Сфера
Сергей Анатольевич Боголюбов

© Сергей Анатольевич Боголюбов, 2024

ISBN 978-5-0062-0221-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«Есть многое на свете, друг Горацио,

что и не снилось нашим мудрецам»

В. Шекспир «Гамлет»

Глава 1

Тихая лирическая музыка, льющаяся откуда-то сверху из недосягаемых недр серебристого потолка, неожиданно смолкла и хорошо поставленный женский голос произнёс: «Господин Карстен Шмидт, компания „Глобал Нэт“ приносит вам глубокие извинения за то, что вы потеряли свою личную собственность в стенах именно нашего супермаркета. С огромной радостью сообщаем, что утерянный вами наномайстер найден нашим сотрудником и передан администрации. Вы можете получить его в комнате службы безопасности. Компания „Глобал Нэт“ любит и уважает своих клиентов».

Услышав эти слова, высокий худощавый брюнет, одетый в помятый синий комбинезон жителя Верхних Ярусов, невольно вздрогнул. Он стоял напротив витрины с коллекцией марсианских поделочных камней и с интересом изучал их необычные названия. С началом второго этапа террареформинга на Марсе, его поверхность стала теперь доступной не только для подготовленных астронавтов, но и для старателей различных ювелирных компаний, купивших лицензию на разработку недр красной планеты у самой «Юнион Терра». Многие из экзотических минералов, имевшие гипнотический блеск и своебразный окрас, заинтересовали модниц земного шара. Человек в комбинезоне остановил свой заинтересованный взгляд на овальном кристалле, излучавшем тёплый голубовато-зелёный свет, и одобрительно кивнул. Такой камень наверняка заинтригует Карен. Сейчас он подзовёт к себе робота-кассира и закажет для неё перстень…

К сожалению, только что прозвучавшее объявление заставило его поменять свои планы. Оно оторвало его от радужных планов и вернуло в обыденную реальность. Карстен Шмидт удивлённо присвистнул, опустив руку в нагрудный карман. Чёрный гладкий диск наномайстера действительно отсутствовал на своём положенном месте… В последнее время Карстен стал каким-то рассеянным. Он твёрдо помнил, зачем пришёл в торговый центр «Глобал Нэт». В отдел информатики поступила заказанная им подборка научных справочников и энциклопедий.

Вышедший с ним на связь торговый агент вежливо сообщил, что господин Шмидт может получить их в любое удобное для себя время.

Карстен располагал лишь одним удобным временем – в воскресенье, после обеда. Именно в этот временной промежуток с 14⁰⁰ до 18⁰⁰ он был свободен для решения личных проблем. Скачав в память наномайстера заказанную справочную информацию, Шмидт расплатился с роботом-кассиром и уже собирался прогуляться по пяти этажам гигантского супермаркета «Глобал Нэт», как вдруг его кто-то легонько тронул за плечо. Карстен обернулся и увидел очаровательную блондинку с голокамерой в руках: «Прошу прощения, вы не могли бы мне подсказать, где находится отдел маркетинга? Эти кибергиды настолько тупы и невежливы… Терпеть не могу позитронные мозги».

Что было дальше, он помнил очень смутно. Кажется, он проводил красивую незнакомку не только до отдела маркетинга, но и провёл по всем этажам «Глобал Нэт»… А диск наномайстера, конечно же, оставил в отделе информатики.

Карстен Шмидт чертыхнулся. И как он умудрился попасть под гипноз этой блондиночки. Забыл про Карен.… Хорошо, что она не видела идиотского выражения на его лице, когда он скакал по этажам, сопровождая очаровательную незнакомку. Иногда учёный «сухарь» может позволить себе «подмочить» свою репутацию, как говорил его близкий приятель и коллега по работе Айзек Лебовски, иначе в конце жизни от него останутся только крошки.

Карстен улыбнулся и быстрым шагом направился в сторону помещения службы безопасности. До нужного офиса он шёл в прекрасном расположении духа. Какое внимание проявила к его незначительной персоне компания «Глобал Нэт»… Его наномайстер нашёлся, справочная информация надёжно скачана, с поделочным марсианским камнем он определился. Карен будет довольна…

В помещении безопасности сидели трое: два охранника в униформе компании «Глобал Нэт» и испуганного вида старик. По одежде и манере общения Шмидт различил в нём бездомного обитателя Нижних Ярусов. Наверняка стражи порядка поймали его на какой-нибудь мелочи и теперь измывались, пользуясь своей властью.

Когда Карстен вошёл в офис, ближний из них поднял голову, на секунду отложив оформление протокола, и коротко бросил учёному: «Вам туда, в соседнюю комнату… Шеф вас ждёт…».

Карстен недоуменно пожал плечами, ещё раз удивляясь этому настойчивому вниманию, уделённому его персоне. На двери, к которой подошёл учёный, красовался огромный герб компании «Глобал Нэт». Никаких других надписей, типа «начальник», «управляющий», «шеф» и так далее, на ней не просматривалось. Лишь ниже, на самой дверной ручке, висело странное обьявление: «Просьба, стучать три раза». Карстен Шмидт, как воспитанный член общества, выполнил просьбу хозяина кабинета без дополнительных напоминаний. В ответ за дверью кто-то негромко произнёс: «Входите… Входите, господин Шмидт».

Внутри кабинета было непривычно сумеречно. Из всех светильников дневного света горел лишь один, расположенный прямо над головой хозяина помещения. На столе стояла голографическая модель земного шара, голубоватое сияние которой придавало всему содержимому комнаты пугающий оттенок вампирского склепа. Сам хозяин странного офиса, невысокий лысый толстяк, сидел вовсе не за столом, а изучал какие-то документы, стоя перед открытой дверью своего сейфа. При виде вошедшего Карстена он резко захлопнул дверцу хранилища и поспешил навстречу учёному: «Господин Шмидт, рад видеть вас в своём офисе. Забота о клиентах – наше первостепенное дело. – Лысый толстяк засиял наигранной подобострастной улыбкой. – А вот и ваш наномайстер».

Шеф безопасности, словно фокусник, выхватил откуда-то из-за спины потерянный учёным гаджет.

Карстен ощутил знакомое тепло, исходящее от гладкой поверхности диска. Сжав его крепко в ладони, он машинально пробубнил какие-то дежурные слова благодарности, выразив признательность компании и лично её шефу. Ему захотелось поскорей покинуть это место и отправиться в отдел планетного крафтинга. Однако лысый толстяк вовсе не торопился прощаться. Он снова «запел» о том, какая это честь помочь такому великому учёному, прошёлся по заслугам и авторитету компании, выразил свою заинтересованность в дальнейшем их сотрудничестве…

Карстену хотелось уже придушить этого болтливого коротышку и, хлопнув дверью, отправиться по своим делам. Но тут странное ораторское представление шефа безопасности неожиданно закончилось само собой.

Справа и слева от рабочего стола, в гладком пластике стены, образовались два отверстия. Они стремительно расширялись, в мгновение ока приняв размеры обычной человеческой фигуры. В глубине их маячили силуэты двух незнакомцев. Ещё через мгновение оба чужака шагнули в кабинет шефа безопасности, не скрывая своих агрессивных намерений. У каждого из них в руках угрожающе поблёскивал внушительный раструб лазергана.

Карстен Шмидт попятился назад к спасительной двери. Однако, услышав за своей спиной громкий щелчок автоматического замка, замер в растерянности.

– Ничего личного, мистер Шмидт, приношу свои извинения… – улыбающийся лысый колобок отступил в сторону, пропуская вперёд к учёному двух незнакомых громил.

Ближайший из них, одетый в потрёпанную полицейскую броню, с огромным багровым шрамом на щеке, бесцеремонно подтолкнул Карстена к своему напарнику:

– Без глупостей, мистер Шмидт… Будете нас слушаться, останетесь в живых…

Другой из них – высокий худощавый парень с торчащими, словно локаторы, оттопыренными ушами ехидно хихикнул:

– Кто не курит и не пьёт, тот «дырявенький» помрёт… Подгребай сюда, ботаник, я тебя окольцую…

Карстену пришлось повиноваться. Он нехотя протянул ушастому обе руки, и тот сомкнул на запястьях магнитные наручники.

– Вот так-то лучше будет. А то от вас, яйцеголовых, всё можно ожидать… Я прав, Центурион? – лопоухий вновь осклабился.

Его угрюмый напарник оглядел кабинет шефа безопасности. Молча кивнул его хозяину и направился к одному из отверстий в стене.

– Закрой пасть, Слоник! Веди клиента. Двигаем дальше, согласно плану…

Центурион первым прошёл сквозь секретный ход и, подождав пока его напарник не повторил то же самое с пленником, достал свой наномайстер и нажал на кнопку дезактивации охранного терминала. В глубине стены что-то громко щёлкнуло. Пространство вокруг входного отверстия замерцало голубым сиянием и начало постепенно затягиваться. Через несколько секунд на месте зиявшего отверстия красовался гладкий пластик стены.

Карстен мысленно выругался. Его ближайшие планы летели ко всем чертям. Его начальник придёт в ярость, не получив в срок отчёт по справочным данным, скачанным им в информационном отделе «Глобал Нэт». Его невеста Карен сильно обидится на его исчезновение, усмотрев в этом намёк на прежние личные связи. Его жизнь вообще висела на волоске и зависела от настроения этих психов.

«Кто эти типы? Куда они меня ведут? Зачем я им нужен?» Мысли, одна безумнее другой, лезли в голову учёного. Судя по их манерам и виду, это были обычные бандиты, исполнители низшей категории. Но то, как они профессионально работали и с какой готовностью их встречал шеф безопасности «Глобал Нэт», не вызывало никакого сомнения, что за их спиной стоят очень «высокие» люди…

Вместе они миновали череду технических коридоров, лабиринтом, опутывающим огромное чрево торгового центра, спускались в вентиляционные шахты и продирались сквозь хитросплетения коммуникационных систем и труб. Временами на их пути попадались охранные роботы и дроиды. Однако Центурион был готов и к таким встречам и быстро останавливал механических монстров с помощью своего наномайстера. Получив правильный пароль, электронные твари разворачивались и спокойно убирались восвояси.

Наконец их маршрут был завершен, и они оказались на огромной вертолётной площадке, где-то на самой верхней точке торгового центра. Здесь их ждал ещё один громила – коренастый японец, вооружённый двумя катанами и переносной гаусс-пушкой «Тарантул».

– Привет, Такэда! Принимай ботаника. Можешь докладывать шефу, – Слоник был явно рад встрече с японцем. Но тот почему-то не разделял энтузиазма лопоухого и сразу направился к его напарнику.

Центурион молча пожал руку чужаку и бросил лишь одну короткую реплику: «Где летун, Ящерица?»

Тот недоуменно пожал плечами и достал свой наномайстер.

– Мантойя выслал геликоптер за нами ещё десять минут назад… Он должен быть уже здесь… Где этот чёртов Блитц и его ребята?

– Ты вызывал их, Такэда?

– Да, пару раз… и всё без толку. Какие-то странные помехи… Попробую ещё…

Токэда настроил наномайстер на приём и громко выкрикнул: «Блитц! Скотина! Где ты? Шеф порежет тебя на суши!»

В ответ что-то затрещало, и далёкий голос быстро заговорил: «Такэда! Это я, Блитц! Извини, вынужденная поломка, пришлось экстренно сесть… Переустановили тут одну штуковину в двигателе. Сейчас будем…»

Японец и Центурион переглянулись. Слоник присвистнул и задумчиво поскрёб свои «локаторы».

– Блитц! Ты охренел? Приказ Мантойи был – лететь без остановки! Не садиться ни в коем случае! Если проблемы с машиной, вылетает запасной коптер… Небось, накануне задания опять с бабами пировал?

Ящерица зло выругался на своём языке и добавил, глядя Центуриону прямо в глаза: «Не нравится мне всё это… Будем готовить встречу с музыкой?»

Центурион, который, по всей вероятности, исполнял в данной ситуации роль негласного лидера, решительно направился к Шмидту и к великому изумлению учёного неожиданно снял с него магнитные наручники.

– Слушай, ботаник, кажется, положение дел хреновое… И не только у нас. Если это люди Скелетного Клоуна, то ради нужной информации они выпотрашат тебя, словно рыбу… А с нами, с нашим боссом у тебя есть шанс выжить и снова заняться той же хренью, что и в своей долбаной лаборатории… Думай, док, только быстрее… Ты поможешь нам?

Карстен проглотил комок, внезапно сжавший спазмами его пересохшее горло, и коротко кивнул. Из двух зол он, конечно, выбирал меньшее.

– В чём будет заключаться моя помощь? Я не умею драться и стрелять, как вы… Я учёный, а не солдат.

Центурион ухмыльнулся и переглянулся с Такэдой.

– Я думаю, это не понадобится, док… Ты только подыграй нам. Вот держи пушку, – сказал Центурион, разрядив вытащенный из внутреннего кармана компактный «фаленбёрд» и сунул его в дрожащую ладонь Шмидта.

Затем повернулся ко всем остальным присутствующим и начал объяснять свой план действий.

– Мы изобразим им то, во что они вынуждены будут поверить… Ящерица, ты притворишься мёртвым и будешь лежать тихо до моего сигнала. Слоник, твоя задача спрятаться за навигационной будкой и взять на мушку пилота. Ну, а мы с доком будем играть в пацифистов… Я лягу на спину, изображая «раненую барышню»… Наш друг сядет мне на грудь и приставит пистолет к горлу… Док, придётся изобразить «разъяренного ботаника». Кричи громче, ругайся, требуй вертолёт, самолёт, звездолёт и ещё хрен знает что… В общем, прикинься крутым! Дальше по моему сигналу валим гадов… Да, яйцеголовый, не забудь вовремя отползти в сторону… Ну, всем всё ясно?

– Я пошёл, займу позицию. Я ж не тупой, – хихикнул лопоухий бандит и направился к будке.

– А мне что, себе харакири что ли сделать? – возмутился Такэда. – Клоун – хитрая сволочь, не поверит, что я конченый… Ну, без крови ни за что не поверит.

Центурион фыркнул и недоуменно пожал плечами. Ящерица вдруг громко произнёс на своём языке какую-то тарабарщину и выхватил один из клинков. Карстен невольно попятился, ожидая удара Такэды. Но тот лишь зыркнул на него злыми раскосыми глазами и полоснул себя по левой ладони. Кровь мгновенно закапала на гладкий пластик вертолётной площадки. Японец, ни слова не говоря, улёгся лицом вниз, прикрыв телом свою «гауссовку». Растекающаяся из раны кровь образовала под ним ощутимую, видимую издалека небольшую лужицу.

– Ну, как я? Похож на дохлого ниндзя? – попытался пошутить Такэда.

– Ты – псих, Ящерица… Дохлее не бывает. Всё, кажись, летят. Всем приготовиться!

Центурион плюхнулся на пол и прикинулся временным инвалидом.

Гудение быстро приближалось, и вот наконец из-за стены ближайшего небоскрёба вынырнул ярко-оранжевого цвета грузовой геликоптер.

– Ботаник, не дрейфь… Весь спектакль не займёт много времени. Делай, как тебе велели, – процедил сквозь зубы Центурион, пытаясь боковым зрением различить приближающуюся машину.

Шмидт сжал до боли трясущимися руками холодную сталь «фаленбёрда» и приставил его к горлу бандита. Тот одобряюще подмигнул два раза.

Геликоптер неожиданно остановился, зависнув всего в нескольких метрах от начала вертолётной площадки. Было очевидно, что сидящие в нём люди ошарашены увиденной картиной. И, похоже, лихорадочно обдумывают свои дальнейшие действия.

– Ори, док… Помаши им рукой… Пни меня ногой… Но только не сиди каменным изваянием! – угрожающе прошипел Центурион и ещё больше скосил оба глаза в сторону летательного аппарата.

Карстен вздрогнул, словно избавляясь от ужасного оцепенения. Он на секунду представил, что, быть может, сейчас, в это самое мгновение, кто-то из прилетевших бандитов держит его на мушке своего пулемёта. Карстена тут же прошиб холодный пот, и он заорал: «Не стреляйте! Я не бандит! Я – Карстен Шмидт! Учёный из Тунгусского Исследовательского Центра Ксенологии… Помогите мне!». Карстен орал ещё что-то о большом вознаграждении, об Учёном Совете, о жалобе в Лигу Объединённых Планет и так далее… Наконец геликоптер качнулся и стал снижаться в нескольких шагах от учёного. Не успел летательный аппарат ещё коснуться твёрдой поверхности, как боковая дверца его быстро отъехала в сторону, и на землю спрыгнули два бандита, одетые в странные костюмы, стилизованные под человеческие скелеты. На лицах у них были маски в виде смеющегося черепа с прорезями для глаз. Странные головорезы спустились вниз и тут же встали справа и слева от двери, приняв боевую стойку и внимательно вглядываясь в окружающее пространство. Вслед за ними в дверном проёме показался ещё один чужак. Он был в таком же наряде, но уже без маски. Да она, похоже, была и не нужна ему. Пересекающий всё его лицо ужасный шрам превращал чужака в настоящий кошмар наяву. Бандит вёл себя вызывающе. Не оглядываясь по сторонам, с напускным равнодушием, он спрыгнул на землю и неспешно двинулся в сторону Шмидта. Карстен не заметил в его руках никакого оружия: ни холодного, ни огнестрельного… Единственным убедительным аргументом чужака был огромный золотой кастет, которым он надменно поигрывал, демонстрируя свою силу и выдержку.

– Ба! Ба… Ба… Наша лабораторная крыса, оказывается, умеет кусаться, – неожиданно заговорил приближающийся чужак и ехидно ухмыльнулся. От этого его лицо перекосило ещё сильнее, а Карстен невольно отвёл взгляд, чтобы заглушить рвотные позывы.

Бандит на мгновение задержался около тела Такэды и вновь произнёс елейным тоном: «Ну, ты посмотри. Это же наш Великий Ниндзя Ящерица… Наконец-то отползал своё!»

Человек-шрам подошёл вплотную к Шмидту и, вглядываясь в молчаливо лежащего Центуриона, неожиданно пнул того ногой под рёбра: «А тебя, сволочь, я замочу собственными руками… Был Центурион и весь вышел… – голос бандита вдруг изменился на угрожающе-злобный. – Дай-ка сюда пушку, яйцеголовый».

Карстен Шмидт, до этого заворожённо смотревший на уродливого чужака, быстро перевёл взгляд на Центуриона. Тот едва сдерживал своё эго, борясь с нахлынувшей болью и гневом от полученного пинка Скелетного Клоуна. Но всё же явственно моргнул два раза в знак согласия. Шмидт недоумённо пожал плечами и протянул «фаленбёрд» бандиту. Тот, похоже, опять вернулся к прежнему расположению духа. Он подкинул пистолет в воздухе, жонглируя им не хуже циркового артиста. Затем резко навёл на Центуриона и нажал спусковой клапан: «Катись к Своему Легиону, Центурион!…» Раздался громкий щелчок, и сенсорная панель оружия засветилась красным светом.

– Ах ты тварь! Шута из меня хотел сделать, лабораторная крыса! – разъяренный бандит повернулся к Шмидту и попытался достать Карстена своим чудовищным кастетом. Однако резкий подкат Центуриона помешал ему достичь намеченной цели, и золотой набалдашник лишь вскользь прошёлся по голове учёного. Несмотря на это, даже такой удар оказался для Шмидта достаточно ощутимым. Окружающий мир поплыл перед его глазами, а сознание тут же отключилось.

Последнее, что запомнил его мозг, это блеск клинков и стремительный прыжок Такэды, который словно разящая молния метнулся на двух телохранителей Скелетного Клоуна, и короткий воющий звук выстрела лазергана Слоника. Дальше наступила кромешная тьма и спасительное забвение…

Глава 2

Майор Зейн перевёл затвор своего лихтштрудера в нейтральное положение и негромко выругался. Ситуация вновь повторилась, как в прошлый раз в предыдущем рейде. Вот уже целый час он со своими людьми сидел в засаде возле перехода в Сектор Переработки Отходов, ожидая появление намеченной цели, а она, словно издеваясь, и не думала появляться.

Накануне его отряд получил чёткое предупреждение от своего агента по кличке Реактор о том, что интересующая военных личность пройдёт с бандой «мусорщиков» именно этим маршрутом. Искомой персоной, так необходимой для поимки, был бандит по прозвищу «Граф Калиостро». Его задержание, а по возможности и устранение, санкционировало само правительство Лиги Объединённых Планет. В перечне кровавых дел этого человека числились такие, как захват Орбитального Банка Земли, похищение трёх министров Лиги, уничтожение нескольких гражданских космоботов, грабёж и пиратство марсианских торговых караванов. Теперь он добрался и до Сферы.

И лишь одному Богу известно, что за грязные дела привели его сюда и какую очередную пакостную идею спланировал его изощрённый разум на этот раз…

Зейн огляделся по сторонам, изучая реакцию своих товарищей. Но те, похоже, или не расслышали его слов, или сделали вид, что не возражают пожеланиям своего командира. В конце концов, сидеть в тяжёлом армейском скафандре, замерев в одной напряжённой позе с оружием наизготовку, было занятием не из приятных. Но что поделать, игра шла по-крупному. «Мусорщики», ребята серъёзные, вмиг учуют подставу. Если уже не прочуяли…

Майор опять чертыхнулся и набрал нужный код вызова. Маленький голографический экран наномайстера мгновенно засветился, и на нём появилось изображение сурового мужского лица в тяжёлом армейском шлёме.

– Лейтенант Марчелли, доложите обстановку, – Зейн устало переложил тяжеленный лихтштрудер с правой руки на левую.

– Всё чисто, коммандер… Никого, словно вымерли… Жду указаний, -голос лейтенанта был твёрд и холоден, но в нём всё же угадывались нотки раздражения и усталости.

Долгие часы ожидания и тяжёлого похода через запутанные лабиринты Сферы сказывались на людях. Но Зейн понимал, что альтернативы у него просто нет. Ждать свежего пополнения с Земли приходилось по несколько месяцев, а то и дольше. Как ни жаль, но его бойцы работали на износ.

– Ждём ещё десять минут, лейтенант. Вдруг они вляпались в аномалию. – Зейн не хотел терять надежды ни при каких обстоятельствах. Он упорно отказывался признаваться себе самому в том, что операция по устранению «Графа Калиостро» в очередной раз терпела позорное фиаско. Что же, что же помешало? Что изменило планы «мусорщиков»? Агент Реактор перевербован? Или ему дали дезу? Нет, это абсурд! Он много раз сообщал ценную и правдивую информацию. В конце концов, он был старым приятелем лейтенанта Марчелли. А тот в друзья, кого попало, не выбирает.

Зейн перевёл взгляд на окружающее его пространство. Как и все другие сооружения Сферы, данная часть локации выглядела так же таинственно и абсурдно. Место, где располагались его люди, назвать домом можно было с большим натягом. Скорей всего, ему подошёл бы термин «необъяснимая инопланетная хрень». Сооружение имело высоту примерно двухэтажного дома, но без крыши и лестничных пролётов в земном понимании этого слова. Забираться на второй этаж этого строительного казуса пришлось, используя специальные гравиподъёмники «прыгающие кошки», применяемые марсианскими рейнджерами. Справа и слева странное помещение имело некое подобие настоящих стен, размером в два человеческих роста, без каких-либо окон и ниш. Его грязно-зелёную шероховатую поверхность покрывали таинственные знаки, похожие на иероглифы, разобрать смысл и назначение которых не смогли даже самые учёные головы Тунгусского Центра. Спереди и сзади вместо стен торчали ряды «столбов – наростов», похожих на гигантские земные сталагмиты. Именно за ними, сидя на гладко-чёрном полу, прятались его люди.

Майор осторожно выглянул из-за своего столба и посмотрел в сторону Падающего Конуса. Там находилась в засаде группа лейтенанта Марчелли. Бойцы располагались в небольшом грибообразном строении, в котором, в отличие от укрытия майора Зейна, было некое подобие ступеней – огромных полутораметровых гладких блоков, парящих прямо в воздухе без всякой опоры. С другой стороны к нему примыкало обширное поле гравитационной аномалии, обойти которое «мусорщики» должны были обязательно. Подойдя к башне Падающего Конуса, они неотвратимо свернули бы в сторону грибообразного дома, где их и поджидали парни лейтенанта Марчелли. Стратегия Зейна была стара как мир. Войдя в боевое столкновение с «мусорщиками», солдатам Марчелли надлежало изобразить имитацию вынужденного отступления. Зная непомерную жадность «мусорщиков» и их стремление завладеть боевыми армейскими бронескафандрами, можно было ожидать, что бандиты не упустят случая добить и ограбить горстку космопехов. Но что-то пошло не так, как задумывал майор Зейн, и его хитроумный план рушился словно карточный домик… Он снова зло выругался и медленно поднёс палец к объёмной огненно-красной кнопке вызова над экраном наномайстера. После нескольких мгновений размышления, майор наконец активировал связь с лейтенантом:

– Бруно, отбой боевой готовности. Двигайтесь на соединение с нами. Пункт встречи – сектор альфа 17.

Мрачно-напряжённое лицо Марчелли немного прояснилось, но он не подал виду, что несказанно рад такому приказу. Лейтенант лишь сдержанно отчеканил ледяным тоном: «Есть, сэр, начинаем отход…»

Зейн быстро поднялся и, положив тяжёлый лихтштрудер себе на плечо, подал знак своим бойцам к смене позиций. Солдаты резко вскакивали со своих насиженных мест и с явным удовольствием разминали затёкшие от долгой неподвижности руки и ноги. Они возбуждённо переговаривались. Им было наплевать на «Графа Калиостро» и безбашенных «мусорщиков». Вместо смертельной мясорубки их ждало возвращение на базу и долгожданная возможность поскорей сбросить с себя опостылевшие бронескафандры. Майор Зейн прекрасно понимал их. Он с юности уважал слова «долг» и «честь» офицера, но дожить до окончания контракта и получить свой счёт в Земном Орбитальном Банке тоже было не лишним.

Он тяжело вздохнул, представляя, как отреагирует полковник Шэрманн, получив его очередной оправдательный рапорт. «Чёрт с ним, с этим отморозком „Графом Калиостро!“ Он всегда был непредсказуемым гадом. Сам по себе… Будь то в компании сумасшедших „мусорщиков“, не терпящих никаких крутых чужаков, или среди космических пиратов Пояса Астероидов, в рядах которых он прославился своей особой жадностью и жестокостью. Смыться в одиночку он мог запросто… Но вот куда делись четыре десятка головорезов Хакера Хью – главаря „мусорщиков“? Вот вопрос», – думал Зейн, направляясь к группе своих лучших разведчиков.

– Капрал Дворжак! Возьмите десять человек и проверьте подходы к Нефритовой Арке. Не исключено, что эти мусорные крысы просто ждут нас на выходе. Доложите сразу по прибытии на место.

Майор поглядел сверху на суетящиеся фигурки солдат, расползающихся в разные стороны, словно муравьи в поисках своей добычи. Десять из них во главе с капралом быстро отделились от общей массы и двинулись в сторону нагромаждения гигантских тёмно-зелёных сталагмитов, загораживающих главный вход в Сектор Переработки Отходов. На соединение с Марчелли колонна двигалась в полном молчании. Солдаты сосредоточенно осматривали каждый квадратный метр приближающегося пространства Сферы. Таинственные агломерации странных конструкций непонятного назначения, искрящиеся молниями и дымящие кислотными испарениями участки аномальных зон… Всё это замедляло скорость передвижения бойцов и без того отягощённых тяжёлым вооружением и бронёй. Зейн попытался завести разговор со вторым своим помощником, лейтенантом Эрикссоном, но тот выглядел угрюмым и усталым, отвечая на вопросы шефа почти по уставу, коротко и односложно: «да, сэр», «есть, сэр», «не могу знать». Поделиться с ним своими глубокими размышлениями майор так и не решился. Зейн мысленно чертыхнулся, проклиная очередное препятствие, и тут же с удовлетворением вдруг подумал о том, что за всё время пребывания в Секторе Переработки Отходов им не попалась ни одна местная «живность»…

Представителей «фауны» Сферы сегодня явно мучил синдром скромности. Это было как минимум странно… Потому что другое чувство, чувство страха перед людьми, было им не знакомо в принципе. Существовало несколько видов местного «социума». Все они были занесены учёными Тунгусского Центра в специальный каталог и различались по той или иной степени опасности для человека. Однако непредсказуемость мира Сферы напоминала землянам, что вполне могут существовать и другие… Просто время встречи с ними ещё не наступило…

«Как там Марчелли?», – отвлёкся от своих размышлений Зейн и послал вызов по наномайстеру. Лейтенант откликнулся неожиданно быстро: «Сэр! Здесь появилась обширная аномалия „слюдяное озеро“… Несколько часов назад её тут не было. Нужно время, чтобы обойти, задержка от графика составит 15 минут… Продолжаем движение… Конец связи…»

Аномалии… Аномалии… Одни растут, другие исчезают. Там, где раньше было нормальное пространство, стремительно образуется НЕЧТО. Откуда берётся и по каким законам, не знает никто. Сфера живёт своей жизнью, несмотря на свой чудовищный возраст. Очень мудрые мужи из Тунгусского Центра говорят, что ей не меньше миллиона лет. Хочешь верь этому, хочешь нет. Без вариантов…

Внезапно впереди что-то оглушительно треснуло, и хриплый голос Эрикссона, идущего впереди колонны, вернул майора в окружающую действительность.

– Внимание! Опасность первой степени! Прямо по курсу – Радужный Воин… Подготовиться к бою!

Майор Зейн нервно хохотнул. Ну вот, стоило только подумать о «живности», и она тут как тут. Конечно, Радужный Воин был не самой опасной целью в перечне обитателей Сферы, но проредить измождённое человеческое стадо, каковым с каждой минутой становился отряд его космопехов, эта тварь могла запросто… И действовать против неё нужно было как можно быстрее.

Лейтенант Эрикссон знал об этом не понаслышке. Он уже имел дело с этими созданиями. Находясь впереди отряда, могучий швед стремительно бросился наперерез Радужному Воину.

«Что он творит, берсерк чёртов?!… Если выживет, награжу и посажу на гауптвахту», – подумал Зейн, лихорадочно шаря лазерным прицелом по мерцающему торсу радужного великана.

Создание Сферы, переливающееся всеми цветами радуги и отдалённо напоминающее гуманоидное существо, имело устрашающий вид. Трёхметровая тварь обладала неким подобием рук и ног, которые, похоже, не имели ничего общего с суставной системой земных животных. Верхние и нижние конечности Радужного Воина изгибались в любом направлении, словно щупальца осьминога. Маленькая остроконечная голова, снабжённая двумя рядами красных злобных глаз, вращалась подобно танковой башне, держа под контролем любую точку окружающего пространства. Всё это, а также отсутствие каких-либо функциональных отверстий для дыхания, слуха и приёма пищи, говорили о том, что это, скорее всего, порождение искусственного интеллекта, чем результат эволюции.

Смысл неадекватных действий Эрикссона стал понятен Зейну, когда тот, преодолев последние метры, разделявшие его от чудовища, вдруг ловко метнул магнитную мину точно в нижнюю часть корпуса существа, в место, где радужное сияние было наиболее ярким. Тварь попыталась достать храброго шведа своими смертоносными лучами, но тонкие лазерные нити ослепительно-голубого огня, исходившие из её вращающихся глаз, уходили на два-три метра дальше от него. Радужный Воин обладал мощным дистанционным оружием, вмиг испепеляющим любую враждебную органику. Но у себя под ногами он был беспомощен и бессилен – стрелять прямо подле себя ему не позволяло строение его головы. Этим и воспользовался Эрикссон. Он сумел быстро оказаться в зоне недосягаемости радужного гиганта. И с риском для жизни установил на нём «рыбу-прилипалу»…

В следующее мгновение, чтобы достать наглого космопеха, сверкающая тварь приняла единственно правильное в этой ситуации решение – она стала пятиться. Но было уже поздно… Лейтенант быстро упал на землю, прикрыв голову руками. Вслед за этим ослепительная вспышка активированного пси-заряда магнитной мины разметала порождение Сферы на мелкие ошмётки…

Окружающее взрыв пространство на миг исказилось ярко-фиолетовыми сполохами и медленно вернулось к законам реального мира. Вместо Радужного Воина осталась неглубокая лунка, в которой что-то тускло поблёскивало. Неподалёку от неё без явных признаков жизни лежало тело Эрикссона. Увидев это, Зейн негромко выругался и вызвал Грумбриджа, полевого медика их отряда.

Сквозь толпу космопехов, стоящих в нескольких шагах от тела Эрикссона, пробился невысокий, коренастый солдат с ранцем медкомплекта. Вместо оружия в руках он держал маленький серебристый цилиндр минидиагноста.

– Господин майор!… Там, двое легко раненых… Рогов и Мюррей… И один убитый… Рядовой Ромеро…

– Раненые хоть как доберутся до базы, а Ромеро уже ничем не поможем… Грумбридж, шевели задницей! Мне нужен лейтенант… И желательно живой…, – майор в нетерпении махнул рукой и сам зашагал в сторону тела Эрикссона. Зейн знал, что согласно требованиям безопасности, место разрушения Радужного Воина необходимо было проверить «на вшивость», как говорили между собой космопехи. Деструктивированная тварь иногда оставляла после своей гибели различного вида опасные аномалии. Но сейчас ждать, тратя время на обследование этого участка, было бы непозволительной роскошью. Лейтенант Эрикссон мог отправиться в мир иной в любую минуту. Нарушить установленные правила мог только тот, кто был призван следить за их соблюдением…

Зейн осторожно приблизился к месту трагедии. Датчики регистрации окружающей среды, встроенные в корпус его боевого скафандра, мирно попискивали нейтральными голосами. Часть информации шла напрямую в центр обработки данных в «супермозг» наномайстера. И пока ничего сверхординарного они не показывали. Майор облегчённо вздохнул, мысленно поблагодарив всех скандинавских богов за отсутствие рядом с телом Эрикссона каких-либо вредных аномалий, и уступил дорогу медику, шедшему за ним след в след.

Несмотря на свою нерешительность, Грумбридж был отличным медиком и знал своё дело достаточно профессионально. Майор некоторое время наблюдал за манипуляциями солдата, уверенно используещего различные гаджеты диагноста, затем невольно перевёл взгляд немного выше и удивлённо вздрогнул.

В неглубоком округлом вместилище лунки лежал предмет, отдалённо напоминающий человеческое сердце. От его гладкой, странно-правильной формы исходило загадочное тусклое свечение. Это был артефакт… Да, самый настоящий артефакт – Сердце Воина… Довольно редкий и очень дорогой…

Собственно говоря, ради таких таинственных вещей, порождений Сферы, и рвались сюда со всех краёв Солнечной системы бандиты, пираты и отщепенцы разных мастей. Наводить порядок и охранять этот форпост земной цивилизации от разгула преступности был призван Корпус космической пехоты, направленный сюда правительством Лиги Объединённых Планет. Военное командование сбивало пиратские корабли, задерживало старательские космоботы различных корпораций, в том числе и самой «Юнион Терра», проводило облавы в доступных секторах Сферы, вело агентурную разведку среди бандитов и авантюристов разного толка и даже гоняло безбашенных учёных из Тунгусского Центра, лезших в самое пекло чужеродного пространства. Но всё было тщетно… Обстановка нисколько не улучшалась. Наоборот, космопехов становилось всё меньше, а различного отребья только прибывало.

В отношении самих артефактов и других загадочных предметов Сферы командование Корпуса не было столь единодушным. Земля резко требовала «во избежание распространения инопланетной заразы и порождений Сферы» безжалостно её уничтожать. В Штабе космопехов, на орбите Марса, соглашались, брали под козырёк и делали свою уточняющую интерпретацию – относили к «порождениям» Сферы всех ползающих, ходящих и летающих тварей, обитающих в её недрах. А всё остальное ценное научное барахло шло как «неопасное» и сбывалось «где-то, кому-то и куда-то». Зейн знал многих генералов из Штаба, сделавших своё состояние на подарках Сферы. Знали об этом и рядовые космопехи, знали и молчали, согласно Уставу. Вот и сейчас этот артефакт им надлежало заключить в специальный контейнер и отправить в Штаб с курьерской ракетой…

– Ну, что там, Грумбридж?… Он мёртв?… – майор перевёл взгляд на склонившегося над телом Эрикссона молчаливого медика.

– Хвала богам, живой… Но он долго не протянет, если в ближайшие часы не подключить к реаниматору. Спасибо командирскому бронескафандру, а то бы у бедолаги Ромеро появился «напарник»…

Зейн осторожно приблизился и склонился над телом лейтенанта, изучая его обгоревший скафандр. Затем расстроенно кивнул. Нанесённый Грумбриджем защитный гель покрывал тёмно-зелёную сталь брони огромными бурыми пятнами почти по всему торсу космопеха.

Да, мощь Сферы на себе лучше не испытывать… Хорошо ещё, что поток раскалённой плазмы прошёлся по бронескафандру шведа лишь по касательной…

Майор озабоченно вздохнул, мысленно проклиная всех и вся на свете, от злобных тварей Сферы до тупых генералов в Марсианском Штабе. Терять людей было чертовски обидно и непростительно. А терять нелепо – вдвойне…

Зейн хотел уже приказать солдатам подготовить специальные магнитные носилки, предназначенные для транспортировки выбывших из строя товарищей, но его наномайстер вдруг резко активизировался. Лейтенант Марчелли требовал экстренной связи.

– Да, лейтенант, слушаю… Что там у вас? – Зейн поднёс экран «наручного компьютера» ближе к лицу.

– Это засада, сэр! Мы попали в засаду «мусорщиков»… Похоже, это ублюдки Хакера Хью, которых мы ждали утром… Ведём бой на открытой местности, есть потери…

Зейн скрипнул зубами от ярости. Опять эти твари оказались хитрее… Всё это время они следили за действиями космопехов и ждали своего момента…

– Лейтенант, уточните, где вы находитесь? Какова численность нападающих?

Марчелли секунду помедлил, поливая огнём из своего лихтштрудера невидимого противника, и продолжил немного растроенным голосом:

– Они прятались в Паучьих Ямах. Когда мы вступили на обходную тропу, эти ублюдки повыскакивали наверх с помощью «прыгающих кошек», словно черти из преисподней… Противник имеет трёхкратный перевес. В основном слабоэнергетическое и стрелковое оружие… Бронированных только единицы… Похоже, они немного побаиваются нас, коммандер…

– Это нам на руку, лейтенант. Надо заставить гадов поволноваться. Создайте себе мощный огневой прорыв в направлении ближайшей Паучьей Ямы. Закрепитесь там, на краю ямы, на магнитных присосках бронескафандров и ведите круговую оборону… Мы скоро будем… Держитесь, Марчелли…

Зейн немедленно связался с Дворжаком, приказав тому срочно двигаться к месту схватки с Радужным Воином, чтобы забрать раненых и убитых бойцов, а затем возвращаться на базу.

Майор оглядел стоящих перед ним солдат. Их лица, закрытые забралами боевых шлёмов, были ему не видны. Однако, телепатически он чувствовал, как напряжены их нервы. Сообщение Марчелли было доступно не только для его наномайстера. Теперь каждый из них знал, что идёт выручать своих товарищей. И даже численное преимущество «мусорщиков» не могло изменить их решимости.

Зейн понял, что высокопарные речи будут сейчас просто неуместны. Он энергично передёрнул затвор предохранителя своего лихтштрудера и громко крикнул:

– Солдаты! Давайте надерём задницы этим помойным крысам! Вперёд!

Отряд максимально быстро двинулся на соединение с попавшими в засаду. Перемещаться полноценным, настоящим бегом, здесь, на Сфере, было равносильно самоубийству. Приходилось постоянно огибать какие-нибудь препятствия или аномалии. Заметно сказывался фактор тяжёлого вооружения и усиленной брони. Да и местные твари могли вновь заявить о своём существовании.

Неожиданно наномайстер Зейна вновь дал о себе знать. «Опять Марчелли с докладом», – подумал майор и поднёс левую руку с гаджетом к своему лицу. Однако это был вовсе не лейтенант… На экране возник незнакомый человек, на голову которого была надета дыхательная маска в виде устрашающего демонического лица.

– Привет, майор! Есть тема, надо перетереть… Не вздумай отключаться, это не в твоих интересах.

– Ты кто, образина? И почему ты вламываешься на избранную частоту? – Зейн опешил от наглости незнакомца, но решил пока не прерывать установленного контакта.

– Гха! Гха! Господин Жандарм не узнал своего скромного оппонента. А ведь он так мечтал заманить его в ловушку, словно крысу. Так вот, не вышло! Ваша крыса поймана, и её скоро выпотрашат мои ребята. Ваш опричник, лейтенантишка, попался в капкан. И через несколько минут будет раздавлен, как букашка… Так что можете называть меня Большой Занозой в вашей заднице, майор Зейн…

– Чего ты добиваешься, Хакер Хью? Мои парни тебе так просто не дадутся. Вы получите кучу трупов… А когда подойдём мы, то тактическое преимущество будет вновь на нашей стороне… На пощаду не надейся, у меня приказ на уничтожение…

– Ну-ну, майор… Не кипятись… Я ещё не закончил. Я думаю, что докладывать о вашем тактическом преимуществе никому не придётся… Мои людишки оказались расторопнее ваших бронированных солдатиков. Они заминировали Нефритовую Арку пятью протонными зарядами. Стоит мне дать им сигнал, и никто из вас уже никогда не увидит знакомые отсеки Марсианского Штаба…

Зейн молча слушал, размеренно шагая в конце своего отряда. Дикая, необъятная ярость переполняла его сердце и душу. Как так получилось, что он, кадровый военный, недооценил своего противника и теперь вынужден был играть по чужим правилам. Ему захотелось послать ко всем чертям этого ублюдка и продолжить до конца свою боевую миссию. Однако он вновь вспомнил о человеческом факторе. Конечно, его ребята сделают всё невозможное. Но это будет бойня. Пиррова победа… И если они победят, им придётся искать другие выходы из Сектора Переработки. Его тайные информаторы не отрицали их существование. Но эти выходы должны быть опасны, очень опасны. И тогда нет никаких гарантий, что Сфера выпустит их отсюда живыми…

– Хорошо, тварь… Но… Почему я должен поверить, что это не блеф? – майор взял себя в руки и постарался продолжить разговор более твёрдым тоном. Но главарь бандитов и не думал менять свою позицию. Его голос по-прежнему был наглым и самоуверенным.

– Хватит болтать, господин Жандарм… У тебя нет другого выхода… Пока ты там тявкаешь, здесь погибают твои люди… И с каждой минутой всё больше… А в моих силах остановить этот конвейер… Тебе надо лишь выслушать меня до конца и выполнить кое-какие условия…

Майор Зейн скрипнул зубами от безысходности.

– Ладно, я согласен… Излагай свои требования. Но не вздумай опять меня дурить. Моё терпение итак на пределе…

– Так-то лучше… А теперь по делу. Мои разведчики донесли, что около 40 часов назад ваш Орбитальный Страж сбил одинокого «нарушителя». Тот совершил вынужденную посадку между вашей базой и Окраинными Землями. Там на корабле был один человечек, очень важный человечек… Вы даже не представляете насколько, майор.

– Неужели «Граф Калиостро? – невольная догадка озарила мозг майора Зейна. Он сам не заметил, как произнёс это имя вслух.

Демоническая маска Хью подалась вперёд, и он сменил вульгарный тон на более угрожающий:

– Ну наконец, майор, мы приближаемся к взаимопониманию… Верните нам «Графа Калиостро», и мои люди тут же покинут Сектор Переработки Отходов.

Зейн был в растерянности. Он столько времени охотился за бандой Хакера Хью, пытаясь захватить самого знаменитого отморозка Солнечной Системы, не зная о том, что «мусорщики» сами готовят ему засаду по той же самой причине… Вот как! Неужели бедняга Реактор в последнее время работал уже под колпаком у этих гадов?

– Ты не поверишь, бандитская рожа, но я тоже пришёл сюда за этим красавчиком. По нашим сведениям, он должен был тайно прибыть ещё раньше, высадившись на обратной стороне Сферы, в Секторе Разлома. Что касается сбитого космобота, то мои парни туда даже не ходили. Стражники сразу сказали, что это был «муляж», аппарат-иммитатор… Так что, похоже, мы оба в пролёте, Мистер Хью…

Главарь «мусорщиков» на мгновение задумался, борясь с охватившими его сомнением и злостью. Его хитроумный, «гениальный» план оказался теперь никому не нужен, а его люди в данный момент гибли в схватке с космопехами без всякого смысла…

– Пусть так, майор… Но где гарантии, что это не лажа?

Зейн злорадно ухмыльнулся. Теперь они поменялись ролями, и Хакер Хью оказался в похожей ситуации, что и он несколькими минутами раньше.

– Неужели ты думаешь, Умник, что мы бы подняли столько людей лишь ради твоей тощей задницы… У нас приказ начальника Штаба, подписанный всеми главами Лиги. Там фигурирует только наш любезный друг «Граф Калиостро». Извиняй, но о твоей букашечной личности там ничего не говорится, – майор с удовольствием сделал уточняющий акцент на последнем оскорбительном в адрес бандита эпитете.

Главарь «мусорщиков» неожиданно прервал связь и исчез с экрана наномайстера. Не успело пройти и минуты, как вновь дал о себе знать лейтенант Марчелли:

– Сэр! Эти крысы уходят… Похоже, они заметили приближение вашего отряда… Трусливые шакалы…

– Они не струсили, лейтенант, просто их планы поменялись, – угрюмо промолвил Зейн и тихо добавил скорее для себя самого, чем для своего подчинённого: – Как впрочем и наши…

Глава 3

Далёкие голоса, гулким эхом блуждающие по лабиринтам разума, вызывали в нём неясные ассоциации и образы. Сначала смысл их был непонятен и чужд, но затем наступило медленное прозрение, и Карстен Шмидт понял, что возвращается к реальности.

– Да, жив ваш очканоид… Только малость мозги стряс, скоро очухается, – произнёс чей-то незнакомый голос, в котором учёный уловил нотки снисходительности и презрения.

– Легко тебе говорить об этом, Барракуда… Ты ведь не отвечаешь за итог операции. Без дока нам крышка! Мантойя может и пожалеет, а вот босс точно башку оторвёт…

Второй говоривший был чем-то взволнован. И не скрывал этого. Его жалобный тон показался Карстену очень знакомым. Шмидт глубоко вздохнул и открыл глаза. Карстен сразу узнал светло-серую обивку, простроченную рядами магнитных заклёпок. Точно такая же была в геликоптере, возящем его с коллегами по службе на испытательный полигон, находящийся в восьмидесяти километрах от Тунгусского Центра. Правда, тот аппарат был на редкость шумным и некомфортным. Здесь же чувствовалась скрытая мощь протонного двигателя. Еле слышное гудение винтов и слабая вибрация действовали усыпляюще.

Карстен мотнул головой и огляделся. Второй раз уходить в забытье он уже не хотел. Сидящий напротив него ушастый парень вдруг заметил пробуждение учёного и, не скрывая радости, завопил: «Центурион! Иди сюда… Док жив, он очнулся!»

Но вместо Центуриона с переднего кресла внезапно перевесилась чья-то свиноподобная рожа и констатировала равнодушным тоном: «Ну, я же тебе говорил, что с яйцеголовым всё будет в порядке… У этих твердолобых технарей башка, как черепаший панцирь, выдерживает удар метеорита. Гха-ха-ха…».

Свинорылый захохотал странным лающим смехом и вновь скрылся за спинкой кресла, удаляясь в сторону кабины пилота.

Карстен Шмидт сразу же вспомнил всё. Разговор с шефом безопасности торгового центра, появление подозрительных личностей с оружием, его похищение и бегство по замысловатым лабиринтам торгового гипермаркета, наконец, опасную схватку с каким-то уродом по кличке «Скелетный Клоун»… Всё это, на первый взгляд, смахивало на кошмарный сон, но тупо ноющая шишка на голове и эти торчащие перед его взором персонажи безжалостно подтверждали обратное…

Это не сон и не кошмар. Его действительно похитили какие-то бандиты. Но вот зачем, почему? Шмидт так и не мог придумать достойного объяснения…

– Где этот «Скелетный Клоун»? – неожиданно для себя вымолвил учёный. – Как я попал сюда?

– Не бойся, док, тебя он больше не тронет. Он теперь вообще никого не тронет. Центурион его шлёпнул… Был «Скелетный Клоун», а стал «Клоунский Скелет». Вот это я выдал каламбурчик! – ушастый бандит захихикал и его огромные уши завибрировали в такт сотрясающемуся подбородку.

«Слоник, – вдруг подумал Шмидт, – этого парня зовут Слоник». Теперь он вспомнил даже имена своих похитителей.

Второй бандит тоже не заставил себя долго ждать. Радостный вопль Слоника возымел на него интригующее действие.

– Вот и отлично, господин Шмидт. Вы нужны нам живым и здоровым… Через полчаса мы будем уже на базе. Там вас осмотрит наш врач.

Центурион был всё такой же сосредоточенный и немногословный. И лишь расстёгнутая чуть ли не наполовину штурмовая полицейская броня говорила о его более расслабленном состоянии.

– Хотелось бы знать, зачем я вам так нужен, живой и здоровый? – Карстен Шмидт решил воспользоваться моментом и хоть чуточку прояснить своё туманное будущее. Он чувствовал, что агрессивное отношение к нему бандитов изменилось на более дружелюбное и доверительное. Сказался ли на это тот боевой эпизод на крыше торгового центра или его открытая позиция в общении с ними, он не знал. Но на полный правдивый ответ, конечно, в душе не надеялся.

Так и оказалось. Центурион лишь нахмурился и отвёл взгляд в сторону.

– Это не в моей компетенции, док… У меня приказ: доставить вас живым и здоровым. Всё остальное вы узнаете на Базе.

Центурион жестом дал понять, что разговор на эту тему исчерпан и, уходя обратно вглубь геликоптера, пихнул слегка Слоника в бок.

– Эй, салага, принеси господину Шмидту фудпак. Будет смешно, если наш пленник, не попав под пули, загнётся от голода.

Лопоухий бандит невольно хмыкнул и нехотя поднялся со своего кресла. Было заметно, что ему так осточертело это путешествие, но ослушаться старшего напарника, он не рискнул.

Карстен Шмидт не раз сталкивался с консервированной едой быстрого приготовления. Будучи человеком холостым, он неоднократно прибегал к услугам этого быстрого способа питания. Вкусовые качества этой еды оставляли желать лучшего, зато она была богата всеми важными для человеческого организма элементами: белками, витаминами, протеинами и аминокислотами. В походных и экстремальных условиях, эта еда была просто незаменима.

Слоник отсутствовал довольно длительное время. Очевидно, приказ «заморить червячка» он воспринял уже как общий, относящийся не только к пленнику, но и к своей собственной персоне. Наконец он появился с сияющей улыбкой шеф-повара, держа в охапку несколько увесистых фудпаков.

– Вот! Барракуда меня убьёт, если узнает, что я стырил все его припасы…

Карстен Шмидт машинально размял затёкшие кисти рук и только сейчас осознал, что они полностью свободны от магнитных наручников. Что это было: жестом доверия к его персоне или снисходительностью доминирующей силы, знающей все аспекты своего превосходства? Скорее, последнее… Ведь, как ни крути, бежать дальше грузового салона в летящем геликоптере было некуда…

– Выбирай, ботаник, пока я добрый! Это, конечно, не меню ресторана «Гранд Парадайз», но хавать можно, не отравишься…

Карстен отрешённо поблагодарил Слоника и взял первый попавшийся фудпак. Это оказалось какое-то мясное рагу с овощами по рецепту старой французской кухни.

Привычным движением он перегнул фудпак пополам и энергично потряс его. Через несколько секунд внутренняя оболочка пакета прогрелась и Шмидт с жадностью набросился на еду. Только сейчас он понял, насколько утомлённым и обессиленным был его организм, который вопреки всему, смог преодолеть нервное напряжение последних событий. Жизненная энергия медленно возвращала ему ясность мышления. Шмидт поудобнее откинулся в кресле и предался тягостному раздумью. Итак, он похищен организованной группой бандитов, хорошо оснащённой технически и имеющей в своём составе профессионально подготовленных исполнителей. Его не убили и даже спасали от другой более экстремистской группировки бандитов. Его кормят и заботятся о его здоровье. Вполне очевидно, похитителей интересует не сама личность Карстена Шмидта, а какая-то информация, которой он, как учёный Тунгусского Центра, владеет… Да, это наиболее логичное объяснение всего произошедшего. Вопрос только в том, что это за информация и кому она так понадобилась?

Карстен прислушался к гудению двигателя. Геликоптер явно сбавил обороты и шёл на снижение.

Слоник перехватил его удивлённый взгляд и что-то прошамкал полным, набитым едой ртом. Карстен Шмидт разобрал только два последних слова «…место назначения…»

Ну вот, кажется, «посылка» прибывает по адресу… Скоро господа «почтальоны» доставят его наконец к какому-нибудь толстобрюхому, увешанному драгоценными побрякушками главарю этой шайки. Карстен мысленно представил себе эту картину и от отвращения сплюнул. И тут же опасливо оглянулся. К счастью, Слоник был занят своей едой, а другие бандиты занимались подготовкой к посадке. С удовлетворением поняв, что его поступок никто не заметил, он попытался представить, куда мог долететь бандитский геликоптер. Зная примерно время полёта, Шмидт мог предположить скорость и расстояние, на которое удалился аппарат. Вот только точное время путешествия он не смог бы определить даже под пыткой. Просто он лежал без сознания… И сколько прошло при этом времени – неизвестно… В грустном итоге район посадки мог быть чёрт знает где…

Неожиданно двигатели геликоптера низко загудели, и его сильно тряхнуло. Карстен понял, что аппарат, совсем снизившись, попал в небольшую воздушную яму.

Слоник тут же вскочил и, отодвинув штору иллюминатора, приоткрыл его на несколько сантиметров. В ту же секунду Карстен увидел блеснувшее вдалеке море. Море!… Это было шокирующее и наводящее на размышления открытие…

Лопоухий бандит, ругаясь и нервно оглядываясь, быстро просунул опустошённые фудпакеты в щель иллюминатора и сбросил их вниз, в круговерть воздушного потока.

– Так-то будет лучше! Этот жмот Барракуда не найдёт ни одну улику. Как говорится, концы в воду, – Слоник захихикал, придя в восторг от своей шутки.

Карстен Шмидт вновь удивился глупости своего стража, так бездумно выдающего место их приземления. Его слова лишь подтвердили догадку учёного – за бортом геликоптера было море…

Не прошло и минуты, как в салон быстрым шагом вошёл Центурион.

– Господин Шмидт, мы прибыли на место. Как вы заметили, я освободил вас от наручников. Но не надейтесь, что это увеличит ваши шансы на побег… Мы находимся на территории, изолированной от остального мира.

Побег отсюда просто невозможен. Не делайте глупостей, и ваша жизнь будет в порядке…

Геликоптер тихонечко завибрировал на месте, затем громко клацнули магнитные захваты. И через мгновение всё стихло.

– Ну вот, с прибытием… Барракуда, открой нам дверь. Следуйте за мной, док, – Центурион жестом руки пригласил учёного на выход.

Подчёркнуто-нейтральный, даже почти уважительный тон общения, с которым обратился Центурион к своему пленнику, немного шокировал Шмидта. Карстен вдруг понял, что, прибыв в это таинственное место, он неожиданно для себя поменял свой статус с униженного пленника на хорошо охраняемого гостя. Охраняемого больше от своих необдуманных поступков, чем от окружающего мира…

Выйдя наружу из геликоптера, он интуитивно ожидал увидеть высотные здания какого-нибудь города. Но, к его великому сожалению, аппарат приземлился не на крыше небоскрёба, а в огромной посадочной шахте. Вокруг были ряды таких же грузовых геликоптеров и гигантская, расцвеченная огнями прожекторов крыша ангара над головой. Между летательными аппаратами сновали роботы-погрузчики и какие-то люди в оранжевых комбенизонах с большой буквой «А» на спине. Они не обратили на Карстена и его конвоиров никакого внимания.

Неожиданно сквозь эту группу людей протиснулся очень высокий темнокожий мужчина в серо-зелёной обтягивающей униформе. Пройдя несколько метров им навстречу, он остановился и, скрестив руки на груди, стал поджидать их с видом равнодушного повелителя галактики.

Центурион, увидев встречающего великана, немного ускорил шаг и попросил Слоника «сделать рожу посерьёзнее»…

Вблизи встречавший их ещё больше подавлял своей харизматичной мощью. Помимо груды мышц, Карстен обратил внимание на его правый глаз. Тот светился тусклым, оранжево-красным светом… «Компьютерный имплант?…» – удивился доктор. Очень дорогая вещь и опасная… Немногие из людей могли напрямую общаться с Главным Кибернетическим Мозгом Земли. Карстен лично знал одного учёного из Тунгусского Центра, сознание которого не выдержало мощного энергетического цунами общения с искусственным интеллектом, и тот просто спятил через некоторое время… Тем же, кто сумел преодолеть этот барьер и адаптироваться, этот гаджет открывал просто неограниченные возможности.

Наконец, подойдя к темнокожему великану на расстояние вытянутой руки, Центурион поприветствовал его первым.

– Привет, Мантойя! Задание выполнено. Пришлось правда немного пошуметь… Но «клоуны» надолго запомнят эту вечеринку…

– Рад видеть тебя, Центурион. Уже наслышан о ваших подвигах. Кто бы мог подумать, что вы такими силами прихлопните самую большую муху… Скелетный Клоун давно напрашивался, чтобы дать ему хорошего пинка! Теперь мы будем скучать без его мерзкой рожи…

Мантойя перевёл взгляд на Карстена Шмидта и довольно хмыкнул.

– Вижу наш гость тоже в добром здравии. Такэда докладывал, что вы рисковый человек, док… Как самочувствие?

Карстен вяло улыбнулся и кивнул головой.

– Сейчас лучше… Удалось поесть и поспать в геликоптере. Господин Мантойя, хотелось бы всё-таки прояснить причину моего похищения, – Шмидт попытался перевести разговор на другую тему, но добродушный гигант вдруг нахмурился и резко пресёк эту попытку.

– Доктор Шмидт, нам велено лишь доставить вас к боссу в целости и сохранности. А зачем?… Потерпите немного… Скоро вас введут в курс дела.

Мантойя повернулся к Центуриону и коротко приказал: «Веди его в Жемчужный Зал. Она уже ждёт…»

Карстен Шмидт, пребывающий в глубокой задумчивости, сначала не обратил внимания на последние слова харизматичного бандита. Но потом, по мере того как они начали двигаться, всё больше углубляясь внутрь этого гигантского жилищно-административного конгламерата, странные слова стали тревожить его разум. Под словом «она» могло скрываться всё что угодно, от свихнувшейся кибернетической программы, управляющей недрами этой корпорации, до самодурствующей старухи-мафиози, которой зачем-то понадобилось молодое учёное тело…

Они спустились на шикарном лифте куда-то на десять этажей вниз и, наконец, оказались в огромном и светлом холле. Кругом в гидропонных контейнерах росли разнообразные тропические растения, между ними высились прозрачные разноцветные колонны с пузырящейся внутри жидкостью. В некоторых из них не спеша плавали экзотические виды рыб и медуз, в других просто пульсировали вверх-вниз непонятной природы огоньки радужного цвета. На всё это великолепие сверху лилась тихая, умиротворяющая музыка.

Карстен Шмидт, забыв о причине своего появления в этом месте, ходил от предмета к предмету, словно ребёнок, впервые пришедший в зоопарк. Он невольно погрузился в атмосферу этого зала, не замечая ни своих бывших стражей, ни летающих охранных дронов, парящих прямо под потолком. Поэтому, когда в зале прозвучал звонкий властный голос, он от неожиданности вздрогнул.

– Оставьте нас!

Центурион и Слоник, ни слова не говоря, вдруг «растворились» в ближайших декорациях. Похоже, они знали о всех тайных дверях этого помещения и теперь не преминули ими воспользоваться.

Карстен резко обернулся на голос и замер от удивления. Перед ним стояла маленькая, аскетического телосложения девочка-подросток. На вид ей было лет двенадцать – тринадцать. Но огромные ярко-синие глаза, цепко изучающие его холодным пронизывающим взглядом, говорили об обратном. Таким сканирующим душу и плоть взглядом мог обладать только человек, умудрённый большим жизненным опытом…

Широкий умный лоб странной незнакомки покрывало несколько загадочных знаков – татуировок, делая её лицо ещё более таинственным и суровым. Маленькую детскую головку венчала копна рыжих волос. В отличие от экстравагантной внешности, одежда вошедшей казалась скромной и невзрачной. Это был обыкновенный походный френч, какие носят путешественники или специалисты транспортных компаний.

– Садитесь пожалуйста, доктор Шмидт. Я хочу, чтобы вы чувствовали себя как дома… Здесь никто вас не тронет и не обидит. Вы всецело под моей защитой, – девочка-подросток указала на ближайший диван-трансформер и, не дожидаясь Карстена, уселась на соседний.

Учёный, который всё ещё был под впечатлением от увиденного, машинально последовал её примеру.

Юная незнакомка поджала губы и немного нахмурилась. Казалось, она с большим трудом решала какую-то моральную дилемму, борясь со своим эго, чтобы сказать что-то важное. Наконец, отведя взгляд в сторону, она решилась.

– Доктор Шмидт, я хочу попросить у вас прощения за доставленные вам неудобства. К сожалению, моим людям не удалось полностью избежать эксцессов. Ваша жизнь и здоровье подверглись опасности. Приношу свои искренние извинения… Все виновные в просчётах будут наказаны. А теперь давайте знакомиться, – странная похитительница вновь «обезоружила» Карстена своим пронзительным, гипнотическим взглядом. – Меня зовут Сцилла, Сцилла Теодоракис, совладелец энергетической компании «Афина». Вернее, теперь собственный владелец… Если вы, доктор, человек информированный, то должны понимать, что это такое.

Она снова нахмурилась, словно перед ней возникла непреодолимая стена.

– Вы наверняка уже догадались, что мой биологический возраст гораздо старше того типажа, который с вами говорит. Да, мы с сестрой ещё в детстве прошли курс генного омоложения… Это было баснословно дорого, но наши родители не жалели денег на своих чад. Когда обладаешь сотнями миллиардов, не расстроишься, потратив всего один из них на своих детей. Папа так любил своих дочерей-близняшек, что готов был расстаться с половиной состояния, лишь бы продлить им молодость навечно…

Сцилла тяжело вздохнула, нервно сжимая костяшки своих тонких пальчиков.

– Я забыла вам рассказать про свою сестру. Харибда младше меня всего на несколько минут. И характером вся пошла в маму, такая же беспокойная и непутёвая. Сколько раз я выручала её из различных жизненных ситуаций. Но один раз всё же не успела…

Женщина-подросток внезапно выдвинула голографическую панель прямо из спинки дивана и нажала какую-то кнопку. В ту же секунду откуда-то справа, из-за футуристических декораций выкатился робот-стюард. На его импровизированном подносе стояло несколько бокалов с напитками.

– Когда я начинаю говорить о сестре, у меня почему-то пересыхает горло… Угощайтесь, доктор Шмидт. Это экологически чистые продукты, без красителей и консервантов… Кроме того, я заказала ваш любимый напиток «мьют». Как видите, мы знаем про вас очень многое…

Карстен поймал себя на мысли, что и сам несколько мгновений назад мечтал о бокале «мьюта». Пересохшее от избытка впечатлений горло жаждало спасительной влаги. «Интересно, что ещё знает про мои личные заморочки эта избалованная деньгами девочка-олигарх… Знает она про Карен?…» – подумал Шмидт и, поблагодарив вслух за предоставленное угощение, потянулся за бокалом «мьюта».

Сцилла, словно прочитав его мысли, добавила:

– Мы так же знаем, что у вас есть невеста, доктор Шмидт… Я дала указание своим людям в Сибирском Мегаполисе связаться с ней и успокоить, что ваша персона всегда будет под нашей надёжной защитой. Кроме того, в Орбитальном Банке на её имя будет открыт льготный счёт на довольно кругленькую сумму. И… да, позднее вам предоставят возможность пообщаться с ней по голоскайпу…

Карстен Шмидт молча кивнул, наслаждаясь вкусом «мьюта». Он понимал, что находится в плену. Пусть даже в привилегированном плену, который по сути не отменяет его полную зависимость от прихотей Сциллы Теодоракис.

Голубоглазая миллиардерша осушила сразу два бокала с какой-то розовой жидкостью и прокашлялась.

– Ну вот, теперь гораздо лучше. Можно и продолжить. Я была тогда очень занята… Помните этот Транс-Аравийский Кризис? Так вот, компания тогда несла гигантские убытки… Приходилось днями и ночами вести переговоры. И тут в разгар дебатов мне сообщают о том, что моя «бедная» сестрёнка опять вляпалась…, – властная собеседница Карстена вскочила с места и принялась нервно расхаживать по холлу. – Какой чёрт её понёс на Колдуэллскую Буровую, я до сих пор не понимаю… Ведь там был объявлен карантин третьей степени! Да, конечно, лицензия на разработку этого месторождения принадлежала нашей компании. И Третья Глубинная была всецело под патронажем Бюро Харибды, но это ведь не требует необходимости её личного присутствия там каждый день, даже во время аварии… На это есть специалисты, спасатели и куча замов, в конце концов. Видите ли, она сама захотела разобраться во всём, сунуть нос во все щели и двери…

Сцилла перестала ходить и снова присела на диван. Было заметно, что она обрела прежний контроль над собой.

– Доктор Шмидт, вы, конечно же, помните, что произошло на данном объекте. Теперь это не тайна…

Карстен, естественно, помнил это загадочное происшествие, случившееся на Третьей Глубинной, расположенной в древней долине Колдуэлл, погребённой под гигантской толщей антарктических льдов. Сверхпрочный бур поисковиков, пройдя тогда пласт спрессованного льда и снега, углубился в земные недра на два с лишним километра. Не найдя никакого нефтеносного слоя, он просто провалился в водное пространство… На глубине трёх километров от поверхности буровой находилось огромное подземное озеро. Сжимаемый со всех сторон горными породами древний водоём «саккумулировал» за миллионы лет такое избыточное давление, что сработал подобно бутылке шампанского. Какое было количество жертв среди персонала и какое оборудование пострадало больше всего, Карстен Шмидт теперь уже не помнил, но возникшее на поверхности антарктической ложбины новое озеро из подземной воды он видел собственными глазами. Их, троих сотрудников Тунгусского Центра, пригласил тогда разобраться с «инопланетной чертовщиной» сам Главный Координатор Лиги Планет. И повод у него был совсем нешуточный. Все бурильщики, в той или иной степени попавшие под злосчастную струю этого доисторического гейзера, вдруг мутировали, странным образом превратившись в кошмарных монстров. Армейский спецназ, моментально туда переброшенный, взял под охрану периметр этого водоёма и получил приказ на ликвидацию всякого, кто перейдёт запретную черту. Карстен видел этих несчастных, бредущих без цели вдоль кромки озера. Их мозг уже не воспринимал реалии окружающего мира, а деформированные тела дёргались и тряслись, словно в эпилептическом припадке. Переступив невидимую для них границу карантинной зоны, они падали, скошенные автоматной очередью. После этого в дело вступали огнемётчики, выжигая данный участок до самого ледяного основания. Нельзя было допустить ни малейшего контакта со всеми останками этих «существ», включая птиц-падальщиков или каких-либо грызунов. Кроме того, доступ сверху к водной глади озера преграждали тысячи «рапторов», специальных сторожевых дронов, оснащённых лазерными испарителями. Принятые жёсткие меры были вовсе не лишними. То, что находилось по ту сторону периметра, действительно ужасало всё человечество, но оно, как оказалось, вовсе не было инопланетным. Результаты исследований, проведённые Тунгусским Центром, говорили однозначно – причина этого явления сугубо земная.

Миллионы лет назад, когда образовалось это озеро, на Земле существовал совершенно другой экомир со своей особой флорой и фауной. И конечно же, как и сейчас, над ним властвовало царство микроорганизмов: вирусов, бактерий и фагов. Выйдя из доисторического небытия, эти гости из прошлого оказались в новой, неизведанной среде нашего тысячелетия. Большинство из них сразу погибли, вступив в борьбу с современными «хищниками» невидимой вселенной. Однако не все… Причиной клеточной трансмутации, приведшей к гибели персонала буровой, оказалась одна очень скверная тварь – гигантский ретровирус размером с бактерию. Увидев его воочию на экране электронного микроскопа, Шмидт и его товарищи не могли сдержать своих эмоций. Это было настоящее чудовище! Размером больше любой бактерии! Не сговариваясь, все тут же дали ему имя – Тирекс… По аналогии с миром динозавров, где тот был тоже самым крупным и агрессивным представителем хищного царства.

Карстен Шмидт помнил тревожную атмосферу тех дней. Казалось, весь мир замер в ожидании глобальной эпидемии. Ещё день-два – и вся Земля превратится в большой «муравейник» ходячих зомби. Но рок сжалился над человечеством, и зараза почему-то необъяснимым образом неожиданно отступила. Но, уходя в небытие, она оставила на память о себе страшное напоминание – десятки человеческих особей, изуродованных ею в той или иной степени. Этим несчастным приходилось только ждать и надеяться на будущие достижения науки. Теперь, запертые за стенами специальных лабораторий, они были не опасны, но по-прежнему оставались изгоями человеческого общества.

– Вы хотите сказать, что ваша сестра Харибда – монстр, изуродованный вирусом Тирекс? – Карстен ужаснулся от внезапно пришедшей ему в голову догадки.

– Да, доктор Шмидт, это так… Но ей чуточку повезло, она была в административном блоке станции, на большом удалении от буровой… Доза заразы оказалась минимальной. Кроме того, я распорядилась поместить её в стазис, пока процесс деформирования не зашёл слишком далеко…

Сцилла печально склонила голову и крепко сжала свои маленькие кулачки, словно пытаясь ударить ими по проклятому вирусу.

– Но чем я могу помочь вам, госпожа Теодоракис? Наш Центр больше не возвращался к этой теме. Мы всё-таки изучаем аспекты инопланетной жизни… Вы пробовали обратиться в Швейцарский Вирусный Фонд?

Женщина-подросток молча кивнула. Её взгляд стал каким-то холодным и отрешённым.

– Пойдёмте со мной. Вы должны увидеть это своими глазами…

Сцилла решительно вскочила с дивана и жестом показала следовать за ней. Они спустились на несколько этажей вниз в удивительно удобной и просторной лифтовой капсуле, стилизованной под спускаемый подводный батискаф. Карстен сначала принял её за часть богатого интерьера, но когда Сцилла набрала на панели управления номер этажа, пол под их аппаратом стал медленно раздвигаться, и учёный сразу понял его назначение. Лифт остановился неожиданно, громко звякнув причальными цепями. Впереди в разные стороны отходили три ярко освещённых туннеля. Сцилла свернула в правый из них. Она всё ещё немного нервничала, отвечая кивками на приветствия офицеров охраны, изредка пападавшихся им на пути. Но глаза её уже не были такими холодными, в них Карстен явно заметил влажный отблеск. Сцилла беззвучно плакала…

– Вот мы и на месте, доктор Шмидт. Здесь лаборатория стазиса. Здесь и находится моя сестра, вернее, то существо, которое я раньше звала Харибдой…

Женщина-подросток нажала какую-то кнопку на стоящем перед ней пульте. Тяжёлые светонепроницаемые портьеры, закрывающие передний обзор, разъехались в стороны. Карстен увидел перед собой прозрачную стеклоподобную стену, за которой на большом подиуме лежало обнажённое тело. Со всех сторон его опутывали переплетения различных труб и гибких шлангов, в изголовье и ногах мерцали разноцветными огоньками приборы жизненного обеспечения. Сама Харибда, несмотря на многочисленные уродливые изменения, всё ещё напоминала человека. Гораздо хуже было только лицо девушки. Оно имело облик страшной готической маски, словно сошедшей с картины великого и ужасного Босха, величайшего художника средневековья…

Карстен Шмидт невольно отвернулся и попятился назад.

– В Швейцарском Вирусном Фонде сказали, что люди ещё не научились возвращать живым органическим телам свою прежнюю форму, – Сцилла неожиданно вновь вернулась к прежнему вопросу.

Она стояла почти неподвижно, плотно прильнув лицом к прозрачному пластику.

– Поэтому одна надежда на вас, доктор Шмидт…

Карстен недоумённо пожал плечами.

– Я уже повторял вам, госпожа Теодоракис. Моя работа – это изучение инопланетной жизни и её проявлений. Чем я могу помочь вашей сестре?

Сцилла внезапно отдалилась от стены и повернула своё лицо. Её глаза светились прежним ледяным сиянием.

– Вот именно, доктор Шмидт, её проявлений… Вы наверняка слышали об «исполнителе желаний»… Теперь только он может спасти мою сестру…

– Вы полагаете, что легенда имеет право на существование? Но это же ещё не доказано… Ни один человек не видел этот артефакт. Только мифы и слухи.

– Отчасти это так, доктор. Но мифы и слухи не бывают на пустом месте. Всегда и всему найдётся какое-то научное обоснование. Вы же два раза посетили «сатурнианский заповедник» и, кроме того, ваша докторская диссертация была посвящена именно артефактам Сферы.

– Вы знаете даже это… Хотя чему я удивляюсь, ваша служба безопасности действительно работает выше всяких похвал. Да, я участвовал в двух экспедициях на Сферу и даже составил Классификатор Аномалий. Но в нём, увы, даже не было упоминания о данном ксенофаге.

Сцилла нехотя кивнула головой, но её решительный взгляд говорил о том, что она не совсем согласна.

– Доктор Шмидт, вы же учёный… Вам прекрасно известно о непредсказуемости происходящих явлений в «сатурнианском заповеднике». Каждый месяц там обнаруживают новых монстров, появляются новые аномалии и артефакты… Возможно, этот ксенофаг появился после вашего отлёта.

Карстен Шмидт задумчиво поскрёб затылок, пытаясь предугадать мысли своей богатой оппонентки.

– Хорошо… Я вижу у меня нет другого выхода. Об этом артефакте я узнал уже на Земле от доктора Льюиса. Он получил доклад от нашего исследователя на Алтаре профессора Жернова. Информация была на уровне слухов. «Охотники» утверждали, что среди них есть один человек, который якобы добирался до этого «исполнителя желаний». Но назвать его позывной никто не решился… На все расспросы он получал лишь уклончивые ответы о том, что путь туда очень опасен и непредсказуем. Что всё это, скорее всего, выдумки и фантазии других «охотников», ищущих на Сфере каждый свой ксенофаг мечты, который им принесёт огромные богатства и исполнение всяческих желаний. А «исполнитель» – это просто красивая легенда. Кстати, почему бы вам не поговорить с самим доктором Льюисом?

Сцилла внезапно помрачнела. Её синие глаза вновь сверкнули леденящим душу блеском.

– Доктор Льюис погиб в автомобильной катастрофе за день до вашего похищения. Его электрокар взорвался на Высокогорной Бразильской Автостраде при невыясненных обстоятельствах… Поэтому мы вынуждены были обратиться к вам, доктор Шмидт. И, похоже, успели вовремя… Кто-то очень хотел вашей смерти.

– Ужасная новость… Ну что ж, я благодарен вам, госпожа Теодоракис. Что я могу сделать со своей стороны?

– Завтра мы отправляемся на Сферу. Вы поможете нам, гражданин Карстен Шмидт?

Учёный ненадолго задержал свой взгляд на Харибде, а затем, протянув руку собеседнице, крепко пожал её маленькую холодную ладонь.

Глава 4

Человек, одетый в тёмно-зелёный геологический скафандр, бесшумной тенью двигался от укрытия к укрытию. Он был похож на древнего ниндзя, крадущегося в поисках своей очередной жертвы. Чёрный гантелеобразный предмет, который он сжимал в руках, повинуясь движениям идущего, отклонялся то вправо, то влево, выискивая возможные цели.

Наконец крадущийся остановился возле огромной груды странного вида параллелепипедов, сваленных горкой, словно куски сахара-рафинада. Чья-то таинственная сила, подчиняясь неведомым законам хаоса, создала это естественное укрытие. Цель и задачи этой мощи были не доступны человеческому разуму. Но идущего это, похоже, не интересовало. Он прислонился спиной к зеркально-синей грани параллелепипеда и активировал свой наномайстер.

– Минёр на связи, вызываю Альбедо. Доложи обстановку.

Через мгновение ровный, спокойный голос далёкого напарника заставил спрашивающего незнакомца недоумённо присвистнуть.

– Всё чисто, амиго… Противник отсутствует. Здесь аномалия «скульптор» изваяла что-то в виде космопеха… Странная штука. Подходи, сам увидишь.

Минёр удовлетворённо хмыкнул и дал отмашку второму напарнику Хаски. Тот маячил где-то в метрах двадцати сзади, периодически выглядывая из-за какой-то бочкообразной конструкции.

Первым, как всегда, отличился Альбедо. Он засёк этот «странный объект» ещё на подходе к Зоне Пакгауза. Старенький разбитый оптический дальномер, установленный на его военном шлёме, показал чёткий силуэт человеческой фигуры, словно стоявшей в позе напряжённого ожидания.

«Охотники» прошли ещё несколько метров, и Альбедо повторил свои наблюдения. Однако густой зеленоватый туман, временами поднимающийся из недр Сферы, скрыл от идущих злополучное место. Минёр тогда сто раз пожалел, что потерял свой раритетный армейский бинокль ночного видения, доставшийся ему от двух когда-то воевавших прапрадедов…

В тот роковой день, исследуя Проклятые Склады, им пришлось срочно бросить свою стоянку и прорываться к выходу. Истребив несколько «серебристых вампиров», он с товарищем всё же вернулся за оставленными вещами. Но заветный рюкзак-контейнер с барахлом словно в воду канул. А с ним и раритетный бинокль…

Странный человеческий силуэт не давал Минёру покоя. Он находился как раз возле предполагаемого места встречи с военными. А что, если это засада? Нет, майор Зейн не такой человек… Он, конечно, враг, но с моральными принципами у него всё в порядке. К тому же он обещал сообщить какую-то информацию. Взаимовыгодную информацию. Сложно представить вариант такого общения с трупом. Жмур, он и есть жмур… Вот «мусорщики» Хакера Хью вполне могли вписаться в данную концепцию. Эти твари не остановятся ни перед чем…

И вот теперь, похоже, эта ситуация благополучно разрешалась.

Минёр подождал, когда Хаски присоединится к нему, и вновь вызвал Альбедо:

– Мигель, стой на месте, будем у тебя через пару минут…

«Охотники» вновь короткими перебежками двинулись вглубь Зоны Пакгауза.

Данный участок Сферы, как и многие другие, не был каким-либо исключением. Здесь так же господствовало царство инопланетного хаоса. Непонятного назначения конструкции и механизмы высились тут и там, образуя что-то абсолютно недоступное для человеческой логики. Под ногами валялись предметы более мелкой фракции, часть из которых странным образом напоминала обыкновенные болты или гайки слишком большого размера. Изготовленные из какого-то тёмно-зелёного материала эти артефакты имели слабую намагниченность. Поэтому нередко образовывали на поверхности целые «малахитовые» залежи – обширные скопления в виде россыпей или огромных куч. В самом центре этого сектора находилось гигантское сооружение, отдалённо чем-то напоминающее обычный земной шлагбаум. К нему с трёх сторон подходили чёрные раструбы каких-то трубопроводов, из которых временами вылетали те самые «гайки и болты», валяющиеся кругом в изобилии. Через какое-то время процесс повторялся и «крепёжные» артефакты начинали, наоборот, затягиваться обратно в чрево этого агрегата. В довершение над всей этой конструкцией, словно апофеоз полному безумию, вспыхивали искры «ведьминых огней»…

Сейчас это сооружение находилось в отдалении, где-то правее их маршрута, напоминая о себе лишь сполохами яркого сияния.

Когда они вышли на предполагаемую точку, Альбедо уже сидел на тёмно-зелёном валуне и тихо насвистывал какую-то мексиканскую песенку.

– Мучачос, вы пришли точно к закрытию выставки… Карамба! – пошутил «охотник», ткнув пальцем в сторону скульптуры.

Экзотическое создание Сферы действительно начало подвергаться деструктивным изменениям. Мельчайшие детали боевого скафандра, вспомогательной экипировки и оружия размылись и потекли, словно нагретый пламенем свечи церковный воск. Несмотря на это, в расползающейся фигуре легко угадывался образ космопеха, одного из бойцов военной миссии Форпоста. Когда-то «скульптор» поглотил его тело, сохранив информацию внутри своей биомассы… И вот сейчас, напомнив людям о себе, страшное чудовище трансформировалось во что-то необъяснимое, чтобы вновь восстановиться и начать охоту уже в другом уголке Сферы…

– Вот дерьмо… – процедил сквозь зубы Хаски и, направив на конвульсирующую фигуру раструб своего лазергана, хотел уже нажать на спусковой механизм излучателя.

Однако, Минёр вовремя остановил своего товарища одним движением руки.

– Побереги заряды, Натаниэль! Они пригодятся тебе для более крутых тварей. Двигаемся дальше…

Хаски снова выругался, но не стал перечить своему напарнику. Он прекрасно понимал, что Минёр прав, трижды прав. Здесь, на развалинах чуждого человеку инопланетного мира, каждый «охотник» мог рассчитывать только на помощь товарища или полный боезапас своего оружия. Как правило, второй вариант встречался в этой «дыре» гораздо чаще…

Между тем статуя съёжилась до катастрофических размеров, став величиной не больше футбольного мяча. А затем и вовсе, испустив облако горячего пара, мгновенно исчезла. В неглубокой лунке, возникшей на её месте, поблёскивал кольцеобразный камешек. Артефакт Кольцо Скульптора или просто «колесо».

Среди знатоков аномалий и порождений Сферы бытовало негласное мнение, что Кольцо Скульптора не несёт в себе никаких изменений. Его брали так, ради коллекции, как экзотический поделочный камень. Но Минёр был совсем иного мнения. Он единственный, кто знал о его скрытых уникальных свойствах. О них ему поведал его первый напарник Монах. Этот человек обладал просто феноменальным чутьём угадывать направление полёта пуль и энергетических сгустков… Неуловимым движением он всегда резко уходил в сторону, словно предугадывая траекторию смертельного заряда.

Каждый день, перед тем как отправиться в рейд, Монах уединялся в развалинах Сферы и читал какую-то молитву. «Охотники» говорили, что от пуль «мусорщиков» и гибельных аномалий его защищает личный ангел-хранитель или «великая Божья сила»… Но Минёр знал подлинный секрет неуязвимости Монаха. Тот просто носил в своём заплечном контейнере десяток Колец Скульптора, каждое из них замедляло время лишь на десятые доли секунды и было незаметно для окружающего мира. Вкупе же рой «колёс» мог увеличить этот период на две-три секунды, и этого вполне хватало Монаху, чтобы отклониться от любой летящей на него смертоносной дряни.

Монах ушёл в мир иной, так и оставшись неуязвимым. Его сгубила обыкновенная физиологическая проблема человеческого организма – сердечная недостаточность. Он умер от инфаркта. И замедление времени ему не помогло здесь никаким образом…

Минёр забрал его вещевой контейнер и прочитал завещание, оставленное ему другом на смарт-кристалле. Там же он нашёл подробный отчёт о свойствах «колеса» и несколько кодов к личным ячейкам в Орбитальном Банке Земли. Семья Монаха жила на Плавучем Острове Чанжэнь, находясь под полным долговым арестом у компании «Глобал Нэт», и тот изо всех сил, рискуя каждый день своей жизнью, старался сократить требуемую сумму как можно быстрее.

Минёр посчитал ниже своего достоинства присвоить эти деньги себе. Он переслал личные вещи друга и информацию о банковских кодах через военных, полагаясь на честность майора Зейна. И вот теперь тот попросил о личной с ним встрече. Что бы это значило, Минёр не имел ни малейшего понятия.

– Командир, мы на месте. Координаты полностью совпадают с данными шифровки, – чуть хрипловатый голос Хаски вернул Минёра к реальности, – Что-то я никого не вижу…

Минёр недовольно нахмурился и присел на ближайший к нему бочкообразный предмет. Он не любил, когда кто-то называл его «командиром». Это определение подходило, скорее всего, к военной области, где люди были разделены по субординациям и званиям. Здесь же, в недрах Сферы, где нередко критерием выживания было плечо товарища, любой из «охотников» сам по себе являлся негласным авторитетом. И тогда назвать его «командиром» было просто неэтично. Вернее было бы – товарищ, друг, компаньон…

Оглядываясь по сторонам, «охотники» не спеша последовали примеру напарника, негласно решив воспользоваться данной паузой для отдыха. Минёр удивлённо хмыкнул. Это не походило на военных. В своей пунктуальности майор Зейн не имел себе равных, значит, что-то заставило его поменять свои планы…

Минёр разочарованно ругнулся и хотел уже дать отбой, как вдруг прямо под ноги «охотникам» выкатился робот-курьер. Он был не больше футбольного мяча устаревшей гражданской модели. Серо-зелёная краска на его боках местами облезла, кевларовый корпус имел довольно заметные вмятины, а красный огонёк интерфейса мигал, не переставая. Однако эта рухлядь всё ещё исправно работала.

Словно в подтверждение этих слов, курьер резко затрясся на месте и выдвинул немного вверх передающий видеоблок. В ту же секунду на его кольцеобразной вершине возникло голографическое послание.

Минёр почему-то не удивился, увидев знакомое лицо. Майор Зейн выглядел немного взволнованно. Его взгляд, обычно холодный и неподвижный, теперь блуждал, словно сканируя невидимого собеседника.

– Минёр! Я изменил место контакта. Поверь, так надо… Подробности объясню при встрече. Вот новые координаты. Будет неплохо, если ты поторопишься!

Изображение мгновенно погасло. Курьер свернулся в некое подобие футбольного мяча и юркнул вглубь ближайших развалин.

– А он не слишком вежлив, – Хаски быстро поднялся, разминая уставшие мышцы, – Судя по координатам, это Пещера Странника. Довольно близко отсюда.

– Ну что, погнали, амиго? Время дорого, – Альбедо взглянул на таймер на своём наномайстере.

Минёр согласно кивнул и дал отмашку обоим «охотникам». На душе у него было неспокойно. Что за дурацкие финты выкидывает этот майор? Де факто, по своему статусу он в этой «дыре» – Бог и Царь. В его распоряжении две сотни космопехов, десятки тайных агентов среди «охотников», внедрённые «кроты» в банду Хакера Хью, база Форпоста, напичканная пулемётными турелями и лазерными пушками. С такими козырями устраивать «тайную вечерю» в Пещере Странника как-то не солидно. Он что, кого-то боится? За сотни миллионов километров от Земли и Марсианского Штаба… Это нелепо и смешно! Хотя, с другой стороны, в этом есть какая-то интрига.

Минёр мысленно чертыхнулся, представив себя на месте майора. Нет, такую головную боль ему не надо. Чем больше власти, тем больше ответственности за чужие «шкуры»…

После минутной паузы «охотники», насторожённо всматриваясь в руины Сферы, короткими перебежками двинулись в сторону Пещеры Странника.

Тот, кто назвал это место таким именем, явно обладал не слишком здоровым воображением. Во-первых, назвать пещерой гигантский кувшиноподобный предмет, лежащий на боку в стороне от Пакгауза, было верхом сюрреализма. Во-вторых, под образом странника подразумевался вовсе не человек, исколесивший Сферу в поисках приключений на свою пятую точку, а необычный монстр полупрозрачного вида, которого якобы видели первопроходцы Пакгауза. Вот только кто и когда видел его, никто из говорящих не сознавался. Возникнув один раз на слуху, это название так и осталось в картографии Сферы.

– Вижу «бычьи головы»! Две слева и три справа… Минёр, это вояки, – идущий впереди Хаски просигналил предупреждение своим товарищам.

Увенчанные двумя антеннами силового поля крупные шлемы космопехов действительно смахивали на головы могучих родственников Минотавра. В Форпосте на эту шутку не обижались, но в отместку называли всех «охотников» «ищейками» за то, что те днём и ночью занимались поисками артефактов.

Когда до входа в Пещеру Странника оставалось всего несколько метров, космопехи сделали предупредительный окрик и взяли людей Минёра на прицел. Не раз бывавшие в передрягах Альбедо и Хаски, не дрогнув, ответили им тем же. Создавшееся напряжённое замешательство требовало срочного разрешения.

Минёр мысленно чертыхнулся. Он демонстративно опустил оружие и хотел уже обратиться к ближайшему из космопехов, когда в проёме «кувшина» Пещеры Странника появился знакомый силуэт майора Зейна.

– Лейтенант Марчелли, отставить! Рад видеть тебя, Минёр… Оставь ребят снаружи и заходи. Разговор касается только тебя лично.

Хаски и Альбедо удивлённо переглянулись, но не сказав ни слова, присели напротив космпехов.

Минёр прошёл вслед за Зейном вглубь Пещеры Странника. Внутри это сооружение занимало довольно обширное пространство, абсолютно несоизмеримое с внешними размерами. Как такое можно было сделать?! Земная наука была бессильна объяснить. «Эффект сжатия трёхмерного измерения в отдельной точке пространственно-временного континуума» был налицо. Сегодняшние обитатели Сферы воспринимали это явление как факт, без всяких объяснений. Кому и зачем понадобилась эта игра с парадоксами пространства, их не интересовало…

– Присаживайся, разговор будет долгий, – майор указал на два раскладных армейских «табурета», стоящих в центре шарообразного зала, стены и потолок которого покрывали какие-то странные решётчатые конструкции.

Минёр согласно кивнул головой и внимательно огляделся. Из помещения, где они находились, вглубь Пещеры Странника отходили ещё два прохода, в каждом из которых маячил силуэт переносной охранной турели.

«Бумеранг-3ЭФ», калибр 45, бронебойно-разрывного действия. Серьёзная штука», – подумал Минёр и перевёл взгляд на Зейна.

– Это на крайний случай, если пожалуют незваные гости, – майор пододвинул ногой к себе «табурет» и всей бронированной массой плюхнулся на него. – Мои люди честно прочесали ближайшие закоулки этой «пещеры». Но что там дальше, никто не знает… Может, вход в другую вселенную, чёрт возьми.

На секунду Минёру показалось, что Зейн говорит об этом с некой долей иронии, но разглядеть его улыбку даже сквозь прозрачный щиток шлёма не было никакой возможности. Скорей всего, это была просто констатация факта. Как ни крути, а природа Сферы была действительно за гранью понимания человеческого разума…

Здесь, в Пещере Странника, как и во всех помещениях Сферы, освещение имело одинаковый жёлтовато-зелёный оттенок. Откуда оно создавалось, не было никакого достоверного объяснения. Просто окружающий мир так реагировал на человеческую сетчатку, привыкшую именно к этим лучам спектра.

– Очень радушный приём, майор, впечатляет. Чем вызваны такие меры секретности? – Минёр устроился поудобнее на своём «табурете» и демонстративно положил свой лазерган на колени.

Зейн, казалось, не спешил с ответом. Он достал зачем-то свой наномайстер и, быстро просмотрев какую-то информацию, вызвал Марчелли:

– Как обстановка, лейтенант? Всё спокойно? Отлично… Держи меня в курсе. Отбой.

Затем, в знак доверия, он поднял забрало своего шлема и включил носовой фильтр. И теперь Минёр наконец увидел, что лицо его собеседника хмурое и озабоченное.

– Ты прекрасно знаешь, Минёр, на что способно ублюдочное воинство этого Хакера Хью. Порой мне кажется, что они ловят на Форпосте каждый наш пук и чих… Отсюда и частые проколы с нашей агентурой в последнее время. – Он поднял голову и ткнул пальцем в решетчатые конструкции на потолке «пещеры». – Эта штука, надеюсь, поумерит их аппетиты. Кружевница Дарлинга заглушает абсолютно все звуковые частоты. Доставлена последней марсианской ракетой. Ну да ладно, перейдём, как говорится, к «нашим баранам»…

Майор Зейн вдруг пододвинул свой «табурет» настолько близко, что стало видно, как играют желваки на его скулах:

– Минёр, я не забыл должок… Ты и твои ребята нас здорово выручили тогда. Помнишь? На Проклятых Складах… Ещё немного и «мусорщики» сожрали бы нас с потрохами…

Минёр утвердительно кивнул головой, напряжённо вглядываясь в карие глаза собеседника.

– Любой из нас поступил бы так же, майор.

– Навряд ли… Ты и твои напарники из другого теста. В другое время и в другом месте я бы принял таких в космическую пехоту.

– Спасибо на добром слове, майор. Но я уже отпахал десять лет на службе, в спецкоманде подрывников на Центральном Марсианском Руднике. Кроме того, я очень не люблю, когда мной кто-нибудь командует, – Минёр протянул затёкшие ноги и несколькими движениями восстановил в них кровообращение. – Да и здоровьишко, знаешь, уже не то…

Он пристально вгляделся в глаза Зейна и добавил:

– Не тяни кота за хвост, майор, переходи к деловой части «нашего банкета».

Зейн тяжело вздохнул и закивал головой.

– Да, ты прав, шила в мешке долго не утаишь… Скажи мне честно, Минёр, на тебя выходили эмиссары из Круга?…

Минёр постарался не подать виду, что его взволновало это название. Он посмотрел в сторону охранных турелей и, казалось бы, равнодушным голосом констатировал:

– Эти мрази мне угрожали…

– Что они от тебя хотели? – Зейн немного подался вперёд, вновь играя желваками на скулах.

– Информацию…

– Не хочешь поделиться со мной, Минёр? Ну тогда я скажу тебе сам, они интересовались «исполнителем желаний»… Верно?

Теперь уже Минёр не мог скрыть своих эмоций. На его мужественном волевом лице появилось выражение растерянности.

– Я послал их к чертям! Выдавать тайны своих друзей – не в моих правилах, – «охотник» яростно сжал кулаки и вскочил со своего сиденья. – Я был о тебе лучшего мнения, майор… Ты решил вернуть «должок» таким образом?

Зейн взволнованно замотал головой и, пододвинувшись к «охотнику» почти вплотную, положил ему на плечо свою руку.

– Не пори горячку, Минёр! Клан Ван дер Зейнов никогда не рождал подлецов. Выслушай меня до конца.

Майор вновь вернул свой «табурет» в изначальное положение и, не спеша присев на него, продолжил:

– Несколько часов назад мне пришла директива из Штаба. Конкретно по твою душу. Арестовать и допросить. Догадываешься на предмет чего? Вот-вот… Но я не буду этого делать. Я хочу, чтобы всё было по совести.

Зейн заморгал глазами от волнения. Ему страшно хотелось спать. Утомительный поход в Зону Пакгауза начинал сказываться по полной программе.

– У меня ещё одна плохая новость для тебя, Минёр. КРУГ похитил твою жену и сына… Но об этом в Штабе, похоже, не знают…

Минёр опять вскочил со своего места и в сердцах пнул свой «табурет».

– Вот ублюдки! Теперь у них есть реальный рычаг на меня. Но откуда у простого майора занюханных космопехов такая информация? Не темни, Зейн!

– Всё очень просто, Минёр. Мой однокашник по Академии, полковник Флэш, большой босс в Криминальной Разведке Земли. Так вот, сейчас он озабочен расследованием одной очень странной вереницы событий. Сначала при необъяснимых обстоятельствах погибает видный учёный Тунгусского Центра, доктор Сэмюэль Льюис. Затем загадочным образом исчезает его ученик и соавтор доктор Карстен Шмидт. Далее неизвестный киллер убивает авторитетного контрабандиста Лейбера по прозвищу «Ловец артефактов», по-видимому, спутав этого двойника с профессором Жерновым, который кантуется на Алтаре, здесь, в недрах Сферы… И всех их объединяет, знаешь что? Все они знали о каком-то таинственном артефакте, обнаруженном «охотниками» на Сфере и, скорей всего, это «исполнитель желаний».

– И причём здесь моя Марта и Малыш Рикки? Как твой следак вышел на такую версию? – расстроенный «охотник», отодвинув свой «табурет», принялся вышагивать от ближайшей стенки «пещеры» до сидящего Зейна. Его нервный всплеск заметно поутих, а сознание вновь вернулось к холодному самоанализу.

– Да нечего тут мудрить… Соседи твоей семьи подняли переполох, обнаружив пустой дом и не закрытые двери. Полиция провела обыск и нашла твои старые документы. Флэш запросил на тебя подробное досье, а там, сам знаешь, вся твоя подноготная. Начиная со службы в спецвойсках Африканского Союза, затем работа в элитном Корпусе Взрывателей на марсианских рудниках и, наконец, теперешнее сомнительное пребывание на Сфере. И тут Флэш, конечно же, вспомнил о моём бренном существовании в этом забытом богом уголке вселенной…

Майор Зейн с удовольствием откинулся на спинку своего сиденья и, беря пример с Минёра, парой движений размял свои затёкшие ноги. Состояние надоедливого сна улетучилось куда-то само собой, а мозги обрели прежнюю ясность

– Дальше дело техники. Флэш, как полицейский высшего ранга, имеет карточку доступа в Гатлинг Коннэкт в Орбитальном Центре дальней космической связи. Порой им тоже приходится выискивать преступников по всей Солнечной системе… В общем, несколько минут общения со мной по лазерной связи заставили его пересмотреть версию случившегося с сугубо земной на межпланетную. И в неё, похоже, впряглись люди нехилого масштаба…

– Что слышно о моей семье? Полиция занимается её поисками? – Минёр остановился напротив огромного гладкого куба, торчащего прямо из пола «пещеры».

– Флэш обещал задействовать всех своих агентов на Земле и форпостах Солнечной Федерации. Они надеются, что преступники в ближайшее время сами выйдут со своими требованиями. Возможно, они выйдут напрямую на тебя, Минёр…

Майор Зейн тоже поднялся со своего места и присоединился к «охотнику». Он потрогал перчаткой гладкую аспидно-чёрную поверхность куба. Та, немного поискрив, покрылась мелкой рябью, словно это был не твёрдый предмет, а водная гладь водоёма.

– Вот ведь какая хреновина… Ни с того ни с сего взяла и активизировалась. Понимаешь, Минёр, ты и твои ребята вляпались во что-то серьёзное. Посуди сам, этой авантюрой заинтересовалось большое количество авторитетных организаций и людей. Даже наш Штаб и тот что-то пронюхал…

Зейн остановился напротив Минёра и добавил:

– Кроме того, могу сообщить тебе по секрету. К нам на Сферу должен проникнуть некто Жан-Клод Ботард по прозвищу «Граф Калиостро». А он ничего не делает просто так. Он там, где наклёвывается большой жирный куш и слава первого мошенника Солнечной системы. Так что, будь внимателен, Минёр. Ты в большой опасности.

– Спасибо, майор, ты был честен со мной… Считай, что мы в расчёте, – Минёр немного отступил от куба и поднял с пола лежавший на груде «малахитовых шестерёнок» свой видавший виды лазерган, намереваясь покинуть Пещеру Странника. Однако, Зейн подчёркнуто вежливо остановил его.

– Погоди дружище, это ещё не всё. Флэш обещал спасти твою жену и сына. Но обещал он это сделать в обмен на информацию о вашем рейде в Центр Ступицы. Ему нужна гарантия на случай твоей гибели… Кроме того, не забывай, что я человек служивый и должен буду доложить в штаб о твоём исчезновении. Ты же не хочешь, Минёр, чтобы вместо Добряка Зейна прислали какую-нибудь штабную крысу?

– Это было предсказуемо… Я так и думал, майор, что в итоге мы опять вернёмся к «главному вопросу». Твой однокашник, конечно, не промах… Он, похоже, что-то знает о цели нашего маршрута. И я этому не удивляюсь. Но только всё это ничего не меняет. Наши пути с Монахом там разошлись по личным причинам. Я мало что добавлю…

Минёр водрузил себе на плечо тяжёлый лазерган, намереваясь двинуться к выходу. Однако в это мгновение в проёме прохода, ведущего вглубь лабиринтов Пещеры Странника, показалась фигура космопеха. Он пятился к говорившим спиной, странным образом спотыкаясь и размахивая руками. Его импульсный автомат, подчиняясь хаотическим движениям хозяина, извергал синее пламя куда попало. Рядом на полу, словно символ безалаберности, валялась опрокинутая тренога «Бумеранга»…

Зейн в отчаянии выругался, проклиная «криворукого новобранца», но приглядевшись, вдруг заметил тонкую прозрачную сетку, обволакивающую шлём и бронескафандр космопеха. От неё, словно прочные липкие нити паутины, вглубь невидимого пространства тянулись края сетки.

«Чёрт, это же «сеть бестиария», – подумал майор и, в невероятном прыжке обхватив Минёра, повалил того на пол. В тоже мгновение вторая «сеть бестиария», пролетев над головой «охотника», шмякнулась прямо на ближайший «табурет»…

– Спасибо, майор! Теперь, выходит, я твой должник… Придётся, видимо, рассказать тебе о нашем рейде. Мы, конечно, не из аристократов, но кое-какая честь и совесть у нас тоже имеется, – проворчал Минёр, перекатываясь по полу, и сделал пару выстрелов в сторону прохода.

Несчастного космопеха уже не было видно. Мощная силовая сеть, утянув солдата, скрылась в чьих-то невидимых вражьих руках.

На шум выстрелов и крики сражающихся прибежал лейтенант Марчелли и его солдаты. За ними короткими перебежками проскочили Хаски и Альбедо. Они быстро овладели ситуацией и расправились с лазутчиками. Не прошло и пяти минут, как шум далёкого боя стих, и в проёме прохода нарисовалась угловатая фигура лейтенанта.

– Всё чисто, коммандер. Обнаружено пять «мусорщиков». Троих мы спалили, двое самоликвидировались. При них был аудиотранслятор. Капрал Вонг сейчас занимается его транспортировкой. Наши потери: рядовой Паттерсон убит и двое ранено…

– Очень жаль, что эти гады успели покончить с собой… Хотелось бы их допросить по полной программе, – Зейн разочарованно вздохнул и снова присел на «табурет». – Хотя этого и следовало ожидать. Хакер Хью не прощает ни проколов, ни измены.

Зейн подцепил ногой второй «табурет», опрокинутый «сетью бестиария», и подтолкнул его к Минёру.

– Садись «охотник», у нас теперь будет много времени побалакать о наших проблемах…

Затем повернулся к Марчелли и добавил:

– Лейтенант, свяжитесь с Форпостом. Пусть вышлют подкрепление. Я думаю, эти ублюдки могут предпринять вторую попытку. На сей раз, чтобы отбить свой чёртов транслятор. А мы пока вернёмся к «нашим баранам»… Ты не возражаешь, Минёр?

«Охотник» криво усмехнулся и коротко кивнул.

– Что ж, в моей ситуации приходится только надеяться на твою порядочность, майор, и на компетентность полковника Флэша. Если он реально найдёт мою жену и сына, то я в долгу не останусь… Доставай свой наномайстер, господин жандарм. Но не думай, что я выложу тебе все сто процентов информации. Подробный отчёт будет только тогда, когда я увижу на своём экране Марту и Малыша Рикки живыми и свободными… Ты согласен, майор?

– Я согласен на всё, Минёр. Лично мне этот «исполнитель желаний» побоку. Я доложу в Штаб, что ты добровольно пошёл на сотрудничество и заключение в кутузку отменятся. А Флэша я буду снабжать информацией дозированно. Пусть напрямую зависит от результатов поисков твоей семьи… Я же не мерзавец какой.

Майор откинулся на спинку сиденья и, глядя прямо в глаза «охотника», вдруг неожиданно спросил:

– А что, Минёр, если бы не «мусорщики», ты так бы и ушёл, послав всех к чертям? Без единого процента информации?

Минёр хмыкнул от удивления и рассмеялся.

– Да нет, конечно, я блефовал. Судьба моей жены и ребёнка мне гораздо важнее, чем какой-то артефакт. Просто я набивал цену. Что я скажу Хаски и Альбедо? За информацию надо платить. Это аксиома, майор.

– Хорошо, я понял, Минёр. Твои друзья не останутся в накладе. Зови их. Я заключу с ними контракт, якобы на поставку дорогих артефактов. Через активы Орбитального Банка. А расходы перенесём на счёт награды за голову «Графа Калиостро». Эту гадину я пристрелю бесплатно!

Однако их разговор вновь прервал вызов лейтенанта Марчелли:

– Сэр! Тревога! К Пещере Странника приближается большой отряд «мусорщиков». Занимаем круговую оборону. Каминский с подкреплением уже в пути. Жду приказаний.

– Готовьтесь к бою, лейтенант. Я сейчас присоединяюсь к вам, – майор Зейн схватил свой лихтштрудер и обернулся к «охотнику». – Ты как, Минёр, с нами?

– Однозначно…, – «охотник» снял с предохранителя свой лазерган и хищнически улыбнулся.

Глава 5

Карстен Шмидт шёл по длинному коридору, соединяющему главный отсек связи с жилыми помещениями. Мигающие над его головой красным светом реле-светильники действовали на его психику угнетающе. Он не любил замкнутых пространств и каждый раз, когда приходилось покидать гостеприимное лоно Земли, чувствовал себя ничтожной песчинкой, оставленной один на один с безжалостной громадой космоса. А космос никогда не прощал человеку ошибок. И даже теперь, через сотни лет после первого полёта человека на Луну, вселенная не церемонилась с дерзкими потомками обезъянолюдей. Прямым подтверждением этому было обширное кладбище погибших кораблей на орбитах Марса, Венеры и Земли, искорёженные останки гигантских рудовозов и шахтёрских челноков в Поясе Астероидов, погибшие станции и корабли дальней разведки вблизи Юпитера и Сатурна. И вот теперь человечество столкнулось с феноменом Сферы: гигантским по своим масштабам и загадочным по сути продуктом чужой цивилизации. Как и зачем она оказалась среди каменных обломков и ледяных глыб внутри одного из колец Сатурна, сказать трудно. Не вызывало сомнения лишь одно: возраст объекта был чудовищно древним – не меньше миллиона лет. Вторая загадка вызывала гораздо больше дискуссий, чем возраст объекта – назначение Сферы. Большинство учёных считало чужеродное сооружение всего лишь исследовательской станцией, инопланетной базой, откуда на Землю могли вылетать научные зонды или челноки с экипажем. Меньшее, но очень радикально настроенное число оппонентов утверждало, что Сфера – это, скорее всего, гигантский космический корабль, прибывший в Солнечную Систему откуда-то из центральных областей Млечного Пути. И не важно, что тщательный внешний осмотр внеземного объекта так и не обнаружил ничего, чтобы напоминало маршевые двигатели для межзвёздных перелётов. Но оптимистов из этой группы теоретиков сей факт не смущал ни капельки. Они безапелляционно заявляли, что двигатель находится глубоко внутри Сферы, где-нибудь в самом центре планетоида, в недоступных для людей бронированных отсеках, за стеной смертельных аномалий и ловушек. А таковых в недрах Сферы было ещё немало. И попасть туда было мечтой не только учёных Тунгусского Центра, но и авантюристов всех мастей, веривших, что там их встретит настоящий клондайк артефактов. Особняком от всего этого стояла легенда об «исполнителе желаний», невероятно мощном и загадочном артефакте. Откуда она точно взялась, Карстен затруднялся вспомнить. В последней своей экспедиции на планетоид они с профессором Льюисом классифицировали и занесли в свой Реестр почти все встречающиеся на Сфере аномалии и артефакты, опросив не только военных и вольных «охотников», но и некоторых «мусорщиков», позарившихся на большие денежные вознаграждения. Но про «исполнителя желаний», тогда ничего не сказал ни один из опрашиваемых.

Правда, профессор Льюис задержался в этот раз на дополнительные исследования, не поставив Шмидта в известность… Учёный вернулся всего две недели назад и провёл все эти дни, прячась от всего мира у себя в кабинете.

Руководство Тунгусского Центра Ксенологии не торопило его с докладом, таким «звёздам научного мира», как Сэмюэль Льюис, было позволено всё. Даже гендиректор Маркус Твэлл говорил на утренних сессиях: «Похоже, наш Сэм готовит очередную „бомбу“. Не будем приставать к нему раньше времени. Мы так истоскавались по настоящим сенсациям…»

И вот теперь профессор Льюис мёртв… Что это было: несчастный случай или, как говорит Сцилла, – «инсценировка»? Трудно сказать. Хотя, похоже, она недалека от истины. Ведь следующий, кто хоть что-то знал об этом чёртовом «исполнителе желаний», он сам, Карстен Шмидт…

Эту информацию он почерпнул от своего коллеги Жернова, который поделился с ним на очередном сеансе лазерной связи из недр «сатурнианского заповедника». Учёный и сейчас должен быть там, на Алтаре, единственном месте на Сфере, где, соблюдая негласное перемирие, «мусорщики» и «охотники» служат одной цели – развитию земной науки.

«Надо будет попытаться связаться с Алтарём. Ведь очередной после него свидетель, кому может угрожать опасность – профессор Жернов», – подумал Карстен Шмидт и мотнул головой, прогоняя мрачные мысли.

Сейчас он был в хорошем настроении, и вся негативная информация, так или иначе связанная с «исполнителем желаний», нивелировалась и отступала на второй план… В голове вновь возник образ улыбающейся Карен. Ещё несколько минут назад, сидя в рубке дальней связи, он имел счастье слышать её голос и видеть вживую, несмотря на гигантское расстояние между ним и Землёй. Конечно же, он не стал сообщать ей всю правду о своём теперешнем положении. Пусть она думает, что его срочно направили в научную командировку. Куда-нибудь к окраинам Солнечной Системы…

«Пегас» – личная космическая яхта Сциллы, набрав невероятную скорость, стремительно приближалась к орбите Сатурна. Там, на краю одного из слоёв внешнего кольца, среди проплывающих в отдалении каменных и ледяных глыб размером с футбольное поле, скрывался таинственный чёрный силуэт инопланетного создания, названного Сферой…

Карстен остановился перед серебристой овальной дверью, над которой висела светящаяся табличка «Доктор Карстен Шмидт. Статус – важный гость». Учёный улыбнулся, вспомнив их разговор со Сциллой накануне отлёта. Она явно была в более приподнятом настроении, чем во время их первой встречи. Очевидно, надежда на возможное выздоровление сестры, которую она лелеяла столько лет, теперь казалась ей уже не такой безнадёжной, а срочные безотлагательные проблемы по подготовке экспедиции к Сфере лишь добавляли ей энергии и энтузиазма.

Сцилла «летала» по складскому ангару, словно пчела от одного цветка к другому, отдавая какие-то приказания и проверяя наличие того или иного груза. Её маленькая рыжеволосая фигурка, затянутая в оранжевый полётный комбинезон, напомнила Шмидту о его первой встрече с Карен. Вместе с доктором Прайсом они встречали делегацию студентов, прилетевших из Луна-Сити. В большинстве своём они были потомками колонистов, которые основали свой полис, покинув расположение Южно-Китайского Союза. Никто в Тунгусском Центре и близко не знал этого диалекта. Поэтому босс обещал им найти классного переводчика. Этим профессионалом и оказалась Карен Ли, светловолосая красавица с абсолютно европейскими чертами лица, но с чуть-чуть азиатским разрезом глаз.

Тогда их деловая встреча неожиданно переросла в нечто большее, чем простая человеческая симпатия… Карстен Шмидт вновь представил в памяти тот предполётный день.

Сцилла, разгорячённая разговорами и заметно взволнованная, наконец обратила внимание на пленённого учёного и быстрым шагом направилась к нему.

– Доктор Шмидт, извините, всё срочные дела… Я обещала вас познакомить с экипажем моего космолёта «Пегас». Пройдёмте со мной до бара «Синяя стрекоза».

Карстен недоумённо пожал плечами, но всё же последовал за своим новым работодателем. Традиция предполётного «сходняка» была чем-то сродни со старинными пиратскими посиделками в таверне, которые, как правило, отмечались накануне очень рискованного рейда. В данном случае это командное сборище ни в коей мере не могло сравниться с той разгульной братией, что свирепствовала на морях древней Земли. Скорей всего, это напоминало скромный пикник на обочине, где главные действующие лица были интеллигентами в третьем поколении.

Бар «Синяя стрекоза», похоже, тоже принадлежал семейству Теодоракис. Всё здесь, от родосского интерьера до столов, стульев и светильников, напоминало о греческом стиле. В глубине бара горел настоящий очаг и играла тихая музыка, напоминающая чем-то знаменитую «сиртаки».

– Мы с Харибдой в детстве вместе поймали синюю стрекозу и никак не могли поделить её… Дело дошло до тумаков. И лишь отец сумел прервать эту ссору. Он подарил каждой из нас по искусственной стрекозе, украшенной сапфирами. Тогда мы решили с сестрой, что когда повзрослеем, обязательно откроем харчевню с этим названием.

Карстен молча слушал щебетания Сциллы и отрешённо кивал головой. Сентиментальные признания дочери олигарха почему-то не тронули его душу. Сам он вырос совсем в другой обстановке и с детства знал цену каждому заработанному соллару. И в той полуголодной жизни ему было не до «синих стрекоз».

Наконец они подошли к ближайшему столу, и Сцилла придала своему лицу более серъёзный вид.

– Позвольте вам представить нашего главного специалиста. О «Пегасе» он знает всё и найдёт все кнопки и рычаги даже с закрытыми глазами, – она бесцеремонно ткнула пальцем в сторону невысокого, широкоплечего человека, обладателя оливково-смуглой кожи и огромных, пышных усов.

– Это наш капитан Джонатан Элтон Сингх Четвёртый. Более тысячи вылетов в глубь Солнечной Системы.

Сцилла сделала небольшую паузу и игриво добавила:

– Почему, спросите, Четвёртый? Нет, он не наследный принц какого-нибудь ретро-королевства. Просто Джо – четвёртый по счёту в династии капитанов дальнего плавания. Вслед за дедом, отцом и старшим братом.

Услышав слова хозяйки, усатый чуть улыбнулся.

– О, вы преувеличиваете мои заслуги, госпожа Теодоракис… Я всего лишь старый космический бродяга, влюблённый в свой корабль.

Сцилла одобрительно кивнула и продолжила знакомство.

– Элма Рихтер, лучший навигатор космического флота Земной Федерации. Полковник в отставке. И просто первая красавица «Пегаса»…

Круглолицая блондинка, сидящая напротив капитана Сингха, в ответ энергично замахала руками и шутливо открестилась.

– Да что вы, Сцилла… Мне далеко до вашей красоты. Мой удел – считать звёзды.

Ну-ну, расскажите об этом экипажу… А вот наши пилоты. Братья Сэм и Крис О-Лири. Близнецы-андроиды. Надеюсь, вы в курсе, что это значит, господин Шмидт?

Карстен с детства недолюбливал андроидов. Их параноидальное стремление во всём быть похожими на человека, при этом каждый раз, без зазрения совести, принижая «хомо сапиенс» своими суперспособностями, делать вид, что они такие же нормальные люди, как все, раздражало его. Он всегда воспринимал их как просто красиво упакованный механизм. Эстетически прекрасный, настроенный очень дружелюбно, но механизм…

Шмидт натянуто улыбнулся в сторону близнецов и ответил, обращаясь больше к хозяйке, чем к пилотам:

– Конечно, госпожа Теодоракис, это сто процентов надёжности полёта. Рад знакомству, господа… Эээ… О-Лири.

Они прошли быстрым темпом ещё три стола, и Карстен Шмидт уже не помнил всех представленных ему членов экипажа. Там были стюарды, техники, электронщики и даже какие-то нуклеомеханики, по-видимому, обслуживающие ядерные двигатели «Пегаса», два кока и, наконец, талисман корабля – огромный рыжий лохматый кот по имени Зевс.

В конце экскурсии, когда вся пирующая братия была представлена, Сцилла подвела его к закрытому шторами алькову.

– Ну, а с этими ребятами, док, вы уже знакомы, – она чуть подтолкнула его внутрь и коротко добавила, – мистер Мантойя введёт вас в курс дела…

Действительно, ЭТИХ Карстен узнал сразу. Это были те самые головорезы, которые устроили его похищение в Сэван Уотер-Сити. В дальнем углу стола, о чём-то переговариваясь, сидели Такэда и Центурион. Прямо перед учёным возвышалась чёрная гора из мускулов и плоти, сам начальник службы безопасности корпорации «Афина» – Мантойя Кинг.

– Оставим формальности, док, перейдём сразу к делу… Нам вновь предстоит работать вместе, поскольку вам уже доводилось бывать на Сфере, я хотел, чтобы вы поделились с нами кое-какой информацией.

Карстен вновь почувствовал себя немного подавленным. И хотя это давление было не явным и не агрессивным, но оно всё-таки напомнило ему о его зависимом статусе.

Шмидт смело выдвинул стул, стоящий прямо напротив Мантойи, и согласно кивнул. Разговор с начальником службы безопасности был долгим и откровенным. К удивлению Карстена, Мантойя Кинг очень многое знал о Сфере. И задавая каверзные вопросы, лишь подтверждал свои знания и догадки. В конце концов, на нём висел тяжёлый груз ответственности за жизнь всего экипажа и его рыжеволосой хозяйки…

Пройдя несколько шагов по каюте, Карстен Шмидт остановился напротив смотрового иллюминатора. Ему вдруг захотелось взглянуть на цель их путешествия. Личный космический корабль, а по существу это прогулочная яхта, нёсся навстречу Сфере со скоростью более 20 тысяч километров в секунду, и огоньки далёких узнаваемых планет Солнечной Системы порой смещались довольно заметно. Ещё вчера окольцованный газовый шар Сатурна маячил впереди, словно лимонно-жёлтый мячик пинг-понга, теперь же, даже сквозь защитный фильтр, он заливал каюту величественным сиянием, занимая чуть ли не половину видимого пространства.

Карстен отключил защитный фильтр и невольно замер, восхищаясь увиденным. Да, он уже летал к этой планете Солнечной Системы. И вот так же любовался видом колец, буйством воздушных вихрей и циклонов на верхней границе атмосферы этого газового гиганта. Но каждый раз картина великой мощи, разворачивающаяся перед его взором, завораживала его разум и сердце. Он поискал глазами то место, где среди ярких чёрно-белых полос и линий скрывался маленький шарик чужеродного планетоида – Сфера. Но, к сожалению, ничего не различил… Слишком далёким было расстояние до объекта… Слишком ярким был гигантский шар Сатурна.

Внезапно ему показалось, что что-то сверкнуло у самого края внешнего кольца. Вспышка была недолгой и имела ярко-голубой оттенок. Это явно походило на пуск маршевых ионно-атомных двигателей какого-нибудь космолёта… «Вероятно, курьерская ракета, запущенная военными с Форпоста в сторону Марсианского Штаба», – подумал Карстен Шмидт и вновь вернул фильтр в исходное состояние.

Он решил докончить свои некоторые научные отчёты. Здесь, на яхте, всё было для этого доступно: мощный квантовый бортовой компьютер, богатая информационная библиотека с миллионами копий смарт-кристаллов, спокойная располагающая к размышлениям обстановка. Сцилла Теодоракис предоставила в его распоряжение даже свою лабораторию, находящуюся в кормовой части «Пегаса». Однако большой необходимости в её использовании Карстен Шмидт пока не видел. Он с удовольствием бы занялся какими-нибудь исследованиями, имея в наличии хоть один ксенофаг из недр Сферы.

Учёный надел виртуальный шлём и мгновенно установил связь с квантовым компьютером «Пегаса». Знакомые ряды цифр и колонки текстов замелькали перед его взором. С каждой минутой он всё глубже и глубже погружался в свои исследования…

«Сфера («Сатурнианский заповедник») была обнаружена учёными Земли в 2017 году на внутреннем траверсе внешнего кольца F. Первоначально открыватели определили её размеры не более 50 километров, но во время прямого контакта в 2048 году стало понятно, что планетоид гораздо огромнее, чем предполагалось. А ошибка с размерами во многом возникла из-за очень низкого поверхностного альбедо объекта. Именно тогда таинственный пришелец впервые попал в объективы автоматической станции «Первопроходец». На нескольких снимках перед изумлённым взором жителей Земли предстало нечто идеально-круглой формы, без характерной для всех астероидов кратеро-формирующей поверхности. Планетоид медленно вращался вокруг своей оси, словно гигантская динамо-машина, которую только что отключили за ненадобностью неведомые могущественные боги. Снабжённый кучей всевозможных датчиков, предназначенных для комплексной геологоразведки астероидных и кометных объектов, «Первопроходец» сразу выявил в этом небесном теле массу странных закономерностей. Объект обладал сильным магнитным полем и имел довольно низкую среднюю плотность. И это указывало на его пустотелое внутреннее строение и возможное наличие какого-то более массивного центрального ядра. К тому же он пульсировал словно живой, «дыша» с амплитудой в несколько сот часов, то сужаясь, то расширяясь с разницей около метра. Для земной науки этот последний факт был просто шокирующим. Сделать подобное мог только чужой разум…

«Первопроходец» уже завершал свои экспресс-исследования, когда объект, наконец, повернулся к нему невидимой до этого стороной. И тогда взору учёных предстал ещё один сюрприз Сферы – гигантский провал в экваториальной части планетоида, уходящий глубоко в недра этого циклопического сооружения. На общем серо-чёрном фоне всего объекта он выделялся каким-то еле заметным желтовато-зелёным свечением, а по форме напоминал чем-то глаз хамелеона. Впоследствии его так и назвали – Глаз Хамелеона (Око Хамелеона).

Следующая космическая станция была подготовлена специально только для исследования данной аномалии. А то, что это была главная аномалия во всей Солнечной Системе, учёные уже не сомневались. Собрав в себе все самые последние достижения науки, к кольцам Сатурна отправился огромный роботизированный комплекс «Отшельник». Он облетел несколько раз это загадочное тело, уточнив его размеры и массу. А затем попытался прилуниться на его поверхность. Посадка оказалась довольно успешной, «Отшельник» никуда не исчез, не разбился и, вопреки злым предсказаниям некоторых учёных, не подвергся атаке чужого разума. Правда, полоса везенья на этом закончилась. Его супермощный бур, которым исследователи попытались раздробить «породу» планетоида, просто переломился. Тогда один из будущих основателей Тунгусского Центра Горацио Лемм предложил просто проникнуть внутрь Сферы через гигантское Око Хамелеона.

Решение это было чрезвычайно рискованным. Ведь следующий космический аппарат мог добраться до Сферы лишь через три года. Было решено посадить «Отшельника» как можно ближе к провалу и использовать в роли передающей станции. В глубь же планетоида отправились два малых разведовательных зонда, снабжённых не только видеокамерами, но и специальными манипуляторами. Края Глаза оказались оплавленными. Стало очевидно, что миллион лет назад, какая-то неведомая сила искорёжила «кору» планетоида посредством чудовищного взрыва. И шёл этот взрыв не со стороны космического пространства, а откуда-то из недр самой Сферы…

Нырнув в желтоватый туман, первый зонд сразу сообщил, что тот довольно густой и имеет все признаки настоящей стабильной атмосферы. И чем ниже он спускался, тем она становилась плотнее. Наконец на глубине примерно с километр плотность её сравнялась с земной, и учёные решили направить зонд в одну из полостей, образованных действием взрыва.

К их великому удивлению, внутри оказалось достаточно светло. Но сколько не вращалась камера зонда, обнаружить источник света ей так и не удалось. Поплутав по каким-то лабиринтам, земной разведчик наконец влетел в гигантское помещение, заполненное странными, напоминающими часовые механизмы конструкциями. Вместе они образовывали что-то наподобие башни, уходящей под самый потолок полости – «пещеры». Весь этот агрегат беспрестанно шевелился, испуская временами сполохи ярко-фиолетового сияния. И теперь даже самые ярые скептики вынуждены были признать, что Сфера – это не продукт хаоса Вселенной, а порождение чуждого разума…

Однако идиллия длилась недолго. Внезапно к зонду подлетели какие-то серебристые веретенообразные предметы, и изображение погасло. Второй зонд постигла та же участь. Только вот узнать он успел ещё меньше. После спуска вниз на несколько сот метров он просто перестал реагировать на руководящие команды «Отшельника».

Чтобы миссия не была совсем уж провальной, решено было провести картографирование планетоида. В некоторых местах Сферы были найдены следы внешних метеоритных повреждений, но все они не шли ни в какое сравнение с Оком. Очевидно, система защиты «пришельца» до сих пор работала с большой эффективностью. Также в десяти точках «Отшельник» зафиксировал очень странные объекты, чем-то напоминающие арочные ворота. Часть из них светилась голубоватым мерцающим сиянием. Другие же были темны, словно провалы, ведущие в другую Вселенную.

Догадка учёных о «портальной сущности» этих сооружений оказалась верной. Почти через сто лет люди смогли, наконец, освоить эту часть Солнечной Системы. Были изобретены термоядерные космические двигатели, построены надёжные межпланетные корабли, уберегающие экипаж от радиационной и метеоритной опасности. Человечество начало активно осваивать минеральные ресурсы астероидов и спутников планет. Наконец дошла очередь и до Сатурна. Недалеко от Сферы, в поясе кольца, появилось несколько старательских станций. Огромные рудовозы и танкеры с сжиженным газом проложили свой маршрут мимо таинственного планетоида. Тогда же было принято решение организовать на поверхности Сферы некое подобие земной базы. И военно-космические силы Земной Федерации взяли эту миссию на себя. Первые разведчики, выполнив посадку у одного из арочных порталов, не сразу рискнули воспользоваться этой инопланетной технологией. Сначала выстроенный Форпост долго занимался сугубо житейскими проблемами: организацией быта и связи, установкой защитного периметра и разведовательными рейдами по внешней поверхности Сферы. Но вот, когда всё было закончено, нашёлся смельчак, который решил проникнуть за мерцающую вуаль портала. Им оказался внук того самого Горацио Лемма. Правда, он был не учёным, а военным, обычным лейтенантом космического легиона. Но тяга к знаниям, которая, видимо, передалась ему по наследству от деда, толкнула юношу на этот подвиг. Его звали Бертран Лемм…

Оказалось, светящиеся порталы до сих пор работают. С их помощью любой предмет, будь то человек или научный прибор, мог беспрепятственно оказаться внутри Сферы. После этого освоение внутреннего мира планетоида пошло быстрее. Были обнаружены разные загадочные обитатели «сатурнианского заповедника». Представители местной «фауны» оказались, скорее всего, далёкими от истинного образа инопланетян. Это были, в большинстве своём, охранные или ремонтно-эксплуатационные сущности и объекты, близкие по функции к нашим земным киборгам. Истинный вид «хозяев» Сферы так и остался для человечества загадкой…

Вслед за «фауной» планетоида явилась во всей своей непредсказуемости и загадочности условная «флора». В различных местах планетоида, выделяющихся аномальными зонами, стали обнаруживаться ксенофаги – артефакты, создаваемые самой Сферой. Первоначально многие их необычные свойства были неизвестны землянам. Но шли годы, и информация об удивительном Клондайке Сферы, наконец, дошла до простых обывателей Земной Федерации. Удивительные создания «сатурнианского заповедника» стали объектами не только научных исследований, но и предметами купли-продажи… Тысячи старателей и авантюристов на различных космических средствах передвижения: межпланетных грузовиках, почтовых ракетах, прогулочных яхтах и научных зондах – ринулись на разработку этого нового Клондайка. Существенным фактором, облегчающим путешествие до орбиты Сатурна, стало открытие человечеством «прыжкового» Двигателя Джокса, позволявшего существенно сократить время полёта. Первое время обитатели Форпоста, как могли, боролись с этим нашествием. Но силы их были тоже не безграничны. Охватить весь периметр гигантского планетоида они не могли… Постепенно то тут, то там просочившиеся сквозь порталы первопроходцы начали исследовать «внутренности» Сферы, открывая всё новые и новые её локации, находя новые необычные артефакты.

В дальнейшем в процесс добычи и продажи включились и сами космопехи, а Марсианский Штаб и Правительство Земли, «закрывая глаза», спустили всё на тормозах, очевидно, тоже получая с этого немалые дивиденды. Научный интерес к феномену «сатурнианского заповедника» стал заметно падать и если бы не усилия Тунгусского Центра, заглох бы окончательно. За двести лет после открытия Сферы человечество привыкло к её существованию. Никого, по большому счёту, уже не интересовало происхождение «сатурнианского заповедника»: ни её неведомые создатели, ни причины появления в Солнечной Системе. Человечество теперь всецело интересовали только плоды её недр.

Мысли Карстена Шмидта ещё продолжали плутать по закоулкам информационного мира, а тело уже почувствовало что-то неладное. Космический корабль ощутимо тряхнуло. Кресло под учёным предательски завибрировало, и он вынужден был вцепиться в край стола. Пришлось срочно прерывать контакт с компьютерным мозгом.

С «Пегасом» явно творились какие-то непонятки. Вместо того, чтобы продолжать плавное торможение, гарантирующее яхте безопасный вход в область межкольцевого пространства, космолёт рывками набирал ускорение…

«Они что там, все с ума посходили на капитанском мостике? Неужели чудят братья-андроиды… Куда смотрит капитан Сингх», – подумал Карстен и громко чертыхнулся.

Он подошёл к иллюминатору и ужаснулся. Первоначального ракурса планеты-гиганта в шикарном обрамлении сонма колец уже не было и в помине… «Пегас» явно развернулся и летел в другую сторону…

В прошлые экспедиции, когда он летал к Сфере на научном судне «Ньютон», такого не было. Такого в принципе не должно быть. Зачем пилоту яхты понадобилась такая внезапная рокировка маршрута в двух шагах от цели? Даже такой отдалённый от основ космонавтики человек, как Карстен Шмидт, понимал к чему приведёт напрасная трата топлива. На таких гигантских расстояниях от Земли спасательный бот прилетит за ними не скоро…

Невольно поддавшись паническому настроению, Карстен выскочил из своей каюты и помчался в сторону служебных отсеков. На повороте одного из ответвлений он едва не столкнулся со стюардом. Маленький худощавый индонезиец держал под мышкой раскладной поднос и бутылку дорогого вина. Учёный тут же вспомнил его смешное прозвище – Сухарик. Так назвала его Сцилла во время их короткого знакомства в баре «Синяя стрекоза».

Однако Карстен никогда не любил фамильярности в общении и, встряхнув стюарда, громко крикнул тому прямо в ошалевшее смуглое личико:

– Что случилось, Сухарто?

Парень явно был в нервном шоке. Его чуть раскосые глаза блуждали по лицу Шмидта, словно ища в нём эмоциональной поддержки.

– Там пираты… На нас напали «спейсары»…Что теперь будет с моими запасами коллекционного вина?

Сухарик прижал бутылку крепче к груди и ринулся в противоположную сторону. Карстен в недоумении прислонился к тёплому пластику корабельного туннеля. «Что за бред, какие ещё пираты? Боевые патрули Космической Полиции уже лет двадцать как очистили всё пространство от Венеры до Марса от подобного сорта авантюристов. Хотя здесь, на спутниках планет-гигантов и в районе Астероидного Пояса, где работают множество ресурсодобывающих фирм и компаний, грабежи транспортников ещё встречаются… Но тут, недалеко от Сферы, на виду у Форпоста, располагающего космическим десантом и военными челноками… Разве такое может быть?» – подумал учёный.

Внезапно личный наномайстер Карстена ожил и на его экране появилось рыжеволосое хмурое личико госпожи Теодоракис.

– Доктор Шмидт, вы не спите? У нас неприятности… Не могли бы вы пройти на капитанский мостик?

– Да, конечно, госпожа Теодоракис. А что, собственно, происходит? – Карстен не успел продолжить разговор, как прибор уже отключился и хозяйка корабля прервала связь.

Карстен озабоченно вздохнул и ускорил шаг. Оставшиеся метры он пролетел на одном дыхании, и буквально ворвался в главное помещение управления яхтой. Несмотря на это, из всех присутствующих в рубке внимание на него обратил лишь Центурион. Он стоял у самого входа, почему-то сжимая в руках лёгкий полицейский лазерган, словно собираясь вступить в бой с невидимым противником.

Подрядчики, которые строили эту яхту, явно не были заморочены ни проектными, ни финансовыми ограничениями. Поэтому весьма просторное помещение рубки вместило в себя почти весь экипаж «Пегаса». Здесь не присутствовали только младшие «матросы» и техники, несшие вахту возле агрегатов и систем управления двигателями корабля.

Карстен остановился в двух шагах от двери, не зная куда податься дальше. Все командные кресла и выдвижные столики были заняты присутствующими.

– Не мельтешите, док. Вот вам «кресло-качалка», присаживайтесь, – Центурион любезно подопнул в сторону Карстена передвижной медицинский блок, стоящий в аварийной нише возле наёмника.

Учёный благодарно кивнул и, присев на холодную металлическую крышку, вслушался в переговоры экипажа.

– Итак, господа, что мы имеем в сухом остатке? – задумчиво произнёс Джонатан Элтон Сингх, одарив всех присутствующих своим хищным ястребиным взглядом. – Мы не можем дать адекватное сопротивление. Простите, но «Пегас» – это всего лишь красивая комфортная игрушка, ординарная прогулочная космическая яхта. У нас нет ни гаусс-пушки, ни лазерного излучателя, какими оснащены даже обычные стандартные торговые суда. Мы не можем надеяться на быструю помощь правоохранительных служб. Ближайший полицейский катер находится на орбите Титана. Им сейчас не до нас… Они разгребают по полной проблемы с восстанием в шахтёрской колонии «Спэйс-Бич». Мы банально не можем даже удрать от этих флибустьеров. «Пегасу» потребуется ещё два часа, чтобы войти в режим «прыжкового редрафтинга». Судя по всему, по предварительным расчётам, этим гадам понадобится не более часа, чтобы подойти к нам вплотную в зону действия магнитных захватов. Это так, госпожа Рихтер?

Элма угрюмо кивнула и перевела взгляд на панорамный экран, отображавший реальную картину окружающего космоса.

– У них очень мощный ядерный двигатель. Такие раньше ставили только на корабли дальней разведки. Это даёт им преимущество почти на час. По моим же уточнённым расчётам, «Пегас» будет готов к прыжку только через один час и тридцать восемь минут…

Карстен поискал глазами на экране корабль захватчиков. Тот был отлично различим в виде яркой мигающей зеленовато-жёлтой звезды, визуально находящейся где-то посередине между гигантским диском Сатурна и маленьким серпиком ближайшей к «Пегасу» из его лун – Энцелада. Судя по затяжному периоду мигания, вращающееся кольцо жилых отсеков «пирата» было просто огромным, а тянущийся узкий голубоватый след из ионизированных газов делал его похожим на чудовищную комету…

Учёный вдруг понял, что за яркую вспышку он видел накануне из иллюминатора своей каюты. Без сомнения, это и был неизвестный пиратский корабль…

– Извините, господа, я здесь человек чужой и не имею права вам что-либо советовать… Но почему бы вам не обратиться за помощью к Сатурнианскому Форпосту? Наши экспедиции Тунгусского Центра Ксенологии всегда встречали и сопровождали рейдеры космопехов. Прыжковые двигатели у военных гораздо совершеннее гражданских. Я думаю, часа им вполне бы хватило… – Карстен сам не узнал своего голоса. Он был от волнения какой-то хрипловатый и низкий.

Сцилла повернулась в сторону учёного и покачала головой. Её лицо выражало крайнюю степень озабоченности и страха. Столько лет вынашиваемые и теперь начавшие претворяться в жизнь планы по спасению сестры сейчас могли пойти прахом…

– Доктор Шмидт, вы забываете, что наша миссия носит секретный характер… Если коммандер Форпоста узнает о цели нашего полёта, он сразу же нас арестует. У нас нет официального разрешения на посещение планетоида…

– А что нам мешает просто соврать господам жандармам с Форпоста. Пробив по базе данных, они узнают, что мы – это обычная прогулочная космическая яхта. Личный космолёт, владелец которого волен путешествовать куда угодно. И при чём тут Сфера?… Мы просто пролетали мимо… В конце концов, мы просим от них только помощи – защитить нас от пиратского захвата…

– А данные со своего судового журнала и дальнейший маршрут мы можем скорректировать без проблем, – неожиданно для всех вмешался в разговор Мантойя, вальяжно сидящий за пультом охранных систем корабля.

Сцилла порывисто вскочила со своего сидения и принялась нервно прохаживаться от края до края рубки.

– Быть может, док, вы правы… И вы тоже, мастер Мантойя… По крайней мере, другого выхода я не вижу…

Внезапно на пульте первого пилота О-Лири загудел сигнал экстренной связи.

– Кто там, Крис? – Сцилла подбежала к одному из близнецов андроидов.

– Нас вызывает корабль-захватчик. На этот раз не только радиосигнал, но и видеосвязь. Что прикажете делать, госпожа Теодаракис? – бесстрастным голосом доложил первый пилот.

Сцилла прошла ещё несколько шагов, нервно покусывая ногти, затем набравшись смелости, махнула рукой.

– Включайте связь, Крис…

Неожиданно перед пультом управления, за которым сидел капитан Сингх, возникло голографическое изображение какого-то человека. С первого взгляда незнакомец производил впечатление респектабельного джентельмена. Короткие усики и ухоженная бородка в стиле испанского идальго делали его ещё более похожим на человека прошлых веков. Однако то, что было выше линии глаз, говорило скорее всего об обратном. Лысую макушку незнакомца венчал командный виртуальный шлем с множеством антенн и проводов, очевидно предназначенный для управления всеми системами пиратского корабля. Высокий, выпуклый сократовский лоб, опоясанный обручем нейроимплантов, и золотые цифровые очки на тонком хищном носу лишь подтверждали, что перед ними человек высокого современного интеллектуального потенциала.

– Господа, я дал вам полчаса на размышление… Они прошли… Предлагаю сдаться без всяких претензий и условий. Мы гарантируем вам жизнь и свободу передвижения.

– Кто вы, чёрт возьми? И какое имеете право задерживать мой корабль? Это частная собственность. И я буду жаловаться в Трибунал Лиги Планет. Вам так просто это не сойдёт… – Сцилла сжала свои маленькие кулачки и одарила незнакомца своим гневным взглядом.

Предводитель пиратов снисходительно улыбнулся:

– Ну-ну, госпожа Теодоракис, охладите свой пыл. Не в вашем положении угрожать мне. Не забывайте, что мы в миллионах километров от Земли. И да… не вздумайте посылать сигнал бедствия на Форпост. Как только мы запеленгуем что-то подобное, ваша очаровательная посудина будет повреждена весьма серъёзным образом… И хватит ли вам запасов на долгий дрейф, я не знаю…

– Вы жалкий мерзавец! Вы не посмеете это сделать… Мои агенты найдут вас везде и пристрелят как бешенную собаку…

Сцилла в ярости стукнула кулаком по пульту управления, опрокинув на капитана Сингха не допитую им чашку с кофе.

Странный незнакомец неожиданно расхохотался:

– Не смешите меня, дамочка… Я таких агентов каждый день съедаю на завтрак пачками…

Но через мгновение его лицо приняло уже серъёзный вид и он продолжил более сердитым тоном:

– Если откровенно, то ни вы, ни ваша посудина мне не нужны… Мне нужен доктор Шмидт. Карстен Шмидт. Всё, разговор окончен. Готовьтесь встретить моих людей.

Изображение пиратского предводителя медленно погасло, и в наступившей тишине прогремел голос капитана Сингха:

– Я узнал этого человека… Это Жан-Клод Ботард… «Граф Калиостро» собственной персоной… Только вот зачем ему доктор Шмидт?

Сцилла грустно кивнула головой и присела на край пультового стола.

– Я думаю за тем же, что и нам… Похоже, он тоже ищет главный артефакт Сферы. Что вы скажете, господин Шмидт?

Карстен недоуменно пожал плечами и тяжело вздохнул:

– Если от этого зависит жизнь всего экипажа, то я готов выполнить все условия пиратов…

– Спасибо, док… Простите, что и на этот раз не смогла уберечь вас от неприятностей…

Сцилла отрешённо прошла к выходу из рубки и уже в дверях тихо добавила:

– Капитан Сингх, подготовьте «Пегас» к стыковке…

Глава 6

Ослепительно-белый диск солнца, лениво выглянув из-за линии пальмовых крон, осветил золотом небольшую прозрачную лагуну. В кристально чистой воде стали различимы мельчайшие камешки и декоративные растения. Между ближайшими из них плавали экзотические яркоокрашенные коралловые рыбы. Ещё несколько мгновений, и начнётся утро нового тропического дня.

Сенатор Готфрид Аль-Гуль, стоящий по пояс в воде, провёл рукой по хрустальной поверхности и, пофыркивая, двинулся назад к берегу. Он ещё поплавает по волнам своей лагуны. Но попозже… Сначала нужно решить насущные дела. Да, дела…

На берегу возле шезлонга его ждал робот-стюард.

– Желаете сок или минералку, мистер Аль-Гуль? – дребезжащий металлический голос отвлёк сенатора от приятных мыслей.

– Иди к чёрту, железная морда! Принесёшь потом бутылочку мартини через десять минут. Понял? – Аль-Гуль накинул на плечи халат из верблюжьей шерсти и плюхнулся в шезлонг.

Сенатор проводил взглядом семенящего к выходу робота и, надев на левую руку свой наномайстер, поднёс его к губам.

– Фрау Эльза, пригласите ко мне Марстена.

В последнее время сенатор пребывал в скверном настроении. Любые перспективные задачи или текущие дела почему-то предательски буксовали или решались со скрипом… Аль-Гуль считал, что виной тому, в первую очередь, тупость и нерасторопность его подчинённых. Хуже, гораздо опаснее, когда за этим стояло злонамеренное корыстное желание или предательство. А этого он не прощал никогда и никому… Каждого, кто пытался следовать этим принципам, ждал безжалостный итог – распыление на атомы в камере его личного молекулярного деструктора…

Неожиданно голограмма, имитирующая каменную изгородь, увитую плющом, находящаяся справа от сенатора, потухла, и в образовавшемся проходе появился высокий худощавый человек в чёрной одежде. Он был одет по моде далёкого ХХ века, а его строгий гангстерский костюм дополняла фетровая шляпа контрабандиста-бутлегера.

Увидев его наряд, Аль-Гуль немного поморщился. Он не любил всех этих балаганных шоу с переодеваниями. Простой сенаторский френч и бейсболка – вот и всё, что нужно, чтобы быть «ближе к народу»…

– Марстен, идиот, ты опять напялил на себя эти «шкуры» своих предков – преступников… Сколько раз я тебе говорил, что ко мне на доклад ты должен являться в халате и сланцах! Ты портишь мне атмосферу морского отдыха…

– Простите, хозяин… Но я считаю, что настоящий бандит должен выглядеть именно таким образом… Кроме того, у меня были срочные дела в Эйзиан-Тауне, по вашему поручению. Я не успел переодеться…

– Глядя на тебя, дурья башка, мои избиратели решат, что их любимый сенатор Аль-Гуль, первый заместитель Главного Координатора Земли, погряз в коррупции и связях с криминалом… Ты что, решил меня скомпрометировать?

Аль-Гуль лениво отхлебнул глоток мартини, принесённый вновь пришедшим роботом-стюардом, и вытянул уставшие после плавания ноги.

– Я?… Как вы могли такое подумать, великий магистр? Все прекрасно знают, что вы самый честный и справедливый человек в Солнечной Системе, – сказал мгновенно побледневший Марстен. Затем, сорвав с себя шляпу, вальяжно плюхнулся в кресло, услужливо поданное ему роботом-стюардом.

– Ну-ну, перестань нести чепуху, Джон… Я-то знаю, что это далеко не так… Оставь эти басни для народа и переходи к делу. Тебе удалось расколоть жену этого, как его?…

– Минёра…

– Да, Минёра. Учти, второго прокола, как с доктором Шмидтом, я не потерплю…

Марстен смущённо прокашлялся и уселся поудобнее.

– Печально это слышать, шеф… Вы же знаете, что этого урода Лейбера по прозвищу Ловец Артефактов замочила по ошибке банда Скелетного Клоуна, а Карстен Шмидт был похищен службой безопасности корпорации «Афина»… Буквально у нас из-под носа…

– Ох уж, эта Сцилла Теодоракис… Маленькая рыжая мерзавка. Кстати, как она пронюхала о существовании «исполнителя желаний»?

– Её агент, некто Билл Нексус, был внедрён в наши структуры ещё когда вы, великий магистр, только шли на выборы… Сейчас эта крыса приговорена к полному распылению…

Сенатор Аль-Гуль в задумчивости потёр вспотевшую лысину.

– Я до сих пор не могу поверить в такую дерзость с её стороны. Она прекрасно знает, кому перешла дорогу. И всё-таки рискнула… Может быть, у неё ещё что-то на уме?…

Марстен тоже пригубил принесённую ему электронным слугой порцию алкоголя. Его маленькие жабьи глазки заблестели нагловатым блеском.

– Навряд ли, патрон… Ею руководит тупой родственный инстинкт. Эта дура на сто процентов уверена, что только «исполнитель желаний» излечит её сестру-уродку.

– Однако она преуспела в этом мероприятии. Говорил я этому кретину, Скелетному Клоуну, что излишняя самоуверенность его погубит… Не захотел послушать совет старика Аль-Гуля. Теряем кадры… – сенатор достал дорогую карибскую сигару и не спеша надкусил её. – Ну да ничего, в нашем рукаве ещё много разных козырей, тайных и явных… Наш дорогой друг Жан-Клод Ботард ей зубки-то пообламает. Где сейчас находится «Звёздный охотник»?

– Он уже в заданной точке. «Граф Калиостро»… Ээ… То есть, Жан-Клод Ботард доложил, что «Пегас» в нескольких часах полёта от него. Скоро мышеловка захлопнется… – Марстен ухмыльнулся, демонстрируя перед шефом свою челюсть с рядами ровных платиновых имплантов.

Сенатор Аль-Гуль удовлетворённо кивнул головой и пустил несколько дымовых колец из своей сигары.

– Отлично, Джонни… Наконец-то, кажется, удача повернулась к нам не тощим задом, а смазливой рожей. Итак, что там с этой Мартой Минёршей?

– Эта идиотка клянётся и божится, что ничего не слышала от своего муженька об «исполнителе желаний»… Пришлось немного пощекотать нервы ей и её ублюдку… Выяснилось, что несколько дней назад Минёр просил её розыскать жену его друга, некоего Монаха, и сообщить ей о смерти мужа… В его послании говорилось не только о денежных средствах, но и о каких-то информационных данных, которые Монах завещал своей семье…

Сенатор Аль-Гуль налил себе ещё один бокал крепкого напитка и, задумчиво отхлебнув небольшой глоток, спросил:

– Это тот самый Монах, на которого ссылался в своих опусах жирный боров Льюис?

– Да, патрон. Информация об «исполнителе желаний» всплыла на поверхность именно после его последнего полёта на Сферу. Наши источники информации в среде «охотников» подтверждают это. На протяжении всей экспедиции Льюис использовал в качестве проводника только Монаха.

– Ну что ж, это лишь подтверждает, что мы на правильном пути, – сенатор довольно хмыкнул и потянулся за второй сигарой. – Марстен, свяжись с Хакером Хью и сообщи ему о прибытии Ботарда. А также, поторопи с наездом на Минёра… Пусть его ребята «прощупают» этого мужлана. Наверняка он должен знать, где находятся носители информации об «исполнителе желаний», оставленные этим… Монахом. Да… И напомни ему лишний раз, что если он и дальше будет так же тянуть кота за хвост, то обещанных денег от меня не получит.

Неожиданный вызов наномайстера прервал их беседу. Сенатор Аль-Гуль недовольно поморщился и поднёс руку к лицу.

– Что такое, Эльза?… У меня совещание с Марстеном… Разве вы забыли? Я занят.

– Извините, великий магистр… К вам на приём просится господин Флэш. Он говорит, что это дело государственной важности…

Голос секретаря был тихим, но умоляюще настойчивым.

«Чёрт бы побрал этого болвана! Что ещё надо Верховному Комиссару в такую рань…», – подумал сенатор Аль-Гуль и раздражённо проговорил:

– Пусть подождёт меня десять минут. Мне надо переодеться и привести себя в порядок. Я свяжусь с вами, когда буду готов к аудиенции.

Сенатор повернулся к своему собеседнику и закончил разговор более официальным тоном.

– Марстен, подготовьте мне доклад по проблемам экологии в Северном Рыбопромысловом Районе. Сегодня, в четыре часа, я встречаюсь с инвесторами. Результаты по Сфере доложите мне отдельно…

Проводив взглядом сутулую фигуру помощника, облачённую в чёрную гангстерскую униформу, Аль-Гуль саркастически покачал головой и сплюнул. Затем быстро надел свой сенаторский френч, принесённый ему кибергорничной, и прошёл в свой рабочий кабинет.

Сенатор Аль-Гуль любил свой «командный пункт». Так называл он свой рабочий кабинет. И в этом была большая доля истины. Здесь, не выходя из помещения, он мог связаться с любым из своих помощников, располагающихся в любой точке земного шара, повлиять на любые события и наказать своих недругов. Помимо этого, его «командный бункер» обладал ещё и космической связью. На Луне, Венере и Марсе офисы его компании были открыты ещё в самом начале его политической карьеры. Имея такую широкую сеть информаторов, сенатор Аль-Гуль реально обладал невиданной властью. И она его вдохновляла на новые грандиозные мечты, в которых он видел себя безраздельным диктатором всей Солнечной Империи…

Он горделиво оглядел бесконечные ряды полок с информационными кристалло-книгами, коллекции холодного и стрелкового оружия, представляющие все периоды развития древних цивилизаций Земли, артефакты и раритеты из всех уголков Солнечной Системы. Затем уселся за свой громадный стол, обставленный разнообразными техническими гаджетами, и раскурил новую сигару.

– Эльза! Пропустите мистера Флэша. Я в своём рабочем кабинете. Можете его не сопровождать, он знает куда идти…

Сенатор Аль-Гуль принял расслабленную позу, внимательно глядя в конец зала, где находилась монументальная дверь, украшенная листовым золотом и драгоценными камнями. Наконец она вздрогнула и медленно отъехала в сторону. Верховный Комиссар полиции был одет в свой повседневный мундир, отливающий тёмно-фиолетовыми бликами. На левой стороне его груди, ближе к сердцу, сиял ромбовидный Орден Почётного Служителя. Ниже пояса в серебряных ножнах висел энергетический меч Корпуса Стражей Земли. Лицо Флэша излучало холодное равнодушие и высокомерие.

– Приветствую вас, великий магистр. Надеюсь, наш разговор останется глубоко конфиденциальным… – Флэш чуть склонил голову и указательным пальцем правой руки ткнул в потолок, намекая на установленные в кабинете сенатора подслушивающие «жучки» и камеры.

– Ну что вы, милейший… Как я могу следить за самим Верховным Комиссаром… Проходите, голубчик… Я очень рад вас видеть.

Сенатор нажал кнопку, и перед его столом, прямо из-под пола, выдвинулось удобное кожаное кресло.

Флэш немного замялся, но затем, подозрительно оглядев сидение, всё же уселся на него. В его взгляде появилась внезапная нерешительность и сомнение. Тонкие, длинные «паучьи» пальцы нервно теребили позолоченные пуговицы мундира. Он словно пытался вернуть свою прежнюю уверенность, чтобы преодолеть какую-то невидимую черту… Диаметрально ему, у хозяина «командного пункта», излучавшего его показное равнодушие и гостеприимство, чувствовалась скрытая железная воля и самообладание. Его буравящий, презрительный взгляд, казалось, сканировал каждое движение Верховного Комиссара, не давая гостю сосредоточиться.

– Чем обязан в такой ранний час, господин Флэш? Дела государственные или что-то личное?

Глава правопорядка нахмурил брови и спрятал предательские пальцы, сжав их в кулак.

– У меня к вам деловое предложение, великий магистр. Я хочу, чтобы между нами не было недопонимания и каких-либо тайн… Вы просили меня передать вам для дознания жену Минёра… «Охотника» с позывным Минёр… Наше ведомство пошло вам навстречу… К сожалению, возникли некоторые обстоятельства, усложняющие наше содружество…

Сенатор Аль-Гуль откинулся в кресле и выпустил в потолок большую струю дыма.

– И какие же? Вас не устраивает сумма отступных, милейший?… Ну что ж, я не жадный, могу подкинуть вам на бедность…

– У нас накопилось слишком много хвостов, сенатор, которые очевидным образом тянутся в вашу сторону… Похищения, шантаж, инсценированное убийство, подкуп должностных лиц и так далее… Всё это тянет, извините, на гораздо большую сумму, – Флэш наконец обрёл долгожданную уверенность и разогнул плечи. – Я мог бы хоть сейчас выдать ордер на ваш арест, господин Аль-Гуль, но… Я человек деловой и надеюсь на взаимовыгодный вариант с вами…

Сенатор Аль-Гуль опешил от такой наглости. Он смерил гостя злобным взглядом и, еле сдерживая себя, вернулся к спокойной интонации.

– И что вы просите взамен, любезнейший?

Флэш закинул ногу на ногу, приняв более расслабленную позу.

– Оо… Всего лишь пустяк, уважаемый магистр… Вы поделитесь со мной всей информацией об «исполнителе желаний». И, клянусь своим Орденом Почётного Служителя, об этом не узнает никто…

Сенатор Аль-Гуль раздражённо затушил свою сигару прямо о край стола и уставился немигающим взглядом на собеседника.

– А если я не соглашусь?

– Тогда вас ждёт арест и тюрьма, господин сенатор. Мои люди ожидают лишь моего сигнала. Взгляните сами в окно…

Сенатор Аль-Гуль резко вскочил со своего места и подошёл к окну.

Вся площадь перед его дворцом была заставлена полицейскими машинами. Многие из них несли боевой апгрейд в виде пулемётных башен и лазерных установок. Между ними размеренным шагом дефилировали десятки закованных в полицейскую броню стражей правопорядка.

– Да вы нагнали целую армию, господин главный жандарм! – сенатор удивлённо хмыкнул и, повернув голову, продолжил, – но вы очень самоуверенный человек, Флэш… Вы не боитесь, что я вас просто сейчас шлёпну, и ваша армия вам не понадобится…

– Нет, не боюсь… Я знаю, что вы человек глубоко рациональный и никогда не сделаете необдуманный ход. Было бы наивно думать, что данный поступок даст вам какое-то преимущество, кроме жалкого удовлетворения своего эго, конечно…

Верховный Комиссар полностью взял себя в руки и, собравшись с духом, продолжил, заметив новый порыв сенатора:

– Если вы собираетесь связаться с самим Главным Координатором, то это бесполезно… Ваш арест также согласован с господином Осорио… Во все города и во все транспортные средства Земной Федерации разосланы ваши видеопортреты и ордеры на немедленное задержание…

– Похоже, этот старый лизоблюд тоже считает, что я мало оплачиваю его праздное существование… Или всецело купился на ваши увещевания про какой-то чудодейственный артефакт?… Типа, «исполнитель желаний»…

Сенатор Аль-Гуль вернул наномайстер на место и снова уселся на своё кресло. Флэш ехидно усмехнулся и продолжил:

– Вы, конечно, знаете, господин сенатор, что это никакое не увещевание, не басня и не наговор… Иначе бы вы не залезли в эту авантюру по самые уши… Я имел разговор с Главным Координатором Осорио, но он пока не знает всю суть дела… Я лишь сказал, что вы, сенатор, скрываете от Правительства Лиги Планет государственную тайну, связанную с «сатурнианским заповедником»… Конечно же, он не против денежной компенсации… Поэтому моё предложение остаётся в силе: мне – полная информация, ему – денежный залог лояльности к вашей персоне, ну, а вам – прощение всех ваших преступлений.

Аль-Гуль окинул своего собеседника ледяным взглядом. Затем медленно, не разжимая зубов, произнёс:

– Вот что, господин главный жандарм, идите вы к чёрту со своим предложением! Я не привык делиться личными деловыми тайнами ни с кем…

Сенатор злобно улыбнулся и нажал ногой невидимую педаль.

Не успел Флэш что-то сообразить, как пол под его креслом мгновенно разъехался в стороны, и он полетел куда-то вниз…

Сенатор Аль-Гуль, ещё не дослушав удаляющийся вопль своего противника, резко встал и поднёс наномайстер к лицу:

– Харон! Прими этого дурня и надень на него наручники… Я скоро буду…

Он подошёл к запасному пульту, скрытому в стене позади командного кресла. Здесь располагались системы защиты его особняка: установка мин, лазерных ловушек и энергетических полей.

«Твари… Я устрою вам гостеприимный приём…», – чертыхнулся сенатор, направляясь к расположенному в стене аварийному лифту.

Его дворец не ограничивался только шикарной надземной частью. Существовала ещё не менее обширная и скрытая от всех любопытных глаз подземная. И она в какой-то мере была даже более значимой, чем видимая. Сенатор сам многократно принимал участие в её расширении и усовершенствовании, затратив на это кучу денег и отклонив сотню проектов. Получив когда-то в молодости архитектурное образование, он сам разбирался в данном вопросе в совершенстве и открыто гордился этим.

Вот и сейчас, зная наизусть расположение всех подземных помещений, сенатор не раздумывая нажал нужную кнопку, расположенную на боковой стенке кабины. Лифт слегка вздрогнул и начал плавно опускаться. Но, проехав около семи этажей вниз, он внезапно замер. Свет в кабине погас и голос обслуживающего автомата произнёс: «Внимание! Преднамеренное отключение электропитания. Сбой работы энергоцентра. Включаю аварийный блок».

Сенатор активировал свой наномайстер:

– Харон! Что за чертовщина? Я в лифте, но не могу спуститься в модуль «Альфа»…

Изображение начальника службы безопасности появилось практически мгновенно.

– Хакерская атака, патрон… Наш энергоцентр парализован… Я думаю, это их ответ на задержание Флэша… Будем надеяться, что до аварийки они не доберутся…

Не успел Харон договорить, как кабина лифта вновь вздрогнула и поехала вниз.

– Да, похоже… Это им не по зубам. Защитный блок сработал. Скоро буду…

Еле сдерживая ярость, Аль-Гуль шагнул в открывшийся дверной проём и быстро побежал по освещённому красными аварийными лампами коридору в нужную сторону. У массивных металлических дверей блока «Альфа» ему встретились десять охранников, одетых в кимберлитовую суперброню и вооружённых армейскими лазерганами. Завидев хозяина, они вытянулись по струнке и отдали честь.

– Харон ждёт вас, патрон! У него срочное сообщение для вас! – прокричал ближний из них с жёлтой повязкой на рукаве.

– Что вы так орёте, Норман? Я не глухой…

– Простите, хозяин… Я только что с поверхности. Мы вступили в столкновение с этими жандармскими жабами. Шумовая граната и всё такое…

– Ну как там на поверхности?

– Они трусливые крысы, патрон. Мы убили нескольких из них, другие отступили…

– Молодец, Норман… Я обязательно увеличу твой гонорар, когда разгребу весь этот мусор…

Сенатор Аль-Гуль похлопал охранника по плечу и прошёл через автоматически разъехавшиеся створки дверей в огромный зал блока «Альфа». Ожидающий его на пороге Харон выглядел немного взволнованным.

– Патрон, копы вышли на связь с нашим центром… Очевидно, кто-то слил им коды доступа и наши секреты.

Одноглазый великан отступил в сторону, освобождая доступ к панели управления. Там на одном из экранов кривилось и дёргалось изображение бородатого человека, одетого в полицейскую броню. Сенатор Аль-Гуль громко выругался и присел на тут же пододвинутое ему услужливым техником чёрное кресло. Тем временем изображение служителя правопорядка приобрело устойчивый вид и сфокусировалось. И сенатор узнал его. Это был заместитель Флэша, второе лицо в иерархии Полицейского Управления Земли, Коул Асприн…

– Сенатор Аль-Гуль, я знаю, что вы насильственно удерживаете в плену Верховного Комиссара… Если вы считаете, что это сойдёт вам с рук, то вы глубоко ошибаетесь… Мы располагаем всеми доступными средствами и силами, чтобы за несколько минут захватить ваш дворец… Наши требования просты: вы освобождаете господина Флэша и сдаётесь в руки правосудия… Со своей стороны я гарантирую жизнь и безопасность вам и вашим людям… В противном случае в результате штурма всех вас ожидает неминуемая гибель… Это не ультиматум, это разумное предложение… Даю вам полчаса на раздумье… Отсчёт пошёл, господин Аль-Гуль…

Сенатор Аль-Гуль выслушал до конца речь первого заместителя Флэша с мрачным лицом. Затем подался вперёд почти к самому экрану, и злобно прошипел:

– Шшшут… А теперь послушай меня, маленькая бородатая мартышка. Я предлагаю вам другой вариант: вы пропускаете меня и моих людей до моего космодрома и обеспечиваете безопасный уход на орбиту. За это я сохраняю жизнь вашему боссу… И даю я вам всего пятнадцать минут… Всё, разговор окончен…

Аль-Гуль быстрым движением руки отключил связь и повернулся к Харону:

– Веди сюда этого красавца… Я хочу с ним поговорить. Он в сознании?

– Слушаюсь… Да, в порядке, но пришлось его немного успокоить, – одноглазый великан ухмыльнулся и исчез в дверном проёме.

Сенатор встал с кресла и, заложив руки за спину, принялся нервно прохаживаться по залу. В его мозгу созрел новый план дальнейших действий. Нужно было срочно покинуть Землю, чтобы потом, собравшись с силами и обретя новых союзников, вернуться в новом амплуа. Да, хватит тянуть кота за хвост, время пришло… Сюда он вернётся уже в другом статусе – единовластного правителя, диктатора Солнечной Империи…

Возмущённые возгласы, раздавшиеся сзади, заставили сенатора остановиться и оглянуться.

– Вы ответите за свой беспредел!… Вы жалкий мерзавец, Аль-Гуль!… Вас будет судить Всемирный Трибунал!

На пороге в зал стоял пленённый Флэш, закованный в магнитные наручники. Идущий сзади Харон с силой втолкнул его вглубь помещения и холодно произнёс:

– Эта скотина пыталась покончить жизнь самоубийством… Мы вовремя успели вколоть ему антидот.

Начальник службы безопасности разжал кулак правой руки и показал сенатору выбитый искусственный зуб.

– Так… так… так… Какой же вы хлипкий, Главный Жандарм… Где же ваша сила воли? Как-то вы быстро сдались… Разве вы не предполагали такую ситуацию?… – сенатор ухмыльнулся и продолжил. – И чем вы отличаетесь от меня?… Вам тоже захотелось беспредельной власти… Вы насквозь прогнили в своей коррупции… Это вас надо отдать под Всемирный Трибунал…

Аль-Гуль вплотную подошёл к Флэшу и оглядел того с ног до головы. Верховный Комиссар представлял собой жалкое зрелище: его парадный мундир был испачкан и порван, под левым глазом сиял огромный синяк, а нижняя губа носила следы кровоподтёков. Взгляд пленника был блуждающим и нерешительным.

– Нет, милейший… Я вам не доставлю такого удовольствия – уйти от ответа и отправиться к «праотцам»… Вы мне ещё нужны живым, пока нужны, – сенатор сильно ткнул пальцем в грудь пленника и хотел ещё что-то добавить, но Флэш, изловчившись, плюнул на одежду сенатора.

Аль-Гуль театрально скривился и вытер локтём запачканное место.

– Какой позор… Наш Великий Жандарм скатился до мелкопакостных оскорблений, – сенатор зашагал, не оборачиваясь в сторону информационной панели. – Харон, отведи его к доктору Крассу. Пусть обработает раны и даст какие-нибудь стимуляторы. Этот фрукт мне нужен живым и здоровым…

Он уселся в кресло и посмотрел на хронометр. Обговоренное время уже прошло. На исходе была уже третья минута, а Асприн всё не объявлялся…

Наконец, когда терпение сенатора подходило к концу, противная сторона дала о себе знать. Коул Асприн был бледен и немного нервничал.

– Мы обсудили ваше предложение, сенатор. Хорошо, мы предоставим вам свободный доступ до космодрома. Но у нас есть небольшое условие. Сначала покажите нам Верховного Комиссара. Мы хотим убедиться, что он жив…

– Коул, вы же знаете меня много лет… Неужели я буду сам себе стрелять в ногу… Это же, абсурд… Ваш босс жив и здоров, – Аль-Гуль переключился на связь с наномайстером. – Доктор Красс, перешлите видео с пленником этим дуракам.

Через несколько секунд, прошедших в напряжённой тишине, на той стороне экрана произошло заметное оживление. Асприн хмуро улыбнулся и кивнул головой.

– Я вам верю, сенатор… Надеюсь, что вы своё слово сдержите… Можете выдвигаться в сторону космодрома. Мои люди будут проинформированы.

В то же мгновение экран погас, и в помещении вновь загорелся основной свет.

– Ну ты посмотри… Они даже разблокировали энергопитание. Похоже, для них Флэш больше чем босс… Хе-Хе-хе, – Аль-Гуль ехидно захихикал, направляясь к выходу.

Сенатор спустился на лифте вниз ещё на два этажа и оказался на линии подземного гравипоезда. Здесь, у специального вместительного вагончика, его ждали Харон, Марстен и доктор Красс. Немного поодаль под охраной стражников стоял пленённый Флэш.

Аль-Гуль подождал, пока спереди к их вагону пристыкуется ещё один, набитый бойцами Харона, и дал отмашку ожидающим: «Ну что ж, господа, по вагонам… Нас ждут великие дела!»

Он окинул подчинённых волевым взглядом и первым прошествовал внутрь транспортного средства. Уже сидя в мягких объятиях вагонного кресла, сенатор активировал наномайстер и набрал служебный код, чтобы отдать распоряжение: «Фрау Эльза! Вы остаётесь за главного. Обеспечьте обслуживание и охрану моего дворца. Надеюсь, что моё отсутствие будет недолгим…»

Гравипоезд набрал скорость и устремился к выходу из подземелья. Туннель, немного попетляв, вышел на прямолинейный участок. Здесь, в нескольких километрах от особняка, начинался уже открытый маршрут.

Сенатор Аль-Гуль, глядя в окно, считал мелькающие фонари, освещавшие проходящий гравипоезд. Внезапно они закончились, и перед его взором открылась первая поверхностная станция. На ней тоже кишели бронированные машины и толпились люди в полицейских комбезах. Они молча провожали гравипоезд напряжёнными взглядами, не высказывая никаких агрессивных действий. «Этот болван Асприн держит своё слово… Тем хуже для него и его шайки… Значит, обмануть его не составит большого труда», – подумал Аль-Гуль и довольно хмыкнул.

Его личный космодром находился почти в ста километрах от дворца. Однако скорость гравипоезда не шла ни в какое сравнение с поездами прошлого. Его тяга позволяла легко преодолеть это расстояние за тридцать минут. Несмотря на томительное ожидание, время пролетело достаточно быстро. Аль-Гуль вгляделся в мрачные лица Харона и Марстена и слегка пнул ногой Флэша, лежащего на полу неподалёку. Тот медленно перевернулся на другой бок, окинув злобным взглядом сенатора. «Не вздумай загнуться, красавчик… Мне „дохлая рыба“ не нужна, – Аль-Гуль глянул в обзорное окно и добавил, – ну вот, кажется, подъезжаем…»

Вдалеке и вправду показался силуэт диспетчерской башни. Рядом с ней виднелись ангары технического обслуживания и топливные склады. На огромном, многокилометровом плато космодрома теснились ряды орбитальных челноков.

– Марстен, вы связались с Вонгом? – сенатор Аль-Гуль внимательно посмотрел на свой хронометр, – хотелось бы всё выполнить в предельно сжатые сроки… На орбите у нас не будет лишнего времени.

Первый помощник невольно вздрогнул. Плавный ход гравипоезда понемногу убаюкал его, и он начал дремать.

– Конечно, великий магистр… Капитан Вонг доложил о готовности космолёта. «Юлий Цезарь» находится в расчётной точке орбиты, в режиме максимальной скрытности.

– Прекрасно, Марстен. Вы не даром едите мой хлеб…

Вблизи орбитальный челнок был просто огромен. Гладкий чёрно-белый корпус с торчащими по бокам, словно уши, двумя гравидвигателями был немного наклонён, устремляясь в небо острой носовой частью. Похожие на божьих коровок мелкие погрузчики и техноботы, снующие вокруг его могучего тела, лишь дополняли контрастность увиденной картины.

К удивлению сенатора, перед подъёмным трапом его ждала небольшая группа представителей правопорядка.

– Сенатор Аль-Гуль!… Согласно вашей договорённости с господином Асприном, вы должны сейчас же освободить Верховного Комиссара. Мы позволили вам покинуть дворец и добраться до космодрома. Теперь, ваша очередь по соблюдению договора…

Аль-Гуль скривился в наглой усмешке:

– Господа… Не делайте из меня барана… Я что, по вашему, совсем идиот – доехать до космодрома и не воспользоваться им! Я сейчас верну вам Флэша, а вы уничтожите мой челнок при взлёте…

– Сенатор, вы имеете наглость не верить обещанию господина Асприна… Разве слова высшего чиновника органов правопорядка для вас ничего не значат? Потрудитесь подчиниться силам закона…

Аль-Гуль выхватил из бокового кармана наградной «фаленбёрд» и быстро подошёл к ведомому охраной Флэшу, закованному в наручники. Затем, уперев ствол оружия в затылок пленника, произнёс требовательным тоном: «Вот что, господа жандармы, плевать я хотел на ваше недовольство… Верховный Комиссар покинет Землю вместе со мной! Это единственная гарантия моей безопасности… И вы это прекрасно понимаете… А теперь всё, разговор окончен… С дороги!»

Сенатор подтолкнул пленника к трапу и дал отмашку своим людям. Увидев наставленные на них со всех сторон стволы, агенты правопорядка вынуждены были отступить и отойти в сторону.

Челнок набрал крейсерскую скорость, быстро удаляясь в сторону противоположного полушария. Позади осталась гигантская светящаяся конструкция Орбитального Банка, несколько мелких светлячков, являющихся коммерческими или туристическими станциями. Земля на экранах потихоньку уменьшаясь в своих видимых размерах, стала отходить куда-то в сторону. Челнок всё дальше и дальше выдвигался на геостационарную орбиту, где скрытно барражировал «Юлий Цезарь», личный космолёт сенатора.

Аль-Гуль любил тот период Римской Империи, когда бывший консул и любимец народа Гай Юлий Цезарь стал полновластным правителем, диктатором Рима. Он был фанатичным поклонником этой исторической фигуры и всячески увековечивал его имя, начиная с названия своего корабля и заканчивая его внутренним интерьером.

Вот и сейчас, прибыв на космолёт, он не спеша шёл по центральному коридору, обставленному по вкусу древних латинян, любуясь раритетами той эпохи. Здесь стояли небольшие постаменты с бюстами великих римлян: полководцев, философов и деятелей искусства. На стенах висели штандарты прославленных легионов, древние доспехи и оружие. Даже стюарды и обслуживающий персонал космолёта, замеченный на его пути, тоже были одеты по моде того времени.

– Капитан Вонг, вы связались с генералом Мак-Мастером? – сенатор Аль-Гуль внезапно обернулся, обращаясь к идущему позади него главному человеку на этом космическом корабле.

Капитан Вонг, невысокий коренастый человек с чуть раскосыми глазами, одетый в тогу римского легата, немедленно отреагировал:

– Да, патрон… Перед самым вашим прибытием. Он будет ждать «Юлия Цезаря» на орбите Фобоса. Станция «Марс-Дельта» находится под полным его контролем. И ещё, – капитан Вонг оглянулся на отставших от них на несколько метров Марстена и начальника службы безопасности Харона.

– Ну, что ещё?… Договаривайте, милейший, – сенатор раздражённо махнул рукой.

Вонг кивнул головой и продолжил:

– Генерал Мак-Мастер хочет поговорить с вами на защищённом канале примерно через час по корабельному времени. У него какое-то сообщение лично для вас, сенатор. Я перенаправлю секретный сигнал на ваш наномайстер, патрон.

– Спасибо за информацию, Вонг. Проследите, чтобы об этом никто не узнал… И даже Харон, – Аль-Гуль задумчиво почесал затылок, мысленно переваривая сообщение своего подчинённого. Он отпустил всех помощников и направился в личный кабинет. Что бы это могло значить? В преданности генерала он не сомневался ни на секунду. В Марсианском Штабе многие значимые чины тоже были к нему лояльны. Верховный Комиссар Флэш по-прежнему у него в руках. Сбивать космолёт никто не посмеет. Тогда в чём же причина в просьбе генерала перейти на защищённую волну? Мысли сенатора роились в мозгу сумбурным потоком.

Он уселся в гидроморфное кресло, которое тут же приняло форму наиболее удобную для его тела. В ту же секунду разнообразные электронные гаджеты, словно получив команду, принялись за восстановление его растраченных физических ресурсов. Приняв инъекцию нескольких стимулирующих препаратов, релаксирующий массаж и лазерную акупунктуру, сенатор почувствовал себя заново родившимся. Он решил немного пройтись по своему кабинету и обдумать план дальнейших действий. В этот момент его наномайстер внезапно ожил, сообщая о срочном вызове.

– Великий магистр, на связи генерал Мак-Мастер… Соединяю вас с Марсианским Штабом, – голографическое изображение Вонга померкло и на его месте возник командующий всеми космопехами Солнечной Системы.

– Приветствую вас, сенатор! Как у вас обстановка? Капитан Вонг сказал, что Коул Асприн и его псы наступают вам на пятки…

– Не беспокойтесь, генерал. Всё под контролем. Когда здесь, на борту, находится их босс, они не посмеют нас атаковать, – Аль-Гуль самодовольно ухмыльнулся и продолжил. – Что вы хотели мне сообщить?

Мак-Мастер кивнул головой, сменив напряжённую позу. Несмотря на свои огромные властные полномочия, он всегда немного побаивался «теневого правителя» Земли.

– Видите ли, сенатор… Мои люди обследовали некоторые закрытые участки Храмового Комплекса… Это северо-восток Равнины Эллада. Район Адриатической Горы, – генерал сосредоточенно прокашлялся, – простите, великий магистр. Кажется, аллергия… Так вот, мы нашли один туннель, заваленный отступающими «фобоситами». После сейсмического зондажа выяснилось, что за ним осталось очень много неисследованных пустот, где вполне возможно могли остаться какие-либо взрывчатые материалы или боеприпасы армии Тарилло…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.