Люси Эллис
Зачарованный нимфой

Lucy Ellis

PRIDE AFTER HER FALL

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме. Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. А.

Иллюстрация на обложке используется с разрешения Harlequin Enterprises limited. Все права защищены.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Pride After Her Fall

© 2013 by Lucy Ellis

«Зачарованный нимфой»

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2014

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2014

Глава 1

Излишняя публичность никогда не вызывала в Нэше энтузиазма, но предстоящая встреча с журналистом была частью благотворительной кампании. Он не мог отказаться.

– Встречусь с ней в баре нашего отеля.

Приближаясь к своей машине, Нэш еще раз сверился с часами на левой руке:

– Буду там со своим знакомым, но пусть особенно не радуется, я уделю ей лишь пару минут, не больше.

Одно из малых преимуществ знаменитого человека – люди могут подождать. Он распахнул дверцу своего спортивного автомобиля, но засмотрелся на то, какими красками переливалось море под ярким полуденным солнцем. Каллен продолжал говорить в телефон что-то об отдельном столике в баре.

– Нет, приятель, никакого столика. Улажу все за пять минут.

Джон Каллен был менеджером Нэша с давних пор, с самого начала карьеры в гонках. Именно этот человек охранял его от излишнего внимания прессы и налаживал полезные деловые контакты.

Официального заявления о том, что Нэш примет участие в майском Гран-при в Монако, не было, однако одно его присутствие вызвало много шума в газетах. Журналисты словно с цепи сорвались, ведь за победу также будет бороться многократный чемпион Антонио Абруци. Вот почему переговоры проводились тайно, в уединенном баре, с охранниками, оцепившими периметр.

Нэш нажал отбой и сел в машину, стремясь как можно быстрее вырваться из города.

Под его руками двигатель мгновенно заурчал, как довольная кошка. Он оценил плотность движения, затем машина мягко тронулась с места, оставив позади высокое здание офиса. Только что завершилась крупнейшая сделка – швейцарская компания теперь будет выпускать машину собственного дизайна Нэша, задуманного им еще в самом начале карьеры. Но в то время любой, с кем бы он ни поделился своими планами, поднял бы его на смех.

Но, по удачному стечению обстоятельств, Нэш был человеком неболтливым. Отец-алкоголик воспитал его таким, привив ему желание молчать. Журналисты окрестили его «самодостаточным и независимым». По словам бывшей любовницы Нэш был «бездушным мерзавцем».

Тем не менее Нэш добился уважения. Ему было лишь тридцать четыре, он преуспевал в самом опасном виде спорта, и перед ним расстилалась перспектива заниматься любимым делом не менее десятка лет. Ему удалось соединить глубокий профессионализм и страсть к машинам и превратить дизайн во вторую профессию. Весьма прибыльную.

Эта работа во много раз затмевала знаменитость Нэша как гонщика. Он был очень востребован и мог диктовать любую цену за свою работу. Он стал элитой гоночного мира. Но Нэш не переставал задаваться вопросом: «Что же дальше?»

Дорога опустела. Нэш переключил скорость и стал подниматься вверх по склону. Сегодня у него было свидание с прекрасной машиной. Абсолютно новая модель в его коллекции, умопомрачительные изгибы корпуса. Ничто не могло задержать его на пути к ней, Нэш торопился. Обычно он никогда не покупал автомобили вслепую, но в этот раз сделал исключение. Его утро было свободным, и, чтобы как-то убить время, Нэш решил навестить возлюбленную и, возможно, спасти ее из недостойных объятий.

Природа за окном поражала своим великолепием, равно как и все в этом городе. Сам дом, куда направлялся Нэш, был знаменит тем, что в свое время служил местом добровольного изгнания некогда великой актрисы двадцатых годов, и Нэш был слегка заинтригован. Он часто проезжал мимо, но впервые ему представился случай попасть внутрь.

Снизив скорость, Нэш неспешно двигался по подъездной аллее, обсаженной липами. От увиденного он и вовсе забыл нажимать на газ – даже благодаря густым зарослям бугенвилий было трудно скрыть тот факт, что дом весьма нуждался ремонте.

Потом он заметил ее. Нэш выскочил из машины, едва дождавшись полной остановки, и устремился к объекту своей страсти, торчавшему из цветочной клумбы. Спортивный автомобиль тридцатых годов окончательно испустил дух в цветнике, обсаженном небольшими розовыми кустами. Одна из дверец свободно болталась на петлях, подобно сломанной руке. При виде этого каждый мускул в теле Нэша напрягся. О нет, он не был зол, чувство, обуявшее все его существо, во много раз превосходило эту эмоцию.

Он был в ярости.

Однако Нэш умел себя контролировать. Такое сильное чувство, как гнев, могло сослужить хорошую службу, будучи направленным в нужное русло. Со стороны сада к нему спешно приближался невысокий плотный человечек в садовых перчатках, перепачканных землей. Он воздевал руки к небу:

– Мсье! Несчастный случай с машиной!

Да, это можно было назвать так. Нэш больше не мог сдерживаться.

Глава 2

Сладко потянувшись, Лорелей Сент-Джеймс с удовольствием ощутила шелковую прохладу своей постели. Перекатившись на другой бок, она приготовилась проспать весь день, но до нее с улицы донеслись мужские крики.

«Забудь об этом».

Она накрыла голову второй подушкой. Голос все не умолкал, становясь громче и пронзительней. Голова еще плотнее погрузилась в подушки.

«Машина разбита! Что теперь?!»

Горько вздохнув, Лорелей стянула с лица маску для сна и зажмурилась от яркого средиземноморского солнца, заливающего спальню. Помещение вращалось перед ее глазами – вероятно, сказалось вчерашнее шампанское, нехватка сна и финансовые проблемы.

Мысли о деньгах были тотчас же отправлены на задворки сознания. Ей страшно хотелось пить. Как только простыни зашевелились, на каменный пол в обилии посыпались украшения, часы и мобильный телефон. Кое-как приняв сидячее положение, Лорелей откинула светлые вьющиеся волосы и, сморщившись, крепко вцепилась в кровать. Помещение и не думало останавливаться.

Она мысленно поклялась: «Никогда больше не буду пить. Ничего крепче шампанского… ну и, быть может, немного джина с тоником».

Сердце подпрыгнуло, когда телефон на полу неожиданно ожил и принялся бешено вибрировать. Это, как обычно, не предвещало ничего хорошего, в последнее время телефон звонил лишь для того, чтобы очередной недовольный человек наговорил гадостей…

Телефон перестал звонить, но мужской голос, раздававшийся уже около террасы, стал просто оглушать. Именно это и разбудило ее. Видимо, на улице вспыхнула серьезная перебранка. Если Лорелей и предстояло решать эту проблему, то только не сегодня. После вчерашней вечеринки в доме остались гости – Джорджио и его супруга Тереза, но не им же общаться с какими-то проходимцами. В последнее время таких было слишком много: в основном кредиторы отца, охотившиеся за ней днем и ночью. Сам отец отсиживался в тюрьме. У Лорелей не осталось средств после оплаты всех судебных издержек.

Она обязательно ответит на все звонки и требования адвокатов, которые хотели видеть ее подпись на кипах бумаг. Но все это будет потом, позже. Нельзя портить такой чудесный день, когда солнце сияет так ярко.

Еще лишь один день…

Затем пришли воспоминания. У Лорелей была назначена встреча в отеле по поводу благотворительного мероприятия бабушки. Они устраивали его каждый год, чтобы собрать средства для фонда, занимавшегося лечением рака. В этом году они задумали однодневное ралли винтажных гоночных машин, пригласили знаменитых гонщиков, которые подарят детишкам радость быстрой езды. Директор фонда попросил Лорелей встретиться со звездами гоночного спорта.

В прошлом году все было гораздо проще.

Потянувшись за ночной сорочкой, Лорелей медленно оделась. Конечно, она была бы очень рада помочь фонду, но только не сегодня. Что-то мягкое коснулось ее ног, от неожиданности Лорелей вскрикнула:

– Фифи! Лапочка, веди себя хорошо. – Подняв собачку на руки, она с удовольствием зарылась лицом в пушистую шерсть: – Будь хорошей девочкой и оставайся здесь. У твоей мамочки есть важные дела.

Собака устроилась на постели и в ожидании завиляла пушистым хвостиком. Ее хозяйка распахнула двери на веранду и вышла на улицу.

Стояло прекрасное сентябрьское утро, день обещал быть приятным, сияло солнце, в воздухе разлился аромат лаванды и розмарина. Делами заниматься не хотелось. Неспешно спускаясь по прохладным каменным ступеням, Лорелей пыталась сохранять спокойствие.

* * *

Сначала Лорелей увидела спортивный автомобиль, увязший передними колесами в цветочной клумбе. Сердце опустилось в груди. Некоторое мгновение она не могла понять, как машина там оказалась, но затем воспоминания вчерашней ночи настигли ее…

Тут она увидела мужчину, нарушившего ее покой, и пораженно замерла.

Лорелей не успела нанести даже самый легкий макияж, волосы были в беспорядке, белье осталось на полу ванной комнаты. Однако было уже слишком поздно, ее заметили. С мятой шелковой сорочкой ничего не поделать… Лорелей лишь провела рукой по волосам, уповая на густые тени бугенвилии. Она рассчитывала все уладить, так как шарм был ее самой сильной стороной. К тому же с мужчинами всегда просто. Он стоял перед ней – высокий, мощный, с широкими плечами и красивым лицом.

Нападение – лучшая защита. Взяв инициативу на себя, Лорелей приблизилась к спортивной машине, окинула ее недовольным взглядом:

– В моей клумбе машина!

Однако юмор не всегда мог исправить ситуацию. Прислушиваясь к шуршанию гравия за своей спиной, Лорелей поняла, что она неверно истолковало ситуацию. Взгляд Джорждио молил ее вернуться в дом и прикрыться, но она решила оставаться на месте. Она была не из тех, кто отступал перед трудностями.

– Вы сделали это?

Тут Лорелей поняла несколько вещей. Незваный гость был австралийцем, его акцент звучал безумно соблазнительно. И да, не существовало способа его очаровать. Едва ли можно было упрекнуть мужчину – машина была в ужасном состоянии.

– Так это были вы? – переспросил он.

В расстроенных чувствах он сорвал с лица солнечные очки, открыв ей свои прекрасные глаза – синие, окаймленные длинными черными ресницами. От этого взгляда у Лорелей перехватило дыхание, было невозможно отвести глаз. Он словно гипнотизировал ее и медленно поглощал. Собравшись с силами, Лорелей вернулась с небес на землю. Гость засунул очки в задний карман и скрестил руки на груди.

– Можете сказать что-нибудь в свое оправдание?

Его голос звенел от едва сдерживаемой ярости, Лорелей занервничала. Нельзя было винить незнакомца: он ожидал увидеть виновника, на которого можно было обрушить гнев.

– Вы что, пьяны?

Лорелей так старалась выглядеть естественно, что этот вопрос едва достиг ее сознания.

– Простите, что?

Но мужчина снова обратил внимание на машину, утопавшую в розовых кустах. Джорджио пробормотал что-то на итальянском, незнакомец резко ответил ему. Видимо, оба делились возмущением по поводу плачевного состояния автомобиля. Освободившись от прицела ярко-синих глаз, Лорелей почувствовала себя более раскованно и нахмурилась.

«В самом деле, что происходит?» – подумала она.

Редкий мужчина мог устоять перед ее чарами. Еще больше ее раздосадовало то, что ее и вовсе игнорируют. Не желая показать свой страх, Лорелей слегка выставила вперед бедро и подбоченилась:

– Можно вытащить эту колымагу из клумбы, прежде чем она окончательно загубит мои цветы?

Джорджио поднял глаза к небу:

– Пресвятая Мадонна!

Незнакомец едва сдерживался. Вся бравада Лорелей куда-то улетучилась. Уж больно по-хозяйски он вел себя здесь, словно это поместье принадлежит ему, а Джорджио – его работник. Это же не она незаконно проникла на чужую территорию.

Мужчина окинул ее угрожающим взглядом, и Лорелей поняла, что так легко эту проблему не уладить. Он не поддается ее чарам.

– Леди, я абсолютно уверен в том, что вы попали в большую беду.

Реакция последовала незамедлительно. Лорелей не могла терпеть, когда кто-то пытался говорить с ней в подобном тоне.

В ход будет пущено тайное смертельное оружие: ум и сексуальность, смешанные в правильной пропорции.

– Что вы говорите, – отчеканила она.

Глава 3

Она, наверное, только что выбралась из постели.

В какой-то момент Нэшом овладело дикое желание затащить ее обратно. Неудивительно: она была привлекательной и, кажется, умела подать себя. Пару веков назад она стала бы прекрасной куртизанкой. Женщиной, обладание которой стоило очень дорого. Мужчины бы отдавали последнее ради ее сияющих локонов, нежной кожи с медовым отливом, глубоких, проницательных глаз. Да, в то время все могло быть иначе.

Но не сегодня и не сейчас.

Едва ли ему удастся сладить с такой женщиной. Не стоило даже пытаться. Она просто дышала безумной страстью. Сейчас Нэш не мог себе позволить ничего подобного.

Нужно помнить об этом.

Она была изящно сложена, грациозна. Но от Нэша также не смогла ускользнуть некая нерешительность, почти пугливость. Он боялся пошевелиться и окончательно напугать ее.

Женщина направилась к машине, уперев руки в бедра. Нэш окончательно пал жертвой ее обаяния. Ее тело едва прикрывала прозрачная ткань легкой шелковой сорочки. Стараясь до последнего оставаться джентльменом, он с усилием перевел взгляд на ее лицо. Но незнакомку это, похоже, не волновало.

Нэш вытащил телефон и начал набирать номер:

– Насколько я могу понять, леди, вы совершили настоящее убийство. Этот автомобиль – произведение искусства, а вы разнесли его на кусочки.

На него воззрились янтарно-карие глаза, и Нэш замер: такого нежного взгляда он не ожидал.

– Ничего я не разнесла. – Ее голос был низким и сексуальным.

Руки Нэша все еще были скрещены на груди, теперь же он сжал пальцы – все его тело дрожало. Она явно старалась смягчить ситуацию.

– Машина лишь слегка поцарапана. – Она уступила. – Согласна, возможно, их и осталась тысяча…

– Восемь. В мире осталось восемь машин такой модели.

– Ах вот оно как. Значит, еще целых семь машин?

Он смотрел на нее немигающим взглядом:

– Хороший ход, куколка. Ты очень красивая, уверен, мужчины выстраиваются к тебе очередью. Меня же безрассудные женщины не интересуют.

Ее руки застыли на бедрах. Нэш подумал, что это была очередная уловка, но затем она вздернула подбородок и холодно произнесла:

– Вы же наверняка можете достать недостающие детали и починить ее?

«Починить ее?!» – едва не возопил Нэш.

Несмотря на глубокое раздражение, он почти смеялся, не понимая, шутит ли она.

– Конечно, это же проще простого!

Он явно проигрывал: было невозможно оторваться от созерцания ее тела, едва прикрытого полупрозрачной тканью. При каждом движении соблазнов становилось все больше: длинные стройные ноги, упругие бедра и грудь. Своими формами эта женщина могла затмить любой спортивный автомобиль.

– Что-то потеряли? – неожиданно раздался ее раздраженный голос, окончательно лишившись сонной истомы. Ее янтарные глаза внимательно наблюдали за ним.

– Да, – сухо ответил он, – пытался разглядеть в вас каплю сожаления.

Она скрестила руки на груди:

– Может, поищете более внимательно…

Достойный ответ для легкомысленной блондиночки. Нэш улыбнулся против воли:

– Поможете?

– Еще чего!

Светлые кудри мятежно метнулись в солнечном свете. Она приблизилась к месту преступления, к задней части автомобиля:

– В любом случае я уверена, что машину можно починить. – Обернувшись, добавила через плечо: – Не из-за чего сходить с ума.

Было ли это плодом его воспаленного сознания или она ненароком опустила взгляд значительно ниже ремня его брюк?

– Или вы что же, успели передумать? – Она сделала паузу. С этой женщиной нужно вести себя решительно. – По поводу машины?

– Нет, леди, я все так же намерен доставить вам неприятности.

Нэш заметил, как в ней поубавилось самоуверенности, но это не доставило ему столь ожидаемого удовольствия.

– В скором времени ожидайте чек.

Она посмотрела ему прямо в глаза:

– Чего еще мне ждать?

– Подробную лекцию вашего отца о том, что, катаясь на чужой машине, можно попасть в беду.

Он почти предвкушал ее ответ. Лорелей лишь оправила волосы, рассеянно улыбнулась, словно знала что-то, о чем он и не подозревал, и неспешно направилась обратно в дом. Нэш не был бы мужчиной из плоти и крови, если бы не проследил взглядом за удаляющейся фигурой. Неожиданно внимание Нэша вновь привлек невысокий итальянец.

– Машина не так повреждена, вам просто захотелось напугать ее, – ворчал он. – И держите руки при себе. Мисс Сейнт-Джеймс хорошая женщина, ей не нужны проблемы.

Нэш все никак не мог собраться с мыслями. Кто это? Ее отец?

– Знаю я вас, мужчин на ярких машинах. Вам нужна какая-нибудь распутница, с которой можно поехать веселиться в город!

«Распутница? На дворе что, пятидесятые?»

– Нет, приятель. Я просто хочу свою машину.

Нэшу хотелось покинуть это место как можно быстрее. Он услышал характерный стук каблуков по каменным плитам. Мисс Сейнт-Джеймс вновь предстала перед его глазами: длинные просторные светлые брюки, легкая блузка, открывающая плечи и большую часть спины. Соблазнительные губы подкрашен алой помадой, а глаза скрыты стеклами солнцезащитных очков. С едва заметной улыбкой на губах она направилась к автомобилю с откидным верхом, припаркованному около садовой стены. Нэш наблюдал за тем, как она усаживалась за руль. С него достаточно. Нэш должен был узнать, почему его машина находится в клумбе.

– Дорогуша, тебе некуда спешить.

На секунду отвлекшись от раскопок в собственной сумке, она окинула его оценивающим взглядом.

– Чем еще я могу быть полезна? – вежливо поинтересовалась Лорелей.

Слишком вежливо. В мире гонок, где Нэшу пришлось пробивать себе путь, оттесняя соперников, он мог прекрасно донести свою точку зрения. Но сейчас он был в тупике, сраженный ее улыбкой.

– Прежде чем вы уедите, – он растягивал каждое слово, – позвольте дать небольшой совет.

– Совет?

– Да, свяжитесь со своим адвокатом.

Улыбка на ее лице окончательно погасла.

– Пусть мне и нравится, что по утрам меня криками будит красивый мужчина… – Она окинула Нэша высокомерным взглядом. – Тем не менее у меня назначена важная встреча. Если машина так страшно повреждена, вышлите мне счет, это не сложно.

Она застегнула молнию на сумке и пробормотала какое-то ругательство. Нэш вновь подумал о том, что эта женщина далеко не глупа, но у нее совершенно отсутствует чувство самосохранения. Неужели она считает, что он не сможет вытащить ее из машины, применив силу, и сделать что придет на ум? Наверное, она слишком сильно полагается на статус женской неприкосновенности.

Перегнувшись, Нэш выхватил ключи из ее руки.

– Что ты делаешь! – выкрикнула она, невольно переходя на «ты».

Нэш с удовольствием заметил, как она вжалась в сиденье.

– Принцесса, мир не живет по твоему расписанию.

Выражение ее лица было скрыто тенью, но жилка у основания длинной шеи учащенно пульсировала. Нэш вспомнил слова пожилого итальянца, и мысль о том, что она могла испугать по-настоящему, отрезвила его. Нэш уронил ключи ей на колени.

– Мне бы хотелось знать, куколка, как моя машина оказалась в клумбе?

Не слушая, она завела мотор. Нэш нахмурился, ему очень хотелось объяснить, какие последствия будет иметь такая неосторожность, но не имел привычки запугивать женщин. Она даже не смотрела в его сторону.

– Видимо, я забыла нажать на тормоз. – Она скрылась в облаке пыли, взметнувшемся из-под колес.

«О чем я думала?»

Сердце Лорелей вот-вот вырвется из груди. Нужно как можно быстрее скрыться от этого мужчины. Ей следовало вести себя разумно. Мудрая женщина на ее месте извинилась и предложила оплатить все расходы на ремонт автомобиля. Однако разумность никогда не была сильной стороной Лорелей. Она просто хотела прожить еще один спокойный день, неужели это так много? Облизнув пересохшие губы, Лорелей положила сумку на колени и стала рыться одной рукой в поисках помады.

«Просто не буду думать об этом», – решила она, подкрашивая губы.

Лорелей посмотрелась в зеркало – помада лежала неровно. Резко нажав на тормоз, она уронила тюбик на колени, сорвала очки, чтобы поскорее привести себя в порядок.

Глубоко вдохнув, она собралась с мыслями и сосредоточилась на дороге, стремясь забыть все произошедшее. Да, начало дня не было блестящим, но, с другой стороны, не произошло ничего ужасного. И, в конце концов, ей удалось немного повеселиться. Конечно, машину было жаль, но Лорелей не хотела причинить вред. Все не так страшно. На корпусе лишь несколько царапин.

Сердце вновь быстро застучало в груди. Не думать ни о чем. Лорелей выжала педаль акселератора до отказа. Возможно, сегодня она ехала быстрее обычного. Но и сама жизнь, которую она вела, призывала к более решительным действиям. События прошлой ночи не были случайностью.

Она выпила слишком много. Слишком много флиртовала с мужчинами, которые гроша ломаного не стоят, и совершенно забыла о своих украшениях, взятых напрокат для вечеринки в стиле двадцатых годов. И когда ей сказали, что нетрезвая молодежь пыталась забраться внутрь, она решила сама отогнать машину, припарковала ее на частной парковке. Она даже не вспомнила про тормоза.

Даже не вспомнила о них…

Зачем она выставила себя в плохом свете перед этим красавцем? Почему не извинилась и не сделала все возможное, чтобы исправить ситуацию? Неужели это был немой крик о помощи? Она хотела таким образом привлечь чье-то внимание? Вернувшись в реальность, Лорелей наконец-то убрала ногу с педали акселератора.

Ей действительно нужна помощь?

Эта мысль, появившаяся из ниоткуда, быстро рассеялась. Едва ли она обратится к кому-нибудь из друзей. Она даже не могла набраться храбрости и позвонить им.

Лорелей больше не хотела оставаться одна, поэтому и прожигала жизнь на этих вечеринках. Лорелей ненавидела одиночество. Лишь в толпе можно затеряться и укрыться. В зеркале заднего вида мелькнул красный огонек. Она нажала педаль акселератора, но ничего не произошло. Такое случалось и раньше, но сейчас она занервничала, затормозила, и машина застыла на обочине. Мимо пролетел спортивный автомобиль, оставив после себя облако дыма.

«Пожалуй, мне не в чем его обвинить», – решила Лорелей.

Теперь следовало нажать газ, выждать время и неторопливо двигаться в сторону города, на встречу. Машина пошаливала всю последнюю неделю, и это явно был не последний раз, когда Лорелей застревает посреди дороги. Облокотившись на локоть, она удобнее устроила голову и позволила теплым солнечным лучам устранить последние следы утреннего беспокойства.

Нэш проследил за тем, как машина стала тормозить. В облаке пыли были видны красные фары. Он стремительно пронесся мимо. У него не было времени на все эти игры. Разбитая машина в розовой клумбе, возмутительный водевиль в саду и… это необъяснимое желание притянуть ее к себе… Не успев проехать и пары сотен метров, Нэш уже повернул обратно. Припарковавшись, он заглушил мотор. Сняв очки, приблизился в машине. Она все еще не двигалась с места.

«Чего она ждет? Что здесь вдруг появится супергерой и спасет ее?»

Голова женщины была откинута, солнце бродило по ее лицу, глаза, как и раньше, были скрыты очками. Сейчас она больше всего походила на юную девушку. На плечах виднелась россыпь веснушек. Такой она нравилась ему еще больше. Гравий хрустел под ногами Нэша, но она не шелохнулась.

– Что-то случилось с машиной?

Она сняла очки:

– Мне просто захотелось отдохнуть посреди дороги.

Они не сводили друг с друга напряженного взгляда.

– Похоже на то, что тебе нужно несколько уроков вождения.

– Неужели… – Улыбка расползлась по ее губам. – Учить будешь ты?

– Для начала выйди из машины.

Она принялась неторопливо освобождаться от ремня безопасности. Все ее движения были медленными и решительными. Распахнув дверь, женщина, чуть помедлив, вышла.

– Доброе утро, офицер, чем могу вам помочь? – Улыбаясь, она облокотилась о крыло автомобиля. Ее запах взволновал Нэша – сладкий женский аромат цветов и меда.

«Она – дорогое удовольствие, – вмешался внутренний голос. – Гораздо дороже того, что ты можешь себе позволить». Все на этом побережье дышало недоступной роскошью. Нэш сложил руки на груди:

– Так что произошло?

Она небрежно пожала плечами:

– Что-то не так с двигателем. Я жму на педаль акселератора, но тщетно. Она не шелохнулась.

Кивнув, Нэш направился к капоту машины. Незаметно для самой себя, Лорелей послушно последовала за ним. Нэш без видимого труда поднял капот и склонился над мотором. Ее взгляд бродил по замысловатой татуировке в виде дракона, взбегавшей вверх по его предплечью, терявшейся где-то под плотной тканью футболки. Когда Нэш нагнулся, футболка натянулась на широких плечах, привлекая внимание к мощному торсу. Прикусив нижнюю губу, Лорелей внимательно изучала его стройную фигуру. Его темные волосы казались густыми, слегка вьющимися, хотелось запустить в них пальцы… Интересно, как бы он на это отреагировал?

– Мое глубокое почтение тому, кто ухаживает за этой машиной.

Лорелей с тоской подумала, что Нэш никогда больше не взглянет на нее. Она издала глубокий печальный вздох. Последние мосты между ними были сожжены.

– Могу предположить, что это подарок. – Он окинул ее оценивающим взглядом. – Наверняка от того, кто разбирается в двигателях.

Осознав, что откровенно пялится на него, Лорелей прочистила горло:

– Я сама купила ее на аукционе.

Нэш не поверил. Ее руки, до этого мирно покоившиеся на бедрах, задрожали.

– Нужно, чтобы специалист проверил двигатель. – Его взгляд был спокоен. – Общее состояние хорошее. У тебя, видимо, есть толковый механик.

Она собралась с мыслями:

– О да. Да, я позвоню ему.

– Все остальное в порядке.

Нэш аккуратно опустил капот, проверил замок. Все его движения были размеренными и уверенными. Наблюдая за ним, Лорелей почувствовала необычное спокойствие. Нэш относился к ее машине с уважением. Она почувствовала легкий укол совести.

– Что будет с тем автомобилем? – осторожно поинтересовалась она.

– Я думаю, ее владелец свяжется с вами.

Ее плечи опустились.

– Хотите, вместе поедем обратно? – предложил Нэш.

Нет. Ни в коем случае. Она не вернется. Лорелей сядет в машину и будет ехать вперед недели, месяцы. Но этот мужчина… вспомнит ли он о ней? Возможно, лишь в контексте машины, в которую влюбился с первого взгляда.

– Нет. Мне достаточно того, что ты просто остановился. – Она оправила рукой кудри, упавшие ей на лицо. – Многие не сделали бы и этого. Большое спасибо.

Нэш колебался. Еще никогда он не видел ее лицо таким спокойным, почти подавленным. При ярком свете дня он мог рассмотреть женщину лучше. Она оказалась вовсе не такой юной, как он подумал при первой встрече. Более зрелая и роскошно сложенная.

– Хорошо. Присматривайте за этой красавицей как можно лучше.

Почти ласково Нэш провел рукой вдоль корпуса автомобиля. Ему все еще не хотелось садиться в свой автомобиль и уезжать. Быть может, немного потерянное выражение ее лица выбило его из колеи.

Он все же вернулся к себе и подождал, пока она отъедет. Женщина помахала ему и тронулась с места. Нэш ждал, когда его накроет волной облегчения от того, что он избавился от этой дикарки, но ничего не происходило. Он завел мотор. Лорелей наблюдала за ним, пока спортивная машина окончательно не скрылась из виду, затем, развернувшись, устремилась в город, следом за ним.

Глава 4

Девушка за стойкой администратора лучезарно улыбнулась:

– Доброе утро, Лорелей. Ты так рано сегодня!

– На самом деле я уже опаздываю. У меня назначена встреча в полдень. Будь душкой, позвони на арену и сообщи им, что я уже в пути.

В раздевалке Лорелей подводила итог сегодняшнего утра. Разбитая дорогостоящая спортивная машина. Знакомство с мужчиной. Раньше «знакомство с мужчиной» предвещало свидание. Лорелей вздохнула: шансы встретить прекрасного незнакомца еще раз были равны нулю.

Она отправила сообщение подруге и бросила телефон в сумку. В последнее время ее личную жизнь нельзя было назвать разнообразной. На данном этапе первый попавшийся любовник может стать очередным пройдохой, от которого придется прятать ценные вещи.

Лорелей натянула белую рубашку, бриджи для верховой езды и сапоги. Надев жилет, полюбовалась собой в зеркале. На нее накатила волна облегчения. Наконец-то она оказалась в знакомом мире, правила которого были ей понятны. Она обожала выездку и конкур – здесь была своя структура, вносившая некую иллюзию порядка в ее собственную жизнь. Лорелей печально улыбнулась, застегивая жилет для верховой езды – после событий, связанных с ее отцом, она сильно похудела.

Лорелей ждала ученика в центре арены. Когда-то обучать людей конному спорту было ее мечтой, и со временем это стало ее работой. Теперь она тренировала будущих наездников на профессиональной основе. Лорелей получала не очень много, но эту работу она не променяла бы ни на что. После несчастного случая все врачи в один голос твердили, что она больше никогда не сядет в седло. Два года, потраченные на восстановление, научили ее упорству и терпению. Благодаря им Лорелей стала прекрасным тренером.

Пару лет назад она рассчитывала стать владелицей собственный конюшен, даже выбрала земельный участок неподалеку от Ниццы, но судьба распорядилась иначе. Сейчас Лорелей занималась тренерской деятельностью и содержала двух лошадей в конюшне неподалеку.

Она вернулась из царства своих мыслей, чтобы рассмотреть прекрасного гнедого жеребца. В седле сидела длинноногая девочка, с которой Лорелей работала уже более месяца. Она наблюдала за тем, как лошадь рысцой сделала круг по арене, и затем наездница, видимо, решила повернуть. Лорелей заметила, что ученица тянет вожжи, вместо того чтобы направлять лошадь ногой. Она сделала соответствующие заметки в блокноте.

В этой конюшне находились лучшие лошади, на которых обычно тренировались лучшие наездники, но по пятницам эти великолепные животные отдавались на растерзание и неопытным ученикам. Такой и была сегодняшняя ученица – Джина. Девочка едва справлялась с самыми простыми элементами выездки. Однако она не была безнадежной, Лорелей считала, что со временем… Следующие три часа она делала заметки в своем блокноте, а потом присоединилась к Джине. Лошадь заняла обычное место на арене, дожидаясь их.

Лорелей занималась с Джиной по рекомендации своего знакомого тренера. Работа радовала, занимала ее и отвлекала от мыслей о финансовых проблемах. Позже пришлось уделить время беседе с матерью Джины.

Вскоре Лорелей обнаружила, что опаздывает на встречу.

Усевшись за руль, она проверила свой мобильный телефон. Слишком много пропущенных звонков: адвокат, куча неизвестных номеров, агент по недвижимости, с чьей помощью она сдавала в аренду виллу. Они думали, что прибыль сможет покрыть ремонт дома и содержание прилегающих земель.

Лорелей подумает об этом завтра. Неожиданно в голове всплыла фраза, брошенная тем мужчиной. Да, мир действительно не живет по ее расписанию. Она набрала номер подруги.

– Что, авария? Мой бог, Лорелей, с тобой все в порядке?! – кричала в трубку Симона.

– Нет же, не авария… – Лорелей замялась, зная о том, как неумело врет. – Я просто одолжила машину для тематической вечеринки, мне пришлось ее перепаковать в середине вечера, возможно, я забыла поставить ее на ручной тормоз.

Симона подозрительно молчала, но затем Лорелей услышала ее смех.

– Дорогуша, я тебя люблю, но теперь ты на пушечный выстрел не подойдешь к моей машине.

– В таком случае тебе и тому парню стоит организовать клуб по интересам. Он был в ужасе.

– Моя бедная девочка, он напугал тебя? Уверена, тебе удалось очаровать его.

– Он был в легкой ярости из-за машины…

– Могу представить.

– Едва ли я ему понравилась.

– Лорелей, ты всегда всем нравишься, – фыркнула подруга. – Не будь это так, разве фонду удалось бы получать такие крупные вливания после этих благотворительных балов и прочего?

Она повела плечами, испытав легкое отвращение.

– Да, тот, видимо, был редким исключением. Совершенно другим… Самостоятельным, мужественным. Знаешь, он ведь помог мне с машиной…

– И?..

– Думаю, он мне понравился.

Некоторое время обе молчали. Затем Лорелей не сдержалась:

– Звучит глупо, да?

– У него хотя бы есть работа?…

– О, ради бога…

– Последний тип, укравший твое сердце, оказался редкостным пройдохой без гроша за душой.

– Руперт был художником.

– Ах вот как он это называл. Да, я знаю, как ты падка на таких типов. В любом случае, мне никогда не понять, почему ты не встречаешься с теми толстосумами, попивающими коктейли на благотворительных вечерах твоей бабушки.

Сердце Лорелей болезненно сжалось в груди. Да, ее всегда тянуло к богемным мужчинам – художникам, музыкантам или поэтам, которые нуждались в поддержке. Эта поддержка часто принимала форму ее банковского счета. Едва ли это можно было логически объяснить. Ведь по природе своей деятельности Лорелей часто присутствовала на разных светских мероприятиях, и там всегда было много властных и действительно состоятельных мужчин. Однако она никогда не встречалась с ними. Лорелей была избирательна в своих контактах.

– Ты знаешь его имя и номер телефона? – спросила Симона.

– Нет. Кстати, еду сейчас в отель на встречу.

– Скажи мне, что это будет первоклассные спа-процедуры!

– Если бы, но нет. Сегодня я – представитель фонда.

– Благотворительность?

– Да, очередное мероприятие, ралли для детей, больных раком. Мы одолжили наш винтажный спортивный автомобиль. Будет еще какой-то гонщик, у него есть свой личный трек где-то за городом, он согласился его предоставить.

– Что за гонщик, как его зовут?

– Эм… нужно вспомнить… – Лорелей порылась в глянцевой папке. – Нэш Блу. Как будто знакомое имя…

Подруга безмолвствовала.

– Симона?

– Я тут. Просто пытаюсь переварить информацию. Девочка моя, как ты можешь жить в Монако и совершенно ничегошеньки не знать о Гран-при?

Лорелей намотала прядь волос на палец:

– Симона, ты же знаешь, я не интересуюсь спортом.

– Лучше бы тебе об этом помалкивать, когда встретишься с этим человеком лицом к лицу. Ты, естественно, не подготовилась?

– У меня совершенно не было времени. Проблемы сыплются как снег на голову.

– Предположим. Ты же знаешь, что Нэш Блу – легенда мировых гонок?

– Неужели?

Лорелей рассеянно положила папку на сиденье рядом.

– Он – звезда! Он побил все виды мировых рекордов в гонках, а затем на пике своей карьеры пару лет назад официально заявил, что решил оставить трек. Сейчас слушай меня особенно внимательно! Он зарабатывал примерно пятьдесят миллионов долларов в год. Он был одним из самых высокооплачиваемых гонщиков за всю историю.

Лорелей рассеянно внимала словам подруги.

– Теперь же мы знаем, что он оставил гонки ради того, чтобы работать над дизайном суперкаров. Он своего рода гений и к тому же прекрасен. Один из самых привлекательных мужчин, которых я видела в своей жизни. Даже немного завидую тебе…

– Уверена, у меня получится насолить ему. В этом я собаку съела.

– Он редко дает интервью. Не лучший собеседник, скажем так.

Лорелей и вовсе расстроилась. Неужели придется вытягивать из этого Нэша каждое слово клещами?

– И, кстати, будь начеку. У него скандальная репутация по части женщин, – предупредила Симона.

– О, пожалуйста, как такое вообще возможно, если он предпочитает не раскрывать рта лишний раз.

– Думаю, тут дело не в разговорах…

Лорелей картинно закатила глаза:

– Поверь, я в безопасности. Ты забываешь, кто мой отец. У меня не осталось иллюзий на этот счет.

– Дорогая, не все мужчины мошенники.

– Конечно. Но таких мужчин, как твой муж, больше не осталось.

Лорелей сказала это от души. В счастливом браке ее подруги она находила утешение, наблюдая за их семейной жизнью. Однако Лорелей никогда не могла представить что-то подобное для себя.

– Просто запомни: Нэш Блу всегда был охоч до женщин. Едва ли он изменился.

– Да-да, конечно, я запомню.

– Это, наверное, так здорово – посещать все эти вечеринки, встречаться с новыми людьми… – протянула Симона тоскливо.

– Да, наверное…

Лорелей захотелось рассказать подруге о своих проблемах, о пропущенных вызовах и непрочитанных сообщениях, скопившихся в ее телефоне и электронной почте, но не могла. Было стыдно, что она довела все до такого состояния.

Вилла была бездонной ямой, куда утекали все ее сбережения, а мероприятия, которые проводились в рамках фонда, лишь отвлекали от работы. Оставшиеся деньги ушли на оплату судебных издержек и кредиторов отца. За два последних года Лорелей лишилась слишком многого: бабушку забрала болезнь, потом исчезла вера в родного отца. Теперь у нее остался только дом – место, где она родилась и выросла.

– Хорошо, дорогуша. Хочу знать обо всем, что с тобой происходит! – воскликнула Симона.

– Конечно. Люблю тебя.

Все еще размышляя над телефонными звонками, Лорелей развернула машину и стала искать место парковки. Она опаздывала на встречу. Солнце ярко сияло. Да, завтра она разберется со всей почтой и даже навестит своего адвоката.

Ее взгляд остановился на уже знакомом красном спортивном автомобиле, стоявшем у входа в отель. Сердце ее принялось учащенно стучать в груди. Позади раздавались громкие гудки. Припарковавшись, Лорелей потянулась за папкой, лежащей на соседнем сиденье. Прекрасно. Теперь ей нужно лишь встретиться с этим человеком, передать папку, а затем найти того водителя, извиниться и уповать на силу собственного обаяния. Лорелей торопливо провела помадой по губам, распустила волосы и вышла из машины.

Нэш опаздывал, но не особенно придавал этому значения. Это было одним из достоинств славы – мир может подождать. Имелась и другая сторона – ему выпал шанс помогать другим, и предстоящее благотворительное мероприятие для детей возглавляло список нужных дел. Нэш окинул взглядом бар: обстановка были приятной, свет приглушен. Джон Калин разговаривал по телефону, ожидая Нэша возле барной стойки. Перед ним стоял стакан виски. Каллин был прекрасным специалистом и стоил каждого цента своего внушительного гонорара. Он положил трубку, как только увидел Нэша:

– От журналистки ни слуху ни духу. Я попробую связаться с фондом…

– Просто передай всю информацию парню на треке, скажи мне точное время, и я буду там, чтобы порадовать детишек.

Нэш повернулся, собираясь покинуть бар, и тут увидел ее. Она негромко спрашивала что-то у метрдотеля. Волосы были откинуты назад, открывая взору соблазнительную белизну длинной шеи и изгибы плеч.

Видимо, здесь у женщины было назначено очередное свидание. При этой мысли все его тело невольно напряглось, а глаза стали высматривать счастливчика. Однако никто не двинулся в ее сторону, не поднял руку в приветствии и не поднялся с места. В Нэше проснулся дух соревнования, который, казалось, давно канул в Лету.

Женщина тем временем подняла голову, убрав непослушный локон со лба. Их взгляды встретились. Даже издали было видно, как ее губы сжались. Казалось, она не была рада снова встретить его. Раздражение возникло само собой. Надо просто уйти и забыть о ней. Однако в тот момент Нэш понял, что никуда не уйдет.

От него невозможно было отвести глаз. Белая рубашка, облегающая мощный торс и широкие плечи, темные брюки. Он излучал уверенность и спокойствие. Лорелей сняла очки, стремясь поймать его взгляд. По телу прокатилась волна трепета. Здесь и сейчас он был самым могущественным мужчиной. И самым привлекательным. Как только она могла принять его за механика.

Нэш посмотрел на нее, и все ее тело словно свело судорогой. Теперь пути назад не было – Лорелей заметили. В его взгляде сквозило еле заметное удивление, смешанное с раздражением, Нэш нахмурился. Как ни удивительно, но это прибавило ей сил. Лорелей выпрямилась. Она не собирается выдавать истинных чувств – пусть он видит, как она недовольна. Мужчины смотрели ей вслед, когда она шла вперед.

– Я так понимаю, это вы мистер Блу. – Она деловито протянула руку, даже не улыбнувшись.

Нэш также воздержался от проявлений радости, но вежливо принял ее прохладную ладонь. Лорелей приказала себе успокоится: да, они немного повздорили утром, но Нэш был настоящим профессионалом, высокооплачиваемым специалистом и согласился посвятить ей немного своего времени… От его легкого прикосновения ноги Лорелей стали ватными. Даже показалось, что он чуть дольше нужного задержал ее руку в своей. Лорелей почувствовала, как ее лицо заливает румянец. В глазах Нэша застыла тень удивления. Она словно наяву слышала голос бабушки: «Человека определяют две вещи: безупречные манеры и нежные руки». Да, это, конечно, старомодно, глупо и вовсе неправда, но…

Между ними неожиданно встал другой мужчина.

– Мисс Сейнт-Джеймс, у вас назначена встреча со мной.

Лорелей едва не отпрянула, но вовремя спохватилась.

– Лорелей Сент-Джеймс, – прохладно представилась она. – Вы, конечно, мистер Каллен, тот самый очаровательный человек, который довел до слез нашего секретаря.

Мужчина, кажется, обиделся и хотел возразить, но в их разговор вмешался Нэш:

– Да, так иногда происходит, мисс Сейнт-Джеймс. Джон весьма усерден в исполнении своих обязанностей и иногда просто не может остановиться. Вы принесли бумаги?

Под внимательным взглядом голубых глаз Лорелей почувствовала, как ее голова пошла кругом. Некоторое время она не могла взять в толк, о чем речь, но, собравшись с мыслями, достала из сумки папку. Нэш сразу же передал документы Каллену, метавшему сердитые взгляды.

– Теперь ты можешь идти, Джон. Все остальное я улажу сам.

Лорелей старалась не выдать испуга.

– Не думаете, что это нужно обсудить? – Она тоскливо посмотрела вслед удаляющемуся агенту.

Президент фонда был краток: ее первоочередной задачей было встретиться и подробно обсудить расписание с менеджером мистера Блу.

– Нет, – коротко бросил Нэш.

«Понятно». Как и любой другой женщине, Лорелей нравились решительные мужчины. Тем не менее Каллен унес с собой единственную причину, по которой она могла быть здесь вместе с Нэшем. Сейчас она чувствовала себя еще более беспомощной.

Она первая нарушила молчание:

– Мистер Блу, почему вы утром не представились?

Ответ был очевиден.

– Иногда в этом нет необходимости. – Его глаза с интересом пробежались по ее лицу. – Меня зовут Нэш.

Лорелей с досадой подумала о том, как ранее ясно дала понять, что он был ей интересен. Она не рассчитывала встретить его снова. Сейчас смысл слов Нэша показался ей, как никогда, ясным.

Его очередная фраза вывела ее из ступора:

– Мисс Сент-Джеймс, скажите, вы сегодня ели?

Неожиданно они оказались очень близко друг к другу. Настолько, что у Лорелей едва ли получалось ясно мыслить.

– Хотите покормить меня, мистер Блу?

В его глазах мелькнул огонек неподдельного удивления.

– Вроде того. Что ты предпочитаешь? – уточнил он, вновь переходя на «ты».

Не дождавшись ответа, Нэш заказал бармену коктейль с шампанским и приобнял Лорелей за талию. Его прикосновение породило волны трепета. Тем временем они с Нэшем направлялись к выходу из бара.

– Куда мы идем?

Он лишь улыбнулся:

– Зачем же портить сюрприз?

Для столь краткого знакомства его рука уж слишком по-хозяйски расположилась на ее спине, Лорелей нервничала. Видимо, Нэш легко брал на себя ответственность за других. Куда это могло их завести?

Лорелей искоса взглянула на него. Нэш не улыбался, люди с интересом рассматривали их, но Нэш, казалось, не замечал этого. Лорелей вспомнила слова Симоны о том, что он был настоящей звезды гонок. Она сопровождала знаменитость. Впервые в жизни Лорелей не была центром всеобщего внимания.

Тем временем они достигли ресторанного дворика. Сюда сложно было попасть без связей. Она сама пыталась раз или два. Нэш усадил Лорелей за лучший столик с видом на море. Принесли коктейль.

– Спасибо, – невнятно пробормотала Лорелей.

Нэш углубился в винную карту, пока официант суетился вокруг них. Нэш заказал французское игристое. Как он мог знать? Лорелей посмеялась над собственной глупостью.

Их глаза снова встретились, и мир словно замер. Теперь Нэш смотрел на Лорелей совершенно по-другому. Не тем колючим взглядом, каким следил за ней утром. Нэш смотрел на нее так, словно она действительно стоит его времени. Она испытала поистине женское удовлетворение, прежде чем вспомнила, что стоит внимания любого мужчины. Однако Нэш был другим, особенным, и всячески стремился это показать.

Тут Лорелей вспомнила предупреждение подруги. Нэш был игроком.

– Мистер Блу, вы изначально планировали ланч в обществе представителя фонда? – поинтересовалась она, радуясь тому, что ее голос звучал уверенно.

– Нэш, – расслабленно произнес он. – И нет, Лори, я не включал это в обязательную программу.

– Меня зовут Лорелей. – Она не подняла глаз от меню. – Мне бы не хотелось отнимать у тебя драгоценное время.

Краем глаза она заметила, как Нэш запустил руку в карман куртки и вытащил мобильный.

– Прошу прощения.

Лорелей наблюдала за тем, как он набирает чей-то номер.

– Люк, сегодня меня не будет. – Теперь его голос звучал резко, почти грубо. – Пусть направят контракты на мой адрес, завтра я со всем разберусь.

Лорелей отложила меню. Принесли вино, Нэш наполнил их бокалы, они чокнулись. Он все так же был мрачен, но его глаза пленяли.

– Теперь я полностью к твоим услугам, – произнес Нэш.

Глава 5

Нэш от души наслаждался тем, что еще пару часов назад казалось ему безумством. Разбитый автомобиль и утренняя ссора давно забылись. Ему было приятно находиться рядом с этой женщиной.

По пути к их столику Нэш второй раз за день наслаждался изящным изгибом спины Лорелей, дугой бедер и их мерному покачиванию. Эта женщина обладала врожденной старомодной грацией. Лорелей интриговала его. Нэшу не удалось вытеснить из головы мысли о ней. Он получал все, что хотел, но сейчас их встреча случилась очень не вовремя.

Осталась лишь неделя до возвращения в мир гонок, и это произведет в средствах массовой информации эффект взорвавшейся бомбы. Все, что касается Нэша, будет привлекать внимание общественности: места, которые он будет посещать, вечеринки и женщины. Едва ли в эту схему впишется какая-нибудь взбалмошная блондинка, которая не постесняется разыгрывать сцену на публике. Он планировал переждать этот пик популярности, быть тише воды ниже травы, потерпеть, пока внимание журналистов переключит на себя очередной спортсмен. Женщина, которая будет рядом с ним, должна быть незаметной, желательно без собственного фан-клуба. Именно по этой причине Нэш так много раз сходился и расходился с одной знаменитой британской актрисой. Окончательно они расстались год назад. Было невозможно расслабиться и просто жить под гнетом прессы и мерзких газетенок, строчивших абсурдные статейки.

Лорелей была именно тем вариантом, который могла выбрать команда специалистов по связям с общественностью. Спокойная, уточенная. Он не оставит ей выбора, действия казались ему гораздо продуктивнее слов. Взгляд Нэша то и дело задерживался на ее неприкрытых плечах.

– Весь мой? – Лорелей повторила его собственные слова. – Нэш, тебе бы следовало быть более осторожным в своих обещаниях.

Впервые она так к нему обратилась. Услышав звук собственного имени, произнесенного с легким акцентом, Нэш затрепетал от едва сдерживаемого возбуждения.

Она не сводила с него глаз:

– Ты планируешь длительный ланч?

Нэш удивленно приподнял бровь:

– Разве это не одна из твоих функций?

– Прошу прощения?

– Связи с общественностью.

Лорелей выглядела искренне удивленной:

– Нет, я не имею ничего общего со связями с общественностью.

Откинувшись, Нэш любовался ею, наслаждаясь игрой. Неплохая награда за те два часа, которые он провел, улаживая вопросы с контрактами. Было гораздо приятнее смотреть на Лорелей, чем на параграфы заковыристых формулировок.

– Так как же это называется в таком случае?

– Одолжением.

Он выглядел удивленным.

– Я одна из председателей в комиссии фонда. И дело в том, что сотрудница, отвечающая за связи с общественностью, подвернула лодыжку.

Это все еще вписывалось в его систему об идеальной партнерше. Нэш задумчиво изучал лицо Лорелей с высокими скулами, силясь разглядеть что-то еще, помимо ее неопровержимой привлекательности.

– Этот фонд весьма влиятелен, – наконец произнес он. – Как тебе это удалось?

– Моя бабушка была одной из его основателей. Я унаследовала ее место в комиссии.

Другими словами она из состоятельной семьи. Лорелей не шевельнула ни одним из своих прекрасных пальчиков, чтобы заслужить эту должность. Нэш незаметно глянул на ее руки, кольца на пальце он не обнаружил, ровно как и свежего маникюра.

Место в комиссии? Для нее все было уже подготовлено. Может, в ней не было ничего, кроме красивых глаз, умопомрачительной улыбки и сексуального акцента. Нэш выпрямился:

– У тебя много дел, связанных с благотворительностью?

– Я выполняю свою часть. Если на меня наложены некие обязательства, я не могу или пренебрегать.

– Согласен.

– Да, и то, что произошло утром…

Нэш покачал головой:

– Мне кажется, мы все уже уладили, не так ли?

Лорелей сделала глоток из своего бокала, недоумевая, когда это произошло. Хотя она была благодарна Нэшу за то, что ей не пришлось извиняться или объясняться, потому что невозможно было объяснить всего. Ей не хотелось в очередной раз смотреть на то, как ее жизнь выходит из-под контроля.

– Я навела о тебе некоторые справки… – начала Лорелей.

Нэш даже не изменился в лице.

– У тебя интересная репутация, – продолжала она.

Его голубые глаза мерцали.

– Репутация человека, который любит соревнования.

Пальцы его левой руки выдали задорную дробь по скатерти.

– Просто я не люблю проигрывать, – произнес Нэш.

– С тобой, наверное, нелегко живется.

– Никогда не узнаешь, пока не поживешь. – Он почти улыбался.

– Видимо, об этом не понаслышке знает твоя девушка или жена.

– Сейчас в моей жизни нет женщины.

Лорелей не собиралась верить такой наглой лжи – только посмотрите на него!

– Неужели? Ходят слухи, что ты весьма занят по этой части.

– Откуда такая информация, хотел бы я знать?

Лорелей принялась старательно полировать пальцами ножку своего бокала. Заметив, что Нэш следил за ее движениями, и дабы не создать ложного впечатления, она оставила бокал в покое.

Она достаточно выпила вчера.

– Ну а ты? Как живется с тобой? – спросил Нэш.

– Со мной? Я просто тихая кошечка.

– Так тебя называет муж?

– Я не замужем.

От Лорелей не укрылся огонек удовлетворения, мелькнувший в глубине синих глаз Нэша. На этот раз она пригубила свой бокал. Она всегда старалась держаться подальше от мужчин вроде него.

«Не важно, что он говорит, он наверняка встречается с кем-нибудь. Может, не сегодня, но это дело времени. Толпы женщин собираются у него под окнами».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.