторио Ридольфи взял номер «Финанца капитале» и уселся за уличный столик своего любимого бара.

Стояла зима, солнце еще не взошло, и только редкие золотые огни ночного Рима рассеивали тьму. Он сидел на своем обычном месте, читая заинтересовавшую его газету. Сенатор ничего не заказал, и тем не менее на его столике скоро появился горячий капучино и свежий круассан. Вот уже пятнадцать лет Тонино готовил их ему каждое утро.

– Тонино, что бы я без тебя делал?

– Для меня это удовольствие, министр, – ответил уже немолодой бариста. – Извините мое любопытство, министр, может, вы объясните мне, что такое эта управляющая компания? Я как-то не очень понял.

Ридольфи удивился. Тонино редко раскрывал рот, еще реже он говорил о чем-то, что не касалось еды или напитков. Закинув ногу на ногу, довольный, что Тонино задал этот необычный вопрос, сенатор объяснил:

– Обычно за управляющей компанией стоит кто-то, кто не хочет открывать свое имя и поручает этой компании представлять свои интересы.

Бариста с лету ухватил намек и, понимая, что дальнейшие расспросы излишни, кивнул с заговорщической улыбкой.

* * *

В это самое время в Банкенфиртеле, деловом квартале Франкфурта, генерал Вэй Янг еще не сомкнул глаз. Вэй Янг был одним из самых молодых офицеров секретной службы Цяньбу 203 и служил в Отделе безопасности и координации, занимающемся информационной безопасностью. Официально Вэй Янг работал в крупном эмиратском банке на должности финансового аналитика. Во Франкфурте он организовал главную европейскую ячейку Цяньбу.

Для того, чтобы связаться с Римом, Вэй Янг проник в компьютерную сеть одной маленькой фирмы, производящей спортивную одежду. В ней он создал временный зашифрованный чат. «Нам открыли. Р1 готов к кровопусканию. Ждем инструкций,» – написал Ю Хань, нервно ломая руки.

Хотя он и был самым старшим в римской ячейке, напряжение охватило и его. Речь шла о важнейшей хакерской операции из тех, в которых он когда-либо участвовал.

Послание было совершенно ясным для генерала: некий крот в «Иммортал1» предоставил им доступ к базе данных Реал1, и теперь стало возможным скачать данные пользователей. В чат поступил приказ от Вай Янга: «9.30 по римскому времени, качай. Внешнее прикрытие D.»

«Принято,» – ответил его подчиненный.

Скачивание всех данных пользователей Реал1 должно было произойти в то время, пока Вэй Янг находился на собрании акционеров компании, что гарантировало бы ему алиби. «Внешнее прикрытие D,» в свою очередь, означало, что служба безопасности «Иммортал1» в этот момент должна была отвлечься на новую DDOS-атаку.

Проникнуть в базу данных пользователей «Иммортал1» означало завладеть важными сведениями о населении планеты и получить возможность подорвать доверие к компании.

* * *

Витторио Ридольфи уже закончил завтракать, когда заметил перед базиликой Сан Лоренцо ин Лючина фигуру отца Дзито. Уроженец Чивитановы, что в провинции Реджо Калабрия, отец Дзито уже давно был духовником сенатора. Он оказался там не случайно – у них была назначена встреча.

Священник энергично потер замерзшие руки и двинулся в сторону церкви медленным шагом, почти не отрывая ноги от земли. Ридольфи подождал примерно десять минут, затем поднялся, кивнул Тонино, давая тому понять, что счет за завтрак следует выставить его партии, и тоже направился к базилике. В этот утренний час она была закрыта для верующих, но не для него.

По-прежнему держа трость в руках, Ридольфи зашел в церковь через боковую дверь. Мерные звуки его шагов таяли под куполом древнего здания, когда он подошел к пресвитерию[9]. Мраморный пол с геометрическим рисунком свидетельствовал о былом величии и красоте этого святого места. Сквозь цветные витражи в храм проникали первые лучи солнца, делая огромную залу теплее и уютнее. Фрески и картины, рассказывающие о вере и истинном благочестии, украшали стены.

Ридольфи и отец Дзито встретились в укромном уголке церкви, подальше от любопытных взглядов. Отец Дзито поздоровался:

– Добрый день, брат Витторио.

– Здравствуйте, отец Дзито, – ответил тот.

– Я говорил тебе, что следует вмешаться сразу же, – тут же быстро заговорил священник. – Тут теперь ужас что творится! Так дальше продолжаться не может, Темпеста должен отдать вожжи. Мы уже заметили активность спецслужб в России, Китае, Индии, не говоря уж о Бразилии и Аргентине. Один он не справится, ему следует присоединиться к нам. «Иммортал1» должен стать военным проектом под эгидой НАТО, прежде чем у нас его украдут. Надо дать ему это понять, по-хорошему или нет.

– Знаешь, сколько раз я ему это говорил? Он упрямится, что его это личный проект и что он хочет сохранить его чисто итальянским, как прошутто и сыр пармезан, по его выражению. Но не переживай, у меня есть еще пара карт в рукаве. Скоро я устрою ему встречу с американским послом, ну и потом есть еще опция с Лео Тезео, – ответил Ридольфи. Он стукнул тростью по полу и нервно выдохнул, на мгновение растеряв весь свой апломб.

* * *

Тем временем в здании «Иммортал1» Капелли проснулся от странного запаха гари. Всю прошлую ночь он дежурил, обеспечивая безопасность системы, и смог поспать только несколько часов. Хотя они успешно отразили самую крупную хакерскую атаку за последнее время, ему было неспокойно. Он знал, что во всей компании он один способен правильно организовать защиту.

– Привет, Даниэле, – сказал у него за спиной Давиде Ридольфи. Сын экс-министра тоже провел ночь на работе. Он курил трубку, невзирая на запрет на курение и ранний час.

Трубка здорово выделяла его в толпе. Валентина подарила ему эту трубку, когда они начали встречаться и девушка помогала ему избавиться от наркозависимости. Она говорила: «Когда тебе захочется сделать какую-нибудь глупость, кури трубку – это вполне достаточный эпатаж, особенно для молодого человека!» Давиде воспринял ее совет всерьез, и с тех пор больше не употреблял ни кокаин, ни другие наркотики. Его трубка, сделанная знаменитым мастером из Бассано дель Граппа из дорогостоящего бриара[10], была настоящим произведением ремесленного искусства. Элегантная изогнутая форма и изящный мундштук из янтаря, плод кропотливейшей работы мастера, делали трубку предметом роскоши, лучшим образцом итальянской утонченности.

– Тебя не будет раздражать, если я закурю? – спросил Ридольфи.

– Нет, конечно нет, шеф. Меня гораздо больше раздражает эта атака, – отрывисто произнес Каппелли.

– Сделай-ка перерыв. Пошли к автомату, выпьем кофе.

– Ладно.

Каппелли не очень нравился его начальник. Он предпочитал Алессандро Темпесту, с которым чаще общался по текущим вопросам. В любом случае, он оценил заботу и удивился про себя, что Ридольфи провел ночь на работе.

* * *

В подвале в Спиначето команда китайских хакеров готовилась устроить им ад. Ден Пинь был крайне взволнован и постоянно поглядывал на часы. Он знал, что в случае успеха операции станет одним из самых знаменитых цифровых пиратов в мире, а также наверняка получит повышение. Когда восходящее солнце осветило замерзшие крыши столицы, оставалось две минуты до 7.30 и примерно два часа до начала самой крупной операции кибершпионажа в истории.

* * *

Луч солнца проник в пентхаус дома в Трастевере, коснулся лица Кьяры и разбудил ее. Открыв глаза, девушка посмотрела на потолок, не узнавая место, в котором находилась. На миг ее охватил страх, но потом она успокоилась. Это же квартира Лео. Кьяра вспомнила, как всего несколько часов назад красавец-актер воплощал в жизнь ее самые бурные сексуальные фантазии, счастливо закрыла глаза и зашевелилась в постели, желая прикоснуться к любовнику. Вытянув вбок ногу, она никого не обнаружила. Тогда она открыла один глаз и попыталась нащупать Лео татуированной рукой (татуировка изображала дракона, из пасти которого вылетали грациозные бабочки), но того не было и следа.

Кьяре было двадцать три года, она была театральной актрисой, но мечтала сниматься в кино. Лео Тезео давно уже был ее кумиром, поэтому, когда прошлой ночью он пригласил ее подняться к нему, она не раздумывала. В XIII районе столицы жили многие актеры, надеющиеся поймать удачу за хвост, и однокомнатная квартира Кьяры Пиверно находилась всего в пяти минутах ходьбы. Ее в первый раз приглашали провести время подобным образом и, хотя правила этикета, которыми обычно руководствовались римлянки, подразумевали отказ, она не заставила просить себя дважды.

Кьяра встала с кровати, глянула на свое отражение в огромном зеркальном шкафу и на мгновение почувствовала себя неуютно. Она была в одном белье в чужой квартире. Это ощущение, правда, прошло почти сразу, девушка даже почувствовала дрожь возбуждения. Увидев одежду, разбросанную по полу, она улыбнулась и прикусила губу, вспоминая недавние моменты близости. Затем Кьяра решила надеть что-нибудь, принадлежащее любовнику. На кресле валялась белая рубашка Лео, которую она тут же надела и почувствовала, как ее обволакивает его аромат, даря чувство защищенности.

Кьяра направилась на кухню, но и там его не было. Наконец она услышала из кабинета щелканье клавиш и звуки ударов, будто кто-то стучал по столу. В кабинете было чисто и убрано, в отличие от остальной квартиры, которая выглядела как типичное слегка неряшливое жилище артиста. Лео сидел за компьютером и что-то печатал. Кьяра замерла, разглядывая его. Чем именно он занимался, она видеть не могла – два монитора находились слишком далеко от нее.

Пощелкав еще какое-то время клавишами, Лео остановился и несколько раз стукнул костяшками пальцев по столу, затем снова начал печатать. Это и был тот шум, который Кьяра слышала с кухни. Девушка зашла в кабинет на цыпочках, и ее внимание тут же привлекло огромное окно, из которого открывался вид на Рим. Не удержавшись, она воскликнула:

– Какой потрясающий вид!

Из окна был виден Тибр, утренняя заря окрашивала розовым мосты и рощи Вечного города. Лео подскочил. Он не часто принимал гостей в своем личном райском уголке. Инстинктивно от выключил монитор, за которым работал. Повернувшись к Кьяре, он с улыбкой спросил:

– А ты что делаешь в моей квартире?

Девушка, опасавшаяся быть отвергнутой, почувствовала облегчение и подошла. Лео усадил ее к себе на колени и заметил:

– Симпатичная рубашка!

Она чмокнула его в щеку и, пожелав доброго утра, озорно спросила:

– Зачем ты выключил монитор? Я все видела, знаешь ли. Может, ты смотрел какое-то особенное видео? Можем вместе посмотреть.

– Нет-нет. Это новый кинопроект. Я писал мейл своему менеджеру. Ты же знаешь первое правило актера? Никому ни слова, – ответил он.

– Понятно, – сказала Кьяра с улыбкой. Отбросив с лица волосы, она посмотрела на второй, еще включенный монитор и заметила, что Лео читал статью о пресс-конференции Темпесты. – А, «Иммортал1»! Ну и зрелище вчера было. Ты видел? Я тоже теперь пользуюсь Реал1 для всего. Алессандро Темпеста создал империю!

– Это не только его заслуга… Там есть еще и Давиде Ридольфи. И вобще ты многого не знаешь, – ответил Лео.

Заинтересовавшись, Кьяра его перебила:

– Ах да, сын сенатора! И чего же я не знаю?

Лео выключил компьютер, встал со стула и шутливо сказал:

– Ну, ты мне помешала, поэтому ничего и не узнаешь. Это научит тебя не встревать!

Она притянула его к себе, нетерпеливо повторив:

– Ну-ну, так чего же я не знаю?

– Да ничего, это просто мои друзья.

– Ну еще бы, тут в Риме все друзья… актеры, предприниматели, футболисты, политики…

Лео взял фотографию с полки:

– Смотри!

На фото был запечатлен момент победы в каком-то матче. Трое ребят в футбольной форме сидели на искусственной траве поля рядом с кубком: Алессандро с повязкой капитана и Давиде с Лео рядом с ним в забавных позах. Кьяра погладила пальцем треснувшее стекло на фотографии.

– Осторожно, палец не порежь. Я вчера ее уронил, – предупредил Лео. – Мы хорошо знаем друг друга, с детства были почти как братья. Вместе росли, играли в футбол, вместе учились на факультете информатики.

Кьяра посмотрела на него недоверчиво:

– Не знала, что у тебя есть университетский диплом!

– На самом деле нет, я же не закончил. Предпочел кино. Тут гораздо больше красивых женщин, чем на факультете информатики.

– Ну и тем хуже для тебя, мог бы уже быть миллиардером, – заметила Кьяра. В ее голосе звучал упрек. Потом, поняв, что была невежлива, она прищурилась.

Лео, как бы недовольный ее неудачной репликой, подытожил с сарказмом в голосе:

– Ну да, но тогда тебя бы здесь сегодня не было. Лучше так, правда? – Помолчав, уже более сухим тоном он добавил: – Извини, но тебе пора идти.

Девушка почувствовала себя неуютно, но гордо ответила:

– Да, у меня тоже куча дел. Я как раз собиралась уходить.

Она бросилась в спальню, поспешно засунула свои вещи в сумку, надела юбку и чулки и, держа туфли на высоком каблуке в руке, ринулась к выходу.

Лео удивился ее поведению и уже хотел сказать, чтобы она не торопилась, но потом подумал, что даже лучше, что она уходит. Он хотел побыстрее вернуться к тому, чем занимался утром. Кьяра посмотрела на него, стоя на пороге. Ей явно хотелось что-то сказать, но слова застряли в горле, и девушка попрощалась, пискнув: «Пока!»

Она притормозила у лифта, нажала на кнопку вызова, но потом потрясла головой, как бы отказываясь от этой опции, и стала спускаться по лестнице. На первой же встретившейся ей лестничной площадке Кьяра надела туфли, но решила, что цоканье каблуков разбудит весь дом, и снова их сняла.

Лео, немного расстроенный и одновременно развеселившийся из-за неуклюжего отбытия Кьяры, прошептал вполголоса: «Моя рубашка.» В спешке девушка забыла снять рубашку, сладко пахнущую его любимым парфюмом.

* * *

Прибыв в офис «Иммортал1», Скарпа тут же отправился к кофейным автоматам и вздрогнул, заметив там Давиде Ридольфи. Пить кофе сразу после прихода на работу, даже не садясь за свой стол, считалось в компании дурной привычкой. Каппелли заметил смущение Скарпы и успокоил его:

– А вот и Фабрицио! Удача, что вы оба были вчера со мной в самый трудный момент.

– Долг, шеф, я только выполнял свой долг, – скромно ответил Скарпа.

Ридольфи отвлекся на телефон и, не здороваясь больше ни с кем, отправился в свой кабинет.

Ему позвонил Темпеста, который в тот момент ехал в Римский университет на своем бронированном автомобиле. Алессандро сидел сзади, рядом с Екатериной. На переднем сиденье, рядом с водителем, восседал Доминус. В десяти-пятнадцати метрах впереди и в двадцати-тридцати сзади от них следовали два мотоцикла Дукати Мультистрада с охраной. Машина Темпесты въехала на немощеную площадь напротив университета только после того, как охрана расчистила дорогу и остановилась, ожидая.

– Мы приехали. Как у вас дела? Есть новости о вчерашних атаках? – спросил Темпеста.

– Все нормально, наш форт под надежной защитой. Не забудь передать от меня привет профессору Альвацци. Хотелось бы и мне быть там, но лучше, если кто-то останется в офисе, в такое-то время, – ответил Ридольфи.

– Да, конечно, Давиде. Профессор настаивал, чтобы пришли и вы с Лео тоже, но я объяснил ему, почему это невозможно. Навигатор Реал1 сообщает, что мы прибудем в 8.46. Попробую рассказать Альвацци об атаках, хочу понять, что он об этом думает.

Они прибыли на место ровно в 8.46. Екатерина была потрясена, так как была здесь впервые. Факультет информатики Римского университета располагался в величественном здании XV века, утопающем в зелени. Несмотря на близость оживленных улиц столицы, здесь стояла глубокая тишина и совсем не были слышны отзвуки городского хаоса. Войдя в ворота, посетитель попадал в своего рода чарующий микрокосмос, где самые современные технологические элементы вполне гармонично смотрелись на фоне старинных залов. Удивительное сочетание инновации и традиции приковывало взгляды посетителей, возбуждая воображение. Это было идеальное место для учебы и исследований в области информатики.

Темпеста быстро вошел в кабинет профессора Альвацци дель Фрате. Тот уже ждал их. Екатерина, шедшая рядом с Темпестой, заметила на двери деревянную табличку с надписью по-русски: «Лучший хакер всегда неизвестен». Ей показалось любопытным, что в римском университете развешивают русские надписи, но потом она решила, что это вроде дани почтения знаменитым русским хакерам. Доминус остался снаружи у дверей и общался с охраной через наушники и микрофон. Снаружи все было спокойно.

Профессор был высоким сухощавым мужчиной чуть старше пятидесяти. У него был широкий лоб, редкие каштановые волосы обрамляли худое лицо, на котором всегда светилась улыбка. Профессор носил массивные старомодные очки; смотреть на него было приятно и каким-то образом даже весело. Уроженец Милана, сделавший карьеру в Риме, он будто принес с собой оживленную творческую атмосферу Бреры[11]. Альвации одевался элегантно, безупречный галстук прекрасно контрастировал с идеально белой рубашкой, но одежда, казалось, была ему великовата, очень уж он был худ. Он казался скорее владельцем компании, чем преподавателем. Однако он был учителем по натуре и любил учить, а его стиль преподавания сам по себе был искусством. Профессор имел обыкновение прикладывать палец к подбородку и погружаться в свои размышления. Часто это случалось посреди лекции, например, по кибербезопасности, и тогда в аудитории воцарялась мертвая тишина. Студенты знали, насколько гениален их профессор, и быстро привыкали к его эксцентричности.

Когда Темпеста зашел в кабинет, профессор резко поднялся и с энтузиазмом воскликнул:

– А вот и наш чемпион! – Алессандро был учеником Альвацци. – Долгий же путь ты проделал! Даже о бессмертии задумался? Счастливчик, мне вот вполне достаточно одной жизни! – пошутил он, и все рассмеялись.

Улыбка Альвации была заразительна. Темпеста был рад, что вернулся туда, где все начиналось, но слишком много комплиментов и похвал одновременно всегда смущали его, поэтому, пытаясь отвлечь учителя, он сказал:

– Профессор, Давиде Ридольфи и Лео Тезео передают вам горячий привет.

– А, эти двое… А вы были симпатичной троицей. Жаль, что Тезео уже не с вами, да, жаль. Наверняка локти себе кусает, что бросил вас.

Темпеста хотел ответить, но передумал и предложил:

– Думаю, уже пора. Девять часов, пора начать лекцию.

– Пошли, пошли. Видишь, что ты лучший? Вечно указываешь мне, что делать! – согласился Альвации с улыбкой.

Когда они вошли в аудиторию, грянули продолжительные аплодисменты. Зал был полон. Здесь были как студенты курса информационной безопасности, так и множество народу, которого не должно было тут быть. Все вскочили на ноги, хлопая в ладоши. Луиджи Альвацци дель Фрате представил своего бывшего ученика:

– Смотрите, чего можно достичь учебой и старанием. Перед вами Алессандро Темпеста, который не нуждается в представлении. Сегодня он оказал мне честь, навестив меня. Я ждал его два года.

Пока Екатерина запускала прямую трансляцию на видеоплатформе Реал1, Темпеста уточнил:

– На самом деле, это я два года ждал вашего приглашения.

Присутствующие рассмеялись, и Алессандро пригласил их сесть.

Элеонора Мартинелли, одна из немногих девушек на факультете, а также лучшая студентка на курсе и во всем университете, и так уже сидела. Когда Темпеста вошел, она не стала вставать и подумала: «Что это этот тип о себе воображает?» Ее поведение по отношению к генеральному директору «Иммортал1» было довольно вызывающим. Она не завидовала ему, хотя, конечно, видеть ликующую по поводу присутствия Темпесты толпу ей было неприятно.

Темпеста сразу заметил ее в первом ряду. Она сидела с сосредоточенным видом, изо всех сил стараясь выглядеть скучающей, и наматывала черные косички на шариковую ручку. Когда наконец наступила тишина и Темпеста заговорил, десятки телефонов взмыли вверх, начиная съемку, хотя официальную трансляцию уже вела Екатерина.

– Есть одно выражение профессора Альвацци, которое я всегда вспоминаю… – он не успел закончить фразу, как все присутствующие, включая Элеонору, хором произнесли:

– Лучший хакер всегда неизвестен.

Приятно удивленный активностью аудитории, Темпеста продолжал:

– Именно, лучший хакер в мире – это тот, о существовании которого мы не знаем. Настоящий хакер заходит и заметает следы. Мы никогда о нем не услышим, потому что он не хочет, чтобы о нем говорили.

В этот момент Доминус подошел к нему, сделав предупреждающий жест. Что-то было не так. Екатерина не понимала, в чем дело: трансляция не работала. В зале зашептались, Темпеста вопросительно смотрел на Екатерину и Доминуса… Постепенно все поняли, что Реал1 остановился. Прямые включения не работали, все прочие сервисы тоже зависли. Полная тьма в сети Реал1.

Элеонора Мартинелли не смогла противиться искушению, встала и воскликнула:

– Точно, лучший хакер в мире невидим, но, как видно, он дает о себе знать!

Многие студенты засмеялись; другие требовали, чтобы она села и вела себя уважительно.

Что-то явно происходило. Пока Доминус приближался к Темпесте, зазвонил телефон Екатерины. Давиде Ридольфи хотел переговорить с Алессандро:

– Все сервисы Реал1 перестали работать в 9.33, все стоит уже три минуты.

– Все? – переспросил недоверчиво Темпеста.

– Да, Даниэле пришлось перевести все в оффлайн, потому что у нас крадут данные. Возвращайся немедленно в офис и помоги нам. Это трагедия. Поторопись!

– Иду!

Элеонора поддала жару, размахивая руками с истинно итальянской экспрессией и крикнув решительно:

– Какое там бессмертие, они даже свою систему не могут на плаву удержать!

Несмотря на поднявшуюся суматоху и на необходимость сразу уйти, у Темпесты хватило духу на то, чтобы попрощаться как подобает:

– Прошу у всех прощения, но, как видите, у нас чрезвычайная ситуация. Профессор, мне очень жаль, но я вынужден уйти.

– Конечно! – ответил тот.

Доминус, генеральный директор и его ассистент запрыгнули в машину… но на дороге была пробка.

– Так не пойдет, мы тут час потеряем! – крикнул Темпеста и повернулся к мотоциклам охраны. – Поедем на этих, выйдет гораздо быстрее! Доминус, садись на второй мотоцикл, я поеду на этом. – Он приказал охране передать им Дукати, затем, вскочив в седло, повернулся к Екатерине и жестом пригласил ее садиться: – Покатаемся, красотка?

Екатерина, растерянная и немного испуганная, так как никогда раньше не ездила на мотоцикле, все же решила принять предложение своего решительного начальника. Алессандро взял ее за руки, показывая, как обнять себя за талию, и они рванули в сторону здания «Иммортал1», лавируя между несущимися автомобилями.

* * *

В Спиначето тем временем был праздник. Операция проникновения в систему «Иммортал1» и скачивания данных прошла успешно. Ден Пинь танцевал с бутылкой шампанского в руке. Даже Ю Хань поддался атмосфере всеобщей эйфории и тоже пустился в пляс. Одновременно, в зале собраний во Франкфурте, шпион под прикрытием Вэй Янг заметил, что его коллеги дружно отвлеклись от обсуждения, их телефоны взбесились, и что новость об отключении Реал1 уже распространилась по миру. Операция «Небесная река» началась.

Внутреннее расследование

Дукати, на котором мчался Доминус, обогнал мотоцикл Темпесты, чтобы расчистить ему дорогу. Алессандро оценил заботу Доминуса и пристроился сзади.

Екатерина вцепилась в шефа, пытаясь удержать равновесие на огромной скорости. Периодически ее шлем и шлем Темпесты стукались друг об друга, особенно когда тот притормаживал. Екатерина была новичком в езде на мотоциклах, и это было заметно. Через некоторое время, однако, захваченная красотой момента, она осмелилась немного наклонить голову вбок и посмотреть вперед. Дело того стоило: мотоцикл ловко лавировал среди попутных машин, из-за высокой скорости казавшихся цветными пятнами на асфальте. Ее охватило ощущение легкости и свободы, и мурашки удовольствия пробежали по спине. Она больше не боялась.

* * *

На экране компьютера Ден Пиня в подвале продуктового магазина отображалась надпись «37 ГБ». За те несколько минут, которые они провели внутри системы «Иммортал1», им удалось скачать тридцать семь гигабайтов мультимедийного контента. Это был только крошечный процент всей содержавшейся в системе информации, но операцию решительно можно было назвать успешной. Китайской спецслужбе Цяньбу 203 удалось то, в чем другие потерпели неудачу. Множество секретных организаций месяцами пытались прорвать защиту серверов «Иммортал1». Собранные данные будут расшифрованы в ближайшие дни, и им откроется информация о миллионах пользователей Реал1. Повернувшись к Вэй Янгу, День Пинь признал:

– Это все заслуга товарища Зу.

* * *

В небольшом спортзале под названием «Спорт и жизнь» в квартале Эсквилино Зеве Зулема отжимался от пола. Телевизор на стене передавал новости о блокировке Реал1 по причине хакерской атаки. Выполняя упражнения, Зеве слушал новости, происполняясь гордости: он-то тоже в этом поучаствовал. Зулема был юношей среднего роста из Эритреи, среднего роста, очень способным, чернокожим и с черными глазами. Помимо родного языка, он отлично знал английский, а итальянский выучил в период своего участия в программе международного сотрудничества в Асмэре. У Зеве была возможность постоянно практиковаться в языке: его дед Алем много лет жил в Вероне и охотно беседовал с внуком по-итальянски.

Один японский мастер также обучил его кобудо, боевому искусству, которое предусматривает использование традиционного оружия – палок и кинжалов. Занятия кобудо развили в Зеве дисциплинированность, способность к концентрации, упорство и внутреннюю силу. В детстве, занимаясь кобудо, Зеве поранился, пока учился обращаться с палкой. Об этом напоминал глубокий шрам на плече. Тогда он продолжил тренировку, не обращая внимание на кровотечение, чем сильно впечатлил своего учителя. Тот эпизод только усилил его любовь к искусству кобудо.

Там, в Эритрее, Зеве и нашли китайские спецслужбы, посчитавшие его подходящим для роли агента под прикрытием: мастерство кобудо и знания информатики делали его идеальным кандидатом на эту роль. Зулема принял предложение китайцев не только соблазнившись кругленькой суммой, которую ему предложили, но и потому, что любил отвечать на вызовы, а также потому, что идея стать секретным агентом сама по себе вызывала у него восторг. После нескольких удачных операций в Эритрее настал черед его первой миссии в Италии. Умение адаптироваться к ситуации и острый ум позволили Зеве проникнуть в Римский университет. Его друзья и коллеги называли его Сенсеем и Зу – более простым для произношения именем, чем его собственное.

* * *

Екатерине хотелось, чтобы гонка длилась подольше. Чувство защищенности и одновременно возбуждения, которое она испытала, мчась на мотоцикле вместе с Темпестой, исчезло, когда всего через шестнадцать минут они добрались до главного здания «Иммортал1». Мотоцикл Доминуса остановился на улице перед зданием, но Темпеста не стал терять времени и въехал на пешеходную дорожку, ведущую к дверям, подождал, пока те откроются, и ворвался в атриум, встреченный удивленными взглядами и восхищенными улыбками персонала. Гонка закончилась.

– Слезай, Катюша! – крикнул Темпеста.

Екатерина очнулась от своих мечтаний и спрыгнула с мотоцикла, опершись на его плечи. Лифт открылся, как бы приглашая их войти. В лифте ждал Давиде Ридольфи, полный беспокойства.

– Быстрее, поехали, – сказал он другу.

Екатерина сделала шаг вперед, но Ридольфи остановил ее, бросив:

– Только сотрудники службы безопасности, извини.

Она еще не совсем вернулась к реальности, и уже ее заставляли расстаться с шефом. Даже Алессандро, хотя и был обеспокоен, казалось, пожалел Екатерину. Он подмигнул девушке, и лифт закрылся.

Ридольфи нажал на кнопку этажа, на котором находилось отделение информационной безопасности, даже не дожидаясь Доминуса, который уже бежал по атриуму.

– Попозже подойдет, – сказал он, нервно посасывая трубку.

Компаньоны вошли в зал совещаний, отличавшийся отличной звукоизоляцией. Каппелли уже был там и ждал их. При их появлении он сразу поспешил сообщить:

– Мы только что отразили очередную DDOS-атаку, но им все равно как-то удалось проникнуть в систему. Мы обнаружили аномальный исходящий трафик размером в несколько гигабайт и отключили Реал1 от внешней сети, чтобы хотя бы минимизировать ущерб. Уже занимаемся выявлением причин, но на это могут потребоваться часы, если не дни.

Ридольфи, нервно размахивая своей трубкой, произнес:

– Ребята, уже 9.58, система не работает уже двадцать пять минут. Так дальше продолжаться не может. Сделайте же что-нибудь! – он посмотрел в глаза компаньону и добавил: – Алессандро, нам надо поговорить с глазу на глаз.

Темпеста видел, что Давиде просто вне себя, и попытался немного его успокоить:

– Да, ты прав. Надо засучить рукава и побыстрее найти, где у нас утечка. Чем раньше мы ее найдем, тем быстрее систему снова можно будет запустить. – Повернувшись к Каппелли, он коротко простился с ним: – Даниэле, спасибо за иноформацию. Как только у тебя появятся новости, дай нам знать.

* * *

Как только Темпеста и Ридольфи остались одни, Давиде набросился на компаньона:

– Надо срочно активировать Зеус1! Мы не можем так долго быть не в сети!

– Нет, Давиде, я тебе уже говорил и повторяю, что мы не можем использовать Зеус1! Это слишком опасно! – резче, чем намеревался, ответил Темпеста. До сих пор он вполне держал себя в руках.

Ридольфи знал, что его друг давно работает над Зеус1. Пока это была всего лишь экспериментальная программа, хотя и достаточно мощная, чтобы проанализировать за короткое время данные всех пользователей «Иммортал1»: тексты, изображения, аудио и видео. Что-то вроде Большого Брата от информатики с голосовым интерфейсом. Достаточно запросить информацию у Зеус1, и в мгновение ока система выдаст тщательно выверенный ответ.

– Я перестал работать над Зеус1, когда понял, что он слишком мощный. Я создал монстра. Это смертоносный инструмент для вмешательства в частную жизнь и ограничения свободы людей. Потому-то ни у кого, кроме меня, и нет к нему доступа, – сказал Темпеста.

– Да пофиг на частную жизнь, он этом узнаем только мы двое. Зеус1 мог бы нам сообщить, где у нас утечка, через пару секунд, и мы бы вернулись в сеть! Если тебе кажется, что использовать его – неэтично, дай мне доступ и это сделаю я! – возразил Ридольфи.

Темпесте уже надоело повторять, какую опасность несет в себе Зеус1.

– Пойми, сделав этот шаг, назад уже не вернуться! Мы не можем этого сделать, в наших интересах и в интересах наших пользователей. Мы найдем решение проблемы традиционным путем.

В комнату заглянул Доминус, но, поняв, что компаньоны ссорятся, решил не заходить и остался в коридоре охранять дверь.

Екатерина так и стояла внизу у входа, чуть растерявшись среди всеобщего хаоса. Вдруг ее телефон завибрировал. Пришло сообщение от анонимного отправителя: «Окно проделал Фабрицио Скарпа.» Новость была слишком ошеломляющей, чтобы тут же не сообщить о ней руководству. Девушка яростно нажимала на кнопку лифта, будто надеясь, что от этого он поедет быстрее. Ей казалось, что все вокруг двигается в замедленном режиме, как во сне. Добравшись наконец до нужного этажа, Екатерина бегом промчалась по коридору и, издалека завидев Доминуса у двери, высоко подняла телефон, сообщая, что у нее важные новости. Доминус наморщил лоб и двинулся к ней навстречу.

– У меня важное сообщение для шефа!

– Он занят, я сейчас никого не могу впустить.

– Это срочно, уж ты мне поверь!

Доминус, всегда ценивший Екатерину за профессионализм и преданность компании, открыл ей дверь и дал пройти.

Темпеста и Ридольфи, казалось, вот-вот подерутся. Неожиданное появление девушки так ошеломило их, что они замерли на месте. Екатерина, не желая терять ни секунды, быстро положила свой телефон на лакированную поверхность стола и с силой толкнула его в сторону Темпесты. Темпеста придержал его, глянул на экран и оставил гаджет на столе, дав возможность компаньону тоже прочитать сообщение. Тот выругался:

– Вот ублюдок!

Темпеста тут же приказал Доминусу:

– Задержите Скарпу, быстро!

Доминус не заставил просить себя дважды и вызвал подкрепление, уже мчась на всех парах к офису Скарпы, который находился на том же этаже, что и кабинет Каппелли. Дверь была открыта: Каппелли анализировал строчки кода и проматывал одну страницу за другой с впечатляющей скоростью, его коллега стоял тут же с чашкой кофе в руках. Скарпа пил уже четвертый эспрессо за утро, хотя было всего 10 часов 12 минут.

Приближаясь к Скарпе с обманчивым спокойствием на лице, Доминус замедлил шаг. Его движения были точными и выверенными, в точности как у хищника, приближающегося к жертве. Скарпа почувствовал легкую дрожь, но постарался сохранить хладнокровие и вести себя как обычно, не обращая внимание на Доминуса. Что-то в его поведении, однако, заставило Скарпу замереть на месте и повернуться. Их взгляды скрестились, и в этот момент Скарпа понял, что он в опасности. Пронзительные глаза бывшего агента спецслужб читали его как открытую книгу, подмечая все страхи и секреты. Первым порывом Скарпы было все отрицать, задушить растущий в душе страх, оставаться невозмутимым и уверенным в себе. Потом он как будто сдулся под напором невидимой силы, и признание само вырвалось из его уст:

– Да, это я проделал окно.

Чашка задрожала в его руке, кофе пролился на белую футболку, оставив на ней темное пятно. Каппелли смотрел на него с выражением смятения и разочарования одновременно.

– Фабрицио, как ты мог? – не веря своим ушам, спросил он.

Тот опустил глаза, не вынеся жесткого обвиняющего взгляда Каппелли. Он чувствовал себя изменником, предавшим свою компанию и доверие коллег, беспомощным и уязвимым человечком. Результат его предательства потряс его.

Ридольфи, войдя в комнату и увидев рыдающего как ребенка Скарпу, бросился на него с яростным воплем:

– Убью!

Охваченный одним из своих знаменитых приступов ярости, Ридольфи замахнулся кулаком на беспомощного, скорчившегося на стуле в слезах Скарпу. Доминус с ловкостью дзюдоиста блокировал руку Ридольфи своей и негромко сказал:

– Не нужно.

Следовавший за ними Темпеста, хоть и был в не меньшей ярости, крепко зажмурил глаза и прикрыл их рукой, как козырьком. Ему нужно было отвлечься от этой неприятной сцены и сосредоточиться. Сейчас было важно вновь запустить Реал1, с неверным сотрудником он разберется позже.

– Где окно? Закрой его сейчас же! – приказал Темпеста.

– Даниэле, порт 2713, – пробормотал Скарпа, все еще всхлипывая.

Каппелли тут же понял, что этот порт на сервере следовало закрыть, и через несколько секунд дело было сделано.

– Это все или есть еще?

– Нет, это все!

Тут же все серверы «Иммортал1» заработали в обычном режиме. Хакерская атака была отражена.

– Мы снова в строю на все сто процентов, – возликовал Каппелли.

Присутствующие выдохнули с облегчением. Худшее было позади. На часах было 10.15, из чего следовало, что полная блокировка системы продолжалась сорок две минуты.

В здании «Иммортал1» загремели аплодисменты: все, хоть и мало кто себе в этом признавался, в глубине души боялись, что снова войти в систему уже не удастся. Новость о том, что Реал1 снова в строю, распространилась как пожар; пользователи получили назад свои любимые сервисы. И даже чувство фрустрации от того, что их отняли на целые сорок две минуты, быстро улетучилось.

Самые преданные пользователи заметили, что без Реал1 у них возникло ощущение отрезанности от мира: ни электронной почты, ни постов, ни мгновенных сообщений друзьям и родственникам.

Среди студентов профессора Альвацци возобновление работы Реал1 было встречено воплями восторга. Элеонора Мартинелли сохраняла свой обычный снисходительный вид и притворялась, что все это ее ничуть не волнует. Профессор кашлянул пару раз, чтобы привлечь внимание, попросил студентов сесть и замолчать и продолжил лекцию.

* * *

Зу закончил интенсивную тренировку. Когда он возвращался в раздевалку, чтобы принять душ, телевизор сообщил последнюю новость: Реал1 вернулся в эфир, блокировка длилась примерно час. Зу с размаху впечатал кулак в боксерский мешок, мимо которого проходил, чем весьма впечатлил присутствующих.

* * *

На базе в Спиначето команда китайских спецслужб снова попыталась зайти в систему «Иммортал1», но потерпела неудачу. Ден Пинь расстроенно объявил:

– Они нашли окно и закрыли нам вход.

– Товарищ Ден, мы и так проделали великолепную работу, не переживай. Наши старания не останутся незамеченными, – подбодрил его начальник Ю Хань. Потом он обернулся к Ли Вэю, самому сдержаному члену команды. – Ли Вэй, настал твой час. Перенеси побыстрее все данные, которые мы скачали, по защищенным серверам в Шанхай.

* * *

В здании «Иммортал1» меж тем решали судьбу Фабрицио Скарпы. Полицию не вызывали: Ридольфи сам хотел допросить изменника. Он решил провести допрос в собственном кабинете, подальше от любопытных глаз. Охрана под командой Доминуса отвела Скарпу в офис Ридольфи. Прежде чем они вышли из кабинета, Темпеста сказал:

– Я догоню. Мне надо кое-что уточнить с Даниэле и Екатериной. Подождите меня. – Он повернулся к Каппелли, с трудом сохраняя спокойствие. Адреналин этого утра еще бурлил в его крови. – Сколько и какие именно данные они скачали?

– Пока не знаю, шеф. Я работаю над выяснением этого, но нужно время. Думаю, речь идет о приличном количестве гигабайтов, хотя они и находились внутри системы всего несколько минут.

Ридольфи тем временем попросил Доминуса вывести охрану из своего офиса. Сам Доминус остался, так как Давиде хотел переговорить с предателем в его присутствии. Ридольфи взял стул и поставил его возле стены, подальше от своего письменного стола.

– Садись, тебе придется кое-что нам объяснить.

Скарпа подчинился без возражений, умирая от страха. Доминус придвинулся поближе к Ридольфи, готовый вмешаться, если тот что-нибудь выкинет.

Давиде, действительно, был сам не себя не похож, в него как будто черт вселился. Он жаждал самолично разобраться с предателем, желательно на кулаках. Ридольфи зажег свою трубку и молча вперился горящим взглядом в Скарпу. Затем он выдохнул облачко дыма и подошел к мешку, в котором хранились клюшки для гольфа, подарок отца.

Он вытащил из мешка самую толстую клюшку – драйвер, и пару раз стукнул ей об пол, точно так же, как сенатор тростью. Доминус, прекрасно понимая, что дело принимает скверный оборот, сделал шаг вперед, готовый пресечь любое поползновение к насилию.

Ридольфи вновь повернулся к своей жертве:

– Видишь ли, Скарпа, ты знаешь меня как одного из основателей «Иммортал1» и как сына важного сенатора, но вообще-то у меня была очень трудная юность, – он взял мячик для гольфа и положил его на пол. – В те времена я был наркоманом и вращался в не самых почтенных кругах, отчего и выучил законы улицы на собственной шкуре. Для меня ты просто таракан, которого надо раздавить. Такие, как ты, не должны существовать. Мы дали тебе высокооплачиваемую работу и возможность делать карьеру в самой желанной для соискателей компании мира, а ты? Ты отплатил нам черным предательством?

Скарпа начал, запинаясь:

– Но…

Ридольфи тут же перебил его, заорав:

– Заткнись! У тебя нет права говорить. Да и дышать тоже не стоит. Слушай этот урок в почтительном молчании, ясно?

Он примерился к мячику, слегка расставив ноги и согнув их в коленях, поднял взгляд, как бы в поисках цели, и опустил клюшку рядом с мячиком.

– Ты знаешь, что такое доверие? – спросил он и тут же ответил сам себе: – Да нет, ты даже слова такого не знаешь. Доверие – это такая штука, из-за которой я могу убить тебя и выйти сухим из воды. Ты же в курсе, что такие, как я, в тюрьме не сидят? Максимум, что мне грозит – это домашний арест. Так что теперь сиди неподвижно. Если ты пошевелишься, когда я запущу этот мячик, ты мертв. Для тебя я хочу не тюрьмы, а смерти. Если же ты останешься неподвижен, это будет означать, что ты мне доверился, и я прощу тебя и выслушаю то, что ты мне скажешь. Мне прямо-таки интересно послушать, на кого, черт побери, ты работаешь! Понял?

– Но, шеф… – проскулил Скарпа, весь в слезах, скрещивая руки как бы для того, чтобы защититься от летящего мячика.

– Я сказал тебе не дышать и опустить руки! – рявкнул Ридольфи. – Доверие, понял? Доверие. Останешься неподвижным – будешь жить, шевельнешься – и я тебя прикончу. Скрести руки за спиной.

У Скарпы был вид приговоренного к смерти. Смертельно бледное лицо покрылось потом. Доминус невозмутимо наблюдал.

Сделав над собой усилие, Скарпа выбрал, как ему казалось, меньшее зло. Чувствуя себя жертвой обезумевшего деспота, он медленно опустил руки и завел их за спину. Ридольфи отвел клюшку в сторону. Скарпа закрыл глаза, как перед лицом расстрельного взвода, а Доминус сделал еще один шажок вперед, готовый вмешаться, хотя с того места, где он стоял, он не смог бы ни остановить летящий мяч, ни сдвинуть с места Скарпу.

Для Скарпы эти мгновения тянулись целую жизнь. Наконец, он открыл глаза как раз в тот момент, когда Ридольфи встал в стойку для свинга[12]. В ужасе Скарпа спрыгнул со стула и бросился на землю, пытаясь избежать удара.

Когда Ридольфи ударил по мячу, дверь комнаты открылась и в дверном проеме появился Темпеста. Удар был мягким и точным, мяч пролетел через всю комнату, пронесся под пустым стулом Скарпы и исчез в небольшом отверстии в стене, которое Ридольфи специально сделал для тренировок.

– Попал! С одного удара! – крикнул он.

При виде этой странной сцены, глядя на искаженное лицо Скарпы, Темпеста воскликнул:

– Что, черт возьми, тут происходит? Вы все с ума посходили?

Совершенно спокойный, Ридольфи сунул клюшку обратно в мешок, взял трубку и ответил:

– Мы тут немного поиграли. Ты же просил подождать тебя, прежде чем задавать вопросы, – он посмаковал дым из трубки. – Фабрицио не терпится все нам рассказать, правда, Фабрицио?

Темпеста выглянул в коридор в поисках Екатерины:

– Найди какую-нибудь чистую футболку, пожалуйста.

Скорчившись в углу комнаты и закрыв лицо руками, весь в слезах, Скарпа признался:

– Да-да, это был я, я же вам уже сказал. Мне заплатили в криптовалюте. Но я не знаю, кто он… или они, – он попытался овладеть собой, чувствуя некоторое облегчение после признания. – Мне заплатили двадцать тысяч в евровом эквиваленте и обещали еще сто восемьдесят после того, как я проделаю окно.

Темпесте было невыносимо на это смотреть. Хотя Скарпа предал их, он не мог видеть своего сотрудника в таком состоянии – на полу, в слезах, мокрого от пота, с пятном от кофе на футболке.

– Успокойся, сядь. Выдохни и расскажи, как они с тобой связались. Мне нужны все подробности.

Вошла Екатерина. Взглянув на отчаявшегося Скарпу, она протянула ему футболку с логотипом «Иммортал1».

– Давайте еще дадим ему медаль как лучшему работнику, – саркастически заметил Ридольфи.

В присутствии Темпесты и Екатерины Скарпа немного успокоился, увидев в них ту человечность, которой не было заметно в Ридольфи. Он снова стал рассказывать:

– Они зашли в мой смартфон и установили там временный приватный чат. Не знаю, как это у них получилось, скорее всего, это провернули с близкого расстояния – кто-то находился недалеко от моего телефона и залез в него. Это могло случиться и в этом здании, и снаружи, не знаю. Сначала я думал, что они собираются меня шантажировать, но они предложили мне проделать окно и тут же заплатили задаток.

Ридольфи смотрел на него с ненавистью. Ему хотелось снова взяться за клюшку, но теперь было нельзя.

– Что еще? – подтолкнул Темпеста.

– Больше ничего, кроме того, что мне запретили делать скриншоты или фото, иначе они раскрыли бы, что крот – это я. Чат был удален сразу после нашего с ними последнего разговора. Больше мне с ними не связаться.

– И где сейчас твой телефон? – спросил Ридольфи.

– У меня, – отозвался Доминус, – мы должны предъявить его полиции.

Темпеста поймал взгляд Ридольфи и сморщился, давая понять, как отвратительны ему признания Скарпы. Ридольфи кивнул, подняв брови. Затем Темпеста произнес:

– Фабрицио, ты, естественно, будешь уволен немедленно. Сейчас Доминус передаст тебя полиции, дальше будешь иметь дело с ними. Ты предал свою семью, свою компанию – итальянскую компанию, которая прямо сейчас творит историю. Больше такого не должно случиться. Ты заслуживаешь показательного наказания.

Темпеста вышел из комнаты, сделав знак Екатерине следовать за ним. В душе его бушевал ураган – не столько из-за предательства Скарпы, сколько из-за вопросов, от которых пухла голова. Ему необходимо было поделиться с кем-нибудь своими страхами.

– Давай выйдем, мне нужно пройтись и поговорить с тобой.

Они медленно зашагали в сторону Лунапарка квартала ЭУР. Один из охранников следовал за ними на почтительном расстоянии. Темпеста нервничал. Екатерина попробовала успокоить его, шепнув:

– Как ты? Все кончено, атака отражена.

– Да, Катюша, но это поражение, – сказал он, уставившись в землю. Потом поднял голову и посмотрел вперед. – Мы не знаем, кто напал на нас, и не знаем даже, кто нас спас.

Они замолчали при виде двух машин полиции с включенными мигалками, но без сирен, за которыми ехал видавший виды серый автомобиль. Из полицейских машин вышли шестеро стражей порядка, из серого автомобиля – двое агентов в штатском, мужчина и женщина. Быстрым шагом все они направились ко входу в здание «Иммортал1». Темпеста снова заговорил:

– Мы полгода отражаем атаки, но в этот раз они прибегли к социальной инженерии, и тут мы оказались беспомощны. – Екатерина немного растерялась, и Алессандро пояснил: – Социальная инженерия – это манипуляция человеком, сознающим это или нет, с целью извлечения информации и причинения вреда.

– Ах да, я не знала, что это так называется. Теперь понятно.

Видя, что она все же не до конца его понимает, Темпеста объяснил подробнее:

– Если ты манипулируешь человеческим существом, то тебе доступно многое, даже самые устойчивые защитные системы в мире, – пнув камешек, он остановился, повернулся к Екатерине, посмотрел ей в глаза и спросил: – Ты уверена, что не знаешь, кто тебе отправил то анонимное сообщение?

– Нет, Алессандро, не знаю. С тех пор, что я занимаюсь рекламным продвижением Реал1, мой номер известен многим, в том числе журналистам. Его можно найти даже в пресс-релизах, так что секретом он точно не является, кто угодно может его найти.

– Точно! Нам надо найти, кто напал на нас. Они потратили двести тысяч евро, только чтобы подкупить Скарпу. Это могут быть правительства, конкуренты, фанатики из «НетБессмертию» или «НетИИ». Какое-нибудь частное лицо точно не стало бы тратить такие суммы, чтобы навредить нам.

– Ты прав, вряд ли у частного лица достаточно мотивации, чтобы потратить такие деньги, – согласилась Екатерина.

– Да уж. И мне очень любопытно, кто же этот ангел-хранитель, который спас нас и остался неизвестным.

Интриги в Палаццо Киджи

Доминус присматривал за Скарпой в опустевшей комнате в ожидании полиции. С ним был Ридольфи, продолжавший сверлить взглядом предателя, чуть не погубившего компанию. Еще один охранник стоял снаружи у двери.

Примерно в половину одинадцатого на этаж прибыл отряд почтовой полиции. Один из четырех полицейских в отряде был экспертом по компьютерным преступлениям. Доминус подошел к ним и вздрогнул, увидев позади этой группы двух агентов в штатском. Одного из них он хорошо знал: это был Франческо Таверна, его бывший коллега по службе, элегантный мужчина около пятидесяти лет. Его безупречный костюм резко диссонировал с растрепанными каштановыми волосами и нечесаной бородой. Таверна снял очки-авиаторы с янтарно-желтыми стеклами и положил их в карман. Его ярко-голубые глаза сверкнули, когда он еле заметно улыбнулся старому знакомому.

Рядом с ним шагала Федерика Беллини, казавшаяся без косметики гораздо моложе своих тридцати восьми лет. Несмотря на зимний холод, на ней был тонкий легкий жакет из черной кожи. Белая рубашка подчеркивала стройность фигуры. Черные брюки и кроссовки дополняли ее наряд с претензией на полицейскую форму, а светлые волосы придерживали поднятые выше лба солнечные очки.

Доминус хорошо знал Таверну, с которым много лет проработал локоть к локтю в Итальянской Службе Безопасности (ИСБ), но никогда раньше не видел эту женщину. Отношения с Таверной всегда были сложными, но сейчас не время было это обсуждать. Таверна, встретив суровый взгляд Доминуса, подмигнул ему и прошептал одними губами: «Потом поговорим.»

При виде полиции Скарпа почувствовал такое облегчение, будто камень свалился с его души. Ридольфи тем временем рассказывал полицейским о произошедшем, а Каппелли, только что подошедший, дополнял его рассказ деталями. Эксперт по компьютерным преступлениям был человеком опытным, так что эта фаза расследования не заняла много времени.

Скарпа признался в том, что огранизовал утечку, но продолжал утверждать, что не знает, кто ему за это заплатил, то есть повторил свой предыдущий рассказ. Полиция забрала его в 13.15. Командир спросил Ридольфи, не лучше ли им выйти через запасной вход, чтобы не привлекать внимания, но тот решительно ответил:

– Вовсе нет. Я хочу, чтобы все видели этого скользкого червя в наручниках.

Так и было сделано: четверо полицейских вместе со Скарпой направились к главному лифту.

Один из них посоветовал Скарпе прикрыть наручники рукавами пиджака. Тот явно не ожидал подобной заботы, но с готовностью воспользовался советом. Несмотря на это, чувство стыда так душило преступника, что он еле дышал. Пока полицейские выводили его из здания, он чувствовал на себе взгляды бывших коллег. Удивление и ярость людей, с которыми еще вчера он весело пил кофе в перерывах, были ему невыносимы. На его счастье, в «Иммортал1» было запрещено фотографировать и снимать видео без разрешения. Тем не менее ему очень хотелось побыстрее уйти из этого места и исчезнуть с глаз знакомых.

Автоматические двери закрылись, Скарпу вывели на улицу, но глаза коллег, казалось, преследовали его сквозь стеклянные стены огромного современного здания «Иммортал1». Тут же оказалось, что худшее еще впереди: у входа собралась целая толпа журналистов и фотографов, жаждущих сенсации. В ужасе Скарпа опустил голову и рыдал до тех пор, пока не оказался в полицейском автомобиле, везущем его в отделение.

Агенты в штатском задержались и попросили переговорить с Ридольфи и Темпестой. Доминус, с презрением глядящий на Таверну, но верный долгу, приказал своей команде предупредить об этом Темпесту, который как раз вернулся с прогулки.

Темпеста встретился с агентами в своем офисе, пригласив также Ридольфи и Доминуса. Сообщение Франческо Таверны и Федерики Беллини состояло в следующем: действующий премьер-министр Италии Тициано Ди Джузеппе просил о встрече с обоими компаньонами на условиях строжайшей секретности и по делу чрезвычайной важности. Встреча должна была состояться в собственной квартире премьера в Палаццо Киджи[13] в 18.30. Двое друзей приняли приглашение из уважения к властям, хотя и не забыли обиды, которые некогда претерпели от Ди Джузеппе.

Телефон Ридольфи зазвонил, на экране высветилось имя его отца Витторио. Не глядя на мерцающий экран, Ридольфи выпроводил агентов, нервно подтвердив:

– В 18.00 будем там, хорошо, – и только тогда ответил на звонок.

Сенатор звонил из главного офиса им же основанной партии «Демократическая Италия» на виа Монтекатини. Он сидел в кожаном кресле, вытянув ноги и уперев ступни в низкую скамеечку. Неразлучная трость лежала на письменном столе. Отеческим тоном он вопросил:

– Так, и что же вы там натворили?

Его сын, в попытке приуменьшить масштаб неприятностей, несколько смущенно ответил:

– Полный бардак, папа! Но уже все в порядке. Один из наших сотрудников предал нас и дал доступ к нашей системе хакерам. Мы пока не знаем, кто за этим стоит, но уже нашли крота. Полиция только что забрала его.

– Понятно, – сказал его отец. – Надеюсь, вы не наделаете ошибок. Как ты знаешь, завтра решающий день для «Иммортал1». Я буду вас ждать в посольстве США. Будь добр, обязательно приведи обоих, и Темпесту, и Тезео.

Ридольфи прекрасно понимал, насколько важна эта встреча.

– Да-да, папа. Алессандро и Лео уже пообещали пойти. Мне пришлось убеждать их, чтобы они согласились. Они делают мне личное одолжение. Завтра вообще будет трудный день: мы объявим о покупке, о которой я тебе говорил, а потом пойдем на гала-ужин в посольство на виа Венето. Пока же выясняем, какой именно ущерб нам нанесла эта хакерская атака.

Витторио, который на протяжении долгой политической карьеры преодолел великое множество самых разнообразных трудностей, успокоил сына:

– Не переживай, Давиде, все будет нормально. Главное – дотянуть до завтрашнего вечера.

* * *

Новость об аресте Скарпы стала гвоздем телепрограмм и главных страниц сайтов отраслевых компаний. Повсюду мелькали заголовки вроде «Хакерская атака на «Иммортал1»: арестован крот» или «Блокировка «Иммортал1»: арестован сотрудник, предавший компанию.» Полиция тем временем отправилась на квартиру Скарпы для обычного обыска.

* * *

Чуть раньше двух часов дня секретные агенты ИСБ Таверна и Беллини явились в Палаццо Киджи на встречу с Тициано Ди Джузеппе. Им надо было сообщить шефу то, что они выяснили в здании «Иммортал1». Премьер-министр принял их в своем служебном кабинете.

Ди Джузеппе, самый молодой премьер-министр в истории Италии, занял свой пост благодаря благодаря тридцати одному проценту голосов «Экологического фронта за перемены» (ЭФП). Эта партия не так давно появилась на политической арене, но сразу же притянула к себе множество несогласных. Однако после трех лет, проведенных во главе правительства, он начал терять голоса: кризис давал о себе знать, и доверие итальянцев к партии, по данным соцопросов, рухнуло примерно до девятнадцати процентов.

До того, как стать премьер-министром, Ди Джузеппе ездил в Парламент на велосипеде. Его партия выдвигала популистские лозунги вроде удвоения заработной платы для всех итальянцев и ускорения экологического перехода всей европейской промышленности. Тем не менее его правление было отмечено случаями непотизма[14], а также продажей стратегических отраслей итальянской промышленности иностранным транснациональным компаниям, в частности, американским и азиатским.

Ди Джузеппе вошел в историю также как первый открытый гей в кресле премьер-министра Италии. Ходили слухи, что его отношения с партнером, Пьеро Джани, уже не были столь безоблачными, как раньше, особенно после того, как Джани занял пост помощника министра культуры.

Федерика Беллини заговорила с премьер-министром уверенным голосом, обращаясь к нему на «ты»:

– Тициано, подверждаем твою встречу в 18.00 с Алессандро Темпестой и Давиде Ридольфи. Что касается хакерской атаки, то уже арестован крот, Фабрицио Скарпа. Он во всем признался, но утверждает, что не знает, кто за этим стоит.

Ди Джузеппе слушал внимательно, постукивая по подбородку большим пальцем со своим обычным невинным выражением лица. Многие утверждали, что он завоевал симпатии пенсионеров и молодежи именно своей детской физиономией.

– Итак, он не раскрыл личность того, кто связался с ним? – спросил премьер-министр.

– Нет, Тициано. Наш человек продемонстрировал присутствие духа и выдумал отличную легенду. Он сказал, что его телефон взломали и что кто-то связался с ним через чат, установленный без его участия. Никаких лишних деталей, – ответила Федерика.

– Этим делом будет заниматься почтовая полиция. Однако, по моим сведениям, и специалисты «Иммортал1», и полиция считают, что не смогут отследить того, кто это затеял. В конце концов, речь идет о профессиональных хакерах. Так что мы можем быть спокойны: у них нет никаких ниточек к китайцам, – добавил Таверна.

– Отлично, отлично, – сказал Ди Джузеппе. – После этой атаки они наверняка станут подобродушнее. Как минимум, они меня выслушают, особенно после того, что произошло в прошлый раз.

Все присутствующие прекрасно знали, о каком именно случае он говорит.

* * *

За год до описываемых событий в Палаццо Киджи состоялась встреча обоих компаньонов «Иммортал1» с Тициано Ди Джузеппе, сенатором Витторио Ридольфи и Пьеро Джани. Компания уже тогда росла впечатляющими темпами. Весь мир был бы весьма не прочь купить ее. Ди Джузеппе, подталкиваемый французским правительством, пригласил их к себе и заявил, что «было бы замечательно в контексте улучшения итало-французских отношений» продать «Иммортал1» французской транснациональной компании «Альпин Авансэ Мондиаль» (ААМ).

Услышав такое предложение, ставящее под удар будущее и «Иммортал1», и, как он считал, всей Италии, Темпеста пришел в ярость. Он просто встал и вышел из кабинета вместе с Ридольфи-младшим, тогда как Ридольфи-старший взял на себя роль миротворца и остался умасливать рассерженных Ди Джузеппе и Джани.

* * *

Премьер-министр поднялся с кожаного кресла и подошел к окну, глядя на улицу стеклянным взглядом человека, погруженного в свои мысли. Нервно постукивая ногой по полу, будто ударник в рок-группе, он размышлял о встрече, которая ему предстояла через несколько часов.

– В 18.00 я сообщу им о предложении о покупке от китайцев из Линьдао. Надо сделать так, чтобы переговоры прошли успешно, – заявил он непререкаемым тоном. – Процент избирателей, доверяющих мне и моей партии, падает день ото дня, а выборы всего через три месяца. Все считают, что как политику мне конец. Китайцы обещают деньги и поддержку в избирательной кампании, но за это требуют «Иммортал1» любой ценой.

Он погрустнел. Деньги, то есть то, что он больше всего любил в жизни, ускользали от него. Ди Джузеппе был прожженным корурпционером, доведшим коррупцию в Италии до невиданного прежде уровня. В этом его поддерживала некоторая часть спецслужб во главе с Таверной. Таверна и его сообщники, в свою очередь, неустанно обогащались за счет бесконтрольного использования неучтенных средств. Это была гнилая система, и они уже зашли очень далеко. Все они, естественно, были заинтересованы в переизбрании Ди Джузеппе – не только потому, что намеревались и дальше купаться в деньгах за счет государства, но и потому, что боялись, что новый премьер-министр начнет наводить порядок и раскроет их махинации.

Ди Джузеппе поочередно посмотрел Таверне и Федерике в глаза.

– Учтите, мы все в одной лодке и одинаково уязвимы. Паду я, падете и вы, – предупредил он. Ему очень хотелось сделать все возможное для заключения желанного соглашения. – Как вы думаете, что еще мы можем сделать, чтобы убедить их продать «Иммортал1» нашим китайским друзьям?

– Можно пустить слух, что хакеры атаковали почтовые серверы «Иммортал1» и теперь личная информация тысяч пользователей в опасности. В общем, атаковать их медийно, – предложила Федерика.

Ди Джузеппе принял это предложение с энтузиазмом:

– О, отлично! Запустим кампанию в прессе, очерним их, а потом надавим как следует. Люди поверят. Достаточно одного моего звонка. Я займусь этим! – он направился к двери, открыл ее и выпроводил сообщников из кабинета, предупредив: – Не уходите далеко.

Закрыв дверь, премьер-министр бегом промчался через всю комнату, едва не упав, и бросился в кресло как подросток. Потом он позвонил Джанни Альвеари, главному редактору «Проверенных новостей».

Альвеари, которому еще не было пятидесяти, стоял во главе одной из двух крупнейших итальянских газет. Поначалу «Проверенные новости» ставили себе задачей только разоблачение ложных новостей, но со временем стали важным игроком на общеитальянском информационном и политическом поле, особенно популярным в средних и низших слоях общества.

Альвеари как раз был в своей редакции на виа Кристофоро Коломбо и ответил на телефон со второго гудка.

– Министр, какая честь. Что я могу для тебя сделать?

– Джанни, дорогой, у меня для тебя новость. Просто бомба, а не новость!

Главный редактор был человеком опытным и понимал, что если премьер-министр звонит ему лично, а не через секретаря, то, во-первых, разговор секретный, а во-вторых, наверняка речь пойдет о медийных манипуляциях. Звонки подобного рода от политиков были для него не в новинку, а Ди Джузеппе и вовсе довольно регулярно обращался с подобными просьбами.

– Министр, твоим новостям здесь всегда рады. Сегодня у нас трудный день, мы освещаем хакерскую атаку и арест одного из сотрудников «Иммортал1»…

– В этом-то и дело! Представляешь, произошла утечка данных и были украдены тысячи сообщений электронной почты «Иммортал1», – перебил Ди Джузеппе.

– Новость точно проверенная? – удивленно переспросил Альвеари.

– Скажем так, достаточная для того, чтобы наделать шуму, – иронично-серьезно ответил премьер-министр. – Хотелось бы увидить ее на первой полосе. Причем поскорее. Мне нужно, чтобы все новостные агентства запустили ее в течение часа.

Главный редактор, ухмыляясь про себя, не удержался от пронзительного смешка:

– Слушаюсь, премьер-министр. Понял. Положись на меня.

– Молодец, Джанни, с меня ужин. Мы отпразднуем это как следует! – пообещал политик.

Так и вышло, что Джанни Альвеари лично занялся запуском новости о утечке данных. На главной странице сайта «Проверенные новости – Италия» появился заголовок: «Тревога в «Иммортал1»: украдены тысячи электронных писем.» В статье подчеркивалось, что хакеры теперь владеют личными данными тысяч пользователей. Новость тут же подхватили сайты политических союзников Ди Джузеппе, затем крупнейшие газеты и, наконец, телевидение. Никто не позаботился уточнить, правда это или ложь, потому что все торопились озвучить сенсацию. Разве что некоторые издания, чтобы избежать обвинений в распространении фейков, использовали условное наклонение.

* * *

Прослушав всего несколько секунд новостной передачи от 15.00, Екатерина бросилась в офис Темпесты. Передача начиналась заявлением: «Хакерская атака на «Иммортал1»: возможно, украдены миллионы электронных писем.» Темпеста беседовал с Каппелли и, увидев обеспокоенное лицо своей помощницы, сразу же сказал:

– Да-да, мы уже над этим работаем. Это ложь, конечно. Пока пытаемся понять, какие именно данные были украдены, но это точно не электронные письма. Почтовый сервер не тронут. Эта новость просто высосана из пальца. Направь сразу же опровержение во все СМИ, прежде чем пользователи забросают нашу службу поддержки миллионами жалоб. И еще опубликуй видео в Реал1 и заклейми это как ничем не обоснованный фейк.

Екатерина была потрясена. Она еще даже рот не раскрыла, а Темпеста уже разобрался в вопросе. Он был прав, конечно: фейк следовало разоблачить как можно быстрее. Девушку удивило еще и то, что Алессандро, хотя и явно понимал серьезность проблемы, казалось, думал о другом. Поэтому она неуверенно сказала:

– Отлично, сразу этим займусь. Что-то еще не так?

Темпеста, поняв, что был с ней грубоват, извинился:

– Да, прости, Катюша. Сейчас главная проблема – это электронная почта. Похоже, им удалось украсть данные соцсети Реал1. Мы с Даниэле проводим проверку. Если это так, то проблема гораздо серьезнее, чем нам казалось, но пока займись, пожалуйста, опровержением этой новости.

Ободренная извиняющимся тоном Темпесты, Екатерина решительно ответила:

– Конечно, шеф! – и быстро вышла, намереваясь сразу же заняться вопросом.

* * *

В это самое время в Римском университете Зу приблизился к двери с табличкой «Проф. Альвацци дель Фрате», убедился, что никто его не видит, и вошел.

– Отлично, профессор, прекрасная работа. Как мы и обещали, вот остальное, – он передал Альвации черный рюкзак.

Со своей обычной улыбкой профессор запустил внутрь рюкзака руку и нашел там конверт с наличными. Как бы оправдываясь, он сказал:

– Я думал, не получится сделать так, как вы просили. На встречу пришел только Темпеста, без Ридольфи, и оставался тут совсем недолго.

– Не волнуйтесь, профессор, это именно то, что нам и надо было. Ну, чтобы пришел именно Темпеста. Простое задание, легкие деньги, – тут он вдруг нахмурился и подозрительно посмотрел на профессора, криво улыбнувшись, чтобы не спугнуть собеседника вопросом, который крутился у него на языке. – Кстати, почему вы попросили деньги наличными, а не криптовалютой? Вы все же эксперт в области информатики, а для нас это было бы проще.

– Мне так больше нравится. В некоторых вопросах я старомоден. Интернет удобен, конечно, но в этом удобстве кроется слабость, – ответил Альвации, потирая правое ухо. Он замолчал, делая свою обычную паузу. Зу решил, что профессор закончил и повернулся к выходу, но тот вдруг снова заговорил: – Вы, конечно, молодцы. Пока никому не удавалось проникнуть в систему «Иммортал1». Кто бы ни стоял за тобой, мои им поздравления.

Подозрительность Зу не исчезла из-за поздравлений профессора. Пытаясь подловить Альвацци на чем-нибудь, он спросил:

– Вы уверены, что вам не жаль своих бывших учеников?

– А почему я должен их жалеть? – ответствовал тот с широкой улыбкой. – Pecunia non olet, деньги не пахнут, как говорили древние римляне, мой дорогой Зу. Они гребут деньги лопатой, а я только, скажем так, взял свою часть.

Все еще недовольный, Зу посмотрел ему прямо в глаза, чего раньше не делал, и сурово сказал:

– Я уже вас предупреждал, профессор, чтобы вы никому ничего не говорили, иначе нам придется… вмешаться. И что будут делать ваши студенты без такого блестящего преподавателя?

Профессор посерьезнел и ответил на этот раз без своей привычной улыбки:

– Конечно, конечно. Условия были ясны с самого начала. Никто ничего не узнает, это и в моих интересах тоже. Я был бы сумасшедшим, если бы сказал об этом хоть слово.

* * *

Скарпа прибыл в полицейское отделение полностью раздавленным. До сих пор он видел процедуры снятия отпечатков пальцев и фотографирования преступников только в своих любимых сериалах. Теперь преступником был он, и неясно было, что ждет его впереди. У него спросили, есть ли у него собственный адвокат, и он ответил, что нет. Тогда ему сообщили, что ему будет предоставлен штатный бесплатный защитник. Офицер дал понять, что лучше бы ему сотрудничать со следствием, и Скарпа безропотно отдал ключи от своей квартиры, чтобы там провели обыск, пароли от компьютера и телефона, данные счета в криптовалюте. Он знал, что совершил серьезную ошибку, и очень хотел как-то облегчить свою участь.

Примерное поведение позволило ему избежать предварительного заключения в римской тюрьме Ребиббья. В постановлении об аресте прокурор приказал на эту ночь задержать подозреваемого в одной из камер полицейского участка. Следующим утром его судьбу должен был определить следственный судья. По приказу полицейских Скарпа сдал личные вещи, два смартфона, шнурки от ботинок и ремень от брюк и зашел в камеру. Смотреть на внешний мир (то есть на коридор полицейского участка) сквозь прутья решетки было непривычно и, как и все «новички», впервые оказавшиеся в заключении, Скарпа заплакал.

На его счастье, камера была предназначена для одного человека. В ней не было уборной, и туда приходилось ходить в сопровождении полицейского, не спускавшего с заключенного глаз. Для Скарпы ситуация была настолько неловкой, что он старался посещать уборную как можно реже. Он сидел на койке, уперев локти в колени и закрыв руками лицо, как бы стараясь спрятаться от мира, и тихо рыдал. Попытки успокоиться ни к чему не приводили. Так он и просидел всю ночь до утра, когда ему предстояло встретиться со своим адвокатом, следственным судьей и прокурором и узнать, окажется ли он в тюрьме или на свободе.

* * *

Из соображений безопасности Ридольфи и Темпеста отправились на встречу с премьер министром на двух разных автомобилях, ехавших на расстоянии около двух километров друг от друга, в сопровождении охраны и с выключенными телефонами. Темпеста ехал на внедорожнике Альфа Ромео в компании водителя и Доминуса и слушал новости по радио. Несмотря на все усилия Екатерины, фейк о взломе электронной почты Реал1 продолжал распространяться, хотя и чуть менее активно. Ридольфи прибыл в 17.50, Темпеста пятью минутами позже. Они всегда были пунктуальны. Премьер-министр принял их не в служебном кабинете, а в своей личной квартире.

Это было просторное жилище площадью около трехсот квадратных метров, предоставленнное Ди Джузеппе государством и полностью утратившее свой первоначальный облик благодаря дорогостоящим ремонтным работам, проведенным по заказу Пьеро Джани. Этот эпизод вызвал очередной скандал, какими была богата политическая карьера Ди Джузеппе, так как на переделку квартиры были потрачены триста тысяч евро государственных денег, а результат получился крайне вызывающий, если не сказать вульгарный. Ходили также слухи о том, что ремонт был поручен фирме, принадлежавшей некоему другу Пьеро Джани. Судя по сведениям, собранным журналисткой Фабианой Полито, этот друг положил в карман сто тысяч евро черным налом. Журналистке удалось взять интервью у одного из сотрудников административного офиса фирмы, но позже, после крайне эмоционального разговора с Таверной и Федерикой Беллини, тот взял все свои заявления назад.

Обоих компаньонов из «Иммортал1» проводили в резиденцию премьера и пригласили подождать в гостиной, служившей также залой ожидания. Ди Джузеппе, как им сообщили, немного запаздывал.

Переступив порог чертогов премьера, Алессандро и Давиде были сражены на месте зрелищем огромного белого, с черными и фиолетовыми пятнами кожаного ковра, а также сильным запахом ладана. Запах был настолько острым, что друзья обменялись потрясенными взглядами и расхохотались, но тут же постарались принять серьезный вид, так как прибыл премьер-министр.

Ди Джузеппе был не один: его сопровождал какой-то лысый человек с азиатскими чертами лица, который слегка поклонился в знак приветствия и тут же вышел. Премьер-министр пожал им руки и извинился за опоздание. Пожатие было слабым и наводило на мысли о дохлой рыбе. Темпесту передернуло.

Они переместились в личный кабинет премьер-министра и оказались в своего рода райских кущах. Все вокруг – и письменный стол, и кожаные кресла, и ковер, и шкафы – было ослепительно белого цвета. При виде этого сюрреалистического зрелища Темпеста невольно поднес руку к глазам, будто пытаясь заслониться от окружающего кошмара. Затем, видя что Ридольфи готов покатиться со смеху, он ткнул его локтем в бок и громко заметил:

– Рай, настоящий рай.

– Именно! – гордо подтвердил премьер-министр – Это Райский кабинет, а ты откуда знал?

Тут оба не смогли больше сдерживаться и согнулись от хохота.

– Все в порядке? – спросил Ди Джузеппе с удивлением.

– Да-да, это долгая история, общие воспоминания, – ответил Ридольфи, спасая ситуацию.

Пока они усаживались, Темпеста шепнул: «И ты еще не видел его Адский кабинет!» Ридольфи снова рассмеялся, за что получил новый толчок в бок.

В общем, несмотря на трудный день и на важность встречи, при виде обстановки, столь дорогой сердцу премьер-министра, друзья веселились как школьники.

Ди Джузеппе, с застывшей на лице приветливой улыбкой, был заметно растерян. Заметив это, Темпеста решил направить разговор в конструктивное русло:

– Вот мы и здесь, премьер-министр. Чему обязаны вашим приглашением?

Выбор обращения на «вы» был обусловлен исключительно государственным постом, занимаемым их собеседником, а не уважением к нему как к человеку. Ди Джузеппе, напротив, использовал «ты» в попытке поставить себя на ступеньку выше по социальной лестнице.

– Отлично, к делу. Секретные службы ИСБ проинформировали меня о хакерской атаке на «Иммортал1» и об аресте Скарпы. Не говоря уже о СМИ, которые говорят о сообщениях электронной почты, украденных у миллионов по…

– Ложь, абсолютная ложь, – прервал его Темпеста.

Не обратив на него внимания, Ди Джузеппе продолжал:

– Пользователей. Как я понимаю, атака на вас идет не первый месяц. Вы слишком выросли, ваши данные многих интересуют.

– Вот именно, на нас идет атака. Список длинный: Германия, Россия, Китай, США, Англия, Бразилия, Аргентина и, конечно, Франция, о чем вы неплохо осведомлены, – вставил Ридольфи.

Ди Джузеппе обрадовался его замечанию и подхватил:

– Кстати о Франции. Я говорил вам, что соглашение с французами имело бы стратегическое значение для Италии, а вы меня не послушали.

– Вы имеете в виду, что теперь они могут хакнуть нашу систему, раз уж им не удалось нас купить? – уточнил Темпеста.

– Как только я выиграл выборы, то понял, что в Италии нельзя все делать так, как мне хочется. Я хотел бы быть более свободным в действиях, но не получается. Слишком многим надо угодить. Меня часто критикуют, потому что я со всеми договариваюсь, причем не только с блоком западных стран, но и с китайцами и с саудитами, как вы знаете.

Оба компаньона кивнули и навострили уши, стараясь понять, к чему он клонит.

– Так вот, некоторые из моих азиатских контактов сообщили, что транснациональная китайская компания «Линьдау» заинтересована в покупке пятидесяти одного процента акций «Иммортал1» за сумму в двадцать миллиардов евро. Я позвал только вас, потому что сенатор Ридольфи никогда бы не пошел на соглашение с компанией из страны, не входящей в НАТО. Но «Иммортал1» ваша, вы владеете контрольным пакетом и решение принимаете вы. Это огромные деньги.

Ридольфи и Темпеста сделались серьезными. С одной стороны, Ди Джузеппе был отпетым коррупционером, врущим своим избирателям как сивый мерин, с другой – сумма действительно была огромная. Ситуация изменилась по сравнению с годом ранее: «Иммортал1» превратилась в компанию с полной гаммой продукции. Продать ее на предлагаемых условиях означало стать гораздо богаче, чем сейчас.

Темпеста заметил, что Ридольфи задумался, и понял, что тот взвешивает предложение. Отвергнуть его, не обдумав, было бы ошибкой. Он подозревал, что эта операция принесла бы доход и Ди Джузеппе, например, в виде взятки или финансирования избирательной кампании. Стараясь быть дипломатичнее, он спросил:

– В прошлый раз речь шла о французской компании, и это я могу понять, мы говорим о стране НАТО. Но в данном случае вручить «Иммортал1» мощному государству, не состоящему в НАТО, стало бы геополитической ошибкой. Вы так не считаете?

Премьер-министр театрально потряс головой.

– Состоят ли они в НАТО или нет, меня не интересует, как я вам уже сказал. Я за свободный рынок. У вас частная компания и вы можете продать ее, кому хотите. Речь идет о двадцати миллиардах евро, на мой взгляд вы не связаны никакими обязательствами и, в любом случае, вы все равно останетесь миноритарными акционерами.

– Да, с экономической точки зрения это выгодное предложение, но, получив пятьдесят один процент, они выкинут нас из совета директоров, и никакой власти у нас не останется, – возразил Ридольфи, впечатлив Темпесту своим уверенным тоном. – В любом случае, благодарим вас за предложение. Мы сообщим вам наше решение как можно быстрее, скажем, на следующей неделе. Нам надо посоветоваться.

Ди Джузеппе тоже был удивлен, что Ридольфи заговорил первым, – обычно по важным вопросам высказывался Темпеста. Он решил взять быка за рога:

– Чего там советоваться, принимайте предложение! Продадите, избавитесь от всех проблем и будете жить всю оставшуюся жизнь как короли.

– Как уже сказал мой компаньон, мы дадим вам знать на следующей неделе. Спасибо за приглашение. А теперь, если больше нет вопросов для обсуждения, нам пора. Что касается СМИ, то ими был запущен фейк, который мы уже опровергли. Мейлы пользователей в полной безопасности, никто ничего не трогал, – сказал Темпеста.

Они встали и собрались уходить, но Ди Джузеппе их задержал:

– Вы правы, конечно, абсолютно правы. Почтовые серверы никто не взламывал, но мои источники сообщают, что у вас похитили тридцать семь гигабайтов данных Реал1, и, если я не ошибаюсь, это еще хуже.

Темпеста и Ридольфи резко повернулись, не веря своим ушам. Премьер-министр владел их самой секретной информацией.

– Миллионы пользователей под угрозой… И, видите ли, ребята, если эти сведения выплывут, стоимость компании прямо-таки рухнет, – обычно поверхностный и простоватый Ди Джузеппе вдруг повел себя как видавший виды мафиозный босс. – Я вам говорю как есть: либо вы принимаете предложение китайцев, либо новость об украденных тридцати семи гигабайтах появится в какой-нибудь газете, и тогда ждите кучу проблем с законом и не ждите никаких денег.

Тут он нажал кнопку вызова полиции под письменным столом. На его зов тут же прибыли четверо полицейских. Темпеста с презрением взглянул на улыбающуюся физиономию Ди Джузеппе и спросил:

– А ты-то откуда знаешь?

Ридольфи остолбенел от ужаса при одной только мысли, что новость может выплыть наружу.

– Все в порядке, премьер-министр? – спросили охранники.

– Да, извините, я только хотел продемонстрировать моим друзьям, как быстро вы появитесь. Все нормально, можете идти, – ответил Ди Джузеппе, зная, что гостям это неприятно.

Двое компаньонов получили серьезный удар и попытались собраться с мыслями. Если новость достигла ушей премьер-министра, она легко может распространиться и далее, и компании будет причинен огромный ущерб. Темпеста попробовал отбиться:

– Мы еще выясняем, что именно и сколько было украдено.

Он понимал, что точная цифра – тридцать семь гигабайтов – говорит о том, что премьер-министр от кого-то узнал правду, возможно, даже от самих хакеров.

Следовало все обсудить с Ридольфи-отцом и решить, как действовать дальше. Идеальным местом для этого был офис партии Демократическая Италия на виа Монтекатини, всего в двухстах метрах от Палаццо Киджи.

* * *

Витторио, Давиде Ридольфи и Темпеста встретились там незадолго до ужина. Узнав о произошедшем, сенатор и глазом не моргнул, что весьма удивило обоих молодых людей. Постукивая по полу тростью, он сказал только:

– Этот Тициано – мошенник. Все это знают. Вы тоже это знали. Чему вы удивляетесь? У него все рушится, и он пытается удержаться у власти любой ценой. Следовательно, он поручил это дело спецслужбам в лице своего человека, Таверны. Вот еще один из тех, кто создал кучу проблем для Италии. Внутри итальянских спецслужб идет война, кто-то думает о родине, а кто-то – о том, как бы набить себе брюхо. В общем, ничто не ново под луной.

– Да, папа, но он нам угрожает, мы рискуем добрым именем компании…

– Давиде, я тебе уже сказал: все решаемо. Как говорят у нас, на вора нужен вор. Решение мы найдем. И не забывай, что были и другие утечки данных, у серьезнейших компаний, которые от этого вовсе не развалились. К любой проблеме найдется ключик. И потом, что я тебе говорил? Надо дотянуть до завтра. Пусть и Алессандро знает: завтра в американском посольстве вас ждет сюрприз.

Темпеста, нервничая, захотел узнать побольше.

– Сенатор, восхищаюсь вашим спокойствием, но я-то спокойным оставаться не могу. Что будет завтра, можете рассказать хотя бы в общих чертах?

Сенатор поднялся и сказал:

– Ладно, кое-что я вам расскажу. Сегодня вы думаете, принимать ли вам предложение от «Линьдау»… ммм, скажем, что это предложение идет отсюда, – он еще раз стукнул тростью по полу, – а завтра вам сделают предложение из США, которое идет оттуда, – и он ткнул тростью в потолок.

Давиде остолбенел. Эмоциональные качели этого дня, кажется, не собирались останавливаться: от злости и депрессии от угроз премьер-министра до эйфории от рассказанного отцом. Улыбка на его лице стала шире. Темпеста же был растерян. События развивались по сценарию, которого он не предусмотрел. Тихо, почти шепотом, он сказал:

– Почему это на нас посыпались все эти предложения? Мы никогда не говорили, что хотим продать компанию!

– Дорогой мой Алессандро, – ответил ему сенатор, – «Иммортал1» стала колоссом. Началась война за то, кто будет ей управлять. Не сейчас, давно. Сейчас просто все перешли к менее законным методам. Вы слишком большие для слишком маленького государства, и никому не нравится, что у Италии есть такой инструмент. Мне неприятно это говорить, но так обстоят дела. Как ответственный отец семейства, в интересах моего сына и, если позволишь, в твоих, я советую вам продать компанию, прежде чем кто-то захватит ее силой.

Темпеста и Ридольфи слушали его со всем вниманием. Сенатор продолжал:

– Помимо хакерских атак, о которых вы знаете, спецслужбы сообщают об увеличении количества шпионов на нашей территории, особенно в Риме, Милане и Бари. Фактически, во всех основных офисах «Иммортал1». Ставки очень высоки. Иметь доступ к данным целого миллиарда пользователей – значит владеть мощнейшим оружием. Правительства хотят наложить на них руки. Вам никому теперь нельзя доверять, – и тут он вдруг сменил тему: – Кстати, вы же хорошо проверили твою ассистентку, прежде чем взять ее на работу? Как там ее… Екатерина, кажется?

Темпеста подскочил, но потом, из уважения к отцу Давиде, который когда-то и его учил жизни, вежливо ответил:

– Конечно, мы все проверили. Именно потому, что она русская, проверяли особенно тщательно. Доминус подтвердил, что она чиста.

Сенатор замахал руками:

– Хорошо, хорошо. Русские всегда действуют в тени, в деле шпионажа им нет равных. Она русская, но могла бы работать и на иностранные спецслужбы, – на французов, или англичан, или китайцев, кто ее знает! Молодая, умная, ассистентка генерального директора. В общем, отличная шпионка получилась бы. Я вас просто предупреждаю, что следует держать глаза открытыми, и пошире, потому что технологии теперь отошли на второй план, в игру вступила геополитика.

– Да, это понятно. Спасибо за советы, сенатор. Спасибо и за то, что немного нас успокоили. Завтра, как я и обещал Давиде, я приду на гала-ужин в американское посольство. Сейчас же мне надо выяснить, правда ли то, что у нас скачали кучу гигабайтов данных и каких именно данных. Завтра, к тому же, у «Иммортал1» важный день – мы объявим о покупке «Тосканских Биотехнологий». У меня просто голова пухнет.

Витторио Ридольфи понял его состояние.

– Я тебя отлично понимаю. В твоем возрасте я был такой же, мудрость и терпение приходят с возрастом. Утро вечера мудренее. Увидишь, что утром решение найдется.

Темпеста ушел с виа Монтекатини с гудящей головой. Успокоиться ему не удавалось. Прежде чем отправиться на свою виллу в Остии, он позвонил Каппелли, который все еще сидел на работе и занимался анализом хакерской атаки, хотя было уже 20.15.

– Даниэле, есть новости?

– Возможно, шеф, но мне надо еще кое-что проверить.

– У нас украли тридцать семь гигабайтов данных? – спросил Темпеста.

– Да, шеф. Именно так. А ты откуда знаешь? Я целый день потратил, чтобы это выяснить, и никому не говорил.

Темпеста вздохнул:

– Долгая история. Теперь заканчивай и иди домой, ты мало спал в эти дни.

– Но шеф, я почти у цели, – запротестовал Каппелли.

– Нет, Даниэле. Иди домой и отдохни, это в твоих интересах и в интересах компании. Завтра ты будешь в хорошей форме, и раз ты уже близок к решению, на свежую голову оно придет само. Отдыхай, – приказал Темпеста. Он даже нашел в себе силы пошутить: – Ты же знаешь, сколько мне стоят твои сверхурочные?

Каппелли искренне рассмеялся.

– Ладно, шеф. Я понял. До завтра.

* * *

В квартире на третьем этаже Палаццо Киджи официанты в форме накрывали рыбный ужин. Премьер-министр заказал пасту с лососем и жаркое из кальмаров, а также побольше шампанского. Свежая икра прибыла из Азербайджана госрейсом, который Ди Джузеппе использовал в личных интересах, что, впрочем, было для него обычным делом. Официантам было приказано накрыть стол и исчезнуть. На ужин были приглашены Таверна и Федерика, и больше никто.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Иммортал1 (Immortal1, от ит. immortale) – по-итальянски означает «бессмертный» (Здесь и далее – Прим. пер.)

Вернуться

2

Темпеста (Tempesta) – по-итальянски означает «шторм».

Вернуться

3

Этичный хакер – специалист по компьютерной безопасности.

Вернуться

4

Дотторе (dottore) – уважительное обращение к человеку с высшим образованием в Италии.

Вернуться

5

Добрый вечер, месье (фр.)

Вернуться

6

По правде сказать, я не знаю (фр.)

Вернуться

7

Апулия (Puglia) – южный регион Италии.

Вернуться

8

Рисорджименто (Risorgimento) – движение за освобождение от австрийского гнета и объединение Италии в середине XIX века.

Вернуться

9

Пресвитерий – алтарная часть храма.

Вернуться

10

Бриар – нарост на корневище вереска вида Erica Arborea, исопльзуемый для изготовления дорогих курительных трубок.

Вернуться

11

Брера (Brera) – квартал Милана, известный своей богемной атмосферой.

Вернуться

12

Свинг (swing) – вид удара в гольфе.

Вернуться

13

Палаццо Киджи (Palazzo Chigi) – официальная резиденция премьер-министра Итальянской республики.

Вернуться

14

Непотизм (nepotismo) – предоставление должностным лицом преимущества родственникам или друзьям в ущерб делу.

Вернуться