Анна Петренко
Блокнот Анюты

Предисловие

Некоторые блокноты мечтают стать книгами.

Моим это удаётся. Не смотря на обилие гаджетов, мои идеи всё равно проходят через обычную шариковую ручку и бумагу.

Каждая моя книга и каждый рассказ начинаются с идеи, записанной в блокноте. Чтобы не забыть. Чтобы потом помочь родиться целому новому миру или маленькой уютной истории.

А начиналось всё с тетрадок. Они до сих пор бережно хранятся на книжной полке вместе с полноценными книгами.

Именно в этом блокноте собрана россыпь жемчужинок, собранных за несколько лет. Они родились под разными обложками: твёрдыми и мягкими, на пружинке и в прошитом переплёте. Теперь обложка у них общая.

О жизни, тепле и котах

Жизнь подаёт нам приятные знаки

Я люблю мечтать, глядя на воду, находясь в парке, в лесу или просто смотря в окно. В моменты грусти, стараюсь найти спокойное место, чтобы остаться наедине со своими мыслями.

Не всегда можно сбежать от людей. Тогда я просто иду к окну, прислоняюсь лбом к прохладному стеклу, закрываю глаза и отключаюсь от внешнего мира.

Когда в очередной раз мне захотелось спрятаться от шума, я вышла из аудитории в коридор к окну. Была поздняя осень. Только на некоторых деревьях ещё удерживались последние листья. На асфальте стояли лужи, по которым люди всё бежали и бежали куда-то по известным только им причинам.

Я закрыла глаза и прижалась лбом к стеклу. Приятная прохлада будто замораживала шум и суетливые мысли в голове.

В памяти стали всплывать приятные моменты моей жизни, происходившие в последнее время. Выездная полевая практика и жизнь в палатках. Весёлый просмотр накопившихся за время поездки фотографий, собранных со всех телефонов и фотоаппаратов. Походы в кино и театр. Вечеринки на квартире у подруги. Просто весёлое общение на занятиях.

Мысленно я сравнивала приятные моменты с обыденной жизнью. Как много было пустых безликих дней, о которых нечего вспомнить, и как мало ярких запоминающихся минут. Зато каждая такая минута сохраняется в мельчайших подробностях. Я помню каждое произнесённое слово, каждую шутку, каждый жест.

И вот всё это напоминает о себе в такие моменты, когда жизнь представляется серой и пустой, и кажется, что ничто уже не поможет изменить всё к лучшему. Закончилась моя доля радости и теперь остаётся только угрюмое существование.

Я пыталась заставить себя поверить, что жизнь полосатая и всегда после грустных моментов наступают яркие и счастливые, но в тот раз почему-то никак не могла себя в этом убедить. Всё, что было в моей жизни хорошего, казалось ненастоящим. Как будто я сама для себя это придумала, чтобы спрятаться от реальности. Будущее начинало казаться безнадёжным.

Перерыв подходил к концу, и нужно было возвращаться в аудиторию, снова окунаться в будничные занятия. Я нехотя открыла глаза. Взгляд не сразу сфокусировался, но когда я рассмотрела то, что проявилось у меня перед глазами, губы сами растянулись в улыбке. Жизнь подсказывала, что нельзя унывать. Меня ждёт ещё масса приятных сюрпризов на пути.

На холодном стекле проявился рисунок, нарисованный кем-то ранее. Пар высох и рисунка не было видно, пока я своим дыханием не проявила его снова.

Прозвенел звонок, а я стояла и улыбалась, глядя на окно. На запотевшем стекле виднелось милое сердечко.

Про тепло

На краю одного небольшого поселения жила девушка. Поселение это было не большим, не маленьким. Вроде и город: в отдалении на холме красовался замок, окружённый парой рядов каменных построек. Да и церковь, красиво сверкающая куполом, имелась. А вроде и тихая деревня, потому что холодный каменный центр, с мощёными булыжником улицами, окружала уютная и спокойная сельская местность. Множество невысоких домиков с яркими цветниками и крохотными огородиками. Перед многими стояли кресла качалки, а на задних двориках установлены жаровни.

Были и совсем простые, серенькие, ничем не примечательные домики, укрытые в тени деревьев, увитые плющом или девичьим виноградом. Именно в таком неприметном домике и жила девушка. Да она и сама была неприметной. Вроде все её и знали по деревенскому обычаю, да вспоминали о ней редко. Здоровалась девушка всегда первой, а если задумавшись не замечала знакомого, так тот и не обижался, потому как сам на девушку внимания не обращал – будто и не было её.

Но девушка не обижалась на людей. Она думала, что так и должно быть. Ведь с самого детства всё было именно так. Зато тихоню никто не обижал, разве что случайно, не заметив её могли толкнуть или перед самым носом закрыть пекарню, хотя она не успела сделать покупки. Чтобы такого не случалось, девушка считала, что сама должна быть внимательнее и аккуратнее. Не станут же другие печься о ней: им и своих забот достаточно.

Чем занималась девушка, почти никто не знал, да и не интересовался. А она летом собирала полезные травы, ягоды да орехи и носила их на рынок. Сама не торговала, а за самую низку цену отдавала торговкам. Много ей не было нужно. Зимой же вязала тёплые вещи и шила одежду для других. И тоже относила торговкам. Вот никто девушку толком и не знал.

Только вот было кое-что чудное в том городке-деревне: как только там девушка поселилась, стало немного теплее. Не понимали люди, отчего так происходит, но радовались и принимали добро.

А девушка лишь тихонько улыбалась. Бывало идёт она из лесу с корзинкой спелых, сладких ягод, да и оставит у кого-то на крылечке кулёчек просто так, на радость хозяевам. Или заметит, что куст розовый с подпорки на дорожку свалился и нежные цветы уже притаптывать начали, подойдёт, поднимет ветви, подвяжет, хоть и своим пояском с платья, и уходит улыбаясь, иногда поднося исколотый шипами палец к губам. Для детишек же кроме одежонки бывало и игрушку смастерит, и тоже тихонько подложит в таком месте, чтобы точно дитя нашло, а потом наблюдает из тени деревца и радуется вместе со счастливым малышом.

И вот полюбилось девушке по одной тенистой улочке домой возвращаться. Вроде и более длинная та дорога была, а девушка, хоть и с поклажей, всё равно тем путём шла. И каждый раз смотрела на одинокий каменный домик в конце улицы, чуть на отшибе, скрытый в зарослях старых абрикосовых деревьев. И жил в нём такой же одинокий хозяин. С виду обычный человек, но казался он девушке сильным и мужественным рыцарем, большим и могучим защитником. Да он и был защитником.

В отличие от девушки, защитника все знали и уважали. Умный он был, малышню местную уму-разуму учил да ссоры их мудро разрешал. А для взрослых всегда у него шутка крепкая припасена была или история удалая. Любила девушка послушать защитника. Пристроится тихонько в сторонке да и слушает. Только за историями весёлыми и гиканьем молодецким слышала девушка голос доброй и светлой души, ранимой и раненой, ищущей тепла и покоя.

Ценила девушка в защитнике и то, что он один лишь с ней всегда здоровался на улице, не толкнул ни разу. И мимо любого горя ни разу он не прошёл, хоть даже то и котёнок хромой был. Для каждого слово утешения защитник находил и помогал по-своему.

Вот и ходила девушка мимо каменного домика да присматривала, чтобы во дворе порядок был. То калитку прикроет, ветром отворённую, чтобы соседские гуси не щипали мягкую траву, то коту, уже взрослому, но так и оставшемуся хромым, угощеньице принесёт. А уж если ягоды или прочие дары лесные соседям раздаёт, то защитнику первому и самые крупные да спелые плоды откладывает.

Как-то застала девушка защитника спящим на мягкой травке перед домом – видно устал. Так девушка над его лицом ладошки держала, чтобы поднявшееся солнце глаза не слепило, а как стал ворочаться и просыпаться защитник, так с тихим смехом и убежала.

Так и повелось: пройдёт мимо домика, посмотрит, что всё хорошо, и радуется девушка, а если замечает, что защитник опечален или захворал, то и сама тревожилась, искала способ помочь тихонько и незаметно. Привыкла ведь почти невидимкой быть.

Время шло, девушка всё также делилась теплом с людьми, просто так, потому что могла, привыкла так жить, но силы стали покидать её. Не бесконечным оказались их запасы. Стала девушка мёрзнуть, кутаться во всё большее число одежд. Ходить с подарками до городку-деревне становилось сложнее, но девушка всё равно старалась.

В один из дней пошла она в лес за травами. Много нужно было собрать разных, да ещё и особую веточку на амулет девчушке одной найти. Умаялась девушка и на обратном пути присела на обочину лесной дороги отдохнуть. Сидит и озноб её пробирает, хоть и день солнечный. Мимо селяне ходят, разговаривают, смеются, ярмарку обсуждают. Попробовала девушка позвать, попросить помочь ей узел с травами отнести, но не откликнулся никто: не привыкли её голос слышать, не разобрали в шелесте деревьев.

Прилегла тогда девушка на травку, сил поднабраться, да и уснула так.

А уж когда проснулась, удивлению её не было края: завёрнутую в тёплую куртку нёс её на руках защитник, как маленькую девочку, и узел её травами, казавшийся девушке неимоверно тяжёлым, легко покачивался у него на плече.

Никогда девушка не видела, чтобы лицо защитника было таким спокойным и светлым, будто отпустила его грусть глубинная. Тихонько-тихонько выправила девушка руки из куртки, обняла защитника и зажмурилась от радости и тепла, а он лишь усмехнулся, прижал её покрепче к груди да сказал:

– Нельзя маленьким мёрзнуть. Больше не позволю.

Солнышко

Проснулась. Который час? Хм… Ещё только светает. И зачем я проснулась в такую рань в воскресенье? Хотя…

Хотя свет-то интересный! А за окном что? Ух ты! Какой туман жемчужный! Не зря проснулась. Ой не зря! Сейчас только тихонько выбраться, не разбудить. Хватит одной ненормальной в семье.

Холодно там? Да не замёрзну. Свет же убежит!

Прохладно, однако. Ну и ладно. Хи! И даже почти прилично одета. Да и не увидит никто: все спят, воскресенье же, и на часах пол пятого утра. А хоть и увидят, пускай завидуют.

О! И футболку его с верёвки забрать, а то отсырела из-за тумана. Как раз досохнет, пока проснется. Выходной же, можно сегодня понежиться подольше в постели.

Твою ж! Ай-ай-ай! Палец отбила. Ну, зараза лохматая! Надо ж так ведро на дорожку выкатить! У-у-уй…

Не разбудила хоть? Надеюсь нет.

Ой! Как же здорово туман слоями лёг! Обалденно просто. Хорошо соседская яблоня на переднем плане смотрится. И труба в промзоне со второй стороны здорово вписалась. Вообще, она классно тут выглядит. Чувствую, ещё много рассветов нас с этой трубой ждёт, фотогеничная она.

Тэ-экс… Солнышко тут лучше в центр кадра ловить. Только забор высоковат – неудобно ровно камеру держать. А так, солнце как в обрамлении. И туман так хорошо глубину передаёт. Ой не зря проснулась!

Всё-таки прохладно, но ничего. Краешек диска уже выполз над горизонтом. Ещё пару минут – и целиком покажется.

Ой-ёй-ёечки, как лучи потрясающе сквозь туман прорисовались! Восторг просто! Как же повезло такой рассвет поймать!

***

Что случилось? Что за грохот? И её нет на месте… Постель ещё теплая. Только что вышла куда-то? А-а-а… Во дворе. Рассвет что ли снимать пошла? Ну да, точно, ничем кроме фотоаппарата её в такую рань не поднять. У-уй, брр! Палец отбила. Вон как скачет на одной ноге. Эх… Поленился вчера сходить ведро это убрать.

Ох и чудо, почти не оделась. Ясно с тобой всё, понятно: увидела красивый свет и понеслась, пока солнце не поднялось слишком высоко. Само собой, для тебя на рассвете и закате счёт времени на минуты идёт, а то и на секунды.

Ну, хоть рубашку накинула. Красивая. Моя…

А ножки замерзнут. Вернётся украдкой и будет стараться отгородиться хоть немного одеялом, чтобы ненароком холодной коленкой или лодыжкой не коснуться и не разбудить. Знаем, проходили. Ну ничего. Я тоже хитрый. "Ненароком" повернусь и обниму по-медвежьи. Маленьким нельзя мерзнуть.

Как же долго. Топчется, не может ровно кадр поймать. Вышел бы придержать, да расстроится, что всё-таки разбудила. Лавочку у забора что-ли поставить? А то ей не удобно рассветы ловить. А это же не первый и явно не последний её побег к забору спозаранку.

Ну вот, ёжится. Совсем замерз котёнок.

Наконец-то! Назад бежит. Да брось ты эту майку. Сама досохнет. Солнце сейчас туман рассеет, и досушит.

Вошла. Упс! Пнула рыжую морду. Так ему и надо. Нечего в темном коридоре мою девочку пугать. Как же забавно она матерится, когда думает, что я не слышу. Ага, конечно, теперь пока поймает эту заразу, чтобы извиниться за пинок и потискать. Ну всё. Хватит с него. Бросай гада. Тут же я жду!

Оп-па. А я сплю. Честно-честно.

Умничка, пускай там и болтается, стул – лучший шкаф для одежды.

Улеглась. А теперь давай согрею.

Двое: я и я

Юлька проснулась усталой, несмотря на десятичасовой сон. Иногда ей хотелось уснуть и не просыпаться: чтобы не нужно было никуда идти, чтобы никто не дергал, не отвлекал.

Хотя отвлекать было особо не от чего: жила Юлька одна, из всех занятий – работа в аптеке, сериалы и складывание пазлов. Всего двадцать шесть, а уже ничего не хочется.

На ту субботу у девушки не было никаких планов, а значит можно было сварить покупных пельменей и просто полежать на диване. Юлька больше любила домашние пельмешки – они и ароматнее, и мяса в них побольше, – но не считала, что стоит их для себя лепить. Ладно бы угостить кого из друзей или родных, а самой можно и так обойтись. Обнаружив, что закончилось сливочное масло, девушка подумала было совершить вылазку в магазин, но решила, что без него вкус не сильно пострадает.

К середине дня Юлька решила, что всё-таки нужно умыться. Из зеркала в ванной на неё смотрела растрепанная грустная девушка в растянутой майке с разошедшимся швом на плече: «К чему такой страшилке новая одежда? Нормальная майка. Всё равно же из дома никуда не выхожу, а тут никто не видит».

Девушка зевнула, наклонилась к зеркалу поближе и стала рассматривать лицо на предмет прыщей. Высмотрела, наконец, едва заметный бугорок и потянулась, чтобы выдавить его. В этот момент её отражение опёрлось руками на край раковины и опустило голову. Сама Юлька так и замерла с пальцами, протянутыми к щеке. Девушка стала озираться по сторонам: «Да бред это всё. Одна я тут».

Юлька-двойник беззвучно вздохнула и посмотрела Юльке-оригиналу в глаза, грустно и одновременно по-доброму, протянула руку к стеклу, будто хотела коснуться хозяйки ванной, но та с визгом выскочила в коридор.

До следующего утра Юлька не решалась зайти в ванную и посмотреть в зеркало. Назавтра она пробралась к раковине на четвереньках, чтобы не отразиться в зеркале и вслепую стала шарить рукой в поисках стакана с зубной щеткой и пастой, но неловко толкнула его и всё содержимое упало. Пришлось слегка привстать. Тут Юльку одолело любопытство, и она совсем чуть-чуть выглянула из-за раковины: в зеркале отражались лишь стены ванной комнаты.

Девушка осмелела и начала выпрямляться. Ничего не происходило. В зеркале не было никого, вообще. То есть даже своего привычного отражения Юлька не видела. Кожа покрылась пупырышками. Девушка дрожащими руками собрала необходимые принадлежности и стала пятиться к двери.

В этот момент из-за рамы зеркала выглянула Юлька-двойник. Она подняла руки к голове демонстрируя открытые ладони, мол не стоит бояться, трогать не собирается. В отличие от вчерашней версии, которая внешне копировала оригинал, сегодняшний двойник выглядел чуть иначе: волосы вымыты и аккуратно уложены, на лице нет расцарапанных следов от прыщей, но шрамик на брови на месте. Двойник не выглядел идеальной отретушированной версией Юльки. Девушка в зеркале всего лишь была опрятной и ухоженной. Она медленно показала ладонями на себя, а потом перевела их на Юльку. В ответ та снова завизжала и захлопнула дверь с обратной стороны.

Неделю Юлька умывалась и чистила зубы на кухне. К следующим выходным она уже успокоилась и стала думать, что самостоятельный двойник в зеркале ей приснился, но в ванную, на всякий случай, не заходила.

В очередной раз своего двойника девушка увидела, когда переодевалась после работы. Она снова натягивала свою любимую майку с дыркой на плече. «Хорошо хоть, что стиралка у меня на кухне, а не в ванной», – радовалась Юлька, пока в зеркальной дверце шкафа её отражение снова не заменилось двойником. Зазеркальная Юлька была одета по-домашнему, но в новую одежду. Она оживленно жестикулировала, показывая, что на её одежде нет дыр и она не растянута.

В этот раз нервы Юльки-оригинала не выдержали, и она швырнула в зеркало чашку с прикроватной тумбочки. Двойник осыпался осколками на пол, а хозяйка злополучного зеркала метнулась в коридор, на автопилоте ухватила куртку и выбежала на улицу, как была, в тапочках.

Немного отдышавшись, Юлька решила зайти в продуктовый, купить чего-нибудь к столу и пригласить подругу – хорошо, что карточка в кармане оказалась. Одна возвращаться в свою квартиру девушка не собиралась. Страшно.

Стоя возле колбасного отдела Юлька услышала лёгкое постукивание. Непроизвольно девушка повернула голову в сторону круглого зеркала над стеллажами и снова увидела её. Двойник как раз собралась открыть какой-то блокнот и что-то показать Юльке, но та снова сорвалась с места. По пути к выходу она обернула стойку с туалетной бумагой, запнулась ногой за блоки с минералкой и снесла фигурный рекламный стенд с изображением какого-то актёра. Убежала она настолько быстро, что охранники не успели отреагировать.

***

– Значит вам показалось, что отражение хочет что-то сказать?

– Да, доктор. Но она не просто хотела сказать, она издевалась надо мной и высмеивала мою внешность.

Психиатр сделал вид, что смотрит в бумаги, а сам незаметно окинул взглядом пациентку: обычная девушка с гармоничными пропорциями и, вроде, не плохой фигурой, под мешковатой одеждой точнее не разглядишь, лицо уставшее и потухший взгляд. Если бы только она улыбнулась, то, наверное, стала бы выглядеть, если не красиво, то хотя бы мило. А так, неудивительно, что её от своего отражения в зеркале воротит – лишь тоску и навевает.

– Вы не уверены в себе. И тревожны, – доктор говорил короткими фразами с заметными паузами, видно, что тщательно подбирал слова. – И вы вините себя в том, что так живёте. Безрадостно. Ваше подсознание подаёт сигнал…

– Подсознание? – Юлька вскочила со стула. – Вы хотите сказать, что у меня глюки и я сама с собой жестами через зеркало разговариваю? А как же разная одежда, причёска? Да я же слышала, как она постучала с той стороны!

Доктор тоже встал и постарался говорить максимально успокаивающим тоном:

– Я не сказал, что у вас галлюцинации. Но раз эээ… ваш двойник из зеркала хочет с вами поговорить, может стоит его выслушать?

– Ч-что? – девушка опешила от такого предложения. – Да это… А как с ней говорить-то? Её ж всё равно не слышно. Но руки ко мне тянула. Нет-нет-нет! Не надо мне никаких таких разговоров!

– А если я обеспечу вам переговоры с собой… гмх… то есть с вашим двойником без помощи зеркала? Вы будете в безопасности лежать на этой удобной кушетке, – во время разговора доктор внимательно следил за реакцией пациентки, – и никто из зеркала не сможет вас… гм… коснуться. Я постоянно буду рядом. А вы пообщаетесь, выясните все вопросы и поймёте, почему видите ту девушку.

– А как вы это сделаете без зеркала?

– Применю гипноз.

– Да? Но если под гипнозом буду я, откуда возьмётся двойник?

– Доверьте это мне, ведь я доктор.

***

Юлька сидела на качелях во дворе дома, в котором выросла. Только-только наступило лето: зелень деревьев всё ещё была яркой, яблоки на ветвях ещё едва угадывались, среди травы вовсю цвели одуванчики.

Вдруг плеча девушки кто-то коснулся: вот она – её Двойник. Значит, врач был прав: можно с помощью гипноза с зеркальным двойником общаться. И даже не страшно вовсе. Не то что в зеркале увидеть, как собственное отражение своевольничает.

– Выслушай меня, пожалуйста, – Двойник будто опасалась, что Юлька снова с воплями убежит.

– Не буду я убегать. Для того сюда и пришла, чтобы поговорить.

Двойник заулыбалась, а Юлька стала любоваться ею: красивая, глаза блестят какой-то беззаботной радостью. И хочется рядом с ней тоже улыбаться.

– Я хочу тебе показать кое-что. Пойдём?

Двойник протянула руку, Юлька без страха взяла её и соскочила с качелей.

Девушки пришли к краю игровой площадки. Напротив на лавочке сидело несколько девочек-подростков, вокруг которых крутилась стайка мальчишек. Всё внимание было приковано к длинноволосой блондинке с яркими голубыми глазами. Ребята смеялись с её шуток, подружки хвалили платье и прическу. И лишь одна девочка не принимала участия в общем веселье: более высокая, чем остальные, нескладная девчушка с темными короткими волосами. Она сидела с краю и пыталась участвовать в общем разговоре, но её то и дело перебивали.

Вот из-за угла выбежало двое мальчишек. Они несли что-то насыпанное в поднятые края футболок. Коротковолосая девочка украдкой бросила взгляд на одного из них, и щёки её порозовели. Парни тем временем стали угощать девочек клубникой. Её-то они и принесли.

– Специально ради вас, милые дамы, мы рисковали жизнями, воруя эти прекрасные ягоды.

Речь мальчика вызвала восторг и аплодисменты со стороны девочек. Темноволосая тоже улыбалась и хлопала в ладоши. Вот только ей никто угощения не предложил. Красивая блондинка величественно повернула голову в её сторону и сказала:

– Мальчики, не забудьте угостить моих фрейлин, и Юлю тоже.

Кучерявый мальчик с веснушками по всему лицу, который явно нравился названной девочке, наигранно всплеснул руками:

– Ах! Простите мне мою невнимательность! Из-за твоей причёски, Юлька, я принял тебя за пацана. Держи ягоду.

Все вокруг прыснули со смеху, а Юлька-подросток сделалась почти такой же красной, как клубника.

– Не ем я кислое. И вообще, устала что-то. Пойду прилягу.

– Вот же идиоты мелкие! – взрослая Юлька топнула ногой. – Из-за прически насмехаться! Волосы не зубы, их и отрастить можно. И в чём я виновата, что с папкой росла? Ну не умел он косичек плести, а я, чтобы ему хлопот поменьше было, сама просила стричь меня покороче.

– Они может и идиоты, а тебя их мнение волновало всё-таки.

– Ну я ж не дикая. Хотелось, чтобы и со мной общались, как со всеми, а не за пустое место считали.

– Что ж… Пошли дальше?

Не дожидаясь ответа Двойник ухватила Юльку за руку и потянула. Буквально за пару шагов всё вокруг переменилось. Девушки оказались на кухне одной из Юлькиных нынешних подруг. Одна из них недавно вышла замуж и увлеченно рассказывала о том, как они с мужем вместе готовят по выходным. Вторая открыла свою фотостудию: клиентов пока не много, зато постоянные, и друзьям своим рекомендуют. И Юлька – одинокая и со скучной работой фармацевта в аптеке.

– Я же не такая яркая, как вы. Мышка серая. Ну сами посмотрите – глядеть не на что. О-быч-на-я.

– Ну что ты вот так? Вечно на себя наговариваешь. А приходи ко мне в студию! Я тебе фотосессию устрою. Увидишь, какая ты красивая на самом деле!

– Я себя в зеркале что-ли не видела? Никогда не фотографировалась и не собираюсь. А твоя ретушь и фотошоп – самообман сплошной.

Юлька наблюдала за сценой и качала головой:

– И как они меня – грымзу такую – терпят? Святые у меня подруги.

– А может не спроста такие хорошие люди возле тебя есть? – двойник улыбнулась и подмигнула Юльке.

– Да им просто меня жалко.

– Или видят в тебе то, за что можно ценить и любить.

– Кажется тебе это. Ну что дальше по программе? – видимо, Юльку уже начало утомлять это путешествие, и ей хотелось поскорее завершить разговор, проснуться и покинуть кабинет доктора. – Теперь в будущее потащишь?

Двойник рассмеялась:

– А ведь точно! Наша прогулка похожа на рождественскую историю! Однако будущее я тебе не могу показать. Ты его ещё не выбрала. Но кое-что ещё осталось.

Обстановка резко переменилась: девушки оказались на улице, похолодало, в воздухе закружились искристые снежинки. На улице стемнело и зажглись фонари. По тротуару навстречу не спеша шла Юлька-двойник. Она несла пакет из продуктового, но была так беззаботна, что казалось забыла о нём. Девушка мечтательно смотрела по сторонам, любовалась огоньками в витринах, снежным искристым вихрем вокруг фонарей.

– И зачем ты себя показываешь, – буркнула Юлька. – Я и так вижу, что ты красивая. С тобой рядом и на душе светлее становится. Вон как ты обычным снежинкам радуешься.

– Не я это, – прошептала Двойник.

Вдруг двойник из видения уронила пакет и устремилась к дороге. Послышался визг тормозов и шелест покрышек о заледеневший асфальт. Мальчишка лет десяти шагнул с тротуара на дорогу. Для него загорелся зелёный свет, но из-за наушников он не услышал, что маршрутка не успела остановиться. Да ещё и обзор перекрывал неправильно припаркованный внедорожник.

– Я же помню этот день! – Юлька растерялась и завороженно следила за собой со стороны.

Она видела, как попыталась ухватить мальчика за куртку, но лишь скользнула по капюшону, и тот успел выскочить перед машиной. Видела, как подскочила к его телу и не подпускала сердобольных прохожих, чтобы не сделали хуже. Видела, как провела первичный осмотр и убедилась, что спина и шея целы, как разрешила молодому мужчине подхватить ребёнка на руки и отнести в машину, как запрыгнула следом в салон.

Моргнула и оказалась в коридоре больницы. Из-за двери с матовым стеклом вышел врач, что-то сказал, и лицо Юльки из видения расцвело улыбкой. Такая взъерошенная, испачканная в крови, но счастливая и красивая…

Вдруг всё вокруг смешалось, и Юлька со своим зеркальным двойником оказались в сияющем перламутровом пространстве.

– На этом всё. Делай выводы.

– О том, что я сама себя недооцениваю?

– Ты должна научиться видеть свою красоту и… – Двойник хитро улыбнулась: – и делать себе приятное! В первую очередь сама.

– Эх. Хотела бы я быть такой же оптимисткой, как и ты!

– Но я и есть "ты". И вот ещё, чуть не забыла. Как ты себя привыкла называть? В соцсетях подписывать?

– Юлька же, как в паспорте!

Двойник покачала головой и поцокала:

– Юля, чтобы я больше такого от себя не слышала!

Теперь улыбались обе, глядя одна другой в глаза.

– Я тоже кое-что вспомнила, – встрепенулась Юля-оригинал. – Что было в том блокноте?

Юля-двойник достала из воздуха книжечку и протянула Юле. «Ты красивая». «Позволь любить себя». «Балуй себя». «Не экономь на себе». «Не критикуй себя постоянно»…

Юля подняла глаза, но перед ней за столом сидел врач и что-то записывал улыбаясь.

– Поговорили?

– Д-да, – Юля стёрла скатившуюся к подбородку слезу. – Как вы поняли, что я должна с ней поговорить?

– Зеркалам придают массу мистических и зловещих свойств, но в вашем случае отражение хотело лишь что-то до вас донести, а разговоров с собой лучше не избегать. Ну а я лишь посредник, который помогает договориться таким, как вы. На то я и врач.

Мои любимые ловцы света

Сегодняшний вечер один из лучших за последнее время. Открытие выставки прошло великолепно. Этот молодой человек оставит свой след в искусстве запечатления света. Хотя он молод только по моим меркам. Как жаль, что люди живут не так уж долго. Этому ловцу света уже за тридцать. Почти половина жизни, когда он может активно заниматься любимым делом, прожита.

Великие произведения искусства, в отличие от их создателей, остаются жить годами. Некоторые сохраняются даже столетиями. Не без моего участия, конечно же. Я не люблю, когда погибает то, что мне нравится.

Я живу на этом свете уже около пяти тысяч лет. Бросил подсчёт прожитых годов ещё тысячи две лет назад. Чем только я не занимался на заре своей карьеры! В юности у меня была уйма обязанностей. Во-первых, я числился божеством света. Также покровительствовал пастухам и их стадам, был богом-врачевателем и предсказателем, приглядывал за дорогами и путниками. Однако гораздо больше мне нравилось быть покровителем искусств.

Со временем люди всё больше узнавали природу вещей и формировали науки. Им стали не нужны объяснения природных явлений с точки зрения божественных сил. Большую часть моих обязанностей стали выполнять физика, биология и медицина.

Дольше всего я отвечал за свет. Собственно, в мои обязанности входило обеспечение своевременного восхода и заката светила. С Солнцем мы до сих пор в отличных отношениях, и оно всегда прекрасно справлялось без меня. Так у меня оказались свободны руки, чтобы заниматься только любимым делом – искусством.

Говорят, что мужчина любит глазами. Тогда можно считать меня подтверждением этого правила. Больше всего в искусстве я люблю изображения – эту игру света, закреплённую красками или химикатами на поверхности чего-либо, будь то ваза или холст.

Времена менялись, а с ними менялось понятие прекрасного, технологии в искусстве и, разумеется, мода. Сначала люди научились писать прекрасные художественные полотна, изображающие красивых здоровых женщин, живущих в изобилии. Затем что-то перещёлкнуло в умах художников, и постепенно они стали уделять большее внимание цвету в ущерб сюжету и достоверности.

Кроме того, людей становилось всё больше, прокормиться им было всё сложнее. Началась череда разрушительных мировых войн. Столько прекрасных произведений погибло! Архитектура, живопись, литература! В этот период люди всё меньше думали о прекрасном. Многие талантливые художники пропадали в нищете.

В тот период, когда искусство почти никому не было нужно, я думал, что настал мой конец. Оставшись без работы, никому не нужный, я просто тихо растворюсь в истории. Чтобы жить, я должен быть необходим людям. К тому моменту, учёные уже изучили природу света. Физика всё больше отнимала мой хлеб. Для меня оставалось только искусство, но и оно переживало кризис.

Найти решение проблемы помогла моя давняя приятельница Урания. Она специализируется на астрономии и тоже дружна с Солнцем. Вместе мы придумали, как направить людей, чтобы они стали использовать открытия в физике для развития искусства. Я помог изобрести людям ловцы света.

Больше сотни лет с момента изобретения первой ловушки для света мои протеже трудились над улучшением устройства, чтобы оно стало доступным для широкого круга пользователей.

И, наконец, детище физики и химии было признано в творческом мире. Так миру была подарена фотография, а у меня открылось новое дыхание. Теперь моими храмами стали выставочные залы, а главным атрибутом – фотокамера.

Я сам влюбился в фотографию и смог влюбить в неё человечество настолько, что люди стали встраивать камеру в свои любимые гаджеты. Теперь у них всегда есть возможность поймать и сохранить свет. Волшебный звук затвора, заставляет сердце биться быстрее.

Когда я сам беру в руки фотоаппарат и отправляюсь на охоту за светом, то чувствую себя живым, как четыре тысячи лет назад, когда моё имя знал каждый человек на моей родине. Сейчас вряд ли кто-то поверит, что устаревший греческий бог Аполлон, является покровителем фотографии, но за пределами Греции почти никто не знает моего второго имени. Поэтому для вас здесь и сейчас я Феб.

Дочки-матери и суп из настоящего перца

Что может быть соблазнительнее для школьников четвёртого класса, чем игра в самом настоящем домике на дереве?

Алиса, Аня и Таня договорились после уроков встретиться в яблоневом саду за огородами сразу после уроков. Медлить было нельзя. Необходимо было забежать домой, бросить рюкзак в комнату, схватить припрятанные «посудки» и бежать к месту встречи.

Само собой, играть собирались в дочки-матери. Таня, как самая старшая из троицы, конечно же, мать, Аня и Алиса – дочки. Для обустройства дома было решено принести из дома «посудки». Алиса взяла консервную банку, стаканчик из-под йогурта и стащила из полки настоящее сокровище: трёхзубую вилку! А что? Всё равно мама никогда этой вилкой не пользовалась. Да и таких вилок в полке было аж пять штук, а в семье четыре человека. Подельницы пришли примерно с такими же наборами кухонных принадлежностей.

Настало время обустройства семейного очага. Здесь девочки были особо горды собой. Таня, своим авторитетом добилась того, чтобы мальчишки уступили ей свой домик на дереве. По факту, деревянная, грубо сколоченная будка, но в глазах детей – чуть ли не волшебный замок. Да ещё и на дереве!

Правда мальчишки не особо сопротивлялись. К тому моменту у них уже был построен шалаш в кустах и разрабатывался план рытья землянки.

Итак, раздел территории прошёл без кровопролития. Кухня посудой укомплектована. Самое время готовить обед. Мама-Таня осталась в домике делать уборку и наводить уют, развешивая по стенам букетики из цветочков и травы, собранных прямо под деревом. Дочки же отправились за продуктами.

Неподалёку от дерева с домом располагалась яма с мусором. Настоящий бесплатный супермаркет! Добытчицы быстро «приобрели» шикарную большую консервную банку. Такая и на кастрюлю потянет! Вот «мама» обрадуется! Принесённые ранее банки разве что на сковородку тянут, а тут и суп на всех можно намешать.

Добыв ещё пару банок, девочки уже было отправились домой, как на глаза Алисе попалось нечто эксклюзивное: красивая связка высушенного перца. Это же настоящие продукты для маминого супа! Не поддельный, как кастрюли из консервных банок, а всамделишный перец!

«Домой» дети влетели с горящими от радости глазами. Мама-Таня оценила, похвалила и отправила «дочек» поиграть на улице, пока она приготовит обед. Решено было сходить на разведку к мальчишкам, проверить, как они свой шалаш обустроили. Наверняка не так богато, как они свой домик.

Но на этом игра для Алисы была окончена. Её настоящая мама нашла, куда после школы запропастился ребёнок и пришла в сад сама, чтобы сопроводить пропажу домой.

Спорить с мамой было бесполезно, поэтому Алиса безропотно поплелась следом. Переживала она только о вилке, оставшейся в домике, да о супе из настоящего перца.

Уже дома мать терпеливо разъясняла Алисео, как опасно уходить гулять далеко и не предупреждать, куда именно. К счастью Алисы, ни слова не было сказано о самом домике на дереве. То ли мама его не заметила, то ли относится лояльно к таким развлечениям, главное предупреждать, где находишься.

И тут мимо оконо с оглушительным воем пронеслась Таня. Она жила в соседнем доме и сейчас направлялась туда на пугающей скорости. Алиса вжала голову в плечи и мысленно порадовалась, что мама забрала её домой раньше, чем случилось нечто страшное, что так испугало Таню.

На этом инцидент был исчерпан. Алиса больше не ходила играть в домик на дереве. Сначала испортилась погода. Затем мальчики отбили жильё обратно и интерес к нему угас.

Что же страшное произошло в саду, когда Алиса ушла? Об этом вся троица узнала лишь в девятом классе. Девочки стали достаточно взрослыми, чтобы вспоминать детство, как пройденный этап жизни.

– А помните, мы в саду в домике на дереве играли? – сказала Алиса.

– Ой! И не вспоминай! Я думала, что умру! – Таня аж отвлеклась от процесса шлифовки ногтей.

– Из-за этого ты так кричала в тот день, когда проносилась мимо моего дома?

– Я тоже тогда пострадала! – присоединилась к обсуждению инцидента из прошлого Аня. – Я что-то съела и у меня ужасно горело во рту. Но что с тобой-то случилось? Меня же тоже мама забрала. Ты последняя уходила.

– Да во рту горело – это фигня! У меня глаза чуть не выгорели! Было больно и горячо. Я вообще глаза открыть не могла! Я побежала домой. Мамы нет. И вообще дома никого нет. Глаза горят, а от них и мозги будто полыхают. Я и думала, что умираю. В страхе позвонила тёте и сообщила ей эту новость и бросила трубку. Потом вспомнила, что на веранде стоит ведро с водой. Побежала и засунула в него голову, открыла глаза, чтобы потушить пожар. Чуть не захлебнулась тогда. Уфф! Ну и страшно же было!

Алиса теперь прекрасно понимала, что стало причиной страданий Тани и Ани, но не решалась прокомментировать ситуацию. Ещё она удивлялась, что девочки сами не догадались.

– А с тобой тогда ничего не случилось? Только с нами?

– Да нет. Со мной всё было хорошо. Даже мама не сильно ругалась, – Алиса посмотрела на подруг и решилась сдаться. – Аня, помнишь, что мы с тобой тогда в мусорке откопали?

– Не особо. Банки вроде какие-то.

– Ага. А я ещё и связку сушёного красного перца нашла.

В первые мгновения из глаз пострадавших полетели молнии, но внезапно все втроём захохотали.

Вот такая вот история с отложенной на пять лет развязкой.

Это было обычное утро, или Ты не одна, даже если кажется, что это не так

Это было обычное утро, такое же, как и множество предыдущих. В 6:00 прозвенел будильник в мобильном телефоне, и я привычно перевела его на десять минут позже. Я всегда так делаю. Понимаю, что это глупо, но всё равно продолжаю, поддерживаю эту иллюзию про «ещё немножко поспать». Обычно эти десять минут пролетают как мгновение. Стоит только положить телефон обратно на полку, как снова срабатывает будильник. В 6:10 я заставляю себя вылезти из постели и иду на кухню ставить чайник, потом застилаю постель, завариваю чай и, пока он остывает, привожу себя в порядок в ванной. Затем завтракаю и иду на автобусную остановку. Тысячи людей живут по такому же алгоритму.

Мне редко удается сесть в автобусе. С моей остановки они вечно идут переполненные, и свободные места как раз появляются, когда мне нужно уже выходить. Поэтому я привыкла досыпать, стоя в автобусе и держась за поручни. В переполненном транспорте сложно упасть. Так даже лучше, потому что отключаться я начинаю непроизвольно. Дорога до университета обычно занимает двадцать пять – тридцать минут. Из них восемнадцать минут я еду в автобусе. Примерно половину этого времени сплю, но каким-то чудом перед своей остановкой умудряюсь очнуться.

То утро было примерно таким же. Автобус застрял в привычной пробке перед мостом. Эта пауза входила в те восемнадцать минут, которые занимала поездка. В этом месте улицы параллельно старому мосту над железной дорогой строился новый. Участок считался одним из самых напряженных и загруженных по части пробок во всем городе, и мне «повезло», каждое утро здесь проезжать. По своему ежедневному сценарию я начала засыпать, когда автобус добрался до середины моста. От одного фонарного столба к другому через дорогу проходили сплошные выступающие полосы наподобие лежачих полицейских, и напротив каждого столба автобус вздрагивал. В какой-то момент он вздрогнул слишком сильно. Вероятно, пришлось экстренно тормозить, но причину я проспала.

Когда автобус затормозил и дернулся, я упала лицом вперёд и уткнулась прямо в спину какого-то мужчины в тёмном свитере. На секунду в глазах потемнело. Я отметила приятный и ненавязчивый аромат одеколона и, как могла, быстро восстановила равновесие. При этом сделала возмущенное лицо, как будто причиной моего падения было только резкое торможение автобуса, и виноват разиня-водитель, а тот факт, что я сплю, находясь в общественном транспорте, вообще ни при чём.

Мужчина на меня никак не отреагировал. Видимо, привык к толчее в автобусах. На его свитере даже следов от моей пудры не осталось. Вот и хорошо. На этом я об инциденте забыла.

На мгновение мне почудилось, что люди в автобусе какие-то другие, не те что были до того, как я задремала. Но, наверное, одни просто вышли на предыдущей остановке, а другие вошли, а я в это время начала дремать и даже не заметила. Я действительно не запомнила, как автобус останавливался на предыдущей остановке. Ещё я обратила внимание, что звуки стали немного более звонкими. Как будто до этого момента у меня были заложены уши, а потом их резко отложило. Значит, окончательно проснулась.

Далее до университета я добралась без происшествий, но всё-таки опоздала на три минуты. В тот день у нас был не очень сложный предмет, который вела не строгая преподавательница. Как правило, она сама опаздывала на занятия каждый раз не менее, чем на пять минут, поэтому можно было без опаски проскользнуть в аудиторию.

Я тихонько приоткрыла дверь и уже хотела входить, но заметила, что там занимаются не мои одногруппники и за кафедрой стоит не наша преподавательница, а симпатичный лектор с другого факультета. Буркнув «Прошу прощения», я быстро закрыла дверь, но никто даже не отреагировал, будто я вообще не заглядывала. Странно: мы всегда по средам первой парой занимаемся в этой аудитории. Где-же тогда сегодня наши? И главное, что никто не удосужился мне позвонить и предупредить!

Я пошла в конец коридора и уселась на подоконник. После этого достала из кармана сумочки телефон и собралась уже написать сообщение кому-нибудь из одногруппников, но именно в этот момент мобильный, булькнув на прощание два раза, отключился. Странно, я заряжала телефон два дня назад и еще на день заряда точно должно было хватить. Видимо, аккумулятор начал срабатываться и скоро придется его заменить, раз стал хуже удерживать заряд.

Мне лень было идти и рыскать по аудиториям в поисках своей группы. Предмет был скучный, и я решила посидеть до звонка. На перерыве народ высыплет на коридор, и я высмотрю своих. Чтобы не сползать с подоконника, я поставила ноги на батарею. Можно было бы послушать музыку, и я даже достала наушники, но телефон ведь разрядился, поэтому оставалось только смотреть в окно. На улице было пасмурно, а по стеклу сползали капельки. В тот момент дождя не было. Моя самая любимая погода, когда нет солнца, но вот так тепло и влажно, и густой воздух, кажется, можно потрогать руками.

Из-за угла вынырнула уборщица. Я задумалась и не сразу её заметила, запоздало сняла ноги с батареи и спрыгнула с подоконника. Как ни странно, тётенька не сказала мне ни слова, а молча прошла мимо. Сегодня решительно никто не обращал на меня внимания. Хотя это не слишком удивило меня. Меня редко замечают вообще. Идя по улице, я уступаю дорогу абсолютно всем прохожим, потому что мне её не уступает никто, как будто меня нет, и я не иду прямо на встречу. Даже на сантиметр в сторону не сдвигаются. Я пробовала ходить, как они, упрямо вперёд, чтобы и мне хоть иногда уступали путь. Это всегда заканчивалось столкновением и ворчанием в спину. Поэтому обычно я ловко лавировала между не замечающими меня прохожими.

Я снова забралась на подоконник и просидела до звонка с первой половины пары. Из аудиторий стали выходить люди, но моих друзей не было. Неужели занятия перенесли в другой корпус? Здесь все аудитории оказались занятыми.

Не торопясь я направилась в главный корпус. Не особо хотелось попасть на остаток первой пары, поэтому я наслаждалась погодой. Специально пошла длинной дорогой, чтобы убить время и прогуляться по скверу. Тут растут клены и лиственницы. В наших широтах осенью это самые яркие деревья. Уже конец середина октября и они приобрели тот неповторимый ярко-желтый оттенок, который бывает только у клена. Отсутствие солнечного света не умаляло красоты сквера. Деревья сами светились.

В главный корпус я пришла как раз ко второму перерыву. Звонок прозвенел, когда я шла по коридору к очередному окну – в каждом корпусе есть окно, на котором я люблю сидеть. Из аудитории, в которой мы обычно занимаемся по четвергам, вышла наша староста и её подруга. Так вот они куда забрались! Следом за ними из аудитории вышла преподавательница. Совсем не та, которая должна была быть. Пары у этого педагога я стараюсь не пропускать. Во-первых, она очень интересно ведет занятия. А во-вторых, пропуски её пар значительно влияют на получение ощутимых поблажек при сдаче зачета. И, кстати, её пара тоже должна быть в четверг.

Неужели я утром встала настолько сонная, что перепутала день недели? Тогда, если сегодня действительно четверг, почему я не помню вчерашней среды? Я конечно рассеяна, но не до такой степени, чтобы путать дни и забывать их. Вариант, что я попала на шумную вечеринку, перебрала и просто всё забыла, тоже исключается. Я вообще не пью, поэтому меня никогда не зовут на шумные вечеринки.

Происходящее начало меня пугать. Одногруппники продолжали покидать аудиторию. Проходя мимо меня, они не здоровались. Это было уже совсем ненормально. При всей моей незаметности и серости правила приличия обычно соблюдались, и со мной всегда здоровались. Да и в целом относились ко мне дружелюбно. Я сделала шаг к девчонкам из группы, громко и с самым невинным видом сказала «Привет!», будто это не я целую пару где-то прошаталась.

Они никак не отреагировали. Они меня не увидели! Меня никто не видел и не слышал!

Я стояла посреди коридора, как потерявшаяся девочка, и не знала, что делать. Люди проходили рядом, мимо меня, но я не ощущала толчков. А может их и не было? Может я исчезла, и меня тоже не было?

Я поискала глазами свою самую близкую подругу. Из аудитории она не выходила. Я заглянула внутрь. Там её тоже не оказалось. Значит, на занятия сегодня она тоже не пришла.

Тем временем, вся моя компания переместилась к другой аудитории. Здесь у нас должна была походить по четвергам вторая пара. Дверь была закрыта, и все ждали преподавателя с ключом. В каждой компашке говорили о чем-то своём. Кто-то заметил, что я второй день отсутствую, мол на меня это не похоже. Потом разговор переключился на что-то другое, и обо мне больше не вспоминали. Значит, я действительно куда-то исчезла. И среда исчезла. Потому что сегодня определенно четверг. Так что же со мной произошло?

Снова прозвенел звонок. В этот раз на пару. К двери кабинета подбежала запыхавшаяся молодая преподавательница, быстро открыла дверь, и вся группа ввалилась в аудиторию. Я ещё некоторое время стояла у двери и слушала, что происходило за ней. Проверяли отсутствующих. Назвали меня и сказали, что не знают, почему меня нет.

Не зная, что дальше делать, я поплелась домой. Погода уже не радовала. Я медленно шла по улице и думала о случившемся. Прокручивала в голове весь день с самого утра. Ничего ведь необычного не было. Только уснула в автобусе и упала на пассажира. В этом нет ничего выдающегося, если только при этом автобус не проскочил в какой-то портал или дыру во времени – ровно на одни сутки вперед. А было бы забавно! Хотя нет. Ничего забавного в этом нет. Вот она я. Как будто на день вперёд, а как будто меня и нет вовсе. Исчезла. Бесследно.

Также я думала о том, что никто особенно и не волнуется обо мне. Как и те прохожие, которые раньше имели обыкновение толкать меня на улице. Сейчас я шла как обычно… Почти как обычно. Толчков не ощущала, будто люди проходили, не касаясь меня… или… или сквозь меня… Я хотела попробовать пойти на лобовое столкновение, чтобы проверить, действительно-ли сквозь меня теперь можно ходить, но не хватило смелости. Если бы это оказалось действительно так, я бы, наверное, сошла с ума… Хотя я, кажется, и так уже сошла с ума. Так что терять нечего, но я так и не осмелилась.

Обычно пеший путь домой занимал около сорока пяти минут. В этот раз я шла дольше, потому что задержалась на мосту. Не знаю почему я это сделала, но примерно посередине моста я остановилась и в задумчивости стояла несколько минут. Потом меня будто что-то отпустило, и я пошла дальше.

Придя домой, я уже ничему не удивлялась. Дверь была закрыта на нижний замок, хотя я всегда закрываю на верхний. На нижний обычно закрывает моя подруга. Она самый близкий мне человек, и я доверяю ей ключи от квартиры. Частенько она ночует у меня, и я уже изучила ее привычки.

Не успела я поменять ключ, как внизу послышались шаги. Кто-то вошел в подъезд и быстро поднимался по ступенькам. Это оказалась моя подруга. Я отскочила в сторону, когда она чуть не пробежала сквозь меня. Тем не менее, я успела заметить, что у неё в пакете лежало штук пять моих любимых глазированных сырков, причём именно со сгущенным молоком. Возникло ощущение, что она просто пришла ко мне в гости, и вышла на несколько минут в магазин, купить что-нибудь к чаю.

Когда она вошла в квартиру, я скользнула за ней. Возникла какая-то странная дрожь, как будто каждая мышца в моём теле завибрировала, мне стало тяжело дышать, в глазах помутнело, в ушах начал нарастать шум. Обычно так я себя ощущала перед тем, как упасть в обморок. Последнее, что я смогла относительно внятно воспринять, так это то, что моя подруга сняла куртку, зашла ко мне в комнату и в проёме двери я увидела себя, завернувшуюся в плед на диване и как будто не совсем проснувшуюся.

***

Я медленно открыла глаза. Ноздри уловили приятный запах мужского одеколона. Я не сразу поняла, что меня кое-как уложили на сиденья автобуса. Потеряла сознание.

Когда автобус был на середине моста, длинная очередь машин начала двигаться быстрее – пробка рассасывалась. Водитель, выбивавшийся из графика, увеличил скорость, но через пару машин впереди располагался пешеходный переход. Какой-то подросток выскочил на него на велосипеде, надеясь проскочить, но не рассчитал. Ему повезло, что водитель авто, которое шло перед автобусом, обладал отличной реакцией и успел затормозить. Перепуганный паренёк умчался на своём велосипеде дальше. А вот наш водитель оказался не таким расторопным. Зелёная громадина, прежде чем затормозить, поцеловала задний бампер ехавшего впереди седана. При этом автобус изрядно тряхнуло. В целом пассажиры не пострадали. Ну а я… Я в этот момент уже почти совсем заснула и, не удержавшись, полетела вперёд, при падении зацепилась за пассажира, развернулась спиной вперёд и встретилась затылком с поручнем. Как это на меня похоже! Плохая координация плюс нахождение в транспорте в состоянии сна.

Я проморгалась и смогла сфокусировать взгляд: вокруг напуганные лица, а также молодой мужчина в тёмном свитере – носитель того приятного аромата одеколона. На ближайшей остановке он помог мне выйти на воздух и усадил на лавочку. Затем хотел вызвать скорую, но я запротестовала. Всего-то ударилась головой. Раны нет. Я уже пришла в себя, а при первых признаках сотрясения мозга пообещала вызвать врачей. Затем я позвонила своей подруге и попросила приехать ко мне. Она оказалась как раз на расстоянии одной остановки и уже через две минуты с обеспокоенным видом кудахтала вокруг меня и благодарила мужчину.

После этого мы поехали ко мне домой и весь день просидели там. Я рассказала ей мой сон, или что это было, про то, как я переместилась в будущее ровно на одни сутки. Рассказала, что было в университете, и как меня никто не видел. Мы допоздна фантазировали на темы перемещения во времени и про временные порталы. Алеся отказалась оставлять меня одну на ночь – всё-таки я сильно ударилась головой.

А я снова обдумала своё приключение и поняла, что на самом деле много друзей не бывает. Да и не нужно их много. Достаточно одной самой близкой, преданной и готовой ради тебя на всё подруги, на которую всегда можно положиться. И не забывать соответствовать.

На следующее утро я спала допоздна. За это время Алеся приготовила завтрак и успела сходить в магазин. Я проснулась как раз в тот момент, когда она вернулась.

– Алиса, какой тебе сделать чай? Я твои любимые сырки купила.

Дело о печеньках

Сергей Пехов служил помощником следователя второй месяц и ещё толком не успел втянуться в работу. Слишком уж много всего и сразу на него навалилось. Кроме своей непосредственной бумажной работы в последнюю неделю на него обрушились ещё и обязанности следователя, повредившего ногу. Более опытной замены не нашлось, так как остальные следователи отдела либо были загружены своими делами, либо укатили в отпуска.

После напряжённой работы и за себя, и за того парня, пятничным вечером Сергей надеялся расслабиться. В целом ему нравилась его работа – это как раз то, чем он и хотел заниматься в жизни. Но пока что Пехов ещё не привык к такому ритму.

Планы Сергея на отдых вероломно разрушила сестра. Оля училась в восьмом классе и на время длительной командировки родителей проживала с братом. Старшие Пеховы были видными кардиологами и часто выезжали в зарубежные клиники для обмена опытом и участия в международных проектах ВОЗ. По этой причине брат с сестрой большую часть времени проживали вдвоём, и на Сергея накладывалась дополнительная ответственность за младшую сестру. Хорошо хоть, что Оля росла самостоятельной и рассудительной девочкой и не требовала излишней опеки.

Но в тот раз она всё-таки потревожила Сергея просьбой о помощи:

– Брат, ты же уже почти настоящий следователь? – вкрадчиво начала она, присев на кресло напротив Сергея, разлёгшегося на диване с книгой.

– С прошлой недели – самый настоящий. Досрочное введение в должность, так сказать. Но до утра понедельника я хочу побыть просто приложением к дивану.

– А ты можешь мне помочь, как следователь? – увидев смену выражения лица брата, Оля быстро добавила: – Даже с дивана вставать не придётся! Я только хочу посоветоваться с тобой, как быть в одной интересной ситуации.

– Как-то странно ты говоришь. Решила преступницей заделаться?

– Нет, я жертва. Но преступление не совсем обычное.

– И? – Сергей сел на диване, так как лёжа работать не мог, а по словам Оли намечалась именно какая-то работа, пусть даже и не серьёзная.

– У меня украли деньги. Трижды.

– Где?

– В школе, скорее всего.

– Классной говорила?

– Ещё нет. Я же говорю, что преступление необычное. Три раза у меня украли половину карманных денег. При этом преступник оставлял взамен домашнюю выпечку. Дважды был кекс с изюмом, а сегодня песочное печенье с кокосовой стружкой. Это не простая кража, поэтому я пока учителю не говорила. Вот что ты мне посоветуешь сделать?

– Еду, говоришь, взамен оставлял? Может поклонник твой? Есть подозреваемый?

– Подозреваемый поклонник есть, но не думаю, что он деньги брал. Если хотел угостить, то угостил бы. Деньги-то причём?

– Логика есть, но вдруг он стесняется и пытается запутать тебя? Что это вообще за человек?

Оля пересела на диван к брату и открыла страничку своего предполагаемого воздыхателя в социальной сети.

– Вот, это страничка Лёшки Игнатова. Мы в одном классе учимся. Семья нормально обеспеченная, он даже в секции по хоккею занимается, а это ух как не дёшево!

– Ну-ка пролистай ленту ниже. Стоп! «Команда «Чёрные ястребы» вышла в финал городского турнира среди юношей до шестнадцати лет», – прочитал Сергей. – Когда у тебя в последний раз деньги стащили?

– Вчера. После четвёртого урока я собиралась в буфет. В рюкзаке к этому моменту уже к появилось печенье и исчезла половина денег.

– Однако, благородный грабитель: не позволяет жертвам голодать. Но это был не твой предполагаемый воздыхатель.

– А как ты узнал так быстро, что это не он?

– Следователь я или где? – Сергей картинно возмутился, а затем снова напустил на себя серьёзный вид. – Сама посуди, у тебя четвёртый урок около двенадцати часов дня заканчивается. Так? Так. А теперь смотри. Этот спортсмен вчера без десяти двенадцать уже выложил запись о победе команды. Ледовый дворец начинает работу с девяти. Игры начинаются обычно в десять. Это я от старшего следователя знаю. У него сын в команде. Дальше, хоккейный матч длится около двух часов, а бывает и дольше. Никак не мог этот Алексей успеть вернуться с другого конца города в школу и отполовинить твои деньги.

– Хм. Верно говоришь. Тогда кто же это может быть?

– Может у вас в классе есть ребята из бедных семей? Я не говорю, что все бедные воришки, но у них всё-таки есть мотив для кражи.

– Юлька? Она сирота, живёт с бабушкой на одну пенсию. Но не похожа она на воровку. И… Не-не-не! Вспомнила! Это точно не она: Юлька уже третий день на больничном. Как она кашляла и чихала позавчера! Не было её вчера в школе.

Итак, работа нашла Сергея даже дома на диване. Весь вечер брат и сестра перебирали одноклассников Ольги в попытке найти подозреваемого. Но у всех находилось оправдание: либо алиби, либо полное отсутствие мотива.

Оля уже начала подозревать даже свою лучшую подругу Свету и, по совместительству, соседку по парте, как та сама позвонила и разрушила очередную версию.

– Оль, прикинь, у нас в классе вор завёлся!

– И что украл? Деньги?

– Да, но не все. А ещё печеньки подкинул и записку: «Спасибо за помощь и извини за неудобство. Надеюсь, ты всё поймёшь».

– Обалдеть! Это сегодня произошло?

– Неа, вчера. Но я ж после четвёртого урока и вчера, и сегодня отпрашивалась к стоматологу, и в буфет не ходила, в кошелёк не заглядывала. Так, побросала тетрадки в рюкзак и умотала. А сейчас стала собираться в школу и заметила.

– Значит так, пока что никому больше не рассказывай. У меня точно также деньги пропали.

– Офигеть! А почему мне не рассказала?

– Странный этот вор. Хочу понять, зачем он это делает.

– Это точно. Ворует и извиняется.

– Ну вот мы сейчас с Сергеем думаем над этим делом.

– Хм. Ритка Кротова кроссовки фирменные купила, которыми давно бредила. Откуда у неё деньги, а?

– Думаешь она таскала? Правдоподобная версия, но проработаем её уже завтра. Я и так брату отдохнуть не дала.

– А можно я тоже к вашему расследованию присоединюсь? Ну пожалуйста!

– Приходи завтра к двенадцати. Нет, к часу. Пусть Сергей поспит.

– Договорились.

Оля разговаривала по телефону при Сергее, и из контекста он понял суть разговора девочек.

– Ну спасибо, что хоть время поспать оставила, хотя я вроде как не давал своего согласия и завтра заниматься твоим делом с печеньками.

– А ты разве не поможешь? У родной сестры деньги воруют!

– Так обратись с заявлением куда следует, и делом займутся официально.

– А вдруг это благородный вор? Вон какой вежливый. Я, кстати, про записку забыла. Сейчас покажу.

Оля принесла из комнаты три записки с извинениями. Текст был написан нарочито безобразным почерком, чтобы невозможно было определить автора.

– Это явно кто-то левой рукой писал, поэтому я не посчитала эти записки серьёзной уликой.

– Может по ним ты так просто не определишь преступника, но их наличие позволяет уточнить психологический портрет злоумышленника. Ворует, но совесть его мучает. Не спроста же он еду взамен кладёт. И заметь, выпечка домашняя, то есть в магазине вор деньги, украденные старается не тратить. Таскает с домашнего стола. Там твоя подруга подозреваемого какого-то назвала вроде?

– Одна наша одноклассница мечтала про кроссовки брендовые, а сегодня в них пришла, счастливая, как слон. Я уже всех подряд подозревать начала. Может завтра с ней поговорить?

– Так она тебе и расскажет.

– А я не по телефону, а домой к ней приду, чтобы не могла трубку бросить.

– Она может просто тебе дверь не открыть.

– Пошли со мной! Ты взрослый, тебя она послушается. А не поверит, ксиву покажешь!

– Э нет! Я на такое не подписывался. Ты просила совет, я его дал. А теперь дуй спать!

На следующий день Оля честно позволила брату выспаться, приготовила завтрак, а затем, вместе с подоспевшей подругой всё-таки уговорила его сходить к однокласснице для разговора. Сергей проинструктировал сестру и её подругу, но остался ждать девочек во дворе.

Рита без вопросов открыла дверь, и Оля спокойно начала неприятный разговор с одноклассницей:

– Дело в том, что у нас в школе завёлся вор. У меня и Светы украдены деньги. Мы пока ничего не говорили классной. А сейчас перебираем всех, кто мог войти класс. К тебе пришли, чтобы убедиться, что вор – не ты.

– Но подозрения всё-таки есть, да? Обновка моя покоя не даёт?

– Ну, Рит, сама посуди: кто-то деньги взял и это факт. Чтобы взять, нужен мотив.

– Ладно, ладно! Я поняла. Сейчас чек покажу, чтобы вы отстали.

– И что нам даст твой чек? Подтвердит, что обувь куплена. А за какие деньги?

– Не за ваши уж точно. Оплата карточкой была. А откуда у меня карта, чтобы краденые деньги на неё перечислить? Крёстная мне кроссы подарила!

Алиби Риты тоже подтвердилось, и сыщики остались совсем без версий.

Вечером брат с сестрой ужинали пельменями, разговаривали о всяких пустяках, а на фоне по телевизору шли новости на местном канале. Вдруг Оля вскрикнула:

– Ничего себе! Сашка в телевизоре!

На экране показывался сюжет о том, как готовятся к встрече Нового года в городском детском доме. Главным героем сюжета был Олин одноклассник с репутацией отъявленного хулигана и невоспитанного грубияна. Его благодарили за то, что он помог с приобретением новогодних подарков воспитанникам.

– Ребята просили в своих письмах самые простые игрушки, не что-то заоблачное, вроде телефонов. Но и эти игрушки нужно купить за что-то. А ведь малышам так важно чувствовать, что кто-то о них думает, прислушивается. Одна девочка заказала жирафа Йосю, – подросток засмеялся. – С этим подарком пришлом помучаться, пока я пытался узнать, что это за игрушка. Но, вроде, выкрутился. Надеюсь, малышке понравится.

На вопрос о том, откуда Саша взял деньги он скромно ответил, что помогли друзья и выдал странную фразу:

– Спасибо вам, ребята, и извините за доставленные неудобства. Надеюсь, вы всё поймёте.

Оля с Сергеем сидели, открыв рты и забыв про пельмени. Дело раскрылось само.

Первое, о чём Оля спросила одноклассника Сашу в понедельник утром, это не деньги.

– Что за жираф Йося? Я не нашла ничего в интернете про эту игрушку.

– Так и не найдёшь. Его детдомовские ребята сами придумали.

– И как же ты тогда нашёл игрушку.

– Сам сшил.

Оля сначала потеряла дар речи, а потом всё-таки собралась и спросила про деньги:

– Почему просто не предложил скинуться классом на подарки?

– А вы бы стали меня слушать? Я же хулиган и раздолбай.

– Ну так… Всё! С этого момента, говоришь всему классу и будем помогать вместе!

Оля не могла злиться на Сашку и понимала мотив совершённого преступления. Сашка сам был из детдомовских и всего два года, как был усыновлён.

Ночь темна и полна…

Молодая девушка жила в деревенском доме со всеми прилагающимися к сельской жизни плюшками: чистый воздух, напоённый ароматами цветов, ясное звёздное небо и соловьиные концерты майскими ночами.

В одну из таких ночей она вышла на улицу подышать воздухом и ещё по некоторым делам. Птичьи трели заливали всю округу, но их дополняло назойливое и тревожное дребезжание майских жуков. Один из них запутался в волосах девушки. От неожиданности она отшатнулась и подвернула ногу. Тут же другой жук свалился ей прямо на лицо и уцепился своими когтистыми лапками. Девушка с криком стряхнула с себя нападающих насекомых.

Настроение было испорчено, и девушка поспешила обратно в дом. И тут она услышала странный шум в сарайчике. Надо бы проверить, что там такое. А вдруг это корова зацепилась за ясли цепью и сейчас страдает в неестественной позе? Или не стоит идти проверять?

Вход в сарайчик терялся во тьме. Сюда не доставал свет фонаря, висящего на углу крыльца. Но рациональное мышление победило: умом девушка понимала, что ничего опасного сарайчике быть не может. Непонятный звук повторился: как будто бурёнка шарахнулась от чего-то или попыталась освободиться. Точно же зацепилась!

Девушка, прихрамывая, направилась ко входу. Вход в сарайчик вместо двери был прикрыт от кур деревянной решёткой на три четверти высоты. Девушка взялась за загородку двумя руками, чтобы отодвинуть её в сторону.

Лучше бы она сначала включила свет. Изнутри за решётку ухватилось нечто невидимое и стало неистово трясти её, пытаясь вырвать деревянное заграждение из рук девушки. Та, в свою очередь, оцепенела от ужаса. Горло перехватило, и девушка могла только беспомощно сипеть.

Невидимое существо с силой толкнуло решётку на девушку и перемахнуло через неё. Через клин света от фонаря по направлению от сарайчика молнией промчался крупный чёрный кот.

А ангелы бывают рыжими?

Тридцать первое декабря в этом году выпало на субботу, поэтому у Любы был законный выходной. Не то чтобы ей так уж нужно было много свободного времени для подготовки к встрече Нового года: ёлка украшена, продукты для праздничного ужина куплены накануне. Тем не менее, свободный от работы день позволил выспаться до обеда и никуда не торопиться.

Девушка позавтракала или, скорее, пообедала бутербродами с какао, зажгла гирлянды и включила музыку. Люба собиралась отмечать праздник одна, но её праздничное настроение от этого факта ни капельки не страдало.

Грустно, конечно, было, что не для кого положить подарок под ёлку, и стол накрывать только для себя, но девушка верила, что раз и навсегда всё изменится: каждый Новый год в последние лет пять Люба загадывала одно и то же – следующий год встречать с любимым человеком. И, конечно же, весь год она старалась быть хорошей девочкой.

Именно с такими размышлениями девушка готовила для себя ужин. Куриные бёдрышки уже были замаринованы – запекать их Люба собиралась попозже, – мясная и сырная нарезки красиво разложены, канапе с маслинами ёжиком топорщились на блюдце.

И, конечно же, девушка собиралась приготовить оливье. В другое время года и не хочется этого незамысловатого салата, а в Новогоднюю ночь он обретает неповторимый вкус праздника. Люба почистила и нарезала аккуратными кубиками все ингредиенты и обнаружила, что забыла купить зелёный горошек.

Вот так всегда! Именно про горошек и забывается. Каждая хозяйка в России за несколько дней до Нового года начинает как мантру повторять "Не забыть купить горошек", но всё равно уже в сумерках в магазинах у полок с консервированными овощами начинается оживление. Чаще мамы отправляют мужей или детей, но у Любы такой возможности не было, поэтому пришлось идти самой.

На улицу девушка вышла около шести часов вечера. Уже стемнело, и праздничная иллюминация очаровывала. Люба прикинула, что времени для запекания курицы у неё ещё полно, поэтому решила немного прогуляться.

Навстречу шли улыбающиеся прохожие. Люба развлекала себя тем, что строила догадки, что у них в пакетах и коробках? Вот идёт мужчина лет сорока с белым пакетом-майкой. Явно из продуктового. Разговаривает по телефону и утвердительно кивает. Наверное, перечисляет покупки жене, сверяясь, всё ли купил. Так и хочется напомнить про зелёный горошек, чтобы ему опять в магазин за ним топать не пришлось.

А вот женщина, у которой из большого бумажного пакета выглядывают две длинные коробки одинакового размера. Обе завернуты в голубую бумагу с белочками и снеговиками. Зачем ей два одинаковых подарка? Скорее всего дочкам-близняшкам. А в прямоугольных коробках куклы в платьях принцесс, обязательно с коронами и туфельками в комплекте.

Ещё навстречу попался молодой человек с тортом в коробке, повязанной красным бантом. Парень шёл и мечтательно улыбаясь набирал сообщение на смартфоне, только лучше бы под ноги смотрел – скользко же. И торт будет жалко, если уронит.

«А куплю-ка я себе тортик! Сладкого-то у меня к празднику и нет», – обычно Люба не сильно баловала себя, да и как ей одолеть целый торт одной, но хотелось именно его, а не пирожное. В этот вечер девушка решила, что нельзя себе отказывать, зашла в кондитерскую и уже через десять минут направлялась в сторону дома. Прогулялась, вкусного купила, пора уже за горошком и домой к курочке.

Теперь Люба, с угощением в руке, полностью сочеталась с прохожими. Чуть не пританцовывая девушка направлялась в сторону ближайшего продуктового, но, не дойдя до входа в магазин около десяти метров, услышала жалобный писк. В прямоугольнике жёлтого света перед витриной сидел котёнок, мокрый и дрожащий, а прохожие, занятые своими мыслями и предвкушением праздника, совсем не обращали на него внимания, проносились мимо, едва не наступая на бедолагу.

Люба оценивающе посмотрела на мокрое животное, на торт в руке и своё почти новое пальто. «Всех котят в городе не спасти», – девушка хотела зажмуриться и пройти мимо, но боковым зрением успела заметить, как пробегающая мимо женщина пнула малыша и помчалась дальше, а котёнок, поджав переднюю лапку, отпрыгнул поближе к зданию.

– Ну нельзя же так! – Люба не сдержала эмоции и сказала это довольно громко.

Впрочем, кроме котёнка, никто на неё внимания не обратил. Рыжий малыш внимательно смотрел на Любу своими серыми, ещё не определившимися с цветом, глазёнками.

– Ну что с тобой делать? – девушка подхватила худое рыжее тельце. – Не оставаться же тебе в новогоднюю ночь на улице. Да ещё и мокрый весь.

Люба быстро прошагала к лавочке на остановке. Поставила торт и освободившейся рукой стала разматывать шарф.

– Сейчас укутаю тебя. Шарф-то не сложно будет и постирать, а пальто в химчистку сдавать придется.

Пеленая найдёныша, девушка в свете фонаря оценила его состояние: слезящиеся глазёнки, сопливый нос и повреждена правая лапка – стандартное состояние уличного котёнка в такое время года. И жить ему оставалось бы всего пару дней.

– Эх, горе ты моё, рыжее… Или не горе? А? Может счастье мне принесёшь? – засунув кулёк, из которого виднелся только сопливый нос, за пазуху, Люба пошла в противоположную от продуктового сторону. – Сейчас найдём дежурную ветклинику. Надо что-то с твоими соплями делать.

Теперь Люба значительно отличалась от большинства прохожих: хоть в руке она и несла торт, выражение лица было очень сосредоточенным и серьёзным. Посмотрев на карте местоположение ближайшего места, где рыжего могут подлечить, она стала торопиться: идти довольно далеко, а дома ждала замаринованная курица. Успеть бы приготовить, а то останется Люба на праздник с канапе и салатом, для которого, кстати, горошек до сих пор не куплен. Ну хоть торт есть. От этой мысли девушка улыбнулась и прислушалась к тихому мерному потрескиванию из-за пазухи.

– Будешь Мандарином или Мандаринкой. Нравится имя?

Котёнок в ответ чихнул.

– Чихнул – значит, правда, имя подходит. Осталось посмотреть мальчик ты или девочка.

Так за разговорами Люба с найдёнышем добралась до круглосуточной ветклиники. Улыбчивый дежурный врач быстро его осмотрел, почистил мордочку, обработал и замотал бинтом ранку на лапке.

– Держите своё чудо новогоднее.

– Да уж точно – чудо!

– Как назовёте?

– Ой, точно! Как раз хотела спросить…

Врач добродушно рассмеялся и понял с полуслова, что хочет уточнить новоявленная хозяйка:

– Кот.

– А-а-а… Значит, Мандарин.

– Ну, более новогоднее имя для такого рыжика сложно было придумать… Только торт не забудьте!

И вот Люба с тортом в одной руке, пакетом с лекарствами для Мандарина и самим виновником непредвиденной суеты за пазухой снова направлялась в сторону дома. Девушка спешила и уже не глазела по сторонам на праздничные огоньки. В душе и так светило солнце, а сердце грело рыжее чудо – грело и в прямом, и в переносном смысле.

На пешеходном переходе Люба внимательно осмотрелась по сторонам и быстрым шагом потопала через дорогу. В этот момент Мандарин внезапно начал вырываться из-за пазухи. Руки Любы были заняты, и она не успела схватить котёнка, когда тот выпрыгнул и устремился вперёд. И хромая лапка для него не помеха!

Девушка рванула следом, поскальзываясь, спотыкаясь и неловко балансируя тортом и пакетом. Рыжий хвостик мелькал между ногами прохожих в нескольких метрах впереди. Наконец, людей стало меньше, и рыжий свернул к мостику над каналом.

– Стой, дурачок! Только не упади!

Люба со страхом взглянула на тёмную не замёрзшую воду и заметила, что Мандарин, наконец, остановился посреди моста. Догнав беглеца, девушка резко затормозила, потеряла равновесие и всё-таки упала. Зато она тут же смогла взять в руки котёнка, который, будто и не собирался больше никуда убегать.

***

Время приближалось к восьми часам вечера, когда Никита направлялся к дому. Спешить ему было некуда. Роллы, заблаговременно заказанные, уже стоят в холодильнике, а нарезать салат и колбасу совсем не долго.

Праздновать парень собирался в одиночестве. Родителей с Новым годом Никита уже поздравил, ведь во Владивостоке он наступил ещё три часа назад. А здесь настолько близких знакомств молодой программист завести ещё не успел: удалённая работа не особо способствовала созданию дружеских отношений с коллегами.

Однако планам встречать Новый год в одиночестве не удалось сбыться: за пазухой урчал рыжий комок шерсти. Никита подобрал котёнка посреди тротуара и уже успел зайти за едой для найдёныша. Парень долго и придирчиво, точно молодой папаша, изучал надписи на баночках и пакетиках с кормом, определяя, что подойдёт его питомцу по возрасту. На вид котейке было не больше трёх месяцев: уже полностью закрывает ладонь, но глаза ещё младенчески серые. В итоге Никита набрал всякого разного, и пакет с едой для котенка вышел более увесистым, чем с продуктами для самого молодого хозяина.

На полпути к дому рыжий высунул мордочку из-за отворота чуть расстёгнутой куртки. Никита не стал загонять его обратно – пусть подышит ребёнок. Некоторое время рыжий с интересом глядел вперёд, а затем, будто выбрал момент и выскочил на свободу. Никита погнался за глупышкой, но на несколько мгновений потерял того из виду.

Парень выбежал из проулка к каналу и с облегчением вздохнул: беглец сидел под фонарём возле входа на мост.

– Бестолочь ты рыжая! Я кому столько корма набрал? Не себе же! – Никита подхватил котёнка и заметил на правой передней лапке бинт. – Да у тебя лапка замотана. Причём недавно. Как это я сразу не заметил? Выходит, ты не бездомный, а чей-то… – Никита прижал котёнка к груди и погрустнел:

– Значит нужно искать твоего хозяина. О тебе же волноваться будут. Как придём домой, попробую объявление дать.

– Ой! – с другой стороны моста донёсся вскрик девушки, сопровождаемый звуком падения. – Ну и зачем ты сбежал? А если бы свалился в воду.

– У вас тоже котёнок сбежал?

Девушка подняла голову и встретилась глазами с удивлённым взглядом парня.

– И тоже рыжий! Вот это совпадение! – Никита был настолько удивлён, что не сразу сообразил помочь девушке подняться.

– Да уж, шустрый он у меня, хотя и с больной лапкой. Только сегодня подобрала на улице… Ой! Бинт потерял, пока убегал!

Никита расхохотался и протянул девушке своего котёнка.

– Кажется, наши рыжики поменялись хозяевами. Этот ваш?

– Точно! Мой Мандарин!

Парень снова рассмеялся.

– Я своему имя ещё не придумал.

Молодые люди обменялись котятами. Никита заметил и поднял коробку с тортом:

– Кажется, он немного пострадал, но… – парень посмотрел на реакцию девушки и быстро добавил: – Но коробка не открылась, а значит торт не испачкался, и есть его всё ещё можно.

– Да ладно. Какая разница, как он выглядит. Всё равно вкусный. Мне его показывать, кроме Мандарина, некому. И такой съем.

– Так вы тоже в одиночестве отмечать собрались?

– Сначала да, а теперь вот не совсем, – девушка прижала к щеке котёнка и немного помолчала, будто решалась на что-то: – А может вы с рыжим к нам присоединитесь? Не зря же мы так необычно встретились тут с котятами. Может это чудо новогоднее?

– А почему бы и нет! – Никита искренне обрадовался возможности познакомиться с девушкой.

– Только у меня ещё к столу не всё готово. Я за горошком вышла, но попала в приключение и не купила его до сих пор.

– Это точно новогоднее чудо! У меня же горошек есть! – Никита поднял повыше свои пакеты с едой. – Да ещё большую банку пришлось взять. Ещё думал, куда лишнее потом деть, а на двоих самое то будет. И для рыжих еды на целый праздничный стол накупил, как знал.

– И правда, чудо! Бывает же такое! Рассказать кому – не поверят!

– Меня, кстати, Никитой зовут. А то как-то мы пока только имя вашего кота выяснили.

– А я Люба.

– Любовь значит.

Значит, любовь…

Беречь важное и ценить добро

Я лежал в пятнышке солнечного света на мягком ковре в детской. С приходом весны солнце всё дольше заглядывает в окна дома. Я мог теперь переходить из комнаты в комнату, чтобы погреться.

Сейчас тёплые лучи игрались с моей рыжей шерстью, и я даже замурлыкал. Хозяйка обратила на это внимание и заулыбалась, подошла и потрепала мой пушистый бок. Когда она ушла, я всё ещё продолжал мурлыкать от удовольствия.

Солнце, перемещаясь по небосводу, вынуждало смещаться и тени предметов. Постепенно на меня наползла кружевная сеточка тени от нового растения, которое хозяйка поставила на столик перед окном. Ничего примечательного в новом зелёном питомце не было. Обычные, чисто зелёные, глянцевые листья незамысловатой формы. Цветов и даже бутонов не видно. Зато стеблем… Нет, лучше сказать, стволом небольшое растение напоминало настоящее большое дерево. На поверхности земли в горшке выступали узловатые коричневые корни. И крона деревца очень густая и пышная.

Меня окончательно накрыла тень и возникло ощущение, будто я оказался в настоящем лесу. Даже запах почуял. Как будто потянуло прелыми листьями. Такой запах как раз возникает весной, когда солнце прогревает опушку леса, освободившуюся от снега.

Такое знакомое чувство. Я родился и юность провёл в деревне. Мои первые хозяева были дачниками и на зиму бросили меня выживать одного. Спасибо местным котам, что не дали пропасть мелкому рыжему доходяге. Они часто ходили в лес и постоянно таскали оттуда что-нибудь съедобное. То птичку, то грызуна какого-нибудь. Делились со мной, конечно, иначе бы я не перезимовал. Сам-то ещё не успел толком ничему обучиться.

А весной коты обещали познакомить меня с кем-то важным в лесу. Нужно было только дождаться, пока снег сойдёт и этот кто-то проснётся. Я так ждал этой встречи, что стал каждый день ходить к лесу и ждать, пока снег растает.

Когда солнце стало уже ощутимо пригревать, мои хозяева приехали на дачу пожарить шашлыки. Праздник у них какой-то был. Увидели меня и стали удивлённо охать и ахать. Но забирать меня с собой в город и не думали.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.