Анна Одувалова
Сводная проблема демонолога

Глава 1

В Холмгоме снова шел дождь. Мелкий, моросящий, такой может не прекращаться сутками. За окном поля, леса и серая хмарь. Ничего удивительного. Дерьмовая погода. Дерьмовый край и дерьмовое настроение. Странно было ожидать другого, когда возвращаешься домой после трехлетнего отсутствия. Особенно, если из дома тебя выперли за дурное поведение в закрытый школу-пансион. Она тоже располагалась в той еще глуши,  но хотя бы недалеко от столицы. Здесь  же все унылое, серое и подернутое дождливой завесой, а до  центра империи два дня пути и портал.

– Тес-с-с-а-а… – слышу свистящий шепот за спиной и вздрагиваю. Нет! Нет! Только не это! Проклятый край! Проклятый дождь! Я в карете одна. Ну и моя слуховая галлюцинация. От усталости еще не то почудится. Шепот лишь призрак прошлого.

– Тес-с-с-а-а… скучала?

Не скучала! Ни капельки! Не хочу! Зажмуриваюсь и дышу глубже, прислушиваясь к шорохам и звукам. Тишина, только мерный перестук колес. Медленно выдыхаю и  оборачиваюсь назад, чувствуя, как лихорадочно стучит сердце.

Вижу только обивку сидения и шторки на заднем окошке кареты. Темно-бордовые с вензелями и задорными золотыми кисточками. На шторах наш греб и никого, кто мог бы шептать мое имя  знакомым с детства голосом. Показалось. Мне просто показалось.

Карета, переваливаясь  с одного бока на другой, вползает в приветливо распахнутые ворота старинного  поместья, утопающего в цветах, которые среди серости Холмгома смотрятся чуждо. Слишком яркие краски для этого унылого места.

Когда спрыгивала с подножки, попала сразу обеими ногами в глубокую лужу и тут же выругалась, потому что светлый подол юбки приобрел весьма причудливый окрас – словно я ползала в выгребной яме все годы обучения в пансионе!

– Да демоны утопи это место! – прошипела я раздраженно и услышала тактичное покашливание впереди. Подняла глаза и увидела перед собой на ступенях нашего Хэлм-холла Мистера совершенство.  Столь же неуместного здесь, как и розы у ворот. Что он тут делает?

Впрочем, вопрос крайне глупый. Полагаю, живет, считает поместье своим домом. И, в отличие от меня, в ссылку его не отправляли!

Белые носки туфель, белоснежные брюки и снисходительная усмешка на презрительно изогнутых, красивых губах. Такую дарят, когда  на сто процентов ощущают свое превосходство над собеседником. Мистер совершенство был высок,  хорош собой и идеален во всем. И на нем уже точно не было следов местной отвратительной погоды!

Бесит! Я вместо приветствия зло топнула ногой по луже, надеясь, что брызги долетят до него.

– Эй-эй! Осторожнее! – заржал парень и отпрыгнул повыше по ступенькам. Что характерно, мой подол стал грязнее, а его штаны сохранили удивительную белизну.

– Добро пожаловать домой Тесса! – сказал парень доброжелательно и протянул руку в белой, мать его, перчатке. Видимо, я должна была изобразить книксен и принять  его ладонь, чтобы выбраться из грязи на ступенечки! Так ведь учат в пансионах?

Я посмотрела на парня и поняла, вопреки желанию отца, мы с Даниэлом рэ Сертосом – моим сводным братом совершенно точно не подружимся. Я итак не подарок, а  на фоне этого идеального во всем, и уверена, магически одаренного индивида, я буду выглядеть еще хуже. К тому же я даже пытаться не буду победить в соревновании, которое безбожно проигрываю на этапе старта. Нет уж! Хорошей девочки из меня не получилось! И не получится. Так смысл напрягаться? Точки на «й» надо расставить с самого начала.

Признаю, я повела себя глупо, когда вместо того, чтобы принять руку, подцепила носком безнадежно испорченных модельных туфель грязь и точным ударом  отправила  ее в Мистера Совершенство. Он невозмутимо увернулся, а вот  тот, кто вышел меня встречать в этот момент, нет. Упс!

– Тесса…

– Отец. – Я постаралась сохранить невозмутимое выражение лица, как меня учили в пансионе. Пожалуй, это единственный навык, который я освоила за последние три года. Впрочем, все остальное мне казалось настолько унылым и бессмысленным, что я не прикладывала никаких усилий, чтобы даже создать видимость учебы.  Из ссылки за плохую успеваемость домой не возвращают.

– Очень по-взрослому, – мрачно заметил отец, недовольно разглядывая комья грязи на своих светло-серых брюках. – Как я понимаю, три года в пансионе так и не научили тебя хорошим манерам? И на пользу тебе не пошли?

– Конечно, не пошли! – согласилась я благосклонно. Папу я в отличие от Мистера Совершенство была рада видеть.  – Я сделала для этого все возможное.

Папа вздохнул, закатил глаза, но все же открыл мне навстречу объятия.

– Добро пожаловать домой, дочь!

– Я тоже рада видеть тебя, папочка! – визгнула я и кинулась к отцу, еще больше разбрызгивая грязь по сторонам. Вообще, надо было так остановить карету! Везде же плиточка,  но мне везло на такие мелкие неприятности. Зато крупные меня обходили стороной.

За спиной отца я заметила красивую высокую женщину – это папина новая жена и мать Мистера Совершенство – сразу видно, в кого пошел мой сводный братик. Ее глаза по мере наблюдения за моим триумфальным прибытием становились все больше. К такому новую леди ре Веррингтон жизнь не готовила. Мы виделись три раза, но ко мне она так и не привыкла, мне кажется, она вообще не понимает, что бывают неидеальные дети. С таким-то безупречным сыном! Я уверена,  он с отличием закончил что-нибудь там и уже выбрал себе со всех сторон правильную невесту!

– Добро пожаловать домой, Тесса! – выдавливает она из себя вежливую улыбку. – Слуги покажут тебе твою комнату.

– Да, я вроде бы  за год память не растеряла и дорогу помню, – фыркнула я и прикусила язык. Наверное, стоит быть все-таки чуточку вежливее. Или не стоит? Очень сложный вопрос.

– Понимаешь, Тесса… – осторожно начал отец. – Немного изменились обстоятельства.

– Ну все, я уже опаздываю, – подал голос мистер Совершенство, а я задумчиво уставилась на его идеальную физиономию. Кажется, я понимаю, почему за  два года, с того момента, как папа женился, я ни разу не пересекалась с его новым сыночком. Папа понимал –  он для меня будет как красная тряпка для быка.

– Хорошо потрудиться тебе милый! – расцвела идеальная мать идеального мальчика.

– Мама, – белозубо улыбнулся парень. – Это всего лишь практика!

– Это практика у мэра! – вставил папа с гордостью, и я закатила глаза. Ну, началось!

– Это все прекрасно, но может, кто-то объяснит мне, что с моей комнатой? Не хочется прерывать семейную идиллию, но я несколько устала и грязна с дороги… – Я указала на свой подол, с которого капала вода.

– Прости дочка… мы тебя решили переселить… – очень и очень осторожно заметил папа.

– В чулан? – подозрительно уточнила я. Кто их знает, я, кажется, ничему не удивлюсь.

– Ну почему это сразу в чулан… – обиделся родитель. – На третий этаж… там комната больше и вид из окна лучше. Правда! И ремонт новый, к твоему приезду готовились.

– Да мне и моя прошлая комната нравилась. В чем проблема?

– Пойдем милая,  – пропела мачеха и поманила меня за собой. Еще бы вкусняшку в руки взяла. Что тут творится?

– Дурдом какой-то! – прошипела я и едва разминувшись на лестнице с Мистером Совершенство, который отправился делать свою совершенную карьеру, зашла в знакомые с детства двери.

Тут мало что изменилось с моего прошлого приезда. Разве только появилась новая ваза, выглядящая так, словно до этого она несколько десятилетий хранилась у кого-то на чердаке. Так оно, подозреваю, и было. Папа у меня известный любитель древностей, постоянно ездит в разные уголки мира и тащит оттуда… всякое. У нормальных людей это называется «хлам», в нашем же доме его принято именовать «антиквариат» и хвастаться пред друзьями и гостями. Никогда этого не понимала. Интересно, а Мистер Совершенство понимает?

Чемоданы с моей одеждой несли за мной двое рабочих. Я, наконец-то, вернулась домой. Как и отъезд, это событие не было радостным. Я бы предпочла остаться в столице. Но папа ясно дал понять, в столице я могу остаться только с мужем. А где его взять, если три года ты училась быть благородной девицей среди таких же несчастных? Пришлось возвращаться в родные пенаты и надеяться, что получится приспособить себя к какому-то делу, потому что замуж я решительно не хотела.

– Мисс! Мы по вам скучали! – ко мне вышел наш дворецкий Эдрион Пэй и с улыбкой принял плащ. Теперь ощущение возвращения в детство стало полным.

Интересно, что произошло такого, из-за чего папа решил меня переселить? Этот вопрос мне не давал покоя. Впрочем, ответ я узнаю очень скоро.

Моя старая комната располагалась на втором этаже через стенку от родительской спальни, которую сейчас занимают папа и его новая жена. Я не испытывала негатива к Дарии, она была милая и заставляла папу улыбаться. Меня бесил Мистер Совершенство, про которого я очень много слышала за эти два года. Его идеальные флюиды долетали до меня, даже когда я находилась на другом континенте. А сейчас споткнувшись с ним у входа, поняла, рассказы о нем меня бесили не просто так. Реальность оказалась еще более ужасна, нежели родительские описания. Не бывает идеальных людей, я это усвоила очень хорошо. Мистер Совершенство из этого правила выбивался, чем невероятно меня бесил. Ну и раззадоривал, конечно же! Очень уж мне хотелось найти темные пятна на его светлом облике, раз не получилось посадить их на дорогой белоснежный костюм.

– Так в чем проблема с моей комнатой? – спросила я, отвлекаясь от кровожадных мыслей.

– Нет-нет, это не проблема, – сказал отец осторожно и посмотрел на меня так, что желудок свернулся в тугой комок от страха. Да, что, демоны забери, тут происходит?

– Мы ничего тебе не говорили, потому что не знали, как ты отреагируешь, – тихо заметила Дария и отступила, словно желая спрятаться за папой. В каждом семейном замке обязательно есть призраки, они пугают гостей, домочадцев, про них складывают легенды и при свечах рассказывают в назидание маленьким детям. В нашем поместье призраков не было. Здесь, похоже, всех пугали мной.

– Отреагирую на что? – подозрительно поинтересовалась я, уже порядком устав от недомолвок и загадок. Нельзя, что ли, сказать прямо. Чего бы ни произошло, я же не кусаюсь!

– Пойдем мы лучше тебе покажем!

Да, пожалуй, учитывая разыгравшееся косноязычие у папы и Дарии, показать – не самый плохой вариант. Все еще не понимая, к чему все эти тайны, я послушно двинулась за родителями к своей бывшей комнате. Той, из которой меня бесцеремонно выселили. Дверь передо мной открыл папа, и когда я сунула свой любопытный нос внутрь, хрюканье, вырвавшееся от неожиданности, сдержать не вышло. А потом в воздухе повисла звенящая тишина.

Моя комната, моя любимая, обставленная с особым тщанием комната походила на торт со взбитыми сливками. Аж к горлу тошнота подкатила. Папа прав, я тут жить точно не смогу. Я выскочила в коридор, а потом, уже понимая, что ожидать, осторожно сделала шаг внутрь. Посмотрев свежим взглядом, я поняла, это не просто торт, это торт, вывернутый наизнанку. Словно кто-то взял гигантский шпиц с кремом и выдавил розовую субстанцию в открытую дверь – везде рюши, нежные цвета и плюшевые игрушки.

За всем этим я едва не пропустила самое главное – колыбельку, которая стояла в центре комнаты. Молоденькая девушка-кормилица, увидев гостей, подскочила со стула и склонилась в реверансе.

– Ну па-а-па… потрясенно протянула я, осторожно подходя ближе к кроватке. Очень надеюсь там не брат, если в колыбели мальчик – это конец. Юному мужскому организму нанесен непоправимый урон розовым безобразием вокруг. Если девочка, еще есть шанс воспитать из нее нормального человека.

– Мы переживали, что ты будешь не рада, – сказала Дария тихо дрогнувшим голосом, – поэтому и молчали.

Какая, право слово, глупость! Новый человечек в доме – меньше внимания мне! И это прекрасно! Я боялась папиной навязчивой гиперопеки! А теперь она достанется новому человечку, который еще не подозревает, в какой жестокий мир его привела судьба.

В колыбели лежала девочка, ну, если Дария не обрядила сына в чепчик с розочками и бантиком. Очень хорошенькая голубоглазая девочка, единственный недостаток которой – она неприлично похожа не на меня, а Мистера Совершенство. Это, конечно, засада, но, может быть, с характером ей повезло чуть больше, чем с внешностью!

– Папа, я думала в вашем возрасте принято заводить котят… ну или хотя бы свору борзых… – сказала я, и только потом поняла, насколько эта фраза далека от мыслей, которые бродят у меня в голове. Беда в том, что мысли я уже подумала и они стали для меня очевидны и не актуальны, а эту фразу я вообще не думала. Такие казусы со мной вообще случаются с завидной регулярностью, поэтому многие люди считают меня циничной и черствой, а я просто разделяю процессы. Все сентиментальные вещи я прокручиваю у себя в голове, а говорю… ну, что вылетело. Не лучшее качество, согласна. Но у меня с лучшими качествами вообще напряженка.

– Я подозревал, что ты воспримешь новость не радостно, – грустно заметил отец за спиной, а я залипла на маленькую ножку, которую принцесса умильно засовывает в рот. Она определенно лучше, чем котенок!

– Поэтому мы тебе и не сказали, Тесса… но это твоя сестра, продолжал папа, который умел многое, но, к сожалению, мысли не читал.

– Меня бесит… – снова не в тему ляпнула я.

– Тесс… – начал папа. – Ну ты не маленькая.

– Да, папа! – взорвалась я. – Прекрати перебивать! Меня бесит, что она не похожа на меня! Не могли постараться получше?

– У нее глазки светленькие, – как-то совсем потерянно заметила Дария.

– А если потемнеют? – ревниво уточнила я и поймала растерянный взгляд. Да уж мачеха определенно не знает как себя со мной вести, а вот папа сразу же после моих слов расслабляется. Неужели он мог подумать, что я буду против появления нового человечка с дома?

– Так ты не против? – спросил он.

– Тебе не кажется, что этот вопрос, имеет смысл задавать до того, как в моей комнате превративший в торт завелся новый житель?

– Просто эта комната ближе всего к нашей, – снова виновато заметила Дария.

– Я очень рада, папа, – улыбнулась я, понимая, что мачеха от волнения скоро рухнет в обморок. – И очень надеюсь, что теперь ковырять мозг будут ей, а не мне. Давайте, показывайте чулан, в который вы меня выселили. Простите, целовать сестричку не буду, я два дня была в дороге, если на нее нападет какая-нибудь бацилла, вы меня выгоните из дома, а я только приехала и не готова снова пускаться в дрогу.

После этого я гордо развернулась к выходу и услышала два облегченных вздоха. Это каким же кошмаром я осталась в глазах семьи? Точнее, в глазах папы, что даже Дария меня боится, а те пару раз, что мы встречались, я вела себя примерно. Уже в коридоре вспомнила, что не уточнила одну очень важную деталь.

– А как хоть зовут наше маленькое домашнее чудо? Я могу, конечно, называть ее Принцесса, но хотелось бы знать имя.

– Ирма.

– Ирма… – покатала я на языке имя и улыбнулась. – Хорошее имя. Сильное. Мне нравится. Мы непременно подружимся.

Мне кажется, или папа в ответ на мое радостное замечание икнул. Или это была Дария?

Не знаю, чего я ждала от родителей, но после демонстрации младшего поколения нашего семейства окончательно расслабилась и даже по дороге к себе в комнату ласково мурлыкала под нос незатейливую мелодию. Жизнь прекрасна! Жаль только погода не очень! Но к вечному дождю быстро привыкаешь и даже начинаешь получать от него удовольствие. Он так убаюкивающе стучит по подоконникам!

Моя комната, та, в которую меня привели папа с Дарией, располагалась на третьем этаже, и вид отсюда был ,пожалуй, даже лучше, чем из детской. Видимо, он должен был мне компенсировать потерю законных квадратных метров рядом с родительской спальней. Из окна за пеленой дождя и садом, который разбила мачеха, я увидела озеро, лес и несколько соседних особняков.

А еще у меня был балкон! И почти все мои вещи из старой спальни перенесли сюда. Отлично. Мои чемоданы тоже уже стояли у входа. Папа с мачехой мялись на пороге, словно ожидая, что я их отпущу. Даже неловко.

– Ну как тебе? – осторожно спросил папа.

– Мило. – Я пожала плечами. – И кровать есть. Даже без балдахина… Спасибо, папочка, не переживай. А сейчас мне нужно в душ и переодеться.

– Ну, конечно!

Родителей, как ветром сдуло, а я осталась предоставлена сама себе и смогла осмотреться получше. Бежевые неброские стены, широкая кровать, застеленная уютным персиковым покрывалом, книжный шкаф, заставленный моими любимыми историями, столик с зеркалом, камин, возле которого стояло кресло, и две двери. Одна вела в ванную комнату, другая – в гардероб. Комната, действительно, мне понравилась, а еще, когда я ее рассматривала, то понимала – меня тут ждали. Это тоже было прекрасно.

Как любой ребенок, отправленный в частный пансион вдали от дома, я периодически начинала сомневаться в том, что нужна папе. Ведь у него новая жена и Мистер Совершенство. К счастью, папа меня, действительно, любил, а я не страдала никакими комплексами, поэтому периоды уныния длились недолго.

Я с наслаждением потянулась и уже направилась в сторону ванной комнаты, когда услышала за спиной тихое:

– Те-е-с-с-а-а…

– Ну нет же! – протянула я, чувствуя, как рука тянется к цепочке на шее, где висит зелье. Только вот зелье на шее я уже не ношу много лет. С того момента, как уехала отсюда. Ну нет! Все же осталось давно в прошлом!

– Я ждал тебя, Те-с-с-а…

Выдыхаю, вспоминая карету и голос, который слышала в ней, закрываю глаза и бормочу под нос.

– Ничего нет. Все хорошо. Мне тогда показалось и  сейчас кажется.

– Ну, посмотри на меня, Те-с-с-а… – попросил невидимый собеседник, а я не могла себя заставить пошевелиться.

– Ты же знаешь, это бесполезно…

– Знаю, – хрипло ответила я и развернулась, уже совершенно точно понимая, что увижу за своей спиной. Ошибки быть не могло. Он вернулся. А вместе с ним и мои кошмары.

  Глава 2

 Я все же повернулась. Знала, мой кошмар никуда не денется, пока я не обращу на него внимания. Он сидел на камине, мелкий чуть больше цвергшнауцера нашей директрисы – черный, с горящими глазами и выступающими клыками. Таким он являлся мне, но я знаю, что эта тварь может быть большой и опасной.

– Ты так выросла, Те-ес-са, – протянул он голосом, который подошел бы не плюгавой помеси собаки, поросенка и крысы, а соблазнителю юных дев.

– А ты совсем не изменился, как был противной тварью, так и остался, – огрызнулась я и мстительно добавила. – Утя…

Знала, что его это бесит. Он меня, вообще, недолюбливал и называл зловредной, непослушной девчонкой, вопрос только, почему все равно являлся с завидной регулярностью? Перестал, только когда мне начали давать зелья.

– Я – Уттука! – злобно прошипел он, раздуваясь в размерах, но я показала ему язык. Последний раз Уттуку я видела еще до отъезда в пансион, поэтому и методы общения остались еще те, детские. Тогда на высунутый язык он обижался и уходил, а я получала несколько свободных часов, в течение которых могла быть нормальной и не разговаривать с пустым местом, а еще Уттука знал мои слабости и предпочтения. Боги, сколько фигни было сотворено с его подачи! Настоящий демон-искуситель.

– Утя, – упрямо ответила я и посмотрела с вызовом. – Ну, и зачем ты явился? Столько лет не было.

– Потому что ты снова готова меня видеть. – Он по-человечески пожал худенькими плечами. – Сколько ты уже не пьешь лекарство? Две недели, да? Они травят тебя, заглушая способности, поэтому ты перестала меня видеть. Яд вышел, и я снова с тобой.

– У меня нет способностей, – парировала я. – Кроме одной – видеть тебя. Но это не способность, это отклонение. И я надеялась, что все в прошлом.

– Глупая. Нельзя вылечить дар. Спорим, твой папочка очень скоро примчится с новой дозой. Только вот… нельзя спрятать дар, он копится внутри и рано или поздно вырвется. И будет большой… – Демон развел лапки в стороны и, подпрыгнув, сказал. – Бу-у-м!

От размахивания мохнатых когтистых лап, с каминной полки слетела фотография в стеклянной раме, вазочка и статуэтка. Все это со звоном мелкими осколками разлетелось по полу. Чтоб его! Сколько всего было перебито в детстве! Всегда этим противным мохнатым поганцем и всегда виноватой оставалась я. Потому что взрослым бывает сложно объяснить, что глюки разговаривают и вполне материальны!

Демоны не приходят к людям. Демоны не разговаривают с людьми. Демоны убивают людей, если вырываются в наш мир. Справиться с демоном может только демонолог, такой как Мистер Совершенство, это знают абсолютно все. Даже дети. А я обычная девочка без дара, и я видела демонов. Точнее, одного конкретного демона, а это опасно и неправильно.

Он заставлял меня творить неправильные вещи, делал меня сумасшедшей. Согласитесь, девица, которая спорит с воздухом, нормальной не выглядит.

Первый раз я увидела его после маминой смерти. Спустя два года папа понял, что со мной что-то не то, и начал давать зелья, а потом отправил в пансион, где все прекратилось. Но стоило мне вернуться сюда, и вот он мой ночной кошмар – маленький, лохматый и ужасно надоедливый – мое проклятье.

Хлопнула дверь, и Уттука исчез в воздухе, а в комнату заглянуло круглое лицо нашей горничной.

– Мисс, снова вы вазочку разбили! – Она всплеснула руками, а я закатила глаза. Ну, началось! Криворукая Тесса, которая не может пройти по комнате чего-то не разбив, вернулась. – Ну не расстраивайтесь. Давайте я вещи вам помогу разобрать. А то вы еще что-нибудь поломаете. А потом привезут платье.

– Какое платье? – насторожилась я.

– Ну, так вечером же будет приветственный ужин! Вы не знали?

Час от часу не легче! Я-то надеялась, что в первый день мне дадут отдохнуть, но в моей семье ничего не меняется. Придется изображать папину радость и улыбаться гостям. А еще явно же там будет звездить Мистер Совершенство. Нет, определенно сегодняшний день не задался.

Я зашла в ванную комнату и с удовольствием заметила ряд разноцветных бутылочек с ароматизированным мыльным раствором, стопку пушистых полотенец на полке и мягкий объемный халат персикового цвета. О чем еще мечтать после долгой дороги?

Точно не о вечернем приеме, в честь которого меня непременно запихнут в корсет и заколют мои длинные пепельные волосы шпильками, тыкающимися в голову!

Впрочем, пепельными волосы именовала только я. Другие говорили, что я русая, а пепел – это нежные блондинки. Видимо, эти люди просто никогда не совали нос в прогоревший камин. Если бы сунули, то точно бы знали, что пепел серый, похожий на мышиную задницу! Серый без рыжеватой примеси, который обычно бывает у истинно-русого цвета. Коричневого пигмента в моих волосах не было. Наверное, я бы смотрелась с ними серой мышью, но не с моим характером и ярким цветом глаз.

Синие глаза и черные ресницы были моей гордостью. Я вообще, никогда не отличалась скромностью. Внешностью я удалась. Все говорили, что я очень похожа на маму, а маму только ленивый не называл лучшей красавицей наших краев. В детстве я была умненькой девочкой и быстро сложила два и два. Я похожа на маму, мама – первая красавица, значит, я как минимум вторая! С этой мыслью я и жила до своих восемнадцати лет. Правда, потом увидела Мистера Совершенство и приуныла. С другой стороны, он мог бы быть не сводным братом, а сводной сестрой, тогда все было бы еще печальнее. Терпеть красивую конкурентку тяжелее.

После душа я подобрела, но доброта моя длилась до тех пор, пока я не увидела платье, которое висело на манекене в моей комнате. Это платье стоило назвать – родительская радость от возвращения блудной дочери. Шикарное, дорогое и пятой точкой чую неудобное.

Широкий серебристый подол. Переливающаяся органза с искусным шитьем по подолу, и чрезвычайно узкий парчовый корсет, который казался металлическим. Тоже с вышивкой, напоминающей изысканное ювелирное украшение, тонкие стебли и листочки, цветочные головки, украшенные натуральными, прозрачными как слеза камнями. Невероятная красота, которой я предпочла бы любоваться на ком-нибудь другом.

– А давай его подожжем? – раздался вкрадчивый шепот над ухом. Надо отдать мне должное, я даже не вздрогнула от неожиданности. – Вспомни, платье на твое пятнадцатилетие? Как красиво оно горело. Ну дава-а-й! Будет весело и тебе не придется его надевать. А если повезет, вообще не придется идти на праздник! Ты же не любишь официальные приемы и неудобные платья.

Уттука, как всегда, разместился за левым плечом и нашептывал гадости, которые, впрочем, очень живо мне откликались. Только вот сейчас я выросла, стала лучше себя контролировать. Ну, и хорошо помнила о последствиях.

– Вспомни, что случилось в прошлый раз, – сказала я. – Меня на три года упекли в пансион. Где, впрочем, я перестала видеть тебя. Неоспоримый плюс.

– Сейчас тебя не упекут в пансион, – уверенно сказал Уттука. – Ты его закончила. Ну, давай! Вон свечка, как хорошо стоит! Спорим, подол вспыхнет мгновенно и ярко!

– Она не зажженная, – парировала я. – Ничего не вспыхнет.

– Ну, так это я мигом!

Свечка на каминной полке вспыхнула сама собой и медленно начала клониться к платью. Демон! Только не это! Я кинулась вперед, и чудом успела ее поймать. Правда, несколько капель горячего воска капнули мне на руку, заставив выругаться.

– Миссис! – раздалось возмущенное от входа. – Как вы можете так выражаться? Вы же благородная леди! И снова начали безобразничать! Неужели три года ничему вас не научили? Вы снова хотели испортить платье, которое вам подарил батюшка? Они с мисс Дарией так долго его выбирали! А вы!

Она всплеснула руками. На лице так и читалось: «А вы, избалованная маленькая Дрянь». Но, конечно  же, Несси, прослужившая в доме отца ни одно десятилетие, ничего подобного не сказала.

– Вот свечка! – Я продемонстрировала свою добычу. Фитиль потух, пока я ей размахивала. – Я ее поймала. Ничего не хотела портить!

– Мисс, ну вот кого вы обманываете! Я же столько лет вас знаю! Свечка стояла тут для красоты. Ее никто не зажигал.

Я мысленно простонала и отвернулась. Давно привыкла: самое отстойное – это пытаться оправдаться. Пусть думает, что хочет! В конце концов, репутация у меня так себе. И я совершенно не уверена, что надо с ней что-то делать. А вот с Уттукой – надо. Только я пока не понимаю, что. Я всегда считала, что это кто-то вроде придуманного друга. Меня в этом убедили, и то, что с возрастом он исчез и перестал нашептывать мне на ухо гадости, лишь подтвердило эту теорию. Но сейчас он снова со мной, а я не ребенок и могу точно сказать, Уттука реален, и это очень и очень плохо.

Несси, подозревающая меня во всех грехах этого мира и в попытке уничтожить платье, решила больше не отлучаться. И это избавило меня от присутствия Уттуки. Еще в детстве я заметила, демон никогда не появлялся на людях, предпочитая сводить меня с ума, когда мы оставались наедине. Поэтому с некоторых пор я стала ну очень общительным ребенком.

Несси сначала с бухтением обошла комнату, выискивая следы моей подпольной вредительской деятельности, а ничего не обнаружив, начала разбирать чемоданы, пеняя мне на то, что я неаккуратно все в них запихала, а могла бы сложить стопочками. Дескать современная молодежь вещи совсем не ценит! А я честно пыталась складывать! Полвечера угробила, а оно сама все помялось и перемешалось. Я не виновата, просто не приспособлена к порядку. У меня всегда хаос и в шкафу и в голове! Это тоже не я сама придумала. Это мне в приюте сказали.

Очень хотелось огрызнуться, но я молчала. Спорить с Несси себе дороже. Вот вроде бы прислуга, но на ней держится весь дом. Несси это знает, за словом в карман не лезет, и чуть что грозит уволиться, приходится молчать и терпеть.

Разложив мои вещи, Несси позвала несколько девушек, которые должны были помочь мне с укладкой и макияжем, и лично засунула меня в платье, затянув потуже корсет. Вот честно, я думала, у меня глаза из орбит вылезут, но нет, вроде бы удержались на месте. Но дышать стало определенно сложнее.

И взгляд стал, что не скажет наша классная дама из пансиона, выразительный. «Такой определенно понравится потенциальному жениху». Ну как у кошки, какающей в хозяйский ботинок. Не знаю, какому жениху подобное могло понравиться. Мужчины, которые попадались на моем пути, обычно были чуток умнее. Но, возможно, потому что все мужчины в моей жизни – это папа и его друзья, которые мне, естественно, в силу возраста казались умнейшими людьми. А потом я выросла, и меня стали допускать на взрослые мероприятия, и эта твердая уверенность пошатнулась… но это совсем другая история.

Задумчивость, в которую я впала, помогла мне почти безболезненно вынести все подготовительные экзекуции, такие как затягивание корсета, втыкание колючих шпилек в затылок (видимо, старались воткнуть их так, чтобы они входили сзади в голову и изнутри придерживали выпадающие из орбит глаза, которые вылезли при затягивании корсета) и завивка горячими щипцами. Зачем столько страданий, перед тем как поесть и выпить бокал шампанского на людях!

Впрочем, вечерний прием в честь моего возвращения был не самой большой проблемой. Мне совершенно не нравилось, что я снова вижу Уттуку. И сказать я никому ничего не могла. Знала, что таким, как я, которым мерещится разная дичь, после пансиона светит только лечебница для душевно больных. А я совершенно не хотела, опоенная зельями, подавляющими магию и волю, завывать сидя на подоконнике перед зарешеченным окном в широкой белой ночной рубашке, когда всклоченные волосы развеваются за спиной. Образ вышел настолько жуткий, что меня передернуло.

Нет уж! Никому и ничего я не скажу! Я не маленькая и со своими проблемами разберусь сама. Вот только осталось понять, с чем именно мне необходимо разобраться. Наверное, мне стоит наведаться в библиотеку, где может быть много интересной информации о демонах (явно же семейному демонологу разные образовательные книжки покупали) и в кабинет отца. Уверена, у него остались записи с ходом моего лечения. Возможно, папа знал, что Уттука реален? Если с библиотекой проблем не было, то в кабинет к папе попасть непросто. Впрочем, прием – отличное время. Кабинет будет пустовать, и я смогу туда незаметно пробраться.

Еще бы понимать, что искать. Всю имеющуюся в доступе информацию о демонах, я и так знала. Как и любой взрослый и достаточно образованный человек.

Демоны делились на несколько классов. Низшие могли пробираться в наш мир. Именно за ними охотились демонологи, которые их видели и могли проявить – сделать демонов видимыми для других. Из-за своих уникальных способностей демонологи и были магической элитой нашего мира. Кадры на вес золота и оплачивалась их работа так же. Золотом. Именно демонологи обладали магией, способной уничтожить низших демонов.

С высшими было сложнее. Они хитрее и умнее. Они могут скрывать свою суть и прятаться от демонологов, их намного сложнее убить, но и в наш мир они приходят редко. Впрочем, может быть, просто их реже раскрывают? Что нужно высшим демонам в нашем мире, не знает никто. Но совершенно точно, ничего хорошего.

Почему вдруг один из демонов решил является ко мне? Я очень сомневаюсь, что Уттука – низший демон, низшие больше похожи на зверей. Злобные, жестокие, неуправляемые. Выскочить из подворотни разодрать парочку прохожих и исчезнуть, вот их стиль. Это как дикий оголодавший зверь, вырвавшийся из леса. К счастью, нападения демонов так же редки, как и оголодавшие волки в столице.

Высшие – другое дело, только вот про них известно очень мало, а про людей, которые с ними взаимодействуют, еще меньше. Говорят, очень и очень сильные демонологи на это способны, но они часто сходят с ума. Ходят слухи, что это тоже дело рук демонов. Они доводят сильных магов до такого состояния. Со мной же все еще сложнее, я не демонолог. Вот совсем, ни разу. Я даже с бытовой магией справляюсь с трудом. Меня спасает то, что уже давно все от использования природной силы перешли на артефакты. Они и воду погреют и платье погладят, и волосы посушат, если есть такая необходимость.

Почему же Уттука является ко мне? В детстве я не задавалась таким вопросом. Сначала я думала, это сон, потом – просто моя маленькая тайна, существо, которое скрашивает одиночество после маминой смерти, когда не хочется общаться с подругами. Потом с подачи папы я начала считать Уттуку галлюцинацией, тем самым воображаемым другом, который не исчез из головы в процессе взросления. Окончательно в этом я убедилась после работы с магом-врачевателем и выписанных им настоек. Уттука исчез и появлялся очень и очень редко. В основном, когда я забывала выпить зелье.

Папа был обеспокоен и отправил меня в пансион, где учились такие же, как я, магически неодаренные девушки с проблемами. Тяжелое обучение, много занятий на свежем воздухе, новое место, и все прошло. Никаких галлюцинаций. Единственное, о чем я задумалась только сейчас. А продолжала ли я там принимать зелья? Пузыречек с индивидуально подобранными настойками мы получали регулярно. У кого-то успокоительный сбор, чтобы не реветь по поводу и без, у кого-то укрепляющие иммунитет травы, а у меня? Может быть, именно правильно подобранные зелья ограждали меня от Уттуки? Тогда почему мне не сказали, что их надо продолжать пить? Те две недели, которые нам ничего не давали, так как мы уже не числились воспитанницами, но еще продолжали жить в пансионе, дожидаясь выдачи диплома, были проверкой? За нами наблюдали?

Все это настолько непонятно и интересно, что надо будет непременно написать Рише и Вилье – моим соседкам. Вдруг они у себя тоже заметили странности? Только вот я не слышала от них историй о том, что они видят демонов или каких-то непонятных существ. Правда, свою тайну я им тоже не рассказывала.

– Мисс, вы уснули? – вырвала меня из мыслей Несси, контрольно дернув за веревки корсета, который, о, ужас, затянулся еще туже. – Уже пора выходить. Гости начинают прибывать. А вы еще их не встречаете! Неправильно.

– А этот… – сморщилась я, силясь вспомнить имя сводного брата. Сама я упорно назвала его Мистер Совершенство. – Он тоже там будет?

 Глава 3

Я спустилась по лестнице и замерла на площадке между первым и вторым этажом. Там у нас висело огромное зеркало в старинной раме. В детстве я его побаивалась. В нем отражались, висящие на стенах портреты предков, и мне казалось, они могли ожить. Некоторые портреты были очень старыми. Потемневшие от времени холсты и облупившаяся краска делали изображенных на них людей пугающими. Такое подмигнет тебе из зеркала, может случиться какой-нибудь недостойный юной леди казус. А меня и так ругали часто.Сейчас я выросла, но портреты все равно мне не очень нравились, и я старалась на них не смотреть. Зацепилась взглядом за свое отражение. Все же папа и Дария сумели подобрать удивительной красоты платье, которое подходило мне на сто процентов. Я никогда еще не была такой красивой. Пока училась в пансионе, даже дома приходилось соблюдать некий негласный дресскод – пансионкам надлежало на людях выглядеть не вызывающе. Они же не невесты на выданье. А вот после окончания первой ступени обучения девушка считалась взрослой, ей становились доступны украшения с крупными камнями и шикарные платья. Вот так странно. Полгода назад моим уделом был кружевной воротничок и фиалковое платье с летящим подолом. Из украшений максимум серьги с некрупным жемчугом. А сейчас я могу блистать! Пожалуй, мне нравится быть взрослой!

– Да и что это за красота-то у нас такая! – раздался над плечом гнусавый, язвительный голос. Я аж подпрыгнула. – Прям, выросла ты, Тесса, на редкость красивой! По мне, лучше бы страшненькая уродилась, так жить проще. Женихов, как отгонять будем? Женихи нам ни к чему!

– Сгинь, гаденыш, – прошипела я, поражаясь наглости Уттуки. Внизу у лестницы уже родители встречают гостей. Мне до них всего несколько ступеней, а этот нагло лезет со своими комментариями. Раньше он такого себе не позволял! Если в край оборзевший демон начнет появляться при людях, меня точно упекут в лечебницу для душевнобольных.

– А обзываться нехорошо, – зашипел Уттука и кинулся на низко висящий портрет прабабушки. Чем уж она ему не угодила, не представляю. Я бросилась следом. Портрет поймала и на стене сумела удержать, а вот себя не очень. По инерции с грохотом, хватаясь за перила, пробежала несколько ступеней, наступила на подол и поняла, что лечу вниз, как раз где-то между папой и Дарией на появившихся в дверях барона и баронессу Маргоп. Уважаемых людей в нашей глуши.

Ну, так феерично могла к гостям выйти только я! Откуда появился Мистер Совершенство я не поняла, но он успел прикрыть своей грудью баронессу, и я влетела в своего идеального сводного братца. Да вот что же, он в каждой бочке затычка! С другой стороны – это лучше, чем сбить с ног баронессу. Она бы перед моим напором точно не устояла, и валяться бы нам на полу перед входом. А так мы с парнем пошатнулись, но устояли, и я оказалась прижата к широкой груди. Я даже до плеча ему не доставала! Ненавижу!

Он весьма уверенно сжимал меня в объятиях, а я ловила носом запах какого-то невероятно приятного парфюма. Он издевается, что ли? В нем есть хоть что-то, что не вписывается в образ идеального парня, который нравится всем.

– Простите… – пробормотала я, чувствуя, как краснею. Понятно, прощения я просила не у этого сноба, но он, почему-то, принял на свой счет.

– Не переживай, Тесса, – покровительственно заметил он низким хриплым голосом, в котором мне почудилась насмешка. – Ко мне можно обращаться на «ты». И я просто тебе помог. Лестницы в этом доме коварные.

– Я не у тебя просила прощения, придурок! – огрызнулась я, испытывая неловкость. И поймала папин осуждающий взгляд и, крайне любопытный – барона.

– Тесса! – прошипел родитель, и я, высвободившись из объятий сводного, приклеила к губам улыбку и повернулась к гостям, очень надеясь, что во время своих приключений на лестнице не сильно растрепалась и не выпрыгнула из декольте, которое кричало: «хочу замуж!». В этом мы с платьем солидарны не были. Но статус свободной взрослой девушки обязывал.

– Добро пожаловать в наш дом! – радушно заявила я и захлопала ресницами. Барон оттаял, а баронесса поджала губы. Ну, простите, всем мил не будешь.

Гости прошли в дом, а ко мне тут же обратился отец.

– Тесса, когда ты вырастишь?! Ну, неужели сложно просто молча и без приключений спуститься к гостям? Обязательно устраивать шоу?

– Я просто запнулась! – прошипела я в ответ.

– На самом деле лестница крутая.

Вот Мистер Совершенство вроде бы встал на мою сторону, но получилось у него это как-то неискренне, и я до сих пор чувствовала у себя на спине след от его горячей ладони.

– Но ты-то ни разу не споткнулся на ней, – ответил отец, и я поняла, что неискренность мне не померещилась. Все же какой идеальный мальчик. И учится хорошо и на лестнице не падает.

– Я – нет. Я всегда осторожен.

– Вот и я об этом, – ответил отец со вздохом. А я не удержалась и показала язык широкой спине в белом смокинге, который до отвращения хорошо сидел на Мистере Совершенство. Почему парень именно в этот момент повернулся? Впрочем, кроме холодной снисходительной улыбки я никакой реакции не дождалась. Это окончательно испортило настроение.

 К счастью, дальше встреча гостей пошла как по маслу. Я была мила (в меру сил и характера), улыбчива и даже настороженный взгляд сводного, который я то и дело ловила на себе, не сильно бесил. По крайней мере, не сбивал с толку. Может, идеальный мальчик сражен моей неземной красотой? Но что-то подсказывало мне, что причина кроется в чем-то другом. Интересно, в чем? Чует во мне потенциального конкурента за внимание отца? Но это смешно!

– Ваша дочь очаровательна! – услышала я от очередных только что прибывших гостей и вежливо улыбнулась. Правда, хотелось откусить кому-нибудь голову, когда с моей внешности разговор перешел на ум и блестящие перспективы Доминика – точно же, даже имя у Мистера совершенства пафосное! Почему я так красивенькая, а кто-то вокруг умный. Обидно же! Красота мне досталась от мамы, а таланты мне развить не дали, потому что училась я быть девицей благородной, а не умной! Но ничего, я твердо намерена продолжить обучение дальше. Правда пока не совсем определилась с направлением.

– Сын – это всегда отцовская гордость, – с пафосом произнес один из гостей, сразу заставив меня напрячься. Надеюсь, он имел в виду не то нелепое, тощее рыжее недоразумение, которое мельтешило у него за спиной. – Дочь что? Быстро проходящая красота и скорый отъезд в другой дом, а хороший сын – это предмет неиссякаемой гордости!

– Только вот судьба к папе была неблагосклонная, наделив его только мной, – мило оскалилась я и, когда поймала обиженно-возмущенные взгляды родителей, округлила рот в показном удивлении. – Ой, и как же я могла забыть! И еще одной милой принцессой. Никак не привыкну к тому, что теперь не одна в семье, просто сестру от меня скрывали.

Мужчина оскорбленно надулся, Дария побледнела, папа обиженно засопел, а я почувствовала смесь досады с удовлетворением. Все же у меня отвратительный характер и ничего я с этим не могу поделать. Да и не хочу.

– А ты точно училась в пансионе для благородных девиц? – услышала я шепот на ухо, когда папа и мачеха сделали несколько шагов вперед, чтобы встретить следующих гостей. Мне кажется, они готовы были на все, лишь бы я снова не открыла рот. А Мистера Совершенство все же задело мое выступление! Отлично! Он тоже меня задевает одним своим присутствием рядом!

– Ты же понимаешь, что «благородство» – это про происхождение, а не про помыслы? – парировала я и снова приклеила к губам улыбку, так как приехала миссис Леония – вдовствующая графиня. Женщина преклонных лет и острого ума. Ее, пожалуй, я могла бы называть «бабушка». Только за такое обращение она бы меня, нет, не прибила, просто по-тихой отравила бы. Она лучшая в своем деле. Ее микстуры пользуются спросом. Яды, подозреваю, тоже, но об этом не принято говорить в приличном обществе.

– Тесс, дорогая моя! – Графиня раскрыла мне свои объятия. – Ты невероятно хороша! Просто загляденье!

– Спасибо, миссис! – искренне ответила я и поцеловала в надушенную морщинистую щеку.

Графиня приехала не одна, а со своей внучкой – Рией. Мы с ней переглядывались, пока взрослые обменивались дежурными приветствиями, а потом, едва только графиня отступила, а мои родители подошли к вновь прибывшим, с тихим визгом (чтобы не шокировать высшее общество) кинулись друг другу в объятия. Мы дружим с пеленок, и те три года, которые я провела вдали от дома, не разрушили нашу дружбу. Мы написали друг другу столько писем, что мне в холодную зиму ими можно протопить наш дом, даже если закончатся дрова.

– Я очень по тебе скучала! – призналась Рия и тихо сказала на ухо: – Не сбегай сегодня рано, у меня для нас есть планы на вечер! Ты слишком долго отсутствовала, у нас тут происходит масса всего интересного. Мне не терпится тебе показать. Ты будешь в восторге.

Я радостно кивнула и поймала взгляд Рии, направленный на Мистера Совершенство. Боже. Только не это! Он что ей нравится?

– Доминик… – с придыханием проворковала она и опустила глаза. – Я рада тебя видеть.

– Отлично выглядишь, Рия, – ответил он, но даже не посмотрел. Стесняется или ему все равно? От идеальных мальчиков не знаешь, что ожидать.

 Скучно! Скучно и скучно! Именно так я могла описать  это бессмысленное и унылое мероприятие, на котором собралась вся более или менее значимая аристократия этого богами забытого края. Даже Рия не могла меня развлекать,  потому что  родители нас разделили. Я ходила со своими, а подруга сопровождала бабушку. Но мы постоянно переглядывались, и чем дольше я находилась в царстве пафоса и уныния, тем сильнее предвкушала сегодняшний вечер. Верила, Рия меня не подведет!

 Меня представляли каким-то  друзьям семьи, родителям потенциальных женихов,  деловым партнерам и при этом не давали пить. Папа вернулся  мыслями в тот период, когда мне было пятнадцать. Поэтому я получила приветственный бокал игристого и все. Теперь искала благовидный предлог, чтобы сбежать отсюда, а еще танцы не объявили. До них мне уйти не позволят, я умру от тоски. К тому же мне очень надо попасть в папин кабинет и покопаться там. Родитель до конца вечера будет занят здесь, а значит, не спалит. Мне бы очень не хотелось говорить ему, что я снова вижу странное. Папа, конечно, достанет зелье, но как выяснилось, зелье проблемы не решает. И мне нужно понять, сколько знает папа.

Потому что это явно не психическое расстройство, которым  эту странность объясняли все детство. Я действительно вижу демона, и папа не мог этого не знать. Значит,  мне просто врали. Вопрос:  «Почему?». Хотелось верить, что хотя бы частично ответ на него хранится в кабинете.

За те полтора часа, которые я провела на приеме, я узнала, что Мистер Совершенство закончил с отличием  самый престижный факультет демонологии в академии, в которую я только планировала поступать. Мне демонология даже не светила! Но я давно решила «яды и зелья» – это не такая  престижная специальность, зато уважаемая. Вон графиню – Риину бабушку все уважают! Попробовали бы не уважать! Смерть была бы быстрой и трудно идентифицируемой. Не можешь стать крутым магом,  стань крутым специалистом по ядам, я так решила еще в детстве. Пансион   был совершенно некстати! Из-за него я потеряла целый год! Рия уже закончила первый курс, а  я еще даже не поступила.

Второе, что я узнала о Мистере Совершенство – он пример для подражания и эталон порядочности. Летом спас упавшую в пруд  маленькую внучку мэра (поэтому и получил возможность стажироваться у него), потому что платиновый диплом получают чаще, чем спасают внучек высокопоставленных людей. Он не пьет, не курит и, подозреваю, девушек тоже обходит стороной. В общем, идеален и сучен. И что только в нем Рия нашла?

Не то, чтобы я следила за братцем специально, упаси боги! Просто, я слышала про него на каждом шагу! И улыбалась,  улыбалась и улыбалась! Аж челюсть свело!

– И почему такая красивая девушка, такая серьезная? – услышала я и обернулась. Сзади меня с бокалом игристого стоял симпатичный черноволосый парень. Рубашка приглушенно-бордового цвета с расстегнутой вопреки приличиям пуговицей,  нахальная улыбка и модная стрижка. Дорогой смокинг и запонки из белого золота. Определенно интереснее, чем сплетни про Мистера Совершенство.

– Потому что родители жадничают девушке игристого,  – недовольно призналась я, решив, что рассказывать незнакомцу, как меня бесит Мистер Совершенство, немного неправильно. Вдруг  и он поклонник моего сводного? Хотя это вряд ли.

– Ну, так прошу… – Парень с выжидающей улыбкой протянул мне свой бокал. Тот, из которого  явно сделал несколько глотков. От такого явного пренебрежения правилами приличия наша классная дама, пожалуй, упала бы в обморок. Поэтому я с удовольствием приняла и бокал и предложенный локоть. Вполне возможно, у сегодняшнего вечера появился шанс стать весьма интересным.

 Мы мило побеседовали и даже потанцевали под настороженным взглядом отца и Мистера Совершенства.

– Индюк! – прошипела я себе поднос, когда поймала на себе пристальный взгляд моего нового родственника.

– Кто?– удивился мой партнер. Даже неловко стало, словно это я про него вслух нехорошо подумала.

– Мистер Совершенство! – сказала я и указала кивком в сторону сводного. – Весь такой правильный! Идеальный! Все им восхищаются! Бесит. Интересно, ему самому не тошно?

– Это ты про Доминика? – усмехнулся мой знакомый,  закручивая меня в танце.

– Про него самого!

– Мистер Совершенство… – Парень покачал головой. – Надо же! Какое точное определение, думаю, ему понравится!

Похоже,  эти двое друг друга неплохо знали. А выглядели словно из двух разных миров. После танца мы расстались, вежливо кивнув друг другу, а то на нас стали посматривать слишком пристально и мои родители, и еще одна пара, которую я не знала. Возможно, родители моего партнера. Вот и еще одна причина, по которой я не любила  скучные приемы. Тут любое общение рассматривают, как повод для брака. Даже вполне безобидный танец. Все же в столице нравы проще. Даже если ты учишься в пансионе для благородных девиц.

К счастью, начали подавать закуски на фуршет и я, запихав с себя несколько канапешек, наконец-то, сбежала. Кажется, удалось улизнуть незамеченной, и я направилась на второй этаж, где был расположен кабинет отца. Ключ я стащила еще до приема – прекрасно знала, где папа его хранит. В  большой резной шкатулке на столе в спальне. Добыть его не составило труда.

В доме за пределами зала для приемов было тихо и пустынно, поэтому до массивных дверей, расположенных в самом темном конце коридора, я добралась, ни с кем не столкнувшись.

– Мисс, вы заблудились? – окрикнула меня молоденькая горничная, видимо, из новеньких. Приняла меня за гостью,  свернувшую не туда.

– Я тут живу,  – буркнула я, а она ойкнула и убежала с извинениями,  даже не попытавшись убедиться, что я не вру. Надо Дарии, что ли, сказать, чтобы она следила за персоналом лучше. Вон попробуй мимо Несси проскользни! Она всю душу вынет, но не пропустит, если раньше тебя тут не видела. Да если и видела, все равно спокойно не пройдешь, надо отчитаться.

Благодаря доверчивости нашей горничной без проблем попала в кабинет отца –  то место,  которое мне с детства казалось волшебным и особенным, возможно, потому что мне был сюда закрыт доступ. Впрочем,  сама виновата. После того как мы с Утей в нежные мои одиннадцать лет пролили папе на стопку важных документов и облигации какого-то доходного дома целый пузырек чернил, я бы и сама себя сюда не пустила.

Вот тогда и возник тот строгий запрет. Сейчас, спустя семь лет ничего здесь не изменилось. Те же стеллажи с книгами, беспорядок на столе (до сих пор считаю, что если бы папа лучше  разбирался в бумагах, Утя бы ту чернильницу не опрокинул). Это, вообще, естественная в его жизни пакость, сделанная случайно.

Конечно, подумала я о нем зря, так как наглая морда тут же материализовалась  на столе с бумагами, уместив свой зад снова неприлично близко к чернильнице.

– А что это ты тут делаешь? –  спросил Уттука, поблескивая своими маленькими вреднючими глазками и пытаясь разгрести  стопки бумаг на столе.

– Не твое дело! – шикнула я. – Проваливай!

– Не нужно… – начал он,  но  договорить, что именно мне не нужно, не успел,  так как за дверью послышались шаги. Я влетела под стол с такой скоростью,  что  снесла Уттуку и часть документов. Демон обиженно пискнул и растворился в воздухе, видимо,  нырнув в свой теневой мир, а дверь медленно открылась.

Я задержала дыхание, вслушиваясь в мягкие, почти неслышные шаги, звук которых поглощал толстый ворс ковра. «Блин-блин-блин», – мысленно пробормотала я, сжимаясь под столом и стараясь не издавать ни малейшего звука. Кто это вообще может быть? Кому могло что-то понадобиться ночью в папином кабинете. Так как зашедший двигался очень тихо и с ходу не начал орать – это точно не папа. Если бы папа заметил открытую дверь в святая святых, ор стоял бы на весь дом. А значит, это кто-то посторонний.

– Тесса? – услышала я смутно знакомый голос и сжалась сильнее. – Я знаю, что ты тут! – Интересно, откуда же? – Ну же… выходит, тут все равно негде спрятаться.

Изворачиваюсь и выглядываю за угол стола, чтобы, конечно же, увидеть Мистера Совершенство собственной персоной, который уже подошел практически вплотную и теперь задумчиво заглядывал в мое убежище.

– А что ты тут делаешь? – белозубо улыбнулся Мистер Совершенство с таким видом, будто обнаружил не меня, а, как минимум, клад. Он, как всегда, был идеален от носков начищенных ботинок до белоснежной рубашки и спадающей на глаза темной челки. Ну а я – это я. Сижу тут в пыли на четвереньках, зацепившись локоном за какой-то гвоздь.

– Так что ты тут делаешь? – напомнил свой вопрос сводный.

– А ты тут зачем? – воинственно поинтересовалась я, помня, что лучшая защита – это нападение. Но с Мистером Совершенство и этот фокус не прошел.

– Я? Шел за тобой, – признался он ровно и посмотрел на меня честными синими глазами. – Видишь, у меня секретов нет. А ты что тут делала, Тесса? Я спрашиваю третий раз.

– Тоже шла за чем-то? – спросила я и с кряхтением выползла из-за стола, отряхивая подол платья и сдувая упавший на лицо локон, который, наконец-то, отцепился, только вот часть волос, подозреваю, осталось на гвозде под столом. Когда встала рядом с Мистером Совершенство, еще раз отметила, что ниже его на целую голову! Застранец. Умудряется бесить меня во всем!

– И за кем же ты сюда шла, Тесса?

– Я? А какая собственно разница?

Я обогнула его и независимо отправилась к выходу, не собираясь разговаривать о своих целях. Не с ним точно. Ненавижу! Как можно быть такой занозой в заднице?! Неизвестно, когда будет возможность еще навестить папин кабинет. Видимо, придется сюда лезть следующей ночью.

– Ты же знаешь, что тебе нельзя быть в кабинете? – наставительно сказал он с улыбкой. Такой снисходительной, что скулы свело, будто я съела лимон.

– Никому нельзя быть у папы в кабинете! – ответила я разворачиваясь. – Но ты же зачем пришел сюда.

– Я пришел за тобой! – возмутился он. – Увидел, как ты идешь по коридору… отправился следом.

– Что? – Я в бешенстве закатила глаза. – Это мой дом или ты забыл такую очевидную вещь? У меня значительно больше прав ходить тут по коридорам, чем у тебя! Ты не имеешь права следить за мной! Понятно?

Выдав это, я больше не смотрела на Мистера Совершенство и отправилась к выходу.

– Настучишь папе, я сделаю все, чтобы разрушить твой тошнотворно идеальный образ, – пообещала я.

– Тесса? – Мистер Совершенство стоял, прислонившись спиной к столу и сложив руки на груди. – Ну зачем мне, как ты выражаешься, стучать на тебя отцу, сестренка? Мы ведь теперь одна семья.

Я не стала больше разговаривать и ушла, так и не поняв, он сейчас серьезно или иронизирует. Но не спрашивать же?

– Ты где была?

Рия налетела на меня, как коршун, едва я добралась  до центральной лестницы.

– Да так… – Я растерлась и пожала плечами,  думая, что сказать подруге. Как-то не привыкла оправдываться. Рассказывать  о своей вылазке в кабинет и  встрече с Домиником мне совершенно не хотелось. Несмотря на многолетнюю дружбу, Рия не была в курсе того, что  за мной следует маленький,  зловредный демон и в меру сил портит мне без того не ладкую жизнь.

– Неважно! – К счастью, подругу и саму волновало  совсем другое. – Давай, быстрее переодевайся! В таком виде развлекаться нельзя. А своим скажи,  что пошла спать, или ты забыла, что нас ждет ночь, полная приключений?

Глава 4

Выпалив эту тираду, Рия смоталась к бабушке, которая как раз в холле прощалась с моими родителями.  Народ начал постепенно расползаться с приема. Конечно, уходили возрастные гости или совсем молодежь, кто заскучал. Остальные все еще оставались в зале, откуда доносились музыка и смех. Рия выбрала идеальное время для вечеринки. Большинство взрослых будет до полночи гулять у нас, а значит, им будет не  до развлечений детишек.

Я попрощалась с Рией, которая заговорщически подмигнула мне и сунула в руку записку. Поцеловала в морщинистую щеку ее бабушку и обернулась к родителям.

– Папа, Дария,  – Я немного виновато улыбнулась. – Позвольте и мне попрощаться. Спасибо вам за чудесный вечер.

– Ты так рано уходишь? – обеспокоился папа. – Мы с тобой даже не успели потанцевать. Тесса,  это же наша традиция!

– Танцев будет еще много. Но ты же помнишь, что я двое суток была в дороге? Я устала, папа, и  хочу немного отдохнуть. Ну, примерно завтра до обеда.

– Конечно, Клаус, девочка устала. – Дария положила ему руку на  белоснежную манжету рубашки, и папа покорно вздохнул. – Ей просто необходимо лечь спать пораньше.

– Отдыхай, моя ненаглядная! – Он, как в детстве, потрепал меня по макушке, и я поморщилась. Родительская ласка – это всегда хорошо и приятно, но не по налаченным же локонам и впивающимся в затылок шпилькам.

– Спокойной ночи! – сказала я и собралась уйти, но папа меня остановил.

– И… Тесса, – он немного помедлил перед вопросом, – словно был не уверен, что стоит его задавать. – Скажи, у тебя ведь все хорошо, правда?

– Конечно. – Я напряглась. – А почему ты спрашиваешь? Что может быть не так?

– Ну… – его голос стал совсем тихим. – Я переживаю. Вдруг все вернулось…

Все вернулось и, похоже, не вдруг, но пока я не была готова об этом никому рассказывать.

– Но ты ведь знаешь, что в случае чего, можешь на меня рассчитывать.

– Знаю, папочка… – прошептала я и сбежала. Слишком велик был соблазн рассказать ему все. Он достал бы мне зелье, но, к сожалению, сейчас я папе доверять не могла. Я не ребенок и мне нужно разобраться  самой, кто такой Уттуку и что ему от меня нужно.

Записку от Рии прочитала уже у себя в комнате,  там содержались указания, куда прийти и что на себя одеть. Ничего сложного, не так пафосно и вычурно.  Нужна была еще карнавальная маска, но Рия написала, что сама об этом позаботится и будет ждать меня после полуночи за воротами дома.

Времени осталось не так много, и я кинулась переодеваться. Платье было мятым,  потому что  его не успели привести в порядок, но я решила, что это не может испортить мне отдых. Правда, как в детстве придется красться через черный ход, но я столько раз это делала, что уже и не страшно. Главное, чтобы на улице не было  гостей, которым вдруг стало жарко. Обычно для таких случаев открывали летний дворик, но для уверенности я все же выглянула в окно и увидела крадущуюся по двору фигуру в темном. Надо же! А кто это у нас? Похоже,  Мистер Совершенство собственной персоной! И двойное  «надо же» – он сейчас не в своем идеальном образе. И куда это он собрался? Жаль, я не успею его догнать!

Выбраться из дома не составило труда. Ходы и выходы известны были давно. Я, как в детстве, уложила на кровать пару подушек, прикрыла одеялом, чтобы издалека было похоже на спящего человека, и направилась к выходу, когда услышала над ухом ехидное.

– И куда это ты собралась? – Уттуку, как всегда, появился из ниоткуда и едва не напугал до чертиков.

– Отстань! – огрызнулась я раздраженно. Пытаться с ним сбежать ночью так, чтобы тебя не заметили было совершенно невозможно. Уттуку не умел и не хотел вести себя тихо. Разрушение было его вторым именем.

– Не хочу, – ответил демон вредно. – Может быть, я по тебе соскучился, а ты грубишь. В конце концов, мы с тобой не виделись очень и очень давно. А ты все бежишь куда, знакомства с плохими людьми водишь, меня игнорируешь. Неправильно все это.

– Не исчезнешь сейчас, я возьму у папы зелье, – пригрозила я, – и ты снова не сможешь ко мне приходить. И поверь, я не перестану его пить.

Я, конечно, лукавила. И мерзкий демон, похоже, прекрасно это понимал.

– Возьмешь зелье, и отец упечет тебя в дом скорби. Там тебе и место, раз ты такая идиотка.

– Может быть, мне место в доме скорби, но ты снова не сможешь ко мне подобраться. Правда, отвянь! Я не шучу.

– Хорошо… – тон Уттуки сменился, и демон даже изволил появиться передо мной на ковре, чтобы мне было его видно. Шерсть его сейчас светилась на кончиках и передо мной в темное застыло лохматое мерцающее нечто. Ей богу, лучше бы вообще не появлялся. Так и заикой можно остаться. – Я исчезну и не буду тебе мешать творить глупости…

– Почему это глупости? – перебила я демона.

– Потому что умности, сбежав ночью из дома, не творят, – наставительно заметил демон и продолжил: – Так вот я тебе не мешаю сегодня ночью и даже не бью вазу… – Нахал покосился блестящим взглядом на каминную полку, замышляя очередную пакость. – А ты будешь должна мне желание.

– А ты не обнаглел маленький засранец? – возмутилась я. – Откуда же я знаю, какое желание ты у меня затребуешь? Я уже сейчас чувствую, что оно мне совершенно не понравится. Не думаю, что от тебя можно ждать чего-то хорошего.

– Маленькое! – Демон пожал плечами, и светящаяся шерсть загадочно зашевелилась в темноте. – Маленькая помощь, маленькое желание.

– Нет уж. – Соглашаться на такую авантюру было глупо. – Конкретизируй.

– Шалость… – проканючил демон. – Маленькая шалость.

– Никто не пострадает.

– Хорошо, – подозрительно быстро согласился он.

– Нас никто не заметит, – продолжила я выставлять условия, с этим прохвостом ухо надо держать востро.

Тут демон замялся и выдал неуверенно.

– Если ты не будешь греметь, шуметь и попадаться. Не все же зависит от меня.

– Хорошо, я обещаю тебе шалость. Но! – Я подняла палец. – Если мне покажется, что ты перегнул палку, я откажусь, и ты придумаешь новую. Все ясно?

– А ты поумнела, малявка, – прошипел он и растворился, а я выдохнула и, наконец-то, выбралась в коридор.

Эта часть поместья спала. Я бесшумно прокралась к черному ходу, через который улизнула сначала на первый этаж, а потом через неприметную, запирающуюся изнутри дверку на улицу. После, обогнув парк, к воротам, за которыми меня уже ждала Рия.

 Глава 5— Почему ты сидишь в кустах? – удивленно спросила я, заметив пышную юбку среди кустов сирени.

– Тс-с-с! – зашипела подруга и дернула меня за руку. Теперь в кустах заседали мы обе. Ну, прекрасно! Давно я не была в грязи. Вот буквально с приезда. С мокрых листьев в декольте капала вода, что мне совершенно не нравилось.

– Да что мы тут прячемся? – возмутилась я и завозилась, пытаясь устроиться поудобнее.

– Тихо ты!– осекла меня подруга. – Попадемся, о вечеринке можно забыть. Сразу же сдадут родителям! А у меня большие планы на вечер.

– Так мы идем на вечеринку? – погрустнела я. – Думала, ты затеяла что-то необычное.

– Поверь, эта вечеринка достаточно необычна, чтобы тебя впечатлить, – уверила меня Рия.

Наконец, я заметила, что заставило  подругу нырнуть в кусты. От нашего  дома в сторону дороги неторопливо двигались две пары. Гости, видимо, решили прогулять до дома пешком.  Смысла брать карету в наших краях не было. Тут все находилось на расстоянии десяти минут  неспешной ходьбы. Все, кроме города.

Мы старались не дышать, когда мимо нас по дороге проходили гости. Хотя мне казалось,  это бессмысленное занятие. Белое платье подруги так и манило из кустов, привлекая всех случайных путников. Вот разве не могла  надеть что-то не такое приметное?

– Не могла,  – зашипела она, а я поняла, что не сдержалась и претензию высказала вслух. – Я же не планировала прятаться в кустах. А на вечеринке я хочу быть заметной, если что.

Наконец, припозднившиеся гуляющие скрылись за поворотом, даже не взглянув на обочину дороги, и мы выбрались из своего укрытия.

– Держи! – Рия протянула мне черную кружевную маску, скрывающую верхнюю треть лица.  На себя она надела такую же белую.

– А попозже надеть можно?

– А что, есть какая-то разница? – удивилась подруга. – Давай, надевай. Здесь недалеко.

Я думала, мы пойдем в центр к ратуше,  обычно все мероприятия проходили там, но Рия повела меня обратно к нашему  дому. Только со стороны озера,  на которое выходили окна моей новой комнаты.

– Не поняла… а где происходит вечеринка?

– Увидишь, – загадочно улыбнулась она. Рядом с озером, если свернуть по темной  тропке направо и пройти метров триста, находилось старинное родовое кладбище. Там до сих пор хоронили родню, но, к счастью, с тех пор как умер дед лет десять назад, все остальные жили и здравствовали. За кладбищем ухаживали, но оно заслуженно носило звание древнего. Некоторым памятникам и склепам было более трехсот лет.

– У нас вечеринка на кладбище?  – поморщилась я. – Конечно, удивила, ничего не скажу, но  точно не восхитила.

– Тесса,  ты в курсе, что  стала занудой в своем пансионе?

– Ладно! Молчу, веди!

– Вот именно! К тому же, вечеринка не на кладбище.

– За ним? – уточнила я.

– Под ним, – загадочно ответила подруга и ускорилась.  Наверное, чтобы я   перестала задавать  глупые вопросы.

Мы подошли к склепу основателей нашего рода. Массивный и каменный он стоял на южной стороне кладбища, его подпирали два старинных дуба. Иногда мне казалось, что рано или поздно деревья разрастутся так сильно, что сожмут склеп и расколют его, но пока все держались  – и два дуба, которые не хватит рук, чтобы обхватить, и слеп, увитый плющом, с трещинами, идущими по каменным стенам. Никогда в жизни мне не приходило в голову сунуться внутрь. Но, похоже, все в этой жизни бывает впервые.

– Рия… – осторожно начала я. – Скажи мне, что уже не первый раз здесь. Мне как-то  не очень хочется туда лезь.

– Не будь трусихой, Тесса,  – отмахнулась подруга. – Тебе не идет. И, конечно, я бывала тут не раз.

С этими словами, подруга нажала на голову горгульи, которая сидела слева от двери, и перед нами открылся темный проход, с лестницей, ведущей куда-то вниз.

– Нам точно туда? – подозрительно уточнила я, покосившись в темноту. Лезть в жилище мертвяков совершенно не хотелось. – В склепе ведь не так много места. Я была однажды. Что там можно устроить за вечеринку? Исключительно для нас? Так с тобой я бы предпочла пообщаться в более комфортной обстановке.

– Этот склеп, оказывается, с секретом, – сообщила мне подруга загадочным тоном, который мне начал надоедать.

– И кто же, интересно,  открыл этот секрет? – пробухтела я, но Рина не отреагировала. Шепнув «жарко», она зажгла небольшой светлячок,  который рассеял тьму, и мы шагнули внутрь.

Здесь раньше было всего несколько ступеней и небольшая комната с саркофагом, но не сегодня. Сегодня видимо тот, кто устроил вечеринку, открыл какой-то потайной проход, так как ступеней оказалось значительно больше, и вели они куда-то ниже, под землю, а комната с саркофагом оказалась в стороне.

– Подождите нас! – раздалось откуда-то от входа, и нас нагнала компания. Несколько девчонок, я помнила их со средней школы, и трое парней постарше. Их я тоже когда-то знала, но сейчас едва ли могла вспомнить имена.

Признаться, до этого момента я думала, что Рия хочет надо мной подшутить. Темный склеп, кладбище и отсутствие людей наталкивало на такие мысли. Но сейчас, когда выяснилось, что в склеп мы идем не одни, вечеринка стала казаться более реальной. К тому же догнавшая нас компания, как и Рина,  похоже, приходила в это место не первый раз. Мы прошли, весело перешучиваясь по длинном коридору,  повернули за угол и попали в огромный подземный зал, который, по ощущениям, находился где-то под нашим особняком. Представления не имела, что под домом есть  какие-то подземные ходы.

Нас от зала отделала прозрачная магическая пелена, подернутая рябью. Она немного искажала картинку и заглушала звуки. Иногда служила защитой, если вплести соответствующее заклинание. Но судя по тому, что  сквозь пелену  беспрепятственно прошел один из парней,  здесь защита не стояла. Вечеринка была открытая.

Мы нырнули следом и попали в совершенно другой мир. Громкая музыка, куча народа,  разноцветный дым, который стелился под ногами и очень много веселья. Судя по количеству народа,  пока старшее поколение спало и развлекалось на приеме наверху,  их отпрыски спустились  под землю, чтобы устроить свою тусовку.

Здесь определенно умели зажигать.  А я уже начала думать, что  дома мне будет скучно. Кажется, я ошиблась.

– Тут здорово, скажи!?  – крикнула мне на ухо Рина, и я вынуждена была кивнуть. Однозначно лучше, чем на унылом приеме.

– Расскажи, мне кто тут кто, – попросила я,  обводя взглядом толпу, в которой, конечно, встречались  знакомые лица, но большинство гостей или сильно изменились за последние несколько лет, или я их просто не знала.

Мое внимание привлек брюнет в центре зала. Он целовался с хрупкой блондинкой в откровенном платье. Точнее, он небрежно целовал блондинку. В руках парень сжимал бутылку, а другой притягивал брюнетку, которая послушно льнула к его плечу.

Эта сцена была такой откровенно жаркой, что вспыхнули щеки. Мы часто сбегали из пансиона в город на вечеринки, и видели разное, но этот красавчик был, и правда, горяч. Высокий, гибкий в расстегнутой белой рубашке.

– Там слева, сестры Эллисон… –  Рия начала послушно рассказывать про гостей, но я ее перебила.

– Нет, расскажи мне про него, – я указала в центр зала, а подруга посмотрела на меня, как на идиотку.

– Тесса, ты серьезно? – спросила она меня и в этот момент парень повернулся.

– Не может такого быть! – выдохнула я, едва сдержавшись, чтобы не вставить крепкое матерное слово. – Вот тебе и Мистер Совершенство! Надо же, как интересно…

Наглая улыбка, слегка расфокусированный взгляд и падающая на глаза растрепанная челка, которую я привыкла видеть идеально уложенной. Мистер Совершенство сумел меня удивить и заинтриговать.

– Да что тебе интересно? – прошипела подруга.

– Ракурс… – мрачно припечатала я, потому что мой сводный братец, бросив мимолетный взгляд на вновь прибывших гостей, снова повернулся к нам спиной. Меня он, кажется, не узнал. И это отлично, пожалуй, я предпочту сохранить инкогнито.

Не подозревая, что стал предметом пристального наблюдения, Доминик продолжил, обнимая сразу двух девушек, лениво пить из горла. В его движениях чувствовалась сноровка.

Без сноровки не получится, обнимать подругу, за плечи и подносить бутылку ко рту, и при этом девицу не придушить, а алкоголь не пролить. Я даже зауважала.

– Эй! – возмутилась подруга. – На что ты там пялишься? Он твой брат!

– Он? – Я фыркнула. – Он сын новой папиной жены, Рия. Не подменяй одно понятие другим.

Кажется, подруга впервые посмотрела на Доминика с этой стороны и изрядно напряглась.

– Не дергайся, – успокоила я ее. – Терпеть его не могу!

– И почему же это?

– Слишком идеальный!

Идеальный в это время все же облился из бутылки и не придумал ничего лучше, чем просто стащить через голову рубашку и отбросить ее в сторону. А мы залипли на сильную спину, с ямкой, идущей вдоль позвоночника, развитые мышцы плеч и гладкую загорелую кожу.

Теперь я, вряд ли, когда-нибудь смогу это развидеть.

– Идеальный, говоришь…– прошипела Рия, подозрительно на меня покосившись. – Мне кажется, после того как идеальный образ дал трещины, ты смотришь на него совсем по-другому, Тесса, и мне этот взгляд определенно не нравится! Не забывай, я познакомилась с ним первой!

– Ну, формально первой с ним познакомилась я, просто заочно. Но ты не дергайся. Я просто размышляю, как бы его поудачнее сдать родителям. А то надоело быть самой плохой девочкой в семье.

– Вот ты все же стерва, Тесса. Доминик умудряется быть таким… таким…

Подругу явно заклинило от дурацкой влюбленности.

– Каким, Рия? Идеальным обманщиком? И что в этом хорошего? Мои от умиления скоро будут закатывать глаза и падать в обморок. Им ведь боженька дал оторву дочку и идеального сыночка, который умен, красив и не испорчен. А он просто нагло им врет! Меня это бесит!

– Ну почему же он им врет? – Рия пожала плечами. – Ничего и не врет. Он действительно умен и красив. И учился на «отлично», просто у него есть тайная жизнь. Что в этом такого плохого?

– В этом нет ничего плохого, но родителям нужно открыть глаза. Мне надоело быть вечно самой плохой. Я жажду передать пальму первенства.

– Хочешь сделать самым плохим его?

– Нет, я хочу показать, что он не такой хороший, как они думают, вот и все. Не сдавай меня ему, Рия.

– И как бы я это сделала? – недовольно надулась подруга.

– Ну не знаю, он же тебе нравится.

– И что? Может быть, ты не заметила, но на меня он не обращает внимания!

– И очень хорошо… – пробормотала я себе под нос, двинувшись по залу. В голове начал созревать весьма заманчивый план, который позволит мне вывести Мистера Несовершенство на чистую воду.

– Что значит, «очень хорошо»? – недовольно взвыла за моей спиной Рия, но я не обратила на нее внимания. Не все готовы падать ниц перед самовлюбленным идиотом с красивой задницей, некоторые просто хотят восстановить вселенскую справедливость. Но подружка вряд ли поймет. Она, кажется, уже пожалела, что позвала меня на вечеринку. А вечер, между прочим, только начался.

Музыка, дым селящиеся по полу, молчаливые тени-официанты. Мне кажется, под черными, низко надвинутыми на глаза капюшонами скрывались какие-то выходцы их низшего мира. Не знаю, зачем их использовали вместо обычных людей? Вероятно, для создания более готичной атмосферы.

Честно сказать, нарезав три круга по залу, я уже начала думать, что ничего интересного не произойдет. Обычная вечеринка, факиры, которые собрали толпу восторженных девиц, составляющих добрую половину от присутствующих. Другая половина вешалась на моего сводного братца. Короче, скукотища. Даже стучать родителям не хочется. Как-то мелко! Что я скажу? Когда я ночью сбежала на тайную вечеринку под склепом, то видела там и вашего Мистера Совершенство? Интересно, кого в первую очередь посадят под домашний арест? Чует моя пятая точка, которая может служить радаром на неприятности, не его!

– Пошли домой? А? – попросила я Рию, потыкав ногтем подругу в бок. Она подпрыгнула и очень осуждающе на меня покосилась. Рия не вешалась на моего брата откровенно, но смотрела издалека влюбленным взглядом и вздыхала. Не знаю, как Доминик, меня лично начало подташнивать. Братца спасало лишь то, что он просто не видел этого полного тоски щенячьего взгляда. – Мне скучно-о-о! Очень скучно!

– Тесса! – возмутилась она. – Мы же только что пришли! Ну, давай останемся еще чуть-чуть. Пожалуйста!

– Ничего интересного не происходит. Я никого тут не знаю, кроме тебя. Ты меня не развлекаешь, только пялишься на моего братца, а он все равно на тебя не обращает внимания! Это все бесполезно. Смори, он выбирает из тех, кто сильнее задерет перед ним юбку! Тебе самой не противно?

– Вот все же коза ты! – прошипела Рия, метнув на меня разгневанный взгляд. – Лишь бы сказать гадость! Но я жду совсем другого. И Доминик не такой, он просто еще не нагулялся…

– Я тебя умоляю! – Я закатила глаза, конечно же, именно твой светлый облик заставит его нагуляться и стать образцом порядочности. Ну, то есть именно тем Мистером Совершенство, которого боготворят родители.

– Тесса, ты язва. И я не пойду с тобой домой, даже если ты скажешь еще какую-нибудь гадость. Давай подождем.

– И чего же?

– А вот мучайся теперь! Не скажу!

Рия фыркнула, взяла бокал с вином с подноса у официанта и радостно продефилировала в сторону моего братца, зная, что я за ней не пойду. Мне очень бы не хотелось, чтобы он узнал, что я в курсе милых вечеринок, которые он тут закатывает. Я не сомневалась в том, кто именно нашел это место и придумал устраивать здесь тусовки!

– Зар-раза! – прошипела я, злобно поглядывая вслед подруге, которая отказалась идти со мной домой. Но я не гордая, уйду и одна. Мне, действительно, скучно. И вино, честно сказать, не сильно улучшило ситуацию. Веселее не стало.

– Какая неожиданная встреча!

От вкрадчивого голоса над ухом я подпрыгнула и развернулась. Сзади меня стоял мой черноволосый знакомый, с которым я танцевала буквально пару часов назад.

– И почему же неожиданная? – улыбнулась я, чувствуя, что вечер в потенциале может стать немного интереснее. – Мне кажется, тут собрались почти все… более странно было, если бы я не пришла.

– И все равно неожиданно. Готова к зрелищу?

– Знать бы еще к какому?

– Так ты не в курсе куда пришла? – протянул он с ноткой превосходства и начал бесить.

– Просветишь?

– Скоро сама все увидишь, – Сказал парень, склонившись к моему уху. Обхватил за плечи и увлек в центр зала, где же начал собираться народ.

Вот сейчас, пожалуй,  начало становиться интересно. Что-то новое и необычное, а не банальные танцы с выпивкой. Я подошла ближе и остановилась в первых рядах. На полпути ко мне присоединилась Рия. Несколько крепких парней натягивали плотный мерцающий полог,  который разграничивал  условную зону зрительного зала и импровизированной сцены или… что, вернее всего, ринга. Значит, нас ждут не жаркие выступления, а что-то погорячее? Бои без правил? Магический турнир? Или еще что?

– Кто-нибудь объяснит мне, что тут происходит? – спросила я, оглядываясь по сторонам. Но и подруга, и мой новый знакомый хранили загадочное молчание, словно им было важно, чтобы все самое интересное я увидела своими глазами.

Зато становился понятен круг действующих лиц.  Я почти не удивилась, увидев внутри защитного контура сводного, и еще троих незнакомых мне парней.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.