Андрей Болотин
Гардарика. Заколдованный дом

Замысел четырёх

Гигантское дерево, которое высотой могло бы посоперничать с небольшим горным пиком, казалось, закрыло своей тенью весь мир. Его ветви были такими раскидистыми, что они спрятали за собой луну, и случайному путнику пришлось бы полночи ждать, пока она покажется на небосводе. Позади этого колосса, немного поодаль, рос целый лес таких же великанов. У их корней почти незаметные прижимались к земле тысячи обычных сосен и елей. Напротив чудовищного леса простирались бескрайние равнины, зелёное море, по которому ветер, пригибая траву, гонял волны. А на границе двух миров расположилась давно покинутая деревня. Небольшая, всего пара десятков покосившихся домов. У одного обвалилась крыша, у другого – зияла дыра в стене; в общем – ничего особенного, руины да развалины. Таких поселений на границе Великого Леса было столько, что и не сосчитать. Но кое-что отличало эту конкретную деревушку от всех остальных. В окнах одного из домов горел свет.

Дом этот состоял из всего одной комнатушки: печь, которая занимала добрую её половину, стол, пара лавок. Двух свечей хватало, чтобы наполнить её тёплым светом, и эта клеть, по-другому не назовёшь, была набита битком. Четыре существа забрались внутрь, развели в печи огонь и теперь о чём-то негромко спорили.

– Так, давайте ещё раз, – Варвара махнула головой, убирая волосы со лба. Несмотря на их небольшую длину, в глаза они всё равно лезли. – Стадо зайдёт в лес завтра около полудня. Это значит, что на рассвете мы уже должны начать подъём, если хотим его перехватить.

– Я всё ж считаю, что взбираться надо по коровам, пока они в пути, – проворчал низенький старик в углу. В его жёлтой бороде не было ни одного волоска – одна солома, а рубаха и штаны из травы шевелились, как будто живые. – Мы не первые, кто пытаются забраться на Велесово Стадо. Пастух будет следить за ним, как только подойдёт к деревьям.

– Как ты себе это представляешь? – Варя опёрлась руками на стол. – Мы не сможем нагнать стадо на лугу. И даже если сможем с вашей помощью, нас или затопчут, или заметят, или сначала заметят, а потом затопчут.

Она отошла от стола к стене, где света было поменьше. Каждое её движение было абсолютно бесшумным.

– Нет, так на стадо пытаются попасть только дураки, и так они и попадаются, – девушка уселась на лавку. – Но я договорилась с Лешим. За подношение он спрячет нас от пастуха и мы сможем забраться на нужную корову.

Старик задумчиво почесал бороду.

– А дальше? Ты знаешь, где стоит нужный дом?

– Я знаю, как он выглядит, – Варя запустила руку в волосы. Её бледные пальцы резко выделялись на фоне тёмных прядей. – Нам нужно будет только найти его. День, максимум два – и мы богаты.

– Смотри, – дед погрозил ей пальцем, – если обманешь…

– Я помню про наш договор, Полевик! – девушка вскочила, но так и осталась в темноте. – По моей наводке, в тот дом постоянно заходят люди и нечисть. Значит, там совершаются сделки, скорее всего, при участии хозяина. Значит, ему платят, причём, судя по количеству гостей, много. Нам рук не хватит всё утащить. Вытащим, что успеем, пока не поднимут тревогу, и ты с дочкой заберёшь половину.

– Ну, ну, не злись, – расплылся в улыбке Полевик. Его смешная борода торчала в разные стороны. – Не хотел тебя обидеть. Переживаю просто за нашу работёнку, деревня наша сильно от неё зависит.

– А зачем нам так заморачиваться? – донёсся с печки звонкий голос. Там, свесив ноги, сидела длинноволосая девушка. В одной рубахе до колен, она с вызовом смотрела своими ярко-голубыми глазами на остальных.

– Что ты имеешь в виду? – Варя заметно напряглась.

– У нас же пастух есть, – улыбнулась острыми зубами девушка. – Пускай он корову угонит и подержит, где нам надо. Справишься же, Матвейка? Или так и будешь бесполезным куском мяса?

Она хищно зыркнула на четвёртого, последнего человека в комнате. Молодой парень сидел на лавке и так сильно сжимал свой пастуший посох, что казалось, сейчас переломит его пополам. Русые волосы спутались во что-то, напоминающее воронье гнездо, а одежда была перепачкана после долгого дневного перехода. Бедолагу так трясло, как будто у него начался припадок.

– Не лезь к нему, нечисть, – насупилась Варя. – У Матвея своя роль.

– Забрать нашу долю в конце? – не унималась девушка. – Да на него же без слёз не взглянешь, на что он вообще годен?!

Варвара устало потёрла глаза.

– Мы не можем просто угнать корову из Велесова Стада, нас за такое на части разорвут! Нам нужно незаметно подвести нужное животное к дереву, чтобы мы могли на него перебраться, и без него, – она ткнула пальцем в Матвея, – нам не обойтись.

– Ой, ой, ой, – девушка ухмыльнулась. Свет от свечей играл на её волосах так, что казалось, она сидит в золотом плаще. – Мамочка защищает своего малыша. Ты с самого начала ему разве что сопли не подтираешь. С чего такая забота? Может, вы с ним вдвоём…

– Полуденница! – предостерегающе прошептал Полевик. Это было похоже не на человеческую речь, а на шелест пшеницы на ветру. Девушка сразу втянула голову в плечи.

– Ну батя!

– Хватит пустой ссоры, – старик, нахмурившись, пригладил бороду. – Мы с тобой далеко от родных полей, любая помощь не помешает. А пастух в скотном городе – помощник нужный, как ни посмотри.

Варя с благодарностью посмотрела на Полевика. Тот только махнул рукой.

– Ты, парень, расскажи лучше, кто таков. Уже четвёртый день с тобой хлеб делим, а я, кроме имени, ничего от тебя не услышал. А в таком деле, как наше, надо знать, с кем идёшь.

Матвей, бросил испуганный взгляд на Варвару. Та ободряюще кивнула, парень вздохнул и прочистил горло.

– Н-ну, я в Гардарику попал месяца три назад. Я ведь пастуший оберег выбрал с перепугу, так-то хотел что-то посерьёзнее. Знал бы, во что вляпался – взял бы силу или вроде того…

Говоря это, он не переставал крутить в руке медную подвеску в виде коровьей головы. Варя невольно засмотрелась на блики на изогнутых рогах. Она помнила, как долго смотрела на пригоршню таких же, когда сама выбирала оберег. Помнила и свои мысли: "Какой дурак выберет ЭТО?"

– Сначала думал – умру здесь, – продолжил Матвей. – Что меня волки съедят или кто-то похуже. Пару раз чуть не сбылось, когда стадо через погост перегонял, хорошо хоть деревня рядом была, мужики меня спасли.

– Рохля, – хмыкнула Полуденница. – Парочки упырей испугался.

Парень весь сжался.

– Конечно испугался, ты их зубы видела!? Они бы меня на мелкие кусочки разорвали! У меня же нет ни силы, ни ловкости, заговоров я почти никаких не знаю. Могу только с животными помогать, да и то меня постоянно обманывали и денег не платили! Если бы не Варя, – он придвинулся ближе к девушке, – наверняка я бы умер с голоду!

Полевик только покачал головой.

– Мда-а-а. Пастух-то хоть из тебя хороший?

– Не сомневайся, – встряла Варвара. – Своё дело знает.

– Ну и славно, – улыбнулся старик. – Ты, парень, не бойся. Главное, на корову нас доставь, а дальше мы сами.

Полуденница вдруг, широко открыв рот, зевнула.

– Утомили вы меня. Если с Матвейкой мне поболтать не даёте, давайте лучше спать. Завтра тяжёлый день.

– И то верно, – закряхтел Полевик. С трудом, он забрался на печку, дунул – и все свечи разом погасли. Избушка погрузилась в кромешную темноту. Вскоре послышался громкий храп.

Матвей постарался устроиться на лавке поудобнее. Нечисть заснула почти мгновенно, а вот к нему сон никак не шёл. Парень не мог перестать думать о том, что ему придётся сделать завтра. Он никогда не видел Велесово Стадо, но одни только рассказы о нём наводили такой ужас, что Матвей не раз и не два подумывал о побеге. Исполинские коровы, которые съедают леса, выпивают реки и несут на спинах целый город. Такое чудовище вообще можно позвать оберегом? Что, если оно не послушается? А ведь стадо ходит не одно, его всегда сопровождает пастух-великан. Матвей думал, что его точно заметят, попробуй он увести корову из стада. Ему рассказывали, что каждый год находился кто-то особо глупый и отчаянный, который пытался такое провернуть. Живым уйти ещё никому не удалось.

Тихонько застонав, Матвей перевернулся на другой бок. До того, как он встретится с этими монстрами, ему предстоит что-то ещё более страшное – подъём на гигантское дерево! Он насмотрелся на него, когда они подходили к деревне, и образ этой колонны, на которой держалось небо, намертво отпечатался у парня в мозгу. Как на такое вообще можно залезть? Матвей был твёрдо уверен, что человек на такое не способен, а потому ему не нужно было бояться ни стада, ни пастуха. Он сорвётся со страшной высоты ещё до того, как увидит их.

Поворочавшись ещё немного, Матвей понял, что заснуть в ближайшее время ему не удастся. Мысли роились в голове, как мухи, а храп Полевика уж точно не помогал их прогнать. Осторожно, чтобы никого не разбудить, Матвей встал, прокрался ко входной двери и вышел на улицу.

Ночь встретила его прохладой и песнью сверчков. Луна наконец поднялась достаточно высоко и заливала округу мягким, серебристым светом. Теперь было видно и бескрайнее море травы, и чёрные силуэты огромных деревьев. А ещё звёзды. Так много, что на небе просто не осталось места. Из темноты на землю смотрели мириады мерцающих глаз.

– Что, тоже не спится?

Матвей чуть не вскрикнул. Варя сидела на крыльце и улыбалась.

– Знаешь, я раньше всё время пыталась найти тут созвездия, – она задрала голову вверх. – Ориона или хотя бы Большую Медведицу. Но в Гардарике нет наших звёзд. Наверное, когда я это поняла, то окончательно смирилась с тем, что больше не дома.

Парень не мог оторвать взгляд. Не от звёзд, нет. От Вари. В своих чёрных штанах, такого же цвета рубахе и накидке с капюшоном она выглядела обворожительно, особенно в лунном свете.

– Пожалуйста, не смотри на меня.

Матвей вспыхнул и сел на крыльцо рядом, старательно вглядываясь в тропинку перед собой.

– Прости… – пробормотал он. – Я всё время забываю.

– Ничего страшного, – вздохнула Варя, устраиваясь поудобнее. – Просто оберег даёт о себе знать чаще.

– А как давно ты в Гардарике? – парень больше всего на свете желал сменить тему разговора.

– Почти три года, – она улыбнулась и вытянула руку, разглядывая тусклое кольцо на среднем пальце. – Три года… Подумать только, какой дурой я была. Взять оберег скрытности, это же надо?

– По-моему, отличная штука, – Матвей невольно коснулся подвески. – По сравнению с моим уж точно.

– Я тоже так думала. Можно стоять совсем рядом с человеком, а он тебя не заметит – так мне говорили, когда я выбирала. Одна фраза мне особенно запомнилась: "Он идеален для воровки". После этого я сразу схватила его, почти не раздумывая, – она горько усмехнулась. – А теперь расплачиваюсь.

– В смысле? – нахмурился парень.

– Оберег меняет тебя, – Варя выпрямилась и положила одну руку на другую, чтобы не видеть кольцо. – Так, чтобы ты лучше ему подходил. Мне вот уже тяжело быть на свету и в людных местах, я терпеть не могу издавать шум. Чтоб ты понимал, я даже обувь носить больше не могу, потому что она издаёт слишком много звуков, – она подобрала ноги под себя. – И чем дальше, тем быстрее это будет. Скоро я не смогу выносить даже человеческого взгляда и буду вечно жить, спрятавшись. Совсем одна.

Она задрала голову, звёзды отразились в её глазах.

– Потому что Гардарика – не место для людей. Мы прибываем сюда в поисках золота, славы или случайно, а она пытается сделать нас похожими на нечисть, что здесь обитает. Человеком тут остаться невозможно.

Матвей не знал, что на это ответить. Он вновь коснулся своего оберега. Значит, и его это ждёт? Через каких-то три года он не сможет представить свою жизнь без скота вокруг? Пока эти беспокойные мысли вытесняли другие, он ляпнул первое, что пришло в голову:

– А… Ноги не мёрзнут?

Он тут же понял, что сказал и пугливо посмотрел на Варю, а та только прыснула.

– Больше нет. Может, я привыкла, может, оберег помогает. Главное не ходить на север.

Она вдруг помрачнела, встала спиной к лесу и посмотрела на горизонт. На её лице читалась тревога.

– Стадо придёт вон оттуда. Как только они появятся, у нас будет около пяти часов, чтобы забраться на дерево, – девушка покосилась на Матвея. – Боишься?

Он только кивнул.

– Правильно, – улыбнулась Варя. – Лучше бояться сейчас, чем наложить в штаны, когда дойдёт до дела. Не сомневайся, у тебя всё получится. Я видела, на что ты способен. Коровы в Велесовом Стаде ничем от обычных не отличаются, только побольше. Делай, что умеешь, и проблем не будет.

– Спасибо… – пробормотал Матвей. Он не был уверен, что её слова смогли его приободрить.

Из мрачных мыслей его вывел несильный хлопок по плечу. Варя стояла рядом.

– Нам правда нужно поспать. У нас много работы.

Восхождение

– Подъём! Они уже здесь!

Матвей открыл глаза и чуть не свалился с лавки. Полуденница стояла на столе и склонилась прямо над ним.

– А?! Что?!

Парень сообразить ничего не успел, как нечисть схватила его за грудки и рывком поставила на ноги.

– Собирай свои монатки! Нам нужно выдвигаться! – она ещё раз тряхнула его для верности и одним прыжком оказалась у двери.

Матвей всё ещё плохо соображал. Он как будто и не спал вовсе, так, только глаза прикрыл. Парень нащупал свой рожок и посох, закрепил их на поясе и вышел из избы. Щурясь от утреннего солнца, он замотал головой в попытке взбодриться и увидел это.

На горизонте до самых облаков поднимался столб из пыли. Пока тихо, но уже слышались мерные шаги стада: тум-тум-тум-тум, тум-тум-тум-тум. Сами коровы ещё не показались, но один только вид этой пыльной стены наводил ужас. Она была грязным, коричневым пятном на зелёной ткани равнин.

– Чёрт, – Варя стиснула зубы. – Я думала, они будут позже. Куда он их так гонит?

– Похоже, хороших пастбищ к востоку от Великого Леса больше нет, – хмыкнул Полевик, подходя к девушке. – Пастух пытается откормить своё стадо до начала зимы.

Варвара бросила на старика странный взгляд, но ничего не ответила, а вместо этого махнула рукой:

– Пора! Нам нужно добраться до деревьев как можно скорее.

С этими словами она тут же зашагала к лесу вдали. Полевик только вздохнул и потопал следом, за ним увязалась Полуденница. Матвей, в спешке запихивая свои пожитки в заплечный мешок, оказался последним.

Шли они в тишине, прерываемой только далеким топотом стада. Парень то и дело украдкой смотрел на лица своих спутников и поражался: Полуденница была весела, чуть ли не насвистывала, явно наслаждаясь восходящим солнцем; Полевик был спокоен и не выказывал никаких эмоций; Варя затравленно озиралась, как будто боялась, что её увидит кто-то ещё. Каждый думал о своём, как будто прямо за их спинами не вышагивало целое Велесово Стадо!

Понемногу лес становился всё ближе, и гигантское дерево потихоньку заполняло своим силуэтом поле зрения парня. Небо, солнце, облака, другие деревья – всё скрывалось за раскидистыми ветвями. Птицы целыми стаями летали вокруг нижней трети ствола, залетали в трещины в коре, как в пещеры. Обычные сосны у подножия гиганта покачивались на ветру, но исполин стоял неподвижно. Просто думать про это как про дерево получалось с трудом. Перед ним была живая скала, не меньше.

Парень бросил взгляд через плечо. Может, ему показалось, но в облаке пыли он смог разглядеть рогатые силуэты.

Вдруг издали раздалось протяжное мычание. Оно было таким низким, таким утробным, что невозможно было представить, что этот звук может издавать живое существо. Мычание длилось и длилось; Матвей начал считать про себя, и только когда дошёл до тридцати, наступила тишина.

– Это ещё что, – усмехнулась Варвара, заметив выражение его лица. – Раньше на этих тварях ещё и колокола висели. Власти города согласились их снять, когда слишком много купцов стали жаловаться на глухоту.

– Как кто-то вообще может жить в Стаде, если там так пыльно и шумно? – парень старался не сбивать дыхание.

– В самом городе вполне неплохо, – Варя пожала плечами. – Ты сам всё увидишь.

Дерево становилось всё ближе и ближе. Теперь, когда Матвей задирал голову наверх, он видел только ветви и море зелени. Вокруг воцарились мягкие сумерки. От такой перемены Варя заметно расслабилась и даже расправила плечи.

– Как только дойдём до ствола, сделаем привал, – объявила она.

Полуденница, всё это время не отрывавшая взгляда от дерева, замедлила шаг, чтобы поравняться с Матвеем.

– Эй, пастух, а в человеческом мире такое есть?

– Нет, – помотал головой он. – Даже близко.

– Чувствую себя муравьём, – пробормотала нечисть. Её глаза следили за узором на коре. – Вот бы найти пшеничный колос под стать такой громаде. Это было бы самое прекрасное зрелище на свете.

– Зачем тебе такое большое поле? – проворчал, обернувшись, Полевик. – Как крестьяне будут в нём работать?

– Ничего ты не понимаешь, бать, – махнула рукой она. – Это же не для крестьян.

– А зачем тогда нужна пшеница? – не унимался Полевик.

Его дочь не стала отвечать.

Вскоре четвёрка дошла до корней. Они, как огромные змеи, вырывались из земли. То тут, то там виднелись норы и дупла – жилища бесчисленных существ, которые избрали дерево своим домом. И чем дольше Матвей смотрел, тем больше замечал этих лазов.

– А насекомые здесь такие же большие? – осторожно поинтересовался парень. От одной мысли о гигантских муравьях ему становилось плохо.

– Честно, ни разу не видела, – ответила Варвара. – Как-то слышала байку про гнездовье пауков размером с медведя, да только кто знает, правда это или нет? Ладно, привал! Матвей, тебе надо подготовиться к подъёму.

Пока нечисть располагалась на земле, Варя достала из заплечного мешка две металлические пластины с небольшими крючьями и кожаный мешочек.

– Так, эти штуки надеваешь на ноги, – начала объяснять девушка. – А тут порошок, натри им ладони как следует, чтобы не потели.

Матвей знал, что ему нужно слушать внимательно, но он не никак не мог не смотреть наверх. Теперь, когда они стояли так близко, кора больше была похожа на огрубевшую кожу великана: серая, вся в трещинах и прогалинах. Каждая чешуйка в длину была больше роста парня и была покрыта десятками бугорков и впадин.

– Эй! Сосредоточься!

На лице Вари явно читалась тревога. Матвей виновато потупил взгляд.

– Прости… Просто это… Вот это, очень впечатляет.

– Понимаю, – усмехнулась она. – Я когда в первый раз увидела Великий Лес, чуть в штаны не наложила. Но ты не бойся, подъём на самом деле простой, – она провела ладонью по коре. – Есть за что ухватиться, в трещинах побольше можно отдохнуть. Упасть будет сложнее, чем ты думаешь.

– Надеюсь, ты права, – пробормотал парень и покосился на нечисть. Эта парочка вообще не волновалась. Они расселись на земле с самым беззаботным видом, как будто пришли на пикник. Полуденница даже что-то негромко напевала. Варя всё время говорила, что нечисть гораздо проще и хуже людей, но на самом деле Матвей тайком ей завидовал. У них почти не было забот, не было страха. Они просто жили в своё удовольствие. Вдруг в голову парня пришла постыдная и странно приятная мысль: поскорее бы оберег взял верх. Тогда он сможет хоть немного походить на них и быть счастливее.

Видя, что её слова не возымели никакого эффекта, Варя решила попробовать другой подход:

– Эй! Матвей! – она помахала рукой, возвращая его внимание. – Ты ведь лазил по деревьям в человеческом мире?

– Конечно, но они ведь не были, – парень закатил глаза, прикрепляя крючья к ботинками, – такими.

– Ну и что? – не сдавалась девушка. – Ты с них падал?

– Один раз, – признался Матвей. – Опёрся на слишком тонкую ветку, и она переломилась. Сломал тогда руку и решил больше не лазить на деревья.

– Ну это замечательно, – просияла она.

– В каком смысле? – подозрительно покосился на Варю он.

– В том, что ты упал всего раз. Значит проблем с лазаньем у тебя не было. А на Великие деревья взбираться гораздо проще, чем на обычные. Тонких веток у них точно нет.

И если упаду, по деревьям лазить не придётся никогда, подумал Матвей, но вслух говорить не стал. Вместо этого он открыл мешочек, высыпал немного белого порошка и хорошенько растёр его между ладонями.

– Ещё, – Варя тоже принялась растирать порошок, – можешь считать, что это ненастоящие деревья и ненастощий лес.

Матвей, нахмурившись, постучал кулаком по стволу. Ощущалось очень даже по-настоящему.

– В это как-то трудно поверить, – заметил он.

– В этом ведь вся Гардарика, – пояснила девушка. – Она – просто отражение людской веры. Люди боятся дремучих лесов – вот тут и появился Великий лес, воплощение всех лесов, которые только бывают. А в чаще, согласно поверьям, обитают лешие, кикиморы и русалки. Поэтому и этот лес ими кишмя кишит. Так что не будешь бояться – ничего страшного не случится, – она помолчала. – И держись покрепче.

– Хорош копаться! – вдруг крикнула Полуденница. – Пора идти, если не хотим пропустить стадо!

Они с Полевиком тут же вскочили на ноги, развернулись и… Пошли по стволу. Матвей, открыв рот, смотрел, как они почти синхронно поставили ногу на дерево, а потом шагнули. Безо всяких усилий, как парочка насекомых, они поднимались всё выше и выше. Полуденница даже заложила руки за голову, как будто специально показывая, как ей всё легко даётся.

– Позёры, – фыркнула Варя. – Давай, пошли.

Привычным движением она схватилась за ближайший выступ, подтянулась и с удивительной скоростью поползла вверх, держась прогалин и мест потемнее. Матвей, сжав зубы покрепче, последовал её примеру.

К удивлению и огромному облегчению парня, Варвара была права. Это было даже не похоже на подъём по дереву, скорее, Матвей взбирался по очень высокой живой лестнице. Конечно, он не мог догнать своих попутчиков, но земля очень быстро осталась далеко внизу. Парень изо всех сил старался не смотреть вниз, думать о чём-то ещё. О мелком соре, который налипал на вспотевшие пальцы. О ветре, который, благо не сильно, трепетал его рубаху. О солнце, которое скоро должно было показаться из-за кроны дерева и начать нещадно печь. О стаде… Нет. Об этом он думать не хотел. Уж лучше волноваться из-за головокружительной высоты.

Скоро Матвей понял, что его руки начали уставать. Он посмотрел наверх и сразу увидел то, что ему было нужно. Подтянувшись, он взобрался в глубокую трещину, больше смахивающую на дупло, и привалился к дереву спиной. Плечи тут же благодарно загудели.

– Боже ж ты мой, – пробормотал он, вытирая пот со лба. – Сколько там ещё осталось?

– Где-то половина.

От неожиданности, парень чуть не вывалился из своего убежища. Довольная Полуденница смотрела на него, свесившись вниз головой.

– Ты же вперёд ушла! – выпалил Матвей, восстанавливая равновесие.

– Да вот, решила тебя проведать, – с её лица не сходила ехидная ухмылка. – А ты молодец. Я думала, ты сорвёшься ещё в самом начале. Хребет бы точно перебил, вот умора, да?

– Что-то не особо смешно, – проворчал он, стараясь отвернуться. На его беду, в трещине было слишком тесно, да и смотреть было не на что.

– Ну не дуйся ты, ничего ж не случилось, – нечисть отползла от входа и растянулась на стволе. – Ты, кстати, на стадо успел поглядеть?

– Я не… – обеспокоенный, Матвей высунулся из своего убежища и вдруг понял, о чём говорила Полуденница. Облако пыли стало гораздо больше, и теперь в нём отчётливо виднелись рогатые силуэты. Массивные, как горы, они мотали своими головами, то опуская их к земле, то выставляя прямо перед собой. А на спине у каждого чудовища виднелся бесформенный горб… Нет, парень знал, что это такое. Это город, Велесово Стадо, их цель. С каждой секундой она становилась всё ближе, а ужасные коровы и быки из пылевых призраков превращались в колоссов из плоти и крови.

Вдруг животное, что шло впереди, задрало свою морду к небу, и воздух задрожал от протяжного, низкого стона, который Матвей слышал раньше. Поражённый, он подался вперёд. Парень хотел всмотреться в могучее существо, запечатлеть его в своей памяти. И слишком поздно понял, что наклонился слишком сильно.

– А-а! А-а-а-а-а!

Матвей терял равновесие. Он замахал руками, пытаясь схватиться за что-то, но мокрые ладони только скользили по дереву. Мир накренился, далеко внизу показалась земля. Парень уже слышал свист ветра. Сейчас он соскользнёт! Полетит вниз! Разобьё…

Кто-то крепко схватил его за пояс. Матвей замер, касаясь дерева только носками ботинок. Кровь приливала к лицу, сердце стучало как бешеное.

– Ха-ха-ха-ха, ты всё таки свалился! – Полуденница от смеха согнулась пополам. Её трясло, из-за чего бедный Матвей качался, как лист на ветру.

– Верни! Верни меня на место пожалуйста! – завопил он.

– Не, ты бы виде… Ты бы видел! Лицо краснющее! – не унималась нечисть.

– Пожалуйста! – парень с трудом подавил желание дёрнуться, до смерти боясь упасть.

– Ладно, ладно, – с трудом выдавила из себя Полуденница. – Ты нам ещё нужен.

Одним рывком она вытянула парня из трещины, приложила его к дереву и подождала, пока он не найдёт опору.

– Давай, двигай, – она смахнула слезу с уголка глаза. – До ветки ещё далеко.

Уже через десять минут Матвей стал жалеть, что не спрыгнул с дерева сам. Полуденница от него не отходила, всё время смеясь и болтая, как бы хорошо он летел вниз. Время от времени ей надоедало идти медленно, тогда она хватала парня за пояс, силой отдирала его от дерева и пробегала десяток-другой метров, прежде чем Матвей криками и мольбами уговаривал позволить ему подниматься самому. Но даже страдая, парень не мог не признать, что так дело пошло гораздо быстрее. И часа не прошло, как они добрались до первой ветки.

Полуденница с лёгкостью взобралась на неё и швырнула Матвея, которого в конце пути просто перебросила через плечо, на бугристую кору. Тот тут же вцепился в неё так, как будто от этого зависела его жизнь.

– Всё, приехали, – проворчала нечисть, усаживаясь рядом. – Будешь мне должен.

– А? – парень ничего не соображал.

– За то, что подбросила, отдашь четверть, нет, треть от твоей доли! – Полуденница выглядела очень довольной собой.

– Но я ведь не просил… – попытался протестовать Матвей, но нечисть его уже не слушала.

Варя обеспокоенно посмотрела на них, но вмешиваться не стала. Сейчас у неё были дела поважнее.

Прямо перед ней стояло нечто, что поначалу можно было бы принять за сухое деревце. Но стоило присмотреться, как становилось ясно, что это были вовсе не изгибы коры, а россыпь чёрных глаз, которые виднелись по всему телу странного существа; не ветки, а несколько несимметричных рук; не мох, а длинная борода, которая прятала зубастую пасть. Чудовище было почти вдвое выше Вари, и девушка очень старалась спрятать свой страх.

– Леший, – она поприветствовала нечисть и взяла в руки заплечный мешок.

– Гляжу, теперь все в сборе, – голос был больше похож на скрип деревьев на ветру, который каким-то образом складывался в слова. – Ты не говорила, что с тобой будут полевые.

– Разве это важно? – Варвара напряглась. Хоть внешне ничего не изменилась, её инстинкты буквально вопили о надвигающейся опасности. Она никогда не видела леших в бою, но внешний вид этих тварей не внушал никакого оптимизма.

– Им не место здесь, – десяток глаз с треском уставились на полевую нечисть. – Ты знала это, и всё равно привела их в мой лес.

Полевик, тоже не сводивший взгляда с Лешего, отошёл в сторону и загородил собой дочку. Воздух стал немного жарче, как будто полуденное солнце стало нагревать его.

– Они нужны мне для дела… – начала Варвара.

– Нет, нет, нет, – проскрипела нечисть. – Ни одной причины, по которой ты выбрала именно их, а не лесных или кого-то из скотных, нет. Кроме, одной, разве что. Они – единственные, кто оказался достаточно безумными, чтобы лезть на Велесово Стадо.

Стало ещё жарче. Варя бросила взгляд на старика позади:

– А ну хватит!

– Он угрожает нам, – голос Полевика прозвучал непривычно низко.

– Нам всем нужно успокоиться! – дрожащими руками девушка распустила верёвку, стягивающую мешок. У неё получилось не сразу, и с каждой секундой она чувствовала, как приближается точка невозврата. – Вот, тут всё, о чём мы договаривались, и даже больше!

Леший подался вперёд. Пара глаз всё ещё смотрели на нечисть, но остальные полностью сосредоточились на содержимом мешка. Он был почти доверху набит куриными яйцами. Одна деталь сразу привлекла внимание твари. Среди белой и коричневой скорлупы блестело золото.

– Таких там два, – девушка сразу поняла, что увидел Леший. – Одно за старика, второе – за девочку. Идёт?

Чудовище молча смотрело в мешок. Варя чувствовала, как её руки начинают дрожать от усталости, но она не смела шевельнуться. Она знала, что биться с Лешим в его же лесу было самоубийством. Она также знала, что Полевик был достаточно свиреп и безрассуден, чтобы попробовать. Стоит кому-то хоть дёрнутся, может начаться бойня, из которой она может и не выбраться живой. Варя с замиранием сердца ждала ответа, а оглушительную тишину нарушало только лёгкое дуновение ветра.

Наконец, Леший протянул руку, взял одно из обычных яиц, покрутил в сучковатых пальцах и закинул в пасть. Раздался хруст скорлупы.

– Идёт, – проскрипела нечисть. – Я склоню ветви так, что Пастух не заметит ни вас, ни одну из своих коров, и вы сможете перебраться. У вас всего три дня. Столько времени Пастух будет договариваться с моим хозяином о безопасном проходе. Не успеете сбежать до этого – стадо уйдёт в чащу, где я не властен, и там никто не сможет вам помочь.

Не дожидаясь ответа, Леший забрал мешок, закинул его за спину и пошёл прочь. Вдали, прямо на огромной ветви, вместо листьев колыхалась на ветру молодая дубовая роща.

Матвей мало что понял из этого разговора. Он всё ещё приходил в себя, и больше думал о том, как у него трясутся ноги, и если он попробует встать, то точно упадёт. Парень не считал себя хлюпиком: нельзя было прожить в Гардарике хотя бы месяца, не став сильнее. Матвей, пытаясь выжать из своего оберега максимум, устроился пастухом в одной из деревень, и ему не раз приходилось таскать на плечах ягнят, убирать с дороги поваленные деревья, а один раз он умудрился в одиночку вытянуть из болота корову, чем до сих пор страшно гордился. Но подъём на дерево, особенно с помощью нечисти, оказался для него слишком большим испытанием. Пока он лежал, в голову к нему стали заползать пугающие мысли: а вдруг дальше будет только труднее? Вдруг ему придётся выкладываться ещё больше? Вдруг он не справится? Больше всего парня пугала не сама перспектива провалиться, а реакция его товарищей. В его команде было целых две полевые нечисти, и мужики в деревне поговаривали, что они не брезгуют человечиной, особенно когда сильно не в духе. И если ограбление провалится…

– Чего грустишь, Матвейка?

Полуденница сидела на корточках рядом с ним и улыбалась во все тридцать два острых зуба. Парень сначала испугался, что она прочитала его мысли, но нечисть спокойно сидела рядом с ним, ничего не говоря. Будь Матвей прав, она бы точно успела что-нибудь съязвить.

– Просто отдыхаю, – пробурчал он, усаживаясь на ветку. Немного подумав, он отодвинулся в сторону от Полуденницы. Та, даже не моргнув, придвинулась к нему ещё ближе.

– Я этого Лешего даже рассмотреть не успела. У нас деревья только на краю поля росли, и то обычные, маленькие, – она покосилась на рощу, в которой скрылось чудовище. – И там такой нечисти не было.

– Может, просто не показывалась? – парень не очень понимал, с чего вдруг Полуденница решила с ним поболтать.

– Я бы заметила, – не унималась она. – Если в том лесу что-то и было, то только в глубине.

Она неуклюже подвинулась вперёд и уселась на краю ветки. От ветра их закрывало само дерево, так что Полуденница могла не бояться, что упадёт. Хотя, вспомнил Матвей их подъём, она наверное в принципе не могла бы упасть. Пускай поднялся бы ураган, а нечисть всё равно осталась бы на ветке, как большой золотой жук.

– Я ведь никогда не видела столько… Всего! – бросила она через плечо. – А в человеческом мире есть такое?

– Ты про деревья? – парень наконец заставил себя сесть. Он сразу почувствовал, как кровь отхлынула от лица. – Таких больших нет.

– А поля? – девушка сейчас больше походила на ребёнка, впервые отправившегося в путешествие. Может, пусть и частично, так оно и было? Матвей был в Гардарике недавно, но даже он знал, что нечисть редко покидает свои жилища. Они были воплощением мест, в которых обитали, и в отрыве от них не имели никакого смысла. Если по какой-то причине духу приходилось покинуть родной дом, ему нужно было меняться, чтобы не исчезнуть. Такие существа, особенно обитатели городов, становились чем-то новым: уже не нечистью, но ещё не человеком.

Осмелев, Матвей даже подвинулся ближе к Полуденнице, хоть и оставаясь на достаточном расстоянии от края.

– Конечно есть. И поля, и деревни, и реки, и много чего ещё, – он грустно улыбнулся. – И небо такое же синее.

– Что, прям такое же? – девушка выглядела разочарованной. – Я-то думала, что оно у вас красное.

– Почему? – Матвей едва не поперхнулся от такого заявления.

– Чтобы другое было, – с важным лицом Полуденница ткнула пальцем вверх. – Если у вас всё, как у нас, чего вы в Гардарику прётесь? Дома что ли не могли на всё посмотреть?

– Мы не прёмся! – почему-то эти слова сильно его задели. – Я вообще про это место раньше не знал, и уж точно не хотел сюда попадать! Кто ж знал, что если упасть в старый колодец, можно провалиться в кошмар, полный бесов и чертовщины!

Матвей обхватил руками колени и замолк. После неожиданного всплеска сердце стучало как бешенное, и парень изо всех сил сжимал пальцами икры, пытаясь успокоиться. Полуденница какое-то время смотрела на него, но, не придумав, что сказать, вернулась к созерцанию видов.

– А у вас есть своё Велесово стадо? – прервал наконец тишину звонкий голос.

Матвей покачал головой.

– В человеческом мире совсем другие города. Они стоят на земле, и с них не получится свалиться и разбиться насмерть. И в них живут люди, никакой нечисти. По небу не летают огненные змеи, рядом не ползают аспиды, а на балконах не хихикают русалки. Никакой опасности продать свою душу или быть съеденным за проигрыш в карты… – он запнулся. – Как правило. В общем, обычный мир для обычных людей.

– Ва-а-ау, – с искренним восхищением протянула Полуденница. – Мир без нечисти… Я бы хотела на такое посмотреть. Там же наверняка другие запахи, другие цвета, другие правила!

Она вдруг развернулась. Два голубых глаза, не моргая, хищно уставились на парня. Тот на всякий случай отодвинулась подальше.

– Слу-ушай, когда всё закончится, может, я с тобой…

– Дочка! – шум ветра вдруг заглушил шелест пшеницы. Полевик недовольно смотрел на парочку. – Иди сюда, хватит ему докучать.

– Ну батя! – нечисть вскочила на ноги. – Пастух только что-то интересное начал рассказывать!

– Сюда, кому говорят! – шелест как будто не изменился, но Матвей почувствовал нарастающую угрозу. – Хватит мозги пудрить.

Закатив глаза, Полуденница побрела к Полевику. Матвей проводил её взглядом, загипнотизированный ритмичным покачиванием волос. Они, как мятник, ходили туда-сюда, туда-сюда. Так, издали, дух казался самой обыкновенной девушкой. И не подумаешь, что она – смертельно опасный хищник.

– Ты первый раз общаешься с нечистью?

Голос прозвучал с другой стороны. Там, в расщелине в коре, стояла Варвара. Несмотря на то, что солнце было высоко, а тень – слабой, у девушки получилось почти в ней раствориться.

– Так долго – да, – смущённо ответил Матвей.

Варя сочувствующе улыбнулась.

– Я рада, что ты хорошо проводишь время, но не забывай, кто она, – девушка немного подалась вперёд, но, стоило свету попасть на её кожу, тут же отпрянула назад. – В конечном счёте, до всего этого ей нет никакого дела.

– Не знаю, – пожал парень плечами. – Она прямо восхищалась видами, и кажется, ей интересно путешествовать.

– Ты не понимаешь, – Варя замотала головой. – Она обманывает, в первую очередь саму себя. Так со всеми ними, особенно теми, кто живёт в городах. Нечисть может выглядеть как человек, думать как человек, даже мечтать, как человек, но стоит ей увидеть своё настоящее предназначение – всё это притворство пропадает, и они снова становятся обыкновенными чудовищами.

Матвей нахмурился.

– Что ты имеешь в виду?

– Стоит ей, – Варя махнула в сторону Полуденницы рукой, – увидеть пшеничное поле, как все эти разговоры тут же забудутся. У неё есть цель в жизни – следить, чтобы в полдень крестьяне не работали, а больше ничего в ней и нет. Запомни, нечисть плоская и скучная. Как только поймёшь это, жить станет легче.

Матвей хотел было возразить, но Варя забилась ещё глубже в расщелину, и он решил её не дергать.

Вскоре он начал клевать носом. Остальные, занятые своими делами, с ним не разговаривали, а лёгкие порывы ветра и мерный гул от бредущих вдалеке коров убаюкивал. Поддавшись дрёме, Матвей провалился в темноту. Время от времени он просыпался, когда Полуденница проходила мимо, или когда Варя что-то говорила Полевику, но веки быстро наливались свинцом, и парень выключался снова. Через какое-то время сон и явь слились в причудливый калейдоскоп, и Матвей перестал понимать, сидит ли он на ветке огромного дерева или дома за столом, в ожидании чая.

Когда Варя затрясла его, он решил, что это просто продолжение сна, но резкий удар по щеке убедил его в обратном. Девушка что-то говорила, но жуткий грохот не давал ему различить ни единого слова.

– А?! Что происходит?! – Матвей старался перекричать гул, пытаясь разобраться, что это такое. Было очень похоже на… Топот?

Варя рывком поставила его на ноги.

– Стадо здесь!

Велесово стадо

Матвей вскочил и, пошатываясь, подбежал к стволу, где было за что ухватиться. Как он мог проспать такое?! Похоже, долгий переход до окраины леса, встреча с нечистью и подъём на дерево вымотали его сильнее, чем он думал.

Облако пыли было совсем рядом, и Варя, которую совсем не было слышно, в спешке раздавала маски из тонкой ткани и наглазники из коры с узкими прорезями. Ветер уже нёс грязно-оранжевую массу в их сторону, но парень не спешил надевать защиту. Он не мог оторвать взгляда от ужасающего, и в то же время великолепного зрелища.

Никакая пыль не могла скрыть собой исполина, который поднял её в воздух. Огромный, угольно-чёрный бык, голову которого венчала настоящая корона из десятка рогов, покрытых золотыми и серебряными пластинами. Его шею обвивала толстая цепь, к которой крепилось бесчисленное множество клетей, коробов, бочек и приспособлений, о предназначении которых Матвею оставалось только догадываться. От цепи вдоль тела колосса бежали похожие на реки рисунки, которые были сделаны золотой пылью прямо на шерсти. То тут, то там, между изогнутых линий, можно было увидеть человеческие и не очень фигуры, изображающие важные события из истории Велесова стада. Но всё это великолепие меркло по сравнению с тем, что находилось у существа на спине.

На холке, которая походила на небольшую гору, возвышалась белая башня, вся из кости, с куполом, усеянным драгоценными камнями. Как маяк, она сверкала на солнце, каким-то образом разгоняя пылевое облако вокруг. Рядом с башней сгрудились дворцы с высокими теремами, один вид которых буквально вопил о несметных богатствах их обитателей. Каждый сантиметр стен этих строений был расписан фресками, а в небе неустанно кружила крылатая нечисть, высматривая нарушителей. Чуть поодаль, на краю холки, расположилось капище. Идолы, которые в любом другом месте были бы непостижимо огромными и до неприличия дорогими, выглядели скромно на спине быка. Как будто обитателям дворцов были куда интереснее свои сокровища, чем связь с богами.

За холкой же, на широкой спине, раскинулся парк. Он был заполнен деревьями из самых дальних краёв Гардарики, которые вцепились корнями прямо в кожу животного. То тут, то там из-за крон виднелись домики для отдыха и крыши соколиных дворов, но Матвей уже не мог их как следует рассмотреть. Бык был гораздо выше их ветки, и с каждым шагом всё больше и больше возвышался над компанией. Парень даже вообразить не мог, что что-то таких размеров может существовать.

За чудовищем брело несколько коров поменьше. Украшены они были не так вычурно, хотя у одной спину прикрывала шёлковая попона с затейливым узором, у другой бока перечёркивали жемчужные нити, а у третьей с рогов свисали огромные знамёна. На их спинах домов было гораздо больше, и хоть они и не могли сравниться с роскошью костяной башни, их крыши сверкали серебром, а коньки венчали резные фигуры. По краям спины всё также шелестела листьями густая полоса деревьев.

За ними шло больше коров. Чем дальше от чёрного быка, тем мельче они были, и тем проще были дома на их спинах. Дворцы сменялись особняками, те, в свою очередь – домами купцов и ремесленников. Кричащее великолепие сначало стало обыкновенным богатством, а потом и простым жильём. И чем ближе корова была к краю, тем беднее выглядело поселение.

Тут в голове Матвея возник вопрос. Он повернул голову, чтобы задать его Варе, но тут увидел что-то, от чего все мысли тут же вылетели у него из головы.

Сбоку от стада, окидывая взглядом своих подопечных, шёл Пастух. Это был мертвец, Матвей сразу понял. Обычная пастушья рубаха, широкие штаны, подвязанные верёвкой и шапка набекрень смотрелись нелепо на громадном скелете, на костях которого всё ещё трепетались шматки посиневшей кожи. В чёрных провалах-глазницах, каждая величиной с небольшое озеро, горел огонь. Пускай и ненамного, но Пастух был выше чёрного быка, а потому без труда осматривал спины коров, проверяя, всё ли в порядке, не вредит ли стаду кто-то чужой. Только одно изредка закрывало ему глаза – редкие, выцветшие волосы, торчавшие из под шапки, которые покачивались в такт шагам великана.

Матвей покосился на своих спутников. Варя тоже не отрывалась от стада, в её глазах читалась мрачная решимость. Полевик не проявлял совершенно никаких эмоций, а Полуденница… Иначе как восторгом, выражение её лица назвать было нельзя. Она изо всех сил старалась не моргать, чтобы не пропустить и секунды этого зрелища. Её глаза жадно впивались то в Пастуха, то в чёрного быка, то в одну из коров. Как будто она изо всех сил старалась запомнить каждую деталь, каждый коровий волосок, каждую дощечку городских домов.

Коровы с каждой секундой становились всё ближе, но никто не проронил ни слова. Стараясь унять дрожь в руках, Матвей снял с пояса свой посох – короткую палку, которая едва доставала ему до рёбер. Сейчас вся их затея казалась ему до смешного глупой. С помощью этого самого посоха и пастушьего оберега он должен приманить одного из этих монстров? Ещё и когда этот мертвец рядом? Он не справится. Это невозможно! Как Варе вообще могла прийти в голову эта идея?!

Стадо подошло вплотную к Великому лесу. Чёрный бык сбавил шаг, нерешительно мотая головой. Остальные коровы тоже забеспокоились, замычали и смешались. Матвей вытянул шею, пытаясь рассмотреть происходящее получше. Животные ещё не остановились, но явно не хотели заходить в тень гигантских деревьев.

– Они дальше не пойдут? – повернулся парень к Варваре.

Та предостерегающе подняла руку.

– Лес не пускает их. Без команды стадо… Вот, гляди!

Мертвец, заметив беспорядок, снял с пояса рожок, явно сделанный из одной из коров-великанов. Он приоткрыл рот и поднёс мундштук к полуистлевшим губам.

– Зажмите уши, быстро! – крикнула Варя.

Матвей тут же до боли сжал голову руками, но низкий, протяжный звук всё равно его чуть не оглушил. Парень кричал так, что заболело горло, но гудок, больше похожий на рык, всё звучал и звучал. И когда Матвей подумал, что больше не выдержит и сейчас сойдёт с ума, рожок умолк, также резко, как и запел.

Услышав команду, стадо, довольно фыркая, разбрелось по опушке и принялось пастись. Вместо травы коровы с удовольствием жевали ели и сосны, что росли у подножья Великих деревьев. Своими языками они слизывали целые чащи за раз, оставляя на их месте чёрные прогалины.

Постепенно пыль опускалась обратно на землю, к лесу подходил остаток стада. Только теперь Матвей заметил молодых телят и уже старых коров. Дома на их спинах резко отличались от тех, что расположились на их взрослых собратьях: на телятах можно было разглядеть пару десятков изб, может, несколько двухэтажных домов, не больше. Все они явно были построены недавно и прямо таки сияли свежестью; то, что взгромоздилось на спины старых животных, можно было назвать только трущобами. Не было даже зелёной полосы, которой хвастались животные помоложе, и пыль беспрепятственно оседала на крышах разваливающихся лачуг.

Пастух, осмотрев и пересчитав стадо, направился вглубь леса. Ему хватило несколько широких шагов, чтобы оказаться перед тропинкой, ведущей в совсем густые и тёмные заросли. Там он замер, раскрыв челюсти. В воздухе раздались звуки, больше похожие на стук костей, и Матвей с ужасом понял, что Пастух так разговаривает. Но что было гораздо хуже, лесная темнота отвечала ему шелестом листвы и скрипом ветвей.

– Похоже, так он договаривается о проходе, – пробормотала Варя со смесью страха и отвращения в голосе. – Быстро, ищите нужную корову. Это молодой, рыжий бык, с двумя белыми пятнами на боку, похожими на луны. Чем быстрее мы попадём на него, тем лучше.

Полуденница тут же прыгнула метров на семь вверх и вцепилась в дерево, внимательно оглядывая окрестности. Полевик, как паук, полез по стволу за ней. Парень засмотрелся на странную парочку, но Варя быстро одёрнула его:

– Матвей! Сосредоточься!

Он снова перевёл взгляд на стадо. Коровы были везде: на лугу перед лесом, на опушке, между гигантских деревьев. На словах, найти гигантского быка с уникальным узором должно было быть простой задачей, но на деле это всё равно, что искать иголку в стоге сена!

Минуты шли мучительно медленно. Варвара изо всех сил вытягивала шею, разглядывая стадо, но безрезультатно. Нечисть время от времени взбиралась повыше, но тоже не подавала голоса. Матвей, теряя надежду, машинально дотронулся до подвески на шее и почувствовал укол медных рогов. Пару раз ему приходилось искать потерявшихся овец. Когда они в твоём стаде, то дело – сущий пустяк. Все животные были привязаны к посоху, так что хватало несложного ритуала. Иногда можно было не прибегать к заговорам вовсе, а просто подуть в рожок, и животное прибегало само. Но провернуть подобное с чужими животными, да ещё и такими…

Тут парню пришла в голову другая идея. Он сжал свой оберег в кулаке так, чтобы рога прокололи кожу, и на подвеску попало немного крови. Почувствовав нарастающее в руке тепло, Матвей закрыл глаза и представил рыжего бычка с двумя лунами на боку. Он не знал, где именно располагаются пятна, как выглядит город на спине животного и даже сколько у чудовища должно быть рогов, поэтому вообразил самую обыкновенную корову. Сосредочившись на образе, он начал медленно водить большим пальцем по своему оберегу.

– Матвей, – Варя заметила его приготовления. – Что ты делаешь?

– Не мешай, – от напряжения он зажмурился. – Мне нужно сконцентрироваться.

Мир полностью переменился. Вокруг дерева раскинулась чернота, в которой притаились сгустки разноцветной дымки. Матвей не раз видел такую картину и вместо тумана чувствовал перед собой живых существ, но ни одна бесформенная громада не откликалась. Оттолкнувшись мыслью, парень поплыл по темноте. Один за другим, сгустки дымки оставались позади. Иногда ему попадалось что-то, что можно было описать как "знакомое", но Матвей едва обращал на такое внимание. Это просто была рыжая корова. Или корова с двумя пятнами. Всё не то.

Его мысли плыли медленно, как облако, только толкал их не ветер, а сила оберега. Матвей дрейфовал от одной туши к другой, и чем дальше он забирался, тем запутаннее всё казалось. Дошло до того, что образы перестали стоять особняком и слились в сплошной бело-чёрный туман. Со вздохом Матей разжал пальцы и вернулся обратно.

Первое, что он увидел – лицо Полуденницы. Она, широко раскрыв глаза, стояла так близко, что почти касалась его носа своим.

– Ты колдовал, – завороженно прошептала она.

Матвей вскрикнул, шагнул назад, споткнулся обо что-то и покатился по ветке. Мир закружился, и вдруг так же резко замер. Варя, стиснув зубы, держала его за шиворот. Матвей только благодарно всхлипнул. Если бы не она, он бы точно сорвался вниз.

– Я никогда не видела, как люди колдуют! – нечисть была в полном восторге. Она даже не заметила, как чуть не убила парня. – Совсем не так, как мы! И запах другой, я бы не поняла, если бы почуяла такое в поле.

Она вдруг нахмурилась.

– А когда крестьяне заговоры читают, такого запаха нет. Почему, бать?

Полевик неспешно погладил бороду.

– Это запах оберега. Крестьяне своими почти не пользуются, уж слишком простые.

Он, кряхтя, наклонился, схватил Матвея за рукав и помог Варе поднять его на ноги.

– Ты как, паря?

– Живой, – пробормотал Матвей. Голова у него ещё кружилась, да и сообразить он почти ничего не успел, так что не злился. Зато Варя аж покраснела от ярости. Будь у неё огненный оберег, она бы точно сожгла Полуденницу одним своим взглядом.

– Ты! – она едва сдерживалась, чтобы не закричать. – Дура, он же чуть не погиб!

– Но не погиб же, – пожала плечами Полуденница. – Я просто на колдовство посмотреть хотела.

– У тебя что, и вместо мозгов солома?! – распылялась девушка. – Если бы с ним что-то случилось, кто бы управился с коровой, ты об этом подумала?! А если…

– Всё, хватит! – Матвей сказал это настолько твёрдо, насколько был способен. Сейчас ему хотелось только одного: поскорее законичть с этим проклятым делом, чтобы никогда в жизни больше не приближаться к гигантским деревьям. – Я буду пробовать ещё раз, не отвлекайте меня.

Варя насупилась и встала между парнем и нечистью. Полуденница только хмыкнула.

Матвей снова проколол кожу оберегом и закрыл глаза. В этот раз он не стал бездумно парить в темноте, а вместо этого сконцентрировался на двух лунах, которые нужно было найти на боку животного. Он представил их щербатую, неровную форму; как белые волоски залезают на рыжие; как одна располагается немного выше другой. Он думал о них так долго, что и забыл, что существует бык с такими отметинами. В его голове было только два пятна в форме полумесяцев.

Что-то отозвалось. В самом затылке, у позвонков, что-то позвало его. Матвей подался чуть назад, к одной из туманных туш – зов стал слабее. Сместился вправо – снова усилился.

Матвей полетел, в этот раз гораздо медленнее, тщательно выверяя направление. Один раз он чуть не сбился с пути, когда влетел в один из дымчатых сгустков – его голову тут же наполнило мычание и хруст зелени. Парень тут же рванул в сторону и в панике принялся нащупывать зов. К счастью, он стал уже достаточно ясным, чтобы Матвей смог за него ухватиться.

Пролетев ещё немного, он увидел его. Такое же туманное облако, чуть меньше, чем прочие. Но на его боку серебром пылали два полумесяца.

– Нашёл! – радостно крикнул Матвей, и открыл глаза.

– Отлично! – Варя схватила его за плечи. – Где?

Парень махнул рукой за спину.

– Отсюда не видно, но он там, за деревьями. Я и сейчас его чувствую.

Полевик довольно кивнул и сунул руки в карманы.

– Ну-с, дорогой пастух, пришло время выполнять свою работу. Раз сумел найти, сумеешь и приманить.

Матвей кивнул. Из-за установленной связи он перестал воспринимать свою цель как чудовище. Это был бык, пускай и до неприличия большой. А раз так, он сможет его приманить.

Одной рукой он развязал пояс и обернул его вокруг посоха, который вытянул перед собой. Сделав три оборота, Матвей представил, что он накинул петлю не на палку, а на шею животного. Осталось только повести.

Тяжело вздохнув, он затянул петлю.

Матвей сразу почувствовал толчок. Бык сопротивлялся неожиданному вмешательству, но пока не так активно, как мог бы. Он сам ещё не понял, что происходит, так что парню нужно было действовать быстро. Двигая поясом и посохом вместе, он принялся вытягивать животное, постепенно увеличивая напор. Сначала бык не двигался совсем. Матвей представлял, как рогатый, вытянув шею, мотает головой, упрямо выражая своё недовольство. Без резких движений, Матвей продолжал тянуть на себя, осторожно оборачивая пояс четвёртый, а потом и пятый раз.

Наконец, он почувствовал это. Бык сделал первый шаг. Не давай ему и шанса, Матвей потянул чуть сильнее, и бык шагнул ещё раз. Лениво, медленно, но он наконец пошёл. Тишину нарушили грузные шаги.

Матвей боязливо посмотрел на Пастуха через плечо, но тот даже не думал прерывать свой странный разговор. Приглядевшись, парень заметил кое-что ещё. Деревья вокруг Пастуха двигались против ветра, поднимая ветви так, чтобы закрыть ему обзор. Леший сдержал обещание.

Земля задрожала, и из-за молодой поросли показался бык. Он был куда мельче своих собратьев, и Матвей решил, что тот был ещё молодой. Он не был украшен по-особому, рогов было всего два, да и город на его спине никак не выделялся. Из-за зелёной полосы виднелись добротные, крепкие дома с деревянными крышами.

Матвей ослабил хватку, давая быку идти самому. Он теперь только слегка подталкивал его, чтобы развернуть боком к ветке. Честно говоря, вряд ли он был бы способен на что-то большее, ведь чем ближе подходил бык, тем меньше Матвей верил, что это просто корова.

В городе, стоящем на могучей спине, могло жить не меньше тысячи человек. Пускай и по-странному приглушённо, но парень мог слышать звон колоколов, приветствующих полдень. Сам бык как будто не замечал людей и строений на своей спине и, мерно покачиваясь, шёл вперёд. Его чёрные глаза, как две бездны, скучающе выискивали лесок посочнее, которым можно было бы отобедать. Над покатыми боками великана, за зелёной полосой, нависли десятки доков, мостков и причалов. Когда бык поравнялся с деревом, они оказались всего на несколько метров ниже ветки, на которой стоял Матвей.

– Матвей! – Варя кричала с хрипом, рискуя сорвать голос. – Матвей!

– А?! – только сейчас он понял, что так засмотрелся, что не замечал ничего вокруг. Девушка трясла его за плечи, а он даже не обратил внимания.

– Тормози его! – она ткнула пальцем в быка.

– Я не могу! – съёжился парень. Он чувствовал себя кругом виноватым. – Я не успею это сделать!

Полуденница издала странный звук, что-то среднее между смешком и хрюком, и шагнула вперёд.

– Значит, у нас только один вариант.

Она схватила парня за шкирку и без труда подняла его в воздух.

– Что ты… – он вдруг с ужасом понял, что сейчас случится. – Нет! Не надо! Я сам!

Нечисть захохотала во весь голос.

– Не тормози, Матвейка! – крикнула она и скинула его с ветки.

Стража

Ветер засвистел у Матвея в ушах, мир вокруг завертелся. Поток воздуха страшной силы сорвал с него и маску, и очки, так что парень наконец смог увидеть, что происходит. Синее небо, зелёные деревья, синее небо, зелёные деревья – а потом он перестал их различать, когда все цвета слились в бешеном водовороте. Матвей так и не отпустил быка, и чувствовал, как огромная туша стремительно приближается. Тысячи мыслей роились у него в голове: он выживет? Что, если он пролетит мимо и упадёт на землю? А если не пролетит, но переломает все кости? Что если…

Свист прервался оглушительным треском. Широкие ветви захлестали его по спине, и Матвей, сдавленно крикнув, повис в самой нелепой позе на одной из нижних ветвей. Каждая мышца его тела жутко болела и, кажется, откуда-то шла кровь, но все кости были целы, а сердце всё ещё билось, правда с такой силой, что Матвей боялся, что оно выскочит.

Ещё не веря в то, что он в порядке, парень огляделся. Он застрял на одном из деревьев в зелёной полосе, на самом краю быка. Внизу расположился причал из широких сосновых досок. С резных перил свисали круглые фонари, то тут, то там из помоста торчали железные петли. К некоторым из них были привязаны верёвки, которые, в свою очередь, крепко держали несколько сундуков. На каждом из них ярко блестела медная бычья морда.

Понемногу отходя, Матвей уселся на ветке поудобнее, и вдруг услышал негромкую ругань. Подняв голову, он увидел три знакомые фигурки. Они не падали, а скорее парили, плавно спускаясь к дереву, на которое рухнул Матвей. Прищурившись, он разглядел хмурое лицо Полуденницы и перекошенную от злости Варвару, которая уселась Полевику на плечи.

– Что с тобой не так?! – Варя сильно раскраснелась, казалось, она сейчас взорвётся. – Ты что, никогда людей не видела?! Они не летают! Я уже говорила…

– Да в курсе я, – буркнула нечисть, не сводя взгляда с Матвея. – Я его не скинула, а кинула.

– Есть разница?!

– Есть, – пожала плечами Полуденница. – Я целилась в дерево.

Троица опустилась на ветку, и та прогнулась под резко увеличившимся весом. Матвей тут же вцепился в неё покрепче, чтобы не скатиться вниз.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.