Нина Ахминеева
Пелагея. Преддипломная практика

Глава 1

Зацепившись за шпиль на крыше самой высокой башни Академии магии, пушистое облачко с удивлением рассматривало пустынный двор. Здесь всегда было оживленно, но сегодня царила неестественная тишина: выпускники сдавали последний экзамен.

– Студенты внимание! – разнесся по коридорам грозный голос ректора. – Группа «А» проходит в первую аудиторию. Группа «В» во вторую, ну а Группу «Б» я приглашаю в четвёртую.

Сгрудившиеся в фойе, помятые и растрепанные старшекурсники-выпускники обреченно вздохнули – пытка начиналась. Обмениваясь мрачными взглядами и тяжко вздыхая, студенты разошлись по своим аудиториям.

Негромко переговариваясь, универсалы шли к своей аудитории и мечтали, чтобы опостылевшая учеба наконец-то закончилась. Многие в Академии им втайне завидовали. Эту зависть вполне можно было понять. Универсалы могли очень многое из того, что другим не доступно. Да и перспективы у них гораздо лучше. Однако зависть мгновенно улетучивалась, как только начинались сессии: универсалы сдавали все до единых предметов.

Среди великого множества дисциплин бедолаги изучали ненавистное многим студентам «Лекарское дело». И если на других факультетах обучали этой дисциплине «постольку-поскольку», то им приходилось зубрить предмет от корки до корки.

– А что вы хотели? – грозно хмурил густые брови ректор Академии, слушая недовольных нагрузкой студентов. – Предмет очень важный, а вы – элита нашей Академии. Обязаны соответствовать.

Сегодня универсалов ожидал экзамен именно по этому предмету. Нервно прохаживаясь по коридору, юноши изредка останавливались напротив белоснежной двери с большой, черной буковой «Б». Лихорадочно блестя глазами, они беспрестанно, что-то неразборчиво бормотали себе под нос. Практически для всех «Лекарское дело» очень сложный предмет. Многие обоснованно сомневались, что смогут сдать его с первого раза.

– Сдала! – звонко воскликнула рыжеволосая красавица, высочив из аудитории. – Я сдала, – прислонившись к серой стене, она шумно выдохнула.

Неодобрительный шепоток пролетев над головами юношей, сразу же затих. Искренняя улыбка на губах девушки и счастливый блеск изумрудных глаз, вызвали не радость, но злость сокурсников. Хмурясь, статные парни отводили взгляд и старались не смотреть на единственную на факультете девушку. Лишь некоторые вымученно улыбались, но радости за умницу-красавицу и у них не было.

– Кто бы сомневался, – неодобрительно покосившись на счастливицу, пробурчал темноволосый, худощавый Теймур. – Ты всегда всё сдаешь.

– Теймурчик, ты что? – искренне удивилась девушка. – Да не волнуйся, так. Ты же умница и всё знаешь.

Выдавив из себя неискреннюю улыбку, Теймур отвернулся. Он так же, как и многие студенты жутко завидовал Пелагее – Тильде – Марии – Клоуз. У этой девушки всегда всё шло гладко. За все годы обучения не было ни одного случая, чтобы Пелагея не сдала зачет или экзамен. Пробормотав, что очень неразборчивое, Теймур решительно открыл дверь и вошел в аудиторию.

– Всё будет хорошо, – тихонько сказала Пелагея ему в спину.

Она оправила форменную клетчатую юбку и, не в силах сдерживать радость, вприпрыжку поскакала по широкому коридору.

«Сдала! Я сдала! Всё! Учёба кончилась!» – внезапно остановившись посреди полупустого коридора, она запрокинула назад голову и широко раскинув руки в стороны, закружилась вокруг себя.

Проходящая мимо женщина-педагог, увидев Пелагею, неодобрительно поджала губы и посмотрела с осуждением. Готовая обнять весь мир, студентка настолько была счастлива, что позабыла обо всем на свете. В том числе и удачно забыла о том, что ей по статусу не положено так себя вести.

– Графиня Клоуз! – резкий окрик за спиной мгновенно стер улыбку с лица Пелагеи. Изобразив нужное выражение, она опустила руки и не спеша обернулась.

Невысокий, стройный юноша с незапоминающейся внешностью смотрел на девушку и понимающе улыбался. Не обращая внимание на его улыбку и предчувствуя неприятности, Пелагея сердито нахмурилась.

– Вас ожидает ректор. Сейчас, – многозначительно произнес помощник ректора.

Увидев, как печаль мгновенно омрачила безупречно красивое лицо лучшей студентки, парень посмотрел с сочувствием. Не говоря ни слова, Пелагея плавно развернулась. Обойдя молодого человека, она неторопливо пошла в сторону кабинета ректора. Провожая стройную фигурку долгим взглядом, юноша протяжно и печально вздохнул. Юная графиня давно ему нравилась, но, увы, эта девушка – недостижимая мечта.  Мысленно посетовав на судьбу, парень грустно хмыкнул и отправился по рабочим делам.

***

Негромко постучав в дверь, Пелагея несколько мгновений постояла в ожидании. Услышав приглашение войти, повернула блестящую золотом дверную ручку и уверенно вошла в кабинет ректора.  Едва переступив порог, она тотчас замерла от удивления. Возле стола ректора в мягком кресле сидел темноволосый, широкоплечий мужчина. Увидеть его Пелагея никак не ожидала.

– Папа? Что случилось? – с тревогой поинтересовалась она. – Добрый день, архимаг Крайтон, – вспомнив, что не поздоровалась с хозяином кабинета, приветливо улыбнулась седовласому Магнусу Крайтону

– И тебе доброе утро, Пелагея, – пряча усмешку в густой бороде, поздоровался ректор. – Господин Клоуз прибыл, чтобы поздравить тебя со сдачей последнего экзамена. Ну, не буду вам мешать, – мужчина начал вставать из-за рабочего стола.

Архимаг Крайтон крайне неохотно оставлял в своем кабинете посетителей, но в этом случае был готов сделать исключение. Фердинад Клоуз не только граф и отец лучшей студентки, но и первый советник короля человеческого государства Леонсиса 14.

– Останьтесь, господин Крайтон, – неожиданно произнес Фердинад Клоуз. – Ваше присутствие будет нелишним.

– Как скажете, – пробормотал архимаг, вновь усаживаясь за стол.

– Присядь. На ногах правды нет, – взглянув на дочь, Фердинанд скупо улыбнулся.

Наблюдая за тем, как Пелагея аккуратно присела в соседнее кресло, он прищурился, а после едва заметно поджал губы: разговор предстоял непростой.

– У тебя осталась только преддипломная практика и написание диплома, – не отводя взора от дочери, негромко сказал Фердинанд. – С практикой всё в силе. Будешь проходить во дворце, –  он примолк на миг и проникновенным тоном добавил: –  Получишь диплом, а что дальше? Ты думала?

– Конечно, – не скрывая удивления, Пелагея смотрела на отца. – Ты же знаешь. Я хочу быть целителем. Всегда это говорила…

– Видишь ли, дочь, – Фердинанд бесшумно побарабанил пальцами по подлокотнику кресла, – Твоё желание помогать страждущим очень похвально.  Но ты графиня! – пафосно воскликнул он и сурово посмотрел на девушку – Лечить понос у обычных людей… Не такой жизни я желаю для единственной дочери. Совсем не такой, – нахмурившись, мужчина не отводил от дочери сурового взгляда.

– Почему понос? – изумилась Пелагея. – Я многое умею…

– Я не сомневаюсь в твоих способностях, – быстро отреагировал Фердинанд. – Но прошу не забывать о своем статусе. Ты дочь графа и советника короля.

– Папа, – Пелагея чуть подалась вперед. –  Да, что случилось-то?! Ты мне никогда не запрещал заниматься целительством.  Я всегда говорила, о чем мечтаю… Ты же знаешь, зачем я в Академию пошла учиться, – она с тревогой смотрела в его глаза, искренне не понимая, что случилось. Прежде отец не то чтобы сильно одобрял её мечту, но ведь и не препятствовал в отличие от матери: та категорически запрещала.

– Архимаг Крайтон, – повернув голову, Фердинанд посмотрел на насторожено прислушивающегося ректора. – Как вы полагаете, пристало ли моей дочери лечить язвы да чирьи?

– Кхе-кхе, – громко прокашлялся архимаг. – Бесспорно, у Пелагеи талант к лекарскому делу. У неё есть все данные, чтобы стать великим целителем. Но вы абсолютно правы, господин Клоуз. Дочери советника короля не пристало возиться в грязи. Лекарское дело – очень сложная наука. Это вам не цветочки нюхать, юная графиня! Это боль, кровь и грязь, – грозно сдвинув брови, он нечитаемым взглядом смотрел на Пелагею.

Глядя на Пелагею, архимаг искренне сожалел о том, что сейчас приходится говорить. Девочка действительно очень талантлива.  Да вот только опытный руководитель мгновенно понял, куда клонит советник короля: он явно не желал, чтобы дочь занималась лекарским делом.   Финансирование Академии и собственное благополучие ректора полностью зависело от Фердинанда Клоуза. Архимаг рассуждал здраво и для него было очевидно, кому в данном случае стоит оказать поддержку – не лучшей студентке, но ее отцу.

– Вот видишь, Пелагея, – одобрительно глянув на хозяина кабинета, Фердинанд перевел взгляд на дочь, – Господин архимаг считает, что заниматься целительством тебе не стоит. – Немного помолчав, задумчиво добавил: – Выбор-то, конечно, твой…

– Вот именно! Папочка, я хочу быть целителем. Я столько лет не спала по ночам. Я учила даже то, что не давали по программе, – не отводя взора от отца, она горячечно блестела глазами. – Ну, папа… Ты же меня любишь? – наклонив голову набок, Пелагея лукаво улыбнулась.

– Ну, что с тобой поделать, – усмехнулся Фердинад, – Раз так сильно хочешь, то дерзай, дочь…

– Спасибо, папочка, – вскочив из кресла, девушка подбежала к отцу и крепко-крепко обняла мужчину.

– Дочь, – негромко привлек её к порядку граф. – Мы не одни…

Плавно опустив руки, юная графиня грациозно поклонилась и, попрощавшись, выпорхнула из кабинета ректора. Девушка была в полной уверенности, что последнее слово осталось за ней. Загадочно усмехнувшись, Фердинанд Клоуз встретился взглядом с архимагом. Голубые глаза советника короля больше не были добрыми, но скорее цинично-расчетливыми.

– Моя дочь не будет целителем. Я так решил, – безапелляционно заявил Фердинад. – У меня есть идея, и вы мне поможете, – властно глянув на ректора, он холодно усмехнулся.

– Я к вашим услугам, – мгновенно отреагировал архимаг. – Сделаю всё, что в моих силах…

***

Шумное застолье длилось не первый час. Устало поглядывая на веселящихся студентов, подавальщица снова и снова несла им блюда с едой и напитками. Громкая компания сидела в самом дальнем углу трактира. Эти гости уже порядком женщину измотали: постоянно заказывая еду и напитки, студенты вынуждали ходить туда-сюда.

«Орут-то как, – неодобрительно морщилась подавальщица, слушая громкий гогот студентов, – Зато прилично себя ведут. Не чета постоянным клиентам. Те-то щиплются за что ни попадя. А эти хоть и пьют да орут, но приличные», – сдув с лица длинную челку, она с трудом подняла пухлыми руками тяжеленный поднос. Изобразив на лице дежурную улыбку и призывно виляя крутыми бедрами, в который раз понесла заказ студентам.

– За окончание экзаменов! Да здравствуем мы! – выдав очередной тост, неуверенно стоящий на ногах Теймур шлепнулся на жесткую скамейку.

– Да здравствуем! – весело загалдели пьяненькие студенты. – За последний экзамен! – чокаясь массивными кружками с пивом и расплескивая напиток друг на друга, юноши и девушки искренне веселились. Они были опьянены не только алкоголем, но и счастьем: ненавистная учеба наконец-то закончилась.

– Вот скажи, – прищурившись, Теймур смотрел в лицо, впервые пьющей алкоголь Пелагеи. – Тебе действительно всегда-всегда везет? Или папочка всё решает?

– При чем тут папочка? – безуспешно пытаясь сфокусировать взгляд, Пелагея поморгала. Однако это не помогло: лицо сокурсника продолжало двоиться и расплываться. – Он в мою учёбу не лезет. И не везет мне, – девушка пыталась говорить убедительно, но заплетающийся язык не больно-то в этом помогал. – Я всегда всё рассчитываю и тщательно готовлюсь. Вот, – отпив из кружки пенного напитка, она с изумлением поняла, что вокруг всё начало покачиваться и вертеться.

– А давай пари! – воскликнул Теймур, усиленно делая вид, что нетрезв так же, как и одноклассница.

– А давай! – согласилась внезапно расхрабрившийся девушка. – О чем спорим?

– О том, что ты не сможешь сделать, папенькина дочка, – засмеялся юноша.

Наклонившись над столом, он тотчас начал озвучивать условия пари. Под дружный смех сокурсников белокурая воздушница разбила руки спорящих. Лёгкая вспышка озарила лица Теймура и Пелагеи –  пари заключено.

– Птица, – громко икнув, светловолосый Валентайн Олдридж с трудом поймал взгляд подруги. – Оно зачем тебе надо? Пари же идиотское, – добавил едва слышно.

– Не знаю, – неуверенно пробормотала Пелагея. – Как-то само вышло…

– Времени в обрез, – приобняв подругу за плечи, голубоглазый Аден Олдридж пододвинул к брату-близнецу бокал с пивом. – Допивай и уходим. Нам еще магазин искать…

Хитро прищурившись, Теймур смотрел, как нетрезвая сокурсница в сопровождении братьев Олдридж уходит из трактира. Его настойчиво попросили спровоцировать Пелагею сегодня на пари. Зачем это нужно ректору, Теймур, конечно же, не знал. Однако обещанный диплом с отличием солидная плата за такую малость.  Учился Теймур средне. Не задавая лишних вопросов, пронырливый юноша мгновенно согласился на сделку и выполнил все, что от него требовалось.

***

– Какая прелесть, милый. Ты только посмотри, – разорвал неестественную для зоомагазина тишину хриплый женский голос.

Вынырнув из сладкой дремы, «прелесть» радостно распахнула маленькие глазки и медленно повернула голову на голос.

«О! Похоже, покупатели. Не думала, что так легко будет», – сладко зевнув, Пелагея сонно похлопала жесткими, короткими ресничками.

– Ути боже мой. Какая чудная свинка, – продолжала умиляться дородная женщина, нависнув над витриной и слегка придавив животное грудью. Бесцеремонно потыкав толстым пальцем в живот свиньи, она прищурилась и со вкусом почмокала губами, словно предвкушая гастрономический экстаз.

«Сожрать хочет?» – насторожившись, Пелагея смотрела на подозрительную любительницу карликовых свинок.

Неторопливо выпрямившись, женщина растянула губы в пугающей улыбке и подняла пухлую руку к голове. С невообразимым кокетством поправив на волосах розовое недоразумение, которое лишь с большой натяжкой можно назвать привлекательной, женской шляпкой, жеманно улыбнулась. Судя по тому, как затрепетали её ресницы и розовый румянец окрасил одутловатые щеки, женщина полагала, что в этой шляпке неотразима.

Этот шедевр дизайнерского искусства с узкими рваными полями и двумя куцыми перьями на тулье действительно приковывал к себе взгляд. Сам ли шляпник до такого додумался или кто его научил, но хозяйка этой шляпки точно не могла остаться незамеченной.

Величественно расправив плечи, женщина вытянула руку и пальцем поманила к себе хиленького мужичка, пытающегося слиться с интерьером магазина.

«Видимо, муж. Еще и дрессированный», – не двигаясь, Пелагея внимательно следила за возможными покупателями.

Судорожно сглотнул слюну, мужчина робкими, очень мелкими шажками начал двигаться от стеллажей с кормом в сторону супруги.

– Дорогой. Я хочу эту свинью, – громко и безапелляционно заявила женщина, как только он подошел поближе. – Посмотри, какая толстенькая, – она мечтательно закатила глаза. Помолчав мгновение, восхищенно вздохнула и добавила: – Еще и в шубке. Я такой замечательной шубы никогда не видела, – довольно улыбалась любительница экстравагантных вещей.

«Это да. Иллюзия шикарная вышла», – хмыкнула Пелагея, прекрасно помня о зеленой, лохматой шубе, надежно укрывающей её голенькое тельце от головы и до копыт.

В голове у юной графини жутко гудело. Ей безумно хотелось пить и спать. Зачем заключила это дурацкое пари с Теймуром она сейчас искренне не понимала. В обнимку с братьями-близнецами, Пелагея до поздней ночи бродила по узким улочкам в поисках подходящего для затеи зоомагазина. Так и не найдя ничего лучше, дружная троица завались в ближайший к Академии зоомагазин.

Условия спора Теймур озвучил жесткие. В течение трех часов Пелагею должны…купить. Нет. Конечно же, не в истинном облике. И даже не в образе симпатичной кошечки или птички. Юную графиню и лучшую выпускницу Академии магии должны купить в образе гигантской карликовой свиньи! Безусловно, друзья понимали, насколько мал шанс, чтобы всего-то за три часа, кто-то воспылал желанием приобрести себе свинью.

Мужчины вряд ли купят, а вот женщины – вполне. Поломав голову над тем, как сделать свинью более привлекательной для милых дам, братья-близнецы Олдридж решили, что шуба должна помочь. Ну а лохматой и ядовито-зеленой, сделала ее по собственной инициативе Пелагея.

Довольно хрюкнув, лучшая студентка Академии магии скосила глаза на свою возможную покупательницу и попыталась принять более изящную позу.

«Странная она, конечно, – размышляла Пелагея, продолжая разглядывать массивную женщину, в дурацкой шляпке. – Но не все ли равно, кто купит? Раз ввязалась – надо выиграть. Неизвестно, что эти гады придумают, – предчувствуя подвох от сокурсников, она недовольно скривила морду. Отгоняя мысли о проигрыше, энергично помотала головой из стороны в сторону. – Да и тысяча золотых, точно лишними не будут», – мысленно уговаривала себя, где-то в глубине души чувствуя тревогу.

Осторожно выглядывая из-за крутого бока супруги, мужичок как-то уж больно внимательно приглядывался к животному.

– Дорогая, – тихонько позвал он. – Ты посмотри, как её корчит-то. Ещё и шуба эта… Вот зачем она свинье-то? Ты не думаешь, что эта она того… дефективная? – по слогам выговорил сложное для него слово и с надеждой посмотрел на грозное лицо жены.

– Не думаю, – тотчас отрезала женщина. – Я её хочу! – грозно уперев руки в бока, она буравила взглядом несчастного мужичка.

– Как скажешь, дорогая. Как скажешь. Раз ты хочешь, значит, купим, – молниеносно отреагировал тот. – Эй! Продавец! Мы хотим сделать покупку! – крикнул он, повернувшись в сторону подсобки.

– Это животное не продается! – внезапно прогремел в магазине властный голос.

«Ну нет. Только не он», – опознав обладателя голоса, Пелагея в ужасе содрогнулась. Крепко-накрепко зажмурив глазки, искренне надеялась, что её не узнают, и всё обойдется…

– Господин Крайтон! Как хорошо, что вы так быстро отреагировали на мою просьбу, – защебетала симпатичная девушка-продавец, только что вышедшая из двери подсобки.

С привычной ловкостью обогнув прилавок, продавец (словно боясь, что её перебьют), начала быстро-быстро рассказывать:

– Открываю я, значит, сегодня магазин, господин Крайтон, ни о чем плохом не думаю. Поставила я значит сумку и вышла в зал, проверить наших зверюшек. Мы так каждый день делаем, – говорила она, преданно заглядывая снизу вверх в глаза статного мужчины. – Захожу я, а тут тишина. Это у нас-то! В магазине полном зверушек да птичек. Я к зверушкам, а они все прячутся. Чую, боятся чего-то. Поворачиваю голову, а тут оно. На самом видном месте в витрине лежит, – ткнув для убедительности в мою сторону пальцем, она возмущенно фыркнула. – У нас отродясь таких огромных карликовых свинок не было. И доставки животных вчера не было. Я ж лично заявками занимаюсь. Мне хозяин доверяет, – гордо вскинула голову продавец. – Я и подумала, что это могло у вас сбежать. Ну а откуда ж еще-то такое чудовище может быть-то…– пробормотала она себе под нос. – Только вот как оно в наш магазин забралось, да еще и сумело с собой подушку притащить, я даже и не представляю, – обрисовывая масштабы удивления, продавец широко развела руки в стороны. – Это оно запугало всех животных в магазине! Сидят бедные, трясутся, из норок да гнезд не выглядывают, – напоследок наябедничала противная девушка и сжав губы, смело посмотрела в глаза возвышавшемуся над ней мужчине.

– Спасибо, – холодно обронил ректор. – Вы поступили очень предусмотрительно сразу же, связавшись с администрацией Академии.

– У вас хороший помощник. Он в прошлый раз нам очень помог. Ну, когда ваши некроманты скелет приволокли и оживили, – розовая от похвалы девушка довольно улыбнулась. – А в этот раз вы прям сами прибыли. Спасибо вам огромное!

– Пожалуйста. Это моя обязанность – следить за студентами, – остро глянув на свинью, господин Крайтон глухо кашлянул. – Если что-то ещё случится, вы не стесняйтесь, тотчас информируйте моего помощника. Он обязательно поможет.

Энергично кивая, продавец начала уверять ректора, что всенепременно так и будет поступать.

«Ябеда-Корябеда, – неодобрительно думала Пелагея, слушая рассказ девушки. – Еще и подушка ей чем-то не угодила. А у самой-то все животные… Нервные какие-то!»

Шмыгая симпатичным пятачком, Пелагея вспоминала, как с близнецами выполняла условия пари. На дворе царила глубокая ночь, когда они добрели до магазина. Недолго посовещавшись, нетвердо стоящие на ногах юноши прямо перед дверями наложили на хихикающую Пелагею образ свиньи. Зажав упитанное животное под мышкой, Аден как заправский взломщик открыл дверь и бесшумно проник в помещение.  Неожиданно пошатнувшись, юноша задел плечом стеллаж. Тотчас задребезжав, металлические стойки мгновенно пробудили животных. Грохот клеток и вой перепуганной живности закладывал уши. Морщась от адского шума, Аден быстро посадил гигантскую карликовую свинью на полку в центральной витрине.  Затем, махнув рукой брату, поспешно вышел из магазина.

Под аккомпанемент непрекращающихся криков и звона металлических клеток Вал заботливо подложил свинке под спину подушечку. Откуда он её взял, Пелагея не знала. Тщательно поправив шубку, юноша глубокомысленно заявил, что хоть она и свинья, но все ж таки графская дочь. Искренне пожелав удачи, он ушел следом за братом, оставив подругу один на один с вопящими животными.

Слушая бесконечные крики, у выдержанной Пелагеи к рассвету терпение закончилось. Желая призывать к порядку совсем распоясавшуюся живность, она, чуть усилив голос заклинанием, громко рявкнула. Услышав зловещий рык, животные сразу же поняли, как сильно неправы: мгновенно замолчав, попрятались кто куда.

«Никто зверей не запугивал. Наговаривает, – обиженно сопела Пелагея. – А на подушке и вправду удобнее. Вал прав», – скосив глаза, с благодарностью посмотрела на лежащую под спиной красную подушечку.

– Посмотри, дорогая. У Свиньи-то этой еще и косоглазие, – набравшись смелости, прошептал мужичок.

Впервые за долгие годы, он сам не зная почему, но страстно желал отговорить жену от покупки. Это животное вызывало в его душе тревожное предчувствие неумолимо надвигающейся беды. Предчувствие, почти такое же, как в тот день, когда он женился.

Сощурив глаза, женщина презрительно хмыкнула. Переведя взгляд с тоскливо-печального лица мужа на невозмутимого ректора Академии магии, она уперла руки в полные бока и с угрозой в голосе заявила:

– Я хочу это животное, – многозначительно помолчав, она повысила голос и повторила: – Я хочу! – сведя брови к переносице, женщина громко топнула туфлей по полу.

– Дорогая, только не нервничай. Не нервничай, – испуганно залепетал ее муж, привычно втягивая голову в плечи.

– Нет, – твердо произнес господин Крайтон.

Утратив интерес к диалогу, он отвернулся от любительницы свиней в шубах и цепко подхватил свою проштрафившуюся студентку под толстенькое брюшко.

– Доигралась, Пелагея, – леденящим душу шепотом, неожиданно сообщил господин Крайтон.

В это мгновенье все наивные мечты девушки, что в этом образе ректор её не узнает, пошли прахом.

– Хрю, – печально протянула свинка.

Понимая, что сейчас лучше иметь вид покорный да жалобный, юная графиня чуть высунула розовый язычок и закатила глаза.

«Может, пожалеет и прямо сейчас отпустит?» – наивно надеялась на чудо лучшая студентка Академии.

– Что вы делаете?! –  внезапно возмутилась несостоявшаяся покупательница. – Вы ж животинку-то мучаете! Гляньте, как ей плохо. Продайте ее мне. Мне она правда нравится, – плотоядно улыбнулась женщина, заставив свинью невольно вздрогнуть.

– Увы. К сожаленью, это не продается, – отчетливо произнес господин Крайтон.

– Дорогая! Я куплю тебе все, что только ты захочешь! – поняв, что покупке не бывать, заорал от радости во все горло мужчина. – Выбирай! Хочешь вот эту зеленую в пупырышках, птичку? Или вот эту лысенькую собачку? – взяв обиженно сопящую женщину под локоток, он мягко направил супругу к стеллажу с клетками экзотических животных.

Проследив взглядом за его маневром, Крайтон понимающе усмехнулся. Перехватив свинью поудобнее, он прошептал заклинание и, сделав замысловатый жест, открыл портал.

Глава 2

Как только Магнус Крайтон вышел из портала, его взгляд сразу же зацепился за громадную кучу бумаг на рабочем столе. Обреченно вздохнув, он аккуратно раздвинул документы.  Ссадив поросенка на свободное от документов пространство, сел за стол.

Уныло опустив голову, гигантская карликовая свинья безропотно сидела на столе самого архимага Магнуса Крайтона. Откинувшись на спинку удобного рабочего кресла, ректор машинально барабанил по столу пальцами. Пряча язвительную усмешку, он разглядывал печальную морду свиньи.

– Посмотри на меня, – неожиданно потребовал архимаг.

Понимая, что особого выбора нет, Пелагея осторожно приподняла голову и покосилась на ректора.

«Может, наказания не будет?» – она жалобно хрюкнула и просительно посмотрела в глаза архимага.

Усмехнувшись, Магнус Крайтон, нарочито медленно поднял руку и ловко щелкнул пальцами. Тут же резкая вспышка озарила призрачно-зеленоватым светом хрюшку.  Мгновенно зажмурившись, та замерла недвижимо.

– Слезь со стола, – спустя несколько мгновений спокойно попросил ректор, глядя на блестящие туфли Пелагеи.

Архимаг вполне справедливо полагал, что сидящая среди документов на его рабочем столе студентка странновато смотрится. Быстро спрыгнув со столешницы, красная от смущения Пелагея, тщательно оправила форменную клетчатую юбку. Взглянув на мужчину чистейшего изумрудного цвета глазами, она вымученно улыбнулась.

– Скоро прибудут твои родители, – сообщив тревожную для девушки новость, господин Крайтон начал аккуратно складывать в стопку разбросанные по столу листы. – Я был обязан сообщить о твоем проступке отцу, – не глядя в глаза Пелагее, холодно добавил он.

«Родители?! О богов…» – мысленно застонала Пелагея.

Не обращая на понурую студентку внимания, архимаг тщательно подравнял края документов. Взяв верхний, принялся внимательно изучать. Нервно пригладив ярко-огненную шевелюру, Пелагея в тревожных размышлениях переминалась с ноги на ногу возле стола ректора. В могильной тишине, богато обставленного кабинета едва слышно поскрипывала ручка архимага.

Прождав бесконечно долго, Пелагея наконец-то осмелилась посмотреть на сидевшего за столом мужчину. Наклонив голову и хмурясь, он сосредоточенно заполнял какие-то таблицы. Совсем не к месту девушка невольно залюбовалась новомодной ручкой ректора. Неожиданно архимаг резко поднял голову. Посмотрев студентке в глаза, он негромко хмыкнул.

Тяжко вздохнув, Пелагея потупила взор и негромко произнесла:

– Господин ректор… Мне очень жаль, что так получилось. Я понимаю, что совершила проступок.

– Не сомневаюсь, что знаешь, – холодно ответил Магнус Крайтон. – Не ожидал от тебя, Пелагея. Не ожидал. Ты дочь советника короля! Одна из лучших выпускниц и такое, – неодобрительно покачав головой, он вновь вернулся к своим таблицам. – Твой отец будет крайне недоволен, – не поднимая взгляда от бумаг, без эмоционально сообщил ректор.

Не зная, что ответить, Пелагея опустила голову и грустно вздохнула. Медленно отойдя от стола, присела на один из стульев. Ожидая родителей, девушка мысленно корила себя и испытывала нешуточный стыд. Неожиданный стук в дверь заставил Пелагею вздрогнуть. С тревогой посмотрев в сторону входа, она тотчас увидела стоящего на пороге кабинета помощника архимага и судорожно сжала пальцы. Пелагея отчетливо понимала: расплата за шалость неумолимо приближается.

– Господин Крайтон, – уважительно склонил голову помощник ректора, – Супруги Клоуз прибыли…

– Проси, – быстро ответил архимаг и отложил ручку.

Кинув на Пелагею сочувственный взгляд, юноша широко распахнул дверь. Смотря куда-то вглубь приемной, он хорошо поставленным голосом, торжественно произнес:

– Господа, Архимаг Крайтон вас ожидает.

Супруги Клоуз были на редкость гармоничной парой. Оба темноволосые, высокие, статные, они с первого мгновения всем своим видом давали понять всем и каждому – мы потомственные аристократы. Зайдя в кабинет ректора, высокопоставленные дворяне лишь коротко взглянули на виновато опустившую голову дочь. Не выказывая эмоций, супруги Клоуз величественно поприветствовали ректора. Привстав из-за стола, архимаг доброжелательно поздоровался и, сделав широкий жест в сторону шикарного кожаного дивана, предложил родителям Пелагеи присесть. Коротко улыбнувшись, Фердинад Клоуз вновь бросил мимолетный взгляд на дочь: ссутулившись и понуро опустив рыжеволосую голову, она сидела в самом дальнем углу, всем своим видом показывая, как ей стыдно.

С абсолютно бесстрастным выражением на лице, бесшумно ступая дорогими туфлями по пушистому ковру и галантно придерживая супругу под локоть, Фердинанд не спеша подошел к дивану. Строго следуя принятым в светском обществе правилам, помог супруге присесть. Убедившись, что ей удобно, пристально посмотрел на дочь и сурово поджал губы.

«Беда будет», – тотчас поняла Пелагея. Не поднимая головы, она как-то умудрялась наблюдать за отцом.

Слегка поддернув темно-синюю ткань идеального кроя брюк, мужчина опустился рядом с супругой и завел с архимагом неспешный светский диалог. Изящно скрестив щиколотки и привычно сложа руки, стройная, темноволосая Тильда Клоуз внимательно слушала разговор супруга с архимагом. Не произнося ни слова и чуть склонив голову набок, она казалась самим воплощением женственности и грациозности. За долгие годы супружеской жизни Фердинанду Клоузу никогда не было стыдно за манеры и поведение супруги.

– Я искренне рад вас видеть, Магнус, и с удовольствием продолжил бы с вами беседу, но сейчас мне хотелось бы поговорить с дочерью, – Фердинанд Клоуз посмотрел на дочь. В его глазах читалось неприкрытое разочарование.

Нервно покусывая губы, Пелагея подняла голову. Встретившись взглядом с отцом, она судорожно вздохнула: сомнений больше не было. Её ждут проблемы. Большие проблемы…

– Твой поступок недопустим, – отчетливо произнес Фердинанд. – Мы с мамой не знаем, что ты еще можешь выкинуть. Опорочить своими выходками имя нашего рода я тебе не позволю, – прищурившись, он не отводил взора от лица дочери. – Посоветовавшись с мамой, мы приняли решение. Ты выйдешь замуж.

«Что? Как такое может быть? – не веря тому, что слышит, Пелагея изумленно смотрела на отца.

– Практику будешь проходить не во дворце, как планировали, но в другом месте, – меж тем холодно продолжил говорить Фердинанд Клоуз. – Я не хочу рисковать своей репутацией, – выдержав многозначительную паузу, он добавил: – Завтра поедешь к вампирам в Жабью глушь. После окончания практики сразу же выйдешь замуж, – не опуская взгляда, он смотрел на дочь холодно и жёстко.

Опустив взор, Пелагея сидела недвижимо.  Спустя пару мгновений, она посмотрела на отца и хрипло поинтересовалась:

– И кто кандидат в мужья?

Усмехнувшись, Фердинанд Клоуз взял ручку жены и с нежностью поцеловал её пальцы: на этот вопрос должна ответить Тильда. Замужество дочери полностью её идея.

– Граф Максимилиан Лавери, – улыбнувшись мужу, мелодичным голосом сказала Тильда Клоуз и грациозно склонила голову набок. – Он давно просит твоей руки. Мы с отцом подумали и решили, что он наилучшая для тебя партия.

– Только не он. Нет, – прошептала с искренним ужасом Пелагея.

– Да! – твердо ответил Фердинанд Клоуз. – Сейчас иди к себе и собирай вещи. Ты уезжаешь на практику, а мы будем готовиться к свадьбе. Твоему будущему мужу мама уже написала о нашем согласии.

Встав со стула, Пелагея медленно пошла к выходу из кабинета. Она понимала, что всё сказанное отцом так и будет. Но до конца не верила. Просто не могла поверить, что любимый и любящий отец, так ужасно мог с ней поступить. Остановившись у самой двери, девушка взялась за ручку и, не удержавшись, с мольбой в глазах посмотрела на отца.

Встретившись с единственной дочерью взглядом, Фердинанд Клоуз отрицательно покачал головой. Разбивая на мелкие осколки абсолютно всё мечты своей дочери, мужчина исполнял волю супруги, которая носила под сердцем сына. Фердинанд Клоуз давным-давно мечтал о наследнике. Он полагал, что беременную Тильду не стоит нервировать. И раз она так упорно желает, чтобы их дочь сразу же после Академии вышла замуж, то так тому и быть.

Старательно делая вид, что это семейное дело и его оно не касается, Магнус Крайтон изучал свое отражение в блестящей столешнице. Ему было жаль такую талантливую выпускницу. Но…Магнус Крайтон очень дорожил своим местом и расположением первого советника короля.  Пряча довольную улыбку, архимаг думал о возросшей благосклонности к нему лично графа Колуза и о существенной прибавке к жалованию, которую теперь будет получать.

Не прощаясь, Пелагея вышла из кабинета. Аккуратно закрыв за собой дверь, прижалась спиной к стене. Одна только мысль о будущем муже вызывала у красавицы отвращение. Та, их единственная встреча, до сих пор осталась в ее памяти.

Два месяца назад, на одном из так нелюбимых званых ужинов, Пелагея скромно стояла в сторонке. Размышляя об учебе и блистательной карьере целителя, она не обратила внимания, когда к ней подошел пожилой граф. Почувствовав неприятный запах, резко повернула голову и тотчас увидела его. Похожий на старую черепаху, крайне неприятный мужчина подошел неприлично близко.  Жадно шаря по ее фигуре взглядом, он прошептал на грани слышимости:

– Такая юность. Такая красота и свежесть. Век бы любовался и трогал, –  тихонечко и с наслаждением застонав, он облизнул тонкие, бесцветные губы. Помолчав, громче добавил: – Граф Максемилиан Лавери. Я к вашим услугам, юная прелестница.

Тотчас бесцеремонно взяв Пелагею за руку, Лавери мучительно долго слюнявил ей пальцы в приветственном поцелуе. А затем, полностью пренебрегая приличиями, склонился к ее ушку. Обдав зловонным дыханием, дребезжащим, старческим голосом сообщил, что готов ее осчастливить и взять в жены.

Шокированная перспективой такого брака, Пелагея не смогла промолвить ни слова, но лишь кривовато улыбнулась. С трудом улизнув от отвратительного мужчины, она торопливо подошла к маме. Старательно сдерживая эмоции, звенящим от напряжения голосом рассказала Тильде Клоуз о предложении графа.

– Это же полный абсурд, – блестела от возмущения глазами Пелагея. – Он старый и противный. Мама, ты представляешь, Лавери говорит, что будет счастлив взять меня в жены. Но он же мне в дедушки годится!

– Максимилиан Лавери очень обеспечен. Он не старый, а опытный и взрослый. Граф просто идеальный кандидат для тебя, – выслушав дочь, неожиданно и абсолютно серьезно сообщила Тильда Клоуз.

С искренним изумлением посмотрев на мать, Пелагея не знала, что ответить. Она настолько растерялась, что просто-напросто потеряла дар речи. Больше с мамой на эту тему они не разговаривали. В семье Клоуз все решения принимал Фердинанд Клоуз. С той памятной встречи прошло два месяца.  Отец ни разу не говорил о возможности брака с Лавери. Умница и красавица Пелагея была уверена, что даже если мама и желает этого брака, то папа никогда не отдаст любимую дочь мерзкому старикашке.

Дурацкое пари…

Глядя остекленевшим взглядом на снующих по коридору веселых студентов, Пелагея не реагировала на приветствия. Прикрыв глаза, она беззвучно плакала: все мечты рухнули. Жизнь кончилась.

Глава 3

Устроившись на мягком диване, Пелагея с Валентайном сидели в общей комнате магов-универсалов. Полтора часа назад бледная как мел Пелагея зашла к близнецам в комнату. Скупо сообщив, что проиграла пари, она опустила взгляд и добавила, что из магазина её забрал лично ректор.   Прислонившись плечом к дверному косяку, девушка упрямо игнорировала все вопросы друзей.  Поняв, что Пелагея сейчас больше ничего не расскажет, Аден умчался решать вопрос с проигрышем. Грустно улыбнувшись, Вал взял за ладошку подругу. Не задавая ненужных вопросов, он привел её в общую комнату универсалов.

Усадив на диван, юноша аккуратно сел рядом. Не зная, как развеять печаль подруги, он просто молчал. Птичка впервые ввязалась в пари и сразу проиграла. Как её утешить, Валентайн пока не знал. То, что ректор наказал Пелагею, он не сомневался, но как именно пока было неясно. Подруга упрямо молчала.

«Где они бродят? Давно должны быть здесь. Видимо, облик придумывают», – меланхолично размышляя, Валентайн аккуратно перебирал длинные волосы непривычно тихой Пелагеи.

Прислонив голову к плечу друга, она печально вздыхала и водила пальчиком по обивке дивана, повторяя узор рисунка.

– Мд-а, – неожиданно, впервые за час, едва слышно подала голос Пелагея.

– Птичка, ты чего?  – Вал легонько растрепал кудри девушки. – Ну, проиграла и проиграла. Кто ж знал, что продавщица ректору настучит? Эй! Ну, ты чего? – он слегка потормошил девушку за плечи. – Или ректор, так сильно наказал? –  он замер в ожидании ответа.

– Проигрыш, это не беда, – вяло ответила Пелагея. Помолчав, с безграничной грустью в голосе добавила: –  Наказали меня крайне изощренно.

– Расскажешь? Я ж не могу тебе помочь, не зная, что стряслось, – Валентайн немного отстранил от себя девушку.

Заботливо и бережно держа Пелагею за плечи, он с тревогой смотрел ей в глаза. Юноша чувствовал вину за то, что подруга так глупо попалась ректору. Они с братом были обязаны всё-всё хорошо продумать, прежде чем выбирать магазин!

«Ну, ладно брат не подумал. Но я-то, как мог такую глупую ошибку допустить? Что же у тебя произошло-то? – озабоченно нахмурившись, Вал вглядывался в застывшее от горя лицо подруги. – Отчислить точно не могли. Как же тебя наказали, чтобы так переживать?» – услышав шаги, он быстро повернул голову и коротко улыбнулся вернувшемуся брату.

Быстро пройдя через гостиную, Аден плюхнулся на диван и вытянул длинные, мускулистые ноги.

– Сейчас придут, – сообщил он. Посмотрев на Пелагею, грозно свел брови и поинтересовался: – Кого хороним?

Валентайн пожал плечами и осторожно привлек к себе Пелагею. Тотчас уткнувшись в рубашку друга, девушка начала тихонько всхлипывать.

– Что происходит, Птичка? Скажи нам. Мы обязательно найдем выход, – ловко встав, Аден мгновенно присел на корточки у её ног.

Подняв голову, Пелагея посмотрела мрачным взглядом на братьев.  Машинально поправив волосы, она вымученно улыбнулась.  Встревоженно переглянувшись, братья-близнецы с неподдельной тревогой смотрели на подругу.

Переведя взгляд в угол комнаты, Пелагея горько усмехнулась и произнесла с пугающим безразличием в голосе:

– Меня замуж выдают. За Максимилиана Лавери. Как только закончу Академию.

Удивленно присвистнув Аден, вопросительно посмотрел на брата. В светских кругах братья Олдридж не раз встречались с этим престарелым, мерзким ловеласом и были прекрасно осведомлены, что из себя представляет граф.

– Ректор же не имеет права, – Валентайн нахмурившись смотрел на подругу. –  За тебя по закону родители отвечают. Надо им срочно сообщить и наш архимаг мигом вылетит за самоуправство из академии.

– Да не ректор это. Придумал тоже, – поморщилась Пелагея. – Он родителей вызвал. Это они меня так наказали.

– Ага. Родители значит, – задумчиво протянул Вал и поскреб пальцами подбородок. – Ты сильно-то не впадай в уныние. Я обязательно что-нибудь придумаю. Ты же мне доверяешь?

– Да, – спустя несколько минут прошептала Пелагея и с надеждой посмотрела на друга.

Погладив ее по волосам, Валентайн с удивительной теплотой в глазах легонько щелкнул девушку по носу. Невольно засмеявшись, Пелагея легонько шлепнула его по ладони.

– Умничка. Давай-ка прекращай себя накручивать, – с деланным весельем, произнес Аден. – Мы обязательно всё разрулим. Но! Сейчас с тебя придут проигрыш требовать. Выше нос, сестренка. Нельзя показывать слабость, ты же знаешь, –  он внимательно посмотрел на Пелагею и негромко пробормотал себе под нос: – Особенно этим.

Тотчас выпрямив спину, Пелагея привычными жестами, пригладила волосы. Со спокойным достоинством посмотрев на друга, приветливо улыбнулась. От былого уныния не осталось и следа. Одобрительно кивнув, Аден внезапно насторожился.  Поднеся палец к губам, боевик Аден призывал к молчанию. Не мешкая он сел рядом с Пелагеей и принял расслабленную позу. Через пару мгновений в комнату ввалились семь разнополых студентов. Весело переговариваясь, они тотчас направились к сидящим на диванчике друзьям.

– Так, так, так, – устремив взгляд на Пелагею, низенький, с типичной внешностью «ботаника» студент-сокурсник довольно потер руки. – Ты проиграла! – с широкой улыбкой озвучил он очевидное.

– Бывает, – безразлично отозвалась Пелагея. Не выказывая тревоги, она сидела с абсолютно спокойным видом.

– Условия пари, были у нас какие?! Я, как свидетель спора напоминаю сторонам, – начал торжественно говорить маленький, щуплый парнишка-воздушник. – Пелагея, находясь в зоомагазине в облике свиньи, должна была быть куплена до утра. В случае проигрыша, она в течение месяца обязуется ходить в том облике, который ей придумает Теймур. До истечения месяца самостоятельно снимать облик или просить кого-то она не имеет права.

– Верно. Истину глаголешь, студиоз Фил, – спокойно сказал Аден, переводя взгляд с одного студента на другого.

– Про выигрыш, который получила бы Пелагея, а это аж тысяча золотых монет, мы говорить не будем. Почему?  – он хохотнул – Да потому, как Пелагея проиграла, а Теймур выиграл, – блестя белоснежными зубами, парень продолжал веселиться. Внезапно перестав улыбаться, он с наигранной печалью вздохнул и добавил: – Жаль, конечно, что Теймуру золота не причитается, но зато повеселимся все знатно.

– Давно пора эту выскочку на место поставить, – презрительно разглядывая Пелагею, процедила длинноногая блондинка-воздушница.

Это она разбивала руки спорящих и сейчас презрительно кривя пухлые губки, откровенно злорадствовала. Будучи из обычной семьи и очень слабеньким магом воздуха, девушка была рада поучаствовать в наказании "родовитой выскочки».

«Плохая штука –  зависть. Для цвета лица и здоровья вредная», –  думала Пелагея, с усмешкой разглядывая воздушницу.

Стоящие рядом с воздушницей две пустоголовых девицы, имен которых никто в комнате и не помнил, глупо захихикали. Призывно поглядывая на мускулистых парней (следом за которыми они сюда и примчались), девушки хлопали ресницами и вытягивали чересчур пухлые губы "уточкой".

– Я не хорошая и не плохая. Я добрая в злую полоску. И я тебя услышала, Василиса, – с очень нехорошим блеском в глазах, Пелагея многообещающе посмотрела на воздушницу.

Пряча испуг, Василиса тотчас отвернулась. Передернув красивыми плечами, она демонстративно и презрительно фыркнула. Затем, посмотрев томным взглядом на высоченного, крупного парня, нежно дотронулась до его локтя и с придыханием промурлыкала:

– Майлик, зайчик мой, что вы там с Теймурчиком для этой неудачницы придумали?

– Тебе понравится, крошка, – довольно осклабился темноволосый маг-боевик Майл. – Всё для тебя. Она долго из комнаты не выползет!

Многозначительно посмотрев на Василису, он перевел взгляд на сидевшую с гордым видом Пелагею. Нарочито долго разглядывая девушку, парень скользил бесцеремонным взглядом по точёной фигурке. Задержав взгляд на девичьей груди, он внезапно похабно расхохотался.

– Эй, организм, – негромко позвал Аден. – Ты потерял список кого бояться? Тебе напомнить? – опасно блестя глазами, он угрожающе подался вперед.

– Зверь, ты чего? – смутился Майл. – Я ж так… Посмеяться уж нельзя.

– Думай, что говоришь и на кого смотришь, магикус не довинченный! – прищурил полыхающие яростью глаза Аден.

– Думаю он все понял, Аден, – спокойно произнесла Пелагея. – Теймур! Давай уже заканчивать.

Грациозно встав, она сделала несколько шагов к центру комнаты и остановилась в ожидании. Тотчас по обе стороны от девушки встали братья-близнецы Олдридж. Едва заметно улыбнувшись, она смело взглянула на Теймура.  Нахмурившись, братья-близнецы сурово взирали на юношу.

– Оу, –  с испугом пробормотал Теймур. – Да я сильно-то, усердствовать и не планировал. Так чуть-чуть развлечься. Ты Пелагея, если, что не серчай. Спор есть спор, – пряча ехидную усмешку, преувеличенно бодро добавил он.

Бросив взгляд на улыбающуюся в предвкушении Василису и застывшего рядом с ней Майла, Теймур кивнул: он подтвердил – договоренность в силе. Закрыв глаза, парень начал нараспев произносить заклинание. Медленно вытянув перед собой руки, он с трудом выговаривал сложные слова и одновременно выписывал ладонями замысловатые фигуры. Яркие вспышки, следуя одна за одной, озаряли невозмутимое лицо Пелагеи.

– Да будет так, сроком тридцать дней! –  торжественно произнес Теймур, завершая ритуал смены облика.

Последовавшая за его словами яркая вспышка света на миг ослепила студентов. Удовлетворенно вздохнув, Теймур с некоторым испугом уставился на свое творенье. Юноша и сам не ожидал, что немного модифицированное заклинание даст такой результат.

– Ох ты ж, – глядя на Пелагею, выругался изумленный Фил. – Это не смешно, Теймур. Ей же практику проходить. Как она с таким видом по улице будет ходить?!

– Гад ты, Теймур, – отчетливо произнес Валентайн, с состраданием глядя на изменившееся лицо подруги.

– Морду бьем? – деловито поинтересовался Аден, привычно растягивая боковые мышцы шеи.

– Мальчики, не надо, – негромко попросила Пелагея. – За проигрыш надо платить…

– Просто ты себя еще не видела, – пробормотал Аден

– Ну, прощай, красотка! – визгливо засмеялась очень довольная Василиса. – Век бы на тебя любовалась, да боюсь, стошнит! – взяв под локоть ехидно улыбающегося Майла и виляя бедрами как последняя уличная девка, Василиса пошла к выходу из комнаты. Следом за ней, негромко смеясь и шушукаясь, потянулись к выходу остальные.

Немного сожалея о содеянном, Теймур почесал затылок. Он прекрасно понимал, почему согласился выполнить просьбу ректора: желание получить вожделенный и абсолютно незаслуженный диплом было основным. Но была еще причина. Юноша жутко завидовал талантливой сокурснице. Сам он, увы, особым мастерством и упорством не обладал.  Вот и сейчас, кардинально изменив облик Пелагеи, парень не мог проследить, когда именно она снимет образ. Никакого наказания за это Теймур применить к Пелагее не мог – силенок не хватило.  Разумеется, об этом он умолчал. В данное ею слово чести юноша особо не верил, ибо сам с легкостью отказывался от своих обещаний.  Впрочем, чтобы получить удовольствие Теймуру не обязательно, чтобы Пелагея ходила такой целый месяц! Ему хватит предвкушений от того шока, что испытает девушка, едва увидев себя в зеркало.

Язвительно усмехнувшись и небрежно кивнув на прощанье, Теймур величественно выплыл из комнаты.

Успев схватить за рукав рванувшегося следом Адена, Пелагея   тихонько сказала:

– Не надо. Я проиграла. Он вправе.

Спустя несколько долгих мгновений и усиленно избегая смотреть на подругу, Аден тихо произнес:

– Сильно-то не расстраивайся. Всего месяц такой походить.

– Ага, – деланно бодро согласился Валентайн, – Недолго.

– Что ж там такое-то?! –  нервно поинтересовалась Пелагея. – Вы меня пугаете…

Переминаясь с ноги на ногу и стараясь не смотреть на Пелагею, братья неуверенно переглядывались. Они не знали, что ответить девушке: выглядела она кошмарно.

Глава 4

– Да, что ж такое-то?! Теймур спятил? Как я с таким лицом буду ходить?! – не сдерживая эмоций, громко возмущалась Пелагея, изучая свое отражение в зеркале.

Темно-зеленые, с редкими прядями цвета весенней травы волосы обрамляли блиноподобное, покрытое мелкой чешуей лицо. Лишенные ресниц веки прикрывали безобразно выпученные глаза с красными зрачками и голубой сеточкой на белках. Аккуратный носик заменили две отвратительные дырки.  Осторожно потрогав мягкие, зеленовато-голубые чешуйки на лице, она вздрогнула от отвращения.

– Еще и рога. Будто остального мало, –  прошептала Пелагея, аккуратно ощупывая растущие на лбу маленькие красные рожки.

Сжав в тонкую ниточку синюшные губы, она с раздражением отвернулась от зеркала и прошла к своей кровати. Увидев призывно открытый, но все такой же пустой чемодан, Пелагея тяжко вздохнула. Заправив зеленые волосы за громадное ухо, она решительно переложила чемодан на край кровати (поближе к шкафу). Взяв первую попавшуюся кофточку, тщательно сложила и положила на дно чемодана.

«Что там у вампиров носят? Впрочем, какая мне уже разница. Пара штанов да рубах, и сойдет», – угрюмо думала Пелагея, продолжая доставать из шкафа и аккуратно укладывать в чемодан то, что первым попадалось в руки.

– Птица, открывай! – неожиданно услышала она знакомый голос из-за двери.

Быстро взглянув на запертую дверь, Пелагея молча присела на край кровати. Сложив ладошки на коленях, негромко ответила:

– Давай позже.  Не до разговоров мне сейчас.

– Девушка-красавица без ужина сидит! Где такое видано, чтобы юные красотки голодные сидели? Птица, открывай-а-а-й. Еда пришла! – продолжал голосить из-за двери Аден.

«Не отстанут ведь», – раздраженно подумала она и неохотно встала с кровати

– Где ты красавицу увидел? – сердито произнесла Пелагея, широко распахивая дверь.

– Прямо напротив меня стоит, – тотчас заявил ничуть не обескураженный Аден. – Заходим, –  скомандовал, стоящему за спиной брату. Подмигнув Пелагее, он аккуратно отодвинул девушку широким плечом. – Посторонись, сестренка. Обнимашки сейчас отменяются. У нас руки заняты, – весело говорил Аден.

Осторожно неся поставленные друг на друга тарелки, братья-близнецы прошли в маленькую комнату. Торжественно поставив тарелки на стол, с видимым облегчением уселись на стулья.

– Угощайся, сестренка, – взяв красное яблоко с одной из тарелок, предложил Аден. Сочно хрустнув фруктом, юноша лукаво посмотрел на всё ещё стоящую возле дверей Пелагею.

– Не хочется, –  пробормотала она.

Закрыв дверь, Пелагея прошла по комнате и села на кровать.  Слегка сутулившись, она тихонько вздохнула и зажала ладони меж коленей.

– Так плохо? – понимающе спросил Валентайн

– Да, – едва слышно отозвалась Пелагея. – Как представлю этого графа, сразу сдохнуть хочется, – она криво усмехнулась.

В глубоком молчании друзья сидели, каждый думая о своем. Лишь хруст яблока, которое продолжал методично уничтожать Аден, нарушал тишину.

– Так странно, – внезапно прозвучал голос Пелагеи. – Отец всегда говорил, что у меня есть права выбора своего пути. А на деле… Ложь всё! – блеснув ярко-красными глазами, она с раздражением убрала зеленые пряди с лица.

– Прав не дают, права берут. Человек должен сам себе завоевать права, если не хочет быть раздавленным грудой обязанностей, – неожиданно многословно сказал Валентайн.

– Есть идеи, брат? – c настороженно посмотрел на него Аден

– Да, – лаконично ответил Валентайн. – Всё же очевидно. Ты сам ещё не догадался?

Покосившись на брата-близнеца, Аден едва заметно кивнул и покатал по столу очередное яблоко. Несмотря на то, что один из них был некромантом, а второй боевиком, близнецы практически всегда угадывали, что задумал брат. Вот и сейчас юноши мыслили в одном направлении.

– Птичка, а ты совсем-совсем против брака? – невинно поинтересовался Аден.

Преувеличенно внимательно разглядывая несчастный фрукт, он усиленно делал вид, что задал вопрос из простого любопытства.

– Я бы так не сказала, – задумчиво произнесла Пелагея. – Мне хотелось бы, конечно, и семью, и детей. Но это в далеком-далеком будущем, – глубоко вздохнув, спустя мгновение добавила: – Брак с Лаверти – не просто союз с мерзким мужчиной, но конец всем моим мечтам, – замолчав, Пелагея грустно усмехнулась: – Возможно, это глупость, но мне кажется, что от вынужденного союза с графом меня спасет только брак с другим, – поджав тонкие губы, она мрачно посмотрела на друзей.

Озорно блестя глазами, братья обменялись многозначительными взглядами.

– Вот только не надо предлагать ваши кандидатуры, – молнией взметнулась с кровати девушка и тревожно заходила по комнате. – Вы оба мне как братья! Пожалуйста! Я не хочу ни за кого из вас замуж.

– Если ты думаешь про меня, то это плохая идея, Вал, – тотчас заявил Аден.  – Я Птицу люблю, но как сестру. Я не смогу, – юноша отрицательно покачал головой.

– Да и я не смогу, – фыркнула от такой перспективы Пелагея. – Я ж его прибью!

– Чей-то? – подозрительно прищурился Аден

– Той-то! – передразнила его девушка. – Ты гулять будешь, – уверенно заявила она.

– Буду, – кивнул Аден. – Девушек я люблю… разных! – он мечтательно закатил глаза и почмокал губами.

– Придурашный, – с облегчением засмеялась Пелагея. – Вал, а ты… Ты только не обижайся, но с тобой мне будет скучно, – багровый румянец пробился сквозь аквамариновую чешую на её щеках.

– Солидарен с твоим мнением, – широко улыбнулся Вал. – Как супруги мы определенно друг другу не подходим. Я тут подумал… –  оборвав себя на полуслове, он в раздумьях почесал затылок.

– О чем? – c робкой надеждой спросила она.

– О твоем замужестве. Тут надо всё хорошо рассчитать. Ошибки быть не должно, – задумчиво ответил Вал. – Послезавтра скажу.

– Послезавтра я скорее всего уже буду у вампиров.

– Не сразу же, – усмехнулся Валентайн

– Ага, – торопливо согласился с братом Аден. – Мы тебя проводим до границы эльфов с вампирами. Одну не бросим. Ты ж у нас неприспособленная к путешествиям. Ещё и с таким лицом…

Опустив голову и закрыв чешуйчатое лицо зелеными волосами, девушка обиженно засопела. Пелагея понимала, что Аден прав. Она бывала иногда немного рассеянной и задумавшись могла уйти не туда, куда надо. Братья об этом, конечно же знали.  Беззлобно шутя, юноши старалась, чтобы подруга всегда была под присмотром.

– Я решил, что ты не сильно желаешь попадаться на глаза ректору и сам зашел, – деловито сообщил предприимчивый Вал. – В общем, твои сопроводительные документы уже у меня… Поздравляю! У тебя самая шикарная тема диплома: порталы в государстве вампиров, – тихонько засмеялся он.

Выпучив и так огромные глаза, Пелагея удивленно спросила:

– Какие порталы у вампиров? Архимаг так изысканно изволил поглумиться?  На их же территории порталы не работают!

– Вот именно, – скривился Валентайн. – Видимо, наш ректор шутить изволит. Твоя дипломная работа будет в два предложения: у вампиров порталы не работают.  Причина аномалии современной магической науке не известна!

Громко и задорно рассмеявшийся Аден хоть чуть-чуть, но сумел своей жизнерадостностью разрядить напряженную атмосферу. Поглаживая чешую на лбу, Пелагея вновь присела на кровать и, покусывая губы, о чем-то задумалась.

– Видят боги, я не понимаю, за кого и как ты меня собираешься выдать замуж! – неожиданно воскликнула Пелагея и развела руками. – Но в любом случае… Если сможешь мне помочь – буду рада, – нетерпеливо откинув волосы за спину, она аккуратно встала с кровати.

Сделав несколько шагов, села за стол и пристально посмотрела на сидящих напротив близнецов,

– Жуй, – усмехнувшись, Вал пододвинул к девушке одну из тарелок с аппетитно нарезанным мясом. – Всё получится, сестренка. Я знаю, что делать: сейчас детали обдумываю, – он осторожно погладил зеленые кудри девушки.

Подумав пару мгновений, Пелагея взяла маленький кусочек мяса и с угрюмым выражением на лице начала жевать.

«Да что тут можно придумать-то? – обреченно думала она. – Я выгляжу ужасно! Где найти того сумасшедшего, который захочет стать моим мужем, но не быть им по правде?»

***

Первые, робкие лучи утреннего солнца нежно ласкали сочные, зеленые листья в кронах деревьев. Перепрыгивая с ветки на ветку, маленькая птичка с красным смешным хохолком на голове заливисто пела, радуясь новому дню. Едва шевелясь от дуновений теплого ветерка, причудливые цветы раскрывали бархатные лепестки, приветствуя зарю.

– Какое чудесное место, – прошептала Пелагея, подставив лицо солнцу и вдыхая дивный аромат.

– Ага, – пробормотал Аден, внимательно смотря за тем, как схлопывается за их спинами стационарный портал.

Цепким взглядом оглядевшись по сторонам, он заученным движением поправил лямки небольшого рюкзака на плечах.

– Пошли, Птица. Дел много, – деловито произнёс Вал и поудобнее перехватил ручку ее чемодана.

Не сговариваясь, братья одновременно пошли по широкой тропинке, ведущей от монументальной арки портала, куда-то в лес. Слыша, как хруст гравия под толстыми подошвами их башмаков становиться всё тише и тише, Пелагея грустно вздохнула.

– Совсем не романтики, – пробормотала она.

Обреченно вздыхая, девушка полностью закутала лицо платком. Если они кого-то встретят по дороге, не хотелось пугать несчастного. Поглядывая на листву, цветы и ласковые лучи солнца, девушка бодро шагала по тропинке. Однако нагнать длинноногих близнецов все никак не могла. Через двадцать минут очень быстрого шага Пелагея неожиданно уткнулась в широкую спину Адена.

– Вот зачем так быстро останавливаться, – негромко возмутилась она.

– Приграничная деревня, – пояснил Вал, показывая рукой на виднеющиеся меж деревьями крыши домов.

– Мы сейчас расстанемся, да? – мгновенно загрустила девушка.

– Не-а. Позже, – коротко улыбнулся Валентайн

– Тебя сейчас замуж выдадим и с чистой совестью вернемся в Академию, –  радостно сообщил Аден и зажмурился от удовольствия.

– Вот дурень-то! – сокрушенно поцокала языком Пелагея. – Куда идем? В деревню?

– На болото, – спокойно сообщил Вал.

– Куда?

– Не волнуйся, Птичка. Тут недалеко. Мы всё подготовили, – Аден смотрел на ошарашенную девушку кристально честными голубыми глазами. – Вал, вы идите, – предложил, он, коротко взглянув на брата. – Я закину вещи Птицы в гостиницу и догоню. Не вижу смысла таскать их с собой по лесу, – пояснил юноша.

Не дожидаясь ответа брата, Аден быстро взял у него чемодан Пелагеи. Не оборачиваясь, он быстрым шагом пошел к виднеющимся неподалеку деревянным домам.

– Валентайн, что происходит? – Пелагея хлопала лишенными ресниц веками. – Какое болото? За кого вы там собрались меня замуж выдавать?! За жабу?

– Иди за мной. Тут узко, – проигнорировав вопрос, Валентайн свернул на едва приметную тропинку и уверенно пошел вперед.

– Да что ж происходит-то? Ну объясни ты мне, – сердито шипела Пелагея, торопливо идя за Валом.

Вытирая пот с лица, она раздраженно поправляла постоянно сползающий платок. Получив очередной хлесткий удар веточкой по лицу, девушка со злостью стянула влажную от пота, постоянно прилипающую к чешуе ткань. Неожиданно остановившись, она нервно смяла надоевший платок и запихала комом в карман штанов.

– Вот не пойду никуда! Не пойду, пока не объяснишь, – пыхтя, словно закипающий чайник, она воинственно сложила руки на груди.

– Пришли, – не оборачиваясь, сообщил Валентайн и тотчас исчез за чахлыми деревцами.

– Да что ж такое-то, –  с недоумением пробормотала Пелагея.

Запихав подальше в карман платок, она немного замешкалась. Напряженно вытянув шею и переступая ногами, как нетерпеливый жеребенок, девушка попыталась разглядеть, что там дальше-то. Ничего интересного не увидев, хмыкнула и, движимая сильным любопытством, пошла к Валентайну.

«Болото как болото… Что они придумали? Серьезно хотят сделать меня женой жабьего короля?» – остановившись возле кромки огромного болота, Пелагея разглядывала булькающую, мутную жижу и редкие кустики пожухлой травы.

– Иди ко мне! – послышался откуда-то сбоку голос юноши.

Мысленно чертыхаясь и осторожно наступая на кочки, Пелагея пошла вдоль болота.

– И? Дальше-то что? – с неподдельным интересом она разглядывала небольшую полянку, покрытую стелящейся травкой изумрудного цвета.

Сидящий на корточках Вал перестал копошиться в траве. Медленно повернув лицо в сторону Пелагеи, он сосредоточенно замер. Очевидно он к чему-то прислушивался. Застыв столбиком, девушка навострила ушки, пытаясь понять, что так сильно заинтересовало друга. Но, увы, ничего необычного она не слышала: обычные звуки болота.

– Время уходит. Иди ко мне! Быстрее!

«Вот друзей-то боги мне послали. Не иначе как в наказанье», – мысленно чертыхаясь, Пелагея подошла к юноше и внимательно посмотрела на него сверху вниз.

– Садись! – не поднимая головы, приказал Вал. Прикрывая то, что лежало перед ним в траве, он повернулся к подруге спиной.

Обреченно вздохнув, Пелагея грациозно опустилась на мягкую травку. Скрестив ноги и приняв позу «Лотоса», закрыла глаза и с усмешкой в голосе произнесла:

– Слушаю и повинуюсь, мой господин!

– Вот так бы сразу, – не удержавшись, съехидничал Вал.

Не реагируя на провокацию, она тихо засмеялась. Какой-либо угрозы на полянке не было. За долгие годы дружбы Пелагея давным-давно убедилась, что может полностью доверять братьям Олдридж. С легкой улыбкой на устах и не открывая глаз, она сидела, подставив чешуйчатое лицо солнышку.

– Готово, – спустя несколько минут, прозвучал усталый голос Вала. – Ждем.

– Думаешь сколько времени понадобиться? – откликнулся на слова брата бесшумно подошедший Аден.

– Не знаю, – пожал плечами Вал. – Но сил я вбухал немерено! Как найдет, заклинание сразу сработает.

Открыв глаза, Пелагея вопросительно посмотрела на братьев. Полностью игнорируя девушку, они о чем-то тихо переговаривались. Не дождавшись пояснений, она пожала плечами и с беспечностью растянулась во весь рост на траве.

– Ты серьезно? Даже вопросами надоедать не будешь? – спустя время поинтересовался Аден.

Сидя рядом с братом на траве, юноша методично жевал кончик длинной травинки. Хитровато прищурившись, он смотрел на подругу.

– Есть смысл? Вы ж редкостные интриганы. Не первый год вас знаю, – пробормотала Пелагея. Перевернувшись набок и удобно подложив ладошки под щеку, негромко попросила: – Как закончите, разбудите.

Спустя несколько мгновений братья услышали мерное сопение спящей Пелагеи.

– Помог уснуть? – наклонившись к брату, шепотом спросил Аден.

– Ага, – прошептал Вал. – Нервничать не будет. Получится, значит получится. Нет… Так она и не узнает.

– Получится, – твердо ответил Аден. –  Я в тебе уверен.

***

Держась за бок окровавленной ладонью, мужчина покачивался в такт мерных шагов лошади и изредка морщился от боли. Слабея с каждой секундой все больше и больше, он кое-как пытался удерживать повод, так и норовивший ускользнуть из липких от крови ладоней.

«Сильно задели, твари, – с досадой думал мужчина, плотнее прижимая окровавленную ткань рубахи к кровоточащей ране. – И я, как назло, пустой. Пока резерв восстановится, кровью изойду. Глупая смерть».

С огромным усилием удерживая себя в сознании, он мутным взором смотрел перед собой. Похрапывающий жеребец шлепал по болоту и встревоженно косил глазом на своего седока.

"До заставы уже недалеко. Доеду", – на голой силе воли сумев выпрямиться в седле, мужчина упрямо стиснул зубы. Он привык быть сильным.

Неожиданно где-то совсем рядом раздалось жуткое карканье. Не успевая отреагировать, раненый сквозь пелену боли смотрел, как черный ворон, широко распахнув крылья, стремительно летит прямо ему в лицо. Не сбавляя скорости и не уклоняясь от препятствия в виде шатающегося в седле седока, странный ворон-камикадзе, движимый необъяснимым любовным порывом, влепился в лицо мужчины.

Почувствовав, как к губам прилипают влажные перья и ощутив исходящий от птицы специфический трупный запах, тот невольно поморщился. Медленно соскальзывая с лошади, он до скрипа сжал зубы.

«Дохлая ворона… Это перебор», –  нашел в себе силы удивиться раненый и мгновенно потерял сознание.

С громким шлепком упав в вонючую воду, мужчина уже не увидел выходящих из-за чахлых деревьев братьев-близнецов.

– Что это с ним? – воскликнул Аден, заметив, как тот, что им так был нужен, соскользнул с лошади и упал в болото лицом вниз.

Не дожидаясь ответа и громко шлепая ботинками по противно пахнущей воде, Аден подбежал в лежащему в грязи мужчине. Черный жеребец злобно косил глазом и угрожающе похрапывал, не мешал Адену, но и, на всякий случай, стоял близко-близко к хозяину.

– Вал! Он без сознания и сильно ранен, – Аден встревоженно осматривал мужчину.

– Так подлатай. Чего орешь, – спокойно ответил Валентайн, флегматично разглядывая бледное как воск лицо раненого.

Бурча что-то нечленораздельное и явно очень непристойное, Аден присел прямо в вонючую жидкость. Приложив руки к ране, он негромко забормотал заклинание, останавливающее кровотечение. Этим навыком все боевики Академии магии обязаны обладать: Аден владел им просто виртуозно.

– Все. Кровь остановил. Большего я не сделаю. Дальше лекарь нужен, – озабоченно разглядывал рану Аден.

– Значит, можем переносить, – деловито ответил Вал.

Не обращая внимание на агрессивно перебирающую копытами и злобно скалящую зубы лошадь, Вал прошептал заклятие левитации. Поднявшись не более чем на пол метра над зловонной жижей, пребывающий без сознания мужчина завис в воздухе.

– Что с вороной будем делать? – нахмурив брови, Аден с непередаваемым выражением на лице смотрел на распластавшую в воде крылья, давным-давно мертвую ворону.

– Забыл, – недовольно поморщился Вал. – Ты свой долг исполнила, упокойся с миром, – прошептал он с благодарностью.

Не скрывая грусти, юноша внимательно наблюдал, как ворона медленно погружается в болото. Как только труп птицы полностью погрузился в болотную жижу, Валентайн вновь вернулся к делам насущным.

– Пошли! – скомандовал он брату и, не желая еще больше мочить ноги, ловко поскакал по кочкам.

– Бредовые идеи у тебя бывают, Вал. И я тебе скажу, что сегодня это одна из них, – неодобрительно посмотрев на брата, Аден осторожно подтолкнул мужчину в нужном направлении.

– Все ж получается. Не нервничай, – спустя несколько минут, спокойно сказал Валентайн.

Аккуратно подталкивая парящего по воздуху мужчину, братья вышли на полянку с изумрудной травой. Следом за ними из болотной жижи вышла на траву не отстающая ни на шаг от братьев лошадь.

– Вот привязалась, – скривил губы Аден, кинув взгляд на настырное животное.

– Не отвлекайся! – нахмурившись, коротко прикрикнул на брата Вал.

Сделав плавное движение рукой, Валентайн направил мужчину к лежащей и все так же мирно спящей на травке Пелагеи. Произнеся несколько слов, деактивирующих заклятие левитации, Валентайн плавно опустил мужчину рядом с улыбающейся во сне девушкой.

– Соедини им руки и подойди ко мне, – негромко попросил Вал, прикрыв глаза и готовясь активировать очень сложное заклинание.

Бросив короткий взгляд на спокойное лицо брата, Аден немного нервничая соединил ладошку Пелагеи с ладонью неизвестного и явно тяжело раненного мужика.

«Не помер бы сейчас», – тревожился Аден, глядя на восковое лицо мужчины.

Встав плечом к плечу с братом, он положил ему руку на плечо и, открыв свой источник, направил к источнику брата тонкой струйкой силу. То, что затеял Валентайн, требовало огромного количества силы и один брат точно бы не справился.

Вытянув вперед руки и повернув ладони к небу, Валентайн глубоко вздохнул и начал плести над лежащими на траве Пелагеей и раненным сложный узор заклинания, щедро вливая в него силу.

Проявляясь все сильнее и сильнее в воздухе, призрачно мерцающие зеленоватым светом нити словно гигантской сеткой окутывали спящую девушку и пребывающего без сознания мужчину.

Как только сетка полностью проявилась в воздухе и свечение нитей стало нестерпимым для глаз, Валентайн воскликнул:

– Заклинаю! – его голос громом пророкотал над поляной. – Если есть на то воля судьбы, соедини мать-природа две жизни нитью неразрывной. Соедини узами брака этого мужчину и эту женщину! – четко произнес он слова заклинания и, вновь вложив силу, завершил ритуал.

Рука бледного от напряжения Адена слегка подрагивала на плече брата. Чувствуя, что его источник изрядно опустел, он тихонько вздохнул и улыбнулся. Могло случиться всякое… Они с братом остались невредимы и этот необычный, крайне сложный ритуал наконец-то был закончен.

«Фантазер, Вал, – с любовью посмотрел он на флегматичного брата. – Такой ритуал придумать! Главное, чтобы сработал», – думал юноша, внимательно наблюдая за Пелагеей и мужиком.

Внешне пока ничего не изменилось. Что собственно должно было измениться, Аден не знал: брат его в детали не посвящал.

– Ну? Получилось? Как думаешь? – через несколько минут обеспокоенно спросил он и с тревогой посмотрел на Вала.

– Еще не знаю, – спокойно сообщил Валентайн. – Ждем ещё пару минут.

В это мгновенье, словно отвечая на вопрос Адена, не ощущаемый братьями порыв ветра резко нагнул до самой воды стволы деревьев. Внезапная вспышка света ярко осветила полянку, заставив братьев прикрыть глаза руками.

– Ого! – пробормотал Аден, протирая слезящиеся от резкой вспышки света глаза. – Эффектно…

– А-то! – широко улыбнулся Вал. – Даже я не ожидал.

Всё с той же улыбкой на губах, он пошел к спящей Пелагее. Аккуратно присев рядом с девушкой, Вал приподнял на ее запястье манжет длинного рукава рубашки. Внезапно с его губ сошла улыбка. Внимательно посмотрев на кожу девушки, он также аккуратно вернул манжет на место. С каменным лицом, посидев еще недолго возле Пелагеи, он медленно поднялся и подошел к брату.

– Ну? Не томи! – нетерпеливо воскликнул Аден.

– Получилось, – с некоторым удивлением сказал Вал и с детской непосредственностью рассмеялся. – Получилось! Мы выдали Пелагею замуж!

Искренняя, по-детски счастливая улыбка озарила лицо Адена. Блестящими от переполняющей его радости глазами, он посмотрел на Пелагею и внезапно нахмурился.

– Слушай, – озабоченно посмотрел он на брата. – А мы точно правильно поступили?

– Птица сама нам сказала, что её от нежелательного брака с графом спасет только другое замужество, – с легкой укоризной в голосе напомнил брату Валентайн слова подруги.

– Было такое, – согласился Аден и почесал затылок. Крайне поздно начав сомневаться, он то и дело поглядывал в сторону мирно посапывающей девушки.

– Если бы не мы… Да, она с таким-то лицом себе мужа ни за что бы не нашла. Тем более ей куковать до окончания Академии в глуши у вампиров. И значит, что? – приподнял одну бровь Вал и с легкой усмешкой посмотрел на брата.

– Значит, мы поступили верно? Все правильно? – еще сомневаясь в адекватности их поступка, подытожил Аден.

– Да! – удовлетворенно потер руки Валентайн. – Мы её выдали замуж «не за кого угодно», но поступили очень разумно.

– Ты так уверен в ритуале? – скептически хмыкнул Аден. Отряхивая от брюк прилипшую к ним траву и грязь, он внимательно следил за безумной лошадью.

Коротко повизгивая, это странное животное неожиданно подошло к мужику и легло рядом с ним на брюхо. По-собачьи вытянув ноги, оно положило тяжелую голову на ногу мужика и блаженно прикрыло глаза.

– Абсолютно! – фанатично блестя глазами ответил Вал. – У меня получилось связать воедино то, что никому до меня не удавалось, – гордо выпятив грудь, он с превосходством победителя посмотрел на брата. – Ты даже не представляешь, но я смог связать магию смерти и магию жизни воедино. Конечно, нам немного повезло, – почесал голову Вал, понимая, что повезло им очень-очень сильно. – Ты понимаешь… Я ж оправил 18 ворон. А тут именно эта нашла, да еще и так близко подходящего для Пелагеи мужика, – поморщившись, Вал открыл некоторые нюансы ритуала и признал в нём наличие случайности.

Увлеченный идеей создания абсолютно нового ритуала и желая помочь подруге, Валентайн теперь-то понимал насколько они с братом рисковали. Слишком уж ритуал был сложен. Ему помогли (да и что скрывать, спасли их с братом от полного выгорания), только эти случайности, которые сплелись воедино и помогли достичь желаемого. Повторить подобный ритуал он точно бы никогда не смог.

– Ладно, – немного подумав пожал плечами Аден. – Что сделано, то сделано. Что с ним-то будем теперь делать? – указав головой в сторону мужика, он продолжал смотреть на непонятную лошадь. Она по-прежнему лежала головой на ноге мужика и, как ни странно, это звучит… блаженно улыбалась.

– Оставим тут, – предложил Вал, устало зевнув.

– Думаешь? – с сомнением покачал головой Аден и привычно не дожидаясь ответа брата, бесшумно подошел к мужику.

Вглядываясь в его грубое и бескровное лицо, юноша недовольно поджал губы.

– Не пойдет, – угрюмо сказал Аден. – Ему лекарь срочно нужен. Я грех на душу не хочу брать. Останется тут – помрет…

– Прав, – недовольно поморщился Вал. – Давай его положим на эту животину. Может, мужику и повезет: застава-то недалеко…– пояснил он свою мысль.

– А это идея, – легко улыбнулся Аден. – Зададим ей направление и как миленькая довезет куда надо. И нам мороки меньше, – испытывая тайное облегчение, он искренне улыбнулся.

Кивнув друг другу, братья подошли к непонятному животному и молча уставились на него. Перво-наперво лошадь надо было поднять, но как это сделать и не испугать животину, они пока не представляли.

Открыв глаза, лошадь покосилась на братьев. Понаблюдав за юношами, она подозрительно прищурилась, словно изучая переминающихся с ноги на ногу юношей. Сделав для себя какой-то вывод, лошадь презрительно фыркнула и, ловко подобрав под себя ноги, аккуратно встала.

– Умная, – удивленно пробормотал Аден, с возрастающим любопытством разглядывая статное, мускулистое животное.

Тряхнув черной до синевы гривой, лошадь скорчила морду и насмешливо фыркнула. В нетерпении переступая точеными ногами, животное смотрело умными глазами на братьев, как если бы спрашивало у них: «Долго будете ждать, идиоты?!»

Бросая настороженные взгляды на очень непонятное животное, Валентайн сноровисто снял седло с лошади. Прошептав заклятие левитации, он крайне осторожно опустил поперек крупа животного бессознательное тело мужика.

– Застава по тропинке налево, – зачем-то вслух сказал Аден, смотря в глаза животного.

Бросив презрительный взгляд в сторону Адена, лошадь очень аккуратно и максимально быстро пошла в нужном направлении.

– Во дела, – пробормотал Аден, почесывая себе голову.

– Странная лошадь, – согласился Вал, бросив короткий взгляд на сомкнувшиеся за животным деревья.

– Сейчас будем будить? – спустя несколько минут молчания, вернулся к делам насущным Валентайн, разглядывая, посапывающую во сне Пелагею.

– Давай так донесем. На постоялом дворе разбудим. Мне почему-то кажется, что она будет не очень довольна, – снова начал сомневаться в правильности их поступка Аден.

– Хорошо, – легко согласился Валентайн. – Ты несешь.

– Без проблем, – быстро сказал Аден и, с легкостью подняв подругу, пошел следом за братом.

Глава 5

– Вы! Да, вы! Да у меня даже слов нет, – гневно блестя красными глазами что, надо признать, было-таки довольно жутким зрелищем, Пелагея носилась по комнате постоялого двора.

– Птичка, ну успокойся, – примирительно пробормотал Аден.  Избегая смотреть в лицо девушки, он глядел куда-то поверх её головы.

– Что Птичка?! – уперев руки в бока, Пелагея нависла над сидящем в жестком кресле парнем.  – Это ж надо было такое удумать! – всплеснув руками, она с тяжелым вздохом села на стул. – Ну, не идиоты ли? – с сокрушенным видом, девушка подняла глаза к потолку.

– Да что мы такого сделали-то? – не выдержав упреков, громко поинтересовался Валентайн.  – Ты сама сказала, что должна выйти замуж. Мы просто помогли!

– Дура-а-ак… – тихо протянул Аден.

Втянув голову в плечи и прикрыв для надежности лицо ладонью, он осторожно подглядывал между растопыренных пальцев на Пелагею.

– Ты серьезно не понимаешь? – шокированная вопросом Валентайна, девушка еще больше выпучила свои страшненькие глазищи. Мягкая чешуя, покрывающая её лицо, причудливо изогнулась и образовала темные провалы, кажущиеся глубокими трещинами.

– Да.  Я не понимаю, – с серьезным лицом кивнул Вал. – Пожалуйста, не смотри на меня ты так…пристально! Я к этому облику все привыкнуть не могу. Хотела знать? Выглядишь ты ужасно, –  он поморщился и тотчас отвернулся. Спустя пару мгновений, он примирительным тоном добавил.: – Ты не сердись, малыш. Мы правда хотели как лучше.  Но право слово, надоело слушать твои упреки, –  нахмурившись, он исподлобья смотрел на подругу.

Судорожно сглотнув, Пелагея неожиданно уткнулась лицом в колени и обхватила ладошками голову.

– Птица! – тоскливо прошептал Аден и дернулся было встать из кресла.

– Не надо, – одернул его Вал. –  Не трогай ее сейчас. Пусть свыкнется с мыслью, что сейчас некрасива.

Устремив взгляд на сгорбленную фигурку, юноши замерли в ожидании: они ждали ранящих душу всхлипываний. Однако, спрятавшись за плотной завесой зеленых волос, девушка не издавала ни звука. Согнувшись, она мучительно долго сидела без движения. Обескураженные братья все чаще переглядывались и с недоумением на лицах пожимали плечами.

– Птичка, сестренка, – не выдержал Аден.

Встав из кресла, он подошел к застывшей словно статуя девушке и мягко положил руку ей на плечо.

– Со мной все нормально, – внезапно произнесла Пелагея. Отняв руки от лица и гордо выпрямив спину, она избегала смотреть на братьев. – Не нервничайте. Я знаю, что кошмарно выгляжу и смотреть на меня неприятно, –  она печально усмехнулась. – Вы уж как-нибудь потерпите, – потерев лицо ладонью, с досадой поджала губы. –   Вал, ты ошибаешься, –  произнесла отчетливо. Помолчав, добавила: –  с внешностью все будет хорошо. А вот с моим замужеством, все хорошо уже не будет, – сжав добела кулачки, Пелагея опустила взгляд в пол.

– А что с замужеством-то не так? – машинально заправив зеленую прядь волос за ушко подруги, заботливо поинтересовался Аден.

Хмыкнув, она, не поднимая головы, сказала:

– Я-то надеялась, что мужа родителям представлю и всё! Они от меня отстанут, – помолчала, подбирая слова.: – Ну, а с мужем… Мы бы как-нибудь с ним договорились, – стесняясь произносить столь интимные вещи мужчинам, она говорила глухо: – Жили бы каждый сам по себе… Ну… Вы понимаете, – окончательно засмущавшись, юная девушка замолчала.

– Так у нас даже лучше получилось, чем ты думала! – воскликнул воодушевленный Вал.

Ловко вскочив на ноги, он схватил Пелагею за талию. Высоко подняв девушку над полом, кружил до тех пор, пока она не взмолилась о пощаде. Подождав пока подруга отдышится, Валентайн гордо расправил плечи и сказал с воодушевлением:

– Ты замужем. Подтверждение есть, – он ткнул пальцем в брачную татуировку на запястье подруги. – Родители, даже если сильно будут хотеть, тебя замуж выдать за Лаверти не смогут. Это просто невозможно, пока ты замужем за другим! –  Вал озорно блеснул глазами. – Зная твоего отца, я уверен, что он будет категорически настаивать на расторжении твоего брака. Теперь сама подумай: как можно расторгнуть магически скрепленный брак, где ни один из супругов абсолютно ничего не знает о другом?  Никак. Совсем никак! –  он довольно улыбнулся, а затем нахмурившись, добавил: – впрочем, мы с Аденом тоже ничего не знаем о твоем муже, –  Вал смущенно покашлял. –  Но это же и неважно. Ты должна знать, Птичка, твой брак я намертво скрепил. Вы с мужем уникально совпали! Просто идеально все получилось, –  шумно выдохнув, юноша торжественно произнес: –  Даже используя все свои связи, граф Клоуз расторгнуть твой брак не сможет.  Тебя не выдадут насильно замуж!

Не сводя блестящих от эмоций глаз с лица подруги и словно разом перестав испытывать неприязнь к ее новой внешности, Валентайн ожидал ответа.   Задумчиво глядя на довольного юношу, Пелагея тихонько поинтересовалась:

– А если я когда-нибудь захочу нормальную семью и детей? Что мне делать тогда?

Приоткрыв от удивления рот, Валентайн пару долгих мгновений не двигался с места.  Об этом он как-то и не подумал. А ведь, казалось, предусмотрел все. С досадой хлопнул себя по лбу, Валентайн посмотрел на девушку: в его взгляде отчетливо читались стыд и вина.

– Извини. Полностью моя вина, –  честно признался Вал.   –  Есть, конечно, шанс вас развести, но очень маленький, – он тяжко вздохнул. – Я условия своеобразные заложил. Так. На всякий случай. Вы оба должны абсолютно одинаково, очень искренне и всем сердцем желать расторгнуть ваш брак.

– Это же не выполнимо, – с осуждением сказал Аден. – Да и найти мужа ее для этого сначала надо. Где его искать-то? Может он и вовсе того…помер уже, – задумчиво произнес и сурово сдвинул брови к переносице.

Потерев энергично лицо ладонями, Вал подошел к стене и уперся лбом в шероховатую штукатурку. Не говоря ни слова, Пелагея сидела, угрюмо нахохлившись. С этим внезапным замужеством в жизни не только ничего не улучшилось, но напротив –  испортилось.

«Сейчас шансы помириться с родителями – нулевые. Они меня не простят. – с отчаянием думала девушка. – Меня отправят в храм на века вечные. О боги! Что же делать-то?»

– Спасибо вам ребят, – желая успокоить друзей, пробормотала Пелагея. – Пока рано паниковать. Поживем –  увидим, – тихонько засмеявшись, она украдкой вытерла слезы.

Переглянувшись, братья-близнецы синхронно вздохнули. Они искренне хотели помочь. Даже рисковали своими жизнями, а получилось то, что получилось… Нехорошо все вышло.

Пребывая в раздумьях, друзья не заметили, как пролетело время и пришла пора расставаться. Обиды на близнецов Пелагея, конечно же, не таила.

Выйдя все вместе из трактира, подошли к крытой повозке.  Удобно устроив закутанную в платок Пелагею, братья с угрюмыми лицами смотрели на возничего. Излишне долго возясь на крыше повозки, тот все никак не мог закрепить чемодан девушки.

Наконец-то возничий сел на козлы.  Застыв в одной позе, он ожидал, когда с его единственной пассажиркой попрощаются и можно будет ехать.

– Напиши нам, как устроишься, – неотрывно глядя на девушку, попросил Вал.

– Мы будем волноваться, – тотчас добавил Аден.

Тщательно кутаясь в платок и стараясь, чтобы видны были только глаза, Пелагея кивнула. Помолчав, негромко сказала:

– Вы не волнуйтесь за меня. Ничего плохого не случится. Само название деревни о многом говорит: там одни жабы да глухомань.

Слабо улыбнувшись шутке, братья в очередной раз подошли к возничему. Строго-настрого наказав пожилому, очень хмурому и неразговорчивому мужчине довезти пассажирку в целости и сохранности, юноши отошли в сторону.

Помахав на прощанье, они долго смотрели вослед уезжающей повозке. Как только пыль, поднятая колесами, мягко осела на дорогу, они синхронно переглянулись. Обменявшись всего лишь взглядами, братья дружно пошли не в сторону портала, но совсем в другом направлении. Бодро шагая по узкой тропинке, вытоптанной кем-то в высокой траве, близнецы направлялись к заставе эльфов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.