Ирина Корецкая
Последняя битва за трон. Предание Коррина. Ключи времени

Что такое предание?

– То, что тебе вверено, а не то, что тобой изобретено, то, что ты принял, а не то, что выдумал.

Пролог

– Хранитель, белый камень откровения больше не находится на своём

месте, – переминаясь с ноги на ногу, не решаясь зайти, сообщил маленький человечек, напоминающий гнома.

– Входи, Киморг, не бойся – сказал тихий голос, который раздавался в

тёмной стороне комнаты. – И расскажи мне, как это произошло.

– Вы же знаете, Хранитель, что громы стоят на охране камня откровения

день и ночь. Даже не знаю, как это произошло, но сегодня, при смене караула, старший смены – Икиморг обнаружил, что камня на месте нет. В народе волнение, Хранитель. Что теперь будет?

– Пришли последние времена, Киморг, и ты не хуже меня знаешь, что это

должно было произойти. Надеюсь, что в другом мире родились избранные, которые могут это исправить, – сказал Хранитель, выходя на середину комнаты.

Старичку на вид было лет семьдесят. Со смешной длинной бородой, которая обвивалась вокруг его шеи и тела, спускаясь ниже колен. Она странно подрагивала, как будто соглашаясь со словами своего носителя. На вид он был на голову выше своего гостя. На нём было надето длинное тёмно-серое верхнее одеяние с длинными, ниже ладоней, широкими рукавами. На голову был накинут тёмный воротник палия, так что из-под него выглядывала только седая, длинная борода.

Внешний вид украшала застегнутая на шее длинная, без рукавов, тёмная накидка-палий, спускающаяся до земли и покрывающая собой всё верхнее одеяние, которая передавалась из поколения одних хранителей в поколение других. Застежка состояла из зелёного драгоценного камня – хризопраза, который был настолько прозрачен, что, казалось, в нём можно увидеть не только свое отражение, но и глубину мира. Хризопраз отличался от любых других камней своими магическими свойствами: он защищал и оберегал своего Хранителя. Когда камень становился мутным, это всегда означало, что рядом опасность. В спокойное время он приносил своему обладателю умиротворение и покой, оберегал от болезней и расстройств.

Хризопраз, так же, как и палий, передавался из поколения в поколение и мог служить только тем, по чьим венам разлилась кровь древнего поколения священнослужителей истинного Бога.

– Как говорит наш друг и релаквивед Аннал, много званых, но мало избранных.

Немного помолчав, он добавил, вздыхая:

– Надеюсь, избранные шестого и седьмого года земного тысячелетия готовы узнать о своём предназначении. Собери совет Семи в зале Решимости, пора принимать решение.

– Да, Хранитель, уже бегу. Совет Семи будет собран в зале Решимости, –ответил Киморг, не двигаясь с места.

– Ступай, Киморг, мне нужно подумать, – сказал Хранитель Девмал, кивнув головой, когда понял, что Киморг не ушёл.

В народе громов было принято прощаться кивком головы, без этого ни один гром не уйдёт от своего собеседника, ведь в ином случае отсутствие кивка можно расценить как неуважение, а в некоторых случаях как вызов на бой. Сколько случаев было на Осфоре в мирное время, когда двое собеседников из-за какой-нибудь мелочи дрались на дуэли, а всё, что было необходимо, – это кивнуть головой в знак уважения и прощания.

Когда за слугой закрылась дверь, Хранитель так и остался стоять на месте.

Киморг, как и Хранитель, был из народа громов. Этот народ уникален по своей природе самим рождением, а точнее, появлением на свет. Когда небеса озаряет раскат небесного грома, из молнии у самого горизонта появляется новая жизнь громика. Все громы разные, но у каждого из них есть свои дары и таланты. Одни рождаются с умением видеть сквозь время, другие – слышать сквозь стены и километры. Кто-то умеет слушать ветер и управлять погодой, поднимать предметы в воздух, понимать язык зверей и насекомых, слушать деревья и растения, переноситься во времени и пространстве, искриться и излучать свет, мастерить разные диковинные штуки могут громики, появившиеся на свет во время раската грома и молнии. Но не все появляются с дарами и способностями, некоторые, не обладая никаким талантом, просто работают на полях в деревнях и селениях. Есть и те, кому может повезти, и они уходят служить к Хранителю и стоят на страже белого камня откровения.

Такой порядок был заведён с тех пор, как камень заложили в основание подземелья Абадона на Осфоре.

Дары громиков появляются с ними при явлении на свет, и за всё время существования Осфора не было ещё ни одного грома, у которого было бы больше одного дара.

На совете Семи последние два века собирались главы народов. Своё название он получил по самой простой причине. Из народов, живущих на Осфоре, после войны с красным призраком Абадоном осталось всего семь разных представителей.

Осфор была второй планетой солнечной системы, самой яркой на небе, которую на истинном языке называли «Утренней звездой». Осфор является третьим по яркости объектом на небосводе после Солнца и Луны и является отдельной частью Вселенной. Небесное тело с населяющими его народами и племенами – место их жизни и деятельности.

Остальные народы и расы были утеряны для Утренней звезды: кто-то погиб в бою, а кто-то покинул земли при бегстве от приспешников Абадона – красного призрака, который был так назван из-за цвета кожи и неожиданного появления.

Но когда-то, несколько веков назад, земли планеты Осфор наполняло множество народов и племён, которые жили между собой в согласии. Советы старейшин всегда принимали главенствующие решения, а вожди и народы принимали эти решения как должное.

За землями Кидсводса, одного из самых крупных городов Осфора, были диковинные заповедники, заселённые разными существами, порой не находящими себе названий ни в одной из существующих книг разных миров. Их было настолько много, что они были расселены по разным заповедникам заземелья. Присматривать за заповедниками был назначен народ, который именовался ведами. Веды сохраняли покой и мир в заповедниках, они могли превращаться в животных и птиц, когда им грозила опасность, но в остальное время сохраняли свой обыкновенный вид, очень похожий на человеческий. Большим отличием был малый рост, круглая большая голова и множество рук, которые складывались за спиной, как крылья. Но и в этом народе были исключения, некоторые были рождены очень высокими и худыми как палка и уходили служить в релаквий хранить память предков. Они сохраняли знания и мудрость поколений, записывая истинные речи в харатьях и на волхварях, либо наносили их на сантии и передавали в библиотеки релаквия.

Каждый народ знал своё место в мироздании до наступления Смутного времени. Оно пришло с появлением дракона Абадона, которого в народе просто называли красным призраком. Он был большой и могучий, с семью головами и десятью рогами. По могуществу с ним не мог сравниться никто из живущих на планете. Он не только испускал вместе со своим дыханием пламя, но и мог принимать облик любого смертного, превращался в змею. Чтобы обмануть несчастную жертву и заманить её в свои когтистые лапы, он льстил, читал мысли, навязывал их, заставляя таким образом служить себе многие народы, которые в те времена еще населяли земли Кидсвордcа и всей Утренней звезды – Осфора.

Однажды, когда драконье зло уже переполнило землю Осфора, а смрад и вонь дошли до всех пределов Утренней звезды, первый Хранитель Коррин собрал совет Старейшин, на котором было принято решение победить красного призрака, объединив против него все силы народов. Но они не думали, что к тому времени Абадон уже переманил на свою сторону большое количество жителей Мироздания.

Заповедники были разрушены, а их жители, те, которые не поступили к нему на службу, разлетелись и разбрелись кто куда.

В день, который теперь принято было называть решающим, погибло множество народов Кидсвордcа, чей род больше никогда не появится на свет. Кто не погиб, испугался и навсегда покинул свои родные земли и по сей день скитается по заземельям, не находя нигде покоя. Согласно древним преданиям истинной речи, если однажды покинуть свои земли, назад дорогу не найти. Вернуться в обетованную землю Осфора возможно только в тот день, в который дракон будет освобождён и когда взору откроется лабиринт света. Освобождать его намеренно никто не собирался, потому и возможности вернуться у скитальцев не было вплоть до сегодняшнего дня.

Один день на Осфоре равен одному году на другой планете под названием Земля. Потому битва между царством Абадона и народом Осфора продлилась многие земные годы.

В решительный день смутного времени лишь некоторые из нескольких народов, каждый из которых обладал определённым даром небес, смогли сразиться с армией тьмы, собранной драконом.

Хранитель Коррин с помощью белого камня откровения, зачарованного самим Истинным Богом, запечатал вход в подземелье, и до момента, пока камень находился на своём месте, дракон оставался в своей тюрьме, где вся тьма томится, дожидаясь дня, в который она будет освобождена.

Камень держит силу заточения в избранных руках сынов времени и теряет её в драконьих лапах. В древних ведах существует поверье, что, попав в руки избранного, камень напишет имя наследника Утренней звезды – Осфора.

– Всё это до сегодняшнего дня было лишь преданиями веков, – думал Хранитель Девмал, – но с пропажей камня оживает древняя легенда о красном призраке, и, по её хронологии, если камень не находится на месте, то через долгий световой день, равный земному году, в момент долгого летнего солнцестояния вход в подземелье будет открыт навсегда. Камень невозможно похитить и унести из подземелья никому, кроме потомков Коррина. Когда его вынимают из сокровенного места, он остается незамеченным, недоступным простому зрению, и лишь тот, по чьим венам разлилась кровь древнего поколения священнослужителей истинного Бога, способен узреть его и навсегда восстановить мир и порядок в Осфоре, заточив красного призрака в подземелье навечно.

Существует множество преданий и легенд, одни из них наверняка правда – иные всего лишь вымысел.

Однако существуют и те, что живут из поколения в поколение, написанные самим Корриным. Они были написаны в далёкие времена, когда ещё не было Шлотбурга, а замком служил не Кроншлот, а то, что теперь принято называть развалинами старого замка в некогда святой земле, который был разрушен при решительной битве с красным призраком.

Вместе с замком были утрачены многие святые сантии, харатьи и волхвари, а те летописи, что удалось спасти, хранились теперь в Релаквии ведов, который располагался в отдельном здании на территории Шлотбурга под бдительным присмотром мудрого Аннала.

Принято считать, что не все сантии и не все харатьи и волхвари спасли из горящего замка, что те, которые могут пролить свет на точные упоминания о последней битве за трон, до сих пор покоятся под развалинами замка, который никто из живых не посещал с того далекого времени, развалины таят в себе множество тайн и наводят на всех живущих леденящий ужас.

***

– Как это могло произойти? – раздался громогласный голос Таргитая – вождя эмимов, которые обладали даром небес – силою, что была им дарована с рождения, вместе с ростом и весом. Они в обыденной жизни были больше похожи на исполинов и великанов, высоких и крупных, которые в обычное время выглядели как обыкновенные люди. Потому сегодня в зале Решимости сидел ничем не примечательный человек. – Значит, громы не выполнили своих обязанностей и недостойны входить в совет Семи, – продолжал он.

– Ты неправ, Таргитай! Хранитель много веков сохранял мир и покой в Осфоре, а он тоже является представителем рода громов – сказал Мадий, предводитель скитов, который также был похож на человека, его отличием были заострённые уши, а за спиной сложенные шесть крыл. Так что скиты были похожи на людей и птиц одновременно. Но во время полёта им не было равных: скорость их крыл за счёт количества делала их молниеносными. С одного места и до другого они долетали в очень короткий промежуток времени.

– Хранил, хранил, да не сохранил, – язвительно заметил горец Липоксай, он был назначен вождём племени горцев не так давно, после смерти отца. Титул перешёл ему по наследованию крови. Ему не нравился порядок и правила, которые Хранитель много лет просил соблюдать. Сила и мощь молодого вождя горцев Липоксая была в ногах, а точнее в копытах. Верхняя часть его туловища была на вид человеческой, спина была усыпана густой растительностью, а на груди выделялся красивый рельеф мышц. А вот нижняя ничем не отличалась от животной. И именно эта часть делала этот вид населения Осфора необычным и сильным, так как крупные подвижные копыта давали не только мощь и силу, но и невероятную быстроту и позволяли делать большие прыжки на крутых склонах и быстро достигать скал, где можно укрыться от преследования.

– Хранитель мудр и наверняка знает, что нужно делать. Давайте успокоимся и подождём его, – спокойным тоном ответила Ирана – властительница друидов, которой подчинялись все реки и моря. На вид она больше была похожа на смуглую девушку со светлыми волосами в белой расшитой кружевной одежде до пола, которая прикрывала её грудь и всё тело. Друиды, выходя из моря, обретали образ женщины с ногами вместо ярко изумрудного хвоста. Но вот магический взгляд друидов оставался притягательным как на земле, так и под водою. Тем, кто смотрел в их глаза, становилось тяжело дышать, а из памяти исчезали все привычные образы, и вместо них приходили те образы, которые навязывали друиды. Они были очень хорошими друзьями, продолжая при этом оставаться страшными врагами, так как всегда были себе на уме.

– Я согласна с тобой, Ирана, – ответила Арена, повелительница одров, которая, так же как и её родственница, властительница друидов, была из водного мира. Она тоже могла менять свой образ на человеческий, выходя на сушу.

Друидов и одров всегда можно было отличить на суше по волосам, которые у одров разного цвета, а у друидов всегда светлые, а в воде – по хвосту. У одра хвост больше был похож на хвост дельфина, чем на рыбу, и повелевали они водами океана вместе со своими сородичами океанидами. В глубинах океана были скрыты от посторонних глаз целые города с прекрасными хвостатыми женщинами и мужчинами. Их домашними животными были киты, скаты и дельфины. – Только в мире и спокойствии можно найти истину, – продолжала Арена, – каждый из нас знает, что этот день должен был наступить, и все мы всегда были готовы выйти на войну с красным призраком, как и наши предки.

– Что ты молчишь, Витольд? Почему не высказываешь своего мудрого мнения, – язвительно спросил эльва Липоксай, особенно делая ударение на слове «ты». – Эльвы ведь всегда отличались особенной мудростью и хитростью, так давай, выскажи нам своё умудренное мнение…

– Прекрати, Липоксай, – остановил его Таргитай. – Все и так прекрасно знают, что ты не можешь простить Витольду победу в прошлодневных венценосных играх, оттого и достаёшь его при каждой возможности.

– Всё в порядке, спасибо, – ответил Витольд, вождь эльвов, или, как их любили называть в Кидсвордсе, альвов. Они представляли собой малорослый народ, но при этом были ловкие и проворные, с длинными руками и короткими ногами. Некоторые из высшей власти альвов имели прозрачные крылья. Они были искусными кузнецами оружия, были смелыми воинами и при этом умели так прекрасно петь, что голосами завораживали как друзей, так и врагов. Эльвы были обитателями лесов и болот, защищали природу. А те, которые были из высшей знати, свободно могли управлять погодой.

– Так ведь нам всем известно, что во времена красного призрака вашего

народа на сторону тьмы переметнулось больше, чем всех остальных, – не унимался Липоксай.

– Липоксай, от тебя так же, как и от меня, не скрыто, что все народы в те времена потеряли своих родных и близких, но только в вашем роде горцы на тёмной стороне превращались в коров, в то время как наши сородичи поменяли лишь свой цвет кожи со светлого на тёмный, – улыбаясь, продолжил Витольд.

– Вот это-то и было видно на венценосных играх, как только ты от натуги потемнел, сразу на чуток приблизился к победе, – продолжал Липоксай.

– Вожди, – прервал их спор Мадий, – мне наскучил ваш спор. Как говорит мудрый Аннал, «царство, разделившееся само в себе, не устоит». Давайте будем ближе друг другу и тогда мы сможем одолеть зло!

– Вы все правы! И каждый по-своему, – раздался голос Хранителя Девмала, который тихо вошёл в зал. – Но в споре не рождается истина. Каждый из вас с рождения слышал предание Коррина. Со временем много в волхвари было дорисовано, много сантий и харатий было потеряно, предание передавалось из поколения в поколение, и каждый народ рассказывал его, превознося свою мощь и силу в победе над призраком и тьмою. Но сила победы как в те времена, так и сейчас – в единстве духа, силы и веры. Только вместе мы сможем победить! И для этого нам необходимо исполнить древний обряд, который поможет нам найти избранных, по чьим венам разлилась кровь древнего поколения священнослужителей истинного Бога, потомков великого хранителя Коррина, в новом земном тысячелетии. В землях дня и ночи, а также четырёх времен года, где истинный Бог зародил всё сущее, живут те, которые могут принести мир и покой на Осфор. Братья и сёстры! Призываю! Давайте не будем спорить, а сольёмся воедино на борьбу со злом Утренней звезды – Осфора и зажжём миннру от жертвенника, на котором никогда не перестает гореть огонь.

– Вожди и правители, – обратился Хранитель к главам народов, – возьмите

каждый свою свечу для совершения обряда. Да будет свет! Да откроется зеркало мира, призвав избранных.

Два мира есть у человека,

один, который нас творил,

другой, который мы от века

творим по мере наших сил.

Н. Заболоцкий

1 глава

Исчезновение

Энтони открыл глаза совсем рано, он хотел проснуться ещё до восхода солнца, но оно уже успело взойти над горизонтом. Он лениво потянулся и посмотрел на часы.

– Ну вот, уже семь часов утра и нужно вставать, идти на учебу. Хотя… – Он резко сел в постели, перейдя из ленивого сонного состояния в состояние бодрствования. – Сегодня первый день лета и спать ну никак нельзя. Так много всего интересного предстоит. А Сандор ещё спит, – подумал он, взглянув на брата, – и пусть, мне больше сладостей достанется.

Сандор был братом Энтони, всего на год младше, который ни в чём не уступал ему, а иногда ещё и опережал. Пока Энтони раздумывает над тем, нужна ли ему какая-нибудь вещь, Сандор её уже взял.

Они были не похожи между собой: Энтони был коренастый шатен с голубыми глазами, а Сандор худой и длинный, светловолосый с карими глазами.

И, несмотря на то, что Энтони был на один год старше, Сандор отставал от него всего лишь на семь сантиметров. Между собой братья, конечно, часто ругались, но, когда местные мальчишки пытались кого-то из них обидеть, они всегда спешили друг другу на выручку. Ох, и доставалось же местным мальчишкам, когда братья стояли друг за друга горой.

– Энтони, ты уже проснулся? – спросила мама, тихонько заглядывая в комнату.

– Да, больше не хочется спать. Мам, а ты сегодня на работу идёшь?

– Да, мой мальчик, у мамы не бывает каникул, а отпуск только через месяц, так что потерпи еще немного и поедем отдыхать на море.

Мама всегда разговаривала с ними как с детьми, что очень не нравилось мальчишкам. Они понимали, что для родителей дети – всегда дети. Но ведь они-то уже взрослые!

– Я на работу побежала, а ты не забудь, что тебе нужно книжку в библиотеку сдать, вчера из гимназии звонили. Всё, я убежала. Люблю вас.

Мама поцеловала Энтони в щёчку, потерлась носиком об его носик, поцеловала спящего Сандора и вышла из комнаты.

– Я тоже тебя люблю, – прошептал ей вслед Энтони.

Ну вот, только порадовался, что учебный год в гимназии закончился, а в неё снова нужно идти, – подумал он. Ну да ладно, сейчас посмотрю телевизор, а чуть позже схожу.

Не успел Энтони взять пульт от телевизора, как зазвонил телефон.

– Алло? Алло? Я слушаю.

– Книжку в библиотеку…не забудьте сдать книжку в библиотеку, – сказал скрипучий голос, по которому сложно было определить, женщине он принадлежит или мужчине.

– Но что за книжку мне нужно сдать? Как она называется? Я всё сдал перед летними каникулами.

В гимназии были очень строгие правила: книги подлежали жёсткому контролю и проверялись на сканере с увеличительным стеклом, чтобы удостовериться, есть ли в школьном учебнике помарки, надписи. А за порванные листки в книжке ребята отрабатывали две недели летних каникул. Поэтому не сдать книгу в библиотеку означало выбросить из своей летней жизни пару недель на все существующие хозяйственные нужды гимназии, начиная с мытья пола, окон, столов и стульев, заканчивая покраской стен.

– Книжку в библиотеку не забудьте сдать, книжку в библиотеку – повторил голос снова как заведённый, и послышались короткие гудки.

Странный человек какой-то, – подумал Энтони, но решил не задерживаться и немедленно сходить в библиотеку для начала узнать, как же называлась книжка, которую он должен был сдать.

К тому моменту, когда Энтони подошёл к входным дверям, гимназия минут пять как открылась. Большое количество детей уже было на летних каникулах, в стенах учебного заведения остались только старшеклассники, которым необходимо было сдавать выпускные экзамены, и поэтому вход в неё был свободен.

Обычно, когда идут учебные занятия, в утреннее время в гимназию не пробиться. На входе электронная пропускная система, зайти можно только по личным карточкам, очередь собирается километровая.

Несмотря на всю нынешнюю современность, гимназия построена два века назад, и потому её красноватый старинный кирпич больше отпугивал, чем притягивал современных школьников. С этим зданием было связано много легенд, говорят, что её в далеком прошлом построил старый князь в память о своей дочери, которая погибла при странных обстоятельствах, но многие утверждают, что иногда в этих старинных стенах всё же гуляет дух молодой девушки, и в коридорах часто слышатся тяжёлые шаги самого князя.

Но всё это не имеет никакого подтверждения, кроме россказней мальчишек на переменах между уроками.

– Здравствуйте! – сказал Энтони милой бабушке, которая сидела при входе. – Мне в библиотеку нужно, узнать, какую книжку я забыл сдать.

– Проходи, – ответила бабушка. – Алла Евгеньевна на месте.

Алла Евгеньевна, так звали библиотекаря, была на вид не очень молодой женщиной в огромных очках и старомодной одежде, ну, собственно, как все и представляют себе библиотекаря. При этом она очень ярко красилась, а её алая помада была видна издалека. Узкий и длинный нос больше напоминал клюв, а крупные глаза были смещены к затылку, ну точно, как у птицы со смешным названием «вальдшнеп».

Библиотека располагалась на третьем этаже школы, и к тому моменту, когда Энтони достиг её дверей, прозвенел звонок.

– Странно, – подумал он, уроков нет, а звонок продолжает звенеть. Как же хорошо, когда не нужно спешить в класс.

– Добрый день, – сказал он, зайдя в библиотеку, которая представляла собой множество стеллажей, от пола до потолка набитых книгами. Стеллажи стояли вдоль стен, посередине зала, в ещё большем количестве, казалось, свисали с потолка. Но, если приглядеться, становилось понятно, что они располагались на полках, прибитых к стенам чуть выше стеллажей. Все книжки были аккуратно поставлены, ни одна не высовывалась на фоне другой, стояли корочка к корочке.

Лишь только таблички с указанием жанра или автора книги были выдвинуты чуть вперёд для создания более удобного поиска необходимой литературы.

– Добрый день, – повторил Энтони.

Но ответа не последовало.

– Наверное, Алла Евгеньевна вышла, – подумал он и обратил внимание на стойку информации. На ней буквами, больше похожими на знаки и символы, было что-то написано. Энтони любил логические загадки и ребусы, но эта никак не поддавалась его сознанию.

На доске были нарисованы странные картинки: книга, внутри которой дерево с длинными корнями и большой кроной, по стволу которого, казалось, лилась яркая золотистая жидкость, похожая на лаву вулкана. Всё это напоминало эффект современного мира – 3D. Жидкость по стволу переливалась от верха к низу, что как раз и создавало иллюзию движения воды, которая затем как будто бы снова поднималась вверх. Затем иллюзия воды сменилась на змею, которая обвивает ствол большого дерева и ползёт к его кроне. Следующая картинка напоминала увядающее дерево. Иллюзии воды, змеи не было, а крона дерева, казалось бы, поникла и опустилась к корням.

Под картинками был изображён символ, который напоминал золотой семиствольный светильник.

Картинки пропали. Не было больше дерева, книги, воды, змеи. На доске не было ничего, что даже могло намекать на то, что здесь пару секунд назад были золотистые картинки с 3D-эффектом.

– Как это странно… – подумал Энтони. – Что могут означать эти символы?

Энтони увлекался астрономией. И всё, что касалось звёзд, вселенной, чёрных дыр и многой другой космической лексики, его интересовало больше всего остального в жизни. Он изучал разные древние символы и загадочные знаки, но при этом совершенно точно был убежден, что мир сотворил Бог, а не инопланетяне и уж тем более не обезьяны, которые по странной причине эволюционировали и стали превращаться в людей.

И, согласно древним легендам и расшифровки символов, дерево может быть миром, книга, возможно, жизнью, вода…может означать жизненные силы, а змей…с давних времен считался отрицательным героем. – Что бы это могло означать вместе? – раздумывал Энтони.

Разгадка не заставила себя долго ждать.

– Бинго, – подумал он. – Сникшее дерево – это погибающий мир, а… Его раздумья прервал голос из глубины зала, конечно же, той, что была темнее, чем все остальные, странный и скрипучий, который разговаривал с ним сегодня утром по телефону:

– Мальчик, не стой там. Я здесь. Между стеллажами с фантастикой и приключениями. Иди сюда.

– Спасибо. Я лучше у стойки информации вас подожду, – тихонько сказал Энтони, заглядывая в тёмную даль зала. Не то чтобы он был из пугливых, но и рисковать неоправданно не любил.

– Нет, нет. Что ты? Проходи ко мне. Я тебя жду.

Энтони поколебался чуть-чуть и шагнул в сторону тёмного зала.

– Хорошо, иду, – сказал он. – Вы мне звонили сегодня, чтобы я книжку сдал.

Только я не совсем понял, какую книжку я задолжал. Все книги были сданы в конце учебного года. Да и вообще, честно признаться, я не очень люблю книги, я больше люблю компьютерные игры.

Энтони говорил на одном дыхании, заходя в глубь библиотечного зала.

– Я вас не вижу. Вы где?

– Иди сюда. Я здесь, – голос продолжал звать его, а раздавался он, казалось, из служебного помещения, что находилось в конце зала.

Энтони остановился.

– Может быть, я всё-таки вас у стойки информации подожду, – уже менее

доверчиво произнёс подросток, остановившись. И сразу вспомнил рассказы родителей о том, что не нужно доверять малознакомым людям, нельзя никуда вместе с ними идти. Но ведь это же библиотека гимназии. Что здесь может случиться?

И голос как будто прочитал его мысли, потому что произнёс:

– Ты что боишься меня, трусишка?

– И ничего я не боюсь, я уже взрослый и могу постоять за себя, – пересилив свой страх, ответил Энтони.

Наверное, нет на свете человека, которому бы задали вопрос о страхе, а он откровенно ответил: «Да, боюсь», особенно в подростковом возрасте, когда страшнее прослыть трусом, чем на самом деле испугаться.

Энтони пересилил себя и пошёл дальше в тёмную часть зала.

– А что вы там делаете? – спросил он.

– Жду тебя. Мне так сильно нужна твоя помощь, сначала ты мне поможешь, а потом я тебе, – сказал странный голос. – Я много чем могу тебе помочь; могу сделать тебя сильным, могу смелым, могу исполнить твоё желание. У тебя же есть желание, которое никто ещё не исполнил?

– Конечно, есть. Только при чём здесь мои желания? – спросил Энтони.

– А ты не глупый, – сказал голос. – Тогда пришло время рассказать тебе правду. Я из мира, в котором все желания могут сбыться. И пришёл, чтобы найти мальчика, желание которого могу исполнить. Надеюсь, ты этот мальчик?

– Не знаю, тот или нет, только вот в сказки о волшебниках я уже не верю, вырос. Так что найдите себе кого-нибудь помладше меня и ему рассказывайте о том, что вы маг, или волшебник, или этот, как его, джинн. Да и к тому же вы зачем-то прячетесь. Боитесь меня напугать своим волшебным видом? – с иронией произнес Энтони и остановился.

– А ты не боишься? – как- то подозрительно спросил голос.

– Н-н-нет, – чуть заикнувшись, ответил Энтони.

– Что ж, тогда я могу показаться, – произнёс голос, при этом в нём было

столько металлических ноток, что у Энтони, казалось, волосы встали дыбом, а по телу пробежало стадо мурашек.

Свет в библиотеке странно заморгал, затем выключился совсем, и наступила кромешная тьма и тишина.

– А вот и я, – послышался шёпот у самого уха мальчика.

Энтони, который уже стал привыкать к темноте, медленно повернул голову в сторону и оторопел от ужаса: на него смотрел нечеловеческий взгляд, глаза горели огнём, зубы были длиннее человеческих и на концах были заострены, а из головы торчали рога.

– А-а-а! – крикнул он, начал падать, зацепив при этом какой-то стеллаж, одна из книг упала на пол, и в библиотеке наступила тишина.

Книги только учат людей говорить о том, чего они не понимают.

Жан-Жак Руссо

2 глава

Загадочная книга

Сандор проснулся от того, что в доме стояла гнетущая тишина. Так тихо у

них не бывало никогда. Энтони всегда будил его, если просыпался раньше. Что заставило его в этот раз поступить иначе?

– Мама с папой на работе. Ушёл в библиотеку, скоро буду, – прочитал Сандор записку, оставленную братом на столе.

Ну да ладно, ушёл так ушёл, – подумал Сандор и пошёл умываться.

Он включил воду и посмотрел на себя в зеркало. Какой же я уже взрослый, – с лёгкой ухмылкой подумал он.

Быстро почистив зубы и умывшись, он снова оглядел себя с ног до головы и, оставшись довольным, вышел из ванной комнаты.

Чем бы заняться? Не успел он придумать ничего вразумительного на этот

счёт, как его размышления прервал телефонный звонок.

– Алло.

– Сандор, это мама. У вас всё хорошо? Как Энтони? Я не могу до него дозвониться.

– Он в библиотеку ушёл. Написал записку, что скоро вернётся.

– Странно, он мне звонил из гимназии, но это было давно. Я волнуюсь, сходи в библиотеку, посмотри, может быть, он ещё там.

– Хорошо, мама, – ответил Сандор.

– Люблю тебя, малыш, – сказала она ласково.

– И я тебя. Только я уже не малыш!

– Да, милый, конечно. Ты уже не малыш, но я тебя всё равно люблю.

Позвони мне из гимназии. Дверь закрой и всё проверь. Пока.

– Пока, – ответил Сандор и положил трубку.

Затем он набрал номер Энтони, но ответом была тишина. И это странно, так как обычно голос-автомат отвечает, что абонент вне зоны действия сети. Сандор быстро оделся, захлопнул дверь и пошёл в сторону гимназии.

Санкт-Петербург – один из самых красивых городов России. Его старинные дома и улицы вызывают странное ощущение, что ты участвуешь в чём-то поистине великом и историческом. Много лет этот город связывает между собой прошлое и настоящее, здесь жили великие императоры и цари, здесь творили великие поэты и писатели. Об этих мостовых, куполах храмов и памятниках архитектуры, о несравненной Неве писали классики. Гуляя по улицам Санкт-Петербурга, ощущаешь себя частью истории, той, которая таит в себе интриги и заговоры двора, развлечения аристократов, дуэли и страсти исторических героев всех времен.

– Здравствуйте, мне нужно в библиотеку, – сказал Сандор всё той же милой старушке на вахте гимназии. – Мой брат пошел сдавать какую-то книгу и до сих пор не вернулся.

– Проходи, – ответила она. – Алла Евгеньевна уже вернулась с обеда.

Он поднялся на третий этаж, где располагалось библиотечное крыло, и увидел, что дверь в библиотеку была открыта. Обычно, среди учебного года, дверь в библиотеку всегда закрыта. Может быть, взрослые боятся, что на переменах дети будут бегать и баловаться, но помимо того, что дверь всегда закрыта, на ней ещё и надпись устрашающая висит: «В библиотеке запрещено…», и ниже приведён список того, что нельзя в библиотеке, который можно было выразить одной фразой: «запрещено всё».

– Здравствуйте, – крикнул Сандор, заглядывая в библиотеку.

– Ты чего кричишь? – серьёзным голосом спросила Алла Евгеньевна, поднимая голову из-за стойки информации, за которой до этого её не было видно.

– Ой, вы меня напугали, так резко появились, – сказал Сандор.

– Ты таким криком сам хоть кого напугаешь. Чего хотел? – спросила Алла

Евгеньевна и снова опустила голову вниз. Создалось впечатление, что это её нос что-то пишет на столе, так смешно она двигала головой.

– Я за братом пришёл. Энтони Кор. Он с утра ушёл в библиотеку книжку

сдать и домой больше не приходил.

– Подожди, я посмотрю, был ли он сегодня. – И Алла Евгеньевна склонилась над каким-то формуляром с карточками.

– Энтони Кор, Кор Энтони… – повторяла она, перебирая карточки. – Нет, сегодня такого здесь не было. Говоришь, книжку сдать? Сейчас посмотрю по

задолженностям, может быть, его карточка там.

И она снова начала перебирать картотеку, только в другом формуляре, повторяя: «Энтони Кор, Энтони Кор…»

– Нет, и здесь его нет. А это значит, что у него всё сдано и нет задолженности перед библиотекой, – оторвавшись от карточек, сказал Алла

Евгеньевна. – Беги домой, может быть, он уже пришёл.

– Странно. А вы не против, если я в зале посмотрю? – спросил Сандор.

– Да чего ты там смотреть- то собрался?! – возмутилась она. – Если книжку

хочешь взять, то проходи. А если просто так по библиотеке погулять, то нельзя.

Имей в виду, книгу до конца недели сдать нужно, так как библиотека летом не работает.

– Да, да, я книжку какую-нибудь возьму, – поспешно ответил он и, не дожидаясь ответа, повернул в сторону стеллажей с книгами.

– Хорошо, только давай недолго, – вслед ему крикнула Алла Евгеньевна – Я уходить собираюсь.

В библиотеке было очень много книг, но они его не интересовали, ведь он хотел убедиться, что Энтони действительно здесь не было. В последнем ряду, где находились стеллажи с книгами в стиле фэнтези, Сандор остановился. Под одним из стеллажей что-то лежало. Он наклонился. Это была кепка брата. Бинго! Значит, он здесь всё-таки был. Сандор поднял кепку и увидел под ней книгу. Книга, по всей видимости, была очень старинной, напечатанной не в нашем веке, переплёт был старым, а синяя ткань, которой она была обшита, напоминала бархат, но выглядел он очень потёрто. На книге при беглом взгляде не было ни одной надписи, только золотое сечение по её уголкам и в левом верхнем углу символика какого-то королевства, что-то, похожее на герб. На нём был изображен меч и голубь на фоне раскрытой книги, всё это находилось под золотым светильником.

Книга была запечатана печатью, таким на вид старым замочком, который просто так не открыть.

– Что здесь происходит? – спросила Алла Евгеньевна, которая увидела его на полу под стеллажами.

– Да-а-а, ничего особенного! Кажется, я ключ от квартиры уронил. А, нет, не уронил, показалось, – начал выкручиваться Сандор, – вот же он, в кармане.

Достав его, показал для убедительности.

– Ну, всё, мальчик, заканчивай, мне уходить пора. Если нашёл книгу, которую хочешь почитать, забирай и иди домой. На стойке информации напиши в летней карточке название книги и свою фамилию и беги, может быть, брат уже дома ждёт, а ты здесь прохлаждаешься, – сказала Алла Евгеньевна

– Хорошо. Спасибо. Значит, я побежал?

– Да, да, только… покажи, что за книгу ты решил почитать, может быть, я что-нибудь другое посоветую, – вдруг переменилась она, шагнув ему навстречу и вытягивая вперёд правую руку.

Сандор почувствовал, что именно эту книгу он должен взять и она как-то должна сыграть роль в поиске брата.

– Нет, нет, мне эта нравится. Хочу непременно её почитать, – ответил Сандор и соскочил с места как ужаленный.

– Только не забудь к концу недели сдать книгу, на летних каникулах библиотека работать не будет, – крикнула ему вслед библиотекарь.

– Хорошо, – послышался его голос уже с лестницы.

В летних формулярах написать название книги он, конечно, забыл, но это, наверное, не страшно, ведь он всё равно не знал, как её записать. Названия книга не имела, а описание книги в формуляры не записать.

Сделай всё, что можешь, а в остальном положись на судьбу.

Японская пословица

3 глава

Завеса тайны

Когда Сандор вернулся из библиотеки, Энтони дома всё ещё не было.

Что же сказать маме? Она ведь просила перезвонить, как только брат найдётся… Но… ведь он ещё не нашёлся, значит, и звонить пока нет нужды, –успокоил он себя – Сначала нужно книгу открыть, может быть, после этого станет понятно, куда подевался Энтони.

Он сел на стул в комнате и начал рассматривать книгу. Она была очень тяжёлая, в библиотеке он этого не заметил. Складывалось впечатление, что она была металлической, а не бумажной. При этом её тяжесть не ощущалась. При детальном изучении оказалось, что на ней всё-таки есть какая-то надпись.

Приблизив её максимально к глазам и приглядевшись, Сандор увидел странный текст. С обратной стороны, в правом нижнем углу, золотыми буквами было вышито «закрой глаза и шёпотом произнеси: “То, что сокрыто открывайся. То, что невидимо, узри. На пути правды направляйся, к обетованию приди”», и под стихами подпись «Кор Рин».

Сандор замер: так звали его прадедушку близкие по отцовской линии.

Прадед был великим путешественником, никогда не сидел на месте и больше трёх дней нигде не задерживался. Однажды, рассказывал отец Сандора, Ринард, так звали прадеда вне дома, привёз из одного из своих путешествий осколок камня и рассказал, что этот камень из древнего и фантастического места, он называл этот камень Утренняя звезда. Камень был белый, обыкновенный и ничем примечательным на внешний вид не отличался от тех камней, которые попадались Сандору на земле. Дед Сандора не особо верил во все эти сказки о других мирах, и поэтому кусочек камня во время жизни Ринарда забросили куда-то на чердак со всяким ненужным хламом. А когда Ринард скончался, вещи прадеда перебирали, осколок с чердака достали и поместили в шкатулку с ценными вещами. Позже, когда скончался и дед Сандора, его отец распорядился обрамить осколок в подвеску и подарил маме на их десятилетие совместной жизни. Мама, правда, не часто надевала эту подвеску, и потому она хранилась всё в той же шкатулке с драгоценными изделиями.

Поэтому о склонности прадеда к путешествиям и сказкам всем было известно, но вот о том, что он ещё и писал книги, никто, похоже, в их семье не знал.

Сандор ещё раз повертел книгу в руках и снова прочитал вышитое золотыми нитями послание, затем закрыл глаза и прошептал магические слова, написанные прадедом: «То, что сокрыто, открывайся. То, что невидимо, узри. На пути правды направляйся, к обетованию приди».

Как и что с ним произошло дальше, не описать простыми словами. Его как

будто подхватили чьи-то невидимые руки и понесли куда-то вверх, всё выше и выше, казалось, к самим небесам. Он не видел, куда взлетел, глаза по-прежнему были закрыты, но ощущал себя безопасно в невидимых руках. Голова кружилась, но и это было приятное ощущение. По ощущениям, в полёте он не провёл и пяти секунд, как уже больше не летел, а сидел на чём-то твёрдом, очень похожем на бетонный пол.

Сандор открыл глаза и не мог поверить в увиденное: вокруг него была ротонда на Гороховой, которую он посещал когда-то с дедом.

Он встал и огляделся: все стены были исписаны желаниями. Некоторые были очень смешные, а какие-то были серьёзными. Кто-то просил, чтобы «Зенит» всегда оставался чемпионом. Кто-то просил здоровья, а кто-то – любви и долгих лет жизни.

Но все эти надписи говорили о том, что тот, кто их писал, откровенно говоря, верил в чудеса. Сандор тоже был из тех, кто верит в чудеса! Возможно, в силу своего возраста.

Но те чудеса, которые с ним сегодня происходили, явно говорили о том, что сверхъестественное существует. Сегодня он ощутил разницу между тем, когда ты рассказываешь всякие страшилки друзьям и товарищам, и тем, когда это происходит наяву и ты являешься участником этих странных событий!

В народе это место называют «мистическая ротонда на Гороховой улице», с ней связано множество легенд Санкт-Петербурга.

Эти легенды Сандору и Энтони в детстве рассказывал дед. По одной из них, в Ротонде собирались масоны и приносили в жертву людей. По другой, в этом доме жил Распутин – верный лекарь царя, о нём тоже слагали много мистических историй. Но было и то, что эти легенды объединяло: в загадочной ротонде во все времена часто пропадали люди.

Говорят, что всё происходило в подвале, который в наши дни замурован.

Считается, что «ротонда» – это портал времени, и возможны переходы в иные миры… откуда можно вернуться и не вернуться… сюда можно прийти молодым, а уйти старым, и наоборот…

Нужно вспомнить, что рассказывал отец о ротонде, а ему его отец и так до самого Ринарда Кора.

Сандор закрыл глаза и вступил на ступени ротонды, одна, две, три, четыре….пятьдесят пять, пятьдесят шесть…

– Сколько может быть здесь ступеней? – подумал он. – Поднимаюсь как будто это девятиэтажный дом.

– Перестань считать, – послышался голос в его голове.

Сандор остановился, вот ещё и разум помутился, теперь ещё и голоса слышу.

– Перестань считать и двигайся дальше, – снова послышался голос.

– А ты кто? – спросил Сандор

– А ты? – спросили его в ответ.

«Вот уж забавно, – подумал Сандор, – разум помутился, а голоса такие явные, как будто с живым человеком разговариваю».

– Мальчик, ты кто? – снова спросил его голос – Ты уже минут десять ходишь кругами по ротонде. Что-то потерял?

Сандор открыл глаза и увидел старичка в круглых очках, похожего на старого профессора.

– А, это Вы со мной разговариваете? – сказал он.

– А ты хотел с кем-то другим поговорить? – спросил старичок.

– Нет, нет, всё в порядке. Ни с кем не хотел. Просто существует легенда, что, если закрыть глаза и подниматься с закрытыми глазами по ступеням вверх, можно оказаться в другом мире. Вот я и хотел попробовать.

– Можно, – вполне серьёзно ответил старичок, – только для этого перестань считать ступени.

– Правда? А Вы откуда знаете? – обрадовался Сандор

– А я перестал…– тихо ответил новый знакомый Сандора. – Но это долгая история, я здесь уже очень долго и многое повидал, считай меня стражем ротонды.

Иди, мальчик, иди и узнай своё предназначение.

Сандор закрыл глаза, но подниматься не стал, решил, что нужно старичку спасибо сказать, открыл их снова, а старика нет.

«Странно, конечно, – подумал Сандор. – Всё, что со мной происходит, странно, но нужно попробовать, ведь уже нечему удивляться».

И, прижав книгу к груди покрепче, снова закрыв глаза, осторожно ступил на ступени, перестав их считать. Уже через пару минут ему пришлось остановиться, так как ступени кончились, а перед ним оказалась дверь. На ощупь она была старая и деревянная. Сандор вздохнул и нащупал ручку, не открывая глаз, повернул её.

Дверь легко поддалась и открылась.

Весь мир есть не что иное, как образ, построенный

в сознании души.

Ауробиндо

4 глава

Венценосные игры

От яркого света Сандор зажмурился. Со временем глаза привыкли к свету, и он без труда открыл их.

– Что это? Где я? – пронеслась первая мысль Сандора, когда он оглядывался.

Земля была больше похожа на боевую арену: она была разворошена и раскидана.

Странно смотрелись впереди стоявшие палки, две вдоль, одна поперёк, которые были похожи на футбольные мини-ворота.

Оглядываться и раздумывать было особо некогда, так как на него с огромной скоростью нёсся большой чёрный бык.

Сандор вскочил на ноги и побежал. Не то чтобы он медленно бежал, но и той скорости, которую он развил в этом поединке, было недостаточно.

Ещё пару секунд, и бык настигнет его, а хвалёная на физкультуре скорость его бега ему ни в чём не сможет помочь.

Сандор продолжал бежать, пока не услышал странный звук, как будто за его спиной летел рой пчёл. Он, не останавливаясь, обернулся. В ту же секунду над его головой пронеслось странное существо, на вид похожее на человека, с ногами и руками, в ярко-изумрудных штанах типа галифе и с полуобнажённым торсом.

Самым странным у этого существа были крылья. Когда оно пролетало над ним, Сандор пригляделся. Шесть прозрачных крыл, похожих на те, которые в мультфильмах рисуют сказочным феям, двигались очень быстро, оттого и создавался вибрирующий, жужжащий звук.

От испуга Сандор резко остановился, и неожиданно путь ему преградил гигантских размеров человек, очень похожий на великана.

– Ты что, Козявка? – прогремел гигант. – Хочешь, чтобы тебя убили?

Сандор скрючился и зажмурился, но, собрав все силы в кулак, выпрямился и выставил гордо грудь вперёд, открыл глаза, чтобы мужественно встретить опасность. Но в этот момент что-то пошло не так. Небо озарила вспышка, как от молнии, а вокруг Сандора возникло прозрачное, но достаточно ясное сияние, похожее на шар.

Великан отпрянул и при прыжке назад чуть не сшиб еще более странное существо в длинной мантии с высоким воротником, явно скрывающим его маленькую шею. Человек был невысокого роста, но его борода была достаточно длинная, чтобы обвивать тело, она закручивалась вокруг туловища, как лиана вокруг ствола дерева, и спадала к ногам.

– Избранный! – восторженно сказал старичок и подошёл ближе.

Вокруг Сандора собрался народ, очень странный на вид, это были большие и маленькие человечки, толстые, худые, тонкие, длинные и не очень. Некоторые из них были похожи на атлетов, как на олимпиадах, большие и сильные, но здесь у каждого были свои странные отличия. У одних были копыта вместо ног, у других – крылья за спиной, третьих отличали маленькие рожки на голове. При этом лица у всех были очень приветливые.

– Избранный! – вновь повторил старик в длинной мантии. – Мы ждали твоего прихода.

Сандор посмотрел вокруг себя, обернулся, пытаясь понять, к кому из присутствующих обращался старик.

– Ты можешь убрать защитный барьер Ориала. Мы не причиним тебе вреда.

Мы рады приветствовать тебя в землях Утренней звезды – Осфора.

Сандор ещё разок оглянулся для убедительности, поняв, что старик в мантии действительно обращается к нему, и всё же переспросил:

– Вы ко мне обращаетесь? Но старик как будто не слышал его и продолжал дуть в свою дудку:

– Избранный, мы призвали тебя, чтобы ты помог …

Но Сандор прервал его нудный монолог:

– Я не могу двигаться. Что-то мешает мне.

Старик замолчал, взирая на Сандора из-под своих белоснежных бровей, а затем уже спокойным тоном, без пафоса, с которым говорил до этого, продолжил:

– Конечно, мешает. Ведь ты зажёг барьер Ориала. Ослабь его защиту и сможешь двигаться.

– Барьер Ориала? – переспросил Сандор – Первый раз слышу про такое и потому я не знаю, как… – отчаянно закричал Сандор.

– Если ты не знаешь, как управлять Ориалом, никто из нас тебе не подскажет, – спокойным тоном ответил старик и присел рядом с барьерным шаром.

Все остальные последовали его примеру и сели вокруг Сандора, как будто в походе вокруг костра.

Сандор закрыл глаза и попытался расслабиться. Представил свою семью, вспомнил, как они с Энтони играли с отцом в твистер, как весело смеялись, когда к ним присоединялась мама, и как они все вместе подстраивали ей тяжёлые испытания в игре, а она, всегда не справляясь с ними, падала на пол и очень звонко смеялась. Затем они все вместе пили чай, с только что испечённым маминым пирогом с яблоками. Сандору вдруг стало очень грустно, неужели он больше никого из них не увидит… И вдруг он почувствовал, как давление на его тело стало ослабевать. Когда Сандор открыл глаза, вокруг по-прежнему было много народа, но никакого яркого свечения уже не было.

Столпившийся народ с большим интересом рассматривал его. Казалось, здесь собралось всё население странной планеты. Человечки были повсюду, некоторые даже умудрялись выглядывать из-под чьих-то копыт, протискивались между ними и вытягивали свои странные головы, чтобы получше рассмотреть диковинное существо, которым для них являлся Сандор. Он и сам был бы не прочь всех рассмотреть, если бы вдруг не заметил, что стоит перед всеми в чём мать родила.

– Ой! – только и успел вымолвить он, закрывая все свои причинные места руками.

Старик подошёл к нему и, сняв с себя свою накидку и обернув её вокруг Сандора, приобняв его рукой, чтобы тот мог опереться на его плечо, произнёс:

– Добро пожаловать домой, Избранный!

– Где я? – слабым и уставшим голосом спросил Сандор.

– Об этом позднее, сейчас тебе нужно отдохнуть, – ответил старик и, повернувшись к толпе, громко произнёс:

– Народ Осфора, Избранный с нами. Он будет отдыхать. Венценосные игры откладываются. Расходитесь по домам…

Больше Сандор уже ничего не слышал, так как провалился в забытье.

Удивленья достойны поступки Творца!

Переполнены горечью наши сердца:

Мы уходим из этого мира, не зная

Ни начала, ни смысла его, ни конца!

Омар Хайям

5 глава

Загадочный мир

Сандор открыл глаза и не сразу понял, где находится. Место, где он проснулся, больше напоминало комнату в замке.

Стены были покрыты различными росписями. Огромные окна заполняли витражи – картины и узоры из кусков цветного стекла, скреплённые свинцовыми ободками. Через витражи свет проникал в зал, играя на колоннах, сводах и камнях пола красочными бликами, и это придавало ему праздничный и нарядный вид.

Мебель в комнате была массивная, деревянная, гардины выполнены из шёлка разных цветов, которые, судя по всему, вручную вышивались золотыми нитями. Подсвечники и люстры, изготовленные из позолоченной бронзы, придавали комнате ещё большую помпезность и роскошь.

В дверь постучали, Сандор от неожиданности вздрогнул и перевёл взгляд на массивную дверь, которая была от пола до потолка и шириной с ворота.

– Можно? – спросил тихий голос из-за чуть приоткрытой маленькой двери, которая размещалась в большой.

– Как ворота в отцовском гараже, большие для машины и маленькая дверь – для людей, – подумал Сандор. – А кто ж тогда заходит в большие двери, подумать страшно, но вслух ответил:

– Конечно, входите.

В комнату, робея, чуть шаркая ножками, вошёл человечек невысокого роста, внешне похожий на того старичка в мантии, но только значительно ниже его.

– Как Вам спалось, Вашество? – спросил он, не поднимая глаз.

– Всё хорошо, спасибо, – ответил Сандор, – только я совсем не помню, как

здесь оказался.

Человечек поднял глаза, и Сандор чуть не задохнулся от изумления и восторга. Глаза у человечка, казалось, были на всё его круглое лицо – голубого, даже чуть сероватого цвета. Бездонные, как океан. Казалось, что в них можно утонуть и уже больше никогда не выплыть. Хотелось смотреть в эти глаза, забыв обо всём на свете.

– Да, наши глаза – это слабость для других… – с улыбкой ответил человечек, дважды моргнув.

После этого действия Сандора как будто отпустило то, что ранее его держало и завораживало. И он с ещё большим любопытством разглядывал человечка, похожего на гнома, с изумительными и притягательными глазами цвета неба.

Носик был более аккуратным и ничуть не портил общее впечатление от внешности. Губки были маленькими и чуть выдвинуты вперёд, казалось, сложены уточкой.

– Вы Вашество, отключились сразу, как только барьер Ориала погас.

Хранитель Девмал приказал принести Вас сюда и уложить в кровать, – продолжал говорить утиными губками маленький человечек. Меня зовут Киморг, я слуга Хранителя, но на время Вашего пребывания на Осфоре прикреплён к Вашеству.

– Не могу сказать, что я что-то понял из того, что здесь происходит, но я прошу называй меня Сандор. Энтони, мой брат, пропал, и я в поисках его попал в этот дурдом. Прости, конечно, за грубость. Что это за мир?

Киморг как-то очень загадочно, задумчиво, шёпотом растянул:

– Сандор Энтони…

– Да, я Сандор. Энтони мой брат.

И Киморг снова произнёс:

– Сандор Энтони…

Нет! – уже чуть раздражаясь, сказал Сандор. – Меня зовут Сандор. Энтони, так зовут моего брата, и он пропал, а я его ищу. Ну? – спросил Сандор.

– Понял?

После этих слов Сандор вытянул вперёд руку ладонью вверх, не разгибая локтя, что могло означать: – Ну? Понял?

– А-а-а – как будто понял Киморг, – Сандор Энтони, брат. – И повторил то же действие, что и Сандор.

– М-м-м– ворчливо скорчив гримасу, не сказав ни слова, только издав недовольные звуки, пробурчал Сандор. – Ладно, так и быть. Сандор Энтони, так Сандор Энтони. Скажи мне, Киморг, где я?

– Человечек вдруг неожиданно выпрямился и, как солдат на службе, отчеканил:

– Ваша одежда готова, – сказал он, указывая куда-то в сторону окна.

Сандор повернул голову в ту сторону, куда указывал Киморг, и увидел на спинке резного стула одежду очень странного покроя.

– Как будете готовы, – продолжил Киморг, – я провожу Сандора Энтони в зал решимости.

После этих слов странный человечек вышел, оставив последнего в ещё большем замешательстве.

Как только за Киморгом закрылась дверь, Сандор встал с кровати и подошёл к стулу, на котором висела одежда, любезно предоставленная Киморгом.

Штаны были лёгкого покроя, казалось, из тончайшего шелка. – Как он, интересно, не замёрзнет в таких штанах? Мамины занавески это, а не штаны, – недовольно думал Сандор, разглядывая странное одеяние. Штаны были небесно-голубого цвета, а рубаха того же цвета что, и штаны, больше напоминала женскую блузу или одежду особы королевских кровей, с широкими рукавами сверху и зауженными к кистям рук.

Сандор не стал раздумывать и оделся. Повернувшись к зеркалу, он замер на секунду и, не сумев удержаться, рассмеялся в полный голос. Если бы это одеяние не подчёркивал кожаный тонкий пояс, который завязывался на боку, одежда бы выглядела как необъятный мешок с вырезами для головы и ног. На поясе были странные кармашки, не зашитые снизу, как для ручек и карандашей, поверх карманчиков были сшиты маленькие застёжки. При этом пояс был не широкий и не узкий, на вид он был очень аккуратный, не отталкивал своею грубостью и явно предназначался для ношения какого-то оружия.

Дверь снова скрипнула, и Киморг, просунувшись в неё, спросил:

– Сандор Энтони, Вы готовы?

– Если это единственное, что мне могут предоставить из одежды, –

улыбнулся он Киморгу, – то да.

– Вашество отлично выглядит, – чуть причмокивая и покачиваясь, сказал слуга. – Одежда сшита по вашим размерам. У нас прекрасные портные.

– Ага, – подмигнул Сандор и запел известную песенку из «Чародеев». –Главное, чтобы костюмчик сидел!

После чего повернулся взглянуть на себя ещё раз и открыл рот от удивления.

Одежда действительно села на нем как влитая, как будто шилась по спецзаказу индивидуально для него. Она подчёркивала его рост, а он был совсем не маленький для своего возраста, и удивительно придавала мужественность и шарм.

То, что мы знаем, ограниченно, а чего не знаем – бесконечно.

Лампас Пьер Симон

6 глава

Зал Решимости

Совет в зале был в самом разгаре, когда перед Сандором открыли тяжёлую дверь, как ему показалось, изготовленную из самого массивного дерева из всех существующих.

Зал Решимости выглядел как большой тронный в Эрмитаже, только вот трона в нём не было. Сам зал представлял собой большое прямоугольное помещение с высокими потолками. Помещение выглядело очень просторно, складывалось впечатление, что в него поступает много света и воздуха за счёт большого количества окон, которые в высоту достигали потолка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.