В погоне за демоном
Кира Киммерс

Редактор Диана Тимонина

Корректор Наталия Карелина

Иллюстратор Маргарита Воронкова

Дизайн обложки macrobocus.com

© Кира Киммерс, 2024

© Маргарита Воронкова, иллюстрации, 2024

ISBN 978-5-0062-7924-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Заговор

Начало октября в этом году выдалось тёплое и дождливое. Листва уже давно пожелтела и готовилась дружно застелить дорожки, парки и скверы пёстрыми коврами, но частые порывы ветра и сырость разбросали её по бордюрам и кустам, каждый день прибавляя дворникам работы.

С утра светило солнце. К вечеру же снова наползли серые тучи и стали уныло изливать свою грусть на прохожих. Люди заспешили, побежали ещё быстрее кто куда. В метро, к магазинам, под навесы ближайших остановок. Улица заполнилась яркими зонтами, которые хаотично появлялись и исчезали перед дверьми залитых дождём автобусов. Подул сильный ветер, и мокрая листва посыпалась с деревьев жёлто-зелёным дождём.

Особенно много её было в сквере за автобусной остановкой. Будто радуясь своей щедрости, огромные дубы и клёны беспрестанно осыпали листьями стоящие под ними мокрые лавочки.

На одной из них, раскрыв чёрный зонт и изредка стряхивая с него падающую листву, сидел человек. При сильных порывах ветра дождь оставлял мокрые пятна на его светлом пиджаке. Но человек не уходил, продолжая ждать, ровно держа зонт над головой.

Когда в сквере кроме него больше никого не осталось, из-за угла появился мужчина в тёмном пальто и, подсев к нему, кашлянул в кулак и спросил:

– Давно ждёте, мистер Грау?

Человек в светлом пиджаке наконец-то повернул голову:

– Больше, чем вы можете себе представить, Моретти. Оно у вас?

– Да, всё как договаривались. Сумма пришла на мой счёт сегодня утром, поэтому не вижу причин не сдержать обещание.

Он полез во внутренний карман, вынул оттуда небольшую чёрную коробочку и стал вертеть её в руках.

Это не понравилось его собеседнику. Тот резким движением вырвал её из рук Моретти и приоткрыл.

– Не стоит, не стоит, мой друг, так неосторожно обращаться с этой вещью. Это наш ключ к новому миру. Скоро всё изменится. – И, убедившись, что нужный предмет внутри, он закрыл коробочку и убрал в карман пиджака.

Дождь прекратился, лишь редкие крупные капли продолжали падать с промокших деревьев.

Моретти достал сигарету. Та сама зажглась в его руке. Он затянулся.

– Жаль, вы не курите, Грау… Что ж, мне пора возвращаться, но я надеюсь, что мы с вами ещё встретимся. Когда вы всё измените… Желаю вам удачи в вашем нелёгком деле! – И он заулыбался, качая головой, будто сомневался в успехе задуманного его собеседником мероприятия.

– Моретти, мне, возможно, снова понадобится ваша помощь, – задумчиво произнёс Грау. – Может быть, скоро я опять обращусь к вам…

Но его речь прервала серия ярких молний в центральной части сквера. Это было странно, ведь небо уже почти прояснилось и робкие солнечные лучи снова играли яркими бликами на мокрой листве.

Грау вскочил со своего места:

– Я свяжусь с вами позже!

Он поспешил к выходу и, запрыгнув в уходящий автобус, исчез.

Моретти быстрым шагом направился в другую сторону и у ближайшего входа в метро растворился в толпе.

Через несколько минут к лавочке, где они сидели, подошёл человек. Он внимательно оглядел это место, взял в руки зонт, который так и остался висеть на изогнутой рукояти, и медленно подул на него. С зонта посыпалась блестящая синяя пыль. Она приобрела очертания мистера Грау и затем растаяла. Человек бросил зонт в рядом стоящую урну и не спеша вышел из сквера.

Глава 2. Подруги

Яна посмотрела на часы. 18:15. «Неужели, неужели я сегодня в кои-то веки ухожу домой вовремя!» Она подошла к остановке и встала рядом в ожидании автобуса. Близко подходить не хотелось. «Как всегда, народу полно. Зачем лезть в эту кучу? Хорошо ещё, что дождь кончился, а то я без зонта. И как умудрилась забыть его дома? Знала ведь, что пригодится, – накануне вечером смотрела по телевизору прогноз погоды».

Уже третий год Яна работала в «Кноблаух унд Штайнер» менеджером по продажам. Продавали они садовую технику всех мастей. Работа была не очень интересная, но зато зарплата – гораздо выше её предыдущей, да и офис располагался недалеко от квартиры, так что в целом она была всем довольна. С начальником тоже повезло – он хорошо относился к своим подчинённым, но всё же имел один недостаток: почти всё время он задерживал сотрудников после окончания рабочего дня. Правда, все уже к этому привыкли и радовались, когда удавалось сбежать пораньше.

Поэтому сегодня радовалась и Яна. В приподнятом настроении она последней втиснулась в набитый автобус и встала лицом к выходу. До дома ехать было всего три остановки. Двери начали закрываться, но тут, раздвигая их локтями, в автобус запрыгнул мужчина в светлом пиджаке и, наступив Яне на ногу, бесцеремонно протолкнул её вглубь, в толпу. Девушка многозначительно посмотрела на него недовольным взглядом, стараясь сделать такое лицо, чтобы он, увидев его, ощутил всю её боль и негодование, но не сказала ни слова. Она ждала, что тот извинится, но он даже не посмотрел на неё, всё косился в сторону, пытаясь разглядеть заднее окно автобуса, в котором виднелись очертания удаляющегося сквера с высокими, колышущимися на ветру деревьями.

Мысленно обругав наглеца, Яна стала рассматривать его галстук. Просто из-за тесноты кроме этого хама ей ничего больше не было видно, а на лицо смотреть не хотелось. Галстук же показался ей необычным, даже интересным. Плотная чёрная ткань состояла из небольших кожаных чешуек, будто из шкуры какой-то редкой рептилии.

Не то чтобы она считала себя специалистом по мужским галстукам, но в офисе многие сотрудники носили этот аксессуар, и ничего даже близко похожего она раньше ни у кого не встречала.

На следующей же остановке мужчина вышел из автобуса, так и не взглянув на неё, и она до самого дома продолжала с негодованием вспоминать об этом неприятном инциденте.

Вечером ей подняла настроение её подруга Ханна. Она, как и Яна, работала в «Кноблаух унд Штайнер», но сидела на другом этаже, в отделе кадров. Так совпало, что они с ней вместе два года назад пришли устраиваться на работу, и обе остались на фирме. Потом часто встречались в обеденный перерыв в столовой и как-то сдружились. Обе – примерно одного возраста, не обременённые семьёй или отношениями и в той или иной мере страдающие от этого. Только Яна была жгучей брюнеткой, а Ханна – блондинкой с вьющимися волосами.

Подруга предлагала пойти куда-нибудь в эту пятницу. Они периодически ходили с ней в клубы, на дискотеки, на выставки.

По пятницам, ближе к завершению рабочего дня, просыпалось чувство какой-то особенной, животной свободы из-за окончания очередной трудовой недели, и такой отрыв от повседневности именно в этот день казался наиболее оправданным. Что ж, планов всё равно не было, и они договорились встретиться в назначенный день у метро.

За окном совсем стемнело. Яна готовила ужин и за этим нехитрым занятием представляла себе их поход. И конечно, каждый раз она мечтала, что познакомится там с кем-то и жизнь её изменится. Но сколько бы они ни ходили в подобные места, ничего не менялось. Бывало, приятно общались, но дальше дело не заходило. Сама же навязываться Яна не хотела, поэтому снова и снова после очередного пустого вечера предавалась мыслям о том, что зря не поехала никуда в летний отпуск, а осталась дома, успешно набрав пару лишних килограммов…

Яна знала, что не красавица. Совсем обычная девушка, с веснушками на носу, которые появлялись весной и исчезали осенью, внешне ничем не примечательная. Она была добрым, хорошим человеком, но это раскрывалось не сразу. Поэтому, не питая иллюзий по поводу очередного похода в ночной клуб, она всё равно где-то глубоко в душе верила и ждала, что когда-нибудь что-то изменится.

В пятницу в офисе случилась неприятность. Так иногда бывает в командной работе: кто-то что-то когда-то забыл, недосмотрел, недоразобрался и оставил на авось. Так произошло и на этот раз. Прошло время, косяк всплыл и больно ударил по Яне. Дело касалось клиента, за которого она отвечала, поэтому в определённой степени всё связанное с ним теперь пришлось разгребать ей.

Расстроенная неприятным разговором с начальником отдела, Яна принялась разбираться в проблеме. Настроение с утра было испорчено.

За обедом они встретились с Ханной в столовой.

– Эй, даже в голову не бери! Ваш Йозеф, – в отсутствие других сотрудников Ханна почему-то всегда называла всех начальников по именам, хотя те были как минимум вдвое старше них, – он же всегда ворчит, всегда! Ему всегда всё не так! Пора бы уже привыкнуть. Зато хорошие премии выписывает! У нас с этим вообще труба, ты знаешь…

Яна молча кивала, наматывая на вилку спагетти и равнодушно отправляя их в рот.

Ханна продолжала:

– Ничего, вечером оторвёмся с тобой! Ты ждёшь? Я жду! Я всю неделю мечтаю! Хочу надеть своё бордовое платье, оно не такое короткое, как красное… И потеплее в нём, а то в прошлый раз холодно было. Ты в чём пойдёшь?

– В чёрном, наверное…

У Яны было чёрное платье, которое, как ей казалось, сидит лучше всех. В нём она виделась себе и стройнее, и привлекательнее. Конечно, у неё имелись и другие, но это она надевала чаще всего. Самое любимое.

– Опять в том, у которого молния спереди? Ну ты чё, ну бли-ин! Ты в нём в прошлый раз ходила! Так же неинтересно! Надень синее, помнишь, которое мы вместе купили…

– Можно и синее. Но у него сзади неудобно, топорщится всё… его надо бы ушить чуть-чуть, – безразлично пробормотала Яна, уставившись в одну точку. – Хотя… сейчас, может, уже и не надо ушивать… – грустным голосом добавила она.

– Так… – Ханна решила приободрить подругу. – Ну-ка не кисни! Я вот прям чувствую, сегодня будет интересно! Сто процентов, познакомимся с кем-нибудь!

– Ты так всегда говоришь, – вздохнула Яна. – Вообще, сегодня пятница, тринадцатое. Вот мне и влетело. Я уже не знаю, может, лучше вечером дома остаться.

– Нет-нет! – Ханна испугалась, что их весёлые планы рухнут, а одна она идти не хотела. – Даже не думай! Всё будет хорошо! Дай я тебя обниму, ты же у нас умница! Смотри, кто был в прошлом месяце у вас в отделе лучшим сотрудником? Ты! Все эти неприятности забудутся, и потом будешь жалеть, что не пошла. Так что давай – ноги в руки, и я тебя вечером жду! Янчик, окей?

Ханна часто называла её Янчик. Никто так больше не звал, только она. Яна была не против, ей нравилось. Необычно так. Она даже чувствовала себя ещё моложе, слыша звонкое «Янчик».

– Ну всё, Янчик, я побежала! До вечера! – крикнула ей Ханна и исчезла в дверях лифта.

Вечером Яна опять задержалась на работе дольше положенного. Вбежав домой, она всё-таки натянула любимое чёрное платье, так как на эксперименты не оставалось времени. Накрасилась, собрала маленькую сумочку и поехала на метро к месту встречи с подругой.

Та уже ждала её там. Глаза Ханны сияли от радости.

– Я боялась, что ты не придёшь! – воскликнула она, увидев Яну.

– Да нет, вот, пришла! Договаривались же…

– Ты что, опять в чёрном, что ли? Янчик, ну ты даёшь! – расстроенно протянула Ханна. – Так, в следующие выходные мы пойдём выбирать тебе новое! И чтобы хорошо сидело, не как синее!

– Да синее просто ушить надо, руки всё не дойдут…

Они направились в сторону клуба.

Звуки электронной музыки и пульсирующие ритмы встретили их накатывающими волнами с самого порога. В неярком свете коридора толпились люди, мешая пройти. Мимо пролетали смех, разговоры, запах табачного дыма переплетался с ароматами модных парфюмов. В этом месте Яна оказалась впервые. Ханна уверенно потащила её вперёд.

– Ты уже бывала здесь? – прокричала ей на ухо Яна.

– Да, давно! – ответила та. – Здесь классный бар! Там у них стойка прикольная, покажу сейчас!

В зале уже собралась целая толпа. Музыка гремела чёткими, ритмичными раскатами, мерцающие разноцветные огни освещали помещение, бегая туда-сюда по стенам, полу, потолку. Все столики по краям зала заняли парочки. Ханна показала Яне направление к бару. Наконец они устроились поудобнее на высоких чёрных стульях с серебряными ножками и заказали мохито.

Ханна улыбалась во весь рот и оглядывалась по сторонам. Ей нравилось всё, что она видела вокруг. Жизнь кипела. Она наслаждалась этой энергией и копила её, чтобы вот-вот самой броситься туда, в самую толпу, и начать танцевать. Она, в отличие от Яны, проще знакомилась с новыми людьми благодаря своему весёлому и лёгкому нраву, а её задорная улыбка чудесно сочеталась с милым курносым носиком. Однако, несмотря на это, каких-то постоянных отношений у неё тоже до сих пор не было. Может быть, потому что в душе она всё же ждала именно принца, который носил бы её на руках, любви, сказочной и прекрасной, как тысяча звёзд в ночном небе, но никто в итоге не дотягивал до этой планки даже близко.

– Смотри, какая крутая у них тут столешница! – Ханна постучала костяшками пальцев по столу.

Тот был действительно необычным. Полосы деревянных срезов причудливо переплетались со сверкающими тёмно-синими абстрактными узорами. В разные стороны от них расходились чёрные, будто оставленные ударом молнии, обожжённые ветви, что придавало стойке некую брутальность и таинственность, приковывало взгляд, заставляя снова и снова рассматривать мерцающую синеву.

– Да, здорово сделано! – согласилась Яна.

– Всё, выбрасывай из головы свои отчёты, пойдём танцевать! – Ханна допила мохито и, маня её, стала отходить спиной в зал, к танцующим.

Яна цедила через трубочку остатки тающего льда. «Что-то и танцевать-то сегодня не хочется…» – думала она. Посидев ещё немного, девушка всё-таки собралась с духом, соскочила с высокого стула и пошла искать Ханну. Она обошла зал и увидела её недалеко, рядом с каким-то высоким парнем. Яна не стала подходить ближе, лишь подождала смены музыкального трека и вернулась в бар.

– Ещё мохито? – спросил её бармен.

– А посоветуйте, есть какой-нибудь коктейль покрепче? – неожиданно для себя спросила Яна и глубоко и грустно вздохнула.

– Возьмите «Лонг-Айленд», – тут же невозмутимо ответил ей бармен.

У Яны с Ханной была негласная договорённость: если кто-то из них вдруг с кем-то знакомится на вечеринке или где-то ещё, то другая не мешает, и более того, чтобы не смущать, ничем не выдаёт новому знакомому подруги своё присутствие.

«Похоже, домой я сегодня пойду одна», – с грустью подумала Яна. Но ей не было обидно, наоборот, она всей душой желала, чтобы Ханна с кем-нибудь познакомилась, а в идеале – нашла свою любовь.

Танцевать не хотелось. Она допила «Лонг-Айленд» и заказала ещё один. Приятная слабость разлилась по всему телу. Ноги, будто ватные, слушались нехотя, лениво.

Яна, допивая второй коктейль, развернулась лицом к залу. Музыка в ушах плыла, стало казаться, что она везде – в платье и сумочке, в голове, ладонях, ногах… Вот пару раз снова промелькнула Ханна. Она широко улыбалась, махала руками, ей было весело. Яна не смогла разглядеть получше парня рядом с ней, но это было и не важно.

Танцующая толпа двигалась, словно в замедленной съёмке, всё стало как во сне, такое плавное, смазанное, отдалённое, простое. Было странно ощущать всё это, и Яна решила сходить в дамскую комнату освежиться.

Оказавшись вдали от грохочущей музыки, она умылась. Ноги всё ещё казались ватными, но окружающий мир перестал плыть у неё перед глазами и худо-бедно встал на положенное ему место. Настроение улучшилось. «Ну что, теперь самое время оторваться!» – взбодрилась Яна и решила, что готова наконец танцевать и лавировать в толпе, не обращая ни на кого внимания. Она одёрнула платье и направилась к выходу.

Подойдя к тяжёлой распашной двери, которая отделяла зал от подсобных помещений, девушка приготовилась было оттолкнуть её как следует плечом, но вдруг та резко распахнулась, больно ударив по руке. Из зала вышел человек и быстро исчез в темноте коридоров.

Яна опешила от случившегося. «Ни фига себе!» – пролетело у неё в голове. Первым, что она увидела после удара, был галстук. «Тот, чёрт возьми, чёрный с мелкими чешуйками галстук!»

Яна, ахнув, обернулась мужчине вслед. Да, определённо это был он, тот хам из автобуса. И вот опять – ни «извините», ни «простите»! Будь Яна в трезвом состоянии, скорее всего, она бы снова мысленно обругала его, а потом забыла бы о случившемся. Но сейчас где-то на уровне её глаз плескался «Лонг-Айленд», и они начали краснеть от ярости. Обострённое чувство справедливости захлестнуло её, и, громко фыркнув, она развернулась и пошла вслед за наглецом, чтобы высказать ему всё, что о нём думает.

Глава 3. Ошибка

Столы, стулья, компьютеры. Столы, стулья, компьютеры. Тёмные стены. Картины с огненными тварями, кулер с водой. Жалюзи, прикрывающие пару узких окон, доска для презентаций, видеопроектор под потолком. Вот уже год, как Моретти работал в этом месте, в Представительстве ада на Земле. Конечно, для людей это выглядело внешне как обычная аудиторская контора и обычные работники, но для другой стороны этого мира всё было иначе.

С утра офисные демоны спешили на свои рабочие места. Представительство, отдел коммуникаций и небольшая часть архива находились именно на Земле, как на нейтральной территории. Дел всегда было невпроворот. Сотрудники разбирали нескончаемые жалобы, просьбы, обращения и претензии. Печатали и перенаправляли документы. Занимались переводами и пересылкой, сортировали и обновляли базы данных, выезжали для встреч на местах, затем собирались снова вместе и делились результатами своих трудов.

Моретти служил в архиве уже давно. В отделе его уважали и даже удивлялись, почему такой высококлассный переводчик работает тут, у них, а не в Огненной библиотеке, в центральных залах. Моретти это льстило, он видел, что в его деле ему не было равных и всё давалось легко. Вскоре захотелось чего-то большего. Большей свободы, большей власти. Он стал просить шефа продвинуть его из архива в организационные отделы Представительства. Но тот отказал, так как переводчик был нужнее всего именно здесь. И Моретти понял, что он застрял, пока у них не появится ещё один его коллега. И даже в одно время надумал уходить, но потом решил подождать.

У работы в архиве тоже были свои плюсы. Через него проходило много интересных вещей, в том числе артефакты разного рода потусторонних расследований и таинственных событий, которые закрывались впоследствии в бесконечных ячейках подвалов на вечность, уходя в историю, в небытие, и никто, кроме него, даже порой и не знал об их существовании. Так было и с объектом 003256ax90. Несколько месяцев назад тот попал к нему в руки после серии загадочных исчезновений тёмных сущностей на Земле. Расследованием занимался демон из отдела безопасности, по документам проходивший как Александр Грау. Моретти тогда ничего не слышал о нём. Просто ребята быстренько сделали свою работу, как полагалось по инструкциям, и ещё одно нераскрытое дело за неимением каких-либо зацепок в итоге было убрано руками Моретти в бесконечные архивы на Восточной улице.

Но однажды он встретил Александра Грау на ежегодном собрании в центре. Случай свёл их за одним столиком в тот вечер, и они разговорились. Моретти рассказал многое о себе и своих выдающихся заслугах на поприще служения древним переводам и современным артефактам. Грау же больше слушал и не переставал восхищаться талантами собеседника. Потом Моретти вспомнил про дело, которое вёл Грау, и что именно он убирал все документы в ящик забвения. Собеседник же снова сыпал комплиментами и расхваливал его феноменальную память.

Несколькими днями позже новый знакомый попросил его о встрече. Моретти, разумеется, не отказал ему, более того, он был рад встретиться снова с этим приятным в общении демоном. На встрече тот озвучил странную просьбу, даже скорее предложение. Он хотел, чтобы Моретти забрал из архива чёрную коробочку с содержимым по тому делу, о котором они вспоминали на собрании. Конечно же, не бесплатно, а за приличную сумму, которой хватило бы, чтобы пару веков жить припеваючи в тихом тёплом местечке.

Моретти задумался. Ему стало интересно, что же там и зачем ему это. Грау ответил, что у него есть мечта, что он хочет сделать жизнь демонов на Земле лучше и что кристалл, который находится в коробочке, незаслуженно предан забвению. Он сказал, что камень обладает неким потенциалом и его нужно исследовать. А так как официальным путём добиться экспертизы у него не получилось, то он считал своим долгом использовать любую возможность. С деньгами же у него проблем не было, тем более для такого замечательного демона, как Моретти. И даже если вдруг пропажа откроется и того за это уволят, то ему будет на какие средства начать новую беззаботную жизнь. Он очень хотел донести до Моретти, что поступает правильно и это может стать большим открытием, принесёт благо всем.

Моретти не сильно проникся речами о новой сладкой жизни, молочных реках и кисельных берегах, но почему-то ему ужасно захотелось выполнить эту просьбу. И не из-за денег, а из принципа, как говорил он себе, ведь он всегда уважал не чисто формальное отношение к работе и обязанностям. Но на самом деле больше из-за гордыни и тщеславия. Ему почему-то вдруг стало просто необходимо доказать Грау, что он способен даже на то, что другим не под силу.

А теперь он сидел в офисе у себя за столом и всё вспоминал слова, сказанные ему вчера на лавочке в сквере. «Новый мир… Что же он имел в виду? Новый… Надо было лучше расспросить его… жаль, не успел… Может, стоит позвонить и уточнить?..» Эта ситуация вдруг перестала нравиться Моретти. Он взглянул на неё под другим углом и увидел, что она может оказаться не так проста, как ему поначалу казалось. «А если я совершил ошибку и это что-то важное, действительно важное? Ведь так я могу оказаться втянутым в большие неприятности. И где только были мои мозги… Ну да ладно, авось обойдётся», – думал он. Но на работе сосредоточиться не получалось, глубоко внутри поселился страх.

Мимо прошёл Майкл, сотрудник из их отдела.

– Фабио, тебя шеф зовёт, давай бегом!

Моретти мысленно выругался. «Ещё не хватало… Что такого могло случиться?.. Явно ничего хорошего…»

Они не часто видели шефа, тот был слишком важной шишкой и редко снисходил до общения с простыми клерками. Для решения каких-то вопросов на аудиенцию к нему приходилось записываться чуть ли не за месяц. Но это было понятно, всё Представительство, со всеми его отделами и подотделами, находилось в его подчинении – ни много ни мало почти пять тысяч демонов и бесов крупного и мелкого калибра.

Моретти побаивался своего начальника. Про него ходили разные слухи. Что он направо и налево распихивал нерадивых сотрудников прямиком в ад к старым котлам и рудникам, что наказывал своих непосредственных подчинённых ментальным демоническим воздействием, что лично знаком с ангелом и даже бывал в раю и вернулся оттуда целым и невредимым.

Конечно, Моретти считал всё это сказками, но тем не менее не на шутку забеспокоился, когда его вызвали к шефу в кабинет. Он вздохнул и не спеша пошёл к лифту.

Тринадцатый этаж выглядел гораздо богаче остальных. Просторный холл украшали ковры, вазы и статуэтки демонов и демониц, картины с изображением слуг Люцифера. Двери и наличники, выполненные из дорогой древесины тёмно-красного цвета, украшали резные орнаменты и вензеля.

Он подошёл к секретарю.

– Фабио Моретти, архив. Вызывали?

Суккуба с внешностью миловидной женщины, в продолговатых очках и с красивой брошью в виде змеи на бежевом пиджаке, строго сказала:

– Моретти, заходите, господин Оксенхорн ждёт вас.

Он ещё раз глубоко вздохнул и, постучав в дверь, робко вошёл.

– Вызывали, шеф?

Терпкий запах табачного дыма сразу ударил в нос.

– Да, да, проходи, Фабио, садись, – раздался знакомый приветливый голос.

Но он знал, что за этим голосом скрывается демон пятого круга, который при желании раздавит его как муху, и его внутренний страх начал расти.

Эти высокие бордовые стены, длинный стол, огромное кресло… Он просто утонул в нём, почувствовав себя мелким и ничтожным.

«Золотая статуэтка на столе… Это что, Люцифер? Невероятное сходство. Невозможно долго даже смотреть на неё, будто она прожигает тебя взглядом насквозь. Шеф, как всегда, в чёрном костюме… Рядом – сигара… Похоже, Gurkha Black Dragon… Чёрт возьми, восемнадцатилетний табак и тринадцать сотен баксов за штуку… – механически отметил про себя Моретти с некоторой завистью. – Что же случилось всё-таки?.. Лицо вроде спокойное, но по нему фиг поймёшь…»

Начальник что-то искал на столе, приподнимая то одну, то другую стопку бумаг.

– А, вот, – он наконец-то нашёл нужный листок и протянул его Моретти.

Тот поднялся и взял его в руки.

– Это в твой отдел утром пришло. Собственно, поэтому я тебя и позвал. Нужно будет восстановить один артефакт и отправить светлым. Запрос срочный, высокоуровневый, там серьёзные ребята ждут. Давай, сделай побыстрее. Фабио, ты меня слышишь?

Шеф посмотрел на сотрудника, и ему не понравилось, что Моретти впал в ступор. Тот взглянул на бумагу в своих руках, прочитал запрос и, к своему ужасу, увидел знакомый номер: «003256ax90 / Исполнено: Александр Грау». Фабио окатила волна страха и негодования. «Вот оно… Да что же это… Как же так? Почему? Грау подставил меня? Что-то знал? Он обманул меня? Что же там было?» Вопросы летели в голове со скоростью проносящегося мимо пригородных станций Восточного экспресса.

– Фабио, я понимаю, пятница, все устали, но давай, это нужно сделать сегодня. Ты меня понял?

Шеф серьёзно посмотрел на Моретти, в его глазах засветилось адское пламя.

Фабио закивал изо всех сил.

– Да, сэр, я сейчас же этим займусь! – выпалил он и пулей выбежал из кабинета.

Он решил во что бы то ни стало вновь встретиться с Грау. И как можно скорее! Если он объяснит ему ситуацию и отыграет всё назад, тот пойдёт ему навстречу, и всё удастся замять.

«Светлые… Если дело касается их, то, обнаружив пропажу, меня не просто уволят. Церберу в задницу эти деньги… Тут уже собственная шкура запахнет палёным, можно и на рудники загреметь на всю оставшуюся вечность, а то и вовсе…» У Моретти началась паника. Он ругал себя последними словами за свою беспечность, ругал хитреца Грау и долбаных светлых, которым не месяц назад, а именно сейчас приспичило получить эту грёбаную чёрную коробку. Он накинул плащ, выбежал на улицу и стал набирать номер Александра, чтобы договориться о срочной встрече.

Глава 4. Необъяснимое

С уверенностью в своей правоте и жаждой справедливости Яна шла на своих все ещё ватных ногах по мягкой дорожке коридора. В ушах отдавались отголоски музыки из зала, маленькая сумочка при каждом шаге била её металлическим замком по бедру, и Яна всё гордо откидывала и откидывала её за спину, но та через пару шагов возвращалась вновь на своё прежнее место и принималась за старое.

Музыка становилась всё тише. Девушка спустилась по ступенькам узкого коридора и увидела приоткрытую железную дверь – запасной выход на улицу с обратной стороны здания. Она замедлила шаг в метре от неё, почувствовав отвратительный запах помойки.

Совсем рядом оказалась ещё одна незакрытая дверь. Похоже, она вела в помещение с мусорными баками. Запах стоял такой, что сразу хотелось удавиться.

Яна зажала нос и рот ладонью и уже было решила вернуться, плюнуть на хама, который наверняка успел выйти на улицу и скрыться, как вдруг услышала голоса. Не подходя близко к двери и не разжимая носа, она сделала шаг в сторону, чтобы взглянуть через дверную щель.

Человек со странным галстуком стоял на улице, к ней спиной. Он разговаривал с молодым темноволосым мужчиной в плаще. Яна пыталась вслушиваться, но не могла разобрать ни слова. Темноволосый, бурно жестикулируя, не переставал говорить. Его собеседник сначала молчал, затем ответил что-то, от чего второй, видимо, разозлился – он принялся ещё сильнее махать руками и задымился.

Это казалось странным, невозможным, но от человека повалил дым, по плащу во все стороны побежали языки пламени. Лицо стало меняться, под кожей проступило нечто ужасное, уродливое, пепельно-коричневое. Казалось, он превращался в жуткую мумию.

Яна не верила своим глазам, у неё перехватило дыхание, она теперь уже обеими руками закрывала нос и рот, но не из-за запаха, а от непонимания происходящего. Девушка не могла оторвать глаз от этого обтянутого ветхой кожей черепа, бурых, выступающих из-под обрывков кожи мышц, пустых глазниц, в глубине которых светилось пламя. Пылающая мумия набросилась на мужчину в светлом пиджаке, но тот каким-то образом смог её сдержать, схватив за плечи. Казалось даже, что он тоже изменился, стал выше ростом. Сильным ударом он повалил ужасное существо на землю и быстро достал из кармана что-то завёрнутое в фольгу. Удерживая одной рукой бьющуюся мумию, он развернул свёрток и, не дотрагиваясь до лежащего там предмета, водрузил страшилищу прямо на грудь. Монстр сразу прекратил сопротивляться, зашипел что-то на непонятном языке, клубы дыма закружились вихрем вокруг него и окутали плотным туманом, скрыв из виду.

Яна сделала шаг вперёд. Ей казалось, что волосы у неё на голове встали дыбом, она не могла оторвать глаз от происходящего и продолжала вглядываться в клубы серого дыма, в ночную темноту.

Вдруг она расслышала, как мужчина в светлом пиджаке произнёс:

– Ну что ж, Фабио, придётся взять и тебя тоже, без тебя никак!

Он достал из кармана ещё что-то и двумя пальцами положил на голову чудища. Дым начал понемногу рассеиваться, и Яна увидела нечто не менее странное: монстр вновь стал приобретать образ человека – снова показалась нормальная кожа, волосы, зубы. Он лежал, закатив глаза, без чувств, его тело слегка подрагивало. От лица ко лбу, пощёлкивая, начали сходиться синие электрические разряды. Через несколько секунд широкими дугами они побежали к рукам, туловищу, ногам. Тело затрясло сильнее, и оно стало исчезать на глазах. Сначала конечности – они просто растворялись в воздухе, затем дальше, пока от лежащего на земле ничего не осталось.

Дым полностью рассеялся. На асфальт упал большой деревянный крест, рядом кусок фольги и маленький, не больше сантиметра, красный кристалл, ярко блеснув в тусклом свете фонаря.

В этот же миг в нескольких метрах от них ударила молния. Мириады искр рассыпались вокруг, фонарь зазвенел и стал гаснуть.

Мужчина бросился на пол в поисках красного кристалла и, подобрав его, сунул в чёрную коробочку. И тут, будто из ниоткуда, в темноте ночи появился силуэт человека. Яна не смогла разглядеть, кто это был. Незнакомец тут же с размаху нанёс удар, и мужчина со странным галстуком, пролетев больше метра, упал совсем рядом с дверью.

Девушка снова отшатнулась назад, чтобы её не заметили. Внутренний голос закричал ей, стуча по барабанным перепонкам: «Беги, дура, беги отсюда!» Но страх сковал все движения. Происходящее всё ещё не укладывалось в голове.

Лежащий на земле встал и набросился на своего противника. В темноте было почти ничего не видно, только слышны крики и звуки борьбы.

Яна почувствовала, как от волнения запылали щёки, в груди словно стучали по огромному колоколу, и тут она увидела ту самую чёрную коробку, что теперь валялась совсем рядом с приоткрытой дверью. Красный кристаллик выпал из неё при ударе и одиноко лежал на пороге, в шаге от Яны.

Её сердце забилось ещё сильнее. Рука потянулась к блестящему камешку. Мир будто замер. «Зачем? Зачем?» – кричал внутренний голос, но рука продолжала тянуться за кристаллом. И вот он – острый, прохладный, довольно тяжёлый для своих размеров, блестит у неё между большим и указательным пальцем, такой красный, такой чистый и прозрачный. Она сунула его в карман сумочки и снова взглянула через дверную щель на улицу.

Но тут ватные ноги её подвели, и, оперевшись на дверь, Яна чуть не вылетела наружу. Жутко заскрежетали ржавые петли – она мгновенно сделала несколько шагов назад. Мужчина в светлом пиджаке оставил своего противника и обернулся, но девушка уже вжалась в стену коридора, задержав дыхание. Она подумала: «Сейчас наверняка кто-нибудь из них побежит сюда, проверить, кто скрипнул дверью, и всё, мне капец…» Нажав на соседнюю ручку, она просочилась в помещение с мусорными баками, уже не обращая внимания на ужасные запахи и грязь.

Яна стояла, прижавшись к холодной штукатурке, и старалась успокоиться. «Только бы никто не зашёл, – думала она. – Что за треш, во что я влипла? Зачем взяла кристалл? Что дальше? Зачем мне всё это?»

Открылась скрипучая уличная дверь. Несколько секунд – и она снова захлопнулась. Послышались быстрые удаляющиеся шаги. Кто-то побежал по коридору в направлении зала. Яна выдохнула. «Ну всё, можно дышать… Но куда теперь идти? Наверное, лучше не показываться в зале, а выйти прямо сюда, во двор. Боже… Скорее на улицу и бежать…»

Она снова приоткрыла дверь и выскользнула наружу. Но тут же споткнулась и упала на что-то тёплое и мягкое. «О нет! Это человек! Это тот, второй! Я забыла про второго!» В свете луны Яна разглядела его очертания. К своему удивлению, она увидела, что перед ней на асфальте лежит, как ей показалось, совсем молодой парень, по его лицу и груди красными полосами проходили несколько глубоких симметричных порезов, будто он попал в когти тигра.

Юноша зашевелился и открыл глаза. Он посмотрел на Яну, и его раны стали исчезать. Через пару мгновений от них ничего не осталось, лишь разорванная полосами белая рубашка напоминала о случившемся.

Он вскочил на ноги и, дёрнув её за руку, не говоря ни слова, потащил за собой. И вдруг – внезапная вспышка, голова закружилась.

Придя в себя, Яна обнаружила, что они стоят недалеко от входа в метро. Причём не у той станции, которая была ближе к клубу, а у совсем другой, за семь остановок от её дома и за десять от клуба.

Прохладный ветер холодил лицо и плечи, мерно покачивая выглядывающие из темноты ветви деревьев. Вокруг светились вывески, рекламные щиты. Яна медленно отвела взгляд от названия станции и посмотрела на незнакомца. Рядом стоял молодой человек лет двадцати, симпатичный, чуть выше неё ростом. У него были красивые карие глаза и светлые волосы, взлохмаченные после борьбы. Его кожа, точно бархатная, абсолютно идеальная, казалось, словно излучала лёгкое свечение в отблесках ярких фонарей.

Девушка засмотрелась на него. Ей захотелось сказать что-то доброе, хорошее, и она уже было открыла рот, но в голове будто разлили пустоту. Яна растерялась, забыла все слова и не понимала, как оказалась в этом месте. Она всё смотрела на него и не могла оторвать взгляда. В нём было что-то необычное, что-то притягательное. Он отпустил её и, прикрыв глаза рукой, тихим голосом произнёс:

– Девушка, милая, забудьте всё, что вы видели сегодня, пожалуйста! И не вспоминайте никогда, ради себя, ради вашего спокойного будущего. Ладно?

Яна закивала. Она просто не смогла что-то ему ответить, и не согласиться с ним тоже не смогла.

– Ну вот и хорошо. А теперь идите домой. Тут вам ничего не угрожает. Прощайте! – И он, махнув ей рукой, быстро зашагал вдоль улицы и растворился в темноте.

Яна осталась одна. Она стояла так пару минут, а может быть, больше. Воспоминания о событиях этого вечера не давали покоя, продолжая вертеться в голове. Однако постепенно хаотичные мысли начали успокаиваться и складываться в единую картину.

Она положила руку себе на лоб – на всякий случай, проверить, нет ли у неё высокой температуры. Лоб был холодным. И тут она поняла, что замёрзла стоять вот так, в одном платье, и побежала в метро.

«Что же произошло? – думала Яна, пока ехала домой. – Кто они? Как это возможно? Что я видела? Какой-то странный розыгрыш? Нет, никто ведь не подошёл после всего и не сказал про скрытую камеру. Да и как-то уж слишком много спецэффектов, – усмехнулась она про себя. – И это метро. Мы же были очень, очень далеко отсюда. Может, я отключилась и он довёз меня до этой станции? Значит, я абсолютно не помню примерно полчаса своей жизни. „Лонг-Айленд?“ Траванулась?» И Яна вспомнила, что как-то раз в институте они отравились всей группой палёным алкоголем, и она тогда тоже провалялась несколько часов без сознания. Найдя какое-никакое объяснение случившемуся, девушка успокоилась, благополучно доехала до дома и легла спать.

Глава 5. Красный кристалл

На следующей день Яна проснулась поздно. Болели голова и горло. То ли от выпитого, то ли от стресса, то ли от того, что замёрзла на улице.

После обеда ей позвонила Ханна. Подруга взахлёб рассказывала, как познакомилась вчера с парнем, как они здорово проводили вечер, но в итоге расстались, не обменявшись телефонными номерами. Судя по интонации, она об этом совсем не жалела. «Наверное, не особо он ей и понравился, – подумала после разговора Яна. – Значит, всё к лучшему».

И тут она вспомнила странного незнакомца, с которым стояла у метро, а потом то, что в сумочке у неё лежит вещь, которая имеет для кого-то большое значение. Она стала ощупывать кармашек в надежде ничего там не найти. Тогда бы это значило, что ей всё привиделось из-за некачественной выпивки в баре. Но тем не менее пальцы наткнулись на что-то твёрдое, и Яна достала маленький красный кристалл.

Она положила его на ладонь и поднесла к лампе. Тот переливался тысячью граней, и Яна подумала: «А может, это такой красный алмаз и он стоит кучу денег? Как, интересно, продают такие штуки на чёрном рынке?» Она, конечно же, представления не имела как. Поэтому, вздохнув, отбросила эти мысли, положила кристаллик на стол, открыла ноутбук и взялась за работу.

День пролетел незаметно. Зевая, Яна разогрела себе ужин, налила стакан воды и нечаянно, поставив его на край ноутбука, пролила на стол.

«Вот растяпа!» Она быстрым движением схватила ноутбук, стряхивая с него капли. Вода залила часть стола, потекла дальше, к лампе, кристаллик тоже оказался в воде.

Яна пошла за тряпкой и развезла лужу. Камешек она вынула и хотела переложить на тумбочку, но тут внезапное жжение засаднило в большом пальце. Взглянув, она с досадой увидела, что порезалась об острую грань кристалла. Ранка была поверхностной, но всё равно пошла кровь.

«Блин, вот зараза!» Было больно и досадно, хотелось, чтобы эти неприятные ощущения скорее прошли. Она решила положить кристаллик на тумбочку, разжала пальцы, но тот будто прилип. Яна потрясла рукой. Кровь брызнула в стороны.

Взявшись другой рукой за кристаллик, девушка попробовала оторвать его, но ничего не получалось. Он стал мягким, как пластилин, перестал быть прозрачным, и граней уже совсем не было видно.

Кристалл растёкся по пальцу красной лепёшкой, которая становилась всё меньше. Яна с удивлением смотрела на малиновое пятнышко – оно исчезло через секунду. Остался только порез.

Она пососала палец, кровь идти перестала, боль ушла. «Странно… – подумала Яна. – Опять не пойми что творится… Или я до сих пор в неадеквате. Может, и не было никакого кристалла, может, он мне тоже приснился?» Она снова села за ужин, налила воды. Захотелось спать. Очень! Не доев свою порцию, девушка пересела на диван и уснула.

Яна проснулась ночью. Посмотрела на часы – три. Темнота, тишина. Но сон как рукой сняло. Чесались руки, плечи, предплечья, голени, бёдра. «О, похоже, я точно траванулась, – подумала она. – Ещё и аллергия!»

Яна пошла на кухню. У неё в домашней аптечке всегда лежали противоаллергические средства, по причине весенней непереносимости цветущего рапса. Чтобы не чихать и не сморкаться, она принимала их, и это всегда помогало.

Яна выпила таблетку и решила умыться. Она включила в ванной свет и, подняв наконец голову, чтобы посмотреть на своё отражение в зеркале, завизжала от ужаса.

Такого она увидеть никак не ожидала: всё лицо стало ярко-красного цвета, глаза светились, а из головы торчали небольшие чёрные рога.

Яна потрогала их и взвизгнула снова. Потом наклонилась поближе к зеркалу и присмотрелась к глазам. Их не было, вместо них был свет. «Ничего себе… аллергия…» Яна в растерянности села на бортик ванны.

Умывшись, она снова взглянула на своё отражение. Лицо не изменилось. Яна стала тянуть за рога в надежде, что они отклеятся, но чувствовала, что вместе с ними тянется и голова.

«Так, тряпка, возьми себя в руки! – подумала она. – Ничего не болит, это уже хорошо! Надо сосчитать до десяти. Один. Я спокойна. Два. Я расслаблена. Три. Я дышу ровно. Четыре. Вдох. Пять. Выдох. Шесть…»

Постепенно лицо начало меняться. Девушка обрадовалась, увидев в зеркало, как она снова становится собой, как кожа приобретает нормальный цвет, появляются её обычные глаза и рога втягиваются куда-то в голову.

«Капец моей кукухе… – подумала Яна. – Больше вообще пить не буду никогда». Она снова легла и постаралась уснуть.

Ей приснилась красная дама с чёрными рогами и светящимися глазами, человек-мумия, которого она видела вчера вечером, и ещё несколько странных существ, пылающих огнём, извивающихся чёрной дымкой, похожих на каких-то жутких монстров из кошмарного сна или новомодного фильма ужасов. Все они проходили тенью сквозь неё, кружились вокруг в диком танце, кидали горящие угли, растворяясь в воздухе перед её лицом.

Утром, едва открыв глаза, она сразу побежала к зеркалу – всё было нормально. Яна облегчённо вздохнула. Позавтракав бутербродами, она сделала над собой усилие, открыла ноутбук. Поработав несколько часов, с мыслями, что, наверное, только такая дура, как она, тратит свой выходной на работу, Яна оделась и вышла прогуляться.

Погода стояла прекрасная. Светило солнце, было тепло. Она шла, загребая ногами опавшие листья, и те, весело шурша, выстраивались в оранжевые бесформенные замки, горы и домики. Настроение улучшилось.

Яна прошла мимо каких-то подростков, толпящихся у лавочки на дорожке. И вдруг резко ощутила зависть.

Нет, не то чтобы она кому-то завидовала. Наоборот. Зависть будто сочилась из одного из стоящих сзади ребят, стекала с него жёлто-зелёным манящим киселём. Это было сложно объяснить, описать, она почувствовала её жжение и тепло, её ядовитую страсть, и Яне захотелось, ужасно захотелось подойти ближе, собрать её в клубок и вырвать, как шатающийся и сладко ноющий молочный зуб. Она даже обернулась, чтобы сделать это, но испугалась своих желаний. Испугалась того, что почувствовала, и со всех ног побежала обратно домой.

Как назло, в лифте вместе с ней ехал сосед. И опять странные эмоции и ощущения подступили к горлу.

Мужчина был полон мыслей о еде, такой вкусной, сытной, горячей. Яне начало казаться, что этого человека сжигает изнутри что-то, что он уже почти пуст, лишь дунь на него, и он кончится, лопнет, как воздушный шарик, и от него останутся только глаза. Ей снова нестерпимо захотелось сделать что-то, и она дунула ему в затылок. Тот посмотрел на неё стеклянным взглядом и вышел на своём этаже, а Яна поехала дальше.

Зайдя в квартиру, девушка обрадовалась, что странные ощущения исчезли. Она помыла руки и, выключив воду, машинально встряхнула ими в воздухе. Те стали сухими. Совсем сухими. Ничего не нужно было вытирать. Да, явно творилось что-то странное.

Осенними листьями, пляшущими на ветру, в голове закружились смутные мысли, туманные вопросы. Яна подошла к полотенцу и, словно проверяя что-то, крепко сжала его в кулаке. Оно резко вспыхнуло оранжевым пламенем, и Яна поспешила бросить его в раковину и залить водой. Потом щёлкнула пальцами, и в руке у неё плавно заколыхались языки огня. Они не обжигали, но, поднеся к ним кусочек туалетной бумаги, Яна убедилась, что всё по-настоящему, – бумажка сгорела моментально. Это было странно. И страшно. Она села на табуретку перед кухонным столом и зарыдала. Ей определённо требовалась помощь. Похоже, что с ней случилось что-то совершенно необычное, связанное с теми событиями в клубе, и что, скорее всего, виной тому красный кристаллик, который она так неосторожно размазала о палец.

Закончив рыдать, она снова обнаружила на своей голове рога, и те оставались там, пока девушка не взяла себя в руки и окончательно не успокоилась.

Весь вечер прошёл в экспериментах. Она зажигала и гасила пламя, превращалась в красную женщину с рогами и возвращалась обратно к своему облику. Всё было как во сне. Немного приободрившись, Яна решила, что это, может быть, не так уж плохо. В конце концов, чувствовала себя она вполне сносно, голова больше не болела. Она даже передумала брать больничный и стала собирать сумку на завтра.

Утром будильник прозвенел, как обычно, в шесть тридцать. Яна проснулась с мыслями о вчерашнем дне и с надеждой на то, что странностей больше не будет. Она села на кровати и попробовала зажечь в руке пламя. У неё получилось. Девушка расстроилась и, закрыв лицо ладонью, покачала головой. Но надо было вставать, чтобы не опоздать на работу.

Утренняя поездка в автобусе далась Яне с трудом. Она отчётливо ощущала чувства людей, ехавших с утра на работу вместе с ней. Какие-то совсем слабо, какие-то сильно, очень сильно. Хотелось подойти, прикоснуться к этой непонятной массе, которая сочилась из попутчиков, витала рядом, вдохнуть её глубоко и затем выдохнуть обратно, чтобы её стало ещё больше, чтобы она задела других пассажиров и можно было утонуть в ней, наслаждаясь этим странным новым удовольствием.

Но Яна не посмела. Она сдерживала себя, свои пугающие мысли и порывы и, вцепившись в холодный металлический поручень, пыталась абстрагироваться от всего этого, закрыв глаза. Ей стало жутко одиноко, жутко грустно, она вспомнила про Ханну и подумала, что не сможет рассказать ей всё это. И что никому не сможет рассказать. Ей придётся разбираться со всем самой. И оттого становилось ещё тяжелее на душе. Проблемы на работе теперь не казались чем-то важным. Она постепенно осознавала, что вся её прошлая жизнь отодвигается на второй план, что она – это уже не она.

Двери открылись, и Яна вышла из автобуса. Спрыгнув на асфальт, девушка подняла глаза и замерла от удивления.

Совсем рядом, напротив, она увидела его. Мужчину со странным галстуком. Того хама, который бесцеремонно наступил ей на ногу и ударил дверью. Того типа, чей потерянный красный кристалл принёс в её жизнь страх и печаль. Она постаралась отвести глаза и сделать вид, будто не знает его, но было поздно. Он заметил её пристальный взгляд и подошёл ближе.

– Девушка, подождите! – услышала Яна его голос.

Яна прибавила шаг, но он догнал её и пошёл рядом.

– Девушка, простите, пожалуйста! Вы меня, наверное, не помните, я вас видел в пятницу в клубе.

Яна молча повернула голову и наконец-то разглядела его как следует: первым, на что она обратила внимание, были серые глаза, которые без тени смущения смотрели на неё. Короткие светлые волосы, уложенные спереди плавной волной, контрастировали с тёмным галстуком. Лёгкая небритость была ему к лицу, в целом он внешне оказался довольно приятным. И голос его звучал уверенно, ровно. Яна немного успокоилась, но продолжала молчать, не сбавляя шаг. Здание офиса располагалось совсем недалеко.

– Меня Алекс зовут! – представился незнакомец. – Вы не подумайте, я так никогда не делаю, не знакомлюсь с девушками на улице. Просто тогда в клубе… Я вас увидел и не решился подойти, а сегодня стою на остановке, жду автобус, а из него вы выходите! Мне кажется, что это не может быть случайностью, что нам нужно познакомиться! Вас как зовут?

Яна снова взглянула на него. Он смело, без страха и стеснения продолжал смотреть ей прямо в глаза. Она понимала, что в его словах что-то не сходится. То, как он чуть не пришиб её дверью, вряд ли похоже на боязнь подойти к ней познакомиться. Но тем не менее всё это сейчас звучало очень приятно. Что-то было в нём, что вызывало интерес, Яне захотелось послушать, что он скажет дальше, и она ответила:

– Меня зовут Яна… Но мне на работу нужно. Я, кажется, уже опаздываю. – Она приложила бедж к настенной панели, и та громко щёлкнула электронным замком.

Алекс придержал ей дверь.

– Яна… – сказал он тихо. – А что вы вечером делаете? Можно вас в кафе пригласить?

Яна опешила. «Вот так вот в лоб, сразу, в кафе… Во даёт!» Она бросила ему резкое «Не знаю!» – и скрылась за дверью.

За работой никак не получалось сосредоточиться. Она всё вспоминала Алекса. «Что же это, правда случайность?» Почему он её ждал? Мог ли он действительно её запомнить тогда? Да нет… Он её не видел! Как же всё непонятно! Не мог же он угадать, где она работает, на какой остановке ждать… Ингрид, Беата… Это невозможно игнорировать!

Что-то явно не давало ей покоя, зудело и манило к себе. Яна не выдержала и пошла в соседнюю комнату, где сидели Ингрид и Беата, рядовые сотрудницы, одни из многочисленных менеджеров «Кноблаух унд Штайнер».

Ингрид было уже почти сорок, она всё время молодилась и надевала модные дорогие вещи. Но её не очень любили в коллективе, потому что она могла иной раз запросто в открытую сказать гадость по любому ерундовому поводу.

Сейчас же она сидела, согнувшись над бумагами, и, читая, грызла карандаш.

Яна подошла к ней сзади.

– А, Яна, привет! Что-нибудь нужно?

– Привет! Нет, сиди, я на минутку!

Встав у неё за спиной, девушка закрыла глаза и медленно вдохнула. Она будто погружалась в мягкие пуховые подушки, которые грели и текли сквозь неё. Зависть обволакивала всё вокруг, и она с неменьшим удовольствием сделала выдох и, нагнувшись к Ингрид ближе, слегка подула на неё.

– Что там? – Ингрид обернулась.

– У тебя тут пёрышко. Всё, достала! – соврала Яна и пошла к Беате.

Та смотрела в монитор, быстро щёлкала мышкой и ела пончик. Перед ней лежала целая коробка, и трёх там уже не было.

– Яна, привет! Подай, пожалуйста, воду, там на полке стоит бутылка… – сказала она, не отрывая глаз от монитора.

Яна взяла бутылку, передала Беате и, дотронувшись до её руки, ощутила темноту. Будто зелёный огонь вылизывал Беату изнутри, превращая её в пустую оболочку, источая какую-то непонятную сладость. Яна впитала её рукой и закрыла глаза от удовольствия.

– Продолжай, не буду тебе мешать, – шепнула она Беате в самое ухо и вернулась на своё рабочее место.

И ей захотелось ещё. Но это пугало, она подумала, что, возможно, делает что-то плохое и что лучше бы заняться работой, и пошла обратно.

На обед Яна вышла позже обычного и не застала там Ханну. Возвратившись, она увидела Ребекку из соседнего отдела.

– Я возьму коробку с салфетками? – Ребекка полезла в стоящий рядом шкаф.

– Да, конечно, – ответила Яна.

– У Ингрид истерика… – пояснила вдруг Ребекка. – Она накричала на Сандру ни с того ни с сего, теперь обе ревут… Что за день сегодня. Магнитные бури, наверное! А Беата вообще учудила! Из столовой притащила кучу тарелок и прям на рабочем месте всё ест и ест! Начальник отправил её домой, а она не уходит… Кошмар какой-то! Как можно работать?

У Яны глаза полезли на лоб. Она стремглав бросилась в соседний отдел. Гора посуды, все ревут…

Закрыв лицо руками, Яна побежала по коридору и встала у окна, шёпотом повторяя:

– Это не я, это не я… Я не хочу! Я не могу так! Не хочу сделать им плохо, они хорошие! Все хорошие! Зачем? Зачем я пришла?

На душе стало холодно. Она обижалась на саму себя, корила и не могла поверить во всё происходящее.

– Яна, это ты там? – услышала она снова голос Ребекки. – Ты чего, тоже, что ли? Ну вы, блин, даёте! Да что такое?!

Яна посмотрела на своё отражение в оконном стекле и с ужасом увидела красное лицо со светящимися глазами.

Это было уже слишком! Она наконец-то отбросила все мысли, взяла себя в руки и снова стала собой. Через пару минут девушка вернулась на рабочее место.

Твёрдо решив больше не поддаваться новым непонятным желаниям и эмоциям, Яна сосредоточилась на работе.

И конечно, начальник опять задержал всех – устроил совещание за пять минут до конца рабочего дня, и его подчинённые ушли домой на час позже. Яна набросила пальто, перекинула ремешок сумки через плечо и выпорхнула из офиса.

Уже почти стемнело, но город горел тысячами огней. Свежий воздух налетел приятной прохладой, лаская кожу. Ей стало грустно от случившегося сегодня в соседнем отделе. Хотелось наказать себя, сделать больно. Не физически. Просто было нехорошо на душе. Появилось сильное желание поделиться с кем-то своими мыслями, объяснить, что вовсе не хотела никому навредить, но она не могла, и от этого становилось невыносимо печально и пусто.

И вдруг в темноте деревьев она увидела его. Алекс тоже заметил её и не спеша пошёл навстречу.

– Что? Что ты тут делаешь? – спросила Яна.

Она очень удивилась. И ещё удивилась, что страха больше не было. Совсем. Ей стало всё равно, кто этот человек, друг он или враг. Если друг – хорошо. Если враг – не важно. Ей никто не сможет навредить больше, чем она сама.

– Я тебя жду, мы же в кафе собирались, помнишь? – Алекс улыбнулся такой искренней улыбкой, что Яна забыла всё плохое, что раньше ассоциировалось с ним. Ей вдруг захотелось убежать от своих непонятных, странных мыслей куда-то далеко, во что-то другое, новое, и она тоже улыбнулась в ответ.

– Пошли! – обрадовалась она.

Он подал ей руку, Яна обхватила её, и настроение улучшилось. Стало спокойнее. Тревоги ушли. Она будто рассказала ему всё, что её волновало, и он ей будто отвечал, что всё нормально, что весь этот бред скоро закончится, что впереди только хорошее.

– И долго ждёшь?

Он взглянул на часы.

– Да вот… час пятнадцать.

– Да ладно!

– Правда! Ваши все вышли давно. Я уже начал думать, что ты раньше ушла.

– А зачем тогда ждал?

– Надеялся! У вас тут «Посейдон» рядом, пойдём?

– Пойдём! Я ещё не была там ни разу.

– Как – ни разу? Совсем ведь близко от вас!

Вот и зелёная вывеска. Они сели в уютном греческом ресторанчике, заказали экзотические рыбные блюда. Колоритная музыка лилась откуда-то с потолка. Алекс спрашивал Яну, как прошёл день, потом рассказал немного о себе. Девушка узнала, что он полицейский и в последнее время занимается расследованием сложного, запутанного дела. Яна ужасно обрадовалась, что он всё-таки хороший парень, и теперь смогла как-то объяснить себе в мыслях драку в клубе. «Наверное, это связано с его работой», – подумала она и продолжала слушать рассказы о том, как они ловят преступников. Про увиденные в ночном клубе странности думать не хотелось, это причиняло боль непонимания, и Яна просто отбрасывала их, стараясь для себя сделать вид, будто их не было.

Раньше мужчины не приглашали её в рестораны. Ни разу. Удивительно, но вот так получалось. Вернее, не получалось. Не интересовались ею, и всё. И сейчас это внимание было настолько приятно, что она забыла про все нелепости, которые произошли до этого. Для неё в этот момент существовали только Алекс, музыка и вкусный ужин.

Да, Алекс уже был в центре всех её мыслей. Она, конечно же, даже начала мечтать про любовь и всё такое, о чём мечтают все романтичные молодые девушки. Ей так хотелось, чтобы вечер не кончался, чтобы узнать нового знакомого получше и ещё больше убедиться в том, что он замечательный. «Опять сделал мне комплимент… Неужели у меня красивые глаза?.. А ведь у него тоже красивые…» Яна улыбалась своим мыслям, было так радостно, какое-то неожиданное счастье вдруг свалилось на неё, осыпало с ног до головы искрящимся снегом, и вот они уже вместе смеются, она уже держит его в метро за руку, и он провожает её до дома.

«Что же, пригласить его зайти? После первого свидания? Но это же он, это же Алекс!» Ситуация разрешилась сама. Возле двери в её квартиру молодой человек спросил:

– Завтра увидимся?

Яна закивала, и он обрадовался.

– До свидания, Яна, приятных снов! – Он зашёл в лифт, помахал ей рукой, и двери закрылись.

Окрылённая Яна вошла в квартиру, сняла куртку, включила музыку и, обняв подушку, стала танцевать. «Неужели я познакомилась с кем-то? Неужели я кому-то понравилась? Неужели я нужна кому-то? Как же это здорово! Ханна, вот такие они, твои звёзды?» Она кружилась, представляя рядом Алекса, и была наконец-то впервые за долгое время счастлива.

Глава 6. Дети Армагеддона

На небесах, в Облачном центре, как всегда, царило величественное умиротворение и спокойствие.

Молодой человек по имени Элберт шёл по белоснежному пространству, которое обретало форму под его ногами. Ощущалась лёгкая вибрация, она вызывала едва уловимый резонанс во всём теле. То тут, то там мелькали вспышки белого света. Подходя к ним ближе, Элберт мог разглядеть, как они преображаются в очертания мужчин и женщин в белых одеждах. Он ступал по пустоте, и она становилась полом. Он смотрел вдаль на светлые с радужными отливами стены коридоров, и они колыхались и плыли, но оставались там где нужно. Именно так он видел это место, именно так его восприятие трансформировало окружающую реальность, для того чтобы он мог в ней ориентироваться.

Элберт уже бывал здесь и знал, куда идти. Встречные оборачивались на него, провожали взглядами, но не говорили ни слова. Да, он был для них другим. Непонятным, но всё же немного своим, будто дальний-дальний родственник, будто троюродный брат сестры жены племянника, малознакомый, неизвестный, но всё же чуточку свой, часть семьи.

Элберту нравилось бывать здесь. В этом месте чувствовалась сила, которая отодвигала все проблемы и неприятные мысли на второй план. Разум прояснялся, хотелось делать что-то хорошее, приносить пользу.

Он прикоснулся к подрагивающей двери, и та распахнулась. Свет преобразился в образ пожилого человека в длинных белых одеждах. Тот подошёл к Элберту.

– Мальчик мой, зачем ты здесь? – с беспокойством в голосе спросил он. – Тебе нельзя так часто прилетать сюда, ты же знаешь.

– Сильвариус, прости, мне очень нужен твой совет, – ответил Элберт.

– Что случилось? Ты нашёл осколок?

– Да. Нашёл и потерял. Я считаю, что за этим стоят демоны.

– Конечно, демоны, кто же ещё! Я всегда говорил! Я чувствовал! – всплеснул руками Сильвариус.

Элберт продолжил:

– Я нашёл одного из них и думаю, что осколок у него. Пока не понятно, какую цель он преследует! Я хотел отобрать осколок, но не получилось. Враг оказался довольно силён.

– Ты вступил в схватку с демоном? На Земле? – глаза Сильвариуса округлились. – Элберт, я прошу тебя! Никогда так больше не делай! Вдруг с тобой что-то случится? Что я скажу твоему отцу? Не надо считать себя всесильным, мой мальчик! Ты уязвим на Земле, не забывай об этом!

– Прости, я увлёкся. Думал, это будет просто. Я снова найду его. Ты можешь дать мне напарника в помощь? Нам вдвоём не составит труда поймать его.

– Ах, Элберт, – устало вздохнул Сильвариус. – У меня нет пока свободных ангелов. Ты знаешь, сколько сейчас энергии и сил уходит на компенсацию глобализации! Непростое время, непростое… Раз ты не нашёл на этого демона ничего конкретного… Подожди… – Сильвариус опустил веки и замолчал. Через несколько секунд он снова открыл глаза.

– Элберт, там была земная девушка. Она видела тебя?

– Да… – Элберт не хотел рассказывать об этом, он надеялся, что досадная оплошность не всплывёт. Но вместо упрёков услышал другое:

– Там что-то не так, она как-то связана с осколком, найди её. И ещё… Твой друг Джейсон, кажется, он ведь сейчас на Земле?

– Да, он тоже наконец вернулся.

– Я, конечно, не сторонник таких методов и ни к чему не призываю. Но, может быть, он поможет тебе выяснить всё про этого демона? Может быть, они там что-то знают? – Сильвариус задумался на секунду, поглаживая себя по бороде. – Если ты найдёшь на демона нечто более конкретное, тогда уже отправим запрос официально. Но сам не лезь к нему, ты меня понял?

– Да, хорошо, я всё так и сделаю. Спасибо тебе за советы. Передавай привет родителям, если увидишь.

– Да, да, конечно, а теперь иди, тебе нельзя тут долго находиться.

Помещение и образ наставника начали растворяться. Элберт ощущал, как пол уходит у него из-под ног.

Закрыв глаза, он представил себе свою квартиру на Земле. Разряд, резкий толчок – и он стоит на кухне. Рядом, на плиточном полу, позвякивая, крутится металлическая крышка от кастрюли, которая, видимо, только что упала. Он поднял её.

«С чего же начать? – думал Элберт. – Девушка, Джейсон… Не представляю, где искать девушку. Начнём с Джейсона». И он со звоном водрузил крышку на положенное ей место.

Джейсон был его лучшим другом. И даже более того, они с детства называли себя братьями. Но вот уже почти два года, как их пути разошлись, ведь они принадлежали к разным сторонам этого мира, оставаясь навсегда братьями по несчастью, если можно так выразиться. Дети Армагеддона. Двое, похожих на которых ещё никогда не существовало в этой вселенной.

Для большей ясности стоит немного упомянуть о событиях, происходивших за девять месяцев до их рождения. Мир и всё сверхъестественное в нём было спасено от разрушения благодаря самоотверженной совместной работе сил добра, зла и людей. Будучи лишёнными божественной энергии, ангелы и демоны стали на время смертными, но не забыли, кто они, и помогли Первородному стражу выполнить свою миссию по защите мира от гибели. Всё, конечно же, закончилось хорошо. Но человеческое бытие наложило свой отпечаток, и вскоре миру явилось чудо – дитя от союза бывшего демона и человека, а через несколько дней ещё одно чудо – ребёнок, плод любви двух ангельских сущностей, пребывавших в то время на Земле в облике людей.

Слухи быстро разлетелись по раю и аду, будоража мысли и суеверные страхи. Второго сразу окрестили Провидением Божьим, первого же скорее опасались и говорить о нём что-либо конкретное побаивались. Но время шло, шумиха утихла, и их оставили в покое. Только члены Высшего Объединённого совета Светлых и Тёмных сил впоследствии наблюдали за ними, и когда мальчикам исполнилось по три года, приняли решение об их переселении с Земли.

Таких прецедентов раньше не было, поэтому всё решалось неординарно. Дети обладали недюжинными способностями и не умели их контролировать. Они могли навредить себе и окружающим, и поэтому альтернативой стала одна из параллельных вселенных, где основы мироздания позволяли им существовать без опасений за здоровье своё и близких.

Детей вырастили и обучили фремидары – существа мира, именуемого Эйф. Они являлись единственными жителями этой цивилизации и сочетали все энергии воедино, оставаясь мудрыми физическими существами, несущими в себе одновременно сущности света и тьмы, давно пришедшие к гармонии и процветанию. К тому же сверхспособности мальчиков в этом мире подавлялись многократно и становились совсем безобидными.

Единственным минусом было время. В этой вселенной оно текло в пять раз быстрее земного, но это не останавливало их родителей наведываться туда как можно чаще.

Итак, совет обязал детей Армагеддона не покидать Эйф до ментального совершеннолетия, то есть до времени, когда они полностью научатся контролировать свои способности. Все понимали правильность такого решения, каким бы суровым оно ни казалось. И вот спустя три с половиной земных года обучению Элберта пришёл конец. Отпраздновав своё двадцатилетие в Эйфе, он через некоторое время с распростёртыми объятиями был принят на небесах своей родной планеты.

Но, будучи получеловеком, Элберт не мог находиться там долго, поэтому его определили стажёром в отдел расследований к другу отца и отправили агентом на Землю, дабы расти над собой, развиваться в духовном плане и стать в итоге полноценным ангелом. По крайней мере, так все мечтали, и он тоже. И он, действительно, старался. Узнавал свой неизвестный доселе родной мир и его обитателей, пытался творить добро, привыкал к новой жизни.

Джейсон же пробыл в параллельной вселенной на год с небольшим дольше и появился на Земле уже тремя месяцами позже.

Поначалу они с Элбертом часто встречались, но потом тот стал уделять много времени работе, а Джейсон с головой погрузился в познание родного мира, о котором слышал раньше лишь по рассказам родителей и образам фремидаров. Каждый стал жить своей жизнью.

Отправиться к другу Элберт решил на метро. Он старался не использовать телепортацию, когда в ней не было необходимости, к тому же она отнимала много сил. Да и не только телепортацию. Правила в большинстве случаев запрещали использовать любые сверхспособности на Земле, поэтому на людях ему приходилось появляться в очках. Любых очках, главное, чтобы были стёкла, иначе проявлялась одна из этих способностей – ангельский шарм, на который могли среагировать прохожие, если бы стали смотреть ему прямо в глаза.

Когда Элберт вернулся на Землю и только въехал в свою небольшую уютную двушку, он забыл надеть очки и, разгружая вещи в коридоре, столкнулся с пожилой соседкой из квартиры напротив. Они поговорили пару минут, но этого хватило для того, чтобы она две недели носила ему пироги собственного приготовления. Было неловко. Хотя пироги оказались вкусные. Но главное, об этом никто не узнал.

Джейсон же всё ещё жил в доме родителей. После приезда он не спешил искать отдельное жильё, да и старшие поначалу сами настаивали на этом и были рады, что он рядом и под присмотром, пока не адаптируется в родном, новом для него мире. А потом все привыкли, и всё всех устраивало. Особенно самого Джейсона, так как отец много времени проводил на работе, а мать в разъездах, и в его распоряжении оказался целый здоровенный особняк в южной части города.

Элберт не стал предупреждать друга о своём визите, хотел сделать ему сюрприз. Спешки не было – если бы тот отсутствовал, он мог бы прождать его хоть до позднего вечера. Он часто бывал в этом доме, и его там тоже знали и любили как родного.

Подойдя к двери, он нажал на кнопку звонка, раздалось мелодичное «дин-дон». Никто не открывал. Элберт толкнул дверь, и та распахнулась. Откуда-то сверху доносилась музыка. В доме было светло и просторно.

Пройдя по широкой изогнутой лестнице на второй этаж, он крикнул:

– Джей, ты дома?

Но снова никто не ответил.

Элберт подошёл к двери комнаты, из которой сквозь ритмичный дип хаус слышались какие-то женские голоса и смех.

– Джей, ты там? – снова позвал Элберт.

Через несколько секунд он услышал знакомый радостный голос:

– Эл? Эл, это ты, что ли? Заходи!

Тот тихо приоткрыл дверь и увидел взлохмаченного Джейсона, в одних брюках, с голым торсом, в объятиях двух улыбающихся девушек, одетых во что-то среднее между платьем и купальником. Рядом на небольшом столике стояли многочисленные стеклянные бутылки с алкоголем всех цветов и мастей, и даже парочка уже пустых сиротливо валялась внизу, у дивана.

Джей вскинул вверх руки и радостно закричал:

– Эл! Бро, вот так сюрприз! – Он обратился к девушкам, выбираясь из их цепких рук: – Зайки, ко мне брат приехал!

– А может, он к нам присоединится? – хитрым голосом произнесла одна из «заек» и снова притянула к себе Джейсона.

– Моя сладенькая, нет, я не думаю… – ответил ей Джей, чмокнув в пухлые губки.

Наконец-то высвободившись из её объятий, он встал с дивана.

– Давайте-ка вниз, Макс отвезёт вас, я ему сейчас напишу. – Он выключил музыку и быстро набрал что-то на экране смартфона.

– Дже-ей… – обиженно позвала вторая «зая». – Ты завтра приедешь?

Он снова обернулся, улыбаясь девушкам своей белоснежной улыбкой:

– Конечно! И не забудьте про наш сюрприз! А теперь, дамы, всё, мне пора! Пока! – Он накинул рубашку, послал им воздушный поцелуй и стал толкать Элберта на выход из комнаты.

– Ты чё творишь? – спросил его тихо Элберт, когда они спускались вниз по лестнице. – День на дворе, а у тебя алкоголь, девочки… Ничего, что ты в родительском доме вообще-то?

– Да ладно, день… Мы как раз только проснулись… Хотели ехать в казино, но что-то задержались… Маман вот опять на неделю укатила, а батя поздно приходит, даже не вижу его иногда… Так что я здесь полноправный хозяин, царь и бог! – Он снова поднял руки кулаками вверх, радуясь сказанному. – А ты подкачался, я смотрю! Ну, рассказывай, как живёшь, что делаешь? – Джей усадил Элберта за широкий кухонный стол, достал с полки пакет с яблочным соком и протянул другу. – На, твой любимый! Алкоголь не предлагаю, да?

– Да, спасибо! – ответил Элберт, наливая бокал. Он отхлебнул глоток. – Я всё там же, возле стадиона живу. Изучаю Землю, людей. По небесной линии сейчас как внештатный сотрудник отдела сокрытого числюсь. Выслеживаю разных нарушителей, то, сё… В целом нравится, интересно. А ты чего балду гоняешь? Я думал, тебя уже припахали куда-нибудь в Представительство или ещё куда пожарче…

– Ха, нет уж! Я свободен как ветер! – весело отвечал Джейсон. – В отличие от отца, я не связан договором с адом, по праву рождения, так сказать. У них нет надо мной власти. Пока, по крайней мере! – Он рассмеялся. – А они ведь ждут меня там! Спят и видят! А я не хочу. Мне нравится на Земле и нравится делать то, что хочется, а не то, что говорит кто-то. И знаешь, сейчас я могу себе это позволить. Так почему бы не наслаждаться жизнью, пока есть возможность? Такие девчонки здесь классные! Ты вот хоть одну цыпочку закадрил тут? Хотя о чём я… Тебе только очки снять, и все будут валяться у твоих ног… Ну ты ведь использовал это? Хотя бы раз? – он перешёл на шёпот, продолжая хитро улыбаться. – Я знаю, вам нельзя, но мне-то ты можешь по секрету сказать?

Элберт улыбнулся в ответ:

– Да, использовал. Всё, успокоился? – Он не стал уточнять про пожилую соседку, чтобы не расстраивать друга.

– Я рад! Значит, ты ещё не потерян для этого странного мира! Как предки поживают? – Джейсон оперся на спинку стула, закидывая ногу на ногу.

– Сейчас тоже в отъезде, если можно так выразиться. В последнее время редко видимся. Джей, я хотел тебя спросить кое о чём.

– Валяй!

– Ты бываешь сейчас в аду?

– Не-а. Просто так не могу… Только по запросу…

– Эх, жаль…

– А что такое?

– Я над делом работаю, там демон один засветился, хотел, чтобы ты про него разузнал что-нибудь. И вообще, думаю, тебе должно быть интересно… Сейчас расскажу. Может, ваши тоже в курсе… Короче, просочилась информация, что на Земле находится осколок Красного Сердца Ноль.

– Что? – Джейсон широко раскрыл глаза от удивления. – Как это возможно? Его же уничтожили! Совсем!

– Да, да… Но тот, что уничтожили, похоже, не был уникален. Мы как раньше не знали, так и до сих пор не много знаем про захватчиков Ноль. Вероятно, они могли оставить какие-то крупицы антивселенной. И на Земле в том числе. Но лишь крупицы. Иначе Первородный страж их бы наверняка обнаружил.

– Это что же, значит, на Земле где-то до сих пор хранится осколок Красного Сердца Роя, и никто ни сном ни духом? – недоумевал Джейсон.

– Получается, так. Но скорее всего, кто-то очень не хотел, чтобы об этом узнали. Кто-то явно непростой. У нас засекли едва уловимый след антивселенной. Сейчас рано что-то говорить, но я должен разобраться, что это такое. Пока на сто процентов не ясно. Если это действительно то, о чём мы думаем, и если оно будет представлять угрозу, то подключат уже других агентов, но сейчас мне нужно собрать доказательства.

– Да, да… Я понимаю. А при чём тут демон?

– К нему меня привела сигнатура осколка. В облачном центре мне построили прогностическую кривую по этому делу, и расчёт показал место, где как раз недавно осколок являлся миру. Я зацепился за след демона и потом нашёл его. Но он оказался не прост! Думаю, шестой или даже пятый круг, адский волк.

– Волк… Хм… Волки подчиняются непосредственно аду. Чаще всего они следаки или хантеры. Серьёзные ребята. И что, он тоже ищет осколок?

– Нет, осколок был у него. Но потом исчез. Я не могу больше отследить сигнатуру. Честно скажу, я накосячил. Портанулся к волку, думал, отберу кристалл, и всё, дело сделано.

– Ты полез на волка в одиночку? Бро, «безумие и отвага» вроде никогда не было твоим девизом? А как же инструкции? Тебе по шее не надавали? Почему ты сразу ко мне не пришёл? Мы бы вместе его сто процентов ухайдокали! – Джейсон оживился, видно, тема его очень заинтересовала.

– Да, ты прав. Я жалею, что так поступил… Переоценил свои возможности. Он здоровенный, когда волк, и когти ещё…

– Судя по твоему тону, он тебе навалял?

– Ну да… Если бы не девушка, я даже не знаю, чем бы это всё закончилось.

– Чува-ак, зачем ты так рисковал? Эл! Я, как твой старший брат, запрещаю тебе связываться с демонами вообще, здесь, на Земле.

Джейсон явно был не рад услышанному. Слова Элберта взволновали его. Он встал и вытащил себе из холодильника бутылку пива.

– Мы братья не по крови, Джей. Не надо взваливать на себя эту ношу. Я сам в ответе за свои дела.

– Даже слышать ничего не хочу! Как только мы его найдём, я собственноручно надеру ему зад!

Какой-то синдром старшего брата вдруг включился у Джея, он разозлился и принялся ходить по кухне из угла в угол, потягивая пиво.

– Вот! Ты сам совершаешь ту же ошибку, Джей! Не смей лезть к нему в одиночку! Ты тоже не всесильный! И очень даже уязвимый здесь! Давай так: никто его пока трогать не будет. Сможешь узнать про него больше? Кто он, откуда, почему у него оказался осколок и куда он потом делся?

– Надо подумать… Наверное, смогу, но мне нужно время. А что за девушка-то? – Джейсон сощурил хитрый взгляд.

– Я не знаю. Обычная земная девушка, она мимо проходила. Просто спугнула его. Я её потом на всякий случай к метро портанул, чтобы демон ей не навредил.

– Что?! Ты портанул человека? – Джей от удивления чуть не облился пивом. – Да, да, конечно… В задницу все правила и соглашения! А ведь мы в своё время подписали кучу бумаг… – он развёл руками и вопросительно посмотрел на Эла. – Ты правда всё ещё мечтаешь стать ангелом?

– Да я ей жизнь спасал!

– А тебя потом кто спасать будет? Папочка не услышит, он на другом конце планеты, херачит новый межпланетный порт у Гавриила на побегушках!

– Блин, Джей, заткнись! Откуда ты знаешь? А, хотя понятно… – Элберт погрустнел. – Ладно, проехали. Да, я не ангел и вряд ли скоро им стану. Но осколок – это важно, ты же понимаешь! Может быть, это вообще наша с тобой миссия! Наша!

– Не, чувак! Я однажды уже спас мир, и это тогда чуть не стоило всем жизни. Всем! Я не хочу таких приключений!

– Ты? Спас мир? Джей! Ты был зародышем, какой мир! Просто имел значение сам факт твоего существования, ты лично и пальцем не пошевелил! Хватит уже этих сказок! Ты этим девчонок клеишь? «Я спас мир! Я спас мир!» Это смешно даже! А сейчас тебе выпадает реальный шанс что-то сделать. Самому! Вот чем ты занимаешься? Всё равно же ерундой страдаешь!

– Да ни фига подобного! Я, между прочим, рисую! У матери целая комната выделена под живопись. Пошли, покажу! – и он махнул рукой, приглашая Элберта за собой.

Глава 7. Больше чем друг

«Завтра мы увидимся снова…» – повторяла Яна каждый вечер перед сном, и мечтательная улыбка расплывалась на её лице. После встречи с Алексом дни стали волшебными, сказочными. Как-то за обедом она не выдержала и рассказала обо всём Ханне.

– Ой, как здорово! – радостно щебетала подруга. – И прям розы принёс, да? Красные? Обалде-еть! Янчик, а он тебе самой-то нравится? Он симпатичный?

Яна кивала и улыбалась, накладывая на тарелку ризотто.

– Да, правда, очень нравится. И симпатичный, и, знаешь, очень-очень классный! Внимательный, добрый, всё, что ни попрошу, всё готов сделать. Сказала ему как-то, что люблю манго, так он на следующий день мне целый ящик принёс. Десять килограмм! Ну куда мне столько! Но это так мило… – Яна улыбнулась приятным воспоминаниям. – Да, и ещё он сильный такой! Мы один раз в парке на какую-то лужу набрели – он меня поднял, вообще как нечего делать, и перенёс на другую сторону. Я так удивилась!

– Здорово! – Ханна закатила глаза, радуясь услышанному. – Покажешь его как-нибудь?

– Пхах… – Яна чуть не поперхнулась, удивляясь такой непосредственности со стороны подруги, но потом рассмеялась. – Ты так говоришь прям, как будто это я новый телик купила или ещё что-то!

– Янчик, ну мне интересно просто, не обижайся! Вот вы даже не сфоткались вместе ни разу!

– Не знаю… Ханна, я вообще об этом не думаю, когда мы вместе. Честно, голова сразу отключается! С ним так хорошо рядом, так спокойно, у меня все страхи сразу проходят…

– Страхи? Какие страхи?

Яна поняла, что сболтнула лишнего. Она не собиралась рассказывать Ханне про кристалл и новые способности, которые, конечно же, так и оставались её самым большим страхом. И она всё-таки думала спросить Алекса о событиях в ночном клубе, но тянула с этим. Было неприятно поднимать непонятную, пугающую тему, хотелось только радоваться и хорошо проводить время.

И она выкрутилась:

– По работе. Я так боюсь, что меня опять начальник ругать будет!

– А, ты про это… А расскажи, как вы в кино ходили?

И весь обеденный перерыв Яна делилась историями про романтические встречи, походы в рестораны и кино, а Ханна улыбалась, восторженно ахая, прижимая к себе ладошки и радуясь за подругу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.