# Притворись моим

Марика Макей

Эддисон безответно влюблена в лучшего друга Лиама, звезду школьной команды по футболу – он умен, красив и невероятно горяч. Но его хорошее отношение к ней оказывается совсем не связано с любовью. Девушка узнает об этом после того, как почти признается Лиаму в чувствах. И теперь, чтобы не остаться в дураках, Эддисон идет на отчаянный шаг: она начинает фальшивые отношения со школьным хулиганом Ноем Кингом, который на самом деле не так прост, как может показаться на первый взгляд…
Для широкого круга читателей.

> © Макей М., текст, 2024

> © Heirasu, иллюстрации, 2024

> © ООО «Издательство АСТ», 2024

## Глава 1. Поцелуй по ошибке

– Идешь на вечеринку, Эдди?

Лиам смотрел на Эддисон ласковым взглядом. Его холодные голубые глаза невидимым огнем обжигали ей кожу, а её щеки запылали. Сегодня она твердо решила рассказать о своих чувствах Лиаму, и где, как не на вечеринке этому лучше было случиться? Поэтому Эддисон ответила:

– Ты же знаешь, только если ты пойдешь. Иначе как мама проконтролирует меня?

Они стояли между двумя почти одинаковыми домами, у декоративного забора, выкрашенного в белый. Со стороны Эддисон участок обрамляла лишь невысокая живая изгородь, а двор дома Лиама украшали пышные кусты роз, привлекающие внимание своими пышными бутонами.

– Будто я все докладываю твоей матери.

– Будто ей когда-нибудь было не все равно, – ухмыльнулась Эддисон.

Семья Келлеров жила по соседству со Смитами вот уже восемь лет. Лиам с первого взгляда понравился Эддисон, а с первого слова она в него влюбилась окончательно. Он казался Эддисон идеальным парнем. Умный, смелый и сильный. Вот каким был Лиам. В детстве он всегда защищал Эддисон, так что сейчас, в старшей школе к ней никто не осмеливался прикоснуться и пальцем. И хоть она и сама никогда не давала себя в обиду, такая забота от Лиама грела ее сердце.

К тому же Лиам в глазах Эддисон был необычайно красив. Голубые глаза, пшеничного цвета волосы, крепкое телосложение и высокий рост. У них бы родились самые чудесные дети на свете. Оливковую кожу и непослушные темные кудряшки Эддисон дополнили бы прекрасные гены Лиама. Будущие сын и дочка до конца своих дней благодарили бы родителей за такой подарок.

– Малышка Эдди стала совсем взрослой, – Лиам изобразил голос Эммы, матери Эддисон. – Не мог бы ты приглядеть за ней, Лиам?

– Еще по одной, Эдди? – теперь уже Эддисон пародировала Лиама. – И плевать, что спортсменам пить не стоит, да, Лим-Лим?

– Боже, не называй меня так…

Оба засмеялись. Они какое-то время неотрывно смотрели друг на друга, отчего Эддисон смутилась и снова раскраснелась. Чтобы справиться с бурей нахлынувших к Лиаму чувств, Эддисон поспешила добавить:

– Эрик с ребятами заедут за тобой?

– Да… и в машине, к сожалению, не будет свободного места, Эдди. Но, я надеюсь, ты не против прогуляться? У меня есть новость для тебя.

– Да, мне тоже нужно будет кое-что тебе сказать.

– Тогда до вечера?

– До вечера, Лим-Лим.

* * *

Идти на вечеринку одной не очень-то хотелось. У Эддисон не было близких подруг. Она хорошо общалась с одноклассницами и ребятами в фотокружке, в который ходила уже второй год подряд, но всем она предпочитала Лиама. Его одного всегда было достаточно.

Эддисон глубоко задумалась и вздохнула – если она пообещала Лиаму прийти, то отступать было нельзя. К тому же в своих чувствах к Лиаму никто кроме нее самой не признается, решила она.

Выбрав свое самое короткое платье и нанеся макияж ярче обычного, Эддисон взглянула на себя в зеркало в очередной раз. Отросшие почти до ягодиц темные кудряшки после мытья и укладки муссом выглядели вполне сносно, а яркие губы хорошо контрастировали с кожей. Даже черные короткие ботинки отлично вписались в образ. Эддисон не носила каблуки. И платья она тоже на самом деле не носила. Но если она и оголила ноги, то переломать их на каблуках не хотела бы даже ради Лиама. Женщины и без того во все времена шли на большие жертвы из-за мужчин, и Эддисон не желала быть в их числе.

Вечеринка оказалась закрытой. Вместо басов и кучи пьяных подростков Эддисон встретила тихая джазовая музыка и терпкий аромат свежесваренного кофе. Из знакомых лиц она увидела несколько человек из ее фотокружка, хористок и парней из команды Лиама по футболу. Куда же без них. И если фотографы и певчие птички уместно смотрелись на фоне расслабленной сладко-тягучей атмосферы вечера, то футболисты ярким пятном выделялись из общей толпы. И дело было вовсе не в цвете одежды…

«Какая-то слишком странная вечеринка, – подумала Эддисон, проходя в дом, обставленный вычурной мебелью и чудаковатым декором. – Особенно с учетом того, что Лиам и его парни здесь».

– Эдди!

Лиам с теплой улыбкой подошел к Эддисон и обнял ее. Мириады мурашек пробежали по спине Эддисон от его прикосновения. Она улыбнулась в ответ.

– Что за… блаженная туса, Лим-Лим? Куда ты меня притащил?

– Это собрание закрытого клуба «ККК».

– КК… чего?

– Кино, классика и кофе, – почти пропел Лиам. – Под классикой здесь принято понимать музыку, литературу и… да в общем, почти все творческое. – Его глаза блестели. – Здесь так круто, Эдди! Я прихожу уже на пятое или шестое собрание и до сих пор не могу поверить, что это правда!

Они стояли у камина, рядом с поленницей дров. Их окружали люди, сбившиеся в кучки по интересам. Тут и там слышались разговоры о просмотренных фильмах, посещенных выставках и покоренных вершинах. Ребята делились впечатлениями обо всем, что они любили. И хоть поначалу вечеринка показалась Эддисон странной или, скорее, нетипичной, теперь определенно она нравилась.

– Пятое или шестое, – задумчиво протянула Эддисон.

– Прости, что раньше не приглашал. Не сразу познакомился с организатором… настолько близко.

– М-м, понятно… Просто когда ты говорил о вечеринке, я представляла что-то более отвязное и веселое.

– Здесь тоже весело поверь. В прошлый раз мы посмотрели все комедии с Чарли Чаплином, а на первом собрании устроили танцы в стиле сороковых.

– Да, – усмехнулась Эддисон, – твои ребята просто в полном восторге!

Лиам виновато взглянул на парней из футбольной команды. Кто-то из них безуспешно пытался познакомиться с хористками, кто-то тайком подливал ликер в свой кофе. Но каждый из них явно чувствовал себя не в своей тарелке.

– Думаю, это их последний визит, – согласился Лиам. – Но ты-то меня не оставишь? Здесь, кстати, Джек и Клеменсия из фотокружка.

– Ка-а-ак же жаль, что мне на них абсолютно наплевать. Другое дело ты… – Эддисон запнулась на полуслове, – в том смысле… В общем, я подумаю, Лим-Лим. Но ничего обещать не буду.

– Отлично! О, кстати… мне же нужно тебя кое с кем познакомить.

– Лиам, постой, – Эддисон удержала его за руку. – Я должна тебе кое-что сказать. Только давай отойдем в менее людное место.

Они выбрались на просторную и светлую веранду. Подвесные кресла-качели из ротанга, мягкие подушки на диванчиках, бра и люстры в стиле бохо шик и сухие колосья пшеницы создавали уютную атмосферу. Музыка здесь звучала совсем приглушенно и идеально подходила для признания в любви. Эддисон нервно вздохнула.

– Эдди, что-то случилось? Ты дрожишь.

– Лиам, – начала неуверенно Эддисон, – мы с тобой столько лет знакомы и… Ты знаешь, ты ведь для меня самый близкий друг.

– Эй, ты тоже мне дорога.

Лиам положил ладонь на руку Эддисон и та улыбнулась. Они сидели на диванчике так близко друг к другу, что их губы находились всего лишь в мгновении от поцелуя. Эддисон не могла выкинуть из головы эту мысль, но все же продолжила:

– Помнишь наш уговор: если мы в кого-то влюбимся, то обязательно расскажем об этом друг другу?

– Не может быть! – ахнул Лиам, отчего Эддисон даже вздрогнула. – Не могу поверить, что ты тоже решила рассказать мне о таком именно сегодня!

– Тоже?..

– Я кое с кем начал встречается, – Лиам смутился. – Она необыкновенная и точно тебе понравится. Я хотел сегодня вас познакомить.

Эддисон показалось, что земля ушла из-под ног. Она будто окунулась в чан с ледяной водой, не задерживая дыхания. Новость о том, что Лиам уже с кем-то встречается, бурным потоком ворвалась внутрь, обожгла легкие и сковала горло. Болезненный спазм скрутил живот, а сердце будто и вовсе замерло.

Лиам что-то говорил. Только когда он дотронулся до щеки Эддисон, она смогла вернуться в реальность.

– Ч-что? Что ты сказал.

– Вики. Это ее имя, – озадаченно повторил Лиам. Но затем убрал от лица Эддисон руку, улыбнулся и спросил: – А как зовут того счастливчика, что завладел сердцем моей дорогой Эдди?

Это было хуже пытки. Глаза Эддисон наполнялись слезами, и она ничего не могла с этим поделать. Она стыдливо опустила взгляд. Рой мыслей в голове жужжал с такой силой, что она не могла думать здраво. Эддисон подскочила на ноги и бросилась бежать.

На пути к главному выходу из дома Эддисон сшибла кого-то из команды по футболу, но даже не обратила внимание. Она расталкивала людей с такой и отчаянием, что возможно даже сделала кому-то больно. В этот момент ей не было дела ни до кого. Эддисон казалось, что она умирает, что сердце не выдержит такой жгучей обиды.

Раскрыв нараспашку дверь, Эддисон сделала шаг в ночную темноту улицы. Хотела бежать. Без оглядки. Как можно дальше. Но нога подвернулась. Эддисон с глухим криком повалилась на землю. Она уже приготовилась к удару, но крепкие мужские руки подхватили ее за талию и притянули к широкой груди. В следующую секунду Эддисон нос к носу столкнулась с Ноем Кингом, отпетым школьным хулиганом, и попыталась перевести дыхание. Карие глаза Ноя безразлично изучали слезы на щеках Эддисон, его взгляд прошелся по ее растрепанным волосам и дрожащим губам. Ной не торопился размыкать руки, держал Эддисон крепко, будто она, как по волшебству, вдруг стала для него важной. А Эддисон, как бы это глупо и странно ни звучало, в данный момент нуждалась именно в таких объятиях. Которые словно дырявый спасательный круг – он не даст утонуть, но только пока внутри есть воздух.

– Эдди! – из коридора дома раздался голос Лиама.

Эддисон вздрогнула, приходя в себя. Не было ничего хуже того, что Лиам мог застать ее в таком состоянии. Раньше она не боялась перед ним плакать. Но не сейчас. Сейчас в одночасье все изменилось. Все рухнуло…

Эддисон сделала первое, что пришло ей в голову. Она схватила ворот куртки Ноя и притянула того к себе еще ближе. Ее соленые от слез губы накрыли губы Ноя. Эддисон сильно зажмурилась и в следующую секунду разомкнула рот Ноя языком. Когда Ной нехотя ответил на поцелуй, Эддисон ощутила маленький шарик на своих губах. На вкус поцелуй оказался похожим на колу с виски…

Через мгновение, слегка отстранившись от Ноя и тяжело дыша, Эддисон встретила равнодушный взгляд парня. Ной не казался удивленным, но раздражение и непонимание ясно читались на его бледном лице.

За спинами Ноя и Эддисон стоял растерянный Лиам.

* * *

– Эдди… только не говори, что ты в него влюбилась. Пожалуйста, только не в Ноя Кинга!

Все еще стоя спиной к Лиаму и держа Ноя за ворот куртки, Эддисон почувствовала, как к горлу снова подступает ком давящей боли. Увидев поцелуй Ноя и Эддисон, Лиаму вдруг стало наплевать на состояние Эддисон и, судя по его интонации, дело было совсем не в ревности. Все, что его беспокоило, это то, что она умудрилась влюбиться в такого парня, как Ной Кинг.

– М-мы встречаемся, Лиам, – дрожащим голосом выдавила из себя Эддисон и с мольбой посмотрела в глаза Ною. – Познакомься, это мой парень.

Ной перевел взгляд с Лиама на Эддисон и вдруг усмехнулся одним уголком рта. Сердце девушки ушло в пятки от такой реакции Ноя. Она уже представила, как тот отталкивает ее, а потом начинает издевательски смеяться. Обман раскрывается, и вместо привычной дружбы с Лиамом ей остается только его жалость. От этих мыслей Эддисон сильнее сжала куртку Ноя, костяшки ее пальцев побелели.

– Ты разыгрываешь меня, Эдди? – с надеждой спросил Лиам.

– Ну почему же? – вдруг ответил Ной. – Я действительно ее парень.

Взгляды Ноя и Эддисон встретились вновь. В глазах Ноя плясали озорные огоньки, он снова усмехнулся. Затем провел большим пальцем по щеке и губам Эддисон, стирая слезы, закинул руку ей на шею, и они оба повернулись к Лиаму.

– Почему ты так удивлен, Здоровяк? Неужели только ты можешь отбирать у людей самое ценное?

– Эй, придурок! – вдруг разозлился Лиам. – Я ничего у тебя не отбирал, а вот ты… Эдди, он использует тебя, чтобы мне насолить! Не ведись на эту уловку!

Эддисон нахмурилась, ничего не понимая. Она смотрела то на Ноя, то на Лиама и гадала, что между ними могло случиться. Ответ не заставил себя долго ждать.

– Что здесь происходит?

На улицу вышла Виктория Кинг, сестра Ноя. В школе многие считали ее красивой, но Эддисон думала, что у Виктории холодная красота. Такая же, как и у Ноя. Брат и сестра казались бесчувственными и безразличными к другим, хотя Ной частенько зависал в шумных компаниях. Но Эддисон почему-то была убеждена, что это напускное.

Как и у Ноя, у Виктории были карие глаза, темные волосы и правильной формы нос и губы. Девушка имела тонкую, изящную фигуру и только этим отличалась от Ноя. Все в школе знали, что брат и сестра очень близки. «Наверное, это потому что они двойняшки», – думала Эддисон.

– Твой брат снова взялся за старое, – ответил Лиам.

– Ной?

– Что, Вики? – хохотнул Ной. – Здоровяк просто познакомился с моей девушкой и начал наезжать на меня. Я его не трогал.

– Он мозги ей пудрит! – огрызнулся Лиам. – Эдди, это Вики – моя девушка. Это с ней я хотел тебя познакомить. Ною не очень-то понравилась новость о том, что мы встречаемся, поэтому он всячески пытается задеть меня!

– Тебя задевает тот факт, что мой брат встречается с… ней?

Виктория недовольно приподняла одну бровь и выжидающе взглянула на Лиама. Тот сначала даже растерялся, но потом ответил:

– Эдди мне, как сестра, Вики! Я не могу просто принять то, что он водит ее за нос.

– Значит, ты наконец-то хорошо понимаешь меня, Здоровяк.

– Значит, не будешь отрицать, что это правда?! – парировал Лиам.

– Прекрати, – сухо проговорила Эддисон, поймав взгляд Лиама. – Ной не водит меня за нос, это я… я была инициатором наших отношений. Уверена, не так давно он даже не знал о моем существовании.

– Эдди…

– Лим-Лим, не надо. Не будь эгоистом… У тебя есть девушка, – Эддисон посмотрела на Викторию, но затем быстро отвела взгляд. – Позволь мне тоже встречаться с тем, с кем я хочу.

На несколько секунд повисла напряженная тишина. Лиам прожигал взглядом Ноя, Виктория внимательно смотрела на Эддисон, сузив глаза. Потом Виктория сказала:

– Не стоит им мешать, Лиам. Я уверена, Эддисон уже большая девочка и сама знает, с кем ей встречаться.

– Вики, я не…

– Пойдем, милый. Не веди себя, как Ной, это по-детски.

– Пошла ты! – зашипел Ной.

– И я тебя люблю, братец, – ехидно промурлыкала та, уводя за собой Лиама.

Ной и Эддисон остались наедине. Они все так же стояли в обнимку, и теперь, когда Лиам и Виктория ушли, Эддисон не могла это игнорировать. Она аккуратно отодвинулась от Ноя и виновато опустила глаза.

– Прости, что поцеловала. И за то, что тебе пришлось участвовать в… этом спектакле, тоже прости.

Ной молчал, поэтому Эддисон пришлось поднять голову и посмотреть на него. У него был серьёзный вид. Он стоял, засунув руки в карманы джинсов, и задумчиво покусывал нижнюю губу. И вдруг сказал:

– Значит, ты влюблена в Здоровяка?

Этот вопрос застал Эддисон врасплох. Во рту вмиг пересохло, она не нашлась с ответом. Ной хитро улыбнулся и облизал губы, Эддисон заметила блеснувший на языке пирсинг. «Так вот что я ощутила при поцелуе!» – подумала Эддисон.

– Как интересно все сложилось…

– Прости, – уже тверже повторила Эддисон. Заметная невооруженным глазом вражда между Ноем и Лиамом была ей неприятна. – Я признательна тебе за то, что не выдал меня. Думаю, если завтра скажу Лиаму, что у нас с тобой ничего не получилось, он будет рад и не станет задавать мне лишних вопросов.

– Тогда мы не дадим ему и шанса на радость.

– О чем ты?..

– Думаешь, я из доброты душевной не раскрыл твой спектакль? – притворно удивился Ной.

Он приблизился к Эддисон, отчего ей пришлось сделать несколько шагов назад. Она уперлась спиной в перила крыльца, а Ной положил на них руки по обе стороны от ее талии.

– Теперь ты моя собственность, Смит, – дыхание Ноя обожгло нежную кожу на шее Эддисон. – Будем притворяться парой и бесить твоего ненаглядного Лиама. Если, конечно, не хочешь, чтобы он узнал о твоих чувствах к нему.

– Какой же ты мерзкий! – разозлилась Эддисон.

– Мне это уже говорили, – усмехнулся Ной, отодвигаясь от Эддисон. – Ну что ж, давай обменяемся номерами. Нас ждет интересное шоу!

## Глава 2. Объявляю войну!

– Может, еще контракт составим? Что за бред?

Эддисон и Ной сидели на скамейке под кленом в школьном парке вот уже полчаса. Обеденный перерыв они решили провести вместе, ведь так и следовало поступать парочке. Ной съел сэндвич, запил колой и прилег. Он нагло положил голову на колени Эддисон и прищурился, глядя на солнце.

– Правила необходимы, чтобы мы не переходили черту. Прямо как ты сейчас.

– Расслабься, детка. Мы же встречаемся.

– Это фальшивые отношения! – Эддисон попыталась отпихнуть Ноя от себя, но тот стал сопротивляться. – И не называй меня деткой. Это как-то пошло.

– Сделаю вид, что мне не все равно и что это правило учтено. Ты моя собственность, Смит, не забывай об этом. Не советую ставить мне условия…

– Что за наглость! – соскакивая с места, крикнула Эддисон.

– Наглость? – усмехнулся Ной, снова усаживаясь на скамейке. – Но это же ты засунула свой язык мне в рот.

Эддисон хотела возразить, но промолчала. Ной остался очень доволен собой после их небольшой перепалки, и Эддисон решила, что можно его разговорить.

– Почему тебя так заботят отношения Лиама и Виктории? У тебя нездоровая любовь к сестре?

– Ты хочешь меня задеть, но не выйдет. Я сразу понял, что ты девчонка с дьявольским огоньком. Разыграть такое представление как вчера… Ух! Не каждой под силу.

Эддисон закипала, но старалась казаться хладнокровной. Однако ей отчего-то почудилось, что Ной видит ее насквозь.

– Ты же сама спишь и видишь, чтобы они расстались. Если Вики бросит Здоровяка, то к кому он прибежит? – Ной многозначительно взглянул Эддисон в глаза. – Правильно. Ему нужна будет жилетка, в которую можно поплакать. Тут ты его и сцапаешь, с твоими-то навыками.

– Да что ты вообще несешь, какие навыки?! Ты же совершенно ничего не знаешь обо мне.

– Ну, так давай познакомимся поближе, Смит, – Ной щелкнул языком, отчего пирсинг характерно звякнул о зубы.

– Оставь свои попытки для какой-нибудь наивной дурочки. Меня не интересуют парни, ищущие приключения на задницу и желающие покрасоваться перед толпой.

– Ложь, – довольно хмыкнул Ной. – Лиам Келлер больше, чем кто-либо другой, любит красоваться перед толпой. Ты была хоть на одном его матче? Иначе я не понимаю, как ты этого не замечала.

Эддисон в который раз промолчала. Уж чего-чего, а аргументов, чтобы всякий раз ставить ее на место, Ною хватало. Это ужасно злило Эддисон и наводило на плохие мысли.

– Ты же не отстанешь от меня, Кинг?

– Как я могу лишить себя такого веселья?!

– Отлично! Тогда давай заключим пари? Проигравший выполняет одно желание.

– А вот это уже интересно, – хитро улыбнулся Ной. – На что спорим?

– Мы разлучим Викторию и Лиама. И, если Лиам станет инициатором расставания, я выиграю и ты будешь должен мне желание. И наоборот.

Ной задумался, но ехидная улыбка не сползала с его губ. Наконец, он встал и приблизился к Эддисон.

– Я же говорил, Смит, ты та еще дьяволица. Пари так пари.

Эддисон сделала вид, что улыбнулась. Она схватила со скамейки сумку и отправилась обратно в школу. Все, о чем она могла думать – как отомстить Ною Кингу. Его самоуверенность и хитрость бесили Эддисон, но к концу разговора у нее созрел план. Эддисон мысленно объявила войну Ною, потому что никто не имел права ей указывать.

* * *

– Ах ты, шизик самовлюбленный! – сыпала ругательствами Эддисон, пока готовила сэндвичи.

Рано утром ей пришло сообщение от Ноя, в котором тот просил Эддисон приготовить ему ланч с собой. И дело было даже не в том, что над ланчем нужно было повозиться, а в интонации самого сообщения. «Хочу сэндвичи, Смит. С ветчиной и индейкой. И помни, я не люблю долго ждать» – интонация этого сообщения, по мнению Эддисон, была предельно ясна.

– Так и будешь продолжать меня шантажировать? – кипела от злости Эддисон. – Ну я тебя накормлю-ю-ю… На всю жизнь запомнишь этот ланч!

– Ты чего так разворчалась с утра пораньше?

Эмма, мать Эддисон, зевая, вошла на кухню. Она была одета в строгий брючный костюм, кудрявые, как у дочери, волосы были собраны в пучок и заколоты на затылке…

– Мам, а у нас есть слабительное?

– Нет. Но, возможно, вчерашнее рагу тоже поможет справиться с запором. У тебя проблемы?

– Проблемы у одного парня в школе. Потому что я собираюсь накормить его твоим рагу.

– Если этот парень не Лиам, то мне абсолютно все равно, – улыбнулась Эмма, отпивая кофе из чашки. – Но не смей использовать мое рагу. Не хочу потом объяснять школьному совету, почему я не умею готовить.

– То есть передо мной тебе нисколько не стыдно?

– Твой желудок уже адаптировался к моей готовке, – пожала плечами Эмма, но ласково улыбнулась. – Ты еще спасибо скажешь, что прошла такую школу жизни благодаря своей матери. У тебя просто спартанская закалка, милая.

Эмма одним глотком допила кофе, взяла с полки ключи от своего Фольксваген Поло и, чмокнув Эддисон в макушку, поспешила на работу.

Мать Эддисон всегда была немного ветреной и легкомысленной, а после смерти мужа, отца Эддисон, и вовсе потеряла всякий интерес к родительским обязанностям. Но она любила дочь, и Эддисон это знала. Просто иногда Эддисон хотелось быть предоставленной не только самой себе.

Проводив маму задумчивым взглядом, Эддисон сложила сэндвичи в бокс для еды, взяла из холодильника колу и отправилась в школу. Как и прошлые восемь лет подряд, Лиам ждал ее у дороги. Но в отличие от прошлых восьми лет и даже от вчерашнего утра, сегодня Эддисон в компании Лиама чувствовала себя неуютно. Они шли молча, и это тем более не способствовало разряжению обстановки.

– Пообедаем вместе? – указывая на бокс в руках Эддисон, улыбнулся Лиам.

– Э-это для Ноя. Мы решили теперь больше времени проводить вместе.

– Да… конечно.

– Ты, наверное, с Викторией сможешь пообедать?

– На самом деле нет. У нее сложилась некая традиция во время обеденного перерыва. – Лиам заметил замешательство на лице Эддисон и пояснил: – Вместо обеда она прячется на крыше и слушает аудиокниги. По ее словам, у нее даже плед там есть.

– Тогда почему бы вам не делать это вместе? Можно совместить обед и прослушивание аудиокниг.

– Я как-то не подумал об этом… Спасибо, Эдди, сегодня же сделаю Вики сюрприз.

Эддисон улыбнулась другу, но в душе у нее разрасталась бездна. Она помогла Лиаму советом, хотя на самом деле хотела, чтобы он бросил Викторию.

– Мне нужно еще в аптеку зайти. Ты иди, Лим-Лим, а то опоздаешь на тренировку.

– В аптеку? У тебя что-то болит?

– Нет. Просто нужно взять что-нибудь для… оздоровительного коктейля. Не переживай, со мной все хорошо.

– Эдди, – Лиам резко остановился напротив магазинчика с различными мелочами вроде музыкальных шкатулок, украшений и декора. – Как ты?.. Господи… почему Ной Кинг?! И главное, когда?

От взгляда Лиама внутри у Эддисон все перевернулось. Она так хотела рассказать ему правду…

– Серьезно? Ты еще меня будешь спрашивать о таком?.. Сам-то! Закрутил роман и ничего мне не сказал!

Лиам аккуратно, будто спрашивая разрешения, взял ладонь Эддисон в руку. Он несильно сжал ее пальцы, задержал на них внимание. Эддисон не удавалось распознать все эмоции, отразившиеся на его лице, но она абсолютно точно увидела тоску в его глазах.

– Помнишь то лето, когда родители построили нам домик на дереве?

– Конечно, помню, – с грустью улыбнулась Эддисон. – Папа был еще жив. И все казалось каким-то волшебным…

– Я просто обожал этот домик. А когда ты сказала, что мы обязательно поженимся и в будущем купим себе дом в сто раз больше, и вовсе чуть не слетел с катушек от счастья.

– К чему ты это? – осторожно поинтересовалась Эддисон, чувствуя, как начинает щемить сердце.

– Сам не знаю…

Лиам тяжело вздохнул, еще раз слабо сжал ладонь Эддисон и затем расцепил их руки. Он выглядел подавленным, так же сейчас чувствовала себя и Эддисон.

– Мне почему-то так нестерпимо захотелось вернуться в этот домик. Знаешь, меня вдруг поглотило ощущение, что между нами ничего не будет, как прежде, – Лиам прочистил горло. – Ты теперь встречаешься с этим выскочкой, у меня есть Вики… Как думаешь, мы сможем сохранить нашу дружбу?

Эддисон уставилась на Лиама, не моргая. Ей так хотелось обнять его, подарить ему все тепло, что в ней скопилось. Она столько лет подряд представляла, как дружба с Лиамом перерастает в настоящую любовь. Вспоминались их ночевки друг у друга, походы с родителями, совместные значимые для них обоих покупки… Но сейчас ей казалось, что Лиам предал ее.

– Я надеюсь, нам хватит сил отнестись к этим изменениям с пониманием, – даже не веря в свои слова, ответила Эддисон. Хотя она старалась поступать именно так, как говорила. – Иначе наша дружба ничего не стоит.

Лиам коротко кивнул. Он как будто ждал от Эддисон еще каких-то слов, но она не хотела еще больше разбивать себе сердце.

– Мне нужно идти, Лим-Лим. Еще увидимся.

– Ну ладно, – пробормотал Лиам, и они с Эддисон разошлись.

* * *

Уроки проходили спокойно. Эддисон хорошо понимала программу старшей школы, и поэтому никаких трудностей с учебой у нее не возникало. Перед экзаменами многие ученики нанимали репетиторов, но Эддисон была уверена в своих силах, поэтому в последние дни чувствовала себя расслаблено, даже несмотря на надвигающиеся тестирования.

В обеденный перерыв она, как и было обговорено с Ноем, ждала его на все той же скамейке под кленом. Ной опаздывал, но благодаря этой задержке Эддисон смогла совершить задуманное. Она слегка потрясла колу, в которую добавила слабительный сироп, и отставила бутылку в сторону. Улыбнувшись неминуемой мести, Эддисон подставила лицо под лучи весеннего солнца.

– Я польщен, Смит, ты действительно принесла мне ланч?

Голос Ноя скользкой змеей прополз по позвоночнику Эддисон, и она непроизвольно поморщилась.

– Не делай вид, что мне не рада. Сознайся, ты не могла дождаться нашей встречи.

– Коне-е-ечно, – съязвила Эддисон, – я ведь жизни представить не могу без твоих дурацких шуток. Неужели кто-то на них и правда ведется?

– Представь себе. У меня толпы поклонниц. Одна краше другой.

– Лично мне нравятся умные парни, думающие о своем будущем, а не раздолбаи вроде тебя.

– Ах, – показательно скривился Ной и схватился за грудную клетку. Он подсел к Эддисон. – Это удар в самое сердце. Какая же ты жестокая, Смит. Но у Здоровяка, кстати, поклонниц даже больше, чем у меня. Видимо, не одна ты так сильно ценишь мускулы.

– Дело совсем не в мускулах, идиот!

– Что это? Очередная ссора?.. Ты заставляешь меня усомниться в наших отношениях.

– Боже! Садись и ешь уже! – Эддисон открыла бокс и достала сэндвичи. – Быстрее начнешь – быстрее закончишь.

– Не так быстро, – усмехнулся Ной, – вдруг ты задумала меня отравить. Рядом пруд. Камень к шее, и прощай красивый мальчик… А я еще так молод.

– Да ну тебя, клоун!

Эддисон поднесла сэндвич ко рту и вцепилась в него с таким остервенением, будто это он был виноват во всех ее бедах.

– Если хочешь, я могу сама все съесть, ну или хотя бы надкусить.

Ной ничего не ответил. Он самодовольно улыбнулся и все же взял бутерброд.

Пока ели, Эддисон и Ной сидели молча. Но это молчание не казалось неловким или вынужденным, просто им не хотелось разговаривать. Эддисон даже поймала себя на мысли, что благодарна Ною за компанию. Сейчас бы она вряд ли, как и раньше, смогла бы проводить время с Лиамом. Все-таки у него появилась девушка. И не просто девушка, а Виктория Кинг. Этакая красотка, но сама себе на уме. Неприступная, словно крепость, и холодная, как ледник. Эддисон мучали сразу два вопроса: как именно Лиам сблизился с Викторией и что он в ней нашел…

– Завтра будет вечеринка в доме Зака Миллера, нам следует прийти вместе.

– На вечеринку Зака? – не поверила своим ушам Эддисон. – Там собираются только конченные алкаши и чокнутые девки!

– Вау! Браво, Смит. Ты сейчас подстригла всех под одну гребенку. Интересно, ты была хоть на одной такой вечеринке?

– Нет, но…

– А какие тут могут быть «но»? Тебе придется самой выяснить, кто ходит на вечеринки Зака Миллера. – Прикончив сэндвич, Ной встал и потянулся. Затем он обернулся, взял колу, приготовленную Эддисон и добавил: – Это я, пожалуй, заберу. Бывай, Смит.

Эддисон снова поморщилась, провожая Ноя взглядом. «Ну хоть план с колой удался», – радостно отметила она.

* * *

Остаток дня прошел, как в трагикомедии. С несколькими футболистами что-то случилось, и товарищеский матч между школами пришлось перенести на другой день. Одним из пострадавших спортсменов оказался Лиам. Эддисон была уверена, что только из-за него одного тренер мог настоять на переносе игры. Лиам Келлер был лучшим игроком в футбол.

В больничном крыле, куда прибежала Эддисон, чтобы навестить Лиама, стояла нестерпимая вонь. То ли что-то испортилось то ли кто-то сдох, но дышать было невозможно. Эддисон зажала пальцами нос и попыталась отыскать слезящимися глазами Лиама. Минуту спустя ей это, наконец, удалось. Друг сидел на кушетке, держался за живот и выглядел, как прокисшая капуста. Рядом с ним согнулись от боли еще два футболиста.

– Боже мой, что произошло?

Окна больничного крыла кто-то открыл нараспашку, тонкие шторы слабо волновались от дуновения ветра. Сюда проникало очень много солнечного света, отчего помещение выглядело уютным. Лишь ребята из футбольного клуба нарушали эту атмосферу. Лиам взглянул на Эддисон, но только покачал головой. Вид у него был болезненный. Будто его свернули в узел и выжали все соки.

– Да что случилось?

– Ничего страшного, милочка! – наконец ответила круглолицая медсестра лет сорока пяти. – Они, скорее всего, просто подхватили кишечную инфекцию. Я дала им необходимое лекарство. Завтра уже оклемаются.

Эддисон нахмурилась. Ее охватило нехорошее предчувствие и, услышав голос Ноя за своей спиной, она окончательно удостоверилась в своих опасениях.

– Как же так? – надул губы Ной, изображая сочувствие. – Бедный Здоровяк. Я ведь всего лишь угостил парней колой, которую ты мне дала. Ничего не предвещало беды.

– Ах ты, скользкий гад! – взвизгнула Эддисон.

– Я? – удивился Ной. – Но я же ничего не сделал.

– Я придушу тебя голыми руками, Кинг!

– Да за что?! Меня с детства учили делиться с ближним, я не мог поступить иначе.

С поистине животным рычанием Эддисон кинулась на Ноя. Тот увернулся и, хохоча, бросился от нее бежать. Медсестра крикнула им вслед, что свободных кушеток нет и что если они друг друга покалечат, то ей придется принимать их в коридоре. Но ребятам до ее слов уже не было дела. Эддисон распирала злость, а в глазах Ноя горел азарт.

Выбежав на лужайку школьного двора, Ной резко присел перед Эддисон и та, не успев затормозить, перелетела через него. Шанс отлупить Ноя улетучился, так и не появившись. Эддисон перевернулась на спину, морщась от боли, и тут же оказалась прижата к траве крепким телом Ноя. Он задрал руки Эддисон у нее над головой, придавил ее бедра своими и оскалился в победной улыбке.

– Слезь с меня, придурок, мне больно!

– Только скажи, и я буду нежен с тобой, – тяжело дыша, ответил Ной.

Его сбивчивое дыхание касалось волос Эддисон, горячим потоком обдавало раскрасневшиеся щеки и шею девушки. Эддисон дернулась, пытаясь высвободится от хватки Ноя, но она все равно не смогла бы с ним справиться.

– Вот же… болван!

– Болван? А мне показалось, я виртуозно отделался от колы с сюрпризом. Чего, кстати, не скажешь о твоем ненаглядном Лиаме. Здоровяк похоже очень любит халяву.

– Лим-Лим не такой. Он просто верит людям, а ты этим воспользовался!

– Как жаль, что я не такой доверчивый, да?

Со стороны послышались смех и шепот учащихся. Некоторые в открытую глазели на Эддисон и Ноя, лежащих на траве. Но, в отличие от Эддисон, Ною как будто было все равно на излишнее внимание к ним.

Эддисон же стала извиваться под Ноем, но этим только раззадорила его еще больше. Он тихо посмеивался, пока она пыталась освободиться. Наконец, у Эддисон совсем закончились силы.

– Какая смелая, маленькая девочка, – издевательски прошептал Ной на ухо Эддисон. – Тебе полегчает, если ты осознаешь, что теперь принадлежишь мне. Ты моя, Смит. Моя-я-я.

– Ты совсем больной что ли? Отпусти меня… на нас же смотрят.

– Ну и пусть, – Ной носом уткнулся в щеку Эддисон. – Ты сама начала эту игру со мной, но я не собираюсь играть по твоим правилам.

Он снова залился смехом, но все же ослабил хватку и, наконец, встал с Эддисон. Ной отряхнулся и протянул Эддисон руку:

– Либо со мной, Смит, либо против меня. Выбирай.

Эддисон недовольно поморщилась, но все же подала Ною руку, чтобы подняться на ноги с его помощью.

– Я, конечно, не прощу тебе выходку с Лиамом, но… видимо, у меня нет выбора?

– Умная девочка.

– Только учти, не обещаю быть паинькой. Представится возможность, и ты у меня за все ответишь.

Ной ухмыльнулся. Он мотнул головой, призывая Эддисон следовать за ним. Оба вернулись в школу.

## Глава 3. Неожиданный заступник

Следующее утро было таким же, как и предыдущее. Эддисон и Лиам медленным шагом прогуливались до школы, но больше не затрагивали темы о детстве. Живописный район, в котором они жили, дышал спокойствием. Вот только все за пару дней изменилось, и Эддисон в который раз убеждалась в этом.

Лиам улыбнулся, увидев на дисплее очередное уведомление, прочитал текст и незамедлительно принялся набирать на клавиатуре ответ. Услышав звук отправки сообщения, Эддисон холодно спросила:

– Снова Виктория?

– Эм, да… У нас через неделю новое собрание «ККК», думаем, что бы такого замутить. Вики одна из организаторов.

– Понятно, – хмыкнула Эддисон, вспомнив слова Лиама о сближении с организатором.

– Ты ведь придешь?

Лиам вопрошающе посмотрел ей в глаза. Эддисон подумала, что для нее присутствие на этих встречах будет пыткой. От одной мысли об объятиях и поцелуях Лиама и Виктории она уже закипала. И хоть Эддисон понравилась атмосфера собраний, она не могла позволить себе так страдать.

– Не думаю, что…

– О, нет, нет! Только не отказывайся, Эдди! Прошу-у-у!

Лиам вцепился в руку Эддисон и состроил умоляющую гримасу. Он всегда так делал, когда хотел что-то выпросить у нее. Но вместо того, чтобы как обычно сдаться, Эддисон разозлилась.

– Ной не любит эти собрания, Лиам! – выпалила Эддисон, не зная, говорит ли она правду.

– Ты теперь будешь делать только то, что любит Ной? – с раздражением бросил Лиам. Заметив нахмуренные брови Эддисон, он добавил: – Если тебе что-то нравится, никто и ничто не должно вставать у тебя на пути.

– Ну, значит, мне не понравилось ваше «ККК»!

Проезжающая мимо машина засвистела колесами при заносе. Лиам резко дернул Эддисон на себя и крепко прижал ее к себе. Автомобиль, даже не притормозив, двинулся дальше и через секунду скрылся за поворотом.

– Вот же ублюдок! – злобно зашипел Лиам, все еще смотря в сторону, где только что ехал автомобиль. Затем он взглянул на Эддисон и провел ладонью по ее лицу: – Ты в порядке, Эдди?

Эддисон не могла вымолвить и слова, ее будто парализовало. Лиам… Ее Лиам стоял так близко, но одновременно был таким далеким. Она не могла себе позволить сделать с ним все, что хотела. Что так давно планировала. Не будет походов в кино с поцелуями на последнем ряду или романтических ужинов при свечах. Ее место заняла Виктория, и за это Эддисон автоматически стала ее ненавидеть.

Эддисон вдруг вспомнилось, как Лиам поил ее травяным отваром, когда она простывала. Обычно он даже не ходил в школу вместе с ней и делал все, чтобы подруга быстрее выздоровела. Это должна была делать Эмма, но та постоянно пропадала либо на работе, либо на собрании домохозяек. Эддисон всегда это смешило ее мать была отличным риелтором, но ужасной хозяйкой. Что она забыла на этих собраниях – одному богу было известно.

– Лиам…

Эддисон подумала, что если не сейчас, то ей больше никогда не представится шанс признаться Лиаму в чувствах. Ей показалось, что Лиам тоже тянулся к ней. Вдруг его стоило только подтолкнуть? Сколько он встречался с Викторией, она не знала. Но решила, что наверняка между ними еще не закрутилось ничего серьезного.

Эддисон набрала в легкие как можно больше воздуха, чтобы сказать все, что так долго рвалось наружу на одном дыхании. Но у Лиама зазвонил телефон.

– Да, Вики? Да, уже бегу.

Лиам отодвинулся от Эддисон и посмотрел на экран телефона, проверяя время.

– Нет, ничего не произошло, я скоро буду, – торопливо заверил он. Лиам вдруг виновато взглянул на Эддисон, отвернулся и еле слышно прошептал: – И я тебя люблю. Скоро увидимся.

«И я тебя люблю»…

Эддисон думала, что новость о том, что у Лиама есть девушка, будет самым сильным ударом. Но как же она ошибалась…

* * *

Помещение клуба «Сыр» было небольшим, но обустроенным всем необходимым. Комната шестнадцать на двадцать четыре фута вмещала в себя длинный стол, расположенный прямо посередине, стулья, раставленные вокруг него, и деревянные стеллажи, на которых умещалось все необходимое оборудование. На стенах висели снимки всех участников фотокружка, которые когда-то учились в школе. За годы существования «Сыра» фотографий стало так много, что они перестали помещаться на стену. Ученики лепили их уже друг на друга, и перед выпускным Эддисон и ее команда тоже планировали пополнить эту коллекцию. Но самым главным достоянием «Сыра» являлась проявочная. Там происходило настоящее волшебство. Эддисон была из тех, кто всегда пользовался двумя камерами: цифровой и пленочной. И если цифровые снимки она легко могла сделать достоянием общественности, то пленку проявляла исключительно в одиночестве. И никто, даже Лиам, никогда не видел этих работ.

Клеменсия Кэрроу энергично рассказывала о предстоящем фотопроекте в приюте для домашних животных. Примерно на втором предложении ее тирады Эддисон перестала слушать. Она погрузилась в собственные мысли. В голове снова и снова звучали слова Лиама: «И я тебя люблю…».

– Эддисон! Эддисон Смит!

Эддисон нехотя вынырнула из глубин сознания. Ребята из фотокружка пристально смотрели на нее и чего-то ждали.

– Где ты витаешь, Эддисон? – деловито спросила Клеменсия. – Расскажешь нам о своем фотопроекте?

– Да зачем ты спрашиваешь? Наверняка она опять станет снимать людей исподтишка.

Джек Грин самодовольно ухмыльнулся. Близнецы Картер, Аллен и Шон, дружно захихикали.

– Это называется стрит-съемка, олухи, – Эддисон показала всем язык.

Так уж у них в фотокружке было заведено: все пытались язвительно задеть друг друга и обойти в любых начинаниях. Но Эддисон никогда не давала себя в обиду.

– В чем смысл постоянно делать одно и то же?

– В том, что мне это нравится, Клеменсия. Слава богу, у нас здесь есть право выбора. Иначе не было бы смысла в нашем клубе.

– Ну ладно, – сдалась та, как делала это уже десятки раз. – Ну а вы, Картеры? Чем займетесь?

Близнецы пожали плечами. В отличие от других членов клуба, эти двое здесь просто просиживали штаны. Они не любили фотографировать, но членство в «Сыре» нужно было им из-за отметки в рекомендательных письмах для поступления в колледж. Правда, как-то раз они устроили телефонную съемку на городской свалке и отправили материалы в местную газету. Привлекли внимание общественности к отсутствию переработки мусора, ответственных за бардак наказали, а вопрос отходов решили. Только за это все в фотокружке и уважали близнецов, закрывая глаза на некоторые их… особенности.

– Шон предложил посетить развалины бывшей психиатрической больницы. Я с ним согласен, – ответил Аллен.

– Будет интересно, – кивнул Шон.

– Опять будете снимать на телефоны? – вздохнула Клеменсия. – Ну что ж, ладно. Вы же у нас герои.

Эддисон улыбнулась. Хотя она и не общалась тесно ни с одним из ребят, но все равно могла сказать, что они ей нравились. С ними она чувствовала себя в кругу единомышленников, умиротворенно и уютно.

Клеменсия стала дальше расспрашивать всех об их проектах. Бразды правления клубом она взяла ещё с момента выпуска из школы ее предшественника. Эддисон не волновали организационные вопросы, она больше интересовалась творчеством. Многие, скорее всего, думали так же, поэтому кандидатура Клеменсии была единственной. Но всех это устраивало. Даже с учетом того, что Клеменсия любила командовать, делала она это только для вида.

Собрание закончилось через полчаса. Эддисон любила пятничные собрания, когда они проходили уже после уроков. Казалось, что она не просто так тратит бесценное свободное время, а с пользой. Своим проектом она решила заняться на следующий день. Чтобы не делать все второпях но и не откладывать на «потом». К тому же они с Ноем собирались идти на вечеринку к Заку Миллеру. «Что б тебя, Ной Кинг! – подумала Эддисон, заходя в туалет. – Умудрилась же я тогда накинуться с поцелуями именно на тебя!».

Эддисон стояла у раковины и мыла руки, когда заметила двух девушек, которые странно смотрели на нее. Эддисон старалась не обращать на них внимания, пока стряхивала капли воды в раковину и сушила руки под феном. Но как только она собралась выйти из туалета, девушки преградили ей путь.

– Это ведь ты та самая Смит? – недовольно спросила одна из них, высокая брюнетка с пирсингом в губе, рассматривая Эддисон с ног до головы.

– Какая «та самая»?

– Не прикидывайся овцой! – фыркнула вторая, блондинка с отросшими корнями и черной подводкой вокруг глаз. Эддисон вспомнила, что когда-то эта самая блондинка прославилась на всю школу из-за секса со старшеклассником на трибуне стадиона. – Ты вешаешься на Ноя! Ваши вчерашние выкрутасы полшколы видело!

Эддисон машинально усмехнулась от такого заявления. Девушки взглянули друг на друга, неприятно поморщившись, затем снова посмотрели на Эддисон и сложили руки на груди.

– Вы что, какие-то его фанатки? Серьезно?

– Ты че несешь, коза?! – зарычала блондинка. – Эмили вообще-то его бывшая девушка!

– Ну раз бывшая, тогда в чем проблема?

На такое логичное замечание разъяренные девушки ничего не смогли возразить, но отступать они не собирались. Эддисон попыталась выйти, но ей снова преградили путь.

– Далеко собралась? Я еще не договорила.