Иннокентий Белов
Маг 12

Название: Маг 12

Автор(-ы): Иннокентий Белов

Глава 1

Крос вернулся уже под утро, я впустил его, весь еще спросонья, он сразу же улегся спать в комнате моей подруги.

За завтраком я попросил Клою накормить его, когда проснется, и отправить к нам в мастерскую.

Трон с интересом послушал наш разговор и принялся по дороге на работу выспрашивать, что такое случилось. Скрывать мне оказалось нечего, поэтому я рассказал соседу, как все произошло, умолчав, конечно, что я использовал магию.

И про наемника, хорошо одаренного в этом плане, тоже не стал говорить, ибо сам не должен в таких вещах разбираться вообще.

Только предупредил, чтобы разговор остался между нами, впрочем, Трон хорош тем, что умеет держать секреты при себе, обсуждая только общеизвестные истории.

– Что, так сразу и подошли к нему, только потому, что его из Гильдии выставили? – это он про Кроса и наемников недоумевает.

«Да, явно слабое место в моем рассказе, ведь про поездку Кроса в Талак и что он там представился желающим стать наемником, никто не знает. Придется обратить на такое обстоятельство внимание, еще у приятеля уточнить, что в Страже спросили», – понимаю я.

Время уже подходило к обеду, когда приятель появился в мастерской, где мы как раз закончили первую полусотню изделий и собрались отвезти их на телеге в казармы Гвардии на, так сказать, местную военную приемку.

Теперь мы отвозим изделия большими партиями, нам так проще, меньше езды и принимают быстрее, не так старательно, если арбалетов всего десяток. Изделия мы оставляем на осмотр на пару дней, чтобы не создавать лишних проблем, приемщики не спеша исследуют каждый арбалет и объективно выносят свое решение.

Тем более, что отношения у меня с гвардейскими самые дружеские, стали еще лучше после возвращения всех разведчиков живыми и почти невредимыми из-за перевалов. Понимаю, про мое руководство группой отзывы только положительные. Да еще все наши с Гинсом откровенные рассказы о жизни в Сатуме подтвердились на все сто процентов.

Теперь я не только известный инструктор по кулачному бою, но и руководитель, умеющий сберечь ценные жизни подчиненных в сложных условиях.

Я сразу же заметил приятеля, с интересом рассматривающего наш сарай, и подошел к нему, вытирая руки тряпкой.

– Ну, как?

– Да хорошо все, – скучным голосом ответил Крос. – Только пришлось опознавать этих троих и давать на них показания. Что обещали, что хотели и тому подобное. Ох, и ругался на меня один из них страшными словами, пока ему дознатчик по зубам не съездил. С него первого и начали допрашивать сурово, шкуру подпалили, через час все подтвердил и еще добавил от себя, когда спина подгорела, – невесело усмехнулся приятель.

– Давай, рассказывай с самого начала, как второй раз к Брону пришел, – подталкиваю его я.

– А, да все сразу же и началось. Брон, как увидел перевязь на убийце, меня дежурить оставил рядом, сразу же помчался в Караулку, а там уже всех стражников подняли. Решили, если этот не вернется, то остальные разбегутся и попрячутся, поэтому начали хватать сразу же ночью, еще и Гвардию подключили, тех, кто на дежурстве остался, целый взвод. У Мортенса прихватили пятерых, шестой успел удрать через окно. Потом пришел и вспомнил сменщик Брона на Речных воротах, что в его дежурство прошли шестеро таких же опасных, только, где они сейчас, никто не знает. Пошли по трактирам и постоялым дворам, благо таких мест в городе не очень много, нашли еще троих. Похоже, они все тройками работают, поэтому так и живут.

– Двенадцать человек наемников? Да это целая армия по местным укладам! Сильно сопротивлялись? – удивляюсь я.

– Те, кого не взяли во сне, отбивались здорово, только ведь стреляли по ним сразу без разговоров. Начальство, как осознало, кто в город прошел и с какой целью, про Ночную Лигу услышав, ворота и стены под охрану взяли, одного сбежавшего на стене и схватили, подстрелив сначала. Ох, и орал он, когда его в Караулку притащили, видно, что долго не протянет, вот и взяли сразу в оборот, чтобы успел что-то рассказать.

– Успел? – спросил я.

– Не знаю, мне не докладывали, сам понимаешь. Но другие начали говорить, послушав крики раненого, теперь еще троих ищут, всю заброшку осматривают, и вокруг города гвардейцы на конях патрулируют. Похоже, все же не такие уж и крутые наемники, обычный сброд криминальный, напились многие в хлам, поэтому взяли их без труда в кроватях.

– Крутых наемников, похоже, как раз ищут сейчас, – заметил я и продолжил:

– Да и отлично, видишь, как вопрос решился, кого на подвал определили, кого – на смерть. Быстро и внезапно, наша с тобой заслуга.

– Да, меня уже похвалили за твоего убийцу, что, типа, я с ним в темноте справился, а с этого все началось. Предложили уже в Страже послужит! – улыбается Крос.

– А ты что? – тут я уже улыбнулся, гильдейские к стражникам относятся свысока, как к городским трутням.

Впрочем, те тоже не уступают и называют Охотников лесными дурачками, что очень понятно, стражники все же живут дома, вкусно едят, еще пиво пьют часто в изобилии. В отличии от гильдейских, которые месяцами по горам и лесам скачут на сухом пайке за мелкий прайс.

– Сказал, как ты советовал, что работаю в мастерской уже, арбалеты делаю для города.

– Правильно, дел у нас еще много впереди, очень денежных и славных, поэтому никуда не вздумай устраиваться и в Гильдию не возвращайся. Со мной за год на свое жилье накопишь. Следующим летом в поход пойдем, на всю жизнь золота и славы наберешь, так что Драгера хорошо бы к нам тоже присоединить. Только осторожно, чтобы не сразу ушел к нам в мастерскую, а уволился из Гильдии из-за другого повода. Как, есть у него такие мысли?

Ведь помню же я про такие настроения у части Охотников, уже заслуженных, но все равно почти бесправных перед лицом Альса с Турином.

На мой внезапный вопрос Крос не успел придумать что-то другое и сказал, что подобные мысли действительно у Охотника есть.

Очень уж много берут на себя Старшие Мастера, держат таких заслуженных людей, как Драгер и Конт, в черном теле, к делам и решениям вообще не допускают. Особенно теперь, когда на примере приятеля Кроса наглядно стало видно, что особой благодарности за множество выполненных заданий с риском для жизни никто не испытывает и не ценит такого уже почти ветерана. Пока можешь жилы рвать и по лесам бегать – молодец, только все бедненько так живется, как вышел из строя – проваливай, куда хочешь, и выживай сам, тоже, как хочешь.

Драгер с Контом прямо грудью ложились за своего надежного и проверенного в жизни и боях приятеля Носильщика, только Альс не обратил на их мнение никакого внимания.

Не может служить, как положено, сжав зубы и не ропща – свободен!

Теперь они наглядно видят, что можно жить гораздо лучше и спокойнее, да еще о семье пора задуматься обоим Охотникам, уже за тридцатник по возрасту, а пока ни кола, ни двора у обоих.

«Отлично, таким макаром и Драгер к нам присоединится, с ним и Кросом можно в Талак приплыть, прикроют меня там, и своя маленькая армия появится у меня из настоящих профи. Выделить еще пару тайлеров, даже все три золотых в месяц на содержание лучника для меня не проблема, на постоянное содержание такого меткого стрелка. Раз уж все остальные знакомые парни из Гвардии так за свои места держатся и на вольные хлеба переходить не собираются», – рассуждаю я.

Ну, у них небольшое пособие платят, если здоровье потеряешь в боях за город, а вот в Гильдии еще все на хозрасчете основано.

Придется, наверно, мне свой личный отряд наемников собирать, если начальство гвардейское не выделит людей по моему запросу.

Придется как-то воздействовать на начальство, чтобы отпустили под мое управление отряд человек под двадцать, чтобы провести разведку на Севере.

«Только, как такое получится устроить?» – ума не приложу.

Да если в Гвардии хотя бы заподозрят, что я точно знаю, о чем говорю, что будут славные победы над Магами, героические захваты Башен и прочее – они же ни за что не захотят, чтобы кто-то прославился без их руководства с их же подчиненными.

В чем я уверен на все сто процентов.

Можно, конечно, наемников набрать, только люди они скользкие, доверять им, в отличии от тех же слишком даже честных гвардейцев – нельзя никак. У них правильной идеи в головах нет, в первых же Башнях начнут мародерить и насильничать, придется сурово наказывать и ждать потом удара в спину.

«Нет, с таким дерьмом лучше не связываться, поберечь и славу для своих, и нервы свои», – правильно понимаю я.

Пару дней назад отдал я все доли участникам похода за перевалы. Учитель и Торк получили по сорок пять золотых по секрету, остальные гвардейцы по восемнадцать, все оказались весьма потрясены своим внезапным обогащением.

Мой авторитет вырос еще сильнее, все убеждены, что свое слово я крепко держу. И я даже не представляю теперь, что может побудить моих спутников выдать меня.

Ну, если только спалятся на слишком больших деньгах, опыта то никакого нет в трате таких сумм.

Про такую возможность я тоже всех подробно предупредил, все вроде согласились с тем, что требуется умеренно деньгами раскидываться. Посмотрим, как получится, впрочем, если приятели и заметят, что у друга, вернувшегося из-за перевалов, сильно денег прибавилось, поймут быстро, что поход оказался сильно прибыльным, тогда желающих разжиться мародеркой прибавится.

Про Торка и Учителя можно не переживать, у одного жена знает, как потратить на свое жилье всю сумму, у другого сестра тоже не ошибется с деньгами. Клея продолжает посещать своего наставника, усердно учится, уже пишет и считает по-местному даже лучше, чем разговаривает.

– Гинс, приходи с сестрой к Клое, они с Орнией подыщут вам хороший вариант с жильем. Клея потом будет с ними же работать, дома-квартиры покупать и продавать.

Учитель только покрутил головой, но спорить не стал, ему самому с такими деньгами нипочем не справиться, нечего и пытаться. И хорошо, что он все такое правильно понимает.

Живет и радуется с девчушкой из своего привычного мира, все его устраивает, как и ее, совсем не избалованную жизнью деревенскую девку. Пока снимают две комнаты на окраинной улице, Брон ушел отдельно жить, чтобы не встречаться с Клеей постоянно. Также работает на старом месте каменотесом и до сих пор почти не может говорить с местными на их языке.

«Ну, каждый сам себе выбирает жизнь, я никого заставлять не стану», – решаю я про себя.

Еще общее дорогое оружие лежит в тайнике, но с ним решили пока не торопиться, так просто появление таких экземпляров, как дорогие дворянские мечи и брони, не объяснить, поэтому оно пока там остается около трактира.

На этом Торк и Трагер настояли, как лично отвечающие за поход, с них же и спросят первыми, когда яркое, совсем не местное оружие появится у кого-то из парней, вызовет неизбежные зависть и вопросы сначала у сослуживцев, потом у начальства.

Полувоенное положение в городе и объявленная награда дали результаты через два дня, кто-то из местных жуликов, убедившись, что можно заработать и не получить при этом нож в спину от оставшихся на воле пришлых, все же сдал новых гостей, прячущихся все это время в заброшке. После короткой стычки гвардейцы одного наемника убили, двоих взяли в плен.

Так как во время допросов все попавшие в подвал наемники рассказали, кто их нанял и зачем прислал в город, власти официально объявили, что Рыжим, абсолютно всем при том, запрещено селиться, находиться и вообще появляться в Асторе и всем Черноземье во избежание, так сказать…

Поставили почти вне закона сообщество нелюдей, всем силовым структурам и добрым гражданам приказано искать и сообщать обо всем, что может оказаться связанным с кланом Рыжих.

Так что Рыжие рядом не появятся, но наемников смогут снова посылать, только более осторожно, будут прятать их в караванах купцов астрийских и пытаться сначала немного легализовать в городе. Так быстро в город не заехать теперь им, да еще обходиться они станут гораздо дороже нанимателям после поголовной беды, настигшей первую группу наемников.

«Только с монетой у Рыжих проблем нет», – такое мне тоже хорошо известно.

Нет проблемы с золотом и злой волей, целенаправленной и постоянной.

Стоит Брону через Кроса оставить серебра, чтобы со сменщиком вели учет такого народа и сообщали мне об оставшихся в городе охранниках. Они и так должны таким делом с учетом прибывших заниматься, но подогреть интерес лишним не будет.

Мы с Кросом помогли ему по службе хорошо подняться, теперь на повышение пойдет за проявленную бдительность в выявлении врагов города.

Пока данная опасность отошла на задний план, только забывать о мстительности и целеустремленности моих непримиримых врагов не стоит. С другой стороны, пока я сбываю сатумское золото, не касаясь камней, мне ничего особо не грозит.

Денег с трофеев и мастерских с кузницей на все хватает.

Главное, что строительство бани оказалось не таким уж и дорогим, обработанный камень стоит недорого, работа также вполне умеренная по стоимости, ведь заказ у меня большой, и еще мастеров самих заинтриговал. Переложить полдома по-новому, укрепить второй этаж, сложить бассейн три на пять метров глубиной в полтора метра – все подобные вещи очень заинтересовали самих строителей. Они с заметным старанием подбирают высоту бассейна, чтобы вода из быстрой речки самотеком поступала в саму купель и сливалась также самостоятельно.

Мои рассказы про пышущие жаром печки-каменки и высокую температуру в парных, где посетители будут истекать потом на полоках из правильного дерева, напоминающего нашу лиственницу, привлекают потенциальных клиентов из самих строителей. Мужики теперь даже требуют у меня скидку на посещения, обещая самостоятельно улучшать и грамотно реализовывать мои требования.

Я, естественно, обещаю особую цену строителям.

Подвод воды в бассейн уже сделан, сток из него – тоже, заканчиваем класть широкие и удобные по высоте ступени в подвал, чтобы спускаться и подниматься безопасно. Заказанные печки уже сварены, теперь тоже стоят так, чтобы закладывать дрова в парилки не изнутри, а снаружи, сами дрова на дворе выгружать придется, зато не требуется таскать лишний раз в саму парилку, чтобы не мешать отдыхающим. Вокруг них собран каркас из солидного бруса, обшитого железными листами, он зашивается дорогими досками из сосны-ели внутри и из обычной сосны снаружи. Печки мне произвел в наших кузницах Водер, что понятно, сделал по моему плану и еще немного улучшил, тоже заинтересовавшись проектом.

– Чур, я буду среди первых посетителей. Посмотрим, так ли все окажется здорово, как ты сейчас расписываешь, – с изрядным недоверием заметил привыкший к жару кузнец.

– Не переживай, окажешься среди самых первых, потом за уши не оттащить будет, начнешь работу прогуливать еще, – успокоил я его. – Я тебя сам тогда проверять стану, чтобы убыток не нести!

На что Водер только заржал, представить, чтобы он из-за чего-то работу прогуливал – кузнец не может никак.

Процесс завершения строительства в разгаре, к концу лета я рассчитываю баню полностью построить, потому что остался еще месяц до осени. Потом осьмица-две на запуск и всякие доработки, обучение лично мной персонала, устройство пивного зала наверху.

Слава богу, кухня – теперь не моя головная боль.

Хозяин «Лисы» излучает очень сдержанный оптимизм, но так как от него вложений почти не требуется, а все в пивном зале делается по-простому, то он быстро согласился попробовать. Еще большая часть подвала остается свободной, почти три четверти, вода совсем рядом течет, питьевая речная, поэтому он заинтересовался поставить там производство пива.

Пиво, кстати, из-за растущего спроса начало стремительно дорожать, с двух-трех грольшей поднялось уже до четыре-пяти в трактирах…

И ведь это еще не предел. Пенного напитка реально не хватает уже и «Лисе», поэтому хозяин озаботился своим производством, попросил отдать ему всю свободную площадь в подвале под бочки и спроектировать его поудобнее.

Сам решил заняться процессом приготовления пива, у поставщиков, кроме выросшей цены, качество бывает сильно хромает, да еще делать, как ему требуется, притом за такую же цену, они не могут и не хотят.

Поэтому сдаю ему подвал, заранее сделав в него доступ по удобным ступеням, но не только.

Подъемную платформу, уже для пары бочонков пива, пришлось перенести из-за стойки пивного зала ко входу в баню-хамам.

То есть просто хамам, потому что баня по-местному звучит почти, как женская задница, называть так свое новое детище я, конечно, не рискую.

Зато заказал пару небольших тележек у нас в мастерской, провел, можно сказать, умеренную механизацию процесса перемещения тяжелых бочонков по подвалу и наверх, после поднятия на платформе, к погрузке на подводу. Теперь сразу по шесть бочонков можно не таскать на руках из глубокого подвала, а подвозить на тележке вплотную к подводе по высокому пандусу.

Хорошо, что такие нововведения получилось устроить заранее, я продал тележки по себестоимости хозяину трактира и заодно показал, как можно упростить процесс перемещения полных бочонков из подвала сразу к подводе.

Еще добавил такую сваренную двухколесную приспособу, как в нашем мире, чтобы возить бочонки куда надо, а не таскать на руках.

Скажу откровенно, смог удивить и мастеров, строивших помещения по моему плану, и трактирщика, и особенно своего компаньона Водера.

– Вижу, много интересного у тебя в голове еще имеется, – пришлось признать кузнецу, чтобы перестать на какое-то время серьезно подумывать, не пора ли ему расстаться со мной, выплатив мне какую-то сумму за мою долю.

Только он еще не подозревает, сколько наши, пусть не оформленные в мою пользу официально, кузницы теперь приносят денег, этих самых золотых тайлеров. С прежних пяти золотых прибыль уже поднялась до тридцати на поставках по высоким ценам продукции городу, поэтому я второй месяц кладу себе в карман по десять тайлеров чистыми, не слушая никаких просьб Водера насчет вложиться еще немного в развитие совместного имущества.

Построить и то, и еще то, заказать это и нанять новых мастеров.

Впрочем, коллектив одной кузницы, поссорившись из-за чего-то с хозяином, целиком перешел к нам, поэтому сразу же выручка кузниц, наших с Водером, поднялась еще в полтора раза. Огромный спрос на болты-гайки мы никак не можем удовлетворить, хотя кинули всех новичков на такое производство.

Метчики и плашки он сам мастерит, никому не доверяет секретов, как с луками для арбалетов. Остальное помощники куют и нарезают, да еще наши парни в мастерской сами этим делом занимаются.

Все я забываю с мебельщиками встретиться, хотя с ними все непросто, как уже успел узнать. Одного большого производителя пока среди них нет, кустари сами мастерят поодиночке или с парой работников мебель, договариваться с ними заранее на какие-то солидные объемы сложно.

Ну, тут в принципе весь мир такой еще мелкособственнический, экономика быстро растет, предложение пока даже близко не удовлетворяет спрос.

Глава 2

Агентство недвижимости по средневековому, организованное мной, через три месяца довольно сильно меня же и удивило.

В смысле, что хорошо удивило, девушки раскачались и в запале работы продали еще две квартиры и пару комнат по отдельности, причем выкупили уже три квартиры. Вышло так, что покупать квартиры целиком, облагораживать и продавать покомнатно еще выгоднее и легче, чем искать покупателей на целые.

Хорошие комнаты с приличными соседями поближе к центру очень в цене и спрос большой, так как на квартиры денег мало у кого хватает.

Видно, что уже слухами о необыкновенно деловых маклершах земля полнится, заказы растут и ширятся.

Раскрутились в основном благодаря Абели, конечно, и ее связям среди клиентов уровнем гораздо выше среднего, но и сами уже нашли и выторговали пару квартир. Теперь заняты поиском жилья для обоих моих друзей, получивших повышенный доход с похода в Сатум.

Даже по моей личной просьбе взяли на просмотры Клею…

«Ну, как взяли, пришлось взять по моему настоянию», – вспоминаю я такую битву.

Несмотря на скрытое нежелание Орнии принимать в команду яркую красавицу, сестру Учителя, ей все же пришлось умерить темперамент и согласиться со мной. Хорошо, что прошло всего три месяца, как девушки работают совсем самостоятельно, но на моих личных деньгах, еще самомнения очень много не набрались, можно еще вылепить из них сотрудниц, следующих, в основном, мудрым указаниям своего начальства.

Поработай они так пару лет, и на мое требование взять девушку, которая не очень нравится, могли бы хлопнуть дверью и уйти на свободные хлеба. Особенно, если денег уже заработали себе на карман для будущего самостоятельного бизнеса.

Правда, пары лет на такое дело явно не хватит, чтобы заменить мой солидный капитал.

Взяли после серьезного разговора, когда мы собрались на кухне у нас, куда еще Грита пришла, чтобы воздействовать на меня, защищая своих лучших подруг. Теперь ей все больше приходится сидеть с детьми Орнии на первом этаже, но моя подруга помочь подруге только рада, пусть ей не удается поспать днем в самую жару.

Одевается в самое легкое платье и постоянно обмахивается красивым веером с далекого пустынного юга, который я по случаю купил у купцов и подарил ей. Вот и сейчас сидит, гоняет воздух по кухне хозяйки, всем довольная, но не забывающая узнать, не появился ли задолжавший ей по гроб жизни знакомый, имея ввиду, конечно, Редкена.

– Ольг, зачем нам нужна сестра твоего приятеля? Мы сами хорошо справляемся, – гордо заявляет Орния и получает молчаливую поддержку от Гриты.

Клоя сидит спокойно, не хочет особенно перечить мне и доказывать, что они и сами справляются.

– Ты, Орния, все же посмотри вперед, на перспективу, на годы вперед. Не на месяцы. Работы у вас будет все больше, город растет и заселяется новыми жителями. Которым требуется разное жилье в зависимости от их способностей и успешности. Одна ты замучаешься тянуть весь бизнес на себе, это точно, нужны обученные люди, которые снимут с тебя часть дел и хлопот. Сейчас ты живешь одна, тебе помогают твои подруги, потом у тебя появится мужчина, неминуемо придется заниматься семьей, времени и сил останется гораздо меньше, тогда придется выбирать: или семья, или работа. Одно обязательно будет мешать другому, поэтому тебе придется учиться передавать свои полномочия, набирать подходящих людей, способных покупать и продавать жилье на хорошую плату, и им тоже выдавать процент с прибыли.

Орния, конечно, душа этой компании, ее энергичный мотор, Клоя тоже учится понемногу торговаться и находить недочеты в жилье, но до вдовы Понса хозяйке в таком деле еще далеко. Абель со своей сдержанностью и внутренней, как бы сказали в нашем мире, интеллигентностью, также не может поддавливать и умело торговаться, как ее новая подруга.

Зато сестра Гинса – тот самый человек, который сможет подменить через два-три месяца вдову Понса во всех процедурах, если появится надобность в такой подмене.

– А Клея – та самая девушка, которая способна учиться и работать почти так же успешно, как ты. Она оказалась хорошо грамотной в своей стране, очень правильно и умно разговаривала со всеми людьми, которых мы встретили по пути. К ней все относились с уважением, а ведь в Сатуме и близко не считают женщину равной мужчине по уму. Клея в разговорах со старостой большого села, священником и остальными мужиками себя очень даже поставила, правильно говорила, поэтому ее слушались. На меня, во всяком случае, произвела большое впечатление.

Я собираюсь использовать потенциал сестры Гинса на полную катушку, когда она освоит язык Черноземья. С ее природной харизмой и внешностью перед ней не устоит ни один мужик в Асторе, даже в Ратуше для нашего бизнеса заметное хорошее усиление. Тем более вести учет доходов и расходов в мастерских и кузницах – с таким делом она справится легко.

– Так что, милые женщины, я очень хочу, чтобы такая умная девушка работала на меня, зарабатывала нам всем, а вы все вместе помогали друг другу. Когда придет такое время, поверьте мне, вам потребуется в штате агентства держать с десяток людей. В основном, конечно, женщин, умненьких и образованных, только таких не так много в городе, поэтому сейчас упускать сестру Гинса никак нельзя.

После всех разговоров и уговоров два члена трудового сообщества согласились с моими доводами, третья занята швейными делами и никогда не лезет со своим отдельным мнением. Ходит по домам, обшивает состоятельную публику, даже некоторых жен и любовниц Совета Капитанов, что говорит о достаточно высоком статусе жены Торка, именно, как умелой швеи и приятного в общении человека.

По большому счету первые удачные квартиры и сделки пошли именно от Абели, тут не поспоришь. Так что ее вклад тоже велик, пусть она не так активно участвует в повседневной работе. Она, конечно, против сестры лучшего друга своего мужа возражать не будет ни в коем случае, уже хорошо понимает, какой бриллиант появился в городе.

Так что Клея начала посещать осмотры жилья и переговоры, привыкая к языку и местному общению, начав получать свою плату в половину тайлера, как ученица в уже солидной и процветающей фирме.

Сделки с недвижимостью принесли мне двенадцать золотых за месяц и примерно столько же работницам. Орния забрала целых пять золотых по внесенному вкладу, остальные поделили семь оставшихся монет. И теперь смотрят на жизнь с радостным удивлением.

– А что, так вообще можно жить и зарабатывать?

Теперь Клоя приносит домой наравне с мужем, они уже не знают, куда девать столько денег. Даже помощь дочери не может решить такой интересный вопрос. Мне очень нравится, что у близких мне в Черноземье людей начинаются такие проблемы.

– Клоя, накопите денег и купите себе квартиру. Поверьте, в Асторе жилье будет только дорожать, – такой совет я даю хозяйке

Пришлось зайти к Торку домой, пока еще в небольшую комнатку, хотя задаток за квартиру на третьей улице они уже отдали и готовятся к переезду. Разговариваю я, как здесь и положено, через своего друга, задавая вопросы ему и объясняя его жене, почему требуется обязательно заполучить сестру Гинса в свои ряды.

Она с моим предложением и не спорит, но я все же хочу донести до нее те же мысли, что огласил ее подругам.

Торку потом надоело работать ушами и переводить, он справедливо заметил, что именно я, как работодатель, могу разговаривать с его супругой и сам, без таких уж и реверансов, говоря по земному.

Потом я забрал его из дома, мы вместе дошли до Учителя, где я хотел посоветоваться с ними, как устроить поход на Север в первых месяцах будущего лета.

Вопрос кажется довольно сложным: как простым гвардейцам, не привлекая пристального внимания начальства, отправиться в разведку на Север солидной группой и случайно встретиться там с моей командой, которой пока еще нет, не считая Кроса.

А потом начать неудержимо громить Башни Магов, присылая регулярно посыльных с перечислением наших великих и славных деяний.

Типа, так хорошо пошла разведка, что не заметили, как началось завоевание Севера, поэтому принято решение не останавливаться и в силах малых разгромить супостата, насколько такое получится.

Ну, до этих событий времени еще достаточно, вся осень, зима и весна, так что что-то придумаем обязательно.

Я продолжаю строить баню, контролирую выпуск арбалетов в мастерской. Даю Крипу полную самостоятельность в работе над его любимыми подводами, но постоянно правильно направляю вектор развития нашего бизнеса.

Ольс, по слухам, пытается как-то работать с захудаленьким производством подвод, которое находится за городом. Приходил к нам, предлагал своим прежним работникам переходить к нему, только про плату умолчал.

Но, увидев сразу три строящиеся подводы в своем бывшем сарае, не смог долго любоваться кипящей работой, скривился, как уксусу хлебнул, и исчез не прощаясь.

Вот же неймется человеку, проиграл в производстве, получил деньги хорошие за него, развивай что-то новое, а он снова лезет в болото безнадежной конкуренции, пытаясь опять нам что-то доказать.

Баня уже почти готова, я снова, как тогда в королевстве, запустил в производство стрит-лайны по-местному из дерева с рисунком бассейна, заполненного голубой водой. Выставлю их, как указатели, от Ратуши до самой речки.

На самом деле пустил на отделку бассейна голубоватый камень, довольно дорогой здесь, выложил из него стенки и дно бассейна. В самом бассейне еще не проверял, как оно сработает, при свете дня вода из речки хорошо передает цвет обработанного камня. А вот что получится в неярком свете масляных ламп и редких свечей – сам еще не знаю.

Впрочем, свет Ариала тоже освещает днем помещение подвала через большие окна, специально устроенные в стене по его ходу движения на небосклоне, чтобы не жечь зря очень дорогие свечи или дешевые масляные лампы.

Такое украшение бассейна вышло дороже всего по деньгам. Но я надеюсь, подобная новинка в жизни Астора прослужит людям очень долго, а заложенные традиции посещения парных переживут меня и останутся в культуре Черноземья навсегда.

«А деньги? С собой забирать золото больше не стану, вложу в баню и недвижимость, еще оставлю тем, кто мне помогает сейчас и поможет в походе на Север», – понимаю я.

Понемногу набираю персонал, обещаю не очень большую плату, зато есть возможность работать в новом, очень интересном месте и получать на чай от клиентов парной. Тут все от самого парильщика зависит, как овладеет искусством работы с вениками и как сможет угодить клиентам.

Мужиков одиноких в городе сейчас очень много из-за ограниченного количества женщин, что им еще делать прохладными зимними вечерами в своих холостяцких комнатах?

Так почему бы не погреть косточки в хамаме, не посидеть потом в трактире наверху со старыми и новыми, обретенными уже здесь, приятелями. Получится такой центр мужского общения, баня и трактир соберут всех одиноких мужиков города.

Сбор веников заказал дровосекам, заключил с ними договор на поставку дров и побочной продукции – тех самых веников, отходов производства, можно сказать. Березы в здешних лесах я не видел, поэтому собирают что-то похожее на эвкалипт, дуб и пару других хвойных видов, один из которых, конечно, сосна-ель, местный фаворит.

Грите после того, как напел вторую песню, больше не стал помогать с творчеством и делать вид, что сочиняю что-то новое.

Потому что на самом деле обнаружил определенные провалы в памяти. Все же воскрешение и два перелета через Храм сказались на мне, пусть и не очень критично. Однако песен никаких больше целиком вспомнить не могу. Даже куплеты отдельные не всплывают из глубины сознания, только несколько строк и припев, в лучшем случае. А сочинять заново и дописывать на не родном мне языке достаточно трудное дело, времени у меня постоянно не хватает, столько дел вокруг приходится контролировать каждый день, ежечасно и ежеминутно.

Хорошо, что я не стал устраиваться в Гильдии снабженцем и при Ратуше не мелькаю, загруженный лишними обязанностями, совсем мне не нужными.

«Не до этого мне, еще вкалывать на Гильдию», – как я хорошо понимаю, именно для борьбы с Севером, смысла теперь особого нет, бороться не с кем будет после следующего лета.

Все же я сюда вернулся пожить в свое средневековое удовольствие, принять участие в судьбе близких мне людей, разобраться с Магами. Снова снять постоянную угрозу, связанную с тем, что остатки магического ордена рано или поздно доберутся до Палантиров-Источников.

Еще имеется тщеславное желание выступить в роли Спасителя рода человеческого от Магов злокозненных и таким героем остаться в истории Черноземья.

Потом исчезнуть с Палантирами, по моей версии, Шарами зла, чтобы спасти мир Черноземья от их влияния. Остаться для всех человеком-Магом, смело вставшим на сторону людского племени, что особенно удобно для местных властей.

Который потом быстро и очень вовремя исчез, чтобы не смущать эти самые власти своим постоянным присутствием рядом.

А еще странными желаниями – отправить такого Спасителя в подвал и тихонько придушить. Или просто застрелить в спину, а потом рассказать народу про его тайных врагов и усиление классовой борьбы.

Самому интересно, что получится из всех моих замыслов, может, когда-нибудь я все же рискну вернуться в Черноземье и послушать, кем я остался в памяти народной.

Ну, то есть, кем решат меня называть в Асторе его настоящие хозяева – Совет Капитанов.

Государственную пропаганду еще никто не отменял. Хотя если я сделаю свое дело, разгромлю Магов и их Башни, а потом просто исчезну, тогда с большой долей вероятности останусь официально народным героем.

Такие мысли и дела текут своим неспешным порядком, как внезапно в один из вечеров появляется посыльный, охранник от моего ювелира, и зовет меня на тайный разговор со своим хозяином.

Настроение сразу же упало, задним местом я уже догадался, что нарисовались очередные неприятности.

«Все же придется мне плыть на вонючей шхуне в задрипанный городишко на побережье», – сразу же догадываюсь я.

Разбираться окончательно с кланом Разноцветных камней.

«Надеюсь, они все собрались уже в одном месте, чтобы раз и навсегда упокоиться в памяти народной…»

Да, так и оказалось, сидящий в темном углу приличного постоялого двора немного испуганный ювелир подтвердил мои опасения. Он, конечно, ничего не знает о моей роли в пропаже большей части клана и найденных утопленниках в подвале усадьбы. Но своим развитым чутьем уже понял, что встречаться со мной в лавке немного неосмотрительно.

Заодно передал мне новую порцию денег, целых двести пятьдесят тайлеров, особо удачное время сейчас для торговли ювелиркой, похоже. На что я вручил ему для ознакомления новую компанию украшений.

– Правильно, что захватили украшения с собой сюда, в лавку, наверное, лучше не ходить. Мои охранники постоянно замечают каких-то людей рядом. Видимо, за лавкой следят…

Так, идет продолжение сериала «Страшная Месть Гномов».

То есть его часть вторая, «Страшная месть Гномов и новые шпионы Рыжих».

– Что еще такое?

– Да много чего. Пришел неприятный, очень опасный с виду человек, сказал, точно знает – я продаю чьи-то камни, и крайне настойчиво стал требовать рассказать ему о том, откуда они. Похоже, мои ближние соседи языки распустили. Почувствовали, что дела у меня очень хорошо пошли, отчасти на реализации вашего товара, люди солидные часто стали появляться и покупать в лавке. Все из-за зависти, конечно. Охранники выгнали его, но он был очень зол и открыто угрожал мне.

– Хорошо. Мои люди разберутся с этим наглецом и с теми, кто следит за лавкой. Дайте мне два дня, чтобы накрыть всех с гарантией, – решил я успокоить ювелира и показать ему, что он не один остался, а его партнер решает такие вопросы с гарантией.

– Вы можете поговорить с ним? Это правда? – не понял моих слов мужчина.

Я ведь не корчил из себя авторитета до этого времени, чтобы самому не спугнуть ювелира.

– Чего о пустом разговаривать с наемниками? Поговорят обученные люди, он просто больше не появится на вашем горизонте, – объяснил я ему еще раз, как все произойдет.

Ювелир в подробностях описал мне, как выглядит неприятный незнакомец. Внешность у того такая опасно-запоминающаяся, длинный шрам по правой щеке, лысая голова и легкий акцент, как у астрийца.

Приметная внешность, найти такого наглеца и подсыла от Рыжих труда не составит, проще всего, чтобы не мараться самим и не светиться лишнего, опять и снова сдать его Страже.

Явно занятие для Кроса, поэтому я отправился к нему в комнату. Но сначала зашел домой и оставил в тайнике тяжелый сверток с деньгами за две недели продаж драгоценностей.

Или, если там его не найду, тогда доберусь до его постоянного места в одном из трактиров с дешевой едой и таким же пивом.

Эти золотые мне пока некуда девать, поэтому пусть полежат.

Может в агентстве понадобятся? Или все же купить тот Гостиный двор у астрийских купцов?

Уже порядком измученных непонятным ожиданием, как разрешится между странами тот кровавый случай в трактире Мортенса.

Ожидание полного разрыва отношений между Черноземьем и княжеством всем действует на нервы, особенно купцам астрийским, полностью зависящим от торговли с городом.

Заодно через своего чиновника проверю реакцию города и его властей на такой ход моего агентства.

Может просто напридумывал тогда сам себе, когда покупал красивый торговый центр, говоря современным языком, что город хочет в наглую забрать себе здание. Самое симпатичное во всем городе и уже готовое принимать лавки и магазины на свои площади.

Тогда я просто нашел повод потратить полностью деньги города, выделенные мне, которые и так пропали бы с моим исчезновением. Поэтому вообще не сильно переживал о таком шаге и каких-то его последствиях.

«Теперь же придется тратить свои личные средства, честно заработанные или украденные, но тоже честно, стоит такое признать» – намекаю я себе на свою уже не полную невинность.

Ладно, есть теперь, о чем серьезно подумать.

Завтра зайду в Ратушу, прощупаю знакомца в кабинете регистрации сделок недвижимости.

А пока я направился к Кросу, прихватив с собой, на всякий случай, длинный клинок.

«Может так случиться, что за нашей встречей с ювелиром наблюдали хорошо обученные люди, или он уже сдал меня, все может случиться. Хотя не похоже на это, дядька он тертый по жизни и одним суровым разговором его не испугать», – размышляю я.

Придется готовиться к долгому морскому путешествию.

Никак Рыжие не успокоятся, чего я, в принципе, и ожидаю от этого народа, зная их неумолимость и злопамятность.

Не смогли что-то найти большой толпой наемников, присылают теперь по одному подонку, осторожно внедряя в город. Такое противодействие само по себе не закончится никогда, придется вырывать сорняк с корнем.

Похоже, засланные казачки вышли на знакомых Рыжим ювелиров, а те им донесли, что один из конкурентов как-то подозрительно хорошо стал подниматься на торговле чьими-то украшениями.

Это еще реально хорошо, что одного наемника прижало уже по времени и требуемой информации для Рыжих, поэтому он тупо и грубо полез с угрозами в такое место, как охраняемая ювелирная лавка. Теперь засветился сам и засветит своих дружков, если они, конечно, есть в городе.

Я хорошо понимаю, что такие посланцы будут приезжать и приезжать в город, пока живы остатки клана и у них есть деньги.

Много денег… Очень много денег…

Глава 3

Кроса я нахожу дома. Он валяется в своем жилище, не особо опрятном и ухоженном, но парень и такому весьма рад.

Особенно после нескольких лет, проведенных на лежанках в Сторожке или на службе. Когда рад даже веткам и мху, если их набралось достаточно много, чтобы не касаться своей задницей холодной или ледяной земли.

Здесь во дворе также дежурят свободные мужики, сидя за столом и играя в местную карточную игру.

С легкой грустью я вспоминаю те времена, когда думал зарабатывать себе на жизнь в новом мире производством и распространением карт, шашек, шахмат и нард. На самом деле – слишком сложные игры для в основном неграмотного населения, отличить шестерку от восьмерки мало кто сможет.

Хотя мои шашки народу зашли, только, как совсем бесплатный вариант.

Зато в полутьме комнаты, освещенной одной свечой, я вижу, что приятель не один. И с большой радостью узнаю его друзей, которые, по его словам, уже сильно недовольны условиями в Гильдии и поэтому серьезно думают о увольнении.

Да, Драгер и Конт сидят на деревянных чурбачках вместо отсутствующих стульев и медленно потягивают из чашек ресу, бутыль которой стоит на столе рядом со свечой.

Похоже, у парней серьезный разговор, раз они расщедрились на солидную бутыль недешевого напитка и простую закуску, занявшую весь небольшой стол.

Предчувствие удачи охватывает меня. Если уж мужчины собрались здесь и о чем-то толкуют между собой, значит, на кону стоит серьезный вопрос.

Кажется, разговор шел до моего прихода довольно жаркий, я услышал на подходе к двери громкие слова одного из Охотников.

Что они обсуждают какую-то несправедливость этого мира. А в данном случае она только одна.

То понятное обстоятельство, что оборзевшие Старшие не дают продвинуться по службе новой смене, а вакантное звание Мастера, давно уже освободившееся после смерти Тонса, так и не перешло к одному из давно заслуживших его мужчин, настоящих заслуженных ветеранов Гильдии.

«Да, это непорядок. Как я понимаю вопрос, кажется, слепая неблагодарность Альса грозит потрепанной Гильдии уходом одних из самых опытных ее членов. Оба Охотника не входят в число доверенных людей одного из Старших, поэтому и не получают нового звания. В Гильдии, как и везде, свои интриги и любимчики, значит, есть и нелюбимые властью Охотники, такое знание мне очень на руку», – прикидываю я расклады.

Сейчас я могу увеличить свою армию в три раза по численности и раз в пять по смертоносности и обученности, это уже серьезный уровень для Талака, например.

– Здорово, мужчины. Простите, если помешал, у меня короткий разговор к Кросу, – предупреждаю я, что не собираюсь мешать разговору.

– О, Ольг! Ты-то нам и нужен! – радостно кричит Крос и машет мне рукой, мол, давай, присоединяйся.

– Про тебя разговор шел сейчас. Тебе же нужны люди в команду?

Мужики, слыша такое резвое начало, замолкают и напряженно глядят на приятеля, сразу же с места в карьер сдавшего тему недавнего разговора.

Кажется, они не хотели бы так сразу что-то решать. Возможно, пришли просто поговорить и перетереть про гражданскую жизнь с уже немного нахватавшимся ее прелестей приятелем.

Но Кросу и самому хочется видеть друзей рядом, все же они давно знают друг друга и вместе прошли много дорог.

Поэтому он с ходу сдает тему разговоров, чтобы сразу привлечь меня к ней.

– Нужны. Очень нужны. Прямо через три дня – вообще позарез требуются, – спокойно отвечаю я, присаживаясь на кровать Кроса, откуда он убирает ноги, протягивая мне свою чашку с ресой.

– Больше посуды нет, не обессудь, – говорит приятель и улыбается.

Я делаю глоток, наслаждаюсь вкусом абрикосового самогона и, наконец, проглотив ароматную жидкость, продолжаю:

– Вру, прямо сейчас требуются. Надежные, молчаливые по делу и не боящиеся руки запачкать.

– Сколько и на сколько? – спрашивает Конт, решившийся на старую формулу заключения договора наемника.

– На эту осьмицу, за пять золотых единоразово, еда и пиво – все включено. На двенадцать месяцев – по три золотых в месяц, это без особых заданий. Они оплачиваются отдельно, как вот такое дело, которое на осьмицу.

Беру время с запасом, чтобы нанять на первые месяцы следующего лета, когда собираюсь отправиться на Север.

Мужчины ошарашенно замолкают от моих слов и сумм денег, только Крос сразу же готов работать за отличное вознаграждение, о чем он тут же говорит.

– Нет, старина, такое точно без тебя, снова в Талак придется плыть, – охлаждаю я его пыл. – Тебе там не обрадуются.

– Верно, – откидывается обратно на подушку почти вскочивший приятель. – Хотя там сильно поредело за последнее время.

– Поредело, только в Астор новые наползли, – и я рассказываю ему и Охотникам про наглого астрийца, доставляющего проблемы моим хорошим знакомым.

– Крос, самому делать ничего не требуется, я подойду к Брону и вызову его сына, чтобы он с приятелем последил пару дней за астрийцем. С кем живет и общается, и кто с ним работает, после этого наблюдения нанесем удар руками Стражи, сами опять светиться не станем.

– Хорошо все готовишь, – замечает наконец Драгер. – По уму и осторожно, не хочешь Кросом рисковать. Хотя проще было бы взять этого чужеземца и поговорить в заброшке с ним полчаса.

– Да, он бы все рассказал, – воодушевился Крос, снова поднявшись на кровати.

– Есть у меня подозрение, что астриец этот – только, как наживка используется, другие его приятели могут выследить нас, и тогда начнутся серьезные проблемы. Ждать постоянно болта из любого окна или ножа в темноте – не такая уж и хорошая жизнь получается. Зачем такие дела творить, еще и совсем не законные, если стражники живого места на нем не оставят, как только получат сведения, что он из той же банды, которую громили пару недель назад.

– Умно говоришь. Редкое дело, когда своих так берегут, – замечает Конт и внезапно, как о решенном деле, говорит: – Нам требуется два дня, чтобы объявить о своем увольнении, забрать деньги в Сторожке и вернуться в город.

– Конт, ты уверен, что хочешь остаться один в городе? – Драгер, похоже, еще не решился на увольнение из Гильдии.

– Не один, старина, – отвечаю я. – Теперь нас уже трое, и все не просто так. Есть у меня мысли на следующее лето, когда можно будет прославить свои имена и обязательно поднять с добычи столько золота, что хватит на всю жизнь.

– Ну, это пока только твои слова, – справедливо замечает Охотник.

– Слова мои, так и деньги тоже мои я вам обещаю. За это время присмотритесь ко мне внимательно и подумаете, идти ли дальше со мной. Всегда ведь можно вернуться в Гильдию. Альс возьмет вас обратно с руками. Вы и сами знаете, какая нехватка опытных людей в Сторожке, – серьезно произношу я новые аргументы, почему мужчинам пора попробовать изменить свою жизнь.

– Обратно? В Гильдию? Да на хрен! – машет рукой захмелевший Конт. – Отбегал я свое по лесам! Сколько можно!

– Вот обещаю, что через год к началу лета или даже раньше, вы заработаете себе на жилье в Асторе, и не на комнату, а на отдельную квартиру, – выкладываю я последний аргумент.

– Что потребуется в Талаке делать? – вижу, что дело уже на мази, раз даже Драгер такое спрашивает.

– Ничего, вообще ничего не потребуется, – улыбаюсь я в ответ. – Приплываем, я пройдусь по городку, а вы в это время посидите в трактире и станете привлекать внимание всех наемников и жуликов своим гильдейским видом. Возможно, кто-то из них захочет что-то вам предъявить, можете не стесняться с ответом, только без покойников. Посидите, отвлечете на себя внимание, я свои дела сделаю и в тот же день вечером обратно плывем в Астор. Всего-то делов – отвлечь внимание на себя.

– И за такой пустяк – пять золотых! – смеется Крос. – Я бы с вами поехал, даже за свои деньги, только мне много чего предъявят, можем даже втроем не унести по итогу.

– Ладно, я тоже согласен, – и Охотник протягивает мне руку для скрепления договора.

За ним то же делает Конт, потом я говорю:

– Завтра с утра приду, принесу деньги, половину. Как положено. Крос, не напивайся сегодня, подойдем к старшине Стражи и поговорим, как приличные люди, чтобы тебя не шатало.

Крос делает серьезный вид, мол, что ты начальник, как я могу такое сотворить, да и что тут пить.

Потом зажигаю кусок бересты от свечи и выхожу во двор в полной темноте. Смотрю вокруг магическим взглядом. Никого не вижу и быстро выхожу со двора, закрывая за собой ворота на защелку, на всякий случай поставив магический купол вокруг себя.

Но слежки за мной или домом Кроса не оказалось, не столько сил в этот раз, наверняка, завели Рыжие в Астор, в отличии от первой попытки, когда за всеми жуликов с присмотром ставили.

Вышли на моего ювелира наверняка по наводке тех его собратьев по ремеслу, кто сотрудничает или сотрудничал с Рыжими. Впрочем, все они так и продолжают продавать поставляемые им из Талака камешки, пусть дорого получают, иначе эти уроды дешево ничего не отдадут. Поэтому конкурировать по ценам с моим ювелиром не могут, оттого и выдумывают на него всякое.

Близкое, на самом деле, по сути произошедшего недавно надумали.

Но так опутать всех слежкой посланцы Рыжих, думаю, уже неспособны. Только рисковать не собираюсь и поэтому по дороге домой несколько раз проверяю темноту вокруг магическим взглядом и умением поиска.

В своей комнате забрался под простыню и пару раз напал на еще не спящую милую девушку, у которой сегодня выходной от выступления в трактире.

Рано утром я вернулся в комнату Кроса и обнаружил всех троих, теперь уже бывших Охотников, двоих спящими на полу, только Крос блаженствует в кровати, как хозяин жилья, да еще раненый в голову.

Подобраться незамеченным, конечно, у меня не вышло, на малейший шорох гильдейские одновременно подняли головы. Старая школа, скоро, как трудные времена пройдут, таких защитников у города уже не останется.

– Народ, пора вставать, пиво греется в трактире.

Подождал, пока потрепанные мужики поднялись, и успокоил их:

– Вы пока приходите в себя, я схожу в мастерскую, закажу нам подводу до трактира Сохатого, проедусь с вами.

Крип по моему совету уже начал собирать подводы без заказа, чтобы сразу уже готовые стояли перед бывшим цехом Ольса, благо там хватает места. Всегда можно показать и тут же продать, если нужда у людей есть. Сначала не мог компаньон понять, как собирать изделие, если заказа еще нет. Потом быстро осознал степень удобства такого ведения бизнеса, когда пришедшие только посмотреть и потом заказать клиенты тут же достают золото и уже через полчаса уезжают на купленной подводе с кем-то из наших работников с запряженной Критой.

Когда две сразу же купили без долгих разговоров.

– Это наши выставочные образцы, легкая телега и средней грузоподъемности подвода. Думаю, тяжелую подводу, которую заказывают лесорубы, в образцы можно не ставить. Теперь, когда будет какой-то простой в работе, у тебя имеется достаточно денег, чтобы работать на склад. Если наберется много готовых изделий, можешь отправить народ в отпуск на пару осьмиц, с выплатой половины платы.

Про отпуск потом долго пришлось рассказывать и объяснять: как можно выдать денег, если работник ничего не собирает и сидит дома.

– В самое жаркое время, обычно такая погода стоит две осьмицы или три в середине лета, в мастерской тяжело находиться из-за невыносимой жары, тогда можно производство прикрыть на какое-то время, если у тебя есть запас по готовым подводам. И всем отдохнуть с семьей на море, – шучу я.

Крип с парнями, конечно, слушают такие мои указания, открыв от изумления рот, но перечить опасаются, хорошо помня, что все мои прежние прогнозы и предсказания сбываются на сто процентов.

Ладно, про такие диковинные величины, как проценты, они тоже пока не знают ничего.

Поэтому я всегда могу запрячь все ту же Криту в телегу и упростить поездку Конту с Драгером в Сторожку, а себе в сторону Храма, где мне уже пора побывать. Палантир сейчас заряжен только на одну десятую от прежних почти пятидесяти процентов, пора его зарядить, да еще мне самому провериться на Столе, понять, что там с моей прокачкой.

Так я только что решил – пора прокатиться в Храм и прихватить немного сатумского трофейного оружия из спрятанного в тайнике.

Хотя с моим шестым уровнем вряд ли что-то изменилось, магией я пользовался мало, потратил всего сорок процентов магического запаса Палантира.

Когда я возвращаюсь после общения с Ятошем, то нахожу всех моих новых работников в умиротворенном состоянии в круглосуточно работающем трактире, за столиком, заставленным кружками с пивом.

– Ну что, не передумали? – спрашиваю я Охотников. – А то нас уже подвода ждет, чтобы уважаемые господа Охотники изволили проследовать с немыслимым комфортом в свое прежнее место работы и получили там полный расчет.

Крос начинает смеяться от такой длинной фразы и подталкивать локтями приятелей, давайте, мол, решайтесь и будете постоянно так наслаждаться жизнью, попивая с утра пивко и при этом не торопясь носиться за врагами города по лесам.

Конт смотрит на Драгера, они оба кивают, показывая, что согласны заключить со мной контракт на осьмицу.

Тоже хорошо, пусть пока посмотрят, как можно жить по-человечески.

Я достаю из кошеля по три золотых и кладу перед каждым из Охотников, они проговаривают друг за другом, каждый сам, формулу найма на работу ко мне.

Дело сделано, я сразу говорю, что прокачусь вместе с ними, потом они дождутся меня у Сохатого, и мы вернемся на этой же телеге в город.

– Схожу соберусь в дорогу, приду через час, так что не спеша выпейте пивка и перекусите, вы теперь серьезно обеспеченные люди, можете себе позволить, – подвожу я итог и под новое ржание Кроса ухожу, чтобы попрощаться с Гритой и объяснить Клое, что уеду на пару дней.

Грита спит и не хочет просыпаться на всякие шалости, отпихивает меня и прячется за одеялом.

Поэтому, собрав вещи, я спокойно завтракаю с Троном, который, как только узнает про поездку, так сразу же вызывается проводить меня в трактир и дождаться там.

Несмотря на укоризненные взгляды Клои и ее понятные намеки, что дочка просила там в чем-то помочь.

– Успеется еще, никуда ее дело не денется, – лихо отмахивается он и смотрит на меня, как пес на хозяина, когда хочет гулять.

– А почему бы и нет? – думаю я, тогда мы все втроем выспимся до обеда, который уже проведем в трактире.

Охотники пойдут уведомлять начальство, что им надоело подобное блядство, еще забирать свои деньги, хранящиеся там же в Сторожке.

Я махну на стоянку и в ночи заберусь уже в горы, высплюсь в Храме, как положено приличному Магу. Тогда за ночь и утро проверюсь, проснусь на Столе, днем доберусь до трактира, там душевно посижу с Троном и новыми сотрудниками.

Скажу, что у меня секретные дела с астрийскими контрабандистами, тем более обратно кое-какой груз повезу.

Мы выходим с Троном, уже быстро собравшимся в поездку, идем к трактиру около дома Кроса. Оттуда забираем Охотников, я сразу отправляю приятеля к Брону, чтобы организовать разработку и последующее беспощадное усекновение снова выросших ядовитых голов Рыжей гидры.

Выдаю ему золотой на оплату мальчишек и прочие оперативные расходы, которые разойдутся на пиво и закуску, судя по широкой улыбке Кроса.

Он весело подбрасывает золотой и ловко ловит на глазах своих друзей со словами:

– Вот за что я так люблю эту работу.

Вскоре мы гурьбой залезаем на телегу, закинув вещи, Трон принимает вожжи от Ятоша и весело кричит Крипу:

– Я с Ольгом в служебную поездку, нужно проверить работу телеги в походных условиях.

Но Крип и не спорит, пара свободных подвод уже на подходе и вскоре займет свои места перед мастерской.

Мы все сразу же засыпаем на толстом слое сена, потом кто-то из Охотников просыпается, перебирается вперед к вознице и негромко разговаривает с ним, пока мы не доезжаем до поста у реки.

Опять приветствия соскучившихся гвардейцев, неспешные разговоры обо всем, что творится здесь и в городе.

Вскоре Трон тормозит около трактира, куда мы все перемещаемся, кроме нашего возницы, пока устраивающего лошадь на конюшне.

Потом обед, я изо всех сил поддерживаю решение Охотников, уже немного мандражирующих от того, что скоро их жизнь, привычно размеренная и такая, где от них ничего не зависит, изменится. Успокаивает мужчин только то соображение, что в Гильдию они всегда могут вернуться обратно, чем бы сейчас не грозили им Альс с Турином.

Такими мастерами никто не может себе позволить разбрасываться, они такое хорошо знают, тем более я тоже про такое обстоятельство твержу.

Парни уходят в Сторожку, я срочно спешу на знакомый мне берег реки и уже оттуда выдвигаюсь в направлении стоянки.

Сильно тороплюсь, чтобы успеть добраться до стоянки засветло, поэтому не гляжу по сторонам особенно.

Через несколько часов уже на подходе к самой стоянке что-то сильно бьет меня по плечам, я теряю сознание, успев сделать натренированный жест пальцами.

Глава 4

От сильного удара я на мгновение даже потерял сознание.

Или, можно сказать, сознание милосердно покинуло меня и мое тело, покалеченное в одном моменте.

Спасло только рефлексивное движение пальцами, поставившее защитный купол, только я услышал, как спружинили ветки наверху и что-то сильно недоброе стремительно понеслось к моей спине.

Поставить то я поставил, и он откинул Корта, про которого или которых я что-то подзабыл в последнее время.

Но Зверь успел долететь до меня своими двумястами килограммами, чтобы ударить когтистыми лапами по середине спины и плечу, мгновенно вплющив меня в землю.

Когти, конечно, в этот момент оказались втянуты в лапы, опоздай я на долю секунды, очутился бы вмятым в землю огромным весом и скоростью Зверя с переломанными позвоночником и ребрами. Помучился бы немного и успел почувствовать на своей шкуре, или ничего не почувствовать, что это такое – оказаться первым блюдом на пиру высшего хищника.

Надеюсь, очнулся бы в Храме, потом пару дней приходил в себя, потом искал местную одежду, чтобы появиться у Сохатого. Хотя в этот раз я появился бы частично уже в гильдейских вещах.

Хорошо, что Зверь прыгнул сзади и в этот момент я немного нагнулся, переступая через какую-то ветку, то есть вошел в лесную землю не стоя, а плашмя.

Я потерял сознание на пару секунд, а когда очнулся, уткнувшись лицом в высокий мох, долго не могу ничего понять и как-то начать действовать из-за сильнейшей боли в спине, плечах и всей стороне тела, ударившейся о землю.

В общем, дух из меня оказался выбит надолго, тело горит везде, я только извиваюсь от нестерпимой и всюду проникающей боли, совсем не собираясь сопротивляться или биться за свою жизнь. Слезы льются градом из глаз, я стенаю, вызывая, надеюсь, у Зверя неподдельную жалость, только подобраться поближе и прервать мои мучения он никак не может, удерживаемый куполом.

Притом Зверю и самому досталось еще как, когда мягкая беззащитная спина человечишки, привлекшего его внимание своим высоким магическим фоном, вдруг стала каменной и отбросила Зверя, как мелкую песчинку, в сторону.

Только морда и грудь приложились о невидимую преграду с такой силой, что принять вертикальное положение хищник тоже не может, беспомощно валяясь рядом со мной.

Через пару минут пронзительная боль начала утихать, я смог перевернуться на спину, ожидая рвущего мучения в сломанных ребрах или, еще ужаснее, что не буду чувствовать руки и ноги. Но перевернуться мне все же удалось, ноги я смог подтянуть к себе, убрав их от широкой лапы с шести сантиметровыми острейшими когтями.

«С такими клинками на концах лап обычные животные не должны существовать, только какие-нибудь Дракулы или всякие вервольфы из фильмов ужасов, но у этого Корта оказались именно такие» – вижу я.

Похоже, тот самый Зверь, который атаковал меня и мою лошадь в той жизни, такой же по размерам, более серый по цвету.

От боли я просидел в таком состоянии какое-то время и вывело меня из положения непротивления только то, что хищник тоже начал приходить в себя, поднялся на разъезжающиеся лапы, пока стоит напротив меня, туго соображая, что ему делать.

Нападать дальше или уйти, только, похоже, передвигаться сейчас он, как и я, не способен совсем.

Отпускать такую сволочь я не собираюсь, за всю боль, полученную мной, и ту, которую мне еще предстоит пережить, я хочу немедленно отомстить.

Похоже, частые перелеты через Храм сделали меня не только черствым, еще более жестоким и мстительным.

Хотя, о чем я говорю, беспощадно закинутые в костер Рыжие и женщины клана – именно такая жестокость, которую в нашем мире никак не оправдать, но совесть меня не мучает никак.

Здесь, в этом мире – необходимое условие выживания, такие массовые жертвоприношения, правда, не в пользу какого-то конкретного бога или демона, а просто потому, что обязательно надо.

Или ты, или тебя, вот и все, что требуется знать и действовать без долгих размышлений.

Поэтому я поднял руку, ощутил небольшие болевые симптомы при этом и кинул маной в голову зверюги, которого легко сбило с дрожащих лап и уперло с треском в ствол дерева. Теперь он откатился далековато для прицельного удара, ману тратить просто так я не хочу, сейчас бы мне проверить свое самочувствие: смогу ли я подняться и просто ходить.

Хорошо, что мешок с Палантиром и артефактами висел в районе поясницы, поэтому не попал под удар лап и груди Зверя, все эти предметы не уперлись мне в спину, нанеся дополнительные повреждения.

Встать то я встал, только мне так худо, что ни о каком Храме можно пока не вспоминать. Как и о скорой планируемой поездке в Талак. Пару недель постельного режима и хорошее питание – вот, что ждет меня, если я смогу вернуться в трактир Сохатого.

Стою и понемногу проверяю свои оставшиеся способности, такие как передвинуть ногу, сначала одну, потом другую. Поднять руку снова и еще раз ударить по большой башке Зверя, удобно подставившейся под плюху, находясь перед стволом дерева. Башка глухо бумкнула и упала на землю, теперь ударить эффективно трудно, Зверь лежит без сознания, остается только без особого толка вбивать башку в мягкую землю.

Перебирая ногами, как столетний старик, я ковыляю эти четыре метра, вытаскивая понемногу длинный клинок из ножен. Вытащив его полностью, долго примечаюсь и левой рукой, которая сейчас лучше работает, рублю широкий нос Зверя поперек в его нижней части. Лапа хищника инстинктивно пытается захватить мою ногу, натыкается на купол и замирает, я наношу еще один удар по покрывшемуся кровью носу и с глубоким стоном отхожу в сторону.

Попасть с силой в ухо или глаз я даже не надеюсь, последний порыв и усилие исчерпали все запасы энергии, мне самому становится очень плохо, и я сползаю на высокую кочку.

«Так дело не пойдет, моя спина и плечи серьезно пострадали, если я не смогу обратить на себя артефакт для лечения внутренних повреждений, тогда задача-максимум в моем случае – добраться до трактира хотя бы завтра», – понимаю я.

Потом пара недель кроватного режима и тоскливое ожидание, если что-то не так срастется.

В лучшем случае получается, мне придется нанять шхуну, доплыть до места высадки разведки на побережье Голубого моря, откуда совершить переход к Башне Кремера, где я смогу, в теории, воспользоваться его маной для полного излечения.

Очень хлопотный и весьма опасный вариант, не из-за вероятной встречи с Магом. еще не знающим меня, и Крысами, с ними-то я легко разберусь и договорюсь. А из-за того, что известие о посещении мной вражеской стороны вряд ли удастся замолчать, у властей Астора возникнут резонные вопросы.

– Кто я такой, чтобы свободно ходить по северным землям, и что я там вообще делал?

Поэтому лучше будет не возвращаться в город, а начать свою операцию по захвату Башен и разгрому Магов именно в тот момент с тремя своими бойцами, которые могут все-таки не поддержать меня после общения с тем же Кремером.

Да еще штурмовать его Башню без фузеи и с разряженным Палантиром – такое себе занятие. Не факт, что удастся Драгеру подстрелить его издалека так правильно, чтобы он еще успел вылечить меня.

Впереди осень и холодная зима, особенно трудная в тех местах, на самый дальний Север к Роковой горе идти совсем не время, придется ждать семь-восемь месяцев, захватывая по очереди Башни и изводя их владельцев.

«Потерять столько времени, не закончив все дела здесь, только из-за того, что забыл про такие летающие с ветвей серо-голубые сюрпризы? Я на подобное не согласен», – мне хорошо ясно.

Сейчас у меня одна возможность вылечиться и продолжить путь к Храму – научиться лечить себя самостоятельно, пока есть остатки маны в Палантире и у меня самого еще половина резервуара имеется.

Я достаю артефакт и Палантир из мешка, принимаюсь за новые попытки освоить самостоятельное лечение. Раньше у меня не получалось, только ведь тогда мне такое дело не требовалось кровь из носу, а сейчас другого выхода у меня просто нет.

Другого, такого простого, остальные варианты очень долгие и сложные, связаны со страданиями и потерей времени. Местная медицина не сможет мне помочь, такое стоит четко понимать, хотя, хорошо отлежавшись, я все же смогу добраться до Храма и спуститься оттуда с зараженными Палантирами и фузеей.

Или не смогу, что тоже вполне возможно.

Через полтора часа непрерывных попыток, уже в полном отчаянии и в наступившей темноте, я потратил всю ману из Палантира. Всю, которую вообще можно забрать из этого шара, но я все же добился того, что смог направить энергию через артефакт на больную спину и плечи так, чтобы хоть немного подлечиться.

Зверь уже давно уполз куда-то в чащу леса, пытаясь закрыть лапой, прямо, как человек, свой разрубленный широкий нос.

«Надеюсь, у него окажется достаточно времени, чтобы вдоволь помучиться и сдохнуть», – есть у меня такая надежда.

Мана поступает очень нестабильно на больное место, постоянно слетает в сторону и теряет свою силу, но снять основные повреждения я все же смог. Я остался приходить в себя на этом же месте, уже не видя ни зги в темной ночи, из последних магических сил поставив сторожок.

Ночь под плащом на куче лапника прошла довольно спокойно, поиск показывал некоторое время медленно отползающего от меня Корта, потом и он исчез, удалившись на солидное расстояние, больше никто меня не беспокоил.

Проснувшись от холода ранним утром, медленно, как совсем больной человек, я собрался и пошел в сторону уже недалекой стоянки, превзнемогая свои болевые ощущения. Обошел ее и приступил к подъему, закидывая в себя полоски вяленого мяса и разгрызая сухари.

Несмотря на все болезненные процессы, еще не излеченные и донимающие меня по дороге, я все же поднялся к Храму примерно в десять утра, где сразу же упал на Стол, положив рядом Палантир, чтобы блаженно уснуть и перестать мучиться.

Проснулся уже днем, судя по положению лучей от светила вверху Храма, потянулся и почувствовал, что боль и скованность прошли.

– Прошли совсем, я не чувствую никакого недомогания.

Похоже, Храм смог подлечить меня или просто снять болевые ощущения. Теперь бы понять – на время, или я уже полностью излечен?

Как оказалось, теперь я здоров, ничего не крутит, не ноет и не хрустит в спине. Полон маны, и Палантир зарядился на треть уже.

Это отлично, проспал я, кажется, часов пять подряд, только пора бы мне уже спешить в трактир, где ждут мои люди.

Притом, еще совсем не уверенные в том, что поступают правильно, бросая надежную, хоть и малооплачиваемую службу в родной Гильдии и переходя к такому непонятному товарищу, как я сам.

Тем более пришедшему всего восемь месяцев назад в Астор из довольно подозрительного места, про которое никому и ничего неизвестно.

Лучше мне надолго не задерживаться, не волновать колеблющихся парней своим отсутствием.

Поэтому я быстро проверился на местном компьютере, убедился, что прогресса по всем трем значкам не наблюдается, собрал вещички, положил в мешок Палантир и поспешил вниз, забыв даже посмотреть в сторону безвестной могилы Охотников.

Даже если бы компьютер показал возможность поднять уровни, снова ложиться на Стол у меня нет времени.

Через три часа я прошел мимо стоянки и еще быстрее зашагал вперед, заранее предчувствуя путь в полной темноте через пару часов, поэтому занялся сбором подходящих ветвей для факела и еще рассчитывая на камни-светильники, которые я по какому-то непонятному желанию взял с собой в эту поездку.

«Правильно очень взял, они теперь мне здорово помогут, когда прогорят подготовленные деревяшки».

Палантир заряжен, пусть и не так, как я хотел, маны полно, я просто счастлив, ведь у меня ничего не болит, поэтому быстро шагаю по лесу, не забывая, как вчера, проверять ветки над моей дорогой.

Ведь где-то здесь еще остался один из трех Кортов, я столкнулся пока только с двумя, одного убил, второго изуродовал.

«Надеюсь, он скоро загнется в мучениях, проклиная своим недалеким кошачьим умом тот день, когда решился напасть на Мага», – бормочу я себе.

В итоге я обошелся половину пути факелами, потом вставил в длинную, двухметровую ветку, расщепив один конец кинжалом, камень-светильник. Освещаю им свой путь в наступившей ночи, питая его каждые десять минут своей маной, которая уже на подходе к трактиру снизилась на четверть. Пришлось забрать пару процентов заряда в Палантире, чтобы заполниться до конца и констатировать, что свет магический довольно дорого стоит по потраченной энергии.

В ночном трактире мне обрадовались Трон, Охотники уже в отставке, и остальные просто служивые гильдейцы, пришедшие проводить своих товарищей в гражданскую жизнь. Конт с Драгером позвали всех, кто свободен, даже недавно набранных новичков, которым еще далеко до звания Носильщика. Бывшие бойцы проставляются по поводу увольнения.

Альс с Турином, конечно, очень недовольны уходом из Гильдии ее самых профессиональных членов, только на понятные уступки идти не стали даже сейчас, не попробовав заманить своих ветеранов новым повышением по службе.

Им такое повышение вообще ничего не стоит, но все равно показали свой несгибаемый характер.

«Ну очень упертые бараны эти Старшие Мастера, к моей большой удаче», – улыбаюсь я про себя.

Про то, как прошло увольнение, мне рассказали сами Охотники, когда мы отошли в сторонку от двух столов, набитых гильдейскими и заставленных обильно пивом и едой.

– Эх, Кроса здесь не хватает, – вздохнул по своему приятелю Драгер.

Да, его точно не хватает, теперь он еще долго будет переживать, что не упросился с нами к Сохатому.

С другой стороны, надо же кому-то координировать слежку за агентами Рыжего племени в Асторе, присматривать за лавкой ювелира, как я ему поручил, если что, силовым путем или через Стражу срывать поползновения врагов.

За эти два с половиной дня и две ночи может много чего нехорошего произойти. Только я надеюсь, что к моему возвращению уже будут выявлены все агенты Рыжих, поэтому останется только нанести четкие и выверенные удары силами городских охранных и военных структур. Для такого дела мы с двумя, теперь уже бывшими, Охотниками очень даже понадобимся.

Очень желательно бы вычислить координатора с той стороны и захватить его самим, чтобы получить всю информацию, которой Стража с нами точно не поделится.

И сразу же садиться на корабль, пока вести о разгроме новой ячейки агентов Рыжих не дошли до Талака, а мое участие, впрочем, пока скорее просто подозрение в торговле ювелирными изделиями и камнями, не стало известно самим Рыжим.

Чтобы нас еще точно не ждали, особенно меня, когда я, как бы совсем случайно, зайду в лавку, расположенную в доме Рыжих.

Вечер прошел очень весело. Как раз сегодня – седьмой день осьмицы, трактир полон всякими лесорубами, плотогонами и местными крестьянами, которым далеко ехать в город и которые уже привыкли радоваться жизни именно здесь.

Сохатый, увидев меня, сразу заметно поскучнел лицом, вспомнив про долг, отдал опять один золотой, попеняв, что я всегда появляюсь, когда все деньги потрачены на закупку к выходному.

– Завтра с утра подходи, еще денег в кассе наберется, – буркнул он, видя мой требовательный взгляд.

«Вот ведь жучара, трактир ломится от народа, пиво и закуски носят по столам, не переставая, еще на ставках на бои денег поднимает и все равно твердит, что денег нет» – смеюсь я.

Ну и жлоб! Правильно воспитанный Гильдией!

Похоже, его Старшие тоже хорошо доят, забирают постоянно всю прибыль на нужды Гильдии.

Ведь трактир набивается народом исключительно по выходным дням, в будни только иногда гильдейские зайдут, да возчики ночуют, доставившие товар сюда или в Сторожку.

Как нас не задирали соседние столы, я так и не пошел бить по деревянным лбам всяких там лесорубов и смолокуров, решил поберечь вернувшееся здоровье.

Зато внезапно сорвался с места Трон, даже кого-то побивший в итоге. Драться муж Клои умеет, видно, что научился в постоянных поездках, только обзавелся шикарным синяком на половину лица, как оказалось на завтраке.

Но сосед вообще не унывает:

– Эх, хорошо гульнули, вспомнил молодость, как я его вчера…

– Ага, а он тебе как! – подколол его поправляющий здоровье Конт, и все наши весело заржали, глядя на стол с завтраком и многочисленными кружками с пивом.

Ладно, посмотрим, что супруга скажет, и пустят ли его еще со мной куда-то.

Спали на подводе от поста до городских ворот, где поприветствовали знакомых стражников и сдали лошадь с телегой прямо за углом Ятошу, удачно подвернувшемуся навстречу около второго нашего цеха.

– Ольг. Уже месяц прошел, можно еще попробовать лечебный камень на моем колене? – шепнул мне старик, жадно глядя мне в лицо и ожидая моего ответа.

– Попробовать можно. Хуже не будет, только мало силы он набрал еще. Но попробовать можно, – рассудительно ответил я, решив порадовать старика. – Лето же сейчас. Ариал много светит и все на него попадает.

– Вечером приду, если дел не окажется серьезных. Знакомься, Ятош, со своими братьями Охотниками, теперь часто видеться будете.

– Да мы знакомы, только начинали службу, когда ты из-за раны ушел в отставку, – ответил мне и старику Драгер, они еще долго вспоминали бы своих знакомых, только нам пора Кроса найти и узнать у него обстановку.

– Вечером поговорите, мужчины, дела у нас неотложные, старина, – объяснил я Ятошу, и мы направились к дому, где квартирует Крос.

Того не оказалось на месте, мужики оставили свои пожитки и копья, Драгер и лук положил, я по какому-то наитию повел свою армию к лавке ювелира, где мы заметили сигнализирующего нам руками приятеля в соседнем трактире.

– Вовремя вернулись, – сообщил нам первым делом приятель, как только мы присели за стол, – пасут лавку в открытую, каждого клиента провожают до ворот двора и потом ждут рядом. Очень вызывающе и нагло работают, хотят запугать хозяина, его охранники тоже не понимают, что творится, пытались шугать соглядатаев, только те нарываются и не уходят.

– Подвинь голову, Конт, вот они, посмотрите, – и мы из очень удобного места через открытое окно рассмотрели пару оборванцев, прошедшую мимо лавки и охранника, провожающего их внимательным взглядом.

– Эти и еще одна парочка, шестерки с местного дна, но ведут себя слишком смело, наверняка, их прикрывают где-то рядом крепкие парни.

– А по остальным? – спросил я, имея в виду работу мальцов.

– Мальчишки – молодцы, высмотрели, к кому шестерки на доклад ходят, кого видели, да что слышали. Сидит на постоялом дворе мужичок, совсем неприметный такой, постоянно за столом ждет докладов. Эти к нему ходят, астриец со шрамом нарисовался тоже, они отследили, где он остановился. Где-то на краю города, около камнетесных мастерских проживает. Мальцы сказали, что сами уже не справляются, привели еще двоих наблюдателей и плату потребовали втрое выше, – этим Крос меня не удивил, хоть в десять раз выше, если они приносят реальную информацию про затаившихся по норам загонщиков.

– Заплати, – кивнул я ему.

– Ну, господа гильдейские, что делать будем? Считайте, рабочая осьмица уже началась.

Глава 5

Господа задумчиво почесали головы и сказали, что они не совсем в курсе намечающейся движухи, хотелось бы сначала немного разобраться.

Так как теперь они в отставке, уже не могут так махать шашкой и вооруженным путем искоренять скверну в Черноземье и особенно в столичном городе Асторе.

– Правильно, спешить не будем, дождемся донесения от мальцов. Как часто они к тебе заходят, Крос?

– Днем и вечером, двое смотрят, кто заходит к неприметному мужичку на постоялом дворе, двое посматривают за лавкой ювелирной, как я им и сказал.

Только он произнес свои слова, как парочка наших парнишек появилась около входа, один остался там, осматривая подходы и подозрительных клиентов, второй подошел к Кросу и солидно поздоровался со всеми, протянув маленькую ладошку каждому за нашим столом.

– Что нового? – спросил Крос.

– Нашли, наконец, засаду в подворотне, через три дома отсюда за углом. Три мужика стоят там постоянно, что-то под одеждой имеется у них, зыркают по сторонам очень злобно, нас пообещали отлупить, если еще раз здесь увидят.

– Ага, маленьких обижают, это уже повод вмешаться и убрать их оттуда, – задумчиво произнес я. – Но нам требуется их на горячем взять, когда они полезут своих шестерок защищать. Крос, придется кого-то из Сторожки сюда позвать, чтобы они сами увидели, как нехорошо себя ведут не самые приличные горожане.

– Там ведь плохие люди? – спросил я у мальца.

– Совсем плохие, но это наши, городские, – ответил он со знанием дела. – Раньше с Рябым отирались, теперь после его смерти не знают, к кому надежно прислониться.

Ого, как много мальцы знают, наверное, от отца услышали про Рябого.

– А что с Рябым случилось? Это тот, который главарем кодлы считался? – решил я узнать еще немного.

Паренек пожал плечами.

– Нашли его и Ежика убитыми около тропы, через которую в город всякое затаскивают.

Ну, это общеизвестная информация, про такое никто скрывать не будет. Шли-шли криминальные типы, авторитет со своей шестеркой, по скользкой дорожке и поскользнулись на ней же совсем окончательно, кто-то с гораздо более длинными клыками попался на пути.

– Ну что. Пора начинать действовать. Крос, сходи, поговори с Броном, если его нет, тогда в Караулку топай, расскажи про то, что новые людишки появились, жить мешают горожанам снова. Мы с мужчинами идем к тебе и берем оружие, чтобы вмешаться и помочь городским властям в наведении порядка.

– Так мы уже не в Гильдии! – напомнили мне Драгер с Контом данное обстоятельство.

– А какая разница? Вы законопослушные граждане, заметили непорядок и приструнили нарушителей. Вы в одежде Гильдии, идете отнести оружие в новое место проживания, а тут такое творится, Страже больше ничего и не потребуется. Может еще ничего делать и не придется, – подумав, сказал я.

На самом деле, ювелиру помочь срочно требуется, убрать этих голодранцев и их физическую защиту. Этого мужичка координатора сдать Страже тоже хорошо бы, только не будет ли слишком подозрительной такая неукротимая борьба с агентами Рыжих?

Как будто мы сами имеем отношение к пропаже семейства Рыжих, а сейчас старательно заметаем следы. Отслеживаем перемещения их агентов и сдаем Страже.

Как бы кто поумнее из Стражи не заинтересовался, зачем мы такое хлопотное дело постоянно крутим и от какой надобности вообще этим занимаемся.

Да еще Охотники, пусть теперь бывшие, мною пока не проверены, скажут еще, что не согласны на такие замесы с явным нарушением городских законов и нанесением серьезных повреждений.

Поэтому я только отправил Кроса с докладом к Брону, там он уже пусть распоряжается информацией, как хочет.

Наше главное дело – снять проблемы с лавки моего купца, тут можно показать, что наша команда нанята именно ювелиром, чтобы избавиться от неприятных личностей рядом.

Пока Рыжие присылают людей и деньги, всегда будут проблемы, всегда будет существовать опасность, что кто-то чего-то накопает.

Вот хотя бы так, вышли на ювелира и, если нажмут на него серьезно, тогда он уже отправит розыски в мою сторону. Придется воевать серьезно с вполне понятным итогом – моей победой, только после нее удастся ли и дальше заниматься своими делами в городе?

Придется ему сейчас помочь, потом скоренько плыть в Талак, разбираться с первоисточником появления слишком любопытствующих людей, разыскивающих за большие деньги любые следы пропавшего клана.

Мы пока прогулялись за оружием, сами мужики в цветах Гильдии, да еще люди они всем стражникам отлично известные. Спокойно могут провести небольшую экзекуцию достающих ювелира шестерок, потом еще группу физической поддержки разогнать, надавав им копейными пятками по почкам.

Так и вышло, сначала Крос подошел к шестеркам и посоветовал исчезнуть навсегда, дополнив свои слова парой чувствительных пинков по задницам мелкого криминала.

Когда через минуту на это же место принеслись трое тупых жуликов рангом повыше и поперли на Кроса, размахивая дубинками и ножами, внезапно сзади появились Драгер с Контом.

За такое явное нарушение правопорядка пробили каждому бандиту по затылкам и спинам совсем не жалеючи. Злодеи быстро оказались на мостовой, лежа, плача и баюкая ушибленные места. Всякие проклятия и обещания страшной мести замерли у них в горле, когда они поняли, кто именно их бьет. Жаждущие возмездия шестерки сразу же убежали, поняв, что все пошло не так, как ожидалось, а тема с патрулированием около лавки ювелира закрылась.

Парни произвели быстрый допрос жуликов, отняли у них все дубинки и ножи, популярно объяснили, что в следующий раз они уползут отсюда на руках, потому что ножки откажутся ходить несколько месяцев, пока кости не срастутся, как следует.

Интересно, что теперь предпримут агенты Рыжих?

Я сказал Кросу, что борзого астрийца придется обязательно отправить в допросную, чтобы он сам сослался на моего ювелира, попросившего защиты лично у него от беспредела, творимого всякими заезжими отморозками.

Мне лучше не появляться в поле зрения силовых структур, все же я не совсем еще проверенный житель города, в отличии от бывшего гильдейца, заслуженного воина и всеобщего приятеля, если не сказать, что любимца.

В тот раз лично на него напал убийца, в этот раз попросил о помощи знакомый знакомого, вполне вероятная жизненная ситуация.

Наемники убрались, хромая и держась за отбитые бока и головы, все они не по одному разу побывали в отключке, сильное сотрясение мозга или что там у них есть в головах – им гарантировано. Я поразился, насколько привычно и профессионально проводят такие мероприятия заслуженные члены Гильдии, мгновенно выбивая раз за разом из сознания пытающихся ерепениться жуликов.

И здорово порадовался, что нанял таких заслуженных товарищей.

«Хотя, чего скрывать, именно перекупил и нанял таких специально обученных людей», – напоминаю я себе.

Зато я сам спокойно зашел в лавку и доложил ювелиру, что с его проблемой разобрался, а если снова кто-то появится на горизонте, чтобы он сразу же присылал охранника ко мне.

Судя по тому, что охранники смогли рассмотреть все действо с побоями своими глазами, они правильно доложили хозяину, что я подтянул очень серьезных людей из Гильдии и поэтому могу считаться весьма влиятельным человеком. Ведь гильдейцы не влезают в такие дела просто по просьбе приятеля, да и вообще просто не влезают.

Хорошо, что никто не знает и не догадывается, что мои гильдейцы уже уволились из своей лесной конторы, поэтому просто так лупить жуликов уже не имеют права, находятся уже не при исполнении.

Ну, сами жулики не станут интересоваться про законность воспитательного мероприятия, сами ведь наняты для темных делишек, теперь быстро исчезнут с горизонта, отлеживаясь и зализывая раны.

Да и у того же ювелира такие возможности ограничены.

Я с хорошим настроение заглянул домой, оставил мешок с немыслимым богатством в своей комнате и сразу же двинулся в порт, чтобы поискать подходящее судно.

Первая шхуна плывет в Талак и еще дальше, вторая и третья уходят на Север, четвертая идет в Талак с ночевкой, и только пятая подошла мне для поездки, идет именно в нужный мне порт, разгружается-загружается за один день, вечером снова выходя в море и ложась на обратный путь.

Я договорился с капитаном шхуны на трех пассажиров, отказался от настойчиво предлагаемого полного стола и объяснил, что еду мы обязательно возьмем с собой, поэтому потребуется только возможность сварить себе кулеш, причем котел у нас будет тоже свой личный.

Я до сих пор не могу забыть, как пахла еда моряков и как воняла посуда на борту шхуны, на которой мы ходили в разведку. Такое испытание для желудка и психики, что лучше не надо повторять.

Уходим завтра, что и хорошо, и плохо одновременно.

Плохо, пока отсутствовал в городе, накопилось немало дел, особенно в мастерских и кузницах, в почти готовой бане.

«Ну, с баней так сильно не горит, отделочные работы и устройство трактира займут эту неделю, я должен явиться как раз в нужное время для запуска хамама», – напоминаю себе.

Грита тоже недовольно морщит свой носик, отвыкла, что я пропадаю несколько ночей подряд, ее беспокоит, что Редкен может безбоязненно появиться в городе.

Ну, на такое ее требование я только развожу руками и сообщаю ей, что просто пристрелить наемника из-за угла не особо трудно, что это – вообще не проблема. А вот устроить так, чтобы она могла лицо в лицо насладиться его последними минутами, весьма сложное дело, если мы только не хотим попасть в лапы Стражи.

– Я вот лично совсем не хочу. Поэтому дело будет сделано, когда появится такая возможность, и никак не раньше.

Милая опять надулась и пошла к Клое жаловаться на некоторых бесчувственных и много о себе понимающих чурбанов.

Работа в агентстве кипит, сделок все больше, уже и Орния понимает – пора набирать новых людей, чтобы учить их на ходу. Это мне Клоя рассказала, которая выбрала негласно, под влиянием мужа, конечно, мою сторону, теперь делится со мной своими мыслями по утрам за завтраком. Уравновешивает, так сказать, нашу управленческую структуру.

Драгера с Контом придется переодеть в обычную одежду, которой у них нет в принципе, поэтому я отправил гвардейцев закупиться штанами и куртками не такого привлекающего внимание дизайна.

То, что они именно из структур правопорядка, местные жулики в Талаке, конечно, разнюхают или догадаются.

Но кричать на весь порт, что они именно из Гильдии – ни к чему. Впрочем, сам Бей сотрудничает в каких-то пределах с Астором и должен поддерживать хотя бы морально представителей правопорядка соседнего государства.

Их задача не такая сложная: посидеть в трактире за пределами порта и привлечь к себе все внимание местного населения, чтобы облегчить мне подход-отход к дому-крепости Рыжих. Парням придется просидеть часа четыре во враждебном окружении и за пару часов до отхода шхуны мирно вернуться на борт, никого не убив и сильно не покалечив.

На всякий случай я посоветовал прихватить с собой гильдейские куртки, если дело дойдет по появления местной Стражи порта, очень коррумпированных и весьма задиристых воинов.

Гильдейцы с поставленной задачей справились, прикупив заодно еды на осьмицу вперед, облегчив мои карманы на пару тайлеров.

Охотники пока ночуют в комнате Кроса, придется им поменять место жительства, отдав одну из купленных недорогих квартир пока под проживание моих людей.

Не сказать, чтобы они так уж оказались нужны мне в Талаке, только я допускаю возможность, что уходить оттуда придется пешком. Мало ли, как пойдут дела в доме Рыжих, а лучше проводников, чем Охотники, мне здесь не найти.

Только все такое – очень нежелательный вариант, три дня на корабле или десять-двенадцать дней своими ногами, скрываясь от погони, это в лучшем случае столько выйдет по времени.

Скоро ли сказка сказывается, только погрузились мы на шхуну и вышли из порта Астора в южном направлении, пройдя легкий разговор с местными мытниками, типа опроса, куда плывете и что везете.

Ну, наши мешки никого не заинтересовали, только толстое ватное одеяло, прихваченное мной в качестве матраса, воодушевило таможню поинтересоваться, с какой целью я вывожу такой ценный предмет из города.

– Чтобы спать на нем, вот она, эта цель, – ответил я, в душе посмеявшись над недотепами из мытни.

Похоже, все современные путешественники обходятся одним плащом во время ночлега и спят на досках палубы, вообще не замечая никаких неудобств.

– Все, но не я!

После того, как шхуна покинула гавань Астора, я долго всматриваюсь в линию берега, пытаясь определить то самое место, где остался плавать и валяться цвет клана Разноцветных камней.

Что-то вроде знакомое на горизонте рассмотрел, только бинокль доставать постеснялся, как, впрочем, попросить похожий на подзорную трубу предмет у капитана.

Да и ладно, меня на место преступления не тянет. Скорее всего, точно то место, где я расчетливо и хладнокровно воспользовался своими магическими преимуществами, сломив нешуточное магическое и боевое сопротивление всего клана.

Путь по морю оказался вполне приятным: и мне, и моим спутникам сбивать ноги и дышать раскаленным воздухом не требуется. Всегда свежий ветерок обдувает палубу, сносит вонь от камбуза и жилых помещений, готовим себе сами, не допуская местного повара к нашим продуктам, много спим и загораем.

Охотники держатся со мной немного отстраненно, не совсем понимая, зачем они мне нужны в Талаке, если за такую пустяковую службу я плачу такие солидные для них деньги.

Пять золотых – примерно плата за пару-тройку месяцев службы в Гильдии в ранге Охотника, находящихся в середине списка по размеру платы. Они справедливо подозревают, что есть в моей поездке что-то не совсем законное, в самой высадке в Талаке и в моей странной просьбе оттянуть на себя внимание местных жителей, приезжих жуликов и наемников, еще местных сил правопорядка.

На самом деле, я выложил такие достаточно большие деньги, чтобы оторвать мужчин, недовольных проводимой политикой внутри Гильдии, в свободное плавание.

Не факт, что они останутся со мной, в прошлой жизни у меня не получилось продолжить взаимовыгодное сотрудничество. Очень уж меня выбешивали сразу две вещи – горластая шлюндра Драгера и полное безволие попавших в женский капкан, казалось бы, брутальных мужиков, хладнокровных мочителей и лесных убийц.

Так что еще посмотрим.

Пока помогут мне решить серьезно назревший вопрос, полную ликвидацию клана Разноцветных камней и справедливую экспроприацию несправедливо украденных ценностей. Помогут и прикроют тоже.

Утром третьего дня шхуна причалила в маленьком порту городка на степном побережье, с виднеющимися вдали горами, не очень высокими. Я давно уже вызубрил план Талака наизусть и по выходу из порта, оказавшегося свободным для обычных путешественников, отвел Охотников и показал им издалека тот самый трактир, где они смогут приятно провести время, снять номер и помыться после путешествия.

Ну или как получится.

– Сейчас около восьми утра, пока размещайтесь в номере, потом через час выходите в зал и просто просидите там часа два. Все время провоцировать местных бандитов не так уж и необходимо, но желательно долгие перерывы не устраивать. Шхуна уходит через восемь часов, как загрузится после выгрузки, так что за час до отхода отправляйтесь на корабль и обязательно проследите, чтобы капитан дождался меня. Могу опоздать на некоторое время, – так я напутствую мужиков, а потом, дождавшись, когда они скроются за дверью заведения, спешу обратно в порт, где в более дорогом трактире снимаю себе номер.

Мне необходимо просидеть там, не мозоля никому глаза, всего около двух часов, чтобы дождаться открытия лавки Рыжих. В нее мне желательно войти без шума и пыли, закрыть дверь изнутри, чтобы не привлекать внимания прохожих зрителей возникшими между нами с Рыжим племенем разногласиями по поводу того, кому сегодня придется остаться в живых.

Совсем вызывать подозрения я не стал и не отказался от молоденькой девицы, местной уроженки, которой разрешил утолить огонь в моих чреслах путем нежного массажа. Стоило такое удовольствие недешево, как все те процедуры, что рассчитаны на не проживающих в Талаке граждан.

Я вышел из номера примерно в десять часов по местному времени, стараясь не привлекать к себе внимания, дошел до сложенного из песчаника дома, похожего на крепость, и вошел сразу внутрь, кажется, только что открывшейся лавки.

Я даже услышал звук подвинутого засова, открывающего вход.

Меня встретил внимательный взгляд молодого Рыжего, только что вернувшегося от двери за прилавок, я заметил, как он перевел его на неприметную дверь в углу лавки. Наверно, там основной путь, по которому может прибыть подмога, или для того, чтобы попасть внутрь дома. Буду иметь в виду, маны выбивать двери, деревянные и даже каменные, мне хватит с избытком. Нагрудный мешок я передвинул на живот, Палантир заряжен на треть, и сам я полон маны.

Рыжий смотрит на меня крайне неприветливо и не желает даже поздороваться, вообще не начинает разговор, ожидая, что я пойму свою ошибку и уйду сам, увидев его недовольную рожу.

Вообще не смущаясь, я осторожно прикрыл за собой дверь, пожелал доброго утра продавцу и, заложив руки за спину, принялся рассматривать выставленные каменные изделия разной степени обработки. Засов на двери оказался самый простой, хоть и очень массивный, как сама дверь, так что отсечь поток посетителей я вполне смогу без особых хлопот.

Впрочем, что-то я сомневаюсь, что с утра в лавке идет активная торговля, ведь она работает только для вида, отпугивая всех покупателей конскими ценами и подчеркнутой неприветливостью хозяев.

– А сколько стоит это каменное кресло? – все же решил спросить я, собираясь дождаться, когда из дома в лавку зайдут побольше Рыжих, собираясь как можно быстрее указать мне на дверь.

Мне желательно так подождать, чтобы уменьшить количество ожидающих меня внутри дома сюрпризов.

Ответа я так и не дождался, продавец совсем уже злобно уставился на меня, неприметная дверь бесшумно распахнулась и через нее в лавку вошли двое крепких бородачей, один – совсем взрослый, с седой бородой.

В помещении стало тесно, теперь три местных гнома окружили меня, поэтому я сразу же поставил защитный купол, стараясь вызвать ответную реакцию кого-то из них, обладающего магической силой.

Мое действие, конечно, не осталось незамеченным, пожилой Рыжий удивленно раскрыл глаза, значит, он понял, что я Маг.

В принципе, мне интересно оказалось бы посмотреть, что предпочел бы сделать этот Рыжий – признать меня Повелителем или сразу же атаковать, догадавшись, что я не случайно оказался здесь.

А смерть его соплеменников связана именно со мной.

Только ждать ничего я не стал и сразу же нанес первый удар.

Глава 6

Я тут же сбил с ног и жестко ударил двоих Рыжих, старого и того квадратного крепыша, который так нерасчетливо встал прямо за ним.

Оставшийся невредимым продавец сразу же очень сильно метнул нож в меня и потянулся под прилавок рукой, присев и что-то там высматривая.

Нож отскочил от защиты, Рыжий тоже получил свою порцию маны, он даже не смотрит на меня в момент удара, поэтому совсем неудачно для него, конечно, влетел головой в каменную стену. Так мощно, что отколовшиеся от стены каменные крошки попали в луч светила, окружили лицо пострадавшего своеобразной вуалью, после чего он исчез за прилавком.

«Надо не забыть посмотреть, зачем он там тянулся», – напомнил я себе.

Только неотложных дел у меня сразу же очень много появилось, в ногах копошатся приходящие в себя Рыжие, еще нужно контролировать дверь во внутренние покои. Пора первым делом закрыть входную, что я и делаю, через быстрый рывок к двери, где задвигаю засов.

«Все, от внешнего мира мы отрезаны, теперь я опасаюсь только того, что одна из женщин Рыжих начнет голосить из верхних окон, созывая на помощь соседей и горожан», – так размышляю я.

Но пока команды от последнего главы рода не поступило, наверно, то проявлять самостоятельно такую инициативу никто здесь не станет. Мне же стоит разобраться с теми Рыжими, кто уже собрался в лежачем положении около меня.

Длинный клинок, выхваченный из-под куртки, колет в удачно подставленную шею пожилого Гнома на глазах пришедшего только что в себя его помощника. Он разевает рот, чтобы что-то истошно заорать, предупредить своих, поэтому я, не успевая дотянуться до него клинком, снова очень сильно бью его маной по голове, сбивая крик, готовый сорваться изо рта.

Молодой Рыжий ударяется затылком о каменный пол, изо рта вырывается только воздух, сам гном замирает на время, которого мне хватает, чтобы и ему проколоть шею, повернув широкое лезвие клинка несколько раз. Он неистово дергается, но потом расслабляется в последней позе.

– Двое с контролем, – констатирую я и ныряю за прилавок, где замер продавец.

Судя по густым пятнам крови под его затылком и на стене, с ним уже все закончено, но я и его контролирую ударом по гортани, перерубая половину шеи.

«Не нужны мне всякие удары сзади!»

– Теперь уже трое.

Пора врываться во внутренние покои, пока до оставшихся Рыжих окончательно не дошло, что случилось в самой лавке.

Или они еще не успели занять места согласно диспозиции, наверняка, подробно расписанной и всеми жильцами заученной на случай осады и штурма дома.

Вряд ли защитники своего дома-крепости готовы к тому удивительному факту, что их дом будет штурмовать именно недюжинной силы Маг, которому, по большому счету, им совсем нечего противопоставить.

Как случилось в тот раз, на скале над морем, ничего такого серьезного показать мне Рыжие перед своей смертью все-таки не смогли.

«Вряд ли здесь найдется кто-то сильнее Старшего того ковена!» – говорю я про себя.

Я еще успеваю посмотреть в окно, через ставни которого видно, что творится перед входом в лавку, но не обнаруживаю там никого из желающих купить что-то у сильно неприветливых хозяев.

Такие покупатели, наверное, не каждый день появляются и даже не каждый месяц. Те местные, кто с ними имеет какие-то дела, заходят через укромный вход, точно, что не светятся перед самой лавкой.

Ибо дела такие явно плохо пахнут.

Подлетаю к дверке и хорошим ударом маны, прижимая руку к Палантиру, выбиваю ее так, что она слетает с петель, уносится в конец небольшого коридора, врезается там в стену и валится на пол.

«Жаль, что за ней никого не оказалось», – огорчаюсь я.

Я спешу за ней, пригибаясь, по подозрительно невысокому проходу, сделанному именно под рост Рыжей братии и, проверив купол, выскакиваю во второй коридор, где сразу же ловлю арбалетный болт и что-то похожее на сулицу, как я себе ее представляю, причем с двух сторон сразу.

Я тут же отскакиваю назад до центра коридорчика и топочу ногой перед собой, как будто я куда-то спешно убегаю от подловившей меня засады.

На эту немудреную хитрость выскакивают с обоих сторон и спешат ко мне Рыжие крепыши, готовые преследовать и наказывать дерзкого налетчика. В итоге они, один за другим, пролетают вдоль стен узкого коридорчика и врезаются спиной в каменное основание дома, жестко встречающие их тела.

Сначала я заскакиваю направо и одним ударом добиваю потерявшего сознание защитника родимых покоев.

Здесь ведет наверх лестница, крепкая и добротная, но я пока возвращаюсь в левую часть, там приходится повозиться с Рыжим, который успел подняться на четвереньки и пытается внезапным ударом подрубить мне ногу, махнув клинком на уровне пола.

И удар силен, и меч очень хорош, только ничего не может помочь отчаянному Рыжему, я перерубаю ему наполовину незащищенную опять же шею. Он замирает и утыкается лицом в каменный пол, на котором быстро растекается кровавое пятно.

Все же в нашем спортивном клубе мне хорошо поставили кое-какие навыки обращения с длинной и острой железкой.

Ну, и еще моя большая сила помогает добивать Рыжих с одного удара.

– Пятеро уже, – напоминаю я себе и возвращаюсь обратно в правую сторону, чтобы зачистить верхние этажи.

Ведь в левом углу лестница ведет вниз, а мне пока туда идти еще рано, ту сторону я оставлю на конец путешествия.

Дом щедро обшит толстыми деревянными панелями поверх камня, меня очень радует такая красота и дороговизна именно внутри самого дома. Гореть все должно очень хорошо, на загляденье всему Талаку.

Я рывком поднимаюсь по лестнице на второй этаж, где натыкаюсь на стену щитов, состоящую из двух высоких ростовых, перекрывающую проход дальше. Из-за щитов торчат два коротких копья, но меня пока не атакуют, только придвигают щиты понемногу вперед и бьют перед собой копьями.

– Колют воздух, – я бы сказал так, – но, похоже, меня просто отвлекают от того, что останется у меня сзади, если я пойду в атаку именно на этих защитников.

Я вижу на стене наборные деревянные панели, не замечаю никакой двери или прохода за них, но мое умение поиска определенно говорит мне, что за панелями прячутся и ждут, когда я повернусь к ним спиной, сразу три живых организма.

Поэтому я имитирую атаку на строй, то есть, как имитирую, от моего удара маной из Палантира щиты разлетаются и впечатываются в стену вместе со своими владельцами.

Сразу же разворачиваюсь и вижу, как на моих глазах открываются панели, откуда по одиночке выскакивает сначала Рыжий, за ним пролезает Рыжая и за ней еще одна. Они размахивают мечом и дубинками, настроены очень серьезно, собираются победить или умереть на этом самом месте.

«Отлично, сразу пятеро гномов и гномих в одном небольшом коридорчике!» – радуюсь я встрече.

Мужской пол, похоже, я уже весь увидел, а сейчас вижу последнего Рыжего воина.

«Сколько еще женского осталось? – я не знаю. – Но, если в Асторе оказалось четыре женщины Рыжих, здесь вряд ли найдется больше».

Следует несколько ударов маной и потом деловитое добивание, ведь никакие разговоры с противниками я не собираюсь вести. Камень поиска находится со мной, в мешке, он расскажет мне гораздо надежнее и честнее, чем все Рыжие уроды, вместе взятые.

Пока я вожусь с теми, которые выскочили через панели из-за спины, начали очухиваться Рыжие, закрывавшиеся щитами.

Одного я еще тогда успел пырнуть в шею, сейчас он откинулся к стене, пытаясь зажать горло и хлещущую из него кровь одной рукой, второй же что-то нашаривая около себя. Второй привстал на одно колено, прикрылся щитом и попытался со своим, уже смертельно раненым, соплеменником снова создать какой-то оборонительный рубеж.

«Ну, такое совсем наивно", – хотя, когда смертельно раненый в горло умело метнул в меня топор, последним усилием пытаясь отвлечь мое внимание от атаки щитоносца, я его даже зауважал.

От рывка кровь ударила прямо струей, он больше не смог ничего сделать, упал набок.

Вмяв в угол щитоносца ударом, я не стал оставлять лежащего без внимания, зная невероятную живучесть Рыжих, поэтому наклонился и рубанул его по шее.

Эти Рыжие уже успели надеть кольчуги и шлемы, вооружиться щитами, только броня никак им не помогла в схватке. Кажется, продавец в лавке все же успел подать сигнал тревоги наверх, поэтому по мере моего продвижения вглубь дома меня поджидают все более подготовленные бойцы.

Добив обладателя меча и щита, я проконтролировал всех, лежащих на площадке около лестницы, потом кинул поиск, сначала вперед, не обнаружив никого, потом назад, там тоже пусто.

Впереди третий этаж, я уже вывел из строя восемь мужчин-Рыжих и двоих женщин-Рыжих, сколько еще осталось противников – я опять же не знаю.

Поднявшись на третий этаж, я почувствовал двоих, кажется, именно женщин Рыжего племени, в одной из угловых комнат, куда сразу же и направился, понятно опасаясь, что они сейчас начнут звать на помощь.

Услышав мои шаги, последние обитательницы дома-крепости заняли позиции с обеих сторон двери, не собираясь, слава богу, открывать ставни и голосить о помощи соседям.

Не так они вообще воспитаны, чтобы просить жалких людишек о чем-то.

Они, скорее всего, еще просто не знают, что остались последние живые в доме, поэтому собираются драться насмерть, ожидая помощи от соплеменников.

«Это просто здорово», – поэтому я не тяну время, распахиваю дверь и налетаю куполом на один здоровый нож и даже арбалетный болт из машинки, которую уверенно держит в руках благообразная гномиха солидного возраста.

«Она и молодая Рыжая одеты богаче тех, которые умерли на втором этаже», – я сразу понимаю, что эти последние Рыжие и есть жена, и дочь того седого Мага-Рыжего, который умер внизу.

Взрослая гнома стоит ближе, пытаясь закрыть собой другую Рыжую, я сразу же, не затягивая процесс, убиваю ее одним расчетливым ударом в сердце. Она безмолвно падает на руки молодой, последней в своем роду, теперь пришла ее очередь умереть, и тогда одним видом разумных существ станет меньше на этой планете.

Надеюсь, что все же не так, а наследники разных кланов еще где-то бродят по пыльным дорогам здешнего мира, но мне приходится своими руками и клинком в них закончить историю клана Разноцветных камней в Черноземье и на Севере.

«Какой–то беспощадный убой, прямо, как на ферме», – лезет мысль в голову, и поэтому я еще быстрее, чтобы обычная жалость, еще чувство невозвратности и невозможности отмены рокового шага не помешали мне, пробиваю горло Рыжей.

Которая так и замирает над телом своей матери, не знаю, может, конечно, не она ее дочь, но ситуация очень на такое похожа.

Я даю им спокойно умереть, пока обхожу третий этаж, проверяя комнаты, коридоры и даже лестницу камнем поиска.

В третьей по счету комнате от той, где умерли уже ее обитательницы, камень показывает магический тайник под скрытом, поэтому я спускаюсь вниз, проверяя на всякий случай все комнаты на третьем и втором этажах. Пусть умение поиска не показывает больше никого здесь, но я помню о шпионе Рыжих, которого убил у дома Брона, ведь здесь тоже кто-то может оказаться владельцем такого умения.

Допускаю такое, даже должен обязательно предполагать наличие некоторых особых умений и хитростей у врага.

Я не буду спешить и как-то рисковать, поэтому осматриваю все помещения и лестницы с камнем поиска, но тайник нашелся только один, в комнате Старшего Рыжего по Талаку. Правда, я еще не осмотрел комнату, где остались обе женщины Рыжих, дойдет и до нее очередь.

Спускаюсь на первый этаж в помещение лавки, все три тела лежат так же, как я их и оставил, обыскиваю Старшего, потом снимаю с него пояс, просто перерезав его. Такая же связка ключей становится моей добычей.

"Впрочем, сам пояс достаточно тяжелый, похоже, кошели набиты чем-то для меня интересным".

Прошло всего минут двадцать, как я вошел в дверь заранее негостеприимного дома и сделал его уже более-менее таким дружелюбным к посетителям. Отплытие назначено на два часа по полудни, значит, мне желательно покинуть дом Рыжих за полчаса до такого события. Идти мне десять минут до порта, так что три часа с лишним у меня в запасе имеется, можно не спеша прочесать все помещения и подвал, совершить при этом немало радостных открытий.

Надеюсь, Охотники обратят на себя все внимание криминала и местной стражи в городке, поэтому никто не станет пристально рассматривать человека с парой мешков на плече, спешащего на свой корабль. Выйти из дома лучше, как можно позже, чтобы дом начал гореть тоже далеко не сразу, уже через несколько часов после того, как наша шхуна отчалит и скроется из глаз зрителей.

Я поднимаюсь наверх, вскрываю тайник и достаю из него похожий ларец, точно такой же, как нашел в Асторе.

Ясно, что я ожидаю и здесь обнаружить снаряженный арбалет в тайнике, но, чего нет, того нет.

Еще в тайнике я нахожу несколько металлических трубок, запаянных с одной стороны и закрытых чем-то похожим на сургучную печать с другой.

«Странная находка, с чем она связана и почему спрятана здесь?» – я пока не знаю.

Ларец и трубки я оставляю на столе в богато обставленной комнате, закрываю тайник и захожу в комнату, где одна жертва лежит, вторая уже мертвая полусидит, такое трогательное посмертное единение.

Тайник находится и здесь, впрочем, без магического скрыта, из него я достаю достаточно богатые женские украшения, усыпанные драгоценными и полудрагоценными камнями с большим вкусом, нужно такое признать.

Потом я осторожно обхожу тела, стараясь не наступить в широко растекшуюся по полу кровь, рассматриваю улицу и соседние дома через закрытые ставни, затем обхожу весь третий этаж, чтобы рассмотреть сверху выход куда-нибудь в проулок, где буду меньше привлекать внимания своим внезапным появлением.

Выход находится, и не один даже. Можно выйти с заднего двора, я вижу дверь в высоком заборе на соседнюю улицу, еще можно выскользнуть в переулок через низкую дверцу, что мне нравится больше.

Ключи от обеих дверей, как я надеюсь, обязательно найдутся на связке.

Дома рядом стоят одноэтажные, как я понимаю, может они тоже принадлежат Рыжему племени, никакой жизни в них я не вижу.

«Это хорошо, мне же проще, хотя можно допустить, что кто-то из Рыжего племени окажется там», – поэтому я рассматриваю с умением поиска оба дома очень дотошно, но никого в них не чувствую.

Драгоценности я кладу на стол рядом с ларцом и возвращаюсь для легкого обыска и для того, чтобы срезать пояса с обеих гномих. Раз уж они принадлежали к самому привилегированному классу клана Рыжих, будет нелишним проверить, что там имеется.

Осторожно вскрываю ларец, высыпаю из него золото и немного алмазов, поменьше, чем в Асторе, зато здесь иглы, спрятанные в ларце, чем-то старательно намазаны.

«Надеюсь, не каким-то дыхательным ядом, впрочем, представить, чтобы Старший спал в этой комнате, зная о таком сюрпризе, совсем невозможно», – успокаиваю я себя.

Пора идти вниз, чтобы обыскать лавку, остальных покойников и дальше искать основной тайник в подвале.

«Есть он или нет, – я опять же не знаю, – но надеюсь, что все же есть».

В лавке я сгребаю немного монет, в основном серебро, не собираясь оставлять огню ничего ценного, тайника здесь нет, да и незачем ему тут быть.

Но нахожу еще одну трубку, идентичную спрятанным в тайнике, закатившуюся далеко под прилавок, и задумываюсь, что собирался сделать с ней продавец.

«Хорошо, что ничего не успел, – кажется мне, – а то был бы для меня большой сюрприз».

Проверяю подходы к лавке через ставни, желающих закупиться дорогущим камнем и поделками из него пока не видно. Осматриваю с камнем в руках первый этаж, спуск в подвал и небольшую площадку перед дверью, ничего не обнаруживаю, потом вхожу в подвал, где густо стоят бочки с продуктами, пивом, висят грозди колбас и вяленого мяса.

Ищу камнем, он показывает, в одной из бочек что-то спрятано.

«Все, как всегда, в общем, ценности в бочках, и что вы думаете, и эта тоже с вином», – усмехаюсь я.

Получается, успели все-таки Рыжие сюда одну отдельно доставить, такое, наверное, случилось, когда произошла полная эвакуация Рыжего воинства с театра военных действий под Гардией. Когда до оставшихся членов клана дошло печальное известие, что братья и сестры в Асторе совсем пропали с концами, а на связь больше вообще не выходят.

Я отложил себе самых вкусных на вид колбас, для чего пришлось попробовать предоставленные образцы, собрал отдельный мешок для затрофеенных продуктов.

«Все такое вкусное добро пригодится на обратном пути».

После этого еще раз проверил наличие тайников и был вынужден констатировать, что в этом подвале больше ничего не имеется.

– Так, бочку я начну разливать в самом конце своего визита, что в ней можно найти, я уже догадываюсь, – говорю вслух себе, потому что надоело молчать.

Да и смысла больше никакого нет поддерживать режим молчания.

В этом помещении тайника не имеется, значит, есть еще не полностью осмотренное мной пространство, я принялся проверять, где спрятано такое место.

Вскоре я понял, что рядом имеется подвальное помещение, там даже есть какой-то отклик от живых существ.

Что-то мне стало немного тревожно от того, что Рыжие успели спрятаться от меня, а теперь я должен обязательно разобраться с такой проблемой.

«Впрочем, оттуда они точно на помощь не смогут позвать, с реально минус второго этажа», – успокаиваю я себя.

Я не могу найти, как попасть отсюда в то спрятанное помещение, именно из подвала, но, поднявшись на площадку, с помощью камня все же обнаружил искусно замаскированную дверь, завешенную всякими хозяйственными предметами. Такими, как веревки и лошадиная упряжь, которым здесь точно не место.

Камень не показал, как открыть дверь, поэтому мне пришлось применить грубую силу – свою ману и ту, которую я использую при сильном контакте из Палантира.

Несколько ударов силой, дверь начала подаваться, щели стали видны, сама каменная дверь немного просела внутрь. Еще десяток ударов забрали около пары процентов энергии из Палантира, но усиленно замаскированная дверь наконец-то рухнула внутрь отлично спрятанного помещения.

И я сразу же понял по запаху, что меня там ждет.

Ноздри сразу ощутили вонь от паленой кожи, дерьма, человеческих страданий и спермы.

Я заглянул внутрь, рассмотрел, что там находится, и решительно стал подниматься наверх.

Мне потребуется ткань, чтобы завесить лицо и нужно хоть немного очистить спертый воздух подвала перед тем, как он попадет мне в легкие.

Да еще провентилироваться самому помещению будет явно нелишним, воняет там слишком уж ядрено.

Глава 7

Нашел на втором этаже какую-то большую портьеру, сорвал ее, разрезал и разорвал на несколько частей, завязал себе лицо одним из обрезков, потом подумав, замотал еще и волосы, сделав что-то вроде банданы.

«Кстати, в комнате наверху увидел хорошее зеркало, стоит такое прихватить в Астор. Всегда потом будет приятно вспомнить о делах минувших дней и славных подвигах во имя лучшей жизни всего человечества, разглядывая в нем себя и бреясь», – вспоминаю я.

Возможны всякие варианты, будет лучше, чтобы узники подземелья Рыжих тварей сейчас не смогли меня рассмотреть слишком хорошо.

Да, в секретном подвале, за замаскированной дверью, оказалась пыточная Рыжих уродов, и она совсем не пустует.

На каменном ложе лежит привязанная за руки девушка, полностью обнаженная, судя по смуглому цвету кожи – натуральная степнячка, насколько я смог ее разглядеть беглым взглядом.

В каменном же кресле сидит спиной ко мне голый мужик, с опущенной набок головой.

Девушка повернула в мою сторону голову, когда вылетела тяжелая дверь, и пытается что-то сказать, но может сейчас только мычать, у нее во рту плотно забит кляп.

Я специально поднялся наверх, в комнату мертвых гномих, чтобы найти в их шкафах что-то из женской одежды, заодно снял зеркало и, посмотревшись в него, признал себя неузнаваемым. Выбрал пару сорочек из толстого материала и уже подготовленный снова спустился в подвал, снеся вниз и зеркало на всякий случай.

«Не бегать же за ним два раза наверх?»

Девушка с надеждой смотрит на меня, она привязана за кисти к каменным подлокотникам, между ног у нее бурая пленка крови, засохшая на камне. Явно ей очень сильно досталось в сексуальном плане от Рыжих уродов.

Я накидываю на худенькое тело с солидной грудью сорочку, кожа покрыта ожогами и синяками, но судя по яростно сверкающим глазам девушка не сломлена окончательно. Я наклоняюсь над ней и разрезаю первый кожаный ремешок на левой руке, который сильно впился в кожу. Ремешок оказывается не один, есть и страховочный, которым прихвачены локти, чтобы уменьшить любую возможность для жертвы выбраться из такого положения.

«Очень продуманные уроды, настоящие твари, поэтому я при виде жертв семейства Рыжих испытываю теперь даже гордость какую-то, что смог полностью искоренить таких нелюдей в Черноземье», – говорю себе.

И вообще, никакой жалости, больше они никого не смогут пытать в глубине подвалов.

Уже не так важно, пойдет ли след убийств за мной в Астор, они все слишком рано и быстро умерли, как я понимаю, увидев девушку и мужика, которому пришлось гораздо хуже, чем ей.

Освобождаю вторую руку, девушка садится с трудом, но тут же подставляет мне затылок, на котором закреплен кляп. Когда я срезаю опять же кожаный ремень, она вытаскивает его изо рта, кляп похож на какую-то игрушку из секс-шопа, местное производство самих Рыжих.

– Где они? Где эти твари? – спрашивает девушка на плохеньком черноземельском языке, похоже, она и правда из местных.

Голос у нее скрипучий и невнятный, она жестом нетерпеливо показывает мне на полное ведро воды с ковшиком в нем, стоящее рядом. Я подаю ей напиться, потом наполняю ковшик еще два раза, до тех пор, пока она не утолила жажду.

– Отвернись, – командует девушка и быстро натягивает на себя сорочку, потому что своей одежды рядом она не видит.

– Где они? – снова настойчивый вопрос.

– На первом и втором этажах. На третьем их женщины.

– Такие же твари, – злобно бросает девушка. – Они все знают, что творят их мужики. Мы для них просто как тараканы.

– Уже нет, – отвечаю я. – Теперь они никто. Просто мертвые тела.

Девушка поднимается. Ее шатает, но она твердо настроена больше не попасть в путы и не оказаться на этом каменном ложе. Она подхватывает лежащие рядом со вторым пленником клещи и еще увесистый молоток, осматривается и обращает внимание на притихшего узника.

Хищная радость озаряет ее лицо, и она тут же подскакивает к нему. Саму еще шатает, но она, держа в руках инструменты, наваливается ему на плечи со своей оставшейся в худеньком теле силой, мужик издает дикий вой, переходящий в невнятное бульканье.

Я не понимаю, что здесь происходит, но сосредоточенная на мести девушка, готовая драться сразу, как только я ее развязал, мне серьезно нравится.

Поэтому я осторожно спрашиваю ее:

– Почему ты так с ним?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.