Елена Рейн
Подставная невеста

Пролог

Омск

– Кристина, погуляй с Настей, накорми и спать уложи, – услышала голос матери, когда спускалась на нижний этаж, чтобы проверить пирог в духовке.

– У меня сегодня тренировка и ночная смена, – сказала, понимая, что сейчас начнется скандал. В последнее время они стали случаться чаще.

Мать тут же оказалась рядом, за несколько секунд преодолев длинный коридор. Высокая, стройная блондинка с короткой стрижкой – именно так выглядела Титова Ольга Николаевна, утонченная и стильная женщина. Она прищурилась и яростно процедила:

– Ты не слышала, что я тебе сказала?!

Ага, как же… Не услышать мою маму довольно трудно. Ее командный тон может добить и глухого.

– Я объяснила…

– Да мне все равно на твои проблемы, моя дорогая. У меня работа. Работа, которая нас хорошо кормит, и с твоей подработкой рядом не стояла.

– Настя – не моя дочь. Почему ее воспитываю я? У ребенка есть мать и отец!

– Ты воспитываешь? Много на себя взяла, моя дорогая. Ты всего лишь помогаешь мне. Иногда.

– Я учусь, если ты забыла.

– Учишься? Ты учишься? Что за учеба такая? Учатся, когда твоя будущая работа будет нужна и необходима. А ты кем будешь? Тренером? Зачем? Какая польза в этом?

– Не помню, чтобы ты так отцу говорила, а он всю жизнь был спортсменом, тренером.

– Не смей мне хамить! Твое поведение невыносимо. Не зря меня предупреждал Максим, что еще устроишь мне ад на земле с твоим характером. Пусть отец с тобой поговорит.

– Он мне не отец! – заявила, не собираясь так его называть. Да Максима… мужчиной было трудно назвать. Трутень с красивым телом и вечными проблемами, которые решает моя мать, забыв про детей.

Совсем другое дело – мой отец! Мастер спорта, четырехкратный чемпион мира по ММА, двукратный по вольной борьбе, тренер сборной России по боксу. Вот это был настоящий мужчина!

А этот…

Червь с красивыми речами и накаченным телом, уделяющий своей прическе больше времени, чем я своим длинным волосам за месяц. Кстати, младше матери на двенадцать лет. Скользкий хитрый лис, от которого у матери помутился рассудок.

И это у хирурга престижного медицинского центра с высшей квалификационной категорией, имеющей ученую степень кандидата и доктора медицинских наук.

– Он для тебя отец!

– Ты ошибаешься, Воропаев Максим – всего лишь твой муж.

Ольга Николаевна с укором посмотрела на меня, а потом с обидой выдала:

– Почему ты такая резкая? Если бы была немного нежнее, то у тебя было бы все.

– Все? Вот это «все» имеет твой муженек, а я тут нянька, уборщица и повариха. Ты даже учиться мне не даешь. В чем проблема?

– Это временно. Сейчас я не могу тратиться.

– И что у нас случилось? – спросила, надеясь узнать правду. Как этот паразит поселился в нашем доме, он стал напоминать секретную организацию.

– Не волнуйся, все решится, но сейчас мне как никогда нужна твоя помощь.

– Мама, я помогаю: и с ребенком, и с домом, и со всем. Ничего не прошу, но ты должна предупреждать меня о проблемах.

– Не забивай голову. Я справлюсь.

– И все равно… – начала, не собираясь отступать, – у меня ночная смена в ресторане.

– Поменяйся или что ты делаешь, когда не получается?

– Я не могу поменяться. График ставит администратор.

– Кристи, решай сама. И завтра отвези ребенка в больницу на прием. Там нужно несколько врачей пройти. Год ей уже.

– Нет. У меня учеба.

И тут мать вышла из себя. Она резко пошла на меня и процедила:

– Ты решила меня взбесить?

– Я не могу пропускать. У меня тренировочные бои в универе.

– И что? Все равно сломаешь себе что-нибудь, так хоть отсрочишь.

– Я ничего не ломаю…

– Так другие помогут. Что еще ждать от боев?

– Мам, я чемпионка России по нескольким…

– А мне этого не нужно! Понимаешь? Все это глупости! Спорт твой только калечит, он ничего не дает.

– Если ты про папу…

– Он оставил нас! Я его предупреждала каждый раз, когда выходил на свой чертов ринг, но он не слушал. Ему было плевать на меня, на тебя, и нашу жизнь. Только этот кровавый спорт!

– Мама…

– Не говори! Я не хочу слышать! Понимаешь, я больше не хочу об этом слышать…

Мой отец скончался во время боя ММА от удара соперника в область живота. После этого мать сильно сдала. Ее ничего не радовало, не волновало. Стало просто безразлично на себя, меня и весь белый свет.

Тогда я очень переживала, пыталась вернуть ее к нормальной жизни, хоть сама очень страдала. Но было не до себя, я не хотела потерять второго любимого человека.

В таком амебном состоянии мать находилась до встречи с Максимом. И тогда начались кардинальные изменения в нашей семье, которые коснулись и меня. Мать совершенно поменялась. Казалось, она нашла свой идеал – мужчину, за которым присматривала как мать, и что странно, Максим слушался ее, заглядывая в рот, жалуясь на все, плача и вымаливая поддержку в любых своих безумных идеях. С отцом и со мной мать не могла использовать свою гиперопеку, так как мы решали свои проблемы сами, оберегая ее, и, оказывается, зря. Не знаю, что этот гадкий мужик ей напел, но она стала подозревать меня в немыслимых деяниях и контролировать, запрещая спорт, требуя полного подчинения. Макс плел ей о том, какие должны быть настоящие девушки, и я совершенно не вписывалась в его рамки.

Вспомнила случай, когда я тренировалась с метательными ножами, точно попадая в цель, и он случайно проходил мимо. Других же мест прогуляться в нашем шикарном саду не было, только у этого дерева. Замечу, нож его не задел, но он пролетел в сантиметре от его лица, что конкретно напугало мужчину. Час квакал на кухне, показывая на меня пальцем.

Итог: мать запретила метать ножи, а потом и все остальное. И это учитывая, что на территории дома у нас два спортивных домика. Отец позаботился.

Когда мама забеременела, все ухудшилось. Под влиянием своего дармоеда она решила, что пришла пора меня «правильно» воспитать, чтобы не потерять. Я старалась понять, учитывая ее деликатное состояние, и ждала.

А зря…

Мама родила чудесную девочку, которая свалилась на меня, так как некому стало выплачивать долги вечно-завывающего альфонса. И до сих пор проблемы этого паразита не заканчиваются.

– Я не могу отменить смену, завтра мне нужно внести плату за спортивный инвентарь.

– Не проблема, после купим.

– Ты три месяца назад так говорила.

– У меня пока нет возможности.

– Это не играет роли, когда мне нужно заниматься. Не ты, значит, я.

– Как хочешь, но завтра в больницу с малой непременно поедешь.

– Мама…

– Никаких мам! Ты сидишь с ней!

– Пусть Максим твой сидит! – в отчаянии закричала. Да, нервишки у меня порой шалили, как не пыталась себя контролировать. Просто в последнее время стало совсем тяжело.

– Он занят.

– Чем это? Пузо чешет на диване?

– Что?! Ты его осуждаешь? Ему и так тяжело!

И каждый раз что-то в этом духе. Как мне надоело «понимать» всяких трутней.

– И чего же ему так тяжело? – закричала, не понимая, с какой стати она его вечно защищает. Это ведь первосортный прихлебатель из клана дармоедов.

– Он потерял свою мать, и с работы его несправедливо уволили, повесив огромную сумму.

– Мама! – закричала, перехватывая ее за руки. – Ты себя послушай! Ну, послушай же! Ты разве не понимаешь, какой бред несешь? Когда он работал? Он же диванный прощелыга!

– Отпусти! Я опаздываю! – яростно сказала она и дернулась, на что сразу отреагировала, отступив на шаг.

– Ты должна появиться не позже восьми вечера, в противном случае твою дочь я оставлю отцу. Пусть для разнообразия посидит с ребенком.

– Максима не трогай, я постараюсь успеть. Сейчас он спит, не буди его.

– Ага… как же… разбудишь его. Если только бомбой или тарелкой в нос.

И зачем сказала? Мать моментально забыла, что ей нужно было куда-то идти, и поспешила ко мне для уточнений и рекомендаций. Еще бы… для нее сейчас прозвучала угроза в сторону муженька, насколько понимала по ее учащенному дыханию.

– И если еще раз его ударишь или обидишь, то я…

Вот честное слово, кто его бил? Массу наел, а сам как мышь трясется от каждого взмаха. Руку поднять нельзя.

– Что? Лишишь меня денег? Ты лишила. Перестанешь тратить на меня деньги? Ты перестала. Что там по списку у нас дальше? Выгнать из дома? А кто будет смотреть за вашей дочерью и выполнять роль прислуги?

– Тебе от меня только деньги нужны, да?

Вот и приехали! Все разговоры всегда сводятся именно к этой фразе.

– Нет. Но если ты не содержишь, дай мне себя содержать.

– Жилье есть, продукты я покупаю, за учебу платить не нужно.

– Есть такое, но расходы никто не отменял, даже банально проезд.

– Ты сама виновата в моем отношении. Я тебе предложила вариант: учиться на хирурга. С моими связями и возможностями…

– Мама, какой из меня хирург? Ну, какой? – воскликнула, удивляясь тому, что ей на протяжении двух лет не наскучило обсуждать эту тему. – Я боец.

– Ты девушка, а не боец! Понимаешь? Девушка, – по слогам сказала мать, видимо, на тот случай, если я забыла буквы. – Женщина, будущая мать. А все спортсменки калеки.

– Не нагнетай, ладно?

– А что я не так сказала? Каждый день вижу, оперирую тех, кто из-за спорта гробит свое здоровье. Да что говорить? Ты сама сколько раз ломала конечности?

– Мам…

– Все! Раз выбрала быть тренером, хочешь ломать себе кости, сама решай свои проблемы. Я не касаюсь. Одно скажу – ты на своей жизни поставила крест, – последнее она выдала дрожащим голосом и резко вышла из дома, громко хлопая дверью.

Выдала рык и ударила кулаком о стену, прислонившись всем телом, не в силах плакать.

Я не могла.

Не могла и все…

Даже когда отец скончался… Я ведь тогда находилась в зале и с ужасом наблюдала кошмарную картину смерти любимого мужчины. Я просто в отчаянии хрипела, пытаясь пробиться к рингу.

Отец с детства приучил меня держаться стойко, смело, не оглядываться назад и никогда не сдаваться.

И сейчас мне его так не хватало!

Громкий крик вернул в реальность.

Младшая сестра проснулась.

Быстро направилась в детскую спальню, где в кроватке стояла милая голубоглазая девочка и горько плакала, вытирая слезы маленькими ручками.

– Ты чего, малая? – сказала, подхватив на руки, понимая, что мокрая. – Вон оно что. Ну, бывает… Сейчас решим.

Через пять минут усадила чистую и довольную Настю на стульчик для кормления и села рядом на стул, размешивая суп-пюре, который приготовила еще в обед. Замечу, пирог не сгорел.

– Ну, давай, покушаем и пойдем гулять.

Отмечая, как загорелись глаза сестры, усмехнулась.

Любительница погулять.

Малышка как раз съела первую ложку, когда послышался шум. На втором этаже кто-то топал как слон. Гадать не стоило, это проснулся пан министр – лоботряс Максим.

Воропаев вышел в одних джинсах, щеголяя голым торсом. Вечно так ходил, очевидно, представляя себя в спортзале. Естественно, первым делом сразу направился к холодильнику. Замечу, его любимое место обитания. Схватив бутылку пива, он плюхнулся на плетеный стул и открыл крышку об стол, жадно глотая янтарную жидкость.

– Жрать готово?

Самый насущный вопрос у дармоеда.

Молчала.

Купить надо бы беруши для комфортного общения. Хотя, с другой стороны, кто знает этого психа? Вдруг от бешенства нападет.

Да и чего разговаривать, когда этот нахлебник вечно меня провоцировал? Получит, а потом маме жалуется.

Нытик.

– Э, ты оглохла?

Третья ложечка чудесно вошла в открытый ротик. Как бы еще десять таких ложек и можно спокойно выдохнуть. Улыбнулась малышке, чтобы не пугалась, и повернулась к этому аборигену.

– Сейчас ты оглохнешь… – процедила, притом с улыбкой. Научилась виртуозно улыбаться, как только появился маленький ребенок в доме.

– Ты как с отцом разговариваешь! – возмущенно выдал он и вновь глотнул из бутылки.

Посмотрела по сторонам, отмечая камеру. Не работала.

Обычно мама любовалась семейной идиллией на работе, но когда Макс поселился здесь, то их отключили. Он чувствовал себя под прицелом, как жаловался матери.

Ага, под прицелом… Как же! Специально отключил, чтобы она не видела, как он целыми днями пьет и телевизор гоняет.

Тем временем оболтус продолжал испепелять меня взглядом.

– Собери мне поесть! – услышала я приказ.

Погладила по голове сестру и, засунув в рот ложку с рагу, повернулась и очень даже мило проговорила:

– Если я соберу, то непременно добавлю мышьяк. Я же такая… коварная и подлая, как ты вчера сказал маме. Так что непременно отравлю, чтобы соответствовать.

Тут его взгляд изменился. Стал хитрее.

– Слушай, а почему нам с тобой не подружиться?

О, что-то новенькое! И что случилось?

– Непременно, но с условием: если только не буду тебя видеть.

– И чем я тебе не нравлюсь? Между прочим, у нас разница небольшая. Десять лет. Могли бы и подружиться.

– Мы не подружимся, – успокоила его.

– Почему же? Меня любят женщины.

Кто бы сомневался?

Неотразимый альфонс!

Промолчала, продолжая кормить малую. В последнее время аппетит ее оставлял желать лучшего, а тут лопала. Вероятно, хорошо, что в больницу пойдем, проверимся. Часто болеет в последнее время.

– Я бы мог уговорить мать вернуть твои карманные деньги, как и снять ограничения и запреты. Поверь, со мной можно договориться.

Вот и доели! Взяла пустую тарелку и вручила малой непроливайку с соком, направляясь к раковине. Быстро сполоснув, вытерла руки, тут же реагируя на приближение Максима. Обернулась, мгновенно выставляя руку, отталкивая от себя.

Прет как динозавр.

– Так что? – спросил, нагло улыбаясь.

– Проблемы нужны? – любезно уточнила. Я всегда очень любезная перед нападением, так сказать, даю шанс уйти по-хорошему. Но Максим всегда плохо понимает намеки, так что уточнила на всякий случай.

– Проблемы у тебя, пока ты сопротивляешься, – вдруг заметил отчим, начиная жадно шарить глазами по моему телу.

«Я не вижу. Не замечаю. Мне показалось… – уговаривала себя не вступать в конфликт. Зачем мне нужен скандал перед работой? Я справлюсь. – Сейчас он поймет и свалит…»

– Как я понимаю, подбиваешь клинья? – осторожно осведомилась.

– Я нет. Вовсе нет. Я хочу подружиться, – сказал и потянул руку, которую тут же перехватила, с силой сжав.

– А я нет… – предупредила жестко, усиливая нажим.

– И надолго тебя хватит? – спросил, скривившись на боль. – Мать будет недовольна, когда узнает…

Раз узнает, можно и поставить на место. Не просто же так получать. За дело, так за дело.

– Уди! – послышался тонкий голос сестры, которая била непроливайкой по ноге отца. Мужчина отпихнул ее ногой, отчего она упала и зарыдала.

Захотелось прибить этого горе-папашу, но, учитывая, что ребенок не на шутку испугался, схватила ее и стала успокаивать:

– Ну, все, Настюша, не плачь. Все, он ушел. Никто тебя не обидит, а если еще раз он толкнет тебя, я ему ноги сломаю, руки и каждое ребро в отдельности, а потом скажу, что так и было.

Говорила и смотрела этому дармоеду в глаза, обещая расплату конкретно и немедленно.

Порадовало, что он понял и поспешно ретировался.

Стоило ребенку увидеть, что папы нет, сразу успокоилась.

– Пошли собираться? – предложила и вытерла пальцами слезы на нежном личике, начиная подниматься по лестнице, слыша, как хлопает входная дверь. Максим ушел.

Через двадцать минут были полностью готовы. Не забыли два раза сходить на горшок, так что можно было спокойно гулять.

Полилась мелодия. Звонила тетя Зина, подруга моей матери.

– Здравствуйте, – сказала, оставляя сестру в манеже.

– Привет, Кристина. Слушай, а что у вас происходит?

Вопрос заставил напрячься.

– Происходит?

– Ну да… У меня же Петька работает в нотариальной конторе. Вот он рассказал сегодня утром, что вчера Оля переписала дом на своего мужа. Мой вел сделку.

Забыла, как дышать.

Пораженно замахала густыми ресницами, пытаясь принять информацию.

Не выходило.

– Разве так может быть? А как же мы? – растерянно спросила у нее.

– Может. И что странно, она вас всех, в том числе и себя, прописала на даче.

– На даче? Но там же землянка… Да и зачем?!

– Я не знаю, что у вас случилось, но ты там смотри за матерью, как бы на улице не остались. Она ведь так любит своего красивого мальчика, души в нем не чает, а это ничего хорошего не сулит. Так Олега не любила, как его боготворит.

Стало неприятно. И ведь этот паразит ничего для нее не сделал, только все тянет и тянет. Отец любил мать, старался для нее, всей душой боготворил.

– Это точно?

– Да… – тут Зинаида Петровна выдала недовольный возглас. – Петя не хотел рассказывать, знает, что сейчас мы особо не общаемся, но все же не вытерпел. Я сразу тебе. Переживаю ведь…

– Спасибо, теть Зин, – прошептала и отключилась, ощущая отчаяние.

Подошла к сестре и некоторое время смотрела, пытаясь понять поступок матери. Ведь умная женщина, как попалась в сети хитреца? В том, что альфонс обманул ее, я даже не сомневалась. По нему же видно – еще тот мошенник.

Но что скулить? Нужно достучаться до матери, если понадобится, то и поругаться. Она не должна с нами так поступать.

Вручила малой кубик с деталями внутри, который давала, чтобы занять на то время, пока занята, и стала названивать матери. Очень надеялась, что ответит.

Не отвечала.

Неужели обиделась?

Зря я ей нагрубила…

Хотя если бы знала о передаче недвижимости, еще бы поругалась.

Черт!

А гудки все шли…

Когда я уже отчаялась, она, наконец, взяла.

– Что ты хотела? – мама сразу перешла к делу, тяжело дыша.

– Ты действительно оформила наш дом на Максима?

– Он мой муж, – напомнила она мне, будто я могу забыть.

– Это наш дом! Наш, не его! Мой в том числе. Папа его строил. Папа! Мой отец, если забыла. Как ты могла?

– Папы нет, а нам нужно дальше жить.

– Жить? Ты обеспечила своего мужика жильем, оставив дочерей без всего. Это нормально? Классно поживем, да?

– Дочка, ему нужна недвижимость, чтобы оформить кредит на бизнес. После Максим вернет нам два таких дома. Так что твои опасения напрасны.

Она серьезно? Серьезно?!

Что за бред я сейчас услышала?!

– Мама, ты что наделала?! Этот ленивец не знает слова «отдать», только «взять» и «попросить».

– Этот дом строился до твоего рождения, поэтому…

– Ты не имела права! Не имела!

– Знаешь, я не заслужила такую дочь, которая думает только о себе и ни капли о матери. Я воспитала тебя, все сделала, а в ответ слышу только упреки. Перестань! Дай мне жить для себя!

– Для себя? Отлично, мам. Пожалуйста, живи. Я рада за тебя. Но твоя маленькая дочь как же? Если со мной закончила дела, то есть еще Настя. Ты на что ее обрекла?

– Да пойми, это временная проблема, после я найму няню, а пока есть ты, сестра Насти.

– Мама…

– Я уже не могу говорить, подхожу к заводу.

– К какому заводу? Ты разве не на работу поехала?

– Нет, тут возникли неприятности, и я согласилась на встречу. Шантажисты чертовы! Только вот я и не думала, что здесь проехать нельзя. Дорога убита, бросила машину. Вот иду.

– Подожди, ты говоришь про заброшенный завод пластмасс на окраине города?

– Ну, да.

– Ты зачем так далеко уехала? Тем более, одна?!

– Говорю же… пришлось. О, а она не побоялась проехать.

В следующую секунду послышался скрежет колес, женский крик и звук мотора.

– Мама? Мама! – звала ее, пытаясь понять, что произошло.

Почему не отвечает?!

Как не пыталась, никто не отвечал, а потом и вовсе абонент отключился.

В груди все сжалось. В это мгновение четко осознала, что случилась беда.

Глава 1

Спустя пять лет

– Вы приняты на работу дневным воспитателем. Можно приступать с завтрашнего дня, – с улыбкой сказал директор детского дома, чуть склонив голову набок. Замечу, что Лапкина Милана Алексеевна – приятная женщина, создающая тепло при общении.

Задумалась, что намеренно показала, рассчитывая на реакцию. Лапкина тут же отреагировала и спросила:

– Что-то не так?

– Скажите, а можно в комнате проживать на постоянной основе хотя бы на первое время?

Вид, как и положено, с надеждой и отчаянием.

– У вас нет жилья? – с волнением спросила Милана Алексеевна, прижав руку к груди, а потом поспешно открыла мой паспорт, который я еще не успела забрать. Хотя и не собиралась, мне было необходимо остаться здесь.

– Прописана на даче, как и жила… – виновато выдала, кусая губы. – Очень скоро будет холодно…

В глазах женщины увидела волнение и страх. Конечно, скоро ноябрь, не самое лучшее время жить на даче. Лапкина запереживала, что видела по ее рукам, теребящим ткань своей блузки. Не зря ей дали характеристику Матери Терезы. Самая настоящая.

Прежде чем подать документы на собеседование, я пробила абсолютно каждого сотрудника детского дома, подбирая к ним индивидуальный подход.

– Ох, понятно, не продолжайте. Но адрес дачи…

– Через сто метров находится жилой микрорайон Амур-2.

– Ну, тогда ясно. Конечно. Обычно так не делаем, но можем рассмотреть такой вариант… – тут женщина посмотрела на меня и задала интересующий ее вопрос: – А вы там с кем-то проживали или одна?

– Одна. Мама погибла пять лет назад, когда мне было девятнадцать. Отец скончался раньше на ринге от удара соперника в область живота.

– Ох, – женщина сцепила руки, с грустью вглядываясь в мое лицо. Ей было меня жаль.

Кое-как удержалась от желания отвернуться. Обычно я никому никогда не рассказывала свою историю, но не сейчас. Мне нужно было устроиться работать в детский дом.

– Какой ужас! – воскликнула женщина. – Примите мои искренние соболезнования! Если вам что-то нужно…

– Благодарю вас! Только работу и крышу над головой, если возможно, – поспешно ответила, желая прекратить эту тему. Пора переходить к основной теме.

– Насколько я понимаю, у вас еще есть работа?

Так… Тут нужно чуток недосказать.

– Да, я работаю в небольшой фирме… – с улыбкой проговорила. – График как раз два через два, как здесь. Непременно все буду успевать.

– Ох, без выходных тяжело работать, – с сочувствием пролепетала Лапкина.

– Не волнуйтесь, я справлюсь.

– Верю и понимаю. Сама приехала из деревни. Хорошо, что мне встретился чудесный человек, и больше не пришлось снимать, так что я, как никто, вас понимаю. Тем более, вы такая молодая. У нас есть комната, вы можете жить там, пока работаете у нас. Помните о графике и о режиме дня. Я все вам непременно расскажу. Только меня смущает несколько моментов… Если судить по вашему диплому, вы чемпионка в… – тут она замялась, вспоминая, в чем именно. Не вспомнила и просто улыбнулась, давая понять, что это неважно. – Почему решили работать у нас?

– Много причин. Травмы… – с грустью ответила, давая ей возможность додумать за меня.

– Ох… Понимаю…

– Всегда хотела работать с детьми… – сказала, на что получила ее одобряющую улыбку.

– Вы молодец! Только хочу сказать, что для каждого нашего ребенка – любая женщина, что пришла сюда, это мама.

– Я понимаю и буду ей. Не переживайте.

– И у нас заработная плата, как я уже говорила, небольшая, даже крохотная.

– Пока этого достаточно, тем более я буду работать два через два, и вы разрешили мне жить здесь.

– Это да, но все же заработная плата имеет значение. У нас большая текучка, поэтому я надеюсь, что вы останетесь, хотя понимаю, что на такой заработок особо не проживешь.

– Не переживайте. Я справлюсь, – как можно спокойнее сказала, сдерживая себя от желания посмотреть на часы. Вечером у меня работа – охрана частного лица. Нужно встретить певицу в аэропорту и отвезти в гостиницу. До этого еще необходимо забежать в охранное агентство, чтобы расписаться за оружие и необходимое обмундирование.

– У нас несколько семей по 8 детей в каждой. Ваша самая младшая. В семье несколько комнат. Всего четыре воспитателя: дневные и ночные. Меняются два через два. Столовая на первом этаже.

Женщина все говорила и говорила, притом с такой любовью, что невольно залюбовалась. Она на своем месте – невольно подумала, желая прекратить беседу. Всю информацию я уже узнала от болтливой воспитательницы, работавшей здесь всего несколько месяцев. Уволена за видео и стримы с детьми на канале «Как живут сироты», где рассказывала все что нужно и не нужно. Так что была в курсе.

Сейчас мне непременно хотелось увидеть Настю.

Какая она стала?

Наконец-то я нашла сестру…

Закрыла глаза, вспоминая тот ад, который пережила после убийства матери. До сих пор в душе все переворачивалось, стоило только вспомнить.

Похороны, расследование, унизительное вышвыривание из дома после неудачной попытки отчима сблизиться, бесполезные суды.

Кто бы мог подумать, что мать подпишет столько ужасающих документов, в которых клятвенно заверяла, что находится в здравом уме и никто ее не заставляет подписывать и продавать. Такое ощущение, что ничего не читала, с закрытыми глазами подписывала. И что особенно раздражало, что ни к чему нельзя было придраться. Будто кто-то знал, что случится несчастье, и на этот момент приготовил бумаги. Адвокаты только пожимали плечами.

Никто! Никто особо и не пытался помочь, как ни умоляла.

Так я оказалась на улице в девятнадцать лет.

Скривилась, ощутив ярость, которая до сих пор рвала на части меня.

Мать убили, но до сих пор не нашли убийцу. Территория завода пластмасс представляла огромную площадь с заброшенными зданиями и разбитыми дорогами. Там только фильмы ужасов снимать, идеальное место съемок. За эти годы я была там сотни раз: ходила, пытаясь понять, как все произошло.

Если бы только знать…

Как она могла поехать на встречу с шантажистами? Кто ее шантажировал? В полиции посчитали, что я перечитала романов и не так услышала, выдвинув версию, что мою мать просто сбили.

Как все просто для тех, кого это не касается…

А про сестру… отдельный разговор.

После того как меня выгнали, я следила за домом. Воропаев сразу же привел в дом женщину, которая оказалась в интересном положении. Она заботилась о Насте. Через год сестра исчезла. Я ее нигде не видела – как сквозь землю провалилась. Своими не совсем вежливыми подходами я попала в дом, но там не оказалось Анастасии. Запуганная и побитая новая жена Максима рассказала, что он сдал девочку в детский дом, так как им мешала. Я нашла горе-папашу… за что чуть не поплатилась свободой, так как он нанял частное охранное агентство для своей охраны. Так я и познакомилась с Глебом. Он директор ЧОПа «АРТ-Охрана», который после нашего столкновения и моего побега нашел меня на даче и предложил работу. Там я работаю по сей день.

Глеб помог мне найти детский дом, но было поздно: Настю удочерила семья, уже через месяц переехавшая в Краснодарский край. И мы вновь потерялись. И вот месяц назад сестру вернули в детдом, так как семья распалась, и мама решила отказаться.

Мне очень хотелось забрать сестру. Но как? Ни мужа, ни квартиры. Хотя на последнее я коплю. Возможно, даже хватит на приличную однокомнатную. Я боялась ипотек, кредитов, поэтому собирала полную сумму.

Спустя несколько бессонных ночей решила познакомиться с сестрой на ее территории и уже потом определиться, что делать дальше. Мне хотелось быть рядом…

– Если вам будет что-то нужно, вы скажите. Я всегда пойму и помогу чем смогу, – с добротой сказала Лапкина.

– Спасибо огромное. Если все, тогда я пойду, – сказала и поднялась со стула.

– Да, конечно. Я скоро подойду, чтобы вас всем представить.

– Вы занимайтесь своими делами, я найду дорогу и познакомлюсь. Поверьте, я справлюсь.

– Замечательно! Тогда скажите Глаше, что комнатушка без окна ваша.

– Хорошо, – сказала и вышла, радуясь, что все получилось так, как и хотела. Теперь нужно познакомиться с малой.

Пришла пора.

А потом… я найду вариант, как ее отсюда забрать. Даже рассматривала вариант брака. Например, найду фиктивного мужа, а через время разведусь. Главное – купить жилье. И желательно двушку. Жаль, что пока я копила, квартиры выросли в четыре раза.

Но если бы знать, где упасть, то было бы слишком просто жить.

Поднялась на второй этаж и увидела довольно интересную картину: девушка в оранжевом платье бегала за маленькой девочкой, со смехом ползающей под столами.

– Ах ты маленькая егоза! – ворчала девушка, уже теряя силы, тяжело дыша.

Наблюдала, а потом направилась к следующему столику, к которому планировала ползти девочка. Через минуту она выскочила и попала в мои руки.

Наши взгляды встретились, и я застыла на месте, всматриваясь в небесно-голубые глаза.

– Привет, Настя, – сказала, ни капли не сомневаясь.

– Откуда ты меня знаешь?

– Ну как не знать? Всех красивых девочек непременно зовут Настями.

Отмечая, как округлились ее глаза, улыбнулась. Напоминала совенка. Лупоглазого, очаровательного и невероятно родного.

– Правда? Правда?

– Конечно! – заявила, понимая, что у меня чудесная сестренка.

– А как тебя зовут? – спросила она и протянула руку, осторожно касаясь пальчиками моих волос.

– Кристина.

– Получается, все Кристины тоже красивые? – в ее вопросе было столько живого интереса, что хотелось обнять.

Засмеялась и, щелкнув малую по носу, сказала:

– Не знаю, но спасибо за комплимент.

– А кто ты? Мама?

– Я? – даже растерялась от ее вопроса. – Я твоя…

– Вы новый дневной воспитатель? – спросила девушка, приближаясь ко мне.

– Да, – ответила ей и вновь посмотрела на малышку. – Дружить будем?

– Будем! – восторженно ответила, демонстрируя милые ямочки.

* * *

Проехала через пост охраны и нахмурилась, всматриваясь в машину Глеба. Что он забыл у меня на даче? Через минуту уже схватила пакет с продуктами с заднего сидения и направилась к высокой двери, закрытой на ключ.

Интересно, как он вошел?

Бизонов рубил дрова, демонстрируя шикарный рельефный торс. Ну, что сказать? Мужчина хоть куда, но не для меня. И зачем переспала с ним? Несколько раз было, но я поняла, что дальше не хочу продолжать, мужчина же был настроен на большее, хоть мы все обсуждали.

Прошла в сторону бани, где лежали поленья, и, поставив пакет на деревянный стол в небольшой беседке с крышей, приблизилась к нему.

– Не помню, чтобы я тебе ключи давала.

Высокий мужчина с модной мужской стрижкой шикарно улыбнулся и с довольным видом признался:

– Я перепрыгнул через забор. Кстати, он заваливается.

Будто что-то новое мне рассказал. Забор заваливается еще с того времени, как дед с бабой перестали сюда захаживать, переехав в Петербург к старшему сыну. Больше тридцати лет назад, это точно.

– И что ты здесь забыл? – спросила, как можно резче. Расслабляться с этим мужчиной нельзя.

– Решил помочь. Раз не хочешь переезжать ко мне, то нужно помочь тебе подготовиться к зиме. Этого… – он указал рукой на поленья, – точно не хватит. Нужно как минимум еще две машины дров, да и угля не помешает.

– Я знаю. Уже заказала, – сказала, сложив руки на груди.

Замечу, что Глеб Бизонов очень даже красивый мужчина. Было на что посмотреть, да и довольно умный. Кстати, друг он отменный. Мы столько лет дружили…

И я все испортила.

– Не рада мне? – в лоб спросил он, попадая в точку.

– Нет.

– Могла бы и соврать.

– Зачем?

– Что не так?

– Глеб, давай без объяснений? Вроде как уже все обсудили.

– Все равно не уеду, пока не помогу.

– Как хочешь, – безразлично бросила и, схватив пакет, направилась к небольшому домику. Выглядел довольно уютно, пусть и старо. Каждый год белила стены, чтобы уж не запускать. Прошла в небольшой коридорчик и сняла обувь, тут же отправляя кожаную куртку на вешалку. Ощущая освежающую прохладу, вздрогнула и открыла дверь в кухню.

Домик состоял из трех небольших комнат, точнее, клеток, так как комнатами их было сложно назвать. Слава богу, кровать уместилась в узкую спальню, да тумбочка. Хотя она выпирала, захватывая территорию кухни. В кухоньке стоял стол у окна, слева два потасканных кресла восьмидесятых годов, справа старинный сервант, где находилась посуда, и холодильник «Сибирь», который еще исправно работал на мое счастье, хоть и тарахтел. Главным сокровищем являлась русская печь, которая спасала зимой. В углу находилась полочка с иконами. Вот и все. Больше ничего.

Конечно, скромно, но меня все устраивало. Я бы могла купить диванчик, но зачем? Я тратилась только на самое необходимое, собирая деньги на покупку квартиры.

Разложив крупы на полку и, убрав молоко в холодильник, включила чайник и достала пирожки с капустой. Мои любимые.

Глянула в небольшое окошко, отмечая активную работу Бизонова, и покачала головой. И ведь пока всю работу не переделает, не уйдет.

Походу, придется делиться пирожками.

Прошла в спальню и переоделась в теплую кофту и джинсы. Тут и летом не походишь в шортах, а про осень говорить не стоило. Зимой я доставала из сундука оренбургский пуховый платок, и все три ледяных месяца щеголяла только в нем. Износился, конечно, но грел. Раньше делали на совесть.

Вдруг тишину разорвала музыка.

По веселой мелодии поняла, что это Соколова Елена, коллега и подруга. Работала Соколова у нас в кинологической службе. Да, у Бизонова одно из немногих охранных предприятий, располагающих собственной кинологической службой. В своей работе при патрулировании охраняемых территорий сотрудники компании применяют специально обученных кавказских, среднеазиатских, немецких и восточноевропейских овчарок. Услуга охраны с использованием служебных собак особенно востребована среди клиентов, располагающих объектами с протяженным периметром охраняемой территории.

С Соколовой мы сдружились сразу. Она легкая и веселая, пока ее не обидишь, с ней я могла быть собой. С того момента как я лишилась всего, в том числе друзей, с которыми мне оказалось не по пути, по их мнению, стоило оказаться на улице без богатой влиятельной мамы, именно она стала мне семьей. В ней была уверена на все сто процентов.

– Привет, – поприветствовала ее.

– Ты что, уже домой удрала? А тренировка? Расслабилась, Титова?

– Мне сегодня звезду охранять.

– Да? Я вернулась, а тебя нет.

– Как день прошел?

– Да нормально, – резко ответила, выдавая агрессию.

– Что произошло?

– Да прикинь, пришла с Альфой на объект и нашла труп под сосной. Уже как год там лежал, а все считали, что мужчина к маме в Тюмень умотал. Как выяснилось, два охранника подрались, и один другого закопал.

– Кстати, планировала чай попить, – предупредила ее, чтобы не углублялась с рассказами о найденном теле.

– С мясом?

– С капустой.

– Тогда нормально. В общем, пришлось полицию вызывать, хоть этот психованный директор был против. Конкретно меня вывел, хотелось его стукнуть. Кудахтал, что ему труп подкинули, а именно я.

– А зачем вас вызвали?

– Да там крупную сумму украли из кабинета директора.

– Нашли?

– Естественно. Бухгалтерша себе в коробку с документацией положила.

– Какая предусмотрительная.

– Это точно. У тебя как с сестрой?

– Познакомились, – довольно призналась.

– И какая она? – с волнением спросила она.

– Лучик света.

Тут подруга засмеялась.

– Ну вот! А ты переживала. Нужно будет куклу ей купить, да и вещички модные. Всегда хотела маленькую сестру, а родителям все некогда было.

– Ты пока погоди, я еще ничего не сделала, чтобы забрать ее оттуда.

– А что с квартирой?

– Переговорила с риелтором, но он готовит, что трудно двухкомнатную квартиру найти за эти деньги, если только убитую.

– Да пусть такая, мы сделаем ремонт.

– Посмотрим…

– Это к тебе Глеб отправился с цветами? – весело поинтересовалась Соколова.

– Цветы не видела, но он явно претендует на мои пирожки с капустой.

Тут подруга засмеялась.

– Ты ему нормально объясни, ты же знаешь, что он не отступится. Бизонов не понимает слова «нет». Или вообще мужика себе найди, чтобы точно успокоился. Только это… – слышала по бодрому голосу, что весело ей, – не говори ему, что это я посоветовала, а то ведь уволит с обиды.

– Он не посмеет. Где он такого неутомимого кинолога еще найдет?

– Ага, как же… Он же бешеный, когда что-то не так.

– Не переживай, справимся.

– Ага, и давай завтра встретимся.

– Но я завтра утром уже работаю воспитателем.

– Ох, ну ты там не подведи! Деток не строй, – посоветовала она и вдруг выдала стон. – А-а-а-а-а… Ко мне идет Холодов.

– Клинья подбивает?

– Нет. Он докапывается до меня, вечно все ему не так. Мне кажется, что он ненавидит женщин.

– Так проверь…

– Это как?

– Пофлиртуй с ним, и поймешь.

– А если поведется?

– Скажешь, что он не в твоем вкусе.

– Да он убьет меня! И в том и в другом случае, особенно когда поймет, что я решила его перезагрузить. Он даже смотрит на меня кровожадно. Может, он питается хорошенькими девушками-кинологами?

– Навряд ли. Но ты так и будешь терпеть его нападки?

– Хм… Ладно, я подумаю. Все, до завтра.

– Пока, – сказала и отключила звонок, реагируя на звук. Бизонов вошел в коридорчик.

Глава 2

Вышла, чтобы увидеть полуголого Глеба. Уже успел сполоснуться в бане и переодеться, но футболку, конечно, забыл. Правда, баней сложно назвать мое помывочное место, так, постройка для обливания водой. Еще там стоял этот невыносимый запах плесени. Чем только не заливала, но бесполезно, все равно появляется зеленая зараза. Насколько я понимала, там только ломать и новую баньку ваять.

Выглядел, конечно, Бизонов шикарно. Мощные руки, могучий торс, узкая талия, стройные ноги. Так сказать, шикарный и состоятельный мужчина. Мечта каждой женщины!

А я вот так хотела любви…

Бизонов меня точно не любит, как и я его. У него так: женщина должна быть красивая, с мозгами и удобная. Вуаля! Получилась его идеальная модель женщины.

А у меня свои тараканы в голове, которым хотелось банальной любви.

Наверное… тяжело поверить, учитывая мой характер, конкретный реализм, но все же. Возможно, это все глупости, но я верила, что она непременно у меня будет.

Просто когда живешь одна, учишься, трудишься как проклятая, а потом мерзнешь на пружинистой кровати в ветхой лачуге, стараешься думать о светлом, нежном, что может согреть.

– Чай будешь? – поинтересовалась у Глеба.

– Да, – тут он нахмурился и выдал: – Забыл пакет. Сейчас вернусь.

Кинула пакетики чая в кружки и залила кипятком. Пирожки свои любимые, которые всегда покупала у местной бабули, понюхала и с удовольствием засунула в микроволновку. Кстати, она не моя, Бизонов принес. Заявил мне с порога, что она ему не нужна. Хотела отказаться, но он предупредил, что сломает. А разве техника виновата? Так что пользуюсь.

Села и принялась пить чай, когда вошел Бизонов. В руках цветы и пакет с коробочками.

– Это тебе, – выдал банальным голосом и положил на стол букет бордовых роз, рядом плюхая пакет, но уже с большей радостью на лице. – Это для нас.

– Зачем?

– Затем, что хотел тебя порадовать. Разве не могу?

– Можешь, но для меня это абсолютно ничего не значит.

– Уверена?

– Да, – сказала и поднялась, чтобы взять вазу и налить воды. Водицу я носила из колодца, который находился рядом с баней. Три года назад на даче стали всем проводить водопровод, но я отказалась. Колодец само-то! Поставив цветы в воду, убрала на середину стола и принялась за суши.

Замечу, очень вкусные, а особенно мясо с овощами в контейнере.

– Певица Баяна будет выступать завтра и послезавтра в Ангаре.

– Во сколько?

– В 20.00. Ставить тебя?

– Во сколько ее нужно забрать из гостиницы?

– В обед и до окончания концерта.

– Я смогу только с 19.00 работать.

– Почему же? – с недовольством уточнил директор.

– Я устроилась на подработку.

– Тебе не хватает денег?

Моментально ощутила себя страшной жабой, сидящей на куче золота.

– Нет, – ответила на его вопрос, – там-то и денег не будет…

– Даже так? – Глеб прожигал взглядом, пережевывая мясо, а потом спросил: – И куда устроилась?

– Глеб.

– Кристина, давай как есть. Если что, мне тебя прикрывать.

– В детский дом.

– Хм…

– Ага…

– Ты нашла сестру, – не спросил, а убежденно заявил.

Всегда удивлялась функционированию серого вещества Бизонова. Он мгновенно оценивал информацию и давал точные ответы.

– Ты знал, что я ее искала?

– Ты это делала через нашу поисковую базу, – едко заметил он.

Да уж, а он, оказывается, проверяет работу своих сотрудников.

– Да, нашла.

– И что будешь делать?

– Познакомлюсь…

– Ты можешь сразу забрать ее без лишних телодвижений.

– Да ну? И как же? – спросила, уставившись на него. Прямо вот очень ждала его ответа.

– Выйдешь за меня замуж, и мы заберем ее. Только сразу предупреждаю, она не должна мешать нашей работе: наймем нянек, платный сад, далее школа. Она не должна…

– С такими темпами, Глеб, ее можно оставить в детском доме. Там ей будет веселее.

– Тогда чего ты хочешь? Целыми днями заниматься ребенком?

– А тебя так же родители воспитывали? Отправили куда-то и забыли?

– Меня? Нет. Мать не могла себе этого позволить, вечно сидела со мной, не отпуская никуда. Лучшее занятие в то время для меня – это шахматы.

– Понятно.

– И что тебе понятно?

– А со своими детьми как ты поступишь?

– Мне кажется, нам еще рано об этом говорить. Не считаешь?

– А я спросила не с той целью, что мечтаю о ребенке от тебя. Мне хочется понять, что для тебя значат дети.

– Мой сын сразу отправится в кадетский корпус, а до этого его будут готовить…

Уже было неинтересно. Продолжила уплетать свое мясо, ощущая напряжение. И зачем эту тему подняли? Можно ведь кушать молча? Не зря придумали пословицу: «Когда я ем – я глух и нем».

Сын…

А если дочь?

Хотя как такое может быть у Бизонова? Только сын!

В этот миг пожелала ему как минимум пять дочерей.

– Тебе не понравился мой ответ? Ты хочешь ребенка?

– Я не хочу ребенка, только забрать свою сестру.

– Я уже предложил вариант.

– А меня твой вариант не устраивает. Я хочу любящего мужа, а не делового партнера.

– Считаешь, я такой?

– Разве нет? Ты ведь просто решил, что я тебе подхожу и все. У тебя как будто план, и ты выполняешь его согласно одобренным тобой критериям.

– Знаешь, никогда не задумывался. Допускаю, ты верно заметила. Но благодаря этому плану я много чего добился.

– Похвально, но мне такого счастья не надо.

– Даже если ты купишь квартиру, навряд ли тебе отдадут Настю.

Ох, он и имя моей сестры знает.

– У тебя есть связи?

Тут он замолчал и в упор посмотрел на меня.

Усмехнулась.

– Не хочешь помогать, чтобы я согласилась на твое предложение.

– Вот видишь, почему я должен отказываться от той, что меня устраивает во всех отношениях?

– Когда полюбишь, думаю, ты будешь считать иначе.

– А ты любила?

– Нет, пока некогда. Но когда это случится, я уверена, что не пожалею.

– А если этого не случится, или твой избранник не оправдает надежд? И тут я, довольно перспективный, с хорошими данными. Мы могли бы создать хорошую ячейку.

– Глеб, ты действительно хороший и завидный жених, но я тебя не люблю и не хочу жить по распорядку.

– Хорошо, я понял, но все же буду ждать, что ты трезво взглянешь на ситуацию и примешь мое предложение. Пара должна состоять из идеальных партнеров, а любовь может преподнести человека, которого лучше обойти стороной, потому как ничего хорошего он не принесет.

– Я уже поняла тебя.

– И я, но надеюсь, что ты одумаешься. Пока же я поговорю с риелтором, чтобы он нашел тебе квартиру. В каком районе?

– Желательно в этом. Тут школа и садик, микрорайон новый. Но квартиры в новостройках дорогие.

– Я могу занять тебе без процентов любую сумму на несколько лет или в счет заработной платы.

– Ты уверен?

– Но у нас с тобой будут довольно частые встречи.

Деньги за секс. Как иначе?

– Я подумаю…

– Надеюсь, хорошо подумаешь, – произнес Глеб и убрал салфетку, осматривая меня с головы до ног. Жадно и даже собственнически. – И желательно поскорее. Буду ждать твоего звонка.

Давил. Конкретно так давил.

Бизонов поднялся и спросил:

– Проводишь?

Что-то задумал. Однозначно.

Последовала за ним. В коридорчике Глеб взял с подоконника свою футболку, которую почему-то не надел на себя сразу, и принялся натягивать, при этом не отрывая взгляда от меня. Когда закончил, нагло ухмыльнулся и в следующую секунду сделал шаг ко мне, резко притянув и атаковав поцелуем.

Целовался он хорошо. Умел, но я не хотела этого, что показала тем, что не ответила на поцелуй.

Бизонов лишь скривился и провел пальцами по волосам.

– Баяна на тебе. Ты работаешь два дня с семи и до двух часов ночи. Получишь по полному тарифу.

Понимая, что у меня еще завтра работа воспитателя, и это будет слишком, только кивнула. Справлюсь.

– И подумай. Хорошо подумай, Кристина.

Бизонов пошел, а мне оставалось смотреть ему вслед.

Нет, его предложение я не могла принять, чтобы он не предлагал. Мне сейчас уже не нравятся его прикосновения, а что потом? Единственно, чего я боялась, это увольнения.

Ладно, буду решать проблемы по мере их поступления, а пока нужно поесть, сполоснуться и двигаться в аэропорт.

* * *

Звезда оказалась довольно наглой и взбалмошной. Выглядела вызывающе, но это ладно, у каждого свой вкус, но вот эти все пирсинги на каждом участке лица и шеи смотрелось убого. И самое важное – ей не понравилась я. Женщина-телохранитель не входила в планы певицы, ей хотелось рядом только мужчин. Она всю дорогу ругалась с продюсером, возмущаясь этому неожиданному обстоятельству, пока не услышала крик, что она будет делать только то, что он скажет. Баяна сразу успокоилась, чему я обрадовалась, но ненадолго.

Через пять минут я услышала:

– Я сейчас выйду из машины, а ты пошла вон. Не хочу с бабой-телохранителем идти в гостиницу. Там меня ждут мои фанаты. Они не должны меня видеть с тобой.

«Я молчу… Молчу! Ох, как я молчу! Мне эту гусыню в кольцах еще два концерта охранять».

– Нет, – ответила как можно спокойнее. Она меня раздражала. И ведь этой наглой курице не больше двадцати.

– Слышь, гром-баба, ты плохо понимаешь? Или ты слушаешь меня, или тебя завтра выкидывают с твоей захудалой работенки.

С трудом заставляла себя молчать. И почему таких гадюк так много? Непонятно чего представляют, а все царицами себя величают.

– Э-э-э! Ау! Ты не слышала, что сказала?! Оглохла? Мозгов не хватает понять? Ты с какого аула?

Потянулась к магнитоле и включила аудио с записью шума моря. Меня успокаивало. Да что угодно, только бы не скрипучее визжание этой кошмарной звездули. И как она песни поет с таким голоском?

– Это еще что за отстой? Я хочу, чтобы включили мои песни! Я звезда! Ты что, не знаешь, кто я? Я Баяна! Меня слушают все подростки. Они обожают меня, – по ушам заскрипела певица.

– Навряд ли мне понравятся ваши песни, учитывая ваш скрипучий голос.

– Что? Да как ты смеешь? Да я… Да я буду жаловаться! Немедленно! Да ты…

– Это вы для себя звезда, а для меня неприятный клиент, – ответила и улыбнулась ей в зеркало. Ох, это я умела, даже когда хотелось очень врезать.

Рядом на пассажирском месте сидела девушка. Замечу, очень даже нормальная, как внешне, так и по общению, даже приветливая. Когда началась перепалка, помощница Баяны усиленно прикрывала рот ладонью, почти с головой погрузившись в свой плащ, тихо подергиваясь от смеха.

Очевидно, помощницу тоже достала эта звездулька.

– Я? Все, я звоню Виталику. Пусть разбираются с тобой!

И дальше начался цирк. Она звонила, требовала, пыхтя при этом, каждый раз успокаиваясь, когда мужик на нее рычал. Виталик не отличался долгим терпением, насколько понимала.

Мы как раз доехали, когда она все же получила ответ на свое требование. Я не слышала какой, но то, как она швырнула телефон в стекло, удивительным образом не разбив его, точно проследила. Замечу, машина рабочая, пусть Глеб сам сдирает штрафы с ее продюсера за порчу транспортного средства, а камеры у нас тут везде.

Вышла и открыла дверь пассажирке, мило предлагая:

– Прошу. Сейчас по лестнице и на третий этаж. С администраторами вопрос уже решили.

– А я не хочу эту гостиницу! – заносчиво сказала она, вытянув длинную шею.

– Это лучшая гостиница в Омске.

– Да понятно же, что это помойка! Все, мне тут не нравится. Я уезжаю.

«Терпи… Терпи, Кристина! Еще двадцать минут и ты свободна!»

– Свои возмущения можете говорить продюсеру, мне неинтересно, – вежливо и уважительно просветила эту противную звезду.

– Ну, я тебе устрою… – ядовито сказала она и пошла по лестнице.

Пока двигались к центральному входу, она нормально себя вела, отчего я решила, что уже успокоилась. Но когда оказались в фойе, Баяна схватилась за голову и громко закричала:

– Помогите! Помогите! Она меня преследует! Помогите!

– Баяна, ты чего? – спросила помощница певицы, с опаской поглядывая на меня.

Я же следила за этой полоумной, когда толпа ее поклонников пошла на меня. Кто их сюда запустил?! Впервые с таким столкнулась. Обычно наш менеджер Ольга договаривается с персоналом гостиницы.

А тут левых человечков порядка двадцати единиц.

Вот это поворот!

Пришлось достать оружие, отчего все стали убегать и падать на плитку. Я же наблюдала за Баяной, несущейся куда-то к двери с левой стороны стены. Насколько понимала, там запасный выход.

Быстро понеслась за ней, залетая в нужную дверь, перепрыгивая через ступеньки по лестнице, ведущей куда-то в сторону. Уже почти догнала, когда она исчезла за дверью. Толкнула, планируя открыть, но она оказалась закрыта. С той стороны постарались.

Значит, ее тут дожидался сообщник.

– Вот же черт!

Тут прибежал администратор. Молодой худощавый парень под два метра с ежиком на голове. Он бежал, так как усиленно дышал, схватившись за грудь.

– Куда конкретно выходит запасный выход?

– На улицу со стороны парковки.

– Есть еще быстрый выход к нему.

– У меня есть ключи.

– Так отрывай!

Парень принялся открывать, ворча при этом:

– Дурдом какой-то. Сперва этих людей запустили, так как ваш менеджер сказал, что звезда собирается дать интервью, потом звезда убежала.

– А вы новенький?

– Как узнали?

– Слишком наивный… – рявкнула и бросилась уже в открытую дверь.

Как раз вышла, чтобы увидеть, как девчонка добежала до белой крутой иномарки и садится в нее.

Бросилась к ней, но уже через минуту машина пропала за поворотом.

Черт!

Хорошо что номер запомнить успела.

Быстро рванула назад к своей машине, по дороге набирая нашего менеджера Ольгу.

– Добрый день. Охранное предприятие «АРТ-Охрана».

– Это я.

– Кристина? Ты чего это?

– Ты просила администратора гостиницы пропустить фанатов для интервью?

– Я что, похожа на дуру?

– Насколько поняла, нет.

– Естественно, нет! А что, они пропустили?

– Да.

– Позвоню сейчас и кое-кого сожру.

– Ты подожди пока. Перед ужином быстренько пробей мне номер тачки.

– Ммм… зачем?

– Затем, что эта Баяна укатила на ней, воспользовавшись своими фанатами. Сто процентов, она устроила.

– Вот черт! Говори номер.

– Леонид 678 Константин Харитон.

– Ммм… – тут она замялась, а я уже почти подошла до своей машины. Думала, долго еще будет, но услышала ответ: – Машина зарегистрирована на Котова Олега.

– Это что за перец?

– Хм… криминальный авторитет в городе. В его клубе девочки легкого поведения, наркотики и все, что нужно, для отдыха таким отморозкам, как он.

– И теперь еще одна тупица добавится.

– То есть?

– То есть Баяна именно к нему в машину свой тощий зад усадила.

– А как Бизону сказать? Он порвет тебя, меня, а потом еще разок… И еще…

– Твой оптимизм всегда на высоте.

– Да я серьезно!

– Я поеду за ней, а ты ничего не говори Бизону.

– Туда бы лучше с кем-то… – как-то взволнованно выдала она.

– Я пройду. Эта дура должна завтра и послезавтра выступать.

– Думаешь, она будет?

– Куда она денется. За эти концерты я получу хорошие деньги.

– Ммм… у тебя все необходимое есть?

– Да, не переживай. Ты мне адресок клуба скинь. И фотографию Котова.

– Его Котом кличут. Кстати, ничего такой.

– Я жду… – сказала и отключилась, приблизившись к машине, где меня ожидала помощница Баяны. Ее руки дрожали, а сама она была белее снега.

– Она опять сорвалась, да?

– То есть?

– Она… это… – тут девушка стала нервно оглядываться.

– То есть?! Бывшая наркоманка, что ли?

– Ну, так, немного, но мы ее вылечили.

– Ага, конечно.

– Тут у нее есть друг…

– Друг… Уже почти познакомились.

– Ой, что будет? Два концерта. Да ее ведь вышвырнут. Виталик дал ей последний шанс, а она…

– Не вышвырнут. Давай шуруй в комнату и не высовывайся. Ты все необходимое подготавливай для концерта, а я беглянку привезу.

– Ой, она если пропадает веселиться, то надолго.

– Веселье отменяется. Ей в этот раз не повезло, у нее телохранитель я… – сказала и села в машину, забивая адрес клуба, который отправила Ольга.

Глава 3

Подъехала к клубу. Прищурилась, оценивая приличные размеры заведения, и, натянув тонкие перчатки, вышла из машины, направляясь прямым ходом к центральному входу. Машина со знакомым номером стояла неподалеку. На входе стоял мужчина. Отмечая мой строгий вид, он нахмурился и спросил:

– Куда?

– За Баяной. Я ее телохранитель.

Тут он как-то мерзко усмехнулся и выдал:

– Придется здесь ждать, крошка.

– Сзади… – сказала, устремив взор за его спину.

– Что? – непонимающе буркнул охранник и повернулся, а я ударила ребром в шею, отчего он свалился мешком на плитку.

– Ох, и чего я вечно этот прием использую, – проворчала, проверяя его пульс. Живой.

Вытащила оружие, оценивая идеальное состояние, заталкивая в кожаную сумку-кобуру с левой стороны портупеи. На цокольном этаже мне навстречу шло двое охранников.

– Или ломаю шеи или ведете меня к Коту, – вежливо предложила, при этом улыбаясь.

– Ты что, шкура, офигела?

И почему люди не понимают с первого раза?

Дальше пошла в ход вся техника ударов и комбинаций, притом выборочно, направленная на максимально быстрое уничтожение соперников.

Когда они лежали пластом, я забрала дубинку, вытащила пистолеты и, запихнув в карманы куртки, подставила первый конфискованный пистолет заросшему парню в висок. Взвела курок и любезно поинтересовалась:

– Спрашиваю только раз, так что думай, прежде чем отвечать. Где они?

– Там… – прохрипел напуганный парень, показывая на второй этаж, где находилась вип-комната с темными стеклами.

Через две минуты была там. Открыла дверь, как тут же ее попытался закрыть охранник. Понимая, что не может, он достал оружие.

Два мощных удара и он повалился на пол, завывая от боли в ушах, вытирая кровь с левой стороны. Вероятно, немного грубо сработала.

Пока не до него.

Обернулась, всматриваясь в изумленные лица гостей этой комнаты. Все внимание было приковано ко мне.

В комнате находился Кот, что точно определила, так как соответствовал фотографии, трое мужчин на диванчиках и Баяна, которая стояла в центре от мужчин и держала фужер в руке с чем-то непонятным.

Подняла пистолет и, выбрав цель, выстрелила, отчего бокал в ее руках, упал, разбиваясь на осколки.

Кто его знает, что там у нее?

– Ты чего тво… – заскрипела полуголая звезда, уже успевшая чуть подраздеться.

– Рот закрой, или вторая пуля будет твоей. Учти, я с оружием на «ты».

– Да я…

Выставила пистолет, на что Баяна пискнула, тут же закрываясь руками.

– И кто ты такая? – поинтересовался Кот. В отличие от других мужчин он держался спокойно, когда те прятали лица и щемились друг к другу. Замечу, мужчинам было за сорок, кроме Котова.

– Я ее телохранитель, – ответила и медленно направилась к ним. Мужчина не двигался, был совершенно спокоен.

– Как я понимаю, моих парней ты уложила?

– Твоих пацанов я вырубила.

– Интересно, – тут он оглядел меня с головы до ног. – Предлагаю работать на меня. Платить буду в три раза больше.

– Мне и на моей работе нормально.

– А ты подумай. Я не обижу.

– Я не работаю с грязью.

– Хочешь меня разозлить? – уточнил Котов уже напряженно.

– Ты ведь наркотиками барыжишь. Какие могут быть обиды? Все по делу сказала.

Котов глянул на растерянную певицу, застывшую от страха на месте, потом на мужчин, и лениво протянул:

– Оставь ее. Она моя гостья. У нас закрытая вечеринка.

– После двух концертов встречайтесь, а сейчас она едет со мной.

– Думаешь, выйдешь отсюда? – весело спросил он, давая понять, что этого не произойдет.

– Я у твоей охраны сняла три нелегальных пистолета, полицию будем вызывать?

– У меня связи везде и всюду, а ты вот просто так не выйдешь отсюда, крошка, – тут он скривился и выдал: – Давайте ее сюда.

Оказывается, он сказал охране, появившейся позади меня. С оружием пришли, довольные такие.

Только собралась «общаться», как услышала знакомый голос:

– Чужой. Фас.

Вдруг откуда ни возьмись знакомые огромные немецкие овчарки рванули на охранников, опрокидывая их, начиная рычать, так и мечтая сцапать.

Ленок!

Соколова со своими немцами!

Подруга вошла в комнату и очаровательно улыбнулась.

– Всем добрый вечер! Простите, немного опоздала. Пробки.

– Что происходит? – яростно выдал Кот.

– А я сейчас объясню, – очаровательно начала она. – Есть три варианта: первый – вызываем полицию; второй – ЧОП «АРТ-Охрану»; и третий – мы дружно прощаемся.

Последние слова Лена говорила, уже демонстрируя всем чудесный арбалет. Знаете, такой небольшой, но невероятно опасный. Кстати, лучше всех стреляла из него, что не очень нравилось мужской половине, в особенности Холодову, лучшему нашему бойцу-мужчине.

– Вон оно что… – протянул Олег. – Значит, ко мне заглянули спецы Бизона. Да уж. Он всегда умел подбирать сотрудников. Надо бы поучиться.

– Мы уходим… – сказала, понимая, что уже пора закругляться. Засиделись тут.

– Но Баяна не желает с вами идти… – почти пропел Кот, напоминая рыжего хитрого котищу.

– Захочет… – ответила ему и, повернувшись к девчонке, наставила на нее пистолет.

– Сама идешь или я тебя вырубаю?

– Я буду жалова..

– Сама или вырубаю? – уже с рычанием уточнила, отчего она вздрогнула.

– Я… сама. Сама!

– Успела принять дрянь? – спросила, намекая на наркотики.

На мой вопрос она покачала головой, но я не верила. Как верить наркоманам, пусть даже бывшим? Она сюда прискакала, забыв, что у нее два концерта, и навряд ли бы вспомнила…

– Она ничего не принимала, да и в бокале было всего лишь шампанское.

– Обойдется без шампанского, – прокомментировала и кивнула девушке. – На выход пошла.

– Я…

– Плохо слышала?

Баяна кивнула и пошла ко мне. Теперь зная ее поганый характер, я ждала нападения. В момент, когда подошла, она закричала и бросилась на меня.

Резко ушла от атаки и скрутила ей руку, нагнув почти к полу, причиняя боль.

– Ты плохо поняла?

– Отпусти! Я не буду! Не буду… – бубнила себе под нос, хлюпая носом.

Обернулась, ожидая нападения, но Кот наблюдал за мной, и делал он это под прицелом арбалета Соколовой. Мужчина повел челюстью и произнес:

– Я впечатлен. Честно, – Котов повел челюстью, о чем-то задумываясь. – Мои люди дадут вам пройти. Но поверь, мы еще с тобой встретимся, – как-то зловеще сказал он мне. – Ты мне нужна для работы.

Проигнорировала его слова и, ослабив хватку у звезды, толкнула ее к выходу.

– Вперед. Я следом. Шаг в сторону, и ты сразу ляжешь.

– Я поняла… – хрипло прошептала она и медленно направилась к двери, а следом немцы под команду Соколовой «Охранять».

– Ты оружие оставь, а то нехорошо чужое брать… – пропел Кот мне в спину.

– Непременно, – сказала и последовала за Баяной, на дрожащих ногах двигающейся по проходу. Она с таким ужасом смотрела на собак, что вот точно можно было понять, что ей не до побега и не до наркоты.

Хоть отвлечется ненадолго!

Нужно отметить, пока мы вышли из клуба, встретили еще семь человек, и все они с ненавистью смотрели на нас, особенно на меня. Но мы уверенно двигались, внимательно оценивая возможную угрозу.

Ее не последовало.

В салон к Баяне усадили овчарок, отчего она забыла, как дышать. Соколова же села на пассажирское сиденье. Она внимательно наблюдала за тем, как я достаю тряпочку и тщательно вытираю каждый ствол, тут же кидая на землю. Подмигнув мужчине, которого вырубила первым на входе, дала газу и рванула вперед, выезжая из парковки.

– Да как вы смеете! – рявкнула Баяна дрожащим голосом.

– Мои овчарки не любят плакс, тяжело реагируя на любые крики, слюни и визги, сразу рвать начинают, так что молчи, – безразлично бросила Лена и улыбнулась мне.

– Ты откуда? – спросила у Соколовой, понимая, что Баяна больше нас не побеспокоит.

– Сердце подсказало, что подруга вляпалась по самое некуда, – получила довольно веселый ответ.

– Сердце… – усмехнулась, – а его случайно не менеджером Ольгой кличут?

– Она меня сорвала с объекта. Талов подвез и умотал.

– Ничего не спросил?

– Ты о чем? Он весь день за баранкой, к вечеру дружелюбие у него окончательно пропадает. Тем более, если спросит, вдруг придется помогать.

– Ну, да…

– Сейчас куда? – уточнила Соколова.

– Сдам Баяну помощнице, и собак отвезем.

– Правильно! Потом к тебе. Будешь меня откармливать и радоваться, какая я у тебя невероятная. Чую, Бизон что-то вкусненькое привез, и много чего осталось.

– А я-то думаю, что так быстро примчалась, а она голодная.

– Одно другому не мешает. Что продуктам пропадать? А так подруга всегда поможет!

– Это да. Кстати, у меня там еще есть…

– Пирожки с капустой? И их я непременно съем. Ты же знаешь, я всеядная.

– Их нет… – сказала быстрее, чем подумала. На святое покусилась.

– Есть. Я знаю и найду, – весело заявила Лена и подмигнула мне.

Найдет она…

Кто бы сомневался?!

Соколова все найдет! Кинолог с чутьем и нюхом немецкой овчарки.

* * *

– Можно я у тебя останусь? – спросила Лена, когда мы сидели в беседке и пили кофе, поглядывая на огонь в мангале. Вечера сейчас стали прохладными, до костей прошибало, поэтому решили костер развести.

– Тебе нравится ночевать в моем теремке? – не удержались от вопроса. Сама же Соколова жила в чудесном доме, похожем на замок. Остался ей от бабушки в наследство. Замечу, бабуля еще та была женщина, настоящая диктаторша, которая управляла всеми даже после своей смерти.

– Да неважно где, главное – с кем.

– Одолели сводные сестры?

– Да знаешь, вечно придираются, не зная, за что зацепиться. Мачеха со своими дочерьми уже поперек горла. Еще появился какой-то ушлый мужик с бородкой, братец мачехи. У последнего еще сын собирается приехать. Полный дурдом. Свора!

– Дом ведь твой.

– Не мой он, пока не выполню условия, поэтому домом и всем приданным управляет мой бесхребетный отец и его мегера-жена, а точнее, она одна.

– Можно же пока съехать…

– Так как съехать-то? Бабуля оставила завещание, которое связывает меня по ногам и рукам. Там все четко: как жить, как спать, как гулять и даже график, когда спать ложиться.

Открыла рот и сразу закрыла. Холодно удивляться ноябрьским вечером. Не сезон.

– Признаться, я вообще не уверена, что она была в трезвом состоянии, когда его завещала. Вероятно, под вискарик сочиняла это все безобразие, – протянула она и отломила кусочек шоколадки, тут же кидая в рот.

Удивлялась ей, вот это отменный аппетит! И ведь очень стройная была. Вероятно, когда собак тренировала, и себя заодно. Ну, и метаболизм отличный.

Но мои любимые пирожки Соколова не ела, мне оставила. Не подруга, а золото.

– И что же там за безобразие? – спросила, сильнее укрываясь теплой шалью, в то время как Лена пледом. Прикупила она его специально для себя. Не удивлюсь, если тумбочку притащит, и будет тут оставлять вещи.

Хотя, на самом деле, очень хорошая идея.

– Например, то, что деньги я получу раньше назначенного срока, если мне встретится порядочный мужчина, который понравится моей семье или будет соответствовать пунктам идеального мужчины по меркам бабушки. Но последний вариант провальный, такого мужика не существует.

– И?

– Что «и»? Семье мои кандидаты не нравятся, что, естественно. Их кандидата я в последний раз с арбалетом по всей нашей территории гоняла. Такой редкостный криворук попался, что вдобавок чуть не разбил мою хрустальную туфельку.

– Золушкой подрабатываешь?

– Да тетя подарила на день рождения, а этот лось хотел стащить, но неудачно.

– Ох, представляю…

– А он не представлял, о чем пожалел… – засмеялась она и вдруг совсем невесело добавила: – Да понимаешь, найти нормального мужчину, что уже не могу, это еще полбеды, а вот прожить с ним три года – это вот печаль. Родственники и нотариус – контроль.

– Какой бред.

– Если бы, да бы мешает.

– Значит, понравиться должен всей семье?

– Угу, но им никто не нравится. Зачем? Им это невыгодно. Сейчас они заведуют моим домом, распоряжаются моими деньгами и вложениями, плюс расходы на них, так как они выполняют ее волю. Естественно, их будет не устраивать каждый мой кандидат.

– Но разве никак нельзя это оспорить? Может, есть второй вариант?

– Есть, дождаться тридцати лет, но к этому времени все мои деньги мачеха точно истратит. Они куда только не ездят, что только не творят на благо «меня».

– И никто не контролирует?

– Душеприказчик контролирует, наследственный поверенный в лице престарелого дедушки-нотариуса. Эдакий наивный простачок.

– И что он проверяет?

– Раз в год мои опекуны отчитываются, что находили мне подходящих женихов, но я не согласилась.

– И чего отказалась?

– Как чего?! Ты бы видела их! Почти бомжи, воры, шарлатаны. Я же вот их сразу по базе пробиваю и за голову хватаюсь. Я не знаю, что они указывают в тегах, когда ищут, но ко мне являются какие-то захудалые козлики. Я как вижу, у меня бешенство сразу вспыхивает, вот и достаю каждый квартал свои арбалеты.

– А ты дедуле говорила о том, каких тебе подбирают красавцев?

– Конечно, но он все отнекивается: что откуда-то семье знать, ведь с виду очень приятные люди. Живет прошлым, не знает о современных технологиях.

– Так, получается, у них там кастинг? – спросила, прокручивая идейку в голове.

– Что-то в этом роде.

– А когда следующий?

– Ну, если раз в квартал, то должны уже подбирать претендента.

– А если им подкинуть своего? Пусть считают, что тебе он точно не понравится, а он будет как раз твое.

– Ой, не знаю… Где я такого найду? У меня времени нет, а если найду, так родственники сразу нос воротят. Да и нереально, понимаешь? Единственное место, куда меня отпускают, это работа.

– То есть?

– Бабуля прописала правила поведения приличной женщины, которая до десяти часов вечера уже должна спать, мирно хрюкая в подушку.

– А что сегодня?

– Ну, Ольга уже ответила, что у меня ночная смена.

– А как родственники не встали на дыбы, что ты работаешь и возвращаешься так поздно?

– Конечно, встали. Это их любимая поза. Если я не соблюдаю правила, то лишаюсь наследства, и оно переходит им.

– Получается, хитрая бабуля им ничего не оставила?

– Можно так сказать, но все же их поставила контролировать. Поэтому вот они и бесятся, рассчитывая меня мурыжить до 30 лет.

– Проблема…

– Проблема сейчас в другом: я недавно узнала, что они собираются инвестировать мои сбережения в непонятные вложения. Думаю, обман.

– И что делать?

– Только мужа искать… – почти прорычала она и съела сразу три кусочка шоколадки.

Взяла термос с горячим кофейным напитком и налила себе в стакан, тут же отпивая.

– Я думаю, что знаю человека, который тебе поможет.

– Кто?

– Ну, я не говорила, что он тебе понравится.

– Я всем нравлюсь… – уверенно заявила Соколова и вдруг нахмурилась. – Ты хочешь мне подсунуть Холодова? Он же зверюга, а не мужчина.

– Зато точно пройдет кастинг, как и попадет под все пункты твоей бабули, если не будешь его драконить. Стопроцентное попадание в цель с двух выстрелов.

Подруга задумалась.

– Да нет, он не согласится. Особенно после того, что было сегодня вечером.

– А что было сегодня вечером? – миленько поинтересовалась, прищурив глазки. Видимо, что-то очень интересное! От нетерпения сделала глоток кофейка.

– Ммм… я решила проверить твою версию.

Чуть не захлебнулась кофейком.

– И что?!

– Ну, закончилось все довольно ужасно.

– Почему?

– Да потому что он конкретно так отреагировал, а когда я ему сказала, что пошутила, чуть меня там не убил. Медведь косолапый.

– Какая ты шутница, однако.

– Порой мне это во вред…

– Зато мы узнали, что мужчина хочет тебя, вот и злится.

– Мне от этого не жарко и не холодно. Кстати, у меня в машине есть спальник. Только бы печку подтопить, а то у тебя дубак.

После клуба мы заехали на работу, и подруга пересела на свою крутую тачку. Любимых ее собак сдали в вольер Кузьмичу.

– Без проблем.

– И давай ложиться спать, а то завтра насыщенный день. У тебя встреча с сестрой… – напомнила мне Лена.

– Да… – с улыбкой ответила, – а потом концерт.

– Думаешь, певица отойдет и нормально выступит?

– Конечно, отойдет! Она не успела войти в номер, как с головы до ног обругала помощницу. Все будет с ней в порядке.

– Но ты ее вежливо предупредила?

– Да, у двери тормознула и прижала к стене, напоминая о том, что завтра заеду за ней, и если не будет на месте, то найду и притащу назад за волосы.

– Да уж, вежливо это не про тебя.

– А когда мы овчарок отдавали, и ты, перед тем, как их вывести из машины, посоветовала питомцам не расстраиваться, и если звездная тетя завтра не выступит и будет плохо себя вести, то ты разрешишь им найти ее и погрызть, очень вежливо?

– Я ведь пошутила. Куда без юмора в наше время? – с улыбкой сказала она и подняла свою термокружку с горячим кофейком, намекая на тост.

– Несомненно! Именно поэтому учусь у тебя шутить, – весело заметила и тоже подняла, подмигивая ей.

Глава 4

Спустя две недели

– Мама Кристина, а ты веришь в Бога? – спросила Настя, рисуя сосиску-девочку на альбомном листе. У нее всегда люди получались чудесными сосисками.

Посмотрела на сестру, с которой за это время хорошо сдружились и ответила:

– Конечно. А ты?

– А я… не понимаю, почему он всех у меня забирает.

Стало не по себе. Ей всего семь лет, а такие размышления.

– Говорят, на небе нужны ангелы с доброй душой.

– Получается, мама и папа ангелы?

– Конечно.

– А моя сестра плохая, да?

Вот это поворот!

– Ты… знаешь, что у тебя есть сестра?

– Да. Мама Галя, которая отказалась от меня, сказала, что она взрослая и не захотела меня взять.

– Это неправда! – сказала очень громко, за что стало неудобно.

Отмечая, как округлились глаза девочки, я подсела еще ближе и сказала:

– Просто она не знает, где тебя искать.

– Правда? Правда?! – Настя нахмурила брови.

– Права.

– И она найдет меня?

– Конечно, найдет и заберет тебя.

Тут Настюшка улыбнулась и потянулась ко мне, прижавшись к груди. Так мы и сидели несколько минут, обнявшись в полной тишине.

– Как бы я хотела этого… – со вздохом призналась она, отчего мое сердце застучало быстрее.

– Не сомневайся, так и будет, – прошептала, поглаживая сестру по спине.

– Ой, – сестра насупилась, – получается, если Саша хорошая, то она умрет, чтобы быть ангелом?

«И зачем я так сказала?!»

– Нет. Хорошие люди должны быть и здесь.

– Тогда Саше сделают операцию? Я слышала от мамы Веры, что этого не произойдет. Она так и сказала, что надежды нет.

И вечно Вера размышляет при детях обо всем не подумавши. Язык без костей у этой женщины.

Покачала головой, поглядывая на дверь комнаты, где находилась восьмилетняя Александра. Чудесная девочка с мелодичным голосом в нашей дружной семье. Невероятно красивая, милая умница, обожающая диснеевские мультики. Мы ее ласково звали Принцесса. Но к огромному сожалению, у Солнцевой редкое сердечное заболевание – рестриктивная кардиомиопатия. Сердце маленькой красавицы постепенно становится жестким и со временем у него остается все меньше сил на перекачивание крови. Болезнь дает нагрузку на печень и на легкие.

Моя Настя и Саша дружили. Сестра вечно обитала рядом с ней, поэтому их поселили вместе, хотя изначально Солнцева находилась одна.

– Давай я спрошу у директора и узнаю. Ты не забывай, что я недавно пришла, поэтому много не знаю.

– А те два дня, когда у тебя выходные, что ты делаешь?

– Тоже работаю.

– А где?

Ох, сестра у меня любознательная почемучка.

– В одной хорошей организации, – с улыбкой ответила.

– А что ты делаешь там?

– Ммм… помогаю людям.

– Да? А как?

Схватила ее и, пересадив к себе, с веселым хохотом стала целовать во все щечки, отчего она стала смеяться. Я же не могла не улыбаться, отмечая счастье в ее глазах.

– А можно мне с вами? – послышался тонкий голосок Саши.

Мы одновременно обернулись.

К нам подошла Саша, смущенно дергающая подол своего теплого шерстяного платья.

– Конечно! Мы с мамой Кристиной будем рады, – ответила моя милая Настя и подмигнула мне.

Саша тихо прошла и села рядом на стул.

– А может, прогуляемся на улице? Все наши ушли гулять в город с мамой Верой.

– Хорошая идея! – согласилась я. – Куда хотите?

– А можно, в пиццерию «Додо Пицца»? – предложила Настя. – Там детская площадка внутри и пицца такая вкусная!

– Напомни-ка мне, как ты сегодня кушала? – спросила, капризно прищурившись. Сестра сегодня просто ужасно пообедала, толком ничего не ела.

– Я буду хорошо кушать! Обещаю! – поспешно ответила она, тут же добавляя: – Просто я не люблю рыбу.

– И я не люблю, но обещаю кушать. Можно в пиццерию? – взволнованно спросила Саша, с надеждой всматриваясь в мое лицо.

– Ох, ну как тут откажешь? Тогда собираемся и едем! – сказала и поднялась.

Девчонкам два раза не нужно было повторять, они довольно что-то закричали и быстро побежали в комнату переодеваться. Я следом.

Успеем к пяти часам вернуться.

Через тридцать минут мы довольные поднимались по лестнице в пиццерию, когда неожиданно из здания выскочил мужчина. Он чуть не снес Сашу, которую я тут же удержала руками и поставила на ноги, резко захватывая мужчину за руку, не позволяя ему двигаться.

Слепой слон!

– Мужчина, будьте внимательнее! Вы снесли ребенка! – грозно прорычала, в следующую секунду пораженно застыв на месте, увидев своего собеседника.

Котов Олег собственной персоной. Он с лицом довольного кота смотрел на меня и на девчонок, отчего стало не по себе, затем произнес:

– Дамы, прошу сердечно простить меня. Не заметил. Прошу принять мои извинения тремя огромными пиццами.

– Ура! – закричали девочки, выглядывая из-за моей спины.

Поспешно закрыла их от хищного взгляда мужчины, мило сообщая:

– Это лишнее, но впредь будьте внимательнее.

– Но я… – начал Кот, решивший исполнить свое обещание. Так и видела, что он заинтересовался… моими спутницами.

– Прощайте! – сказала и, быстро взяв девочек за руки, прошла к двери, резко распахивая ее.

Оказавшись внутри, девочки сразу же стали выбирать стол. Естественно, рядом с детской зоной. Она представляла собой стеклянную комнату с горками и различными зонами для игр.

– А можно мы уже пойдем? – с нетерпением спросила сестра, поглядывая на детей, которые уже играли.

– Пиццу и молочные коктейли? – спросила у них, чтобы потом губки не дули.

– Да! – в один голос ответили девочки и сразу же побежали в заветное место. Столько счастья!

Повесила на вешалку куртки и села за стол, открывая приложение, заказывая все необходимое для девочек и себя. Колу я не пила, поэтому заказала зеленый чай с лимоном.

Как всегда, на приготовление – пятнадцать минут.

На табло появилось мое имя. Глянув на девочек, скатывающихся с горки, помахала им, пытаясь не показывать своих эмоций.

Злилась. Хотя, если точнее, была в ярости.

И надо же было нарваться на этого злыдня. Он ведь не просто так скалился, понял, что девчонки мои.

Вот же неудача!

После того случая в клубе с певицей он мне звонил. Конечно, я разговаривать не стала, сразу заблокировала, но потом мы столкнулись у порога моей работы. Кот вновь повторил свое предложение, но получил презрительный отказ. Разговора как такового не состоялось. Я не хотела, а значит, меня никто не мог заставить, что мужчина понял.

Одно настораживало – Кот ведь не идиот. Может, догадаться…

Плохо. Очень плохо.

И квартиру я еще не купила…

Пора с директором детского дома поговорить: признаться, что я сестра Насти.

Но разве можно подстраховаться во всем?

Сложно.

Бизон тоже мурыжит. И ведь у него в каждом уголке города есть свой риелтор. Но он сам не хочет помогать, надеясь, что от безвыходности соглашусь на его предложение.

Как бы ни так!

И черт меня понес в эту пиццерию?!

Но разве могла знать?

Этот УЖ везде пролезет.

Застыла, когда почуяла слишком резкое приближение молодой женщины, цокающей сапогами на высоком каблуке. На автомате обернулась, замечая высокую брюнетку с кольцом в носу. Коротенькая стрижка, худощавого телосложения, походка мужская, взгляд ястреба – вот так коротко можно сказать про даму в кожаной одежде. Она села за соседним столиком и стала приводить волосы в порядок.

Странное поведение в пиццерии.

Обычно не успеешь прийти и сразу в приложение – сделать заказ. Или она заказала в пути?

Присмотрелась. Замечая примитивные наколки на пальцах – признак воровки, скривилась.

Так, красотка сидела.

И это пальцы…

А что на теле? Куртку она так и не сняла.

Ее взгляд задержался на мне, а потом глазами стала искать кого-то в зале. Девочек?

Поднялась и отправилась к кассе, так как до выполнения заказа осталась одна минута. Отсюда женщину хорошо было видно. Она наблюдала за детьми, тут же с кем-то переписываясь. Интересно, с кем?

«Или я уже помешалась или она подосланный казачок?» – подумала, сложив руки на груди.

Вдруг женщина встрепенулась и стала вертеть головой. Потеряла кого-то? Например, меня. Она как раз обернулась, и наши взгляды встретились.

Мой и ее.

Женщина поспешно отвела взгляд и отвернулась, а мне захотелось уйти.

Но уже спалилась…

А бегать не в моих правилах, тем более не тот случай.

– Девушка, скажите номер вашего заказа? – спросил у меня парень-менеджер на кассе. Устал, что видела по его глазам.

– 278, – ответила, получая через несколько секунд свою огромную пиццу, молочные коктейли и зеленый чай.

Не успела поставить на стол поднос с заказом, как появились девочки. Увидели!

– Ура! Пицца! – воскликнула Настя.

– Пицца. Ммм… – скромно заметила Саша.

– Девочки, давайте пересядем? – предложила и, подхватив все наше добро, быстро перешла за другой стол, где женщина нас точно видеть не будет. Тогда станет точно понятно, по чью она душу зарулила сюда.

Немедленно приступили к нашему перекусу, когда почувствовала прожигающий взгляд.

Женщина пересела и теперь находилась за три столика от нас. Ближе не получилось, так как ближайшие были заняты.

Она по нашу душу. Стопроцентно! От Кота.

– Давайте, жуйте и потом прогуляемся по парку, – сказала девочкам и поспешно написала Ольге:

«Можно попросить тебя о личной просьбе?»

Ответ пришел незамедлительно:

«Говори».

Глянув на женщину, которая так ничего и не заказала, я поспешно написала:

«Мне нужна полная информация на Котова Олега. Все. Даже с кем спит, кого бросил и всех неугодных, которых точно и возможно на тот свет отправил».

Ольга написала через минуту:

«Не слишком?»

Усмехнулась, понимая, что девушка требует комплиментов.

«Я же знаю, что ты еще та хакерша. Взломай его телефон. Буду должна».

Ответ поступил через секунду:

«Ладно. Дай время, и я тебе найду инфу даже о том, какими болячками страдает».

Усмехнулась, даже не сомневаясь в этом.

«Жду. Только будь осторожнее…»

Девочки уплетали пиццу, а мне даже кусок в горло не лез. Переживала, понимая, что теперь девчонки в опасности. Котов ведь будет через них давить на меня. Пристально смотрела на женщину, не давая ей возможности любоваться моими девочками.

Примерно через пять минут она поднялась и, держа телефон перед собой, будто не могла оторваться, направилась к туалету.

«Снимает. Она снимает нас…» – решила и, улыбнувшись девочкам, сказала:

– Я в туалет, а вы… тут сидите и никуда не отходите.

– Хорошо! – в один голос согласились они, при этом славно пережевывая пиццу.

Поднялась и, оценив мирно беседующих и жующих посетителей, не планирующих отходить, заглянула в туалет. В нем был маленький коридорчик с раковинами и две кабинки. Одна для инвалидов и матерей с детьми, где имелся складной столик для пеленания, а вторая общая для мужчин и женщин. Засланная шпионка находилась в общей и с кем-то тихо разговаривала.

Быстро дернула дверь, на мое счастье, оказавшуюся открытой, и вырвала телефон из длинных пожелтевших пальцев, рукой перекрывая женщине горло.

Общалась дамочка с абонентом «Бродяга». Отключилась и зашла в фотогалерею. А там последние фотографии – НАШИ: где мы уже за новым столиком; я, движущаяся в сторону кассы; и все дети, среди которых бегают мои девочки. Больше всего взбесила фотография, где Настя стоит около меня, когда уже вернулась к столику с заказом.

Быстро удалила абсолютно все, как фотографии, так и видео, не забывая про корзину, при этом не позволяя женщине двигаться. Она же хрипела, пытаясь выбраться.

Дальше прошла в сообщения и увидела переписку с неизвестным номером, который тотчас узнала. Кот.

Неудачница-шпионка успела прислать ему только видео, где все дети, обещая предоставить фотографии девчонок. Удалила переписку, а потом кинула телефон в унитаз.

Глаза женщины округлились до небывалых размеров. Не ожидала.

Она дернулась, а я перехватила ее за горло пальцами, крутанув и прижав к стене не слишком вежливо, слыша вой от соприкосновения носа с кафелем.

– А теперь слушай меня, коза. Еще раз встретишься на моем пути или будешь собирать информацию, я тебе шею сверну.

Чем больше говорила, тем сильнее давила.

– Ты меня поняла? – зарычала ей в лицо.

Хрип, что она выдала, напоминал «да».

Чуть ослабила хватку и процедила:

– Зачем Кот послал тебя?

– Я не знаю…

Перехватила руку и заломила, закрывая ей рот, когда она начала орать.

– Я похожа на ту, с которой можно шутить?

Женщина задрожала, а потом стала говорить в ладонь.

– Лишнее слово, и я тебе руку случайно сломаю. Без фокусов.

Она кивнула.

– Говори.

– Кот сказал мне проследить за вами и сфотографировать. Но ты ему ничего не говори, он же меня тогда убьет.

– Что успела ему передать?

– Только видео.

Долбанула еще раз и заметила:

– Передай Коту от меня «привет» и скажи, чтобы стороной обходил, если не хочет сдохнуть.

– Я передам. Передам!

– Это хорошо. И помни, что мне плевать, кто ты и с кем спишь, я разорву тебя на части, если еще раз увижу поблизости. Усекла?

– Да! – почти провыла она.

Оттолкнула ее, отмечая, как женщина сжалась и забилась в угол.

– Телефон тебе Кот купит. Он знал последствия, когда отправлял тебя ко мне, – вышла из кабинки и помыла руки, пытаясь совладать с эмоциями.

Вот же черт!

И чего он ко мне прикопался?

Для какого дела я ему нужна, раз готов лезть на рожон?

Вытерла руки салфетками и вышла. Девочки как раз уже пиццу доели, поэтому я предложила собираться.

Мы вышли через пять минут из пиццерии. Внимательно оглядела все машины на парковке, но Котова ни в одной не приметила. Удрал в закат?

– Все, садимся в машину, и домой, – предложила девочкам.

– Ох… жаль, – жалобно выдала Саша, с надеждой поглядывая на меня.

– А, может, капельку погуляем? – попросила Настя, обняв меня за талию. Маленькая хитрая лисичка.

– Скоро ужин, нужно успеть, – объяснила сестре, поправляя ей шарф на шее.

– Ох… – одновременно выдали девочки.

– И чтобы все непременно съели, как и обещали.

Видела по глазам, что не обрадовала их.

Полилась мелодия. Степанова Ольга звонила.

Так быстро?

Приметив во дворе дома игровую площадку, показала рукой и предложила девочкам:

– Если хотите, можете поиграть на той детской площадке.

– Да! Да! – согласились они, и мы направились во двор.

Не успели дойти, девочки рванули к качелям. Убедившись, что они сели и катаются, перезвонила Ольге.

– Так что? – сразу перешла к делу.

– Ох, ну слушай…

– Только коротко, а то тебе дай волю, и на роман расскажешь.

– Я постараюсь, – буркнула она. – Будто у меня время резиновое. Так, Котов Олег Александрович, родился в феврале 1995 года.

– Знак зодиака и любимый цвет можешь пропустить.

– Хорошо. Его отец, Котов Александр, авторитет из блатных. Он умер при загадочных обстоятельствах, оставив все сыну, в том числе клубы, недвижимость, акции.

– Много клубов?

– Порядка трех, притом очень посещаемые. Еще у него несколько фирм, но официально числится владельцем лишь развлекательных заведений. Котов известен тем, что из своих должников выбивает не только деньги, но и мозги. Любитель красивых и покорных женщин.

Не удержалась от ухмылки. Это не ко мне. Раз любит покорных, значит, я ему действительно нужна для дела. Только для какого?

– Шантажист, вымогатель.

– Даже так?

– Обвинялся несколько раз в громких уголовных делах, но ничего не доказали. Помнишь дело с похищением ребенка? От девочки сразу избавились, а потом три недели мурыжили бедных родителей, вытаскивая огромные суммы. Фамилия Котова там фигурировала, а потом все свидетели стали менять показания.

– Еще что?

– Ммм… – видимо, листала свое внушительное досье, которое сама откопала, выбрасывая все ненужное. – Он совратил свою несовершеннолетнюю двоюродную сестру. Ей было на тот момент четырнадцать лет.

– Какой мерзкий подонок.

– Это еще что? Девочка выросла и стала его любовницей, пока он не сбил насмерть беременную женщину.

– И что потом?

– Она взяла вину на себя. Недавно вышла из тюрьмы.

Задумалась. Получается, он свою сестру-любовницу подослал ко мне? Додумался же…

– Короткая стрижка, худощавого телосложения, с тату на пальцах? – перечислила я, описывая женщину из пиццерии, с которой уже пообщалась.

– Если бы только на пальцах. У нее все тело разрисовано.

– А воровкой когда стала?

– Котов заявил на нее, обвинив в краже автомобиля.

– Нда уж.

– В бардачке еще наркоту нашли. В общем, девку подставил, и жизнь сломал. Кстати, здоров как бык, но детей нет.

– Понятно.

– У тебя проблемы? – вдруг резко спросила Ольга, чего не ожидала услышать.

– Постараюсь решить.

– Я тут пробила одну квартирку. Сносная цена, твой район, пятый этаж. Дом 2000 года.

Даже рот открылся от удивления. Кто просветил Степанову?

– Ты откуда знаешь?

– А как ты думаешь, кто проверяет все запросы?

– И ты сказала Бизону про мою сестру?

– Прости. Я действительно думала, что он поможет тебе.

– А сейчас так не думаешь?

Тут она замолчала, что заставило меня нахмуриться.

– Говори, – попросила, понимая, что вот не просто так начала она разговор.

– Прости, я не должна была тебя так подставлять, но я считала, что у вас наклевывается семейная жизнь.

– Что сделал Бизон?

– Ммм… Я не думаю, что он хочет помочь, только палки в колеса намерен ставить, пока не согласишься на его условия.

– Оль, что он сделал?

– Кристина, будь осторожна. Больше я не могу сказать.

Хмыкнула и закрыла глаза. Если не говорит, значит, что-то серьезное. Ольга, она всегда за справедливость, что иногда раздражало всех на работе.

– На квартирку денег у тебя почти хватит, но там жил нарик. Она в ужасном состоянии.

– И где именно?

– В твоем микрорайоне, первые дома, семь минут от дачи.

– Ты мне поможешь?

– Да. Приготовь все документы, чтобы пакет был готов. Я потом звякну. Только там чуть больше той суммы, что у тебя на счету.

– Ты взломала мой телефон? – с возмущением рявкнула.

– Нет. Я так пораскинула мозгами, у тебя ведь основная работа – это наш ЧОП, а учитывая, что ты не тратишь…

– Все, хватит. Я поняла. Так сколько мне еще нужно?

– Семьсот тысяч, и квартира твоя. Документы я проверила – все чисто. У них риелтор – моя хорошая знакомая. Я с ней договорюсь, моя должница. Квартира принадлежит матери, но сын жил там, так как повадился все тащить из родительского дома, где он и прописан. Кстати, умер от передозировки месяц назад. Сегодня утром выставили объявление, но я снесла его.

– В этой квартире умер? – уточнила на всякий случай. Не хотелось бы жить в такой квартире.

– Нет, в гараже у друга. Так что?

– Когда можно посмотреть?

– Завтра в семь. Охрану я тебе передвинула, за час справимся. Я уже отпросилась.

– Спасибо.

– Еще пока не за что, тем более я чувствую вину, так что буду исправлять, – тут она ахнула и быстро сказала: – У меня звонок. До завтра.

Послышались гудки, Ольга отключилась.

Дала себе три минуты и уставилась на дерево, ничего не замечая, полностью погружаясь в свои мысли. Мне нужно было продумать свои действия, исходя из новой информации.

Тряхнула головой и, глянув на девочек, скатывающихся с горки, громко позвала их:

– Девочки, нам пора!

Глава 5

Неделя прошла в забегах.

Вторая дала надежду на светлый лучик счастья в этом темном туннеле.

Работа. Дела. Вновь работа. Несколько часов сна.

Дурдом.

Но это все мелочи, ведь я все делала для сестры.

Налила зеленый чай и добавила ломтик лимона. Только выпить не успела, так как застыла на месте, реагируя на топот. В столовую вбежала довольная воспитательница Галя и счастливо закружилась. Столько радости в ее танце было, что невольно улыбнулась.

– Чему радуешься? – спросила я, не понимая причину такой радости.

– Ну как же? Ты не знаешь? Твою любимицу хотят удочерить.

Горячая кружка обожгла пальцы, отчего зашипела и с плеском поставила ее на стол, разлив приличную порцию кипятка на столешнице.

– Ты чего? Расстроилась? Ну, да, твоя любимица… – женщина мило улыбнулась. – Но малышке нужна мама.

– Кто? – мысли терялись, поэтому облизнула вмиг пересохшие губы и все же задала свой вопрос: – Кто ее хочет удочерить?

– Ой, семейная пара. Они как раз должны выйти.

Через пять секунд прилипла к окну, зорко всматриваясь во двор детского дома. И вот дверь открылась и появилась семейная пара. Представительный мужчина в черном костюме с барсеткой в руках и стройная женщина в теплом платье со строгой прической и в очках. Выглядели довольно респектабельно.

Нахмурилась.

Неужели, правда?

И почему я сейчас узнаю? Так увлеклась покупкой квартиры, что упустила потенциальных усыновителей?

Вот же гадство!

Так, мне нужно…

В следующую секунду прищурилась, открыв рот от возмущения. К своему удивлению, я увидела Котова у ворот детского дома. Он вальяжно стоял у машины и курил. Почувствовав мой взгляд, Олег поднял голову и дерзко помахал пальцами.

– Вот же гад! – неожиданно громко выдала, сдерживая себя от желания броситься к нему и разобраться. Он ведь специально!

Получается, выяснил все про сестру.

Тут Олег оттолкнулся от машины и направился к семейной паре, приветствуя их и приглашая в машину.

Котов подослал их.

– Это ты на будущих родителей? Да ты что? Для Насти это шанс вырасти в нормальной семье.

– Ага, как же… – процедила и быстро направилась к директору.

Через три минуты была в кабинете, громко закрыв за собой дверь. Не специально, так получилось из-за ветра, задувающего в открытое окно.

– Пришла… – тихо констатировала женщина и устало посмотрела на меня.

– Вы знаете, что я сестра Насти, – уверенно сказала, удивляясь директору. И ведь ничего не сказала.

Лапкина поднялась и как-то тяжело прошла к столу, где стоял чайник, нажимая на кнопку, находящуюся на ручке.

– Ты думаешь, я не проверяю своих сотрудников, которые будут работать с детьми? Врать ты мне не стала, сказала про спортсмена отца, а я недавно просматривала документы Насти, когда ее вернули нам. Тогда…

Женщина сделала паузу и взяла кружку со своего стола, подняв ее, спросив у меня:

– Будешь?

– Нет.

– А я не откажусь, день такой тяжелый, – Лапкина залила кипятком пакетик в кружке и продолжила: – Тогда она выглядела сломанной куклой. Приемная мать, отказавшаяся от ребенка, наговорила ей много чего лишнего из-за обиды на мужа. Галина Тимофеевна стала давить на девочку, убеждая, что она никому не нужна, раз даже сестра не хочет взять. Я думала, она закроется, но Настя меня удивила. В тот день она поделилась, что больше не хочет чужих мам, только немножко подрасти, чтобы не быть обузой, и тогда сестра ее непременно заберет. Она ждала тебя… и ждет до сих пор. После разговора я подняла документы, но не смогла найти тебя, по адресу проживали совсем другие люди. А тут ты… Я сразу не туда, а потом уже, когда увидела, как ты относишься к ней, вспомнила твои слова про отца и проверила документы.

– Не отдавайте сестру! Я покупаю квартиру… Сделка через неделю.

– Это хорошо, но суд будет рассматривать и других претендентов на усыновление. Семейная пара, что приходила, полная семья с достойными заработками и отличными жилищными условиями. Он пластический хирург, а она работает главным бухгалтером в крупной строительной фирме. У Виноградовых все документы собраны, давно мечтают взять ребенка, уже прошли все инстанции. Навряд ли тебе отдадут девочку, учитывая, что у тебя опасная работа и ты одна. Хотя, кто знает, учитывая тот факт, что ты сестра. Все возможно, – отмечая, как я скривилась, она выдала. – Ты не переживай, а готовь документы. Вот если бы у тебя был муж…

– Его нет.

– Тогда бы ты без разговоров забрала свою сестру.

Хотела сказать про Кота, но как объяснить? Это будет выглядеть напраслиной, вроде как оговариваю.

– Вы уверены в этой семье?

– Я их давно знаю… Виноградовы все мечтали взять девочку семи лет. Когда тот раз приходили, Настя находилась в приемной семье. Сомневаться в этой семье не стоит.

– И что теперь? Как мне быть?

– Усыновление – долгий процесс. Возможно, за это время ты сможешь что-то изменить в своей жизни, чтобы тебе не смогли отказать. Конечно, я скажу свое слово, но решение зависит не от меня.

– Я поняла вас… – сказала и хотела выйти, как услышала.

– У меня просьба.

Даже догадывалась какая.

– Пока не говори сестре, кто ты. Вдруг не получится.

– Я вас поняла, – сказала и закрыла дверь, ощущая ярость.

Даже не поняла, как оказалась у двери девочек. Решила немного поиграть с ними, да отправляться домой. Сегодня у меня корпоратив в полночь, так что нужно несколько часов поспать. Только хотела дотянуться до ручки, как дверь открылась и в мои руки попала выбежавшая Настя.

В ее глазах видела страх.

Она открывала рот, но не могла сказать, только рукой показывала на комнату.

Резко бросилась в спальню, наблюдая ужасающую картину: Саша сидела на полу, бледная, в поту и не могла дышать. Она своей маленькой ручкой держалась за грудь, открывая рот, и тут же закрывая. Ее глаза, полные ужаса, молили о помощи.

– Приступ, – выдохнула и бросилась к окну, планируя открыть, удивляясь, что закупорили даже форточку. К зиме приготовились. Рванула со всей силы и вырвала вместе с бинтами всю створку, запуская свежий поток воздуха.

– Аа-а-а-а… что делать? Она умрет, да? Уже не первый раз! В тот раз сказали, что если еще раз случится, то уже не откачают, – начала кричать Галя, чем больше пугала Сашу.

За секунду выкинула женщину за дверь и рявкнула:

– Не смей заходить!

– Но… Что делать?

– Вызывай бригаду с кардиологом и соответствующим оборудованием. Скажи, что у нас сердечный приступ, предупреди про диагноз, – крикнула и бросилась к девочке, осторожно опуская ее на спину в лежачее положение.

– Ну, все, Сашенька, успокойся. Все хорошо, не бойся.

– Мама Галя сказала нам о том, что меня заберут приемные родители… – тихо призналась Настя. И когда она прошла? Когда я Галю выкидывала? Или раньше?

И тут дошел смысл слов.

Чего?!

Вот дура! Додумалась, кому сказать! Тупица.

– Куда заберут? – убедительно замахала головой перед Сашей. – Это неправда. Мы не отдадим нашу Настю. Да, Сашенька? – спросила, отмечая улыбку на бледном лице девочки, расстегивая верхние пуговицы рубашки, давящей на горло.

– Ты не переживай. Сейчас тебе станет легче… – шептала, понимая, что у Солнцевой температура. И ведь я проверяла час назад, все было хорошо.

Девочка кивнула, а в следующую секунду закрыла глаза, потеряв сознание.

Зажмурила глаза на секунду, проклиная все на свете, и проверила пульс. Не прощупывался.

Стремительно принялась расстегивать рубашку, понимая, что нужно провести сердечно-легочную реанимацию. В свое время мать учила меня всему, и в первую очередь оказывать первую помощь в любых ситуациях. Я ей сдавала настоящие экзамены, прежде чем пойти на соревнования.

– Настя, выйди.

– Но…

– Все хорошо. Выйди, пожалуйста.

Сестра с обидой в глазах вышла, а я принялась делать непрямой массаж сердца вновь и вновь, пока не почувствовала движение. Маленькая ручка дернулась.

Наклонилась и поняла, что девочка дышит.

В этот момент в комнату вбежала молодая женщина в медицинской форме. Проверив пульс, оценив состояние девочки, она спросила:

– Вы врач?

– Нет, но мама была хирургом.

– Понятно. Вы с нами, все расскажете. Документы есть?

– Да. Карточка в комнате воспитателей.

– Хорошо.

Дальше все происходило как в кошмарном сне. Мигалка до сих пор музыкой играла у меня в голове. Просидела несколько часов, и лишь после разговора с врачом меня отправили домой.

Вышла на улицу и, ощутив ледяной пронизывающий ветер, осознала, что даже куртку не взяла. Была в одной кофточке и брюках в ноябрьский вечер. Ах да, еще небольшой рюкзак на плечо. Куда без него?

Хорошо хоть телефон взяла. Прежде чем открыть приложение такси, решила глянуть, кто звонил.

Пропущенных около ста звонков.

И моя малявка звонила. Подарила ей часы, по которым можно было созваниваться.

Вероятно, уже спит.

Полилась мелодия. Абонент – Лапкина Милана Алексеевна, директор детского дома.

– Ну что там? Как Сашенька?

– Спасли.

– Ты молодец. Ох, я все это время как на иголках.

– Саше требуется пересадка сердца.

– Я знаю. Месяц назад Минздрав выдал нам направление на квоту, но ждать придется минимум полгода. И когда получим, нужно будет стучаться в клиники других стран, и если согласятся прооперировать, то вновь будем стоять в очереди на трансплантацию.

Больше не хотелось разговаривать. Услышанное не давало надежды.

– Поняла. Доброй ночи.

– Кристина, Настя не спит, ждет тебя. Она напугана. Воспитатели не смогли ее успокоить. Сейчас она с Клавдией, но до сих пор не спит, плачет. Думаю, ты сможешь ее успокоить.

– Конечно, – сказала, замечая знакомую машину у забора.

Котов Олег.

Ну, конечно, как без него в дерьмовый вечер?

Никак.

Он тоже увидел, что я заметила его, и вышел.

– Скоро буду, – сказала и направилась к Котову. Не зря же он сюда приехал. Пожалуй, сейчас, зная возможности этого человека, я готова была согласиться на любую работу, если он выполнит мои условия.

Приблизилась к нему, отмечая самодовольный вид, и сразу перешла к делу:

– Что ты хочешь мне предложить?

Котов ухмыльнулся, давая понять, что он не сомневался в том, что я прибегу к нему, и выдал:

– Садись в машину, Кристина.

– Зачем?

– Больная ты мне не поможешь, так что делай то, что сказал.

Возомнил себя начальником?

Как же…

Но сейчас я готова послушать…

Обошла машину и села на пассажирское сиденье.

– Так что?

– Ты не потеряешь сестру. Я позабочусь о том, чтобы никто не подавал документы на удочерение Насти.

И все? Он меня этим хотел заманить?!

– Меня не интересует твое предложение. Я не потеряю сестру, как бы ты не давил.

Лицо мужчины скривилось. Видела, что он сдерживает себя от грубых слов, я ему была поперек горла, но, тем не менее, не отступал.

Значит, очень нужна.

– Как же? Я нашел пару, которая мечтает взять милую девочку. Она уж очень подходит этой семье.

– Другую найдут, о чем непременно им сообщу. Сомневаюсь, что Виноградовы пожелают взять девочку, за которую я буду драться руками и ногами. Зачем кому-то такой проблемный приемный ребенок? А проблемы я устрою каждому желающему. Никто ее не получит. Никто! Уж поверь мне, твои дерзкие ухищрения только подбивают меня идти напролом.

– Ты проиграешь.

– Никогда! – нагло выдала. – Принципиально найду мужа, и тогда твои Виноградовы пролетят. Так что этот вопрос я решу сама, без твоих одолжений и геройских побуждений, тем более что именно ты устраиваешь мне эти проблемы. Быть спасителем… это не про тебя. Я не оценила.

– Понятно. Что ты хочешь? Не зря же села в машину…

– Солнцева Александра. Ей нужна трансплантация сердца.

– Твоя работа не стоит таких денег.

– Пни нужных людей, чтобы нам выделили квоту в ближайшие дни, и потом помоги с каким-нибудь замечательным фондом, чтобы собрать деньги. Твое давление здесь будет как раз к месту.

– Но и там будет очередь.

– А ты сделай так, чтобы этой очереди не было. Ты же у нас мастер интриг и подстав. Не поверю, что у тебя нет связей в верхушках, которые крышуют такого мерзкого поставщика наркоты, как ты.

– Ты зарываешься… – процедил Котов.

– Да плевать мне… Я не обязана подстраиваться под твое чуткое восприятие, получай по факту.

Мужчина задумался, вероятно, оценивал свои возможности, мою неприятную кандидатуру на дело, и, конечно, свою выгоду. Почесал затылок и недовольно протянул:

– У меня есть вариант, но тебе это будет дорого стоить…

– Убивать никого не буду.

– Ты не смеешь выбирать.

– Я соглашаюсь работать с таким как ты, ради жизни калечить другие ради одной я не стану. Тогда моя жертва будет бесполезна.

– Считаешь меня такой мразью? – усмехнулся он.

– Это еще легко сказано. Из-за таких, как ты, умирают дети.

– Помешалась на своих детях. Открой бардачок и возьми пакет.

Рука потянулась, но тут же зависла в воздухе.

– Запомни, я ждать и надеяться не буду, увижу, что ты тянешь резину, наш договор будет расторгнут.

– Я выполню, и девчонку прооперируют, а ты будешь на меня работать.

– Всему есть свой срок. Скажем, полгода.

– Ты еще смеешь ставить мне сроки?

– Я тебе не рабыня. Из-за чужой жизни я не буду рушить свою. Но эта девочка важна для меня и моей сестры, а значит, я сделаю все, что в моих силах, при этом не теряя свою жизнь.

– Хм… – Котов задумался. – Хорошо, пусть так. Только ты должна справиться с заданием. Не будет результата, срок не засчитаю. Ты будешь выполнить то, что я тебе прикажу, и неважно какими путями и средствами. Даже если будешь занята в одном деле, я буду дергать тебя на другие…

Открыла бардачок и достала конверт, всматриваясь в лицо красивого мужчины в форме.

– Кто он?

– Бесстрахов Андрей Александрович, полковник полиции. Недавно перевели на должность руководителя Управления по контролю за оборотом наркотиков.

Не удержалась от цоканья.

– Кто бы сомневался, что ты берег его специально для меня.

– Заткнись и слушай!

– Не стоит так злиться, ты еще не начал шевелиться, чтобы даже дышать на меня, – процедила, с яростью всматриваясь в его глаза.

– А знаешь, почему я тебя терплю?

– Да потому что собрался подложить меня под полковника полиции. Разве нет? Как я понимаю, тебе нужна информация?

– Да. Мне нужна любая информация, даже намек на меня или мои клубы, если вдруг она всплывет. Ты должна слушать и предупреждать обо всем.

Скривилась, уже презирая себя. Согласилась работать на такую мразь…

Вот же попала!

– Меня не волнует как, но ты должна сблизиться с ним и быть рядом.

– Я работаю, – напомнила Коту.

– Мне неважно. Естественно, Бесстрахов не должен знать, кто ты такая, и, конечно, что ты чемпионка и телохранитель. Для него ты будешь милой девушкой, нормальной, которой необходимо рядом сильное плечо.

Захотелось швырнуть в него этот бумажный пакет.

Нормальной?!

А я какая?

– В пакете паспорт на другую фамилию. Скажешь, что работаешь в массажном салоне. Твое прикрытие. Если вдруг заглянет, там знают, что сказать. История знакомства на тебе. Меня не волнует как, но уже завтра ты должна познакомиться с ним.

– И завтра ты должен отправить своих Виноградовых куда подальше.

– Ты ведь сказала, что справишься сама.

– Из-за твоего Бесстрахова у меня третья работа появилась. Подумай, как я мужа найду? И сомневаюсь, что он порадуется, что у меня будет какой-нибудь залетный Бесстрахов в любовниках.

– Хм… ладно. Эту проблему устраню.

Устранит он…

Одолжение сделал.

– И не только их. Ты уберешь любую проблему под названием «Претенденты на удочерение моей сестры».

– Ты не много требуешь?

– Ты много просишь. Чему удивляешься? Или я должна разорваться и все провалить?

– Нда уж… Думал, будет легче.

– Ты просто привык запугивать и шантажировать, ничего не давая взамен.

– Всегда есть твоя сестра… – намекнул он, давая понять, что может совершить подлость.

– Если ты пальцем тронешь мою сестру, я тебя убью, – совершенно спокойно с ядовитой улыбкой предупредила, вглядываясь в его глаза. – И неважно, пострадаю я при этом или нет.

– Что же… тогда вся информация в пакете, как и телефон для связи с Бесстраховым. Он на прослушке, не стоит удалять жучок.

– Мне нужны деньги.

– С какой стати?

– С такой, что у меня нет одежды, соответствующей образу милой и чудесной массажистки.

– Я говорил, что решаешь сама…

– Тогда придется как есть или подождать, так как у меня на носу покупка квартиры, а еще кредитов выше крыши. Вот как с ними завершу, так и подойдешь.

– Твоя Солнцева долго не продержится…

– А я не отказываюсь! Но тратиться добровольно на ненужные тряпки не собираюсь. Буду очаровывать как есть.

– Ты невыносима! – рявкнул он, уничтожая взглядом. – Даже не знаю, радоваться или сочувствовать Бесстрахову.

Он и дальше под нос себе ворчал, пока тянулся в салон. Схватил кожаную барсетку, доставая приличную пачку с купюрами.

– Уж позаботься выбрать себе приличные тряпки и белье.

– Тогда добавляй.

– Ты издеваешься?

– У меня абсолютно ничего нет, в том числе косметики, сумочек, сапожек, как и верхней одежды. Да что уж? У меня только одна обувь: летом – кроссовки и ботинки, зимой – простые сапоги на плоской подошве. Если не забыл, еще немного… и зима. Ты сам неудачно выбрал время. Это не мои проблемы, я не планировала ничего менять в своем гардеробе. Он мне очень нравится. Свои пожелания оплачивай сам.

Ох, если бы взглядом можно было убивать, я бы уже не дышала. Котов с ненавистью пыхтел, проклиная меня. Потом достал еще пачку и швырнул ее на панель машины.

– Надеюсь, все?

– Вполне, – ответила, убрав вторую пачку к первой в рюкзак, куда впихнула конверт. Потом посмотрю.

– И временно уволишься…

– Нет.

– Кристина, не доводи меня! Ты уже…

– Мне за квартиру нужно выплатить семьсот тысяч, и я должна их отдать. Работая в детском доме, заработной платы едва хватит на пропитание и коммуналку.

– Меня не волнует.

– Чтобы я прикрывала твою шкуру, должно волновать. Или выплачиваешь или не вмешиваешься.

– Хорошо, сама решай, но ты со мной на связи и работаешь на сближение уже с завтрашнего дня. Поняла?

– Поняла.

– А теперь пошла вон! Такси есть.

Хотелось ответить, но только лучезарно скривилась и вышла из машины, громко хлопая дверцей.

Сволочь.

Чтобы я ему приснилась ночью в кошмарном сне!

Отошла и зажмурила глаза.

Да уж… Вляпалась по самое некуда!

Глянула на часы и быстро написала Виталию, с которым работала сегодня на мероприятии.

«Прикрой меня. Мне еще сорок минут нужно».

Осмотрелась по сторонам и вызвала такси, радуясь, что тачка примчится уже через две минуты. Успокою свою девочку, переоденусь, а потом уже помчусь на корпоратив.

Глава 6

Схватила аптечку и направилась к мужчине. Бесстрахов сидел на кровати. Везде и всюду был ужасный беспорядок: сломанные стулья, кровь на полу, разбитая ваза.

Ох, даже не хотелось вспоминать и лишний раз смотреть. И мне еще потом эту помойку убрать.

И где Ленка откопала этого неадеквата? Сказано было играть, но мужик перевозбудился от своей роли и начал приставать. Отпихивала как могла, даже ногами, напоминая себе, что я слабая и нежная девушка. Когда уже начала пинать, поняла, что перехожу черту от жертвы в нападающую, поэтому завопила во все горло.

И спаситель пришел! Дверь чуть не снес. Слава богу, додумалась дверь открытой держать, лишь на цепочку закрыть. Так вырвал ее с корнем.

Спаситель с замашками варвара.

Честно, в момент столкновения грешным делом подумала, что Бесстрахов убьет нашего актера. Пришлось вмешаться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.