Ярна Арлен
Соната верности

Глава 1. Два года

Арамина пошатнулась, попыталась удержаться схватив короля за руку, но силы изменили ей. Ее ладонь выскользнула из его руки и на глазах у многочисленных вельмож она рухнула без сознания.

***

Взгляд его, словно сам собой притянулся с спустившейся женщине. В ней без труда читалась иноземка: яркие, красно-рыжие волосы, не типичные большие, зелёные глаза, крепкое худое тело. Он даже представить себе не мог откуда она прибыла на Микар. В этой части Тинграда не встречались люди с подобной внешностью.

Обернувшись, она встретилась с ним взглядом. Ее глаза оказались пронзительными, словно заглядывали в глубины сознания и он едва удержался от того, чтобы не отвести взгляда. Она легко улыбнулась ему и отвернулась. И от этой улыбки, по его телу прошли электрические токи.

Женщина обошла стойку, что-то сказала девушке и та, обрадовавшись, убежала вглубь помещения. Она расположилась за стойкой, что-то поправила и убрала чистую посуду. К ней подошёл какой-то мужчина и завёл разговор. Она улыбалась незнакомцу и Бренд почувствовал, что хочет, чтобы она точно так же улыбалась ему.

Когда мужчина отошел, Бренд поднялся и занял его место у стойки. Она спокойно посмотрела на него, без оценки, но с любопытством и слегка кивнула ему, в знак приветствия.

– Как твоё имя? – спросил он, резче, чем ему хотелось.

– Арамина, – в углах губ появилась усмешка. А голос у неё был под стать внешности, глубокий, спокойный.

– Ты здесь хозяйка?

– Вроде того.

Все ее движения, слова, абсолютно всё в ней было наполнено силой, уверенностью и теплотой. Хотелось прижаться к этой женщине, сцеловывать ее слова с губ, скользить руками по ее спине… Бренд нахмурился. Ему не нравилось, что одного её присутствия хватало для того, чтобы взбудоражить его. Хотя, ему ничего не мешало просто овладеть ей на одну ночь и забыть.

***

Сквозь пелену она видела как служанки раздевают ее, снимают парадное облачение. Они постоянно спрашивали ее о чем-то, но у неё не было сил чтобы ответить. Ее облачили в простое домашнее платье. Пришёл лекарь и долго слушал ее дыхание, что-то говорил, спрашивал, но она ничего не понимала. Глаза застила какая-то непонятная боль. И сил разобраться, понять откуда она взялась, сейчас не было. А на глазах продолжали наворачиваться немые слезы.

Люди суетились вокруг, всё время сменялись лица, звуки. Она чувствовала себя зрителем, в каком-то не смешном театре, словно все красовались перед ней, в попытке понравиться.

Наконец ее одолел сон, словно она провалилась в холодную, темную глубину, из которой, казалось, не было выхода.

***

Король стоял над ее постелью и что-то говорил. Не получив ответа, он нахмурился и измерил шагами комнату, рассказывая о переговорах, которые ему пришлось все таки завершать, несмотря на ее отсутствие, о том что по замку поползли сплетни, что королева больна, а значит не может дать ему здоровых наследников. И много чего ещё, что она не понимала. Всё казалось ей сном, далеким, пустым сном. Ей всё виделось сквозь пелену, сквозь мрак. Настоящей была лишь боль, раскалённым штырем сидевшая во всем ее теле.

Она увидела над собой хмурое, жесткое лицо короля. Он сообщил ей, что убрал от неё всех слуг и помощниц и что через три дня, она должна появится на балу, как ни в чем не бывало. Она чувствовала его напряжение. Он внимательно посмотрел ей в лицо и тяжело вздохнув, вышел из комнаты.

***

Она очнулась. За окном было уже светло. Ее сознание прояснилось. Она все ещё чувствовала дикую, жуткую боль, ту самую боль, что так внезапно овладела ей. Но стало легче, словно бы сам Мир согрел ее сердце в своих руках. Она осторожно приподнялась, чувствуя, что в теле все ещё отзывается слабость. Рядом с ходом для слуг, на коленях, лицом к стене стоял прислужник. Он замер, не шевелясь, словно его здесь вовсе и нет. Король поручил все заботы о ней ему, запретив служанкам приближаться к ее комнатам.

Мина знала его. Никто не догадывался, но Арамина знала всех слуг, всех стражников, вельмож и служащих в лицо и по именам. Она знала, зачем король отослал от неё всех служанок и помощниц и почему из всех возможных вариантов, он оставил с ней именно прислужника. Не смотря даже на то, что прислужник был мужчиной.

– Зурад, – прислужник вздрогнул, он явно не ожидал услышать собственное имя, и не поворачиваясь, что-то прошептал в ответ, – Зурад, я ничего не слышу! Подойди и помоги мне подняться! – голос ее был жестким.

Зурад несмелое поднялся, на не твёрдых ногах подошёл и снова упал на колени, ткнувшись взглядом в пол. Он осторожно протянул ей руки.

– Ну хватит, – прошипела она не него, – встань и помоги мне… – прислужник снова впал в замешательство, – здесь никого нет, только ты и я! Довольно уже ползать передо мной на коленях…

Он не уверено поднялся и протянул ей дрожащую руку. Она вцепилась в него и он задрожал всем телом. Арамина села на постели и отпустила его. Он опять рухнул перед ней на колени. Резким движением Мина откинула одеяло и спустила ноги на пол.

– Приготовь мне ванну, – приказала она. Прислужник был только рад. Не вставая с колен, он почти мгновенно исчез в дверях ванной комнаты.

Арамина смотрела какое-то время в пустоту, а потом медленно поднялась. Она все ещё чувствовала во всем теле неясную слабость и боль. В голове упорно билась одна единственная мысль: «В Мире ничто не исчезает абсолютно».

Она вошла в ванную комнату. Прислужник уже все подготовил и стоял на коленях, согнувшись и глядя в пол, в изголовье большой фарфоровой ванны. Мина разделась и опустилась в воду, перекинув волосы через край. Зурад тут же принялся за дело. Осторожно, но очень профессионально он наносил различные составы на ее волосы и смывал их. Он проделал это три раза, промокнул волосы полотенцем и заплёл в косу.

Прислужник тихо вышел из комнаты, но через небольшой отрезок времени снова вернулся и сел на колени, спиной к Арамине.

– Бал сегодня?

– Да, моя королева, – прошептал Зурад. У него был низкий, сильный голос. Но служба в замке приучила его всегда понижать тон, – Уже через несколько часов.

– Тебе придётся помочь мне собраться.

Она резко поднялась, так что вода шумно разлилась и выплеснулась на пол. В своей коленопреклонённой позе, Зурад выглядел как-то странно, но в то же время словно сливался с окружающей действительностью.

Мина наскоро вытерлась и не одеваясь вернулась в спальню. Рядом с зеркалом лежало подготовленная одежда и белье. Платье было просто роскошным. Обтягивающий верх из тончайшего кружева, отделанное золотыми нитями, многослойная, многоуровневая юбка, и тонкие изящные туфли. Белье тоже подобрано идеально, так чтобы оно скрывало то, что должно быть скрыто от чужих глаз, но при этом подчеркивало всю красоту ее тела. Она оделась и села перед зеркалом.

– Зурад! – из ванной показался прислужник. Он молча подошёл к ней, не глядя и снова опустился на колени за ее спиной. Ее платье не имело застежек, его нужно было зашить прямо на ней. И он знал своё дело. Пока Арамина управлялась со своими мокрыми волосами, сооружала из них прическу, вставляла перья и наносила макияж на лицо, Зурад уверенными и четкими движениями сшивал края платья.

– Геталь… Что же с тобой делать… – задумчиво вздохнула Мина.

Арамина была новой королевой Притака, довольно крупного созвездия Тинграда. Притак был законодателем всего, для многих других созвездий. Законодателем моды, взглядом, веяний и даже законов. И последнее столетие короли Притака оторвались от своего народа. Жили в созданном ими огромном королевском поселении, не появлялись в городе и не знали, что там происходило. А происходило там деградация, упадок, разбои, эпидемии. Короли других земель стали делать то же самое, беря пример с Притака.

Арамина была не из женщин Притака. В одном из своих путешествий, король, под видом обычного постояльца заселился в гостиницу, которой управляла Мина. Бренд сразу приметил ее, яркая внешность, необычный акцент ее рунока, омут зелёных глаз – всё это не оставило его равнодушным. Но двигало им сперва банальное плотское желание овладеть ей. Но когда она мастерски уходила от всех его намеков и действий, так и не позволив ему перейти известных границ, он обнаружил за красотой ум и проницательность, силу духа, умение управлять ситуацией. И тогда Бренд в первые, всерьез задумался о новой королеве. Вельможи и придворные Притака давно склоняли его женится, надеясь обрести над ним влияние через женщину.

Вернувшись домой, некоторое время Бренд присматривался к придворным, незамужним дамам, устроил несколько балов, званных ужинов. И вскоре всем стало очевидно, что король ищет себе королеву. И со всех концов земли в замок стала стекаться знать со своими дочерьми, племянницами и прочими женщинами, готовыми стать королевой. Некоторые из них успели даже побывать в постели короля, надеясь поразить его своим умением или просто зачать от него ребёнка. Король понимал всю эту игру и какое-то время она даже забавляла его и он играл по принятым правилам.

Но время шло, а жажда родившаяся в груди короля не утолялась. Бренд понимал, что та самая женщина с зелёным омутом глаз, не выходит у него из головы. И эта мысль приводила его в ярость. И он прекратил игру. Собрал небольшую свиту и отправился за своей новой королевой. Но в гостинице ее не оказалось. Ему рассказали, что она управляла ей лишь временно. Бренд понимал, что искать почти незнакомую женщину, на чужой земле – это было весьма не простой задачей. К тому же, Притак нуждался в его присутствии.

Он хотел немедленно вернуться домой, но его свита напомнила ему, что он прибыл как король и это обязывает его нанести визит вежливости к местному королю. И прибыл он к торжественному приему в честь местного праздника. И какого же было его удивление, когда он встретил там ее, Арамину.

Он предполагал и даже надеялся, что вторая встреча несколько охладит его, что реальность будет отличаться от тех фантазий, что были рождены его сознанием. Но вопреки ожиданиям, реальность обрушилась на него с такой силой, с такой неотвратимостью, что без лишних предисловий, он предложил ей стать его королевой. Готовясь к длительным переговорам, уговорам, даже упрашиваниям, он получил, в итоге, согласие в тот же вечер.

Бренд не вдавался в подробности ее прошлого, ее семейных связей. Ему было достаточно ее согласия. Вельможи Притака встретили его критикой. Со всех концов до него доходили слухи, твердившие о том, что королева Притака должна быть местной женщиной. Они всячески проявляли своё недовольство, но выразить открыто, в лицо Бренду, никто не смел. И уже через семь дней Притак обрёл свою новую королеву.

И как только она стала появляться вместе с Брендом, сердца многих придворных мужчин, потеплели к ней. А спустя время, придворные дамы, которые раскритиковали выбор Бренда, стали подражать манерам Иды, шить платья, подобные ей и напрашивались на чаепитие к королеве.

Многим стал очевиден выбор Бренда. Он был жестким, быстрым на решения и расправу, логичным, точным, видящим далеко вперёд. И женщина, излучавшая спокойствие, мудрость, огромную внутреннюю опору и силу, идеально дополняла его.

Геталь был один из сенаторов, который часто сопротивлялся королю. И его сопротивление было основано, на заботе о тех, кто жил за пределами огромного замкового поселения. Арамина давно уже обратила на него своё внимание, но ей не удавалось найти к нему подход, так как король крайне его не жаловал. Мине приходилось все время балансировать и удерживать рядом доверие и короля и инакомыслящих.

– Геталь на твоей стороне, моя королева, – неожиданно прошептал Зурад, – Он говорил Тупарну, что уверен в глубине твоих взглядов и разделяет их. Но у него есть опасения, что это ловушка. Что таким образом король ищет инакомыслящих и их слабые места.

– Откуда ты знаешь это?

– Я сам это слышал, моя королева – совсем шепотом ответил Зурад.

Мина повернулась к нему лицом. Зурад не смотрел на неё, он снова согнулся и взгляд его упёрся в пол.

– Сам слышал? – недоверчиво переспросила она.

– Моя королева, я всего лишь прислужник. Никому нет до меня дела…

– Никому нет до тебя дела, – повторила она, – в то время как ты, просто слушаешь. Что ещё ты просто слышал?

– Преталь, уверен что ты не достойна короля, моя королева. Он был бы рад… – он не смог продолжить.

– Был бы рад видеть на моей месте свою дочь?

– Да, моя королева…

– И что же он говорит по этому поводу королю?

– Король не допускает меня в свои покои....

– Говори Зурад, всё что знаешь! – голос ее был очень спокоен, ни ревности, ни требовательности в нем не было.

– Служанки судачили о том, что он убеждает короля в твоей болезни и неспособности родить ему наследника. Что ты уже два года как королева, но ещё ни разу не понесла… Ни здоровых, не мертвых, – на губах Иды скользнула легкая улыбка.

– Преталь уже допустил не простительную ошибку. Король никогда теперь на ней не женится, даже если он организует себе такую возможность.

Плечи Зурада дрогнули. Почти все слуги в замке были в курсе, что Преталь подложил под короля свою дочь. Сделал их любовниками. Она регулярно навещала его, даже не скрывая этого. Но он и не подозревал, что королева была в курсе и относилась к этому с таким спокойствием.

Зурад знал, что Мина была абсолютно права. Король, хоть и вёл себя как высокомерный, развратный повеса, и спал со всеми, с кем хотел, не делая различий между служанками и придворными дамами, но свою королеву он тщательно выбирал. Арамина была его второй женой. На первой он женился лет десять назад и пробыл в браке всего год. Официально, прошлая королева умерла от тяжёлой болезни. Немногие, в том числе Зурад, знали, что в ее смерти был виновен король. Следующую королеву Бренд искал очень долго и очень старательно.

Мина молча поднялась, гордая, неотразимая. Она чувствовала, что Зурад провожает ее глазами, пользуясь тем, что никто не может этого видеть. Мина выглядела весьма необычно в своём наряде, закрывающем горло под самый подбородок, запястья почти до пальцев, с юбкой до пола. Опомнившись он вскочил, ловко опередил ее и в полупоклоне открыл перед ней дверь. Она остановилась и не глядя на него произнесла.

– Я пообщалась бы Геталем, сегодня… Буквально пару минут.

И не добавив больше ничего, она прошла мимо него.

***

Зурад работал вместе со всеми слугами, подавал и убирал блюда, разносил напитки, разливал вино, провожал перебравших господ к туалету или на улицу. Все это он делал словно на автомате, четко и верно и умудрялся ни разу не посмотреть никому в глаза, ни с кем не столкнуться и всегда вовремя появляться там, где он был нужен.

Но все его мысли были заняты лишь одним. Он обдумывал, как ему свести королеву и Геталя. Он прекрасно понимал, что мог этого не делать. И ничего не изменилось бы. Но королева дала ему это задание и он жаждал его исполнить, ещё сам не понимая, зачем.

Наконец ему выдался момент. Сенатор остался за свои столом в одиночестве, трое его соседей по столу отправились танцевать. Зурад осторожно подошёл к нему и опустился на колени. Геталь подал знак, чтобы он ушёл, но Зурад проигнорировал. Тогда Геталь резко повернулся к нему, возмущённый нерасторопностью прислужника. И тут Зурад осторожно раскрыл сложенные ладони и Геталь увидел в покрытых шрамами руках перо, точно такое же, как и те, что красовались в прическе у королевы.

– Налей мне вина! – резко сказал Геталь, чтобы не вызвать подозрений. Зурад поднялся, склонился над бокалом сенатора и осторожно прошептал.

– Танец присвол просто великолепен, сенатор Геталь.

Геталь в ответ еле заметно кивнул. Зурад с кувшином в руках тут же удалился. Сенатор поднялся через какое-то время и подошёл к своим друзьям, которые бурно его приветствовали. Присвол был медленным спокойным танцем, где партнеры через определенные промежутки времени менялись парами. Это была отличная возможность поговорить с королевой и понять, действительно ли этого прислужника отправила к нему королева или у него просто разыгралось воображение. Наконец музыка кончилась и заиграл присвол. Геталь танцевал не умело, все время сбивался и натыкался на других, рассыпаясь в извинениях. Буквально через несколько минут, маленький полноватый сенатор покраснел и покрылся потом. Отдуваясь и постоянно вытирая лоб платком, он только и думал о том, что ввязаться в танец было глупой затеей.

– Геталь… – ее глубокий голос пробрался к нему под кожу и он почувствовал пробежавшие по телу мурашки.

– Моя королева… – какое-то время они двигались молча.

Мина с любопытством смотрела на него, с удовлетворением понимая, что Зурад справился и даже быстрее, чем она ожидала. Она чувствовала в прислужнике скрытые силы, которые он задавил сам в себе, чтобы выжить.

– Какая сегодня переменчивая погода, – и взгляд ее скользнул в сторону короля. Они встретились глазами и она улыбнулась ему. Он словно хищник на охоте, танцевал с другими женщинами, но при этом видел всё и всех, всё слышал и всё подмечал.

– Да, моя королева. В прочем, как и в большинстве случаев! Я бы даже сказал, слишком переменчивая.

– И скоро она снова переменится, обязательно. Так или иначе.

– Боюсь, нам придётся долго ждать…

– Конечно, если ничего не предпринять…

– Но моя королева, как же повлиять простому человеку на солнце, на тучи, на погоду…

– Одному простому человеку никак, – наступила пауза. Геталь собрался с мыслями и тихо произнёс.

– Боюсь многие боятся прогневать Солнце!

– Но у вас же есть Луна, помните об этом Геталь.

И они снова сменили пару. Арамина продолжала танцевать весь вечер, улыбаясь общаясь и ведя тонкую политическую игру. Зурад, даже не глядя никому в глаза видел, как менялось выражение лица королевы, в зависимости от того, с кем она разговаривала, как менялись ее жесты и голос. Она восхищала его. С самого первого мгновения, Зурад был заворожён силой этой женщины. Она и пугала его и манила.

Глава 2. Год, одиннадцать месяцев и двадцать дней

Арамину почти не держали ноги от усталости. Она вошла в свои покои и опустилась на стул перед зеркалом. Зурад уже был здесь и стоял в привычной позе, на коленях лицом к стене. Она уронила голову на руки и сознание неожиданно отключилось. Мягкие, тёплые ладони коснулись ее лодыжек, Мина вздрогнула от неожиданности.

– Прости, моя королева! – прошептал куда-то в пол, согнувшийся над ее туфлями Зурад, – Я не хотел тебя напугать!

– Это ты, Зурад, – констатировала она очевидное, голос ее прозвучал почти нежно, от чего прислужника охватила дрожь, – Перестань уже меня боятся, я ничего с тобой не сделаю.

– Я боюсь закона, моя королева! – прошептал он и продолжил расстегивать ее туфли.

– Здесь только ты и я! – она подала ему вторую ногу и он ловко справился с застежками туфли и аккуратно освободил ее из плена узкой, неудобной обуви. Его руки заскользили по ее стопам, голеням, он осторожно, мягко разминал перенапряженные ноги, – Тебя могут убить уже за то, что ты ко мне прикасаешься.

– Я знаю, моя королева… – снова прошептал куда-то в пол прислужник, – Но я не могу не помочь тебе…

– Хочешь, я отпущу тебя? – руки Зурада замерли, – Сможешь работать в безопасности, не рискуя каждый день быть прирезанным королем.

Зурад действительно боялся. Хоть король Бренд и сам оставил его при королеве, но это ничего не значило. Если он увидит его вместе с королевой в ванной комнате или увидит как Зурад помогает Мине одеваться, или увидит сейчас, когда Зурад делал ей массаж стоп, он просто убьёт его без разговоров и рассуждений. Бренд был очень скор на расправу, от его руки умерла его первая королева, несколько сенаторов и ещё не известно сколько людей. С годами король стал менее горяч, но не менее опасен.

Зурад всё это прекрасно знал. Но никогда и ни за что на свете, он не хотел променять служение королеве, на что-то другое. Он восхищался своей королевой, ее сила манила его, притягивала как магнит.

– Я провинился в чем-то, моя королева? Только скажи, что я сделал не так и я всё исправлю! Прошу! Только не прогоняй меня…

– Зурад, – устало проговорила королева, – не ищи тайных смыслов там, где их нет. Я просто спросила тебя. Безопасность порой важнее всего остального.

– Нет ничего важнее службы тебе, моя королева.

– Ты ошибаешься. Нет ничего важнее служения Миру…

Она поднялась. Зурад остался в своей согбенной позе. Не поднимая глаз он видел, как Арамина переоделась и легла на кровать. И усталость накрыла ее с такой силой, что она почти сразу провалилась в полусон. У неё ушло огромное количество сил, на то, чтобы удержаться, не сломаться под тяжестью боли, что обрушилась на неё и они никак не желали возвращаться к ней.

Она слышала как Зурад ходит по комнате, собирает ее одежду, осторожно поправляет что-то то там, то здесь. Он ступал еле слышно. Обувь для прислуги делали специально таким образом, чтобы она создавала как можно меньше звуков. Мина почувствовала, как он подошёл к ее постели и осторожно, едва смея, коснулся ее свешенной с постели руки. Он аккуратно приподнял ее и положил на постель.

Арамина упорно пыталась разгадать Зурада. Сама ещё не понимая для чего. Она чувствовала, что в нем скрывались не малые силы, но его согнули законы жизни, в которую он попал. И было вовсе не ясно, сломали они его или нет.

***

Арамина сидела по правую руку от короля и часто чувствовала на себе его внимательный взгляд. Она знала, почему Бренд убрал от неё всех слуг, почему так часто следил за ней. Он не задавал ей вопросов, но его глаза сказали ей больше любых слов.

Их окружали вельможи со своими жёнами и придворные дамы. Арамина, не смотря на свою внешнюю рассеянность, слышала все разговоры, замечала всё происходящее вокруг. Через два человека от неё сидела леди Силен. Это была совсем ещё молодая особа, которой едва исполнилось двадцать лет. Она всего третий раз была на открытом приеме у короля и всё ещё чувствовала скованность. Силен была дочерью весьма обеспеченного герцога, владеющего землями Прест, который сумел удержать своё состояние и положение, не смотря на весь кошмар, происходивший за границами города, во время правления деда Бренда. Но, к несчастью, он умер, когда Бренд только вступил на трон. И Силен, будучи совсем ещё ребёнком, осталась совершенна одна. Дабы уберечь ее от всех возможных стервятников и сберечь герцогство, от упадка, Бренд забрал Силен в свой замок и взял на себя управление состоянием и землями ее отца. Многие тогда посчитали, что Силен никогда не увидет своего богатства и ошиблись. Бренд был дальновидным королем и не пользовался сиюминутными благами. За двенадцать лет, он приумножил богатства Преста и соответственно, увеличил налоги даваемые герцогством. А в это время, Силен многому научилась, в том числе управлению своими землями.

И как только ей исполнилось двадцать, Бренд официально объявил ее герцогиней Преста и передал в ее руки огромное состояние. Она стала первой женщиной, принявшей такой титул по наследству. Тем самым Бренд уровнял права женщин Притака, на наследство своих отцов и демонстративно показал это всем. Но Силен не покинула замок. Она росла среди дворцовых интриг и научилась различать друзей, подхалимов и врагов. Она знала, что стоит только ей покинуть короля, как на неё обрушится бесконечный поток ухаживаний и предложений и не была уверена в своих силах выстоять против этого. И теперь Силен, находилась под негласной опекой королевы и каждый, желающий посвататься к ней, должен был испросить разрешения короля и королевы. Это сразу же охладило пыл многих желающих.

Напротив Силен сидела жена Преталя. Она, как и ее муж, откровенно не любила королеву и не упускала возможность съязвить что-нибудь, на счёт Силен, стремясь тем самым задеть Арамину. Вот и сейчас, она громко рассуждала о том, что некоторым очень легко всё даётся, что титул герцогини давался только в самых особых случаях. Своей двусмысленной речью, она в том числе, намекала и на неизвестное происхождение королевы.

– Во времена моей молодости, – громко рассуждала она, – леди могла занять высокое положение, только завоевав сердце достойного мужчины, своим умом, талантом и добротой. Но всё так стремительно меняется… – притворно вздохнула она, – Вы так не считаете, моя королева?

Мина медленно подняла на неё глаза и мягко улыбнулась.

– Да, вы абсолютно правы, во времена вашей молодости многое было иначе. Но было это очень, очень, очень давно, – сидевший по левую руку Бренда юный герцог Эрлинга – Борд, хрюкнул и тут же уткнулся носом в бокал вина, чтобы не расхохотаться в голос.

– Простите, – промямлил он, едва сдерживая смех и виновато поглядывая на старшего брата Даяна, – вино не тем горлом пошло…

Вокруг прозвучало ещё несколько сдавленных смешков и даже губы Бренда слегка дрогнули. Все знали, что жена Преталя считала себя вполне ещё молодой, тогда как действительность говорила об обратном. Она продолжала носить открытые, вызывающие платья, которые совсем ее не красили и не молодили, а даже наоборот.

– Но нам пора повзрослеть, сбросить устаревшее и облачиться в нечто подобающее, – ни голос, ни интонация Мины не изменилась, а со всех сторон уже слышались смешки. Все разговоры стихли и зал, как заворожённый ловил каждое словно королевы. Жена Преталя побагровела, она оглядывалась на не сдержанных молодых людей и кидала на них гневные взгляды. А Арамина безжалостно продолжала, – И стоит ли нам смотреть в прошлое, если мы давно переросли его? Жить оглядываясь назад – это удел тех, кто не способен идти в ногу со временем. Едва ли ты вспоминаешь времена, к примеру, твоей бабушки и рассуждаешь о том, как было принято тогда. Ты вздыхаешь по временам своё молодости, которая, увы, ушла безвозвратно.

Жена Преталя вскочила со своего места, она часто и отрывисто дышала. Арамина спокойно смотрела на неё. На ее лице до сих пор не проявилось ни одной эмоции, кроме вежливой улыбки, даже голос ее ни разу не изменился. Но она мастерски ударила в самые слабые места. Арамину было не сломить в этих словесных боях, она держалась как скала. Жена Преталя, рассчитывала уязвить ее через Силен, но она схлестнулась с той, кто ей был не по зубам.

– Тебе не хорошо? – участливо поинтересовалась Мина.

– Да, моя королева, – поднялся Преталь, – моя супруга с самого утра жаловалась на плохое самочувствие, – Преталь пытался спасти ситуацию и не позволить жене оскорбить королеву. Он прекрасно знал, что Бренд не прощал таких промашек, – Мой король, моя королева, с вашего позволения я провожу мою супруг на свежий воздух.

Король кивнул ему и Преталь, грубо схватив жену за плечо, буквально потащил ее за собой. В след им послышалось бурный хохот, особо не сдержанных молодых людей. Их дочь, то бледнея, то краснея, со смешанным чувством смотрела им в след. И каждый, кто был в курсе ее интрижки с Брендом, понимал, почему королевой была Мина, а она, всего лишь женщиной для плотского удовлетворения.

***

Зурад стоял в узкой гардеробной и раскладывал принесённые вещи из прачечной. Он едва успевал справляться со всеми обязанностями. И это ещё при том, что королева не часто брала его с собой. В ее распоряжении было пять комнат, но пользовалась она только спальней, гостиной, ванной и, в редких случаях, кабинетом. Это несколько облегчало его задачу, но не кардинально. Он следил за чистотой ее одежды, за чистотой ее комнат, следил чтобы вода в ванной была всегда тёплой к ее приходу, помогал ей вести календарь встреч, деловую переписку, убирался, приносил еду и уносил посуду, выполнял ее мелкие поручения, закупал у самых лучших производителей украшения, духи, косметику, покупал ткани и отдавал в пошив платья к мероприятиям. Помимо всего этого, иногда он сопровождал королеву на встречи, на прогулки, прислуживал гостям, которых она принимала в своей гостиной. Порой, к концу дня он просто валился с ног. Но наступал новый день, он встречал его ещё до рассвета, потому что его королева просыпалась с первыми лучами солнца.

И при всем этом, Зурад ни за что и никогда не променял бы эту работу. Он был уверен, что король удалил всю прислугу от неё, только с одной целью, поиздеваться, посмеяться. И в знак полнейшего равнодушия, оставил с королевой его, прислужника мужчину. И все обязанности свалились на него, но он почувствовал радость, вместо злости и раздражения. Да, он справлялся на пределе своих сил, но он, словно бы стал хранителем ее покоя. Его королева была для него примером. Ее работа была другой, возможно во сто крат сложнее его. Все придворные дамы мечтали побывать в ее гостиной, но приглашала она их, только по ей ведомым мотивам. И с течением времени, Зурад стал понимать эти мотивы, научился читать между строк, слышать то, что она вкладывала в свои слова. Он восхищался тем, как мастерски она вела разговоры, как играла на чувствах и слабостях и никто, не мог ее заподозрить в игре. Она всегда была собрана, улыбалась когда нужно, хмурилась, преподносила подарки или же раздавала наказания.

И лишь оставшись с ним наедине, с ним, ничего не значащим прислужником, она вдруг становилась слабой, уставшей, хрупкой. И Зурад не мог никому доверить заботу о ней. Он видел, как изменила ее внезапно случившаяся болезнь, в ней появилась какая-то слабость, словно что-то очень важное сломалось внутри неё.

Дверь резко распахнулась и Арамина вошла в свою спальню. Зурад увидел ее в отверстия двери гардеробной. Он спешно отложил все оставшиеся вещи и хотел выйти к ней, чтобы обозначить своё присутствие и помочь при необходимости. Но входная дверь снова с грохотом распахнулась и вошёл король. Он буквально набросился на королеву, вцепился в неё. Он жадно начал целовать ее, обнимать.

– Ты сводишь меня с ума, – шептал Бренд, покрывая жадными прикосновениями ее волосы, лицо и пытался стянуть платье с ее плеч. Разозлившись на неподатливую одежду он просто разорвал ее и впился жадным поцелуем в обнажившееся плечо.

У короля было множество любовниц, но в действительности он жаждал только свою королеву. Она пробуждала в нем страсть не только и не столько своей красотой, сколько силой своего ума. Слушая то, как она парирует речи придворных дам, он каждый раз словно заново узнавал ее, восхищался ей.

Бренд прижал ее к столику с зеркалом, на пол полетели ее флаконы и баночки, разбилась зеркальная шкатулка.

Зурада затрясло. Он стоял за легкой тонкой дверью гардеробной, зажав виски руками и зажмурив глаза. Он любил свою королеву, именно королеву, а не женщину. Она была для него своего рода идеалом, богиней, целомудренной, неприкосновенной, сильной и хрупкой, безупречной. И теперь он видел, как его идеал осквернялся. Бренд действовал напористо, резко и Зурада угнетало это. Конечно он прекрасно понимал, что близость между королем и королевой случалась и не редко. Но это словно было не с его королевой, не с той что говорила с ним и не с той, к которой он прикасался, а с какой-то другой. А теперь он увидел всё своими глазами. И ему хотелось биться головой о каменный пол, лишь бы не знать этого.

Зурад открыл глаза и увидел, что на короле остались только брюки, платье королевы съехало на бок и руки Бренда бродили под юбкой по ее ногами. Губы их покраснели от непрерывного и страстного слияния. Мина резко толкнула его на кровать. Зурад снова хотел закрыть глаза и попытаться тихо уйти вглубь гардеробной. Но неожиданно произошло что-то странное. Король медленно расслабился, откинулся на подушки и закрыл глаза.

Арамина долго посмотрела ему в лицо, быстро поднялась с кровати и распахнула окно. Разбившиеся флаконы духов и косметики источал удушливый, концентрированный запах. Она распахнула ещё одно окно, принесла из ванной полотенца и накрыла ими осколки. Зурад наблюдал за ней, сам не понимая зачем делает это. Он никогда ни за кем не подсматривал, считая это ниже своего достоинства. Но то, что произошло с королем, вызывало в нем любопытство. Зурад пришёл к одну единственному выводу, казавшемуся ему самым логичным – король был пьян и просто уснул. Прислужник чувствовал, что отдал бы все на свете, чтобы только отойти, и, одновременно, он чувствовал, что каждая секунда гвоздем прибивает его к легкой двери. Он хотел закрыть глаза, но словно чья-то невидимая рука не позволяла ему этого сделать.

Арамина села перед зеркалом и молча глядя на своё отражение, провела пальцем по припухшим от жадных поцелуев, губам. А потом задумчиво опустила голову и замерла.

Словно очнувшись от раздумий, через некоторое время, она взяла салфетку и провела по своей шее, словно стирая следы жадных поцелуев короля.

«Жить оглядываясь, в прошлое, вздыхая по нему – это удел тех, кто не способен любить Мир…» – тихо прошептала она, глядя в отражение своих собственных глаз.

Она тряхнула головой, отгоняя от себя все мысли. Достала из ящика ножницы, дорезала до конца разорванное платье, сняла и бросила его сверху на полотенца. Боди, идеально сливающийся с ее кожей, тоже оказался порван. Она сняла и его и бросила на пол, снова сев у зеркала.

Когда Мина сняла платье, Зурад хотел отвернуться, закрыть глаза, не смотреть. Но не смог этого сделать. Он как заворожённый наблюдал за королевой, узрев в ней помимо всего, прекрасную женщину. Она была идеально сложена, на фоне красно-рыжих волос, кожа казалась фарфоровой, небольшая красивая грудь, длинные ноги и сильное, крепкое, подтянутое тело. Женщины Притака были низкими и слегка полноватыми, даже самые стройные из них, все равно отличались округлыми формами и Арамина на их фоне всегда казалась очень тонкой. Но теперь прислужник видел, что ее тело было полно силы и гибкости, как у кошки. Под светлой кожей четко виднелись очертания мышц.

Зурад заметил родинку чуть ниже лопаток. И от ее вида у него закружилась голова. Он испытал безумное, жгучее, ни с чем не сравнимое желание прикоснуться к этой самой родинке, сцеловать ее губами.

Он никогда не смотрел на неё. Даже когда помогал ей принимать ванну, он никогда не видел ее выше изящных стоп. А теперь он узрел в королеве женщину и неожиданно для самого себя, понял короля. Невозможно было не хотеть овладеть ею, особенно зная, что ты можешь это сделать.

Всё мужское существо восстало в нем. Он боялся прикоснуться к себе, боялся что он просто взорвется от желания. Такое с ним происходило впервые. Его пугало собственное чувство. Зурад хотел не просто близости, не просто женщину, он возжаждал саму королеву.

У него начала кружится голова, он задыхался, на лбу выступили капли пота.

Арамина поднялась и отправилась в ванну. Каждое ее движение было наполнено грацией, сознание собственной силы и красоты. Оно исходило из самых ее глубин. Зурад, глядя на неё, понимал Бренда, понимал почему он был так жаден и страстен с ней, почему женился, наперекор всем, почему из всех возможных вариантов, он выбрал никому неизвестную иноземку. Король, тем временем, судя по всему крепко спал.

Когда из ванной комнаты послышался шум воды и плеск, Зурад решил воспользоваться моментом и уйти из покоев королевы. Он осторожно покинул гардеробную и ни кем не замеченный вышел через чёрный ход. И что было сил он пустился бежать на кухню.

Влетев в столовую для слуг, он подскочил к раковине и плеснул себе в лицо холодной водой. Но легче ему от этого не стало. Его трясло как в лихорадке, накал страсти и желания совсем не желал спадать, перед его мысленным взором все ещё стоял образ абсолютно обнаженной королевы и маленькой родинки чуть ниже лопатки.

– С тобой всё в порядке? – долетел до него озабоченный голос.

От неожиданности Зурад вздрогнул, стукнулся коленом и резко развернулся спиной к раковине. Чуть в стороне стояла молодая, полноватая кухарка. На ее миловидном лице было озабоченное, участливое выражение.

– Да… всё нормально… – сбивчиво ответил он, низким хриплым голос. Он глубоко дышал, пытаясь выровнять дыхание, но удавалось ему это слабо. Взгляд кухарки скользнул по его фигуре и обнаружив причину его состояния, она понимающе улыбнулась. Зурад запоздало понял, что его брюки совсем не скрывают его восставшую плоть, а как раз даже наоборот. Он хотел было просто молча уйти, но кухарка вновь заговорила.

– Я могу тебе помочь, – улыбнулась она и сделала несколько коротких шагов в его сторону, – Я уже так давно одна…

Зурад поймал ее взгляд и прочитав в нем любопытство и желание, резко сделал в ее сторону несколько шагов. Отбросив все сомнения, он быстро преодолел то небольшое расстояние что их разделяло. Развернув ее к себе спиной, он повалил ее на стол, забросил юбку наверх и расстегнув свои брюки, без предисловий и нежностей вошёл в неё. Она дернулась и сдавленно вскрикнула, Зурад поморщился от неприятного ощущения, но не остановился, а напротив, резко задвигался в ней. Его возбуждение, его желание было таким сильным, что ему понадобилось меньше минуты чтобы всё закончилось. У него подкосились ноги и он упал на пол, уперевшись спиной в кухонный шкаф. Его все ещё продолжало трясти, но безумное, дикое желание резко схлынуло, частично лишив его сил.

Кухарка поднялась, оправила свой наряд, волосы, стряхнула крошки с передника и спросила, как ни в чем не бывало:

– Кто тебя довёл до такого состояния? – Зурад в ответ лишь покачал головой. Он не мог объяснить ей, что узрел самую прекрасную, совершенную женщину и был теперь, до конца дней своих, обречён жаждать ее и не иметь возможности овладеть, – Пойдём со мной! – позвала она его.

– Куда? – бессмысленно спросил он.

– Как куда? Я помогла тебе, теперь ты помоги мне.

И она повела его узкой лестницей вниз, туда где жили слуги работающие на кухне. И толстые стены замка никому не донесли стонов полноватой кухарки, когда Зурад раз за разом овладевал ею, в слепой попытке хоть немного удовлетворить своё желание.

Глава 3. Год, одиннадцать месяцев и восемнадцать дней

Зурад спешно одевался, время уже близилось к рассвету и ему нужно было возвращаться в покои королевы. Кухарка сонно наблюдала за ним.

– Почему ты перестал появляться в столовой? – она помнила его, тогда как Зурад наоборот, словно впервые увидел эту женщину вчера вечером, – Я совсем тебя здесь не вижу, неужели королева запрещает тебе даже поесть нормально – Зурад расчесывал ее гребнем свои волосы.

– Она ничего не запрещает. Но с тех пор, как ОН лишил ее слуг, все заботы легли на меня.

– Это она довела тебя до такого состояния? Говорят она очень… необычна…

– Нет, я не имею право на неё смотреть, ты же знаешь – голос его не дрогнул и ничто не выдало того, что внутри него всё сжалось. Ему не хотелось говорить с кухаркой о его королеве, но он понимал, что может тем самым выдать свои истинные чувства. Он был вынужден поддерживать эту бессмысленную беседу.

– А хотел бы? – игриво поинтересовалась она.

– Может быть, но пока, собственная голова мне дороже, – он прыгнул к ней на кровать и жадно поцеловал.

– Приходи ко мне снова, мне ни с кем так не было хорошо, как с тобой, – зашептала она ему.

– Приду, но не знаю как скоро, – он снова жадно поцеловал ее и спрыгнул с кровати.

Но в последний момент она поймала его за руки и провела пальчиком по ладоням, испещрённым шрамами.

– Откуда у тебя это? – Зурад нахмурился, он не любил говорить об этом.

– Это так… подарок… от прежней королевы, – хмуро ответил он.

И тут же улыбнувшись, он нежно расцеловал каждый ее пальчик и быстро направился в коридор. Эта женщина, с прекрасным именем Лория, не вызывала в нем бурных чувств и эмоций, но он был искренне благодарен ей, за ту ночь, что она подарила ему.

Зурад преодолел один коридор и свернул в смежный. И к своему глубочайшему удивлению, он почти наскочил на сенатора Геталя, выходившего из комнаты одной из служанок. Глаза их встретились, Геталь был удивлён не меньше Зурада. Его глаза обеспокоено забегали и он даже растерялся. Но прислужник вовремя спохватился, поняв что страшно нарушает принятый этикет, склонился в полупоклоне и упёрся взглядом в пол.

– Приветствую, мой господин.

– А, это ты! – всё ещё не собравшись воскликнул Геталь, – Ты напугал меня!

– Прошу прощения, мой господин! – Геталь внимательно смотрел на Зурада. Он был женат и создавал вокруг себя ауру примерного семьянина. Никто не знал, что он уже несколько лет приходил к одной и той же служанке и что она уже успела родить от него двойню. У Зурада сразу же сложилась картина и стало понятно, как эта, не самая расторопная и прилежная служанка умудрялась растить двойняшек в достатке.

Глядя на Зурада, Геталь думал как ему поступить с ним. Сенатору было жизненно важно сохранить свою интрижку в тайне от всех. И в его голову даже закрались мысли убить Зурада на месте. Никто особо не обратит внимание, на смерть одного из слуг, пусть даже и из покоев королевы. Но Геталь ошибался кое в чем, он считал прислужника глупцом, просто тупой машиной исполняющей всё, что ему приказали.

Но Зурад был не так прост. Он не только понимал, что Геталь делал в крыле для прислуги, но так же понимал и то, что Геталь может его убить. И он решил пойти на риск.

– Ты верно заблудился, мой господин?

– Нет, я искал… Во время бала я пролил вино на свой костюм… И пришёл узнать, когда он будет почищен, – Геталь врал, неумело и глупо, но главное что врал. Зурад про себя выдохнул, понимая что ему не грозит теперь быть зарезанным в темных узких коридорах.

– Я могу чем-то помочь?

– Нет, я уже всё выяснил.

– Если тебе будет угодно, я могу сам доставить твой костюм…

– Нет, – грубо перебил его Геталь, но неожиданно он смягчился, – Ты же понимаешь, человеку моего положения не престало самому заниматься подобными вопросами. Я не хочу чтобы кто-то узнал, что ты встретил меня здесь, – Зурад молча склонился ещё ниже, в знак понимания, а Геталь продолжил, – И кстати, танец с королевой был великолепен!

– Да, мой господин! Я обязательно передам королеве, как ты восхищался присволом с ней, когда я встретил тебя в коридоре у большого зала.

– Молодец! – удовлетворенно прошептал Геталь и сунув Зураду монету, гордо прошагал мимо.

Ненадолго задержавшись, Зурад направился дальше. Он шёл замысловатыми путями, стараясь стряхнуть с себя остатки сна. Услышав скрип открываемой двери, он обернулся. Из образовавшейся щелочки на него выглядывали пара весёлых сонных глаз. Девушка улыбнулась ему, он не смог устоять и улыбнулся в ответ. Она ему сразу понравилась, но он был точно уверен, что не видел ее раньше. До него доходили слухи, что к Силен приехала горничная из Преста, возможно это была она. Но неожиданно, девушка исчезла в глубине комнаты и дверь захлопнулась.

***

Зурад стоял некоторое время перед дверью в комнаты королевы. Набравшись храбрости, он приоткрыл её и посмотрел в специальное отверстие. Короля уже не было, а Мина сидела за письменным столом и изучала какие-то бумаги.

Он вошёл, не поднимая глаз, и привычным движением занял своё место на коленях, спиной к королеве. Мина никак не отреагировала. Какое-то время она была поглощена своей работой.

– Если у тебя есть какие-то дела, ты можешь заняться ими сейчас, – ее спокойный голос заставил сжаться все его внутренности. Он помедлил немного, а потом встал и принялся за свои обязанности. В первую очередь, он собрал и унёс все осколки, полотенца и ее одежду.

Мина сидела над письмами, слыша как тихо по комнатам ходит Зурад. Письма принес ей король. Их соседи упорно пытались убедить их в своих добрых намерениях и склоняли начать торговлю. Бренд был согласен, но он твёрдо стоял на своих условиях. Путём долгих переписок, нудных встреч велась тонкая политическая игра. Задачей было вынудить соседей самих прийти к тем условиям, что нужны были Бренду. Хоть король и имел целый вагон недостатков, творил много всего, но он был первым из пяти последних королей, кто не позволял втаптывать в грязь Притак.

Бренд принес Мине письма, чтобы она могла увидеть то, что он мог пропустить. Он знал способности своей жены и по достоинству ценил их. Король относился к ней весьма неоднозначно. С одной стороны, он считал ее напарником, союзником, с другой – самой опасной женщиной в его жизни. Бренд не открывался ей, как собственно и никому, потому что в глубине души знал, она сильней его, она способна им управлять.

Через два дня, они должны были отправится с визитом вежливости к своим соседям и Бренд готовился к этому визиту, максимально собирая даже крупицы информации. Арамину он решил оставить в замке, опасаясь того, что она может вновь потерять сознание в самый не удачный момент.

– Принеси мне бумаги из гостиной.

Зурад моментально выполнил приказ и уже через минуту стоял рядом с королевой. Не глядя на него, она протянула руку и случайно коснулась его ладони. Он вздрогнул, кровь ударила ему в голову и его бросило в жар. Арамина оторвала взгляд от писем и посмотрела на него в легком недоумении. Она сразу же поняла причину его состояния, увидела что с ним происходило. Он почувствовал на себе ее пристальный взгляд и у него затряслись колени.

– Посмотри на меня, – ее голос стал каким-то потусторонним, он поднял глаза, – Посмотри мне в глаза, Зурад, – ее полушёпот совсем напугал его, он знал что она все поймёт по его взгляду. Набравшись храбрости, он взглянув ей в глаза. И впервые увидел, что глаза королевы были зелёными, как океан, он вдруг провалился в них, словно в сказочное море. И его необузданное желание вдруг резко отступило, ушло куда-то на второй план, – Теперь будет легче! – ее голос вернул его в реальность, она резко отвела от него взгляд и он словно потерял опору под ногами.

– Прости меня, моя королева… Я… я…

– За что ты извиняешься?

– Моя королева… я… – он резко запнулся и замолчал, чувствуя, как краснеют щеки.

– Зурад… из того, что ты сказал, невозможно понять ровным счетом ничего, – прислужник уткнулся взглядом в пол и продолжил хранить молчание. Наконец Мина потребовала, – Расскажи мне всё.

– Я не знаю, что произошло… – тихо выдавил Зурад, – Я служу тебе два года, с самого первого момента твоего появления в замке… Такого со мной раньше не было.

– И в чем же причина таких изменений?

– Я не знаю…

– Не ври мне, Зурад… – ему показалось, что этот приказ прозвучал у него в голове.

Зурада вновь пробрала дрожь, но он понимал, что не должен был врать своей королеве. Он твёрдо знал, что она увидит его ложь сразу же.

– Моя королева… я случайно… я увидел тебя нагой… – Арамина ни сколько не удивилась.

– Так уж и случайно?

– Да… я не знаю… я не хотел…

– Зурад!

– Я не нашёл в себе силы отвести взгляд… – он задыхался, но продолжал говорить, – Моя королева… Я был вчера в гардеробной, когда ты вернулась и видел… видел когда пришёл король, и… – Зурад запнулся и больше не нашёл слов.

Комнату охватила звенящая тишина. Зурад жаждал увидеть глаза своей королевы, но ему было слишком страшно, он знал чем может кончится для него этот разговор.

– Это грозит тебе смертью.

– Да, моя королева, – он ещё ниже опустил перед ней голову.

– Никто не должен узнать об этом… Никто… никогда… – до него медленно доходил смысл только что услышанных слов.

– Моя королева, – выдохнул Зурад, в приступе благодарности. Она избавила его от удушающего желания и дала понять что не накажет его. К тому же, вручила ему его собственную жизнь. Если он сам не проболтается, никто и никогда не узнаёт о произошедшем от неё.

– Пусть это послужит тебе уроком.

Зурад стоял низко согнувшись, но облегчение его было так велико, что у него помутилось в глазах. Вместе с тем, его продолжал мучить стыд и боль, приводящие его в оцепенение.

Какое-то время, королева занималась своими делами, не обращая на него внимания. А Зурад не знал, может ли он возвращаться к своим обязанностям или должен был ждать разрешения своей госпожи. И пока он мучился этим вопросом, Мина снова заговорила.

– Мне нужен человек, которому я могу полностью доверять, – голос ее был абсолютно ровным и спокойным и из него исчезли мистические нотки, – Без вопросов и сомнений. Мне казалось, что это ты, Зурад, – его пронзило острой болью, от этого холодного «казалось», он задохнулся на мгновение и зажмурился.

– Я готов служить тебе, моя королева, – еле прошептал он.

– Готов служить мне? – безжалостно усмехнулась Мина, – Но ты не можешь служить даже сам себе, управляться со своим телом, признавать его желания. Если ты вдруг забыл, я напомню: ты мужчина, то что ты испытал – это было вполне естественно и закономерно. Ты ещё долго продержался, – усмехнулась она, – Но ты даже сам себе не можешь признаться в своём желании, боишься… Это лишь нормальная потребность тела. Да, для тебя оно может обернуться смертью. Но ты должен научится признавать свои желания и тогда ты сможешь ими управлять. Договариваться с телом, с его эмоциями, выбирать то, что тебе сейчас испытывать или нет. Прийти к абсолютному контролю над собой. Удовлетворяя при этом все потребности, тогда, когда ты можешь это спокойно сделать, – Арамина сделал паузу, – Так давай начнём сначала! Что с тобой случилось, Зурад?

– Я… я возжелал тебя… моя королева! Я… хочу тебя… как никогда не желал ни одну женщину…

– Неплохо! Научись контролировать своё желания, давая при этом телу то, что ему необходимо. А теперь возьми книгу и иди в сад.

***

Зурад спустился в сад и прошёл к беседке. К его удивлению там был Геталь. Зурад занял положенное ему место.

– Приветствую тебя, мой господин! – снова приветствовал он сенатора.

– Ты ждёшь здесь королеву? – спросил Геталь.

– Да, мой господин.

– Я оставлю здесь кое-что, для неё.

– Да, мой господин.

С этим словами Геталь встал и ушёл. Арамина не было достаточно долго и Зурад уже стал сомневаться, что она придёт. Его охватило волнение, что королева все же не простит его и расскажет, к примеру, королю. Зурад своими глазами видел, как скор был Бренд на расправу, ему хватало и меньшего повода, чтобы убить человека. А уж такой проступок, как подсматривать за королевой и королем… но Зурад не мог уйти, он хотел принять эту кару, если на то ее воля.

Арамина наконец-то пришла. Она села на одну из скамеек, на которой лежала записка от Геталя. Как ни в чем не бывало, она спрятала записку в складках своего платье и велела Зураду читать. Эта маленькая уютная беседка в саду, с тремя скамьями имела свою печальную историю. Мало кто знал, что из одного окна королевского кабинета, было прекрасно видно всё происходящее в беседке. Не знала этого и первая жена Бренда. Поэтому она и выбрала это, казалось бы, укромное место, для встреч со своим любовником. Выходя замуж за короля, она, как и ее семья, преследовала лишь меркантильные цели – стать королевой, иметь влияние на Бренда, а возможно, даже управлять им. И через пару месяцев, после свадьбы, когда она почувствовала себя уверено, то стала приглашать к себе своего прежнего любовника. Довольно долго ей удавалось скрывать это ото всех. Пока в один прекрасный день, Бренд не подошёл к окну и не увидел все собственными глазами. Король был был тогда сильно моложе и был скор на расправу и жесток. Он не устраивал сцен ревности, он действовал молча и яростно. Сначала исчез любовник его жены, потом вся ее семья была отлучена от двора и потеряла статус придворной знати. После, содержание королевы стремительно стало сокращаться, пока ей не пришлось отказывать себе в элементарных вещах. И тогда королева, полная возмущения явилась к Бренду, где без лишних слов и объяснений он предложил ей достаточно тяжёлый яд или жизнь в вечном позоре и гонении. Она выбрала жизнь, но Бренд уже сделал выбор за неё. Через пять дней, в тяжелом бреду она скончалась. Король даже не явился на ее похороны, что многие осуждали очень долгое время.

Зурад читал, вспоминая всю эту тяжелую историю. Он умел читать с непередаваемым выражением, словно проживал события вместе с героями.

– Как ты попал в покои королевы? – неожиданно спросила Арамина.

– Сколько себя помню, я всегда служил при замке, моя королева. Ещё мальчишкой, я прибегал сюда и меня отправляли по мелким поручениям в город и как-то незаметно обрел здесь много знакомств. Когда родителей не стало, я попросился работать сюда и меня устроили садовником. А когда королева Мари заболела, меня отправили помогать ей и прислуживать, – Зурад отвечал глядя в книгу и со стороны могло показаться что он просто читает королеве, – Королева Мари и так была не очень приятна, а болезнь сделала ее совсем раздражительной. И никто не хотел быть с ней рядом. Мне же надоело работать в саду и я был рад сменить деятельность на что угодно. Когда королевы не стало, меня оставили присматривать за ее покоями, а потом и за всем восточным крылом.

– Восточным?

– Да, раньше покои королевы располагались именно там. Но когда король объявил о своей свадьбе с тобой, моя королева, он велел организовать новые покои для тебя. И в процессе работы, я снова оказался в покоях королевы и так и остался.

– Почему Бренд допустил твоё присутствие рядом со мной?

– Я не знаю, моя королева. Полагаю, он не считает меня не то что за мужчину, но и за человека…

Арамина смотрела на него какое-то время, а потом снова подала знак, чтобы он продолжил читать.

Глава 4. Год, одиннадцать месяцев и восемь дней

Мина сидела в кресле у открытой двери балкона и в глубокой задумчивости смотрела на то, как лёгкий ветер играет с тончайшими шторами. В своей записке Геталь предлагал встретиться и обсудить кое-какие моменты политики Бренда. Он предлагал сделать это в тайне, что не оставляло сомнений в теме разговора. Геталь предлагал встретиться в большой библиотеке. Таким образом, он собирался обезопасить ситуацию, всегда можно было сказаться, что они встретились совершенно случайно.

Она сидела, закрыв глаза, погружаясь в собственные ощущения, прислушиваясь к земле. Она слышала, как по комнатам, почти бесшумно передвигается Зурад. Мина прочувствовала его, она знала, что его потенциал способен перевернуть жизнь Притака. Так же, как и потенциал Бренда.

Внезапно ее пронзило неким осознанием, чувством. Огромная сила подбросила ее, Мина выскочила на лоджию и если бы не ограждение, она упала бы вниз. Ее мелко затрясло, она неотрывно смотрела вдаль, в город.

– Не может быть… – прошептала она и по телу снова прокатилась волна дрожи.

Она стояла так какое-то время, собираясь с мыслями, а потом медленно вернулась в комнату. На лице ее не осталось и следа от пережитого.

– Зурад, – голос ее был спокойным, даже скучающим, – я хочу выйти в город.

От удивления, прислужник чуть не выронил из рук вазу с цветами.

– Моя королева… – он долго подбирал слова, – Это слишком опасно…

– У тебя есть сегодняшний день, чтобы все подготовить. Завтра мы выйдем в город, тайно.

– Моя королева… я не могу…

– Тогда мне придётся найти того, кто сможет!

Арамина видела, как Зурада придавило. Его плечи поползли вниз, голова ещё ниже опустилась и спина тяжело согнулась. Он в полной мере сознавал всю опасность и даже ужас этой затеи. Но Мину было не остановить. Она с удивительной ясностью понимала, что если Зурад упрется, она покинет замок одна. Это было жизненно важно и ничто не могло остановить ее.

– Это не безопасно… – робко попытался переубедить ее Зурад.

– Ты сделаешь это?

– Да, моя королева. На рассвете я выведу тебя из замка…

У него потемнело в глазах, от понимания того, на что он согласился.

***

Рано утром, ещё до того как встало солнце, когда весь замок спал, Зурад пришёл в покои королевы. Он принёс с собой платье, одной из служанок, тайно утащив его из прачечной. Принёс головной убор, который носили кухарки и старый потрёпанный плащ. Внешность Арамины была не типична для Притака – яркие волосы, зелёные глаза, светлая кожа, худое, жилистое телосложение. К тому же королева была выше большинства женщин. Зураду оставалось лишь молится о том, чтобы им удалось не привлечь к себе лишнего внимания.

Арамина не спала всю ночь. Она еле дождалась прихода Зурада, так сильно было ее возбуждение. Без лишних вопросов, она облачилась в принесённый наряд обычной городской жительницы.

– Моя королева, – Зурад замялся, подбирая правильные слова, – когда мы покинем замок, нужно будет соблюдать несколько правил… – он снова замолчал, Мина не торопила его, – Женщины в городе абсолютно на равне с мужчинами. Никто не соблюдает те правила, к которым мы привыкли в замке. У тебя платье обычной горожанки и относится к тебе будут соответствующе. Ни о каком этикете и речи быть не может. Когда мы будет ещё на территории замка, тебе придётся идти позади меня. В городе, я прошу тебя держаться рядом со мной. Если мы встретим каких-то знакомых, я буду представлять тебя как сестру, приехавшую погостить издалека. Это самый безопасный и менее подозрительный вариант. Прошу тебя, ни за что не снимай головной убор, твой цвет волос абсолютно не типичен для Притака. И мне придётся называть тебя по имени. Я буду звать тебя Эль, это обычно для городских жителей, женское имя.

Арамина молча кивнула ему.

– Моя королева… – он хотел было предпринять еще попытку отговорить ее от этой затеи, но Мина не позволила ему.

– Идём, Зурад!

Они вышли в проход для слуг. Слабо освещённые коридоры и лестницы вели затейливыми путями вниз, а потом во двор. Зурад дал Арамине корзину и она пошла следом за ним. Мина впервые увидела его таким, его расправленные плечи, довольно широкую спину, он шёл уверенными широкими шагами, создавая при этом иллюзию сонного человека.

Территория замка была довольна большой и когда они вышли в город, солнце уже поднялось.

– Моя… Эль, – Зурад чувствовал себя крайне не уютно, – вернуться в замок будет немного сложнее. На обратном пути придётся зайти на рынок и закупить чего-нибудь, овощей, фруктов, может быть тканей. Иначе мы вызовем подозрение.

– Хорошо, – улыбнулась она ему, он смущённо отвёл глаза.

– Куда ты хочешь пойти?

– Отведи меня в центр, ко второму проходу.

У Притака оба перехода полноценно действовали. Один находился на территории замка и пользовался им король, его люди и высокопоставленные гости. Путешественников, по незнанию попавших на территорию королевского поселения, быстро выпроваживали в город. Второй переход располагался как раз в городе и вокруг него образовался своеобразный центр.

***

Таверна была практически пуста в разгар дня. Он знал зачем пришёл на Притак, но как ему найти ее он понятия не имел. Он взял у трактирщика большую кружку вина и сел за стол. Растерянность и усталость накатывала на него волнами. Понюхав вино он отставил его в сторону и тяжело вздохнул. Попытка собраться с мыслями, подумать, провалилась в очередной раз

Хотелось напиться. Но сама мысль об алкоголе его пугала. Что за кошмары и ужасы выдаст ему подсознание? Он был один, совсем один, он потерял связь с теми кого любил, кто был ему дорог, потерял опору…

Просто им всем нужно было время.

Взглядом он скользнул по лицам всех присутствующих и едва смог совладать с собой. Там, у окна, лицом к нему, за столом сидела она. Он знал, что встретит её здесь, на этой земле и всё таки встреча стала полной неожиданностью. Волосы спрятаны под головным убором, глаза будто бы тоже, другие. Напротив нее, спиной к нему, сидел какой-то мужчина и они о чем-то говорили. Её взгляд периодически скользил по всем присутствующим и на долю секунды задерживался на нем. И в это мгновение между ними совершался немой диалог.

Он поднялся и направился к уборной. Не думая и не рассчитывая ни на что, он таки столкнулся с ней в дверях.

– Прости… – он был не в силах отвести взгляд, благо никто не видел их.

– Всё в порядке.

– Ты уверена?

– Да, всё хорошо, насколько это возможно, – печаль проскользнула на её лице.

Он быстро осмотрелся, а потом наклонился к её уху.

– Я принес вести.

– Я всё знаю, Джек, – перебила она его, – я всё видела.

Они обменялись тяжелыми взглядами.

– Куда ты теперь?

– Не знаю пока. Куда-то. Сплошная растерянность, не знаю что и делать.

– Делай то, что должно! А Мир направит тебя дальше.

Она быстро поцеловала его щеку и крепко сжала ему пальцы. Но уже в следующую секунду она резко направилась прочь от него.

Он ещё долго сидел, осторожно наблюдая за ней, пока она не ушла со своим спутником. Но и тогда, он какое-то время следовал за ними, прекрасно маскируясь и совершено не привлекая к себе внимания, даже не смотря на свою экзотичную внешность. Она знала его присутствие где-то за своей спиной. Несколько раз она оборачивалась и улыбалась, будто бы куда-то в сторону. Но он знал, что она улыбалась именно ему.

***

Зурад заметил, как в его королеве что-то изменилось, после посещения таверны, но он не смел спросит ее об этом. Они бродили какое-то время по рынку и все продавцы, к которым они подходили сияли от радости, глядя на Мину. Ей достаточно было улыбнутся им и они тут же были готовы отдать ей свой товар просто так.

– Эль, – шепнул ей Зурад, – нам надо уходить, ты привлекаешь к себе слишком много внимания. На нас уже стали оглядываться.

– Да, ты прав.

– Тебе придётся нести одну из корзин.

Арамина молча взяла корзину и достаточно легко с ней управилась. Зурад с радостью нёс бы всё сам, но это вызвало бы ещё больше недоуменных взглядом, а они и так привлекли к себе излишнее внимание. Мина взяла его под руку, она смеялась и улыбалась ему, остроумно шутила и вела себя легко и непринужденно. Зурад вдруг почувствовал, как его резко отпустило напряжение, он теперь знал, что все будет хорошо. Просто будет и всё! И это знание не требовало каких-то доказательств. Оно просто было в нем.

Они запросто болтали, он прикасался к ее руке, чувствовал ее рядом, смотрел в ее глаза. В какой-то момент, он даже засомневался в реальности происходящего. Ему было слишком легко, словно крылья отрасли за спиной, ещё немного и взлетит. И в голове его рождались мысли, что так будет всегда, что теперь он запросто сможет взять ее за руку, посмотреть ей в глаза, улыбнутся, а возможно и прикоснуться к ней, как к женщине. Он был счастлив, как ребёнок. Эти мечты и манили его и пугали одновременно. Он привык к тому, что королева была подобна небожителю, но сейчас она была с ним на равне. Все ее действия, поведение транслировало ему только одно: я – свет и ты свет, я – совершена и ты – совершенен. И он тонул в понимании этого.

Но очарованный Зурад, не видел в глубь. Тогда как он наслаждался таким близким присутствием Арамины, она видела происходящее вокруг. Она была в городе всего второй раз. Первый раз был два года назад, когда состоялась их с Брендом свадьба. По традиции, он провёл свою королеву по городу, знакомя с ней своих подданных. И не смотря, на торжественность момента, Мина видела сколько было на улицах больных и пьяных, улицы были грязными, люди испражнялись почти за каждым углом. Они были угнетенны, апатичны и озлоблены. Они встретили ее сдержанно, недоверчиво, но вместе с тем и приветливо. Арамине было страшно представить, что творилось, когда Притаком правил дед Бренда.

Она знала, каким путём Бренд пришёл так рано к власти и она не могла осуждать его за это. Она не знала, что было с городом до того как она оказалась здесь. Но сейчас Мина ярко видела, что за два года, Бренду удалось добиться не малых изменений. Люди были заняты делом, улицы города стали более менее чистыми, больше не было стихийных рынков. Бренд организовал централизованный рынок, который имел шесть охраняемых входов. Каждый десятый день, все жители города были обязаны выходить на уборку, в не зависимости от своего положения. Те кто не хотел этого делать, платили налог. Территория замка теперь была открыта и там организовали школу для особо одаренных детей. В городе так же функционировало несколько школ и два госпиталя. Они ещё встречали пьяных и одурманенных людей, но их стало значительно меньше и появлялись они только к вечеру.

Когда Бренд пришёл к власти, первое что он сделал – это восстановил королевскую гвардию, сменил почти всех командующих и вернул дисциплину в свой замок. В то время, территория замка была закрыта, никто из города не имел права заходить туда. В городе, как и на большей части Притака многие годы свирепствовали эпидемии. И главную роль в этом играла одна древняя традиция. Жители Притака не прикасались к трупу умершего целые сутки. Люди умирали на улицах, в тавернах, в своих постелях и оставались на своих местах ещё сутки. И только после этого их тела предавались огню. Но целые сутки, трупы умерших от болезни людей продолжали распространять заразу.

Бренд заставил людей отказаться от этого. Это было одной из самых сложных задач, за все время его правление. Люди восстали против него, начались протесты, нападения на замок, на короля было совершено несколько покушений. Несколько раз его пытались отравить и ему пришлось сменить несколько десятков слуг. Но он твёрдо стоял на своём. Он ввёл на земле военное положение, его гвардейцы заходили в дома и насильно забирали тела умерших. Ненависть к королю возрастала с каждым днём. Но в конце концов, люди подчинились. И когда эпидемия пошла на спад, многие, хоть и нехотя, признали меры Бренда эффективными.

***

Арамина и Зурад благополучно вернулись в замок. Зурад провёл ее тем же ходом в ее спальню. И, словно неведомая рука, согнула Зурада и он уткнулся взглядом в пол. Забрав у Мины корзину, он принёс ей платье, которое она носила в своих покоях.

– Что ты думаешь о короле Бренде, Зурад? – неожиданно спросила Мина, всё так же просто, словно они были приятелями.

– Я ненавижу его… – сказал он, после некоторого размышления, – Он жесток, груб, агрессивен. Он мог бы отнестись к своим людям с большим пониманием и добротой, – Мина внимательно смотрела на него и он вдруг понял, как непростительно нарушил закон. Он тут же опустил глаза и прошептал, – Прости меня, моя королева…

– Спасибо, за твою откровенность и смелость, Зурад. А теперь иди.

Глава 5. Год, одиннадцать месяцев и семь дней

Зурад проснулся раньше обычного. Он чувствовал в себе необычный подъем сил, ему хотелось петь и танцевать, сворачивать горы, жить, дышать. Он бесконечно радовался тому, что всё же помог королеве выйти в город. Эта идея казалась ему безумной, глупой, безрассудной, но теперь он благодарил Мир за прошедший день. Ему казалось, что он до сих пор чувствует прикосновение ее ладони к своим рукам, чувствовал ее тепло совсем рядом, помнил запах ее волос.

Собравшись, он отправился в покои королевы. К его удивлению, королевы уже не было, но на ее столике лежала записка. Арамина велела отправляться ему в сад и ждать ее. Зурад взял книги, планшет для рисования и краски и отправился в беседку. От нетерпения он едва мог сидеть на одном месте.

По тропинке в саду, мимо беседки, кто-то прошёл. Зурад узнал герцогиню Силен. С ней была ее горничная, та самая, что улыбалась ему, когда он покидал Лорию. Теперь он знал, что девушку звали Бэт. Он радостно улыбнулся ей, она в ответ просияла, осторожно помахала ему рукой и женщины тут же скрылись в глубине сада.

Наконец Зурад увидел ее, королеву. В своём легком, свободном платье он казалась ему ангелом. Она медленно и спокойно двигалась, наполненная грацией и красотой. Он засмотрелся на ее движения, словно впервые увидел. Мина села на своё излюбленное место, поправила волосы и взглянула на Зурада. Он улыбался ей, как влюблённый мальчишка.

– Моя королева, – с восторгом произнёс он. По ее лицу скользнуло удивление, но она промолчала и просто подала ему знак читать.

Зурад прочёл несколько страниц, опустил книгу на колени и снова посмотрел на неё. Мина развернула планшет и разложила кисти, но так и не притронулась к рисунку, в задумчивости глядя на белоснежный холст. Ей было страшно прикасаться к нему, она знала чей портрет выйдет из под ее руки. Мина нахмурилась, поняв что Зурад замолчал и смотрит на неё. Ее накрыло предчувствие, она сорвала брошь с платья и бросила ее в траву. Зурад видел это и лицо его озарило удивление. Королева вскочила перед ним, она глубоко и резко дышала, лицо ее было хмурым и жестким.

– Что ты сидишь, черт бы тебя побрал, – зашипела она на него. От неожиданности и замешательства, Зурад согнулся и почти припал к земле, – неужели так сложно…

– Что здесь происходит? – этот ледяной, низкий, хриплый голос заставил остановится кровь в жилах Зурада. Он ненавидел и боялся его.

– Ничего особенного, – голос королевы стал спокойным, она вновь говорила с полным самообладанием, – я всего лишь обронила брошь в траве.

– И что же, прислужник не может справится с такой простой задачей? – Зурада охватила лихорадка, он буквально чувствовал, как холодный взгляд прожигает его спину.

Он не смел поднять глаза, его трясло от непонимания происходящего, от смятения и страха. Он видел, как король медленно подошёл к нему, но он не рисковал смотреть выше стоп Бренда. Какое-то время, король молча стоял над ним, а Зурад вцепился в книгу Мины, словно она могла сберечь его.

– Что ты сидишь, как истукан! – прошипели прямо над ним. Голос был наполнен такой яростью и едва сдерживаемым гневом, что Зурад похолодел. Он не мог понять, почему такая мелочь, вызвала столь сильную, жесточайшую реакцию у короля, – королева велела тебе найти ее брошь!

Удар пришелся снизу, Бренд просто хлестнул его тыльной стороной ладони, но перстень на указательном пальце короля рассек ему бровь. От неожиданности Зурад отпрянул назад и завалился на бок. Он молча лежал, не смея даже дышать, в ожидании следующего удара. Но его не последовало. Как не последовало больше ничего. И Зурад вдруг осознал, что остался один. Он долго ещё лежал на траве, раздавленный и униженный.

***

Он долго стоял у дверей королевы. У него не было достаточно веской причины, чтобы дольше отлынивать от своих обязанностей. Весь день он не мог заставить себя вернуться к работе, внутри образовалась пустота, боль… Из ямы своей обречённости он видел весь мир в чёрном цвете и единственным его желанием было умереть. Он пожалел, что не нагрубил Бренду. Король зарезал бы его на месте и не было бы никаких мучений.

Смирившись наконец со своей участью, он толкнул дверь и вошёл в покои королевы. Арамина сидела в гостиной на высоком стуле перед мольбертом. Ее босые ноги касались пола, платье соскользнуло, обнажив одно плечо. Ее рука уверено двигалась, кисть скользила по полотну.

У Зурада сжалось сердце, он окинул ее тяжелым взглядом и занялся своими делами. Сам того не замечая, он тяжело вздыхал, шумел, словно хотел привлечь к себе внимание своей королевы, сказать: «Посмотри, как мне больно и обидно!». Но Мина не реагировала.

На самом деле, она даже не заметила его появления. Она видела только портер перед собой. Такие знакомые, близкие черты, омут темно-синих глаз, короткие чёрные волосы. Она не хотела писать его портрет, но он вышел из-под ее руки, словно сам собой. Закончив, она долго смотрела в его глаза и он смотрел на неё и улыбался. Боль когда-нибудь пройдёт, связь восстановится, а любовь будет вечной. И любви было много, очень много, бесконечно много! И она давала ей силы!

Она долго сидела перед его портретом и тихо прошептала, зная что сам Мир услышит ее слова: «Я буду любил тебя вечно!». И всё снова встало на свои места!

Арамина поднялась, взяла портер и бросила его в огонь! Сырая краска вздулась и портрет был безвозвратно уничтожен. Выдохнув, она резко повернулась и ее взгляд упёрся в глаза Зурада. Он хотел отвернуться, но его словно что-то приковало к месту. Она медленно подошла к нему.

– Потешил свою раненную гордость, Зурад? – прошипела она на него. В груди у него что-то дрогнуло, сжалось, от ее слов, – О чем ты думал?

– Я виноват, моя королева… – он медленно опустился на колени перед ней и наконец сумел отвести взгляд. Словами он говорил о признании вины, но он вовсе не чувствовал и не понимал этого.

– Ты словно разума лишился! Стал смотреть на меня, улыбаться, радоваться как ребёнок! О чем ты думал, Зурад, когда делал это?

– Не знаю… Ни о чем… – он начинал злится, зачем она говорит с ним, спрашивает? Чтобы снова унизить, показать свою власть над ним?

– Зато я знаю… – от ее тона, ему стало не по себе, – После вчерашнего выхода в город, ты вдруг решил, что мы стали приятелями, что можно запросто поговорить со мной, когда вздумается! Можно забыть о законах и правилах королевства! Можно смело пялится и улыбаться королеве, прямо под носом у короля!

– Да, моя королева… – Зурад не хотел ее слушать, но у него не было выбора.

– А теперь ответь мне, что сделал бы с тобой Бренд, если бы увидел твоё поведение? Или, что ещё хуже, если бы ему донесли о том, что ты запросто болтаешь с его королевой? – плечи Зурада медленно поползли вниз.

– Он выдворил бы меня из замка, в лучшем случае… – тихо ответил он.

Она спасла его. Его королева, спасла его. Он не успел бы ничего сделать и Бренд бы обязательно застал бы его, пялившегося на королеву с дурацкой улыбкой на лице. Арамина просчитала ситуацию, она рявкнула на Зурада и тот, по заученной годами привычке, успел согнуться, спрятав глаза. Он злился на неё, тогда как на самом деле, должен был благодарить. Его раскаяние было оглушительным и он с новой силой возненавидел самого себя.

– А что бы он сделал со мной? – тихо прошептала королева. И на Зурада вдруг обрушилось осознание своего собственного глупого, дурацкого поведения. Он рисковал не только собой, он чуть не подставил свою королеву. Он, Зурад, знал как умерла предыдущая королева и он, как никто другой, должен был знать, чем милая беседа с прислужником, может обернуться для Арамины.

На него накатил ужас и его пробрала дрожь. Он закрыл лицо руками и не смог сдержать слез раскаяния. Не будь рядом королевы, в пылу эмоций он бы сделал что-нибудь с собой.

– Прости… Прости меня, моя королева… Я не оправдал твоего доверия… Я оказался недостоин твоей теплоты и дружбы…

– Хватит! – тон ее был жестким, – Мне не нужно чтобы ты занимался самобичеванием! Главное что ты осознал своё поведение и осознал те последствия, которые могли произойти. Поднимись и сядь на стул.

Зурад, на не твёрдых ногах переместился на стул, Арамина подошла к нему и взяв за подбородок, заставила поднять голову и посмотреть ей в лицо. Ему стало не по себе и он судорожно сглотнул. Она была совсе близко, она прикасалась к нему. Ее пальцы скользнули по его лицу. От такой резкой перемены, у Зурада пошла кругом голова и он едва сдержал порыв, прикоснуться к ее талии.

– Придется шить, пока ещё не поздно, – констатировала Мина и до него резко дошло, что происходит. Королева осматривала его рассеченную бровь. Мысленно, он воздал мольбу Миру, что не успел позволить себе ничего лишнего, – Есть в замке лекари, способные сделать это?

– Только в госпитале, – рассеянно ответил прислужник. Он гадал про себя, зарезала бы его Мина сама, перейди он границы ее терпения, или всё таки отдала бы на растерзание королю? Не сдержавшись, он тупо хихикнул, но королева не обратила на это внимание.

– Отправляйся туда сейчас же. Ты и так потратил много времени в пустую, дольше ждать нельзя, – она отпустила его и отступила на шаг, – Шрам послужит тебе напоминанием, об этом уроке.

– Мне кажется, – горько усмехнулся Зурад, – я слишком легко отделался.

– Возможно… Если продолжишь дальше играть в эти игры… – она не договорила, но он всё понял без слов.

– Слишком высока цена, – прошептал он и склонился перед ней.

– Иди, Зурад! И постарайся не уничтожить себя самоедством! Это уже прошлое, сделай выводы и иди дальше.

Зурад поднялся, снова поклонился ей и направился к двери, но уже у самого выхода, его настиг голос Мины.

– Что ты теперь думаешь, о короле Бренде, Зурад?

Зурад замер в замешательстве. Он знал, что королева не просто так задала ему снова этот вопрос. В его сознании, тут же образовались параллели. Вчера, королева была добра с ним, держалась на равных и он счёл это каким-то особым знаком и в своих мыслях он даже допустил возможность близости с ней. А она всего лишь проявила к нему вежливость, участие и вела себя согласно той легенде, которую он сам же и придумал. А сегодня он чуть не подставил себя и ее под гнев короля. И что если бы король, был бы тоже добр, чуток и действовал со своим народом, из соображений вежливости и понимания? Что было бы тогда с Притаком? Смог бы он сломить тот деградирующий уклад, который процветал во времена его деда? Что если Бренд, сделал единственно верный выбор?

Зурад вдруг понял, что он совсем ничего не понимает и что судить Бренда он не то что не может, а даже права не имеет.

– Я не знаю, моя королева… – честно ответил он, – я ничего не знаю и потому не могу судить о нем и его действиях. Возможно, он просто не мог делать своё дело иначе.

Мина внимательно посмотрела на него и кивнув, отпустила.

Глава 6. Год, десять месяцев и шесть дней

– Зурад… – он вскочил и в замешательстве уставился на королеву. Арамина стояла над его постелью, со свечой в руках.

– Моя королева…

– Через час, в саду я встречаюсь с Геталем. И мне нужны ключи от хода для слуг…

– Да, моя королева, – он ловко поднялся с постели и быстро нашёл ключи.

– Будь внимателен, – она долго посмотрела в его лицо и словно решившись, добавила, – Это встреча тайная, о ней никто не должен знать.

– Да, моя королева.

Арамина покинула Зурада и быстро зашагала по коридорам замка, в свою спальню. Двигалась она практически бесшумно, только платье шуршало от каждого шага. Зурад остался один и его захлестнул страх за королеву. Он спешно оделся и привёл себя в порядок. Идти в комнаты королевы не было смысла и потому он решил спустится в кухню. Там уже во всю кипела робота. Король и королева всегда очень рано просыпались и рано завтракали, поэтому кухня начинала свою работу ещё до рассвета.

Столовая для слуг наоборот, ещё пустовала. Лория, которая была здесь старшей кухаркой, наверняка ещё не проснулась. У него закрались мысли навестить ее, но он довольно скоро отбросил эту идею. Немного перекусив он снова вышел в коридор и встретил целую толпу щебечущих девушек. Веселой компанией они направлялись к выходу из замка. Зурад задержал взгляд на одной из них. Ее лицо показалось ему знакомым. Девушки прошли мимо, приветственно кивая ему и смеясь. Прислужник стоял какое-то время, наслаждаясь зрелищем прекрасных женских спин. И тут, та самая девушка, что показалась ему знакомой, обернулась к нему и улыбнулась. И он тут же узнал её – это была Бэт. Платок, ловко накрученный на голову и скрывший её волосы, необычно яркий макияж глаз; всё это не позволило ему узнать ее сразу. Но её улыбку он не мог спутать ни с чем.

Зурад направился в комнаты королевы. В одном из коридоров, мимо него проскочило трое стражников.

– Эй, – Зурад узнал в одном из них, болтливого знакомого, – куда вы несётесь, в такую рань?

– Сами толком не знаем, вроде Геталь свернул себе шею на лестницах замка.

– Торопился к кому-то на встречу, в сад, – подхватил другой.

– Король теперь ищет королеву, а мы короля, – хихикнул третий и они смеясь скрылись за поворотом

Зурад чуть не потерял сознание, чтобы не упасть он схватился за стену. Его мозг начал лихорадочно работать. Он должен был предупредить ее. Король откуда-то всё узнал. Если он застанет королеву в саду, в ожидании Геталя, может произойти все что угодно. Он сорвался с места и помчался в покои королевы.

Зурад влетел в спальню королевы. Ее не было, он опоздал. В слепой надежде он распахнул дверь гостиной, но и там было пусто. Зурад услышал какое-то хихиканье, за дверью ведущей в комнаты, которыми Мина не пользовалась. Он резко распахнул ее и увидел служанку из прачечной, прильнувшую к стражнику. Зурад нахмурился, но в его голове моментально сложился план. Он задумал крайне опасную махинацию, которая могла стоит жизни ему и девушке. Но терять ему было уже нечего, если он не спасёт королеву – это смерти подобно.

Он хмуро окинул их взглядом и кивков отправил стражника за дверь. Тот молча вышел. Зурад подошёл вплотную к смущенной девушке.

– Ты что, здесь делаешь? Ты не знала, что король запретил слугам приближаться к покоям королевы? – тихо, но твердо спросил он.

– Мы просто болтали…

– Болтали? – он пальцами стал перебирать ткань ее юбки и потянул ее вверх. Девушка в испуге замерла, все ее тело напряглось. Внешне Зурад оставался абсолютно спокойным, но сердце его бешено колотилось. Подобрав юбку достаточно высоко, он запустил руку между ее ног, – А что же тогда ты такая мокрая? – прошептал он и сжал в ладони ее плоть, она застонала. Два его пальца без труда скользнули внутрь неё и стали там играть, она томно прикрыла глаза, но продолжала стоять не двигаясь.

Зурад резко схватил ее за волосы и запрокинул голову, вытащив из неё пальцы он бесцеремонно сунул их ей в лицо, она послушно взяла их в рот.

– Придётся мне тебя наказать, шлюха!

– Я все сделаю, только не рассказывай никому, иначе меня выгонят из замка, – пискнула она. Никто, из тех кто работал в замке, не хотел лишится этой работы. Здесь было безопасно, было жильё и достаток. Да, все знали, что за тяжелые проступки король мог наказать, при чем без суда. Но тем, кто соблюдал правила и хорошо делал своё дело, в замке жилось прекрасно. Конечно женщины могли оказаться в постели Бренда или какого-нибудь вельможи, но многих такая ситуация вполне устраивала.

Зурад впился в неё поцелуем, она вцепилась в его плечи и закинула одну ножку ему на бёдра. Зурад подхватил ее, крепко сжав упругий зад и понес в спальню. Его мозг работал с бешеной скоростью, адреналин зашкаливал, он буквально чувствовал, как Бренд вышагивал по коридору, направляясь в спальню королевы.

– Ты с ума сошёл! Это же… – но Зурад стал жадно целовать ее, не давая сопротивляться.

– Заткнись, сучка!

Зурад задрал платье девушки, обнажив бедра и его руки нагло заиграли с ее женским лоном. И тут в коридоре за дверью послышались резкие, четкие шаги.

– Это он, – прошептал Зурад. Он схватил одеяло и тщательно накрыл девушку. Она попыталась протестовать, но Зурад толкнул ее на подушку и укрыл одеялом с головой. Удовлетворившись, он скатился с кровати, ещё раз убедился, что ничего лишнего из-под одеяло не торчит и замер, надеясь что никому не придёт в голову обойти постель королевы, – Не шевелись, – успел он шепнуть ей и тут же дверь распахнулась.

Бренд вошёл в комнату и остановился, за его спиной маячило лицо Преталя, двух советников и ещё несколько стражников. Все они уставились на постель королевы. Из-под одеяла торчали изящные ножки, обнаженные до колен, тонкая рука придерживала край одеяла. Король хотел подойти разбудить ее, но из коридора послышали голоса, зовущие его. Он задержался не надолго, подошёл ближе и потянувшись через кровать осторожно погладил ножку жены. Она вздрогнула и слегка пошевелилась, стараясь сильнее спрятаться под одеяло.

Бренд резко развернулся, звякнув кинжалами и трое спутников спешно отпрянули. Они ушли так же быстро, как и появились. Зурад поднялся и схватил девушку за руку. Ее трясло и она истерически хихикала, от пережитого ужаса. Он грубо вытолкнул ее в гостиную.

– Убирайся отсюда, так чтобы тебя никто не видел! И молчи, дура! Поняла! Иначе тебя повесят.

Девушка кивнула и на деревянных ногах последовала к ходу для слуг. Зурад вернулся в спальню королевы, распахнул дверь для слуг и помчался по узкой тёмной лестнице. Он не помнил, как преодолел расстояние, но на очередной лестнице он споткнулся и ударился головой о стену. Шов на брови неожиданно лопнул и по лицу потекла кровь. Зурад поднялся, не обращая внимания на боль в ноге, боль в голове и в плече. Ещё немного и он достигнет места и предупредит ее.

Внезапно, чьи-то руки схватили его и дернули с немыслимой силой в сторону. Зурад наскочил на стену и резко обернулся. Это была она, его королева. Она стояла, спокойной глядя на него и бросая осторожные взгляды в окно. От облегчения, у Зурада чуть не подкосились ноги.

– Это не Геталь… – констатировала она, глядя на человека в саду. Он был одет в широкий плащ с глубоким капюшоном, такой же полноватый, такой же маленький. Но, только по ведомым ей признакам, Мина поняла, что перед ней был вовсе не тот человек, что назначил ей встречу.

– Кто-то донёс ему, что Геталь собирается встретиться с кем-то на рассвете в саду. По предположениям с тобой.

– Да… Теперь придётся ломать голову, как выпутываться из этой истории, – равнодушно отозвалась королева, не глядя на своего слугу.

– Моя королева… Он думает что ты в своей постели, спишь. Он приходил к тебе…

– Но меня же там не было…

– Да… но… я прошу простить мне мою вольность… я знаю что виноват…

– Зурад, – в ее голосе проскочили нотки досады, – говори по существу, – он судорожно вздохнул и выпалил на одном дыхании.

– Я подсунул в твою постель служанку… Он не видел ни лица, ни волос, только ноги и руки… Думаю, он уверен что это была ты… – Мина наконец обернулась к нему и он почувствовал на себе ее взгляд, – Но прошу тебя, пойдём скорее, он может вернулся с минуты на минуту.

И решившись, он уверенно схватил ее за руку и потянул за собой. Мина не сопротивлялась и они снова побежали узкими темными коридорами, почти бесшумные, словно два призрака. Зурад не думал ни о чем, только лишь о спасении своей королевы, всё остальное стало не важно. Он не боялся в этот момент ничего и даже если бы за очередным поворотом они наскочили бы на короля, едва ли это смогло остановить Зурада в его стремлении спасти эту женщину. Он сам точно не знал, что именно вызывало в нем такую преданность ей и, откровенно говоря, не особо жаждал узнать.

Они влетели в ее спальню. На ходу Мина скинула сапоги и плащ. Зурад спешно достал из гардеробной ночное платье и халат. Она моментально обнажилась и буквально нырнула в платье. Зурад накинул ей на плечи халат. За дверью раздались шаги. Мина упала за столик перед зеркалом. Зурад захлопнул двери гардеробной, одним движением размазал ее плащом свою кровь по полу и подобрал все вещи. Он уже не успевал уйти и ему не осталось ничего другого, как просто упасть за диван. И входная дверь открылась.

Зурад замер, пытаясь даже дышать медленно. Он мог видеть Мину и его вдруг поразило то, каким спокойным, умиротворенным было ее лицо. У неё даже не было отдышки, тогда как сам он, едва не задыхался. Она улыбнулась королю через зеркало, тут же развернулась и поднялась ему навстречу, лишив его тем самым возможности подойти ближе и увидеть Зурада.

– Ты чем-то взволнован, Бренд?

– Геталь мёртв, – он внимательно наблюдал за ее реакцией.

– Мёртв, – ее удивление было искренним.

– Его нашли слуги у подножья чёрной лестницы. Похоже он скатился по ней и сломал себе шею…

– Досадная смерть, – спокойно проговорила Мина, а в уголках ее губ скользнуло что-то. От короля это не укрылось.

– Возможно его убили… Предполагаю, что он не сам рухнул с этой лестницы, – он выдержал паузу. Из ее гостиной слышали мужские голоса, Арамина хмуро посмотрела в сторону двери.

– Ты не один?

– Нет… – он снова долго посмотрел на неё, между ее бровей пролегла складка и тут же исчезла, – Где ты была утром?

– Здесь! К чему этот вопрос? Ты же сам видел, что я спала.

– Нет, я не видел…

– Что значит, ты не видел? – медленно и четко произнесла Мина изменившись в лице, – Ведь ты же приходил утром? – Бренд сделал неопределенное движение, а голоса в гостиной стихли, словно бы те, кто там были, прислушивались к их разговору, – Когда это произошло с Геталем?

– Как только начал заниматься рассвет, – глаза Бренда сощурились.

– Начал заниматься рассвет, – повторила Мина, – То есть, ты хочешь сказать, что по твоим предположениям, на рассвете кто-то столкнул Геталя с лестницы. И примерно в это время, – Мина взволнованно измерила комнату шагами и заломила руки, – кто-то заходил в мои покои! И я точно слышала…

– Успокойся! Все в порядке…

– Всё в порядке… Действительно… Всё в порядке… – в ее голосе послышалась паника.

– Это был я!

– Ты… Ты врешь мне сейчас!

– Нет! Послушай! – он поймал ее за руки. Он видел как она взволнована, что она на гране испуга, – Это действительно был я! – он неотрывно смотрел ей в глаза.

– Но, – она передернула плечами, и хмуро посмотрела на него, – ты же сказал, что это был не ты?

– Я солгал… Это был я!

Она кивнула ему, долго глядя в его карие глаза. Подойдя к нему, Мина несмело прижалась к его груди и он уткнулся носом в ее волосы, вдыхал их запах и оплетая руками ее, ставшее таким хрупким, тело. Происходящее немного сбивало его с толку. Он крайне редко проявлял простую нежность, теплоту, обнимал женщину, без плотского желания.

– Мой король! – раздалось за дверью, – Сертан просит передать вам, что они собрали всех ночных стражников.

Мина отстранилась от него и приступ нежности схлынул.

– Мне нужно идти, – неожиданно сказал он. Король прежде никогда не отчитывался ни перед кем. Он всегда приходил и уходил когда ему вздумается. Она удивленно посмотрела на него и мягко улыбнулась. Он быстро коснулся ее губ в коротком поцелуе и спешно ушёл. Но уже в дверях, он резко обернулся и его взгляд сказал ей больше, чем все слова.

Когда его шаги стихли, Арамина села на диван и заглянула за его спинку. Зурад сидел в ворохе ее одежды, она вся была перепачкана его кровью.

– Зурад, – рассмеялась она, – тебе нужно беречь себя!

– Кажется я вывихнул себе ногу.

– Как ты шею себе не вывихнул? – она смотрела на то, как он неловко пытался встать, – Спасибо, Зурад, – прислужник замер, не поверив тому, что его благодарили, – без твоей помощи мне пришлось бы очень не просто. Что ж, – ее тон и выражение лица резко изменились, – Геталь убит, возможно самим Брендом. Они собрали стражу и будут опрашивать, к счастью никто меня не видел, – она окинула взглядом его согбенную фигуру – Король мог бы убить тебя и ту служанку. Это слишком много. Геталь решил что может обыграть Бренда и заплатил за это жизнью.

– И что же делать? – тупо спросил Зурад, куда-то в пол, не совсем понимая о чем вообще речь.

– Никогда не забывать, что Бренд король, достаточно сильный и могущественный. Его нельзя сбрасывать со счетов. Геталь заплатил жизнью, за свою опрометчивость.

– Да, моя королева!

– Теперь уходи, Зурад. Приведи себя в порядок, сожги одежду и отдохни немного.

***

После случая с Геталем, по замку прошли небольшие волнения. Многие знали его и хорошо относились к нему. Но его смерть вскрыла много неприятных подробностей, в том числе и ту, что он имел интрижку на стороне и двоих незаконнорожденных детей. Его земли уже давно находились в упадке и именно поэтому, он жил последние годы в замке короля. Платить налоги ему удавалось только лишь обирая людей, работающих на его землях.

Зурад точно не знал, откуда стала известна информация о готовившейся встрече. Единственное, что он знал – это то, что королю всё сообщил Преталь. А вот откуда сенатор узнал об этом, оставалось тайной. Ходили различные слухи, часть из которых заставляя задуматься в адекватности тех, кто их распускал. Но по итогу, известно было только одно, Преталь попал в немилость к королю, потому что пытался оклеветать его королеву.

Чем больше Зурад думал обо всем произошедшем, чем больше начинал запутываться. Сама эта встреча начинала казаться ему какой-то странной. Мина пришла к нему в комнату за ключами, тогда как могла взять их в любой момент, при чем без объяснений. Почему встреча была именно в саду, в замке это было проще сделать. Да и зачем Арамина сообщила ему, о своих планах. Вопросы в его голове были бесконечны, а вот ответов не предвиделось, а потому, с течением времени, Зурад просто выкинул эту историю из головы. К тому же, жизнь вернулась в прежнее русло и за потоком обязанностей, он просто перестал обо всем этом вспоминать.

Глава 7. Год и девять месяцев

Бренд устало смотрел на то, как Арамина разливает вино. Он с наслаждением следил за каждым ее движением, каждым жестом. Ее распущенные волосы, то и дело скользили по ее плечам и падали на лицо. Быстрым, лёгким движением она откидывала их назад, на спину.

– Ты сама разливаешь вино? Где твои слуги? – заговорил Бренд, лишь бы только вынудить ее на разговор, услышать ее голос, который был для него словно бальзам.

– Мой король, – усмехнулась Арамина, – ты лишил меня всех моих слуг! Неужели ты забыл об этом, – она улыбнулась ему, подала бокал с вином и отвернулась.

– Ах да, я что-то подобное припоминаю… – усмехнулся он. Конечно Бренд прекрасно помнил об этом, помнил он и причину, почему оставил Арамине только одного единственного прислужника. Он прикрыл ненадолго глаза, тяжело и глубоко вздохнув. Но когда он снова открыл их, лицо его посветлело, словно он отогнал от себя все посторонние мысли, – Что ж, думаю пора их тебе вернуть, – улыбнулся он.

– Я хочу сделать прислужника старшим слугой, – она опустилась в кресло, напротив него. Бренд чувствовал, как усталость отступает, впереди был ещё целый вечер и ему нужно было завершить ещё не одно дело.

– И зачем ты мне об этом сообщаешь? – голос его стал бодрее.

– Потому что я не хочу, чтобы ты зарезал его, если вдруг увидишь в моей спальне.

– Тебя так волнует его судьба? – усмехнулся король.

– Я не хочу, чтобы в моих комнатах истекал кровью…

– Труп прислужника… – Бренд рассмеялся, – Я понял! – это была игра и он был не против в неё сыграть. Он прекрасно знал, о ком говорила Мина и он не сомневался в том, что она знала, почему Бренд оставил именно Зурада рядом с ней. И они оба знали, что просто так Бренд не навредил ещё не одному человеку, – Что же, я постараюсь не забыть, – он снова лениво улыбнулся, – но если я все таки забуду, мы найдём тебе другие комнаты, не менее прекрасные чем эти. Где-нибудь поближе ко мне.

– О! – она поймала его взгляд, – Мне нравится эта идея.

Они молчали какое-то время. Бренд любовался ей, она была его наслаждением и его самой главной опасностью. Он был женат на ней уже больше двух лет, но до сих пор так и не сумел разобраться в своём к ней отношении. Она привлекала его во всех смыслах, но что-то заставляло его всегда оглядываться, всегда ждать подвоха. Бренд не удивлялся этим чувствам, за время его правления он пережил несколько предательств, несколько покушений на его жизнь и измену первой жены.

– Мне всегда тебя мало, – голос его стал глухим, – словно я в пустыне, пью и никак не могу напиться, – эти слова поднимались откуда-то из самых глубин его сути, – не могу утолить эту жажду, – Мина рассмеялась в ответ.

– Именно поэтому ты трахаешь служанок замка? – Бренд ничем не выдал своих эмоций. Конечно он знал, что его жена слишком умна, чтобы не догадываться о его связях на стороне. Но все таки он надеялся, что Мина не знает. И этот вопрос, сказанный напрямую и в абсолютном спокойствии, выбил его из колеи. Арамина почувствовала это, – Бренд, – улыбнулась она ему, – неужели ты правда думал, что я не знаю? Ты меня удивляешь, – она снова рассмеялась, – Глупо питать иллюзии по поводу твоей целомудренности и благоверности. Но служанки? Лучше уж придворные дамы. Многие из них готовы прыгнуть в твою постель.

– Это слишком скучно, – ни что, в облике Бренда, не выдало его эмоций, – Они смешны, в своих иллюзиях! А до некоторых нельзя и дотронуться, без того чтобы они не покраснели. Вся эта выученная стыдливость и скромность, просто лишает меня терпения, – Мина весело засмеялась, – Они не ты.

– И поэтому, – она снова засмеялась, – ты выбираешь молчаливых, покорных девушек служанок. Не очень лестное сравнение, ты не находишь?

– Нет! Ты все поняла каким-то удивительным образом, – он внимательно посмотрел на неё, – С ними я могу делать то, что я хочу, а не то что требуют представления общества. Некоторые боятся и страх делает их послушными.

– Вот как? – она наклонила голову на бок.

– Нет! Черт! Ты сведёшь меня с ума своими вопросами!

– О, Бренд! Тебе не о чем волноваться. Я не собираюсь допрашивать тебя или ставить какие-то условия. И более того, я знаю что ты спишь с дочерью Преталя, при чем, с первых дней нашего супружества.

– Она сама тебе донесла? – Бренда захлестнула злость на Преталя и все его семейство.

– Нет! Просто я королева и знаю, с кем изменяет мне мой муж, – она серьезно посмотрела на него, поднялась и прошлась по комнате, – Я не собираюсь устраивать тебе сцен, – ее лицо выдало напряжение и Бренд почувствовал, что они подошли к какому-то очень важному вопросу. Вопросу, который мучает ее, – это глупо и бессмысленно… – она замолчала и снова прошлась по комнате.

– Но? – спросил Бренд, чувствуя что она не в силах продолжить, – Есть какое-то но, – она взглянула на него искоса и снова мягко улыбнулась.

– Нет, Бренд, – в ее голосе слышалась грусть, она отвернулась от него и ее пальцы бессмысленно заскользили по старой, инкрустированной шкатулке.

– Но говори же, – Бренд поднялся с места и подошёл к ней, – Если ты ждёшь от меня клятвы верности, то я могу дать тебе хоть миллион. Но ты сама прекрасно знаешь, что им нет цены, они все бессмысленны, – она молча покачала головой, – Но говори же! – голос его выдал волнение, которое он испытывал чуть ли не первый раз в жизни. Она резко повернулась к нему, словно решившись.

– У тебя есть бастарды? – лицо ее было омрачено болезненной печалью.

– Господи, – облегченно прошептал Бренд, – ты чуть с ума меня не свела! Конечно, нет! – он подошёл к ней вплотную и взял ее лицо в свои ладони. Ему хотелось защитить ее, укрыть в своих объятиях от всех тревог и такое происходило с ним чуть ли не впервые, – Ты – моя королева! Ни одна женщина в мире, не понесёт от меня, кроме тебя. И мне плевать, сколько уйдёт на это времени.

Он осторожно склонился к ней и мягко, нежно поцеловал! Без страсти, без желания обладать. Он сам не понимал, что с ним происходило, почему он, всегда точный и быстрый, рядом с этой женщиной вдруг останавливался и проявлял заботу и теплоту. Но он увидел боль своей королевы и она ранила его в самое сердце. Ему хотелось защитить ее от всех напастей, страхов, переживаний. Укрыть в своих объятиях и никогда не видеть грусть на ее лице. Он снова нежно поцеловал ее, обнимая ее тонкую талию, вдыхая ее запах. Ее маленькая ладонь, нашла его руку и пальцы их сплелись и в груди у него что-то с силой сжалось от этой невинной нежности.

– Бренд… но что если наследников не будет… вовсе… – глаза их встретились.

Король замер на секунду, в глазах его скользнула тень. Он не задумывался о том, что в его жизни может и не быть наследников. Мари, его первая жена умерла раньше, чем успела дать ему потомство. А Мина, уже два года была королевой, и ещё ни разу не забеременела. Что будет с Притаком, если он лишиться управления? Какие страшные времена ждут его землю, едва оправившуюся от ужасов эпидемии и правления деда Бренда.

– Мой король, – в дверь негромко постучали. На мгновение Бренд закрыл глаза, смиряя внутри себя резко поднявшуюся агрессию, – Мой король! Послу Санату очень плохо.

– Так позовите лекаря, – рявкнул Бренд, все ещё не отпуская из объятий свою королеву.

– Тебе нужно идти, Бренд… – ее голос снова был ровным и спокойным. Он словно вернул его в реальность, король знал, что действительно должен был уйти.

Бренд резко отпустил Арамину и отступил от неё на шаг. Но она мягко потянула его за руку, поддавшись он прильнул к ней и она снова поцеловала его, весело улыбаясь. Она отпустила его и он резко вышел в коридор. Мина мгновенно изменилась в лице. Бренд не лгал ей, всю свою жизнь он был крайне осторожен, зная что за собой может повлечь появление на свет бастарда. Он ждал своего наследника только от королевы. Но ждал напрасно… Мина досадливо свела брови и поджала губы, но уже через пару мгновений, с ее лица улетучились все эмоции. Она твёрдо знала, что посеянные зерна обязательно дадут всходы.

За дверью короля ждал один из стражников.

– Кто тебя послал за мной? – спросил Бренд не глядя на него.

– Сенатор Ги… Гикаль… – заикаясь ответил тот, трясясь как осиновый лист.

Король направился в покои посла, а стражник робко засеменил в след за ним. Войдя в комнату, ему представилась весьма забавная картина. Саната обильно тошнило, вокруг него суетилось двое слуг и лекарь. Сенатор Гикаль, переводчик Гайд и ещё один лекарь стояли у стены, закрыв носы платками. Они громко рассуждали на тему того, что могло случится с Санатом и уж не отравили ли его.

– Черт возьми, – выругался Бренд, – вы позвали меня, полюбоваться как он заливает комнату рвотными массами?

– Нет, мой король! Просто мы в замешательстве! Не отравлен ли он?

– Отравлен? – Бренд хмуро посмотрел на всю компанию из под низко опущенных бровей, – Этот чертов придурок, просто пьян.

– Как пьян? Белегийцы не пьют алкоголя.

– Да, конечно! А две бутылки вина я сам влил ему в глотку! – Бренд подошёл в плотную к Гикалю, тот сильнее прижал к лицу платок, словно пытаясь защититься, – Ещё раз побеспокоишь меня в покоях королевы и я лишу тебя способности продолжить род! – прошипел Бренд так, что Гикаль побледнел и перестал дышать. Резко развернувшись, король направился к двери, – К утру, Санат должен быть в состоянии продолжать переговоры. Ты, Гикаль, проследишь за этим.

И с этими словами он покинул комнату.

***

Прошло несколько дней, с того самого, памятного разговора с Араминой. И с тех пор, Бренд постоянно чувствовал, что что-то изменилось. Не ясно, не уловимо, но неотвратимо. Он словно бы сдался своему чувству к ней, перестал отрицать его и искать какие-то скрытые смыслы. За все время, что она была его королевой, она не дала ему ни одного повода, чтобы усомнится в ней. Все поводы он находил сам, на пустом месте. Бренд наконец признался себе в том, что предательство Мари было ударом для него лишь потому, что он не любил ее, как и она его. Но сам этот факт, заставлял его видеть в каждой женщине потенциальную измену. Но его королева была другой и ему пришлось это признать, в конце концов.

И он, неожиданно даже для самого себя, пошёл ещё дальше, осознал, что ему было плевать, на физическую верность Мины. Она была с ним всем сознанием, всем существом, всё остальное было неважно.

Погруженный в свои мысли, он не заметил, как пришёл в свой кабинет. Не зажигая свечей, в полумраке, он вышел в гостиную. Его ждала там дочь Преталя – Элин. Он посмотрел на неё так, словно бы ее вовсе не было в комнате. И внезапно он понял, что Мина не будет изменять ему по одной простой причине – это не имеет никакого смысла, не имеет под собой ничего, кроме простого удовлетворения плоти. А плотью можно было управлять. Он вдруг почувствовал, всю глупость своих интрижек. Он был женат на самой совершенной, прекрасной королеве, обладающей не только невероятной красотой и обаянием, но и прекрасным умом. И когда всё это улеглось в его голове, то стало понятно, что ему больше не нужны все эти доступные женщины, готовые на всё, лишь бы не потерять его благосклонность. Бренд был жестким, даже жестоким, но щедрым любовником и никогда не обделял подарками женщин, побывавших в его постеле.

Бренд тряхнул головой и сказал в никуда:

– Уходи! – улыбка сползла с лица Элин и в глазах мелькнуло разочарование, смешанное со злостью. Элин ненавидела его королеву и Бренду стало противно, что он с ней спал. Она явно хотела что-то сказать, спросить, возможно выругаться. Но взгляд короля не оставлял ей шансов. Собравшись с силами, она поднялась, поклонилась и направилась к двери, – Больше не приходи… Никогда…

Она задержалась, но Бренд не обернулся и ей не оставалось больше ничего, как просто уйти.

Бренд зашёл в спальню, отстегнул ремень с кинжалами и устало посмотрел на свою постель. Одинокую, холодную постель. Ещё никогда он не чувствовал такой странной усталости, смешанной с пустым одиночеством. Не раздумывая более, он направился в покои своей королевы.

***

Она стояла у окна, в полупрозрачном ночном платье. Волосы, вплетенные в косу, лежали на спине. Слабый свет из окна, освещал ее облик, подчеркивая ее мягкие, плавные черты. Бренд стоял какое-то время в двери, понимая что ему теперь никогда не забыть этот образ. В который раз, он задавал себе вопрос, почему он никогда раньше не видел этой неотразимой красоты, почему он всегда стремился жадно и быстро овладеть ей.

В груди его щемилась нежность, теплота к ней, но он не знал как и что ему сделать. Всю свою жизнь, он просто брал то, что ему нужно от женщин и он не знал, как ему теперь отдать то, что его переполняло.

Он осторожно подошёл и мягко прижался к ней. Она знала о его присутствии и Бренд не сомневался, что она чувствует его состояние. И Арамина отозвалась. Медленно повернувшись к нему лицом, она доверчиво обвила его талию руками и чуть приподняла голову. Он приник к ее губам, неторопливо, нежно, желая получить от поцелуя всё. Разорвав поцелуй и запрокинув голову, Мина подставила шею под чувственные прикосновения. Ее руки скользнули по его груди и ловкие пальцы расстёгивали одну пуговицу за другой.

Она повела его в мир наслаждения, она открывала ему тайны женского тела и тайны его собственного, заставляя его стонать и извиваться под ее нежными, будоражащими прикосновениями. Она топила его в удовольствии и он отвечал ей тем же, под ее чутким и мягким руководством.

Бренд не мог поверить в то, что ему открывалось. Он не мог и предположить, что восторг, оргазм любимой женщины может принести наслаждение во сто крат сильнее своего собственного. Бренд чуть не лишился рассудка, когда Мина содрогалась под ним, разрывая тишину отчаянным, сладостным стоном. Он никогда не думал, что его страсть и жёсткость, смешанная с нежностью и теплом, может обернуться невероятным наслаждением.

Устав, в попытке насытиться друг другом, они переместились в ванну. Арамина ходила по комнате и зажигала свечи. Бренд любовался ее плавными, спокойными движениями в неверном свете. Он вдруг почувствовал, как она была уверена, она наслаждалась сама собой, именно поэтому она могла наслаждаться и им в полной мере. Она была его совершенством, его безупречностью и это манило и пугало его одновременно.

Мина снова остановилась у окна. И Бренда вдруг бросило в жар от этой мысли. Она стояла, обнаженная, идеально красивая, с взъерошенными волосами, у окна, выходящего в сад. Он не знал, что именно его так взволновало и не хотел думать об этом. Поднявшись из ванной он подошёл к ней со спины и обнял за талию. Его первым желанием было увести ее от окна, но желание слиться пересилило.

***

Бренд окинул скучающим взглядом всех присутствующих. Ему хотелось убраться отсюда. На Притаке у него было слишком много дел. Сейчас, здесь, на Микаре, ему казалась идея найти эту женщину слишком наивной и даже глупой. А теперь он вообще был вынужден участвовать в помпезном празднике микарцев, потому что не мог не оказать визит королю. Его утомляли все эти собрания, балы, визиты вежливости, но без них было не обойтись. Это было отличным способом поддерживать лояльные отношения со своими партнерами, придворными, герцогами, выявлять неверных. Но всё это было слишком уж утомительно.

Рядом стоял Тарк со своей женой. Маленькая женщина изо всех сил пыталась привлечь его внимание, но тот был занят тем, что без конца оглядывал зал, словно искал кого-то. Разочарованная, расстроенная, жена Тарка с преувеличенным интересом отошла к своим дамам. Король, отец Тарка, хмурился, его явно не устраивало поведение сына.

Бренд и Тарк были почти ровесниками. В прошлом, когда они были мальчишками, они не редко встречались и между ними даже завязалось подобие дружбы. Но позже, Бренд очень быстро повзрослел и рано принял бразды правления. И теперь, Тарк казался ему мальчишкой, его преувеличенный интерес к разного рода развлечениям, балам, бессмысленным визитам на другие планеты, раздражал короля Притака. Порой с досадой он представлял себе, что Тарк рано или поздно возглавит Микар.

– Бренд, – он хотел взять его под руку, но строгий взгляд отца остановил Тарка, – идём, потанцуем! – в голосе слышались пьяные интонации. Бренд поморщился, но влекомый скукой он всё же последовал за полупьяным принцем Микара.

Зазвучала музыка, люди задвигались по ярко освещенному залу. В воздухе витали тысячи ароматов: духи, запахи тел, мыла, ароматы еды просачивались из кухни, ночной воздух веял из распахнутых настежь окон.

Лица сменялись перед Брендом и он наконец расслабился. Хотя и произошедшая с ним неудача, до сих пор не давала ему покоя. Женщина, которую он искал, которую хотел узнать ближе, неожиданно пропала. И это нарушило его стройный, почти идеальный план. Этот план был всем хорош, за исключением того, что не предусматривал абсолютную свободу этой женщины. Она была чужеземкой, не принадлежала к микарцам и он не знал, где и как её найти. Эта история ударила не только по самолюбию короля, но и лишила его возможности совершить свой план – избавится от наваждения.

Танцуя, Бренд отвлёкся от тягостным мыслей. Его окружали красивые, нарядные женщины, улыбались ему, кидали двусмысленные взгляды. И король Притака позволил себе насладится этим. И неожиданно, прямо перед ним появилась та самая женщина, ради которой он прибыл на Микар – Арамина. Одна ее бровь скептически изогнулась, а на губах появилась усмешка.

– Король Бренд, – произнесла она и слегка кивнула ему, в знак приветствия.

Словно электрические токи прошли по его телу, его рука лежала на ее спине и он чувствовал тепло ее тела, даже сквозь ткань платья. Она была одета в довольно простое, полностью закрытое темно-синие платье, в ушах блестели серьги, на груди, поверх платья, покоилась подвеска. Ее наряд был довольно скромен, по сравнению с другими гостьями, но от этого она лишь выглядела более привлекательно и обворожительно. Бренда бросило в жар, а потом в холод. Хоть внешне он и оставался абсолютно спокойным, но внутри у него разразился ураган.

– Арамина! Не знал, что ты из числа придворных дам.

– О, нет. Я лишь из числа почетных гостей. Уж и не знаю, с чего мне досталась подобная честь, – она снова усмехнулась.

Пары снова сменились. И Арамина оказалась в объятиях Тарка и Бренд мгновенно всё понял. Вот кого Тарк высматривал среди гостей, вот кто занимал все его мысли, заставляя забыть о собственной жене, вот почему Арамина была среди почетных гостей, не смотря на отсутствие высокого статуса. Было очень похоже, что Тарк без памяти влюблён в неё. Он старался как можно плотнее прижаться к ней и словно невзначай коснуться своей щекой ее волос. Бренд бросил взгляд на отца Тарка и нашёл на его лице подтверждение своим догадкам.

Вскоре танец закончился. Бренд вернулся к Эльдару и завёл с ним отстранённый разговор о торговых договорах. Король изо всех сил старался переключить своё внимание на Бренда, но удавалось плохо.

– Это его любовница? – в лоб спросил Бренд. Эльдар на мгновение растерялся, но поймав спокойный понимающий взгляд Бренда, тихо ответил:

– Нет, – покачал он головой и вздохнув отвернулся, – Ты же знаешь, наши законы более строги, чем законы Притака. Измена не допустима даже для королей.

– Но его поведение говорит об обратном.

– Да, он сходит по ней с ума, – Эльдар снова тяжело вздохнул и бросил печальный взгляд на сына. Тарк, очевидно, не замечал того, как явно его вызывающее поведение и не прикрытые ухаживания за Миной, – Эта женщина! Это проклятие и благословение в одном лице!

Бренд вопросительно приподнял брови, метнув на Мину быстрый взгляд. Эльдар усмехнулся.

– Тарк потерял голову из-за неё, стал игнорировать свою законную супругу, своих детей. Но Мина ни разу не дала ему повода. Как бы Тарк не старался, да и все остальные, она держит их не ближе известных границ. Боюсь представить что творилась бы, будь она более сговорчивой. Помнишь Шлека?

– Король Брусвера, – Брусвер был очень крупным торговым созвездием. Располагайся они с Притаком чуть ближе друг к другу и конкуренция была бы неизбежна. Но расстояние спасало.

– Поговаривают, она отказала ему.

– Видимо статуса любовницы ей недостаточно.

– Ты не так понял, Бренд. Она отказала ему стать его королевой.

– Вот как… Откуда же эта недотрога?

– Из Арграда, – Бренд не скрыл удивления, – Кажется, Сантимор или Санримор… Что-то вроде этого. Знаешь где это?

– Что-то знакомое, но сейчас не припомню.

– Думаешь она лжёт? – задумчиво спросил Эльдар. Бренд пожал плечами.

– Всё равно никто не проверит. Да и какая разница, – Эльдар в ответ не весело рассмеялся.

Взгляд короля Притака снова скользнул в сторону Тарка и Мины. Она была подчёркнуто вежлива, но абсолютно холодна. Это Бренд видел отчетливо.

Музыка внезапно замолчала. Слуги распахнули двери и король Эльдар пригласил всех прогуляться в саду, пока будут ставится столы и накрываться праздничный ужин. Два короля, Бренд и Эльдар, со своей супругой, возглавили шествие гостей и направились на улицу. Тарк поравнялся с родителями. Его супруга вцепилась в его руку мертвой хваткой, чем Тарк был явно раздосадован. В след за королями, на свежий воздух хлынул поток красивых молодых людей. Со всех сторон звучал смех и веселье. Бренд мысленно отметил, что стоило бы устроить нечто подобное на Притаке, именно для молодежи, в особенности для молодых герцогов, таких как Даян и Борд, Силен и прочие.

Когда большинство приглашённых рассеялись по саду, Эльдар отстал от своей родни и поравнялся с Брендом. Он обеспокоено смотрел в спину своему сыну, глаза которого бегали по сторонам, он явно искал кого-то и не трудно было догадаться кого именно. Супруга его куда-то исчезла и ее отсутствие вовсе не беспокоило Тарка.

– Бренд, – тихо начал Эльдар, – я уже очень стар. – Бренд поморщился, – моё здоровье скоро не позволит мне оставаться королем и меня, признаться, страшит будущее Микара. Пока я ещё в силах, я хочу оформить отношения Микара и Притака как можно более четко. Все то, что было между нами согласовано устно, необходимо оформить на бумаге.

– Я пришлю к тебе своих людей, как только вернусь на Притак, – Бренд не стал вдаваться в подробности и расспросы, он и без того всё понимал.

– Я так хотел бы ошибаться…

– Боюсь, ты не ошибаешься, Эльдар, – Бренд остановился, коротко кивнул королю Микара, развернулся и пошёл в другую сторону не оглядываясь, но чувствуя на себе взгляд короля Эльдара.

***

Арамина наблюдала за спящим Брендом. Солнце давно уже поднялось, во дворе почти закончили подготовку экипажей, а король все ещё мирно спал. Она мягко склонилась к нему и провела рукой по его лицу. Она открыла Бренду врата в мир наслаждения, которого он не знал, в мир единения душ через тело. И она знала, что Бренд добровольно принадлежал ей теперь всем существом. С первого дня их знакомства, несмотря на то, что он сразу полюбил ее, он неосознанно поставил между ними некую стену и вчера она рухнула. Бренд любил ее и сам ещё не знал силу своей любви.

– Мой король, – Бренд тут же проснулась. Мина полулежала, опираясь на его плечо и улыбалась ему. Король сонно огляделся и мягко притянул ее к себе.

– Я что, всё проспал?

– Без тебя уж точно не начнут, – засмеялась она в ответ, – Но экипажи уже почти готовы.

Бренд прикрыл глаза рукой. Ему не хотелось никуда ехать, не хотелось думать. Он жаждал остаться здесь, рядом с ней, лежать в постели до полудня… Он вздохнул и резко поднялся. Он был королем и у него не было права на слабость.

***

Не смотря на то, что король вернул королеве слуг, хлопот у Зурада меньше не стало. Королева назначила его старшим, в своих покоях и он контролировал теперь всех слуг, служивших ей. У королевы было всего пять служанок и каждая из них отвечала за что-то свое. Зурад хорошо знал их и потому они с трудом воспринимали его как старшего. К тому же, у него не было опыта управления другими людьми. А они изо всех сил демонстрировали ему, что он был таким же, как и они и что они вовсе не нуждаются в его указаниях. А порой открыто не выполняли его поручения. Зурад понимал, что если он не справится с этой задачей – это будет его личный проигрыш по всем фронтам и возможно, он лишиться того доверия, коим его одарила королева.

Во всей этой истории, он считал себя уже проигравшим. Он лишился возможности хоть иногда разговаривать с королевой, лишился ощущения того, что он был хранителем ее покоя. Иногда к нему приходило чувство ненужности, пустоты и одиночества. Он удивлялся тому, как жил до этого, как мог довольствоваться малым, теперь же ему казалось всего этого не достаточно.

– Зурад… – голос королевы вывел его из задумчивости и он понял, что уже некоторое время стоит у окна.

– Да, моя королева!

– Тебя так захватил вид уезжающей свиты короля? – Зурад запоздало понял, что все это время наблюдал за тремя экипажами, которые один за одним уезжали со двора. Это король с небольшой свитой отправлялся в одно из поместий, расположенное за городом. Перехода туда не было и приходилось добираться на лошадях. Путь был не близкий и Бренда не будет в замке пару недель. Эта мысль немного повеселила Зурада. Хоть он и перестал люто ненавидеть своего короля, все же он до сих пор внушал ему страх.

– Да, моя королева, – солгал Зурад и отошёл от окна.

– Что тебя беспокоит?

Зурад вздохнул и покачал головой, он не хотел чтобы королева знала о его сомнениях и мучениях.

– Ну хорошо, – сказала она, – иди в сад.

Обрадовавшись, что сможет побыть с ней наедине, Зурад буквально полетел на крыльях в беседку. Арамина пришла довольно скоро. Она устроилась на своём привычном месте и молча смотрела на него какое-то время.

– Ты не справляешься, – Зурад вздрогнул. Он должен был догадаться, о том что она все знает. Его королева обладал удивительной проницательностью и глупо было надеятся, что она ничего не заметит, – Вернее, ты думаешь, что не справишься и саботируешь ситуацию, – Зурад молчал, ему было стыдно, – Я понимаю что тебе трудно, но ты должен отделить дружбу от своих обязанностей. Да, скорее всего, они станут к тебе относится гораздо хуже, будут шептаться и обсуждать тебя, но это не имеет к тебе никакого отношения. Сила на твоей стороне, ты назначен моим решением! Ты должен просто переступить через это! Перед тобой, Зурад, открыта дорога и лишь от тебя зависит, пойдёшь ты по ней или нет.

– Да, мой королева! Я хочу оправдать твоё доверие!

– Зурад, – Мина вздохнула, – ты не должен оправдывать мое доверие и ни чьё другое не должен! Я хочу чтобы ты понял, что это твой выбор. Ты можешь пойти по открытой для тебя дороге, а можешь остаться. И это твой выбор и ты никому не должен за него отчитываться, кроме самого себя.

Он долго молчал, прислушиваясь к самому себе, к своим чувствам. Он мысленно взвешивал, оба варианта, проникал в них своими ощущениями.

– Я хочу идти дальше, – наконец ответил он, – открывать новые страницы. До встречи с тобой, я жил словно в вакууме, не хотел ничего знать, ничего видеть.

Она мягко улыбнулась ему и он почувствовал в себе силы справится со всем, что ему предстояло.

Глава 8. Год, восемь месяцев и двадцать три дня

– Зурад, – он вскочил с постели, накинул на ходу рубаху и побежал на зов королевы. Она стояла в дверях хода для слуг, необычно бледная, в одном ночном платье, – Зурад… жди меня у комнат Бренда и будь готов ко всему.

Зурад молча кивнул и ещё не понимая, что произошло, отправился выполнять поручение.

Бренд шёл, как ни в чем не бывало через тёмные коридоры замка, чувствуя, как, по наскоро перемотанной руке, медленно ползёт кровь. Он пытался успеть достичь своих покоев до того, как ткань совсем пропитается кровью и за ним потянется кровавый след. Но и ускорить шаг у него не было сил.

Наконец он достиг своих комнат и толкнул дверь.

– Не пускать ко мне никого, пока не разрешу, – бросил он стражникам.

Стремительными шагами он пересёк свои комнаты, вошёл в спальню и остановившись, упёрся рукой в комод. Медленно он повернулся и впервые за вечер посмотрел на свою рану. Из плеча торчали осколки стекла, разных размеров. Когда карета перевернулся, он остался жив только благодаря собственной силе и способности быстро действовать в экстремальных ситуациях.

Он не мог сейчас трезво оценить произошедшее, адреналин всё ещё стучал у него в голове. К тому же, сейчас у него была непростая задача, как-то раздеться, вытащить из своей руки всю дрянь и обработать раны и ушибы. Никого из лекарей он к себе не подпустил и запретил беспокоить себя. Сейчас, ему казалось это пустой паранойей, ибо он чувствовал, как в тело приходила слабость. Болела вся левая сторона, именно ей его протащило по земле.

Колесо экипажа сломалось и карета упала набок. И всё бы обошлось, если бы лошади не испугались и не протащили карету ещё какое-то расстояние. Завтра, советники суда запустят процесс и начнется разбирательство вокруг того, кто позволил этому произойти. Почему столь тщательно подготовленные экипажы оказались не исправны? Возможно ли здесь покушение на его жизнь? Он бы не удивился. Но это всё будет завтра. А сейчас ему было необходимо справится со своим ранением.

Он очень четко ощущал, что нуждался в помощи, но вместе с тем и не хотел ее. Звать к себе лекарей, которых сам же прогнал… в принципе, это лишь поддержит репутацию короля-самодура. Но ему крайне не хотелось слушать сочувственные вздохи, молитвы сострадания и наигранные слова сочувствия. Но и выбора-то не было.

Бренд решился уже отправить стражников за лекарями, но подняв глаза на зеркало, он увидел кого-то в отражении. Резко обернувшись, он чуть не зашипел от боли. Его глаза встретились с глазами Арамины. Лицо ее было бледным. Он спокойно и серьезно смотрел на неё, слегка нахмурившись.

– Я видела, как во двор въехала разбитая карета, – ее голос выдал хорошо скрываемое волнение. Она подошла к нему и осторожно коснулась его окровавленной ладони. Другой рукой она коснулась его лица. Бренд привык всегда подозревать обман, но сейчас все его инстинкты, все чувства диктовали ему только одно, что Мина действительно была напугана. И он не ошибался, – Тебе нужна помощь!

Это было не просто предложение помощи, это была проверка на доверие, для них обоих. И он должен был уже определится до конца, верит он своей королеве или нет. Бренд знал гораздо больше, чем думали остальные, видел, подмечал. Он всегда вёл себя резко, агрессивно, импульсивно, но за всем этим было очень много силы, ума, логики, глубокой работы, скрытой ото всех. И потому он не мог доверять, пока не был уверен на все сто процентов. Но это была его королева, женщина покорившая его целиком и полностью. И Бренд просто кивнул. Она взяла его за здоровую руку и подвела к табурету.

– Зурад, – громко крикнула Мина. Через пол минуты дверь приоткрылась и показалась спина Зурада, – Принеси медицинские инструменты, тёплую воду, бинты, чистую ткань и мази.

Зурад скрылся и буквально через пару минут вернулся со всем перечисленным.

– Зажги свет!

Зурад принес несколько больших и маленьких подсвечников и все их зажег. Арамина обработала руки в специальном растворе и взяла длинный пинцет, напоминающий ножницы. Она внимательно осмотрела рану и позвала Зурада.

– Встань и подойди сюда, – Бренд молчал, но от его живого внимательного ума ничего не укрывалось. Мина указала Зураду на порванные края кожаной куртки, он аккуратно их раздвинул и придерживал. Мина подцепила пинцетом самый большой осколок стекла и вытащила. Тело короля напряглось, но он не издал даже вздоха. За первым куском стекла, последовал второй и третий.

– Бренд, тебе нужно раздеться.

Они помогли ему снять куртку, Мина разрезала рукав и плечо рубахи и они сняли и ее.

– Посвяти мне, – снова обратилась она к Зураду.

Осторожными, но твёрдыми движениями она доставала из плоти короля мельчайшие осколки. Закончив, она промыла раны и обработала. Пока Зурад вытирал кровь и убирал инструменты, она собственноручно помогла королю снять сапоги и раздеться до конца. Вся левая сторона была сильно ушиблена, ладонь, локоть и колено разбиты в кровь. Он лёг на кровать, стараясь не потревожить руку.

– Что произошло?

– Ещё не знаю, – хрипло ответил король. Голова раскалывалась от боли, тело ныло.

Мина нанесла мазь на все ушибленные места и закрыла их чистой белой тканью, перевязала ему плечо и промыла ссадину на лице. Она подала знак Зураду и тот скрылся.

Бренд лежал не шевелясь, закрыв глаза. Ее ладонь острожно скользнула к его лицу, убирая волосы от глаз. Бренд знал, что завтра ему предстоит не простой день, боль обостриться, тело и мозг осознают произошедшее, ему будет чертовски тяжело и плохо.

Внезапно он почувствовал, как ее волосы коснулись его, дыхание обожгло его щеку и она мягко, нежно, едва коснулась его щеки губами, потом лба, он слегка повернул голову в ее сторону и она коснулась его губ. Мысли его вдруг опустели, головная боль стала далекой. Мина медленно отстранилась, осторожно поднялась, укрыла Бренда одеялом и села на край кровати.

Бренд чувствовал ее присутствие, до тех пор пока сон не одолел его.

***

Бренд шёл по королевскому саду. Ему то и дело встречали молодые, смеющиеся, до безумия красивые пары, компании женщин и почетные семьи. Все они, приседали и кланялись при встрече с ним. Он свернул к фонтанам. Там собралась целая стайка юных девушек, прихвативших с собой целый поднос сладкого, шипящего вина. Увидев Бренда, они радостно встретили его и окружили. Бренд пользовался репутацией жестокого и агрессивного монарха, могущественного и жесткого управленца, но любопытство девушек и общая компания придавали им смелости. Они угостили его вином и завели пустые легкомысленные разговоры, наполненные смехом.

Казалось, что Бренд был поглощён их воркованием и на губах его то и дело появлялась усмешка, а комментарии были метки и остроумны. Но на самом деле, его мысли были заняты совершенно другим. Там, чуть в глубине сада, мелькало простое синие платья и копна ярких волос. Она ходила вдоль дальних клумб в сопровождении какой-то дамы. Не без удивления, Бренд узнал в ней супругу Тарка.

Король Притака питал надежду, что встреча с ней охладить его фантазии. Но как же он ошибался. Эта мимолетная встреча не только не отрезвила его, но ещё больше утвердила в зреющем внутри него решении.

Спустя какое-то время, раздался звон колокола и голоса слуг, приглашающих всех к ужину. Девушки радостно взвизгнули и стали упрашивать Бренда пойти вместе с ними. Они не скрывали своего желания произвести на окружающих впечатление, явившись на ужин в компании грозного короля Притака. Но Бренд отказался и не смотря на расслабленную атмосферу и благостное настроение Бренда, девушки не осмелились настаивать.

Как только щебечущая компания скрылась, Бренд направился в сторону дам, все ещё остававшихся в глубине сада. Подойдя, Бренд заметил, что жена Тарка – Саяра, совсем недавно плакала. Глаза ее покраснели и припухли, лицо было грустным. Она держала Мину под руку, почти так же, как совсем недавно своего супруга.

– Король Бренд, – приветствовала его Саяра, стараясь придать голосу веселые интонации и у неё не плохо получалось.

– Леди Саяра, – без предисловий начал Бренд, – оставь нас.

Саяра не сразу поняла, что он хотел от неё. А после нахмурилась и взглянула на Арамину. Но та оставалась абсолютно спокойной.

– Но…

Взгляд, который метнул на неё Бренд говорил сам за себя. Она вздрогнула, словно от пощечины, вдохнула, забыв выдохнуть, но руку Мины не выпустила. Саяра неожиданно храбро вздернула подбородок и насупилась на Бренда. И тут король Притака неожиданно понял, что ошибался относительной этой маленькой женщины. Здесь и сейчас, она была взволнованна не его резким обращением, а тем, что переживала за безопасность Мины.

– Король Бренд… – угрожающе начала она.

– Леди Саяра, – перебил он, увидев вдруг в ней королеву. Она действительно была королевой и если она преодолеет свою безропотную влюбленность в собственного супруга и откроет глаза, то сможет стать истинной королевой Микара и спасёт его от того, чего опасался отец Тарка. И Бренд тут же понял, что с этой женщиной не только нужно считаться, но и стоило бы добиться ее благосклонности. Он слегка поклонился ей, – прошу, прости мне мою горячность. Но мне необходимо поговорить с леди Араминой.

Она оценивающе и жёстко посмотрела на него и перевела взгляд на Мину. Та мягко улыбнулась ей, давая понять что всё в порядке. Саяра наконец отпустила руку Мины и проходя мимо Бренда твёрдо добавила:

– Леди Мина, мой очень близкий друг, король Бренд. Уверена, что ты будешь помнить об этом.

И не дожидаясь ответа, эта маленькая, хрупкая женщина гордо прошествовала мимо него. Бренд проводил ее взглядом, мысленно напомнив себе, что стоит выстроить с ней добрососедские отношения, и обернулся к Мине. Та спокойно смотрела на него:

– Король Бренд, – снова повторила она, но на этот раз в голосе не звучала усмешка, – Кажется, леди Саяра не благоволит тебе.

– Уверен, это поправимо, – он сделал паузу, – Удивительно другое. Леди Саяра называет другом потенциальную любовницу своего супруга.

Мина улыбнулась, глаза прищурились и она слегка склонила голову на бок. Бренд провоцировал ее, хотел узнать какова ее эмоциональная реакция. Он ждал в ответ негодования, гнева или гордого раздражения. Но вместо этого, она просто посмотрела на него так, словно он был слабоумным.

Усмехнувшись, она двинулась по краю клумбы в сторону скамьи. Бренд последовал за ней. В молчании они миновали цветочные островки и подошли к началу аллеи, что вела ко дворцу. Мина села на скамью. Бренд обратил внимание, что приподнявшийся край платья открыл ее обувь. Вместо туфлей, на ней были самые обычные, но весьма удобные ботинки. Арамина поймала его взгляд и снова улыбнулась.

– Тебе не интересно, о чем я хотел поговорить с тобой? – поинтересовался Бренд, когда пауза стала затягиваться. Мина в ответ лишь приподняла бровь, давай понять что вовсе не собирается проявлять любопытства.

Он прошёлся перед ней. Эта женщина переворачивала все его понятия. Он привык к тому, что люди вокруг опасались его, проявляли осторожность и взвешивали каждое своё слово. Он почти с легкостью мог предсказать реакции и поведение людей. Но эта женщина, не говоря ему ни слова, давала понять что была с ним на равных и ей было плевать, что он король одного из самых крупных созвездий Тинграда.

Бренд не понимал, откуда в глубине его сознания взялось это неясное волнение. Влечение, испытанное в их первые встречи, не просто не угасло, но переросло в нечто большее. Он страшился спросить самого себя, что это было. Откровенно говоря, он надеялся, что эта встреча охладит его, что спустя время он посмотрит на неё другими глазами и сможет выкинуть ее из головы. Он почти был прав. Он действительно смотрел на неё другими глазами, ещё сильнее испытывая необъяснимую тягу к ней.

Внутри него происходила огромная работа. В эту минуту он задавал и отвечал сам себе на сотни вопросов. И как бы это ни было для него самого странно, он твёрдо знал, что хотел и собирался предложит ей.

– Я хочу предложить тебе сделку, – серьезно проговорил он.

– Я вся внимание.

– Моей земле нужна королева. Не просто жена короля, а умная, сильная и мудрая королева. Я искал подобную женщину десять лет и нашёл. Я предлагаю тебе стать моей женой. Взамен, я обещаю тебе королевство, одно из самых богатых и могущественных в Тинграде.

Глава 9. Год, восемь месяцев и двадцать два дня

Арамина отправила Зурада к Бренду. Он подошёл к двери и не раздумывая вошёл и занял положенное ему место. К его удивлению, король уже был на ногах, хотя еще даже не рассвело. В своём кабинете, сидя за столом он вскрывал и читал письма, некоторые летели сразу же в мусор, другие он откладывал, а на некоторые сразу же писал ответ.

Пока король был занят, Зурад набрался храбрости и осмелел настолько, что решил осмотреться. В кабинете короля он был впервые и его поразил царящий вокруг порядок. Почти все поверхности были заставлены книгами, картами, письмами, свитками, но во всем этом многообразии прослеживался четкий, верный смысл. Зурад подумал, что очевидно у короля и выбора не было, в таком количестве информации и материала, без порядка было бы невозможно что-то найти.

Он так же заметил, что в движениях короля, даже в его позе, появилась скованность, угловатость. Он сидел буквально застыв, лишь правая рука его двигалась, вскрывая письма и нанося аккуратные строчки на бумагу. Зурад даже думать не хотел, какую боль испытывает король, от каждого движения. Он думал, что почувствует мрачное удовлетворение, на деле же он испытал уважение к королю, за его стойкость и преданность своему делу.

В кабинет почти бесшумно вошла служанка и Зурад с любопытством стал следить за ней. Она работала очень быстро и ловко и почти не издавала звуков.

– Ты что здесь делаешь? – холодный спокойный голос прозвучал, как гром среди ясного неба и тяжёлый взгляд заставил его съёжиться.

– Меня прислала королева, мой король.

Бренд ничего не ответил и вернулся к своим бумагам. Через некоторое время служанка закончила и покинула покои короля. Спустя еще несколько минут, Зурад услышал, как скрипнула дверь в другой комнате, очевидно там тоже закончили уборку.

– Так что сказала королева? – снова спросил Бренд.

– Она сочла необходимым, чтобы с тобой, мой король, присутствовал кто-то, кто знает и хорошо понимает твое состояние.

Король выслушал его ответ, даже не оторвавшись от своих дел и не подняв глаза. Зурад не знал, что ему делать. В покоях королевы для него было всё понятно, он знал режим Арамины, знал что ему делать и за что отвечать. Здесь же он совсем не понимал что от него требовалось, нужно ли ему было ждать распоряжений короля или действовать самому. А время бежало вперёд и вот уже миновало время второго завтрака.

И пока он был погружён в свои мысли, к королю стали приходить люди. Все они, с вежливой улыбкой интересовались самочувствием короля, но Зурад видел, что примерно половина делала это, просто из любопытства или даже ехидства. Другая же половина, искренне переживала за него. И Зурад вдруг приметил, что искренне переживали за короля советники суда, его старшие сенаторы, несколько герцогов и его помощники, то есть те самые люди, которые вошли в управленческий аппарат уже при Бренде. Ему стало любопытно, они переживали за короля из благодарности или из чувства преданности? Сам он не испытывал ни того, ни другого. Приходила герцогиня Силен и Зурад, по каким-то едва уловимым признакам почувствовал, между ними, что-то напоминающее отношения отца и дочери. Но Бренд явно держался холоднее, чем мог бы.

Поток вопросов и посетителей казался бесконечным. И это при том, что попасть к Бренду не так уж и просто. К нему приходили только с теми вопросами, с которыми не могли справится его советники и помощники. И все же желающих получить аудиенцию было очень много. Некоторых Бренд практически сразу выгонял, даже не дослушав, с кем-то долго общался, кого-то отправлял к своим советникам с письменными распоряжениями. И Зурад вдруг поразился тому, как быстро и ловко Бренд перестраивался, в зависимости от того, с кем он разговаривал. Менялось его выражение лица, интонация, даже манеры. И он вдруг понял, что даже вся его агрессия – это был лишь инструмент управления.

Когда поток посетителей закончился, Бренд отправил Зурада с несколькими поручениям и велел организовать ему обед в гостиной. Зурад был счастлив заняться хоть чем-то, проведя пол дня в безделии, он подумывал попроситься обратно к королеве, но боялся реакции своего монарха. Понаблюдав за ним пол дня, Зурад вдруг ярко осознал, что Бренд был гораздо опаснее, умнее и могущественнее, чем он только мог себе представить. Зурад всегда считал его агрессивным гордецом и эгоистом, самовлюбленный развратником, теперь же он видел, что все это была лишь игра, помогающая ему управлять огромной планетой и ее населением.

Когда все было исполнено, Зурад стал мучаться вопросом, как ему позвать короля. И пока он мысленно рассуждал на эту тему, Бренд пришёл сам. Король шел уверено и спокойно и человек, не знающий его, мог бы даже и не заметить того, что вся его привычная стремительность и четкость движений испарилась.

Зурад налил ему вина, застелил стол и снова занял своё положение. И почувствовал на себе изучающий взгляд. Бренд пристально всматривался в него и Зураду казалось, что он видеть его насквозь.

– Ты прикасался к ней, Зурад? – тихий, хриплый голос короля снова прозвучал как гром среди ясного неба. На мгновение, Зурад растерялся и чуть не потерял самообладание. Его вывел из равновесия сам вопрос и тот факт, что король знал его по имени. Зурад всегда думал, что Бренд его воспринимал как пустое место.

– Это запрещено законом, мой король!

– А ещё запрещено лгать своему королю, – Зурад едва контролировал себя, понимая что оказался на лезвии ножа. Сердце в груди бешено стучало, но он изо всех сил старался сохранить внешнее спокойствие.

– Да, мой король, конечно я прикасался к ней. Я помогал ей во всем…

Бренд резко встал, Зурад не успел даже ничего понять, а на его горле сомкнулась сильная, как клещи рука и дернула вверх. Он оказался лицом к лицу с королем и Зурад вдруг увидел, что глаза Бренда были спокойны. Король словно испытывал его на прочность.

– Хочешь ее? – прорычал Бренд, словно хищник перед своей добычей.

– Разве можно не хотеть, столь откровенную красоту? Столь совершенную женщину? – он решил идти во банк, быть честным и будь что будет!

Бренд смотрел ещё несколько мгновений ему в лицо, а потом резко отпустил и Зурад рухнул на пол, от неожиданности.

– Ты либо слишком смелый, либо глупый.

– Глупо отрицать очевидное, мой король, – голос его был тихим, но твёрдым.

– Если бы ты только знал, как мне было сложно обладать ей… – Бренд произнёс это в задумчивости, словно сам для себя. Зураду было не понятно это странное «было» Бренда, он не мог понять того, что чувствовал Бренд, он обрёл теперь лёгкость, именно поэтому в его словах звучало это «было». Он хотел возразить королю, объяснить и словно почувствовав это, Бренд спросил – Ты хочешь что-то сказать?

– Я не понимаю тебя, мой король, – Бренд прищурился, но промолчал и Зурад рискнул продолжить, – Да, они все жаждут ее, хотят обладать ей… Но если бы ты только видел, как она смотрит на тебя… Никогда и ни на кого она так не смотрела.

– Если мне понадобится понимание прислужника, я дам ему об этом знать, – Зурад прикусил язык.

Бренд смотрел на него какое-то время и Зураду даже показалось, что мысленно он был не здесь, а где-то далеко. Король сел в кресло и потянулся к песенным принадлежностям, стоявшим на соседней полке. Его рука заскользила по бумаге, он что-то быстро записывал и неожиданно снова заговорил.

– Ты не только прикасался к ней, но смеешь и наблюдать за ней… – Зурад похолодел. Ему показалось, что он сам сунул голову в петлю и затянул ее у себя на шее. Но Бренд продолжил абсолютно спокойно, – Считаешь меня глупцом, Зурад? Думаешь я всего этого не вижу, не знаю? Думаешь, что я оставил тебя с ней тогда, чтобы уязвить ее, наказать? Никто не должен был видеть ее слабости, никто не должен был навредить ей, но кто-то должен был позаботится о ней, – в спокойных фразах короля, Зурад вдруг почувствовал туманный смысл его действий, – Я бы предпочёл, чтобы это была женщина, но уж как сложилось…

– Нет предела твоей мудрости, мой…

– Заткнись! А ещё я знаю, – прошептал Бренд, – что ты подложил служанку, в постель моей королевы, в день смерти Геталя, – краска сошла с лица Зурада и он мелко задрожал, – Неужели ты серьезно полагал, что я поведусь на этот спектакль и спутаю собственную жену с какой-то девкой! – Зурад не знал что ему делать, что ему ответить, весь его мир перевернулся и весел на волоске, – Но тебе удалось ввести в заблуждение всех остальных, так что в целом, задумка удалась, – перо короля перестало скрипеть о бумагу, – Отнеси это Груму и возвращайся назад.

За весь день, Бренд больше не разговаривал с Зурадом, только давал поручения. Он бегал по этажам замка, в поисках необходимых людей, передавал распоряжения, провожал его в залы заседаний, таская стопки документов, относил и приносил письма, пытался разрулить толпу желающих встретиться с королем лично. Бренд не принимал никого после двух часов дня, но все равно находились те, кто считал что для них-то он сделает исключение.

К вечеру, в большой светлый зал, стали стекаться люди, на ежегодный бал в честь коронации. Бренд практически не занимался такими вопросами и не очень любил все эти традиции. Всю организацию и контроль брала на себя Арамина. Но король не мог не присутствовать на подобных мероприятиях, это была дань уважения людей к королю и отсутствуя, Бренд пренебрёг бы ими. Во время своего правления, Бренд уничтожил десяток традиций и столькими же пренебрёг, но были вещи, которые он старался соблюдать, в знак уважения к своими людям.

Зурад помог Бренду одеться, пристегнуть клинки и вдруг заметил, что король был крайне устал, его всегда живой, сильный взгляд, словно потускнел, лицо стало бледным. Он часто тяжело вздыхал, двигался медленно и периодически останавливался, словно для того, чтобы перевести дух.

Прислужник застегивал многочисленные ремни на груди Бренда и вдруг отчетливо почувствовал, почему Бренд был королем, до самого мозга костей. Он был сейчас в слабости, нуждался в помощи, но никому этого не показывал и одновременно с этим он умел принимать эту самую помощь, не теряя и не роняя своего достоинства и не впадая в состояние жертвы.

– Зурад, – голос короля прервал его размышления, – возьмёшь у кухарок кувшин вина, приготовленный специально для меня. Выльешь из него вино, так, чтобы никто не видел, и заменишь на виноградный сок.

– Да, мой король! – Зураду не требовалось уточнения, что никто не должен об этом знать.

– Иди.

***

Зурад стоял у стены, с кувшином в руках. Бал был в самом разгаре. Он осторожно наблюдал за королевской четой. Он видел, как Арамина всегда была слева от Бренда, как она ловко перехватывала всякое движение в сторону короля, которое могло причинить ему боль, как она вовремя подходила к нему, слегка касалась. И это было удивительно, она словно чувствовала его и создавала вокруг незримый щит. На удивление, Бренд тоже держался легко и непринужденно. Он пил только то вино, которое якобы было в руках у Зурада и мастерски нагонял постепенно на себя опьянение. Зурад даже задумался, бывал ли действительно король хоть когда-нибудь пьян? Или все его выходки, якобы под действием вина, были просто тщательно спланированными манипуляциям? Ещё днём Зурад заметил, что у Бренда в бокале часто стояло вино, он даже периодически подливал его заново, но так ни разу не сделал ни глотка.

– Твоё состояние становится заметно, Бренд, – тихо сказала Мина, – Сколько ты уже выпил?

– Три бокала! Ещё два и можно будет уходить.

Мина кивнула куда-то в сторону. Бренд отошёл от неё и стал медленно перемещаться в сторону Зурада, периодически останавливаясь и разговаривая с гостями. Здесь был и герцог Даян с младшим братом Бордом. Они владели крупнейшим и одним из самых богатых герцогств – Эрлингом. И это герцогство постоянно сидело крупной занозой в мыслях короля.

Когда-то, на Притаке свирепствовали страшные, жестокие эпидемии. Фактически, справится с ними удалось только Бренду, путем жесткого уничтожения старых традиций, приглашения врачей из других миров и приобретением лекарств из королевских средств. Бренд тогда очень сильно рисковал и остался практически без денег. Но он не гадал, он твёрдо знал что делал. В итоге, Притак за пару лет начал оправляться, смертность пошла на спад и как следствие, начали увеличиваться доходы и налоговые поступления.

Но не все было так гладко, как хотелось. Болезни, свирепствовавшие во время правления последних десяти королей, в том числе прадеда и деда Бренда, скосили огромное количество взрослого населения, вымирали целые города, но, на удивление, многие дети, ещё совсем малого возраста, выживали. Оставшись без родительского попечения, они были брошены на самостоятельную жизнь, ещё не окрепнув ни телом, ни разумом. К тому же сознание их, было безвозвратно повреждено перенесённой болезнью. Многие, естественно, погибали от голода, но были и те, кто умудрялся выжить. Но они представляли из себя совершенно диких и безумных существ, для них не существовало ни закона, ни традиций, ни власти. Они были практически лишены человеческого облика, да и разума, были не способны идти на контакт. Появление по близости незнакомых людей, вызывало у них приступы агрессии и они сразу же начинали атаковать.

К тому моменту, как Бренд стал королем, эти дикие люди, которых в народе называли «больные» стали активно размножаться и стекаться в герцогство Эрлинг. Причиной тому была очень плодородная земля, даже там, где она не возделывалась, можно было собрать обильный урожай. Этому же герцогству принадлежал и шельф, богатый редкими драгоценными камнями. Но с приходом в Эрлинг «больных», все это стало бесполезно. Люди не могли работать, стоило только кому-то покинуть охраняемую территорию, как случались нападения и убийства. Герцог Даян неоднократно обращался к королю за помощью, но Бренд был глух к этим мольбам.

К Зураду подошёл добродушный сенатор Саймон и подставил свой бокал.

– Налей мне вина!

– Мой господин, это вино для короля! – ещё ниже склонился в ответ прислужник.

– Я в курсе, – усмехнулся хмельной сенатор, – его готовят специально для него! Это лучшее вино! Так что давай, наливай быстрее!

– Это вино из лучших запасов, – Зурад переступил с ноги на ногу, не зная как избавиться от Саймона, – выдержано и приготовлено…

– Не болтай, а делай что говорят, – добродушно рявкнул сенатор, – а то я начинаю терять тер…

– Саймон, – полупьяный голос Бренда прогремел совсем рядом, – поди прочь от моей выпивки!

Сенатор что-то пробубнил и косо глянул на Зурада, кляня его, в сердцах, за не расторопность. К нему медленно подошёл Бренд и подставил свой бокал. Прислужник наполнил его и король поднёс бокал к губам и не глядя на него, заговорил:

– В следующий раз, обольёшь меня вином, – голос его теперь звучал четко и ясно, – после будешь ждать меня за дверью, – и не дожидаясь ответа, Бренд отошёл в сторону.

Зурад заметил мельчайшие капли пота, на висках Бренда, бледность лица и лихорадочный блеск глаз. Король держался из последних сил и сил этих оставалось совсем мало. Бал будет длится ещё несколько часов и Бренд не мог уйти просто так. Ему нужен был повод, хоть какой-то и таким поводом послужит его опьянение и пролитое на одежду вино.

Рядом вдруг оказалась королева с двумя бокалами. Он наполнил их и она отошла к королю и тот осушил свой кубок практически одним глотком. Зурад с искренним восхищением наблюдал, как король мастерски играет, как постепенно он входит в роль пьяного и развязанного короля. Если бы он сам лично, не вылил вино из графина, то ни за что бы не поверил, что Бренд был абсолютно трезв.

И тут Бренд резко развернулся к нему, пошатнулся и не твёрдой походкой подошел. Зурад постарался максимально расслабится. Бренд подошёл, держа бокал в левой руке, но он не мог его поднять. Ловко подставив тыльную сторону ладони под ножку бокала, Зурад повёл руку короля вверх и стал наливать вино. И тут Бренд слегка подался вперед, на него, и толкнул кувшин. Этого было не достаточно, для того чтобы опрокинуть, но Зурад моментально сориентировался и пролил вино на рукав короля.

– Ах ты, – выругался Бренд и свободной правой рукой поддал кувшин так, что он вылетел из рук прислужника и ещё больше облил его вином. Зурад съёжился и согнулся, а Бренд навис над ним, – чертов.... безрукий… – Бренд был уже так пьян, что слова с трудом складывались в предложения. Но Зурад успел заметить, что на самом деле, короля накрыла боль, когда он перевернул кувшин, прислужнику пришлось отпустить его руку, что было весьма болезненно. Но даже в таком состоянии, даже зная, что Бренд играет, Зурад не на шутку пугался его. Осыпав всевозможными ругательствами, Бренд выгнал его из зала. Обернувшись, он увидел толпу любопытных. В непонимании, он развёл руками и окинул всех хмурым взглядом, – Шоу окончено! – люди стали спешно отводить глаза, – Господа, – выговорил король и пошатнулся, – я вынужден вас покинуть.

Еле переставляя ноги, он направился к выходу из зала. Как только дверь за ним закрылась, Бренд упёрся рукой в стену и долго, тяжело дышал. Зурад молча подошёл к нему и подставил своё плечо, Бренд оперся на него и они медленно и осторожно направились в его покои. Бренду было плохо, его действительно шатало, каждый шаг давался ему с болью, но он шёл. Шёл не роняя своей гордой осанки, не теряя присутствия духа и не впадая в уныние.

– К королеве, – просто прошептал он, не в силах вдаваться в подробности.

Войдя в спальню королевы, Зурад помог королю опуститься на постель. И неожиданно Бренд как-то весь поник, ссутулился и уронил голову на руку. Прислужник ждал какое-то время, в надежде что король даст ему распоряжение, но не дождавшись, он опустился перед ним на колени и осторожно начал расстегивать камзол, отстегнул ножны и тут Бренд словно очнулся и как-то странно посмотрел на него. Глаза короля необычно блестели и в лицо появилось что-то незнакомое, безумное.

– Меня тошнит, – без эмоций выдал Бренд. Зурад вскочил и скрылся за дверью, но уже через минуту он снова появился, с тазом и полотенцами. Король как будто не заметил его исчезновения. Он снова опустился перед ним на колени, – Зурад! – удивление на его лице было не поддельным и через мгновение оно сменилось мягкой, слегка безумной, улыбкой, – Мальчик, Зурад, – неожиданно Бренд согнулся и его обильно стошнило, – кажется, меня тошнит от тебя, – и король рассмеялся.

Зурад сидел перед ним бледный как полотно, он весь мелко дрожал, горло мгновенно пересохло. Ему стало жутко от слов и поведения короля. Что вообще происходило?

Дверь распахнулась и в комнату вошла Арамина. Ей хватило одного взгляда, чтобы понять состояние короля. Без лишних слов, она помогла Бренду раздеться и стала снимать повязку с его руки.

– Зурад, принеси чистые бинты и лекарства, – Зурад не слышал, он как заворожённый смотрел на Бренда, – Зурад! – она хлопнула его по плечу, – и прекрати пялится на короля.

– Да, моя королева.

Зурад встряхнулся и отогнал от себя наваждение. Не время было пугаться состояния и слов короля, нужно было, в первую очередь, помочь ему. Зурад спешно выполнил приказ королевы и принёс всё, что она просила.

Мина безжалостно сорвала бинты и осмотрела швы на плече короля, на предмет воспаления. Все раны были чисты.

– Мало тебе, – вдруг зашипел на неё Бренд, – что я трахать больше никого не могу, так ты ещё и крови моей хочешь?

Мина не отреагировала. Бренд засмеялся, а потом резко замолчал и погрузился в тяжелое раздумье. Но не прошло и нескольких минут, как он снова улыбнулся и даже потрепал волосы на голове прислужника. Это совсем выбило его из колеи.

– Что с ним, моя королева? Он пьян? – Зурад пытался найти какое-то объяснение происходящему, цепляясь даже за невероятное.

– Лучше бы он был пьян, – Мина осторожно приобняла Бренда и мягко надавила на него, он поддался и она помогла ему лечь, он мгновенно затих, словно потеряв остатки сознания, – у него лихорадка. Тело не справилось с нагрузкой.

– Это серьезно, моя королева?

– Узнаем… Ночь предстоит не простая. Я должна вернуться на бал, оставайся пока с ним.

– Да, моя королева.

***

– Ты решил повысить меня со звания любовницы принца Микара, до королевы Притака? – она даже не пыталась скрыть иронии в голосе. Бренд фыркнул.

– Глупая была провокация.

– Глупая, – подтвердила она шепотом.

Бренд снова прошёлся перед ней туда и обратно. Он был не привычно раздражён и взволнован.

– Ты отказываешь мне? – прямо спросил он. Мина серьезно посмотрела на него.

– Передо мной миллионы дорог и тысячи миров, я вольна побывать где угодно. К чему мне посвящать себя одному миру, пусть даже и такому крупному, как Притак, на условиях сомнительной сделки? Я не хочу обязательств и не хочу никого обязывать. Я отказываюсь от любых сделок.

Наступила тягостная пауза. Брови Бренда были нахмурены. Он серьезно смотрел на Мину сверху вниз, обдумывая сказанное ею.

– Тогда просто будь моей королевой, – эти слова вырвались раньше, чем он успел их осмыслить.

Бренд нахмурился ещё сильнее, его разбирали злость и раздражение, но он знал, что за этим скрывался страх. Он привык к безотказности женщин, покорности. А Арамина была не просто наравне с ним, она обладала какой-то огромной силой, с которой Бренд ещё ни разу не сталкивался.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.