Яна Кольт
Линия огня. Жена для майора

Пролог

– Тина, думаю нам стоит продолжить разговор в более подходящей обстановке. Здесь становится слишком шумно.

Сглатываю сухой комок, пытаясь сохранять непринужденную улыбку. Неверное движение и за мою жизнь не дадут и ломаного гроша. Впрочем, уже сейчас она стоит немного.

– Разрешите? В дамскую комнату, на минутку.

Кокетливо веду обнаженными плечами и хлопаю ресницами.

Надеюсь, не переигрываю.

И молюсь, чтоб Самбурский сейчас ни о чем не догадался. Любой ценой надо дозвониться до моего жениха. Пусть придумывает что угодно, но вытащит меня из этого вертепа.

– Конечно, Тина. На этой территории вы в полной безопасности в любом месте. Можете даже не спрашивать.

Мило улыбаюсь и, прихватив лакированный клатч, сбегаю из ресторанного зала.

Сердце, словно раненый зверь, рвущийся на свободу. Как полоумное, колотится о ребра, заходится в панике.

Заскакиваю в дамскую комнату и спиной налегаю на дверь.

Надеюсь, камер здесь нет и никто сейчас не видит, насколько мне страшно.

Подхожу к зеркалу и всматриваюсь в свое отражение. У меня есть пара минут, чтоб побыть собой и дозвониться до этого ублюдка, Гаршина.

Чертова свадьба, которой не быть. Я наивно полагала, что могу выйти замуж за того, кого не люблю. Но это было до того, как я поняла, кто же на самом деле мой жених.

– Ненавижу тебя, – в отчаянии шепчу, слыша равнодушный голос автоответчика.

Ясное дело, перепугался так, что даже телефон выключил. На что я рассчитывала? Гаршин меня предал, бросив сейчас в самое пекло.

С каждой секундой стремительно тает надежда на то, что сейчас за мной приедут и выдернут из лап криминального авторитета Яши Самбурского.

Или просто Яго.

Именно под этой кличкой он и проходит во всех криминальных сводках.

Соглашаясь на эту идиотскую встречу, я не учла одного – нельзя было ни под каким предлогом встречаться на его территории. Да, я должна была заинтересовать его нашим проектом, предложить поучаствовать в финансировании "Скорпиона" на выгодных условиях.

Ну вот, предложила. Только вместо проекта, Яго выбрал меня.

Смартфон бесполезен, но запихнуть его обратно в клатч надо аккуратно. Место в нем уже занято компактным пистолетом. Которым я совершенно не умею пользоваться.

Да и что я могу? Застрелить Яго и выбраться живой из здания, в котором только по моим подсчетам – полтора десятка его лучших бойцов?

Еще раз бросаю взгляд в зеркало.

Заставляю себя снова принять уверенный и непринужденный вид.

Надежды выбраться живой – мало. Яго не привык к отказам, а в мои планы вовсе не входит стать для него развлечением на этот и несколько последующих вечеров.

Даю себе обещание.

Если выберусь живой, оторву голову Гаршину. А заодно разорву с ним помолвку. Ненавижу этого трусливого ублюдка, так легко подставившего меня.

За дверьми, в ресторанном зале певец–цыган слезливо затягивает «под чужую дудку и смеюсь, и плачу».

Слова сейчас точно про меня.

Впрочем, выбирать мужчин я так и не научилась. Гаршин – подонок, но по крайней мере с ним я застрахована от боли и разочарований. Которых хватило в прежних отношениях.

Снова выхожу в зал ресторана. Пафосно разодетые музыканты–цыгане начинают играть какую-то темпераментную и душевную зажигалочку. Но оценить музыку я сейчас не могу.

Сбежать бы.

Подсаживаюсь за столик к Яго и обмениваюсь с ним фальшиво-обворожительной улыбкой.

«Спрячь за высоким забором девчонку…» медленно и капельку слащаво затягивает прямо над ухом цыган с гитарой и вокруг раздаются аплодисменты.

Яго покровительственно улыбается и кивает исполнителю, чтоб тот продолжал

«… выкраду вместе с забором».

Снова аплодисменты, тонущие в гитарном переборе и бархатном вокале.

А я от всей души завидую той неведомой девчонке, которую могут вот так взять и выкрасть. Поменялась бы с ней местами. Но увы. Я точно знаю, что никто не придет мне на помощь.

Боковым зрением вижу, как Яго подзывает управляющего и что-то говорит ему на ухо. Тот кивает и на лице Яго появляется кривая ухмылка.

Не сулящая мне ничего хорошего.

– Тина, пойдемте со мной. Тут шумно.

И это не просьба. Сейчас это уже приказ.

Иду за Яго и замечаю, как за моей спиной появляются два его охранника. Видимо, чтоб я не сбежала. Хотя, из этого вертепа еще сбеги, попробуй.

Поднимаемся на второй этаж и проходим в самый конец небольшого коридора. С каждым шагом, все яснее ощущаю беспомощность и страх. Холодею и дышу через раз. Мозг отказывается выдавать подходящие варианты.

– Входи, – вальяжно бросает Яго и открывает передо мной дверь.

Мгновенно отмечаю, что мы перешли на «ты». Значит, больше не получится оттягивать время на светские, любезные формальности.

– Может, меня неверно поняли… – робко пытаюсь отсрочить неизбежное, – но я обратилась к вам с деловым предложением.

– Ага, – плотоядно скалится Яго и властным кивком указывает мне на кровать, застеленную бархатным, алым покрывалом.

– Нет, так дела не делаются. Вы меня не поняли.

– Тина, я прекрасно тебя понял. Сейчас мы и решим, стоишь ты тех денег, которые просишь или нет. Я не привык платить впустую.

– Вы получите свой процент, это немалая сумма. И постоянная рента.

Торгуюсь, но похотливый блеск в антрацитовых глазах Яго убеждает меня в том, что слова бесполезны. Мечу короткий взгляд в сторону сумочки, но его тут же перехватывает Яго.

Понимаю, что спалилась и холодею.

– Что в сумочке? Записываешь наши разговоры?

Хватает клатч и вытряхивает его содержимое.

На пол с характерным звонким лязгом валится телефон и маленький пистолет.

Яго переводит на меня насмешливый взгляд и поднимает пистолет. С силой ударяет ботинком по экрану смартфона и его лицо в этот момент расплывается в блаженной улыбке.

– Глупо, Тина. Это было очень глупо. Теперь ставки повышаются. Ты должна меня убедить, как следует.

Молчу и делаю шаг назад. Исход этой сцены понятен нам обоим. Моих сил не хватит, чтоб сопротивляться Яго. Хрупкая девушка против накачанного двухметрового амбала? Нелепо.

Неожиданно в кармане пиджака Яго звонит мобильник.

– Да, – зло рявкает Яго в телефон и зыркнув в мою сторону, выходит из комнаты.

Дверь захлопывается и я слышу, как снаружи запирается на ключ.

«На пять замков запирай вороного...» горько шепчу в сторону закрывшейся двери.

Но жизнь – не песня. Увы.

Обхватив себя руками, сажусь на кровать и стараюсь не думать о том, что меня на ней ждет. Причем, в ближайшие минуты.

Перед глазами проносится вся моя жизнь. На долю секунды задерживаю в памяти того, кто мне подарил этот пистолет. Ненавижу и буду ненавидеть до последней минуты. Впрочем, осталось недолго…

Сквозь полураскрытое окно слышу гортанный голос Яго. С кем–то говорит на территории ресторана. Злится. Но даже не вслушиваюсь в слова, сейчас это уже не важно.

Неожиданно в комнате гаснет свет и по суматохе за дверью понимаю, что электричество вырубилось во всем ресторане. В следующую секунду где–то на первом этаже раздается такой грохот, что сотрясается кровать, на которой я сижу.

Подскакиваю с перепугу и в этот момент там же раздается второй взрыв.

Свет в комнате резко включается и кто-то быстро проворачивает ключ в замке. Дверь открывается и я на мгновенье забываю, как дышать.

Судьба забрала у меня пистолет, но только что столкнула с тем, кто его подарил мне восемь лет назад.

– Метелин? – зло цежу, пытаясь сообразить, откуда он тут взялся.

Впрочем, зная его – неудивительно.

В ушах все еще стоит грохот от пары разорвавшихся гранат, но на языке сейчас вертится одно единственное слово.

Ненавижу…

– Тина, – усмехается тот, по ком я сходила с ума – у тебя есть выбор. Либо сейчас уходишь со мной, либо выполняешь любые капризы Яго Самбурского.

Готова убить своего «спасителя», предлагающего такой вот выбор.

– Уходим, – бросает Метелин и, хватая меня за руку, выскакивает из комнаты.

Ненавижу…

Глава 1. Идеальный шторм

ТИНА

Двумя днями ранее

Осоловело таращусь на график дел до конца дня. Определенно, в сутках должно быть не двадцать четыре часа, а минимум – тридцать шесть. Когда все успеть?

Ничего вычеркнуть нельзя, половину задач надо было закрыть вчера. То есть, еще пару недель назад. Но кое-то пользуется тем, что у нас скоро свадьба и откровенно забивает на общее дело.

– Тиночка, не планируй на сегодня ничего важного, хорошо?

Вздрагиваю от вкрадчивого голоса моего жениха.

– Серёж, ты специально подкрадываешься так тихо? До припадка довести меня хочешь?

Стараюсь сдержать подкатывающее раздражение.

– Ну ты слишком много работаешь, – парирует Гаршин и обходит меня сзади.

Чуть прохладные и влажные ладони ложатся мне на плечи.

Гаршин пытается массировать мою шею и разминает затекшие плечевые мышцы. Но получается больно и совершенно бесполезно.

– Серёж, мне работать надо. Давай вечером.

Пытаюсь скрыть очевидное.

Мне неприятны его прикосновения. И я не просто ничего не чувствую. Как раз, в этом-то и проблема.

Я чувствую. Отвращение. Острое желание вырваться и стряхнуть с себя его липкую энергетику.

Отдергиваю плечи и чуть подаюсь вперед.

– Все, хватит. Пожалуйста, мне надо работать.

Понимаю, что Гаршин так просто не уймется. И наперед знаю все его ходы. Мысленно вычеркиваю еще десять минут из своего плотного графика.

– Тина, – мягко и едва слышно произносит Гаршин, садясь передо мной на корточки, – у нас серьезная проблема. Так ведь? Что происходит? Не надо все валить на работу. Да, я вижу, что ты устаешь. А с этим «Скорпионом» так вообще – с головой зарыться можно. Но мы ведь тоже существуем и у нас большие проблемы.

Слышу «мы» и едва удерживаюсь от саркастичной ухмылки.

Но все слишком сложно и обсуждать это сейчас с Гаршиным я не собираюсь.

– Молчание – знак согласия? – пытается отшутиться мой жених и грустно улыбается.

В целом, нашкодивший щенок и то выглядит в разы брутальней, чем тот, за кого я собираюсь замуж.

Две недели до свадьбы, а я нервно обдумываю варианты переноса торжества.

Нет, так не годится.

Возможно, это тот случай, когда хвосты надо рубить вместе с попами.

Но не сейчас.

Мне только выяснения отношений не хватало именно в тот момент, когда проект по изучению возможностей манипулирования общественным мнением, уже почти запущен.

«Скорпион» – мое детище.

Гаршин в нем – финансовый директор и сейчас мне меньше всего нужны выяснения отношений с ним.

– Работы – валом, только не сегодня, – пытаюсь увильнуть от свидания и такой несвоевременной романтики.

А заодно – от неуклюжей попытки Гаршина меня поцеловать.

– Ничего не планируй на вечер, любимая, – повторяет Гаршин и загадочно улыбается, – у меня приготовлен сюрприз. Тебе понравится.

Вздыхаю и пытаюсь выдавить из себя улыбку. Гаршину хватает и такого ответа.

Чмокает меня в губы и выходит из кабинета.

Пробую на вкус его поцелуй и ничего не чувствую.

Для наших с ним отношений – это нормально. Но как давно это стало нормой для меня?

Видимо, с того момента, когда я поняла одну простую вещь. Ничего не чувствовать – это безопасно.

– Тина, можно тебя?

В дверях кабинета показывается курчавая голова Андрюхи, отвечающего за общение со СМИ.

– Да, что-то случилось?

Андрюха просто так не беспокоит. Тем более, чтоб с личной беседой…

– Если коротко, то мы в любой момент перестанем быть монополистами на рынке. Вот, гляди сюда.

Андрюха кладет передо мной рабочий планшет и открывает один из новостных сайтов. Наш, региональный. Конкуренты так близко? Интересно, кто бы это мог быть…

Быстро пробегаю глазами по пресс-релизу и чувствую, как в крови закипает злой кураж.

Бесит, всё бесит.

Столько времени потрачено на вывод «Скорпиона» на рынок.

И в результате все тянется настолько медленно, что ушлые конкуренты дышат в затылок.

Пока мы телимся, кто-то уже в паре шагов от победы.

От нашей победы. Нет – от моей.

– Что будем делать? Могу подготовить несколько инфоповодов и быстро раскидать их по новостникам. Но по факту, нам профита от этой возни будет мало. Просто засветимся, но не более.

Беру несколько секунд на обдумывание. Итак голова уже дурная, а тут такие новости.

– Так. Андрюх, готовь пару–тройку новостей. Раскидай их, чтоб завтра-послезавтра уже все появилось в СМИ. Профита нам и в самом деле не будет, но хотя бы покажем конкурентам, что в курсе их действий.

– Понял, – коротко кивает Андрюха и выходит из кабинета.

Откидываюсь на мягкий подголовник кожаного кресла.

Легонько стукаюсь затылком о кожаную обивку. Как будто пытаюсь встряхнуть мысли и заставить их вертеться быстрее. Еще быстрее.

Слишком ме-дле-нно, слишком…

Деньги, все эти чертовы деньги. Если б у нас сейчас была необходимая сумма, хрен бы кто дышал нам в затылок. Я полгода выписывала такой план, с каким нам ни один конкурент не страшен.

Мы – монополисты. И мы в результате можем ставить любой ценник на наши услуги. Крупные корпорации будут выстраиваться в очередь именно к нам. Но на это нужна определенная сумма.

Коротая должна была быть на наших счетах уже месяц назад.

И Гаршин отвечает за это головой.

Стоит подумать о нем, как сознание ледяной волной обжигает злость. Ярость от того, что по чьей-то нерасторопности, мы теряем «Скорпиона». Вот прямо в эту минуту и теряем.

И хватит лукавить с собой. Сегодня от Гаршина тоже несло едва заметным запахом алкоголя.

Стоит ли удивляться отсутствию нужного результата…

От таких вестей точно не получится никакой работы. Особенно в офисе. Если Гаршин еще раз только сунется сейчас в мой кабинет…

Короче, чтоб до греха не довел, решаю забрать ноут и поработать из дома.

Уже в машине немного успокаиваюсь и завожу двигатель. Надо прийти в себя. Не хватало еще попасть в аварию из-за собственной невыдержанности.

Вместо поездки домой, прокладываю маршрут к побережью.

В сторону диких пляжей.

Середина декабря. В это время прибрежную кромку терзают самые свирепые, черноморские штормы.

Наплевав на все правила скоростного режима, как угорелая, мчу через весь город к съезду на дикий пляж. К счастью, в этом направлении дорога совершенно свободна.

Не решаюсь выйти из машины, но подъезжаю к асфальтной границе, за которой начинается дикий галечный пляж. Отрешенно гляжу на огромные, бурые волны, обрушивающиеся на волнорезы. Отчаяние захлестывает.

Я сама рушу свою жизнь. Не хочу так больше.

Сегодня же ставлю Гаршина перед фактом – мы разрываем помолвку. Со «Скорпионом» справлюсь сама. У меня хватит сил. Нет права на осечку.

Гаршин был моей попыткой убедить себя, что можно выйти замуж за человека, просто потому, что с ним спокойно.

И почти удавшейся попыткой убежать от себя. От повторения боли прежних отношений. После которых я зареклась влюбляться.

Любовь – это очень больно, особенно когда предают.

Я наивно полагала, что смогу убедить себя в том, что смогу выйти замуж за Гаршина. Брак – это стабильность. А эмоций мне за десятерых хватило в прошлых отношениях.

Рома… Уверена, он счастлив. Без меня.

Мысль об этом причиняет резкую боль, перехватывает дыхание.

В опасной близости от меня, через бетонное перекрытие обрушивается особенно яростная волна. Моя «Киа» содрогается всем корпусом от ударной волны. Становится страшно. Но, как под гипнозом, я продолжаю смотреть на шторм.

Раньше и в моей жизни был такой же, непрекращающийся шторм.

Жизнь с Романом Метелиным была именно такой.

Штормящей, настоящей и полной адреналиновой одержимости.

За которую пришлось расплатиться слишком дорогой ценой.

Но глядя на штормящее море, я отчетливо понимаю – пресная жизнь с Гаршиным мне и даром не нужна. Вздохнув, снова завожу двигатель и разворачиваюсь в сторону города.

Романтического вечера не будет.

Надо поставить Серёжу перед простым фактом.

Я разрываю нашу помолвку.

Глава 2. Для охотника стать следом

ТИНА

Открываю входную дверь и уже с порога понимаю, что вечерок меня ждет – не из легких. И уж точно не из приятных. Но именно это еще больше укрепляет меня в принятом решении.

Разорвать эту чертову помолвку.

Из кухни доносятся негромкие звуки музыки. Какой-то заунывный индийский мотивчик. Тоскливо и монотонно вздрагивают струны танпуры и все это, очевидно, призвано меня как-то расслабить.

Релакс, одним словом. И неочевидный намек на то, что после романтического ужина, мы займемся тантрическим сексом. Правда, от тантры там – только индийская музыка фоном и удушающий аромат сандала с корицей.

Ну и здравствуй, мазь от ушибов наутро.

В случае с Гаршиным, все эти любительские эксперименты с камасутрой обычно доводят только до одного.

До бытового травматизма.

– Тиночка, – елейно приветствует Сережа и прижимает меня к себе, – а у меня уже все готово. Так хорошо, что ты пораньше освободилась.

– Сережа… – вяло протестую, машинально оценивая обстановку.

Осекаюсь. Понимаю, что не сейчас. Уж точно не в прихожей.

– В спальню пока не входи, там тебя ждет сюрприз.

Не сомневаюсь.

Разуваюсь и иду на кухню. Первым делом, приглушаю этот бомбейский медляк, никак не располагающий к романтике.

– Не нравится? Мы другое поищем, сейчас, – угодливо бормочет Гаршин и что–то выискивает в плейлисте своего смартфона.

– Сережа, оставь как есть. Мне все равно, что там играет.

Но тлеющие ароматические палочки лучше загасить. Пока я не начала задыхаться. Дым с корицей моментально вызывает слезы, горло начинает першить.

Под видом индийских благовоний, кто-то начал приторговывать боевыми отравляющими газами? Все может быть…

– Ну что не так?

Сережа садится напротив и смотрит то на меня, то на бутылку шампанского. Еще не открытую.

– Надо поговорить. И лучше сейчас.

Секундная пауза. Но дальше тянуть – смысла нет.

– Сережа, я разрываю нашу помолвку, – выпаливаю на одном дыхании и внимательно жду реакции.

Гаршин молчит. На какой-то момент просто замирает, стараясь не встречаться со мной взглядом. Медленно берет в руки бутылку шампанского и с шумом открывает ее.

Остолбенело гляжу на него и пытаюсь понять, что происходит. Зная его, я заранее была настроена на истерики, оскорбления и упреки. А тут…

– Шампанское – для праздников. И для особых поводов. У нас сейчас вроде бы – ни того, ни другого. Так?

Гаршин криво усмехается и по-прежнему избегает со мной зрительного контакта. Разливает шампанское по бокалам. Замечаю, как его рука дрожит и пенный напиток переливается через края бокалов.

– За честность, Тина. И за откровенность.

Поднимает свой бокал и чокаясь с моим, стоящим на столе, выпивает свой залпом.

– Мы даже не поговорим?

Вот тут уже начинаю недоумевать. Да и слегка задето самолюбие.

– А о чем говорить? Ты все решила? Как всегда. Молодец. И знаешь, Тина, я уже привык. Временами мне кажется, что ты – не женщина. Слишком сильная. Нет в тебе никакой … хрупкости, что ли. Рассуждаешь, так временами, как будто мужчина тебе не нужен.

Фыркаю. Уж что, а с ориентацией у меня – полный порядок. И мужчин я люблю.

– Сережа, давай в фарс не превращать. Дело не в сильных и слабых. А в любви. Или ее отсутствии. И нет, я не люблю тебя.

– Думаешь, не знаю?

Откровенная обида сквозит в голосе Гаршина. Понимаю, неприятно такое слышать. Но лучше сейчас. Для нас обоих лучше.

– Сережа, ты хороший. Но этого ведь недостаточно.

– А чего достаточно? Что такого есть у Романа, чего нет у меня?

Зло сощуриваюсь и мой взгляд падает на отблески пламени свечей на хрустале моего бокала. Перед глазами на долю секунды появляется Метелин, и вся та боль, которую он принес в мою жизнь.

Медленно беру свой бокал и тоже выпиваю залпом. Перевожу взгляд на Гаршина и сталкиваюсь с откровенным интересом в мутновато-голубых глазах.

– Сережа, давай ставить точки цивилизованно. И по поводу Романа, очень прошу. Перестань копаться в моей личной жизни. И в тех подробностях, в которые я тебя не посвящала.

В которые я никого не посвящала.

Гаршин обновляет шампанское в бокалах. Мне – хватит. Не собираюсь я больше поддаваться на его провокации.

– Хорошо, значит хочешь цивилизованно?

Пытаюсь предугадать, по какому месту сейчас придется удар. Внутренне полностью готова к упрекам и монологам о том, сколько он со мной времени потерял впустую. Включая и секс.

– Тина, насколько тебе дорог «Скорпион»?

Вкрадчивость в голосе Гаршина вкупе с самим вопросом – пугает.

– Что ты задумал? Сережа, «Скорпион» – мое детище. И ты только что сам сейчас сказал про цивилизованное расставание.

– Ты так плохо обо мне думаешь? – с деланной обидой ухмыляется Гаршин и, как ни в чем не бывало, приступает к поеданию овощного карри.

Кивает на мою тарелку с едой, но аппетита у меня нет. Сколько раз я говорила, что терпеть не могу карри. В последнюю нашу встречу мне просто не хочется напоминать об этом в сто первый раз.

– Спасибо, не голодна. Так что со «Скорпионом»?

За свой проект я готова драться. Во всех смыслах.

– Ну …– тщательно прожевывая гороховый стручок, тянет Гаршин, – я все-таки остаюсь финансовым директором. Вернее – оставался им.

– В смысле – оставался?

– Тина, ну нет нам смысла дальше работать. Я слагаю полномочия и завтра же пишу заявление. Ты подыскиваешь другого, более подходящего кандидата.

Делает многозначительную паузу и выжидательно смотрит на меня. Видимо, ждет, что я оценю эту двусмысленность.

– И когда ты принял это решение?

– Да вот, прямо сейчас. Тина, что бы ты не думала обо мне, не надо приписывать мне того, чего нет. Мне будет больно видеть тебя каждый день, зная, что мы не вместе. Больше не вместе.

Вздыхаю. Тяжело ставить точку, даже если нет чувств. Где-то даже жаль Сережу.

– Ладно. Так и что дальше?

– Мой тебе прощальный подарок. Или считай это моей отработкой перед увольнением.

– Давай к делу, – нетерпеливо одергиваю этот поток пафосных фраз.

– Я нашел инвестора. Причем, сразу ключевого. Он согласен вложиться в проект, предварительно на наших условиях. Но ты тоже с ним должна встретиться.

На секунду задумываюсь. Вполне логично, что надо встретиться. Глухой, едва слышный голос интуиции подсказывает, что этого делать не стоит. Но умом я понимаю – надо.

– Что за инвестор?

Вот чую подвох именно в этом месте. Профессиональная чуйка, а попросту – встроенный дерьмометр – меня еще ни разу не подводили в рабочих вопросах.

– Яша Самбурский, – переходит на шепот Гаршин и с какой-то странной улыбкой пристально смотрит на меня.

– Яго? Ты с ума сошел?

Поперхиваюсь, срочно запивая кашель шампанским.

– Нет, – все так же вкрадчиво, но уже более уверенно возражает Гаршин, – серьезно, Тин. Да, нашим… вернее, твоим «Скорпионом» заинтересовался Яго. Ему знаешь ли, лишний легальный источник больших денег не помешает.

Замолкаю. В этот момент на телефон Сергея приходит сообщение. Тот прочитывает его и я вижу, как губы моего бывшего жениха кривятся в подобие улыбки.

– Так что ответить? Вот он, ждет ответа на его приглашение.

– Что? Приглашение? Куда?

– К нему, в казино «Фанкони». Завтра в шесть вечера. Так, ладно, сейчас…

Пикнуть не успеваю, как Гаршин что-то коротко выстукивает в сообщении и отправляет адресату.

Ну и дела. Зашибись, азбука Морзе.

Сережа откладывает телефон и накладывает себе вторую порцию карри. К своей не притрагиваюсь. Аппетит теперь пропадает основательно.

Сунуться в логово Яго Самбурского? Даже самый отбитый на всю голову смельчак до такого не додумается. Впрочем, кое-кому удавалось…

Из-за работы я что-то пропустила и у Гаршина в каком-то месте нежданно отросла храбрость?

Горько усмехаюсь и допиваю остатки шампанского в своем бокале. Внимательно смотрю на Сережу, но тот просто спокойно продолжает уплетать карри. Ничего подозрительного. И уж точно ему ничего не должно быть известно о той давней заварухе, в которой Метелин едва не убил Яго.

Шампанское делает свое дело. И глядя перед собой расфокусированным взглядом, я киваю.

– Хорошо, я согласна.

– Я так и ответил. Завтра в шесть, – отвечает Сережа.

Неловкое молчание длится недолго.

– Мне надо домой. За вещами заеду в конце недели.

– Тина, ты бы осталась. Тебе нельзя за руль. Ты же пила шампанское.

– Да, – рассеянно и невпопад отмахиваюсь, – не важно. Все. До завтра.

Безо всяких поцелуев на прощанье, просто снимаю с вешалки кожаный пиджак с меховой оторочкой и быстро обувшись, выхожу. Юркаю в лифт и спустя пять минут уже сижу в салоне своей «Кии».

В голове все шумит, но не от шампанского. Пьяная от воспоминаний, опускаю боковое стекло на двери. Хочу свежего воздуха и прохлады.

Прошлое, незваным призраком, врывается в мою жизнь. И сейчас я еще могу отказаться от договоренности с Яго.

Но что-то неумолимо тянет меня мысленно подгонять стрелки часов в ожидании завтрашней встречи.

Завтра в шесть. Казино «Фанкони». Негласная вотчина криминального авторитета Яго Самбурского, охраняемая похлеще, чем дом Президента.

Взбаламученные мысли никак не могут успокоиться. Топят нахлынувшие воспоминания.

Автоматная очередь прошивает багажник новенького внедорожника.

Рома отчаянно выкручивает руль, уходя от погони.

За нами четыре машины, битком набитые головорезами Яго Самбурского.

Теперь уже – три…

Одна подорвалась на гранате, которую Рома метнул в окно несколько секунд назад.

Хватит воспоминаний. Завожу двигатель и рассеянно переключаю волны радиостанций. Срочно нужна какая-то песня, чтоб переключиться и отвлечься.

Нахожу весьма симпатичную мелодию, и уже готова расслабиться под приятный мотив. Пугает лишь одна строка в последнем куплете.

«Для охотника стать следом…»*

Глава 3. Маршрут перестроен

РОМА

Кофе не бодрит, но лишь вызывает желание выплеснуть накопившийся адреналин.

Да и вообще, сейчас бы чего покрепче.

Для призраков прошлого – только коньяк. Хороший, французский.

Это уже традиция. Иного мои призраки не признают.

Нервы ни к черту, поэтому решаю обойтись без алкоголя и заливаюсь очередной кружкой сладкого кофе. Не лучший заменитель коньяка.

Полгода, как я снова вернулся в этот город, хотя давал обещание обходить его десятой дорогой. Хватило его в свое время.

И вот, спустя восемь лет, я снова здесь.

Пытаюсь хотя бы сдержать другое обещание самому себе.

Больше не искать Её.

Никогда не искать. Не пытаться пересечься с ней ни при каких обстоятельствах.

Заведомо провальное обещание.

Большой и бестолковый город, где очень легко потеряться. Этим меня он и устраивает. Можно жить в одном городе со своим кровным врагом и годами, а то и десятилетиями не сталкиваться с ним.

Приморский мегаполис, наводненный туристами круглый год. Суета не стихает никогда. Просто сейчас они мигрируют с побережья в горы.

Туда, где снег.

– Так и будешь сидеть, уткнувшись в кружку? – усмехается Кирилл, – я все еще тут, и жду твоего ответа.

Морщусь, как от зубной боли.

Понимаю, что предложение Кирилла сейчас для меня – отличный шанс начать новую, законопослушную жизнь.

Начальник службы безопасности крупного холдинга, с отличным послужным списком. Обеспечение неприкосновенности первых лиц города и региона. Хороший шанс начать все с начала.

Выгодная должность, полностью соответствующая моим навыкам.

Да и с Кириллом мы сколько уже знаем друг друга? Лет двадцать?

– Слушай, мне подумать надо.

Кирилл усмехается какой-то мысли, которую пока не озвучивает. Догадывается о причинах моего отказа. А это – именно отказ.

– Тебе нужно время?

– Да, – с некоторой заминкой отвечаю Киру, но он снова понимающе ухмыляется.

– Я не о времени для «подумать». Тебе нужно достаточно свободного времени, чтоб разобраться с той историей. И работа в моем холдинге сейчас не вовремя.

Не вопрос задает, а констатирует факты.

– Да.

Все так и обстоит.

Кирилл достает пачку сигарет и закуривает одну. Протягивает мне и я тоже вытаскиваю сигарету.

– Я не тороплю. Решай свои вопросы, только головой не рискуй понапрасну. Она еще понадобится.

– Ну да, – рассеянно соглашаюсь на полном автомате, – понадобится.

– Тине понадобится, – с некоторым нажимом произносит Кирилл и мгновенно возвращает меня в настоящий момент, – и считай так. Ты можешь отказаться от моего предложения. Без проблем. Но можешь и в любое время его принять. Разбирайся с Тиной и возвращайся в строй.

Делаю затяжку поглубже. Какое-то время молчу. Обдумываю.

Касаться прошлого сейчас не хочу. А Тина – это болезненное прошлое. Иногда боль тупая и тянущая, иногда – как воспаленный нерв. Стреляет особенно сильно.

Воспоминания о ней – моя особо охраняемая территория, на которую захожу лишь в пьяном угаре.

Говорят, время лечит. Возможно, однажды это и меня коснется.

– Возможно, вернусь. В любом случае, спасибо тебе.

Кир невесело усмехается.

– Да брось, я делаю то, что должен.

Докуриваем молча. Кир неторопливо гасит сигарету в пепельнице и, как будто невзначай, сообщает.

– Гаршин скорее всего баллотироваться на второй срок. Тина в его команде. По слухам. Еще ничего не известно толком. Но сам понимаешь, политическая тусовка маленькая. Все про всех знают.

Сглатываю горечь.

Мало ей, взяла его в свой проект, так еще и на выборах будут вместе. Ну прям пара попугайчиков–неразлучников.

– Прекрасно, – цежу сквозь зубы, – значит счастлива. Не буду им мешать.

Кирилл едва сдерживает ухмылку. Ясное дело, не верит.

Да я и сам себе не верю.

Обещал не возвращаться в этот город? Вернулся при первой же возможности. Убеждая себя, что прошло восемь лет и никому даром не нужна старая история.

Обещал не искать встречи с Тиной? Ну формально мы и не видимся. Даже не слежу за ней. Только за этим ее мудаком, Гаршиным приглядываю. Один его неверный шаг и мой указательный палец не дрогнет.

– Ром, тебе отдохнуть надо, – выдает Кирилл, – съезди в горы. Хочешь дам тебе ключи от коттеджа? Поживешь пару-тройку недель в тишине, приведешь мысли в порядок.

– Возможно, так и поступлю. Через пару деньков.

Кир тактично удерживается от дальнейших вопросов. Понимает, что спрашивать – без толку. Все равно не отвечу.

– Ладно, давай так. Считай, что ты – в бессрочном отпуске. Как разберешься со своими делами – возвращайся. Не тороплю.

Коротко киваю и выхожу из его кабинета.

На подземной парковке привычно сканирую окружающее пространство на наличие слежки. Но все спокойно и вскоре мой «Дискавери» сливается с потоком машин, прорывающихся сквозь нетипично плотную снежную бурю.

Такие на побережье – редкость. Город бьет рекорды по автомобильным пробкам, но мне торопиться пока некуда. Анализировать перемещения и контакты Гаршина я могу и за рулем.

Медленно докатываюсь до перекрестка и встаю на светофоре. Лениво засматриваюсь на припорошенный снегом, билборд с рекламой элитной недвижимости. И остро понимаю – хочу купить квартиру.

Надоело скитаться по съемным, как бездомному.

Не думаю, что это желание создать семью. Скорее – найти свою холостяцкую берлогу. И никаких женщин на этой территории.

Хочу начать новую жизнь с чистого листа.

Хорошо бы еще – с чистой памятью.

– Да чтоб тебя, – зло срываюсь на маячок, которым на планшете у меня помечен Гаршин.

Куда его черти понесли в такую пургу?

Внутренняя чуйка и бездумное желание нарыть на этого холеного недоумка что-то… И зачем? Явиться к Тине с доказательствами? Глупо.

Она с ним счастлива. Незачем портить их почти семейную идиллию.

Однако, внезапные перемещения Гаршина настораживают.

Жизнь накрепко вшила в меня датчик опасности. Где-то на уровне подкорки.

Глухо колотится сердце, словно зверь, почуявший след.

Что ж за дела такие у этого выкормыша, что он прямо сейчас мчит в сторону гор. Как раз туда, где перекрыта половина дорог.

При первой же возможности, ныряю в боковой проулок и перестраиваю дорогу. Поеду за ним.

Посмотрим, куда приведет новый маршрут.

Снежная буря усиливается, но сбивает с толку вовсе не непогода. С нарастающим интересом гляжу за тем, по какому маршруту движется автомобиль Гаршина.

И следуя за ним, начинаю отчетливо понимать, что будет в качестве конечной точки.

Казино «Фанкони».

Азарт течет по венам обжигающе-холодной сталью. Адреналин бодрит.

Увеличиваю карту на экране навигатора и тщательно отыскиваю наиболее удобную точку для наблюдений за резиденцией Яго Самбурского. С поправкой на усиливающуюся непогоду.

Гаршин – малахольный, однозначно. Раз хватило ума вести дела с Яго.

Примерно через час, от ярко освещенного развлекательного комплекса «Фанкони» отъезжает серебристый «Вольво» Гаршина.

Понимаю, что на эту ночь у меня есть серьезная задача. Мой приоритет.

Внутренний голос ехидно подмечает: «маршрут перестроен».

Шлю к чертям обещание не искать встречи с Тиной и не следить за ней. Я должен быть уверен, что Гаршин не вплетет её в свои дела с этой мразью, Самбурским.

К утру у меня должна быть не только вся информация на Тину, но и четкий план, как отслеживать ее перемещения и контакты.

Технически, это не особо сложно. Но и медлить нельзя.

А значит – за дело.

Глава 4. «И вспыхнет пламя…»

ТИНА

Придирчиво оглядываю вешалки с одеждой и понимаю одну простую истину.

Надеть совершенно нечего.

Так–то хоть распродажу устраивай. Полный шкаф деловых костюмов. Элегантных, из тончайшей шерсти. Легкомысленных, льняных. Капельку фривольных, коктейльных. Официозных и подчеркнуто-женственных.

Но именно на сегодняшнюю деловую встречу надеть нечего.

Всё, что висит в моем шкафу – всё не то. Да и так ли обязательно сегодня соблюдать именно деловой дресс-код? Устало сажусь на пол, глядя на раскрытый шкаф и чувствую, как начинаю дышать через раз.

Рутина, обыденность – как же всё это достало. Жизнь с Гаршиным была монотонной, серой и предсказуемой. Для него – удобной. А я в ней задыхалась. Отчаянно хочется все изменить. Одним рывком.

Стать другой. Настоящей.

Снова стать прежней Тиной Калединой.

Горько усмехнувшись, понимаюсь и беру в руки смартфон. Пролистывая приложения, выискиваю свой любимый магазин одежды и, хмелея от собственной дерзости, делаю заказ.

Эта покупочка давно уже ждет своего часа.

Затаив дыхание, выбираю то самое, платье, которое Сережа разнес в пух и прах. Сказал, что такое к лицу только блядям. Как будто, он в них разбирается.

Для начала, хотя бы – в платьях.

Удовлетворенно тыкаю в оплату покупки и, спустя пару мгновений, получаю уведомление о том, что забрать заказ я смогу уже через час в торговом центре, в получасе езды от дома.

Долго не мудрю с выбором одежды. Всё равно – не для кого стараться. Джинсы, черная шерстяная футболка и кожаная куртка-авиатор. Наскоро собираю волосы в высокий пучок и с минимумом косметики на лице вылетаю из дома.

Навстречу ему. Роскошному, облегающему атласному платью-русалке. Цвета сумрачного неба, расшитому черным бисером и пайетками. С открытыми плечами, которые чуть скроет палантин в тон, идущий в комплекте.

Предновогодняя суета в торговом центре меня совершенно не трогает. Я давно не отмечаю праздники и этот Новый год – не исключение. Сейчас я заберу платье и поеду на деловую встречу.

Теперь для меня праздник – это удачно заключенный контракт на финансирование моего «Скорпиона».

Все остальное – навсегда в прошлом.

– Тина? – окликает сзади знакомый звонкий голос.

– Ника?! – радостно оборачиваюсь и сразу же заключаю в свои объятья подругу, с которой уже пару месяцев не пересекались.

Запарка со «Скорпионом» – у меня, очередная предвыборная катавасия – у Ники. Только и успевай разбираться с очередной проблемой. Руководство предвыборным штабом – работа нервная, круглосуточная.

– Здорово, что встретились. Ты как, есть время? Может по чашке чая?

Нике я всегда рада и в последнее время меня здорово грызла совесть, что я совсем забросила наше общение. От души благодарна этой случайной встрече с давней университетской подругой.

Сначала подружились еще в музыкальной школе, где вместе занимались скрипкой. А потом обе поступили на факультет политологии.

Заказанный зеленый чай приносят почти сразу. Мой любимый, молочный улун в стеклянном чайнике, на подставке с греющей свечей.

– Можно сразу вопрос? – без особых церемоний приступает Ника на правах подруги.

– Давай, – улыбаюсь как можно беззаботней, точно зная, о чем она спросит.

– Как у тебя с Гаршиным? Вроде собирались сыграть свадьбу? Или что-то путаю.

Невесело усмехаюсь. Сергей Гаршин раньше был клиентом Ники, она руководила его предвыборной кампанией. И именно там я с ним и встретилась снова.

Так и возобновилось мое с ним общение, до этого прерванное по непонятным причинам на несколько лет.

Тактично не вмешиваясь в мой выбор, Ника иногда все же осторожно высказывалась против него.

– А все отлично, – рублю с плеча, – мы с ним расстались. В смысле – я помолвку разорвала. Как раз вчера. Так что, теперь только недолгое деловое сотрудничество. Да и тут решили разойтись. Он так решил, но я не против. С самого начала не стоило во все это влезать. В смысле – в отношения с ним.

Ника внимательно слушает мою тираду и разливает чай в маленькие чашки.

– Тин, на самом деле, я рада за тебя. Это хорошее решение.

Ухмыляюсь.

Обе тонко обходим тот момент, что Ника была права и мы с Гаршиным изначально – не пара.

Первый глоток чая – всегда особенный, волшебный. Наполняющий силой и ощущением безопасности. Отпиваю немного улуна и чувствую, как во мне снова появляется жажда жизни.

А может быть на меня так действует компания подруги и платье мечты, лежащее рядом со мной, на кожаном диванчике.

– А как в целом со «Скорпионом»? Если ничего не путаю, вы должны были его запускать на рынок еще месяц назад. Решили подождать до Нового года и уже – после праздников?

– Да тут весь вопрос упирается в деньги. Финансирование застопорилось. Гаршин этим должен был заниматься, но вечно случались непонятные пробуксовки.

– Ой, сейчас с этим непросто. У самой дурдом со спонсированием избирательных кампаний. Все, как с ума посходили. На кону депутатский мандат, а потратить на выборы готовы от силы три копейки, – мгновенно соглашается Ника.

– Да. Что-то странное сейчас везде. Но видимо, под конец, Гаршин решил мне сделать подарок. Что-то вроде эффектного увольнения. Нашел заинтересованное лицо и даже договорился с ним.

От удивления у Ники округляются глаза.

– Интересно. Тусовка маленькая, все венчурные инвесторы уже известны. У нас в регионе новый игрок?

Загадочно улыбаюсь. Понимаю, сейчас начнется…

– Тина, не томи. Имя – в студию.

– Яша, выдерживаю легкую паузу, – Самбурский.

Ника поперхивается теплым улуном, пытаясь прокашляться от такой новости.

– Яго? – осипшим шепотом выдавливает она, – ты в своем уме? Мало тебе было, чем тогда едва все не закончилось. Тина, или это изощренная попытка самоубийства, или я уже не знаю, как и назвать.

– Второй вариант, видимо… – горько хмыкаю и отпиваю глоток чая.

Ника неодобрительно качает головой и хмурится. Внезапно, словно что-то вспоминает и ее взгляд заметно теплеет.

– Говорят, он вернулся. Вы виделись?

Сердце моментально оживляется и бешено отплясывает безумный чардаш. Понимаю, что Ника сейчас имеет ввиду Метелина.

В моем личном аду для Ромы – дежурный, персональный столик

– Нет, – отрезаю слишком поспешно и резко, – мне до него нет дела. Мало ли, ну вернулся и что? Не обязательно же, ради меня. Море у нас красивое, вот и вернулся.

– Море красивое, – усмехается Ника, – ну да. А то ж он морей не видал… Может, тебе все-таки с ним увидеться? Поговорили бы. Сколько лет уже прошло.

– Восемь. И говорить давно уже не о чем.

– Тин, ну давай так. Если хочешь, я могу за полчаса нарыть на него всю инфу. Включая и личный номер. Ну или где бывает, с кем и что. Сама знаешь, дело нетрудное.

Догадываюсь, что Ника имеет ввиду помощь своего мужа. Стас и в самом деле может за полчаса нарыть на любого человека любую инфу.

Но сейчас – нет.

– Ника, без обид. Идея не лучшая. Я в порядке. Без Метелина жить научилась. Вполне.

Ника недоверчиво косится на мою опустевшую чашку с чаем. Еще полчаса мы треплемся о всякой ерунде, перемываем политические сплетни по региону.

Во время этой болтовни пару раз заставляю себя не думать о том, что Метелин вернулся.

Он в этом же городе? И что с того…

Море здесь красивое. Только и всего.

Договариваемся созвониться на днях, а может быть и встретиться получится. Прижимая к себе только что купленное платье, спускаюсь на парковку.

Чтоб почувствовать себя счастливой, надо оказывается немного. Новое платье, например. И вовсе я так радуюсь не из–за того, что мне Ника сказала. Причина только в платье.

Пристегиваюсь в машине и медленно выруливаю со стоянки возле торгового центра. Бросаю взгляд на платье, любовно уложенное на соседнее, пассажирское кресло.

Слишком поздно замечаю в левом зеркале огромный черный внедорожник, несущийся в попутном направлении. Рыкнув спецсигналом, «Дискавери» явно превышая скорость, виртуозно проходит бортом в паре сантиметров от меня.

Да чтоб тебя…

Мысленно кляну черный «Дискавери» и стараюсь не проводить аналогий с черными кошками. И со всеми известными мне владельцами машин этой марки. Что, мало в нашем городе таких машин?

Не обязательно же видеть Рому за рулем каждой из них.

Может, ему нравятся не только другие женщины. Но теперь и другие автомобили.

Гляжу на свое отражение в зеркальце заднего вида. Сейчас совершенно без косметики, вижу перед собой грустную девочку, готовую разреветься. И кого я обманываю с этой дикой выходкой сегодняшним вечером?

Это лишь попытка нырнуть в обманчиво-сладкую заводь собственной памяти. Восстановить то, что уже однажды было… Только вместо восемнадцатилетней скрипачки из огненного шоу, отдающего балаганщиной – серьезная деловая леди, предлагающая перспективный проект.

За эти десять лет я выросла. И в моей телефонной книге появились контакты очень многих серьезных людей. Которые тоже будут на этой встрече. Гаршин за это отвечает лично.

Мне важно доказать самой себе, что я теперь и в самом деле научилась жить без Ромы. Теперь я – сама по себе.

Тогда я была одна. А сегодня еду с Гаршиным. Толку с него – не особо, но так… для прикрытия. Пусть сыграет свою роль до конца.

***

Десять лет назад

Чертовы деньги, будь мне чем заплатить за обучение, я бы и за миллион не сунулась на юбилей какого-то криминального авторитета. То ли цыганского барона, то ли оружейного. Не моя романтика.

Но из-за необходимости внести очередную оплату за обучение, вынуждена выступать на юбилее какого-то мутного типа со странным именем Яго. Шоу с музыкой и огненными спецэффектами ставили наскоро, но надеюсь, что мой ассистент не подвел и намазал на меня достаточно термостойкого геля.

Задыхаюсь от паров этилового спирта, исходящих от геля, и доигрываю на электроскрипке увертюру из «Марицы». Зажигательную саму по себе.

Но этого мало, и через десяток тактов моя скрипка вспыхнет. Полыхнет и смычок. Ну и мои руки, намазанные этим дурацким гелем.

А потом – бежать, куда глаза глядят. Как только в финале полыхнет скрипка и меня на время скроет в клубах дым–машины.

Уже перед началом шоу мне ясно, что Яго положил на меня глаз. Его недвусмысленные намеки на продолжение, уже в приватном формате. А потом и вполне откровенный приказ.

Все мои попытки сказать, что я – только скрипачка, окончились одним. Угрозами. Живой мне не выбраться отсюда, если откажу ему. Обещал в этом случае пустить по кругу.

Так что, если бежать – то только сейчас.

Последние такты «Марицы». И вспыхнет пламя.

Сталкиваюсь с плотоядным, похотливо-сальным взглядом Яго. Как назло, совершенно трезвым посреди этого дурного вертепа.

Изящным флажолетом ухожу пальцами в основание грифа и нажимаю на скрытую кнопку с пьезозажигалкой.

До того, как скрипка вспыхнет – двадцать секунд.

Пятнадцать.

Девять.

Три.

Инструмент эффектно загорается, а вместе с ним – смычок и мои руки, густо смазанные пиротехническим гелем.

Плотная стена ледяного дыма окутывает меня и скрывает от зала. Слишком рано?!? Что происходит?

– Быстро за мной, – раздается незнакомый, бархатистый голос мужчины.

Он хватает меня за руку и моментально утягивает со сцены. На которой остается брошенная электроскрипка и обгоревший смычок.

– Вы кто? – на бегу задаю глупый вопрос, без надежды на правдивый ответ.

Проскакиваем кухню, задевая какие-то половники и налетая на суетящихся поваров.

– Рома, – отрывисто представляется мой похититель, увлекая меня в сторону технического выхода.

– Отпустите, – пытаюсь вырвать кисть из мягкого, но сильного захвата.

– Быстро в машину. Иначе, останешься тут с Яго. А потом – с его бойцами.

Замечаю подвес с двумя кобурами на моем похитителе, но не успеваю задать вопросы, как он вталкивает меня на переднее сиденье черного внедорожника. Сам быстро оббегает машину и резко стартует.

– Чем думала, когда соглашалась выступить на юбилее Яго? Что за черти тебя сюда принесли?

Горько усмехаюсь. Как будто у меня выбор был.

Деньги, будь они неладны.

Глава 5. Все еще любит

РОМА

Прохладная вода приятно бодрит.

Переключаю душ в жесткий режим и подставляю лицо под струи, бьющие по коже.

Думал, что более спокойно отреагирую на Тину. После стольких лет. Был уверен, что теперь она не сможет всколыхнуть таких эмоций. Просто потому, что их больше нет.

Ошибся.

Переключатель – на горячую. По коже шпарит почти кипяток.

И снова холодная. Контраст, как возможность ощутить себя живым.

Почувствовать что-то еще, кроме привычной боли.

Наскоро вытираюсь полотенцем и, обертывая его вокруг бедер, выхожу из душа. Адреналин от встречи с Тиной слегка улегся. Вроде бы…

Невесело усмехаюсь, вспоминая, как самонадеян был еще вчера.

Зашкаливающая уверенность в том, что смогу спокойно пройти мимо. Временами в моей голове даже разыгрывалась эта «случайная встреча» с Тиной. При самых разных обстоятельствах.

Несколько слов и мы снова расходимся.

Равнодушно. Навсегда.

Ага, как же. Оно и видно. Повел себя сегодня, как пацан.

Мог ведь спокойно проехать. Так, чтоб она и близко не заметила моего присутствия? Но надо же было специально пройти почти вплотную к ее машинке и еще и просигналить.

Совсем так, «незаметно» получилось.

От осознания, что Тина была настолько близко, до сих пор шкалит напряжение. Как будто по телу периодически пропускают разряд.

Бездумно тыкаю в кнопку кофемашины и пытаюсь собрать мысли в кучу. Кофе с негромким шипением заполняет кружку. Сейчас надо покрепче, чтоб прийти в себя. Наскоро варганю пару бутербродов и снова – за ноутбук.

Надо собрать воедино все, что удалось найти. Итак, Тина.

И Гаршин. С которым что-то явно не так.

Откидываюсь на спинку кресла и пролистываю файлы на ноуте. Мысли – вразброд. Что за дела у него с Яго? По моим данным, за месяц он несколько раз звонил Самбурскому. С телефонных номеров, оформленных на других людей.

Откуда у этого хмыря личный номер Яго?

И что за повод был вчера для личной встречи.

Нутром чую, непростой этот Гаршин. Всем еще подбросит сюрпризов.

Тина удивила. Никогда не подумал бы, что ей такие могут нравиться. Ядовито поджигает ревность. Противно при одной мысли, что этот холеный ушлепок может к ней прикасаться.

Чем ее так прельстило это … пресноводное?

Интересно, платье сегодня она покупала для чего? У них какой-то особый повод? Видимо, в самом деле счастлива…

Отгоняю ревность и снова пытаюсь сосредоточиться на том, что стало известно за ночь.

По Гаршину появились вопросы. Вырос в бедной семье, но при этом поступил на платное в один из лучших университетов. Отучился и сразу же открыл собственный бизнес?

Интересная сказочка выходит. А затем – стремительная политическая карьера. Депутатский мандат сразу же, с первых же выборов. Странно все это. Кто за ним стоит? С какой целью продвигают и главное – кто?

Ладно, продолжим копать в этом направлении.

Чую, нарыть тут можно будет немало занятного.

Разминаю мышцы плеч и спины, затекшие от напряженного бдения за ноутом. Из головы не выходит эта странная поездка трусоватого Гаршина в логово Яго. Какие черти понесли его в казино «Фанкони»?

Память услужливо подбрасывает болезненные картинки из прошлого.

Юбилей этого борова, Яши Самбурского. Хрупкая девочка, участь которой была предрешена. Стать очередным развлечением для Яго. В случае ее непослушания, живой бы не выбралась.

Выбора у меня не было. Либо довести свое дело до конца, либо выкрасть Тину и выдать себя.

Да уж, наша с ней первая встреча вышла запоминающейся.

Как и ее последние слова два года спустя.

Которые я тысячу раз прокручивал, валяясь на обледенелом бетонном полу. Вместе с кровью, отплевывая выбитые зубы. Пытаясь вдохнуть побольше воздуха перед очередным ударом по ребрам.

Забытье приходило, как спасение от боли. Не физической.

Но той, которая не отпускала даже во время короткого, беспокойного сна на холодном, бетонном полу.

«Метелин? Для меня он больше не существует»

Сколько раз мне проматывали запись с ее голосом, где она повторяет эту фразу? Кровью запекшуюся где-то на подкорке.

Сто, пятьсот, тысячу раз?

А потом, вместе потихоньку заживающими переломами, пришло избавление.

Сначала в виде Анголы, про чью землю говорят, что она – красная от пролитой крови. Идеальное место для того, чтоб сбросить пар, выгнать из себя адреналин.

Потом был беспокойный мыс Доброй Надежды и тягучий южноафриканский диалект африкаанс. Кейптаун – город, похожий на портовую шлюху. Расслабит и выполнит любой каприз. И с легкостью отберет шальные деньги.

Затем – Иран. Раскаленные пески пустыни Деште-Лут. Мертвая зона, в которой не выживают даже бактерии. Но именно там я снова начал возвращаться к жизни.

Неожиданно разрывающий тишину, телефонный звонок настораживает.

Мой личный номер знают немногие, только свои. Но все нужные номера вбиты в список контактов.

Рекламный прозвон?

– Слушаю.

– Рома, это Ника. Надо срочно увидеться. Чем скорее, тем лучше.

От удивления даже теряюсь на мгновенье. Ника? Подруга Тины?

– У тебя проблемы? Что случилось?

– Нет, я в порядке. Это из-за Тины. Через час на въезде к маяку. Жду.

– Понял.

Отключаюсь. Дело серьезное, раз Ника достала мой номер. Как? Нетрудно догадаться, что попросила помочь своего мужа.

Стаса, кстати, надо навестить.

Быстро собираюсь. Уверен, что на этот раз прояснится история с поездками Гаршина к Яго. Внутренний голос подсказывает, что есть связь между ними и звонком Ники.

Вопрос, насколько Тина в курсе действий своей подруги.

Выжимаю максимум из движка.

Интонации Ники говорят сами за себя – медлить нельзя. Приятным холодком по венам мчится скоростной адреналиновый вихрь.

Притормаживаю у въезда на нужный пляж и чуть поодаль вижу Нику, стоящую возле своего автомобиля. Машет мне рукой и, оглядываясь по сторонам, быстро идет к моей машине.

– Рома, привет, – быстро тараторит Ника, не давая мне и слова сказать, – сразу к делу. Тина в опасности. Только мы с тобой не виделись. Не выдавай меня. Я не хочу потерять подругу. Но промолчать – только хуже будет.

– Что случилось?

– У нее сегодня деловая встреча.

Ника делает паузу и смотрит прямо перед собой. Прячет от меня взгляд.

– С кем?

– С Яго.

Воздух в легкие проходит так, как будто его пропускают через раскаленный песок. Достаю сигарету и закуриваю. Предлагаю Нике – отказывается.

– Они общаются?

– В том-то и дело, что нет. Она едет представлять свой проект.

– «Скорпион»?

– Ты знаешь? – удивленно выдыхает Ника и хлопает ресницами.

– Ну, будем считать, что в курсе. Так, причем тут Яго?

– Он проявил интерес к финансированию. И… в общем, я не хочу влезать в ваши разборки. Но ты бы приглядел за ней…

Отмечаю особую интонацию, с которой она произносит последнюю фразу. Молчу. Обдумываю. Какие черти опять ее понесли к Самбурскому? Что она хочет доказать себе и другим.

Ситуация до боли похожа на дежавю.

Ровно десять лет назад девочка, предназначенная для Яго, стала моей…

– Она все еще любит тебя, – тихо добавляет Ника и открывает дверь машины, собираясь выходить.

На секунду задерживается и коротко выдохнув, снова оборачивается ко мне.

– Встреча сегодня. Мы с ней утром виделись. Дело нехорошее. Ты ей нужен. Ром, я не хочу знать, что у вас произошло на самом деле. Но ты ей очень нужен. Она любит тебя. Все ещё любит.

Снова упор на последней фразе.

– Не волнуйся, пригляжу за Тиной, – невесело усмехаюсь и на всякий случай гляжу в зеркало заднего вида.

Возле машины Ники все спокойно. Можно смело отпускать.

– И этого разговора не было, – строго напоминает Ника.

– Обещаю, – улыбаюсь в ответ и она выходит из машины.

Едва докурив сигарету, тут же вытягиваю из пачки следующую. Времени на раздумья нет. Нужное решение приходит мгновенно.

Смотрю на карту в навигаторе. Дорога в нужном направлении сейчас свободна.

Выбираю из движка максимальную дурь, еду в один из заброшенных горных поселков. Раньше здесь были бараки работников чайной фабрики, но уже лет тридцать тут никто не живет.

Периодически поглядываю в зеркала, но все чисто.

Вспугнув стаю воронов, проезжаю через небольшой пустырь к крайнему полуразрушенному дому фабричного поселка. Спускаюсь в погреб, который уже полгода использую в качестве схрона.

Ветошь нетронутая. Все спокойно.

Расположение помещений в развлекательном комплексе «Фанкони» я помню, как свои пять пальцев. Вряд ли за восемь лет там что–то сильно поменялось. Разве что, пристроили пару коттеджей.

Прикидываю, что лучше всего взять с собой.

Чую, ночь будет жаркой. Как и все, что связано с Тиной.

В спортивную сумку укладываю три гранаты, добавляя к ним еще пару светошумовых. Машинально накручиваю глушитель на ствол «Узи». Пистолет-пулемет сегодня точно лишним не будет. И три дополнительные обоймы к нему.

В набедренные ножны – штурмовой нож-боуи.

Два бронежилета – себе и Тине.

Еще две обоймы к «Браунингу» и можно выдвигаться.

Выбираюсь из схрона, пропахшего затхлостью.

И впервые за долгие месяцы после возвращения в этот город, вдыхаю воздух полной грудью. Зимний, бодрящий. Доносящий даже сюда, в горы ревущее эхо черноморских штормов.

Во что ж ты вляпалась, Тина?

Глава 6. Рассчитывать на себя

ТИНА

Кляну себя за то, что не помчалась за тем подозрительным внедорожником. Но я бы не смогла. Он пронесся мимо меня вихрем, в паре сантиметров, едва не задев.

Терпеть не могу, когда на меня за рулем рявкают спецсигналами.

Меня это сразу дезориентирует. Как лягушонок, моментально впадаю в ступор.

Нет, это не Рома. Он точно не стал бы себя настолько обнаруживать. Да и вообще. Что бы ему делать утром в торговом центре? Глупая мысль, конечно. Но теперь мне еще и дико стыдно за то, что выскочила по магазинам не накрасившись и вообще – не при параде.

Хотя, кому он нужен, этот парад?

Парады – для победителей, а моя жизнь давно стала серой рутиной. Впрочем, не жалуюсь. У меня появился «Скорпион», хотя полное отсутствие интереса инвесторов к этому проекту – пугает. Проявляют интерес только самые мелкие сошки.

С моей стороны полностью исключена ошибка в расчетах.

Это – не первый подобный проект, хотя и первый самостоятельный полет. Но все же, у меня складывается впечатление, что кто-то специально вставляет мне палки в колеса.

Как будто, за каждым моим шагом следят и специально подрезают крылья. Мнение, пока ничем не подтвержденное. Но с каждым днем эта уверенность все сильнее.

На телефон приходит целая серия сообщений и одно из них меня озадачивает. От Гаршина скрин выписки с нашего банковского счета. Пополнено на сумму с шестью нулями – аванс, предоплата за что?

Следом сыплются восторженные сообщения с его пояснениями – ключевой инвестор действительно перевел первую авансовую оплату. Не хватит, чтоб раскрутить полностью, но чтоб запуститься прямо сейчас – очень даже достаточно.

Вот только сердце сразу больно ёкает и где-то в желудке начинает противным, ледяным ежиком зарождаться колючий комок страха.

Ключевой инвестор – это Самбурский?

Невидящим взглядом скольжу по сообщениям от Гаршина. Прямо так старается показать свою активность.

Что ж ты, Сережа, раньше балду пинал, а?

Ага, значит на встрече будут еще и остальные инвесторы, как он и обещал. И тут успел договориться. М–да, не узнаю его прямо… За двое суток выполнено больше, чем за год работы.

Такое вообще реально?

Значит, с нашей стороны на встрече будет шестеро, кроме меня. Гаршин и еще пятеро инвесторов. Обнадеживающий факт.

Надеваю платье и приступаю к макияжу, делая свои любимые акценты на глазах. Почти час вожусь с разными баночками, кисточками и спонжами. Результат радует.

Горечь накатывает сразу же, как только набрасываю на плечи палантин. Воздушный, атласный кусочек ткани, скрывающий оголенные плечи. Как будто он защитит меня в случае опасности?

Открываю верхний ящик комода и выуживаю из вороха нижнего белья небольшой и увесистый, тканевый сверток. Разворачиваю, затаив дыхание.

Небольшой пистолет, подаренный мне Ромой восемь лет назад.

Незадолго до его ухода.

Душат слезы, мгновенно затапливают воспоминания. Дрожащими пальцами провожу по пластиковым обкладкам. Вздрагиваю, когда подушечки пальцев переходят на холодную металлическую поверхность.

Очень компактный, как раз для того, чтоб спрятать в дамской сумочке. Но мне кажется, он весит тонну. Для меня он такой же тяжелый, как и воспоминания, связанные с тем, кто его подарил…

Рома – мой воздух. Которым оказалось слишком больно дышать.

Плакать нельзя, макияж не водостойкий.

Сижу в вечернем платье, зажав в ладонях пистолет и сглатываю слезы, подступающие к горлу. Дышать просто не хочется.

Но среди круговерти воспоминаний, в голове четко звучит голос Метелина. Привычная усмешка в голосе, с едва уловимой ноткой иронии.

«Тина? Время, потерянное впустую»

Вот и весь смысл наших отношений. В одной фразе.

Только сейчас догадываюсь, что сегодня на дороге едва не вписался в меня именно его «Дискавери». Брошенная, бывшая девушка не заслуживает ничего, кроме рявканья спецсигналами?

Разумеется, ведь я – это всего лишь время, потерянное впустую.

Он тогда сказал именно так. Это был его голос, который я узнаю из миллиарда других.

Родной. Чужой.

Голову обхватывает холодными тисками и это воспоминание мгновенно отрезвляет. Ну что ж, оставим прошлое – в прошлом. Сегодня – деловая встреча, группа инвесторов, важные переговоры.

Но на всякий случай, чисто машинально кладу пистолет в небольшой клатч. Господи, я даже не помню, как им пользоваться. Надеюсь, не понадобится.

И уж тем более, не надеюсь, что в случае форс-мажора кто–то приедет меня выручать.

Той, кто не более чем время потерянное впустую, приходится рассчитывать только на себя.

В чем сила? Да в самой себе. И у каждого она своя. Как и правда.

Сажусь в подъехавшее такси в каком-то забытье, но всю дорогу взглядами цепляюсь за черные внедорожники, хоть чем-то напоминающие утренний «Дискавери». Сама на себя злюсь за то, что чувствую себя щенком, забытым на улице.

– Тиночка, любимая, – угодливо расплывается в улыбке Гаршин, встречая меня у входа в «Фанкони».

Уворачиваюсь от поцелуя в губы, стараясь держать фальшиво-дежурную улыбку. Чмокает меня в щеку и след от поцелуя моментально хочется сцарапать с кожи.

– Наша сторона уже вся прибыла?

– Нет, пока ждем, – виновато разводит руками Гаршин и жестом приглашает в ресторан.

Галантно поддерживает за талию, но ладонь то и дело норовит соскользнуть ниже. Едва заметно, виляю бедрами, чтоб не дать ему воплотить задуманное.

Не сейчас. И вообще – с ним больше никогда.

Приятная, живая музыка обволакивает сразу же. Задушевная инструменталка на три гитары моментально затягивает в сладковато-терпкие омуты воспоминаний.

«… да с той старинною, с той семиструнною, что по ночам так мучила меня…»

В памяти мгновенно оживают несвоевременные картинки.

Рома что-то наигрывает на гитаре. Свернувшись податливым котенком, влюбленная и счастливая я лежу на диванчике и слушаю его струнные переборы. И вместе со струнами его гитары, вибрирую откровенным, пьянящим счастьем.

– Говорят тут отличный виски, – вкрадчивый голос Гаршина тут же возвращает меня в реальность.

– А, что прости?

– Виски тут отличный, – повторяет Гаршин.

Черт, нашел же время для дегустаций.

– Сереж, виски попробуешь в другом месте. И не сейчас. Мне – только минералку.

– Тина, один раз живем. Да и место, знаешь ли, располагает… Не занудствуй хотя бы сейчас.

Держусь, чтоб не взорваться. Упреки в занудстве я могу предъявлять ему пачками. Заслужил. Но чтоб мне об этом говорить? Ладно, не время выяснять отношения, в которых уже поставлена точка.

– Можно напоследок тебя попросить об одной услуге? – таким же неприятно-угодливым тоном спрашивает Гаршин.

– Да, что именно?

– Пока никому не сообщай о том, что мы разорвали помолвку. Знаешь, выборы все-таки на носу. Не хотелось бы. Удар по политическому имиджу.

– Сережа, давай после обсудим. Не сейчас. Кстати, где все?

Оглядываюсь вокруг, но никого нет. Ни одного из тех пятерых, что уже должны бы приехать. Понимаю, вечерние пробки. Но не все пятеро разом же могут опоздать.

– Сейчас, посмотрим, – бормочет Гаршин и что-то пролистывает в телефоне, – странно, должны уже съезжаться.

Теряю терпение, а заодно отгоняю от себя тяжелые предчувствия. Что-то совсем не так.

Один может опоздать на деловую встречу, но – пятеро, разом? И дороги не так уж и загружены. Да, пробки есть, но не прямо чтоб катастрофа.

Пока мой бывший сосредоточенно с кем-то переписывается, пытаюсь унять дрожь. Предательскую. Бьющую по всему телу.

– Мы же можем вернуть аванс? – скорее констатирую факт, чем спрашиваю Гаршина.

– Ты в своем уме? Такие деньги. И это только начало. К тому же, не можем. Я перечислил их нашим рекламным подрядчикам и утром они уже начали работу. Так что, процесс запущен.

– Вечно ты быстро, когда не надо … – бормочу, стараясь скрыть досаду.

Хочется только одного. Бежать отсюда, подхватив юбки. Не дожидаясь, когда съедутся остальные инвесторы. Нервно сжимаю под столом клатч с пистолетом.

– Так, что с остальными? Где все? Что происходит?

Заметно теряю терпение и больше не скрываю своего раздражения.

– Тина, тут такое дело, – огорченно разводит руками Гаршин, но резкий звук позади меня заглушает его попытки оправдаться.

Оборачиваюсь, чтоб посмотреть, кому так аплодируют музыканты, вмиг переставшие играть.

Яго. Собственной персоной.

Скрывает плотоядную ухмылку за благодушной, расплывшейся личиной.

– Тиночка Каледина! Ну вот, почтила своим вниманием нас, наконец.

Гаршин угодливо вскакивает и уступает место на диванчике, аккурат напротив меня.

– Думаю, стоит подождать остальных? – вопросительно смотрю на Гаршина, уже предчувствуя ответ.

Никого не будет. Никто и не собирался приезжать. Он меня обманул.

– Может все-таки начнем? – предлагает Яго и барским жестом подзывает официанта.

Делает заказ с упором на алкоголь.

Точно не буду пить ничего крепче минералки, да и с той – осторожно. Мало ли, что подмешают. Решаю, что если на алкоголе будут настаивать, постараюсь лишь аккуратно промачивать губы.

Наш столик – явно лучший в этом вертепе. В отдельной нише, с панорамным видом на горы. Прямо у большого окна, почти во всю стену.

– Разрешите? – почему-то у Яго отпрашивается Гаршин, – забыл документы в машине. Я на пару минут.

Короткий, покровительственный кивок и снова на меня плотоядный взгляд.

– Небольшая техническая заминка, – улыбаюсь, отчаянно соображая, как можно заполнить паузу. Оставаться наедине с Яго мне совсем жутко. И в этот момент я была бы рада даже присутствию Гаршина.

– Жизнь непредсказуема, – раскатисто басит Яго и сам наливает по бокалам вино, принесенное официантом.

Вижу, что наливает только себе и мне. Бокал Гаршина – пуст.

Что происходит?

Заметив движение слева, машинально перевожу взгляд на окно.

Чувствую, что покрываюсь ледяной коркой страха и одновременно теряю дар речи.

Почти с полицейским разворотом, машина Гаршина резко стартует и в секунды скрывается из виду.

Не было никаких документов, забытых в машине. Как и никто из наших инвесторов не собирался на эту встречу. Он с самого начала знал обо всем. И оставил.

Один на один с Яго.

Глава 7. Перемирие до утра?

РОМА

Место для своей резиденции Яго выбрал неудачно. Напротив, всего в двадцати метрах метров – старый, заброшенный санаторий.

Удобная дистанция. И при необходимости – не только для наблюдений.

Видимо, польстился на то, что низенький санаторий не закрывает панорамного вида на горы. Или в планах выкуп этой территории.

Подъезжаю к заднему забору заброшки и паркуюсь возле аварийного выхода. Место глухое, люди Яго тут точно не станут шастать. Побрезгуют.

Перемахиваю через невысокий, местами осыпающийся, кирпичный забор и иду к запасным воротам.

Подготовка с поправкой на то, что на обратном пути со мной будет Тина. Сбиваю ржавый замок и открываю ворота. Загоняю автомобиль на территорию санатория и, прихватив спортивную сумку, поднимаюсь на второй этаж.

Главный зал «Фанкони» – как на ладони. Освещен весь, как новогодняя елка.

Как только глаза привыкают, начинаю отчетливо различать, что происходит в зале.

Уши закладывает от грохочущего пульса, когда вижу Яго, подсаживающегося за столик к Тине. Не могу видеть ее лицо, но в массивной фигуре Самбурского чувствуется барская вальяжность.

Понятно. Какое-то время будет его любимый цирк в стиле «цыгане, медведи». Судя по тому, что уже и происходит в заведении.

Предсказуем.

А вот это уже крайне любопытно. Гаршин угодливо кланяется в пояс и куда-то уходит?

Интересно, куда этот паскудыш так заторопился.

От удивления чуть подаюсь вперед. Такой маневр точно не входил в мои планы. Слизняк суетливо юркает в свою машину и резко развернувшись, моментально сваливает.

Тина одна. С Яго.

Только сегодня он точно обойдется без запланированного десерта. Сладкое на ночь – вредно.

Прикидываю, что она наверняка попытается его отвлечь. Значит, минут пять в запасе есть точно. Нетрудно догадаться, что дальше он поведет ее на верхний этаж, в один из номеров. Скорее всего, в тот, который он гордо именует президентским люксом.

Типичная бордельная комнатушка, оббитая бархатом и нелепыми золотыми кистями. Уверен, что Тину он поведет именно туда.

Отсчет на минуты.

Пока наблюдал, увидел семерых людей Яго. Не исключено, что в самом ресторане еще столько же. Или чуть больше. По моим наблюдениям, рядом с ним всегда дежурит не меньше полутора десятков бойцов.

Все. Пора.

Вокруг ресторана – привычная суета, но мне сейчас точно – не через главный вход. Слишком много людей. Будут ненужные жертвы.

Быстрым шагом обхожу сам комплекс со стороны технического входа. Один из бойцов Яго замечает меня слишком поздно. Минус один.

Теперь на поиски Тины – не больше трех минут. Время пошло.

Успеваю скрыться за углом, кидая светошумовую гранату в широкий технический коридор. Громыхнуло знатно, можно двигаться дальше. Два выстрела почти в упор в бойца, неожиданно выскочившего из кухни.

Бегом к лестнице, у которой уже ждут еще двое. Короткая очередь из «УЗИ» и вовремя успеваю спрятаться за угол, видя еще троих. Снова бросаю светошумовую. Затем – эта тройка. Практически в упор.

В здании неожиданно гаснет свет, но мешкать нельзя. Кляну себя за то, что не хватило времени надеть бронежилет и бегом преодолеваю два лестничных пролета.

Второй этаж чист. Странно, что здесь никого.

Внутренне готов к встрече с Яго и быстро иду к нужной двери. К барахольной комнатушке, которую он гордо кличет президентским люксом. Свет, неуверенно моргнув, снова включается по всему коридору.

Отстреливаю замок и распахиваю дверь.

Тина? Одна?

– Метелин… – испуганно и зло шипит она.

Вздрагивает, словно увидела призрака. В глазах мечется страх и недоверие. Не так я представлял нашу с ней встречу все эти годы.

Через открытое окно слышу чей-то гортанный крик. Понимаю, что это – Яго.

Времени нет.

– Тина, у тебя есть выбор. Либо ты уходишь сейчас со мной. Либо остаешься и выполняешь все капризы Яго. А затем и его бойцов.

Тина бросает перепуганный взгляд на окно и замирает, боясь шевельнуться.

– Уходим, быстро, – хватаю ее за руку и выскакиваю из номера.

– Там Яго и его люди еще в ресторане, – взволнованно тараторит Тина.

Останавливаемся у поворота к лестнице. Прислушиваюсь, пытаясь по голосам оценить, сколько примерно людей у лестницы на первом этаже.

– Держись строго позади меня. В случае чего, оставляй меня и беги в заброшку напротив. Там моя машина.

– Я тебя не брошу, – испуганно шепчет Тина мне в ухо.

Раньше надо было так думать.

Поднимаются. По голосам не меньше троих.

Бросаю в направлении голосов оставшуюся светошумовую и сразу же выбегаем с Тиной на лестницу. Трое. Как и предполагал.

Испуганно взвизгнув, Тина уворачивается от шевелящихся, дезориентированных тел. Решаю, при ней не действовать привычным в таких случаях способом.

Девушка впечатлительная, ей такие картинки потом в жизни видеть – ни к чему.

Успеваю набросить свою кожаную куртку на оголенные плечики Тины. Декабрь все–таки. Оббегаем ресторан и теперь я – позади нее, прикрываю.

Бежим в сторону заброшенного санатория. Рывком дергаю на себя старую калитку и вталкиваю Тину на территорию. Жгучая, жалящая боль разливается по левому плечу, на долю секунды вырубая все рефлексы.

Отстреливаюсь и, кажется, снимаю того, кто попал в меня.

Без слов Тина сама мгновенно юркает в мою машину и следом за ней – я.

Медленно выезжаем с территории заброшки и в короткое время автомобиль набирает максимальный разгон.

– Надо срочно рану обработать, – затравленно шипит Тина и обреченно мотает головой.

– Нет, царапина, – отмахиваюсь и пробую улыбнуться, – пустяк.

Рана и в самом деле пустяковая. Поверхностная. Парой сантиметров правее – было бы очень плохо. Но Тине лучше о таком и не догадываться.

И так у нас, прямо по курсу её истерика. И не одна.

– Ко мне домой точно нельзя.

Снова этот перепуганный голос, почти сбивающийся на шепот.

– Не волнуйся. Сейчас ко мне на квартиру. Она съемная и кроме пары своих о ней никто не знает. Какое-то время побудем там. Пока не решатся твои вопросы.

Тина усмехается. Горько, так.

– Как ты узнал?

Молчу. Ника просила не палить ее. Подруги все-таки. Обещал ей. Как все уляжется, сами разберутся. Без меня.

Знаю, что Тина – в порядке. Только сильно напугана. Но в целом, ничего критичного. Стараюсь лишний раз не смотреть в ее сторону. Не привыкать.

Сейчас – довезти ее до своей квартиры. Обдумать ситуацию, выполнить свою задачу и уехать. От предложения Кирилла отказаться. Сейчас понимаю, что оставаться в этом городе я не готов. Когда Тина рядом, воспоминания становятся слишком реальными.

– Рома… – тихо произносит Тина, – поговори со мной. Мне правда, очень страшно.

По голосу чувствую, что она готова расплакаться. Держится, но вот-вот…

Поглядываю в зеркала, но все чисто. Скорость надо б сбавить, хвоста за нами нет, незачем привлекать лишнее внимание.

В голове нелепые обрывки из спецкурса по психологии катастроф. Сейчас совершенно неуместные.

– Тина, сейчас доберемся до дома. Сможешь выспаться. Утром расскажешь все, что тебе известно и мы придумаем, как тебе выбраться. О том, что твой Гаршин сбежал, я тоже знаю. Видел.

Тина вздрагивает.

– Ты и про него знаешь?

Усмехаюсь и тянусь к пачке сигарет на приборной панели. Вытаскиваю одну и закуриваю. Густой сигаретный дымок обволакивает легкие, как анальгетик.

– Знаю. Тина, я про него знаю. И про то, что за него собираешься замуж – тоже знаю.

– Рома… – всхлипывает Тина, – все не так, совершенно не так, как тебе кажется. Я не любила его. И не люблю.

Резко замолкает.

Мне тоже ответить нечего. Значит, не любила.

– Тин, давай не будем в дороге выяснять отношения. Я разберусь с Яго, сделаю все, чтоб он тебя больше не побеспокоил. Ты снова сможешь жить своей привычной жизнью. Выйдешь замуж и будешь счастлива.

– А ты?

– Уеду. Как только все закончится.

Тина нахохливается, как испуганный и злой воробей. Остаток дороги едем молча, но напряжение между нами можно хватать голыми руками. Ясное дело, злится.

Имеет право, наверное.

Загоняю машину на подземный паркинг и забираю с заднего сиденья спортивную сумку с оружием. В лифте тесно и поездка на последний этаж – испытание. Тина все еще дрожит от страха и неосознанно льнет ко мне.

Не могу оттолкнуть. Но боюсь прижать к себе слишком сильно.

И не отпустить.

Квартира встречает привычной тишиной, но Тина мгновенно оживляет ее своим присутствием.

– Ты здесь живешь? Как долго?

Чую вопрос с подвохом. Значит, ей Ника могла сказать, что я вернулся полгода назад.

– Полгода.

Иду на кухню, ставлю чайник. Тина бежит за мной. Открываю один из шкафчиков и достаю аптечку.

– Давай я помогу, – предлагает Тина и я соглашаюсь.

Снимаю рубашку.

Рана неглубокая, абсолютно в пределах возможностей обработать самому. Но на какой-то момент я сдаюсь и просто хочу ощутить ее прикосновения. Пусть даже и к ране.

Тина аккуратно промачивает ватный диск перекисью и стирает шипящие подтеки крови. Меняет тампоны и мягко водит ими по краям раны.

Вздрагиваю от ее прикосновений.

– Больно? – сочувственно качает головой, – извини пожалуйста.

Продолжай, не останавливайся.

– Нормально, – снова пытаюсь улыбнуться.

– Сейчас будет немножко больно, – виновато улыбается Тина и достает из аптечки порошковый антибиотик.

Наблюдаю за ее руками и чувствую, что ненадолго попал то ли в сон, то ли в рай. Это не шок.

Просто хорошо.

В этот момент в квартире гасится свет. За последнюю неделю – уже третий раз какая-то авария. В сезон зимних штормов здесь такое не редкость.

– Ой, хорошо, что я все успела, – шепчет Тина

– Сейчас найду свечи, – бормочу себе под нос и встаю.

Тина пытается уступить мне место, но в темноте налетает спиной на барную стойку и резко разворачивается, утыкаясь носом мне в грудь.

Замираю от того, как приятно щекочет кожу ее горячее, сбивчивое дыхание. Сам не понимаю, что творю. Прижимаю ее голову к своей груди, зарываюсь пальцами в ее мягкие и шелковистые пряди волос.

Как наркоман, втягиваю в себя запах Тины. Зная, что эта доза сломает меня. Но срываюсь и дышу ею.

Тина подрагивает от того, что пытается сдержать слезы.

– Тебе надо поспать.

Со стороны не узнаю собственный голос.

Безжизненный. Ровный.

– Нет, – со слезами почти выкрикивает Тина, – я не хочу спать.

Отодвигаю Тину от себя. Разыскиваю коробку со свечами и зажигаю одну, устанавливая ее в коньячную рюмку.

Тина снова подходит ко мне. Сзади. Кладет свои невесомые руки мне на плечи. Резко оборачиваюсь и прижимаю ее к стене.

– Тина, не надо, – шиплю, стараясь подбирать слова, – ничего не будет.

– Да? Тогда отпустишь меня?

Готов поклясться, слышу насмешливые нотки в ее голосе.

Издевается, значит…

Не могу оторвать от нее взгляда. Соблазнительная, еще более красивая. Особенно сейчас.

Когда её нельзя.

Защитить ее, вытащить из этой истории любыми способом. Даже ценой собственной жизни. Уйти навсегда.

– Давай объявим временное перемирие… до утра, – шепотом просит Тина, не сводя с меня своего колдовского взгляда.

Как в бреду, провожу пальцами по ее плечам… Тина мгновенно отзывается на каждое прикосновение. Кайфую от ее шелковистой кожи. Слегка поддеваю атласную ткань и платье соскальзывает с ее хрупкой фигурки.

Был убит в уличной перестрелке и попал в рай.

Происходящее и мои ощущения иначе не объяснить.

Веду ладонями по ее талии, спускаюсь ниже и поддеваю пальцами тоненькое кружево трусиков. Медленно опускаюсь перед ней и стягиваю с нее стринги. Слышу, как она тихо постанывает от предвкушения.

Снова поднимаюсь и не отвожу взгляда от ее глаз.

– Нет. Не будет никакого перемирия, – хрипло шепчу в ее искусанные губки, и срываюсь в тот же момент.

Одной рукой приподнимаю ее под попу и вжимаю в себя.

До утра у нас найдутся дела более важные, чем перемирие.

Глава 8. Раненое пламя

ТИНА

Послушно поддаюсь одержимому напору, позволяя сейчас Роме делать со мной абсолютно всё.

Всё то самое, о чем я не раз мечтала за эти годы. Мое безумное наваждение, мои самые сладкие желания, о которых я боялась признаться даже самой себе. Желания, на которые я больше не имела права.

Слишком долго я сдерживала свои эмоции.

Не позволяла себе чувствовать, хотеть, ощущать. Жила на одних лишь злых куражах. Была бездушной, механической куклой.

Которая лишь изображала удовольствие. И в постели тоже.

Всё это рушится за один миг.

Только лишь от одного его пьянящего, обжигающего дыхания. От одного затягивающего взгляда, в котором чернеет пропасть. И сейчас я лечу прямо в эту бездну.

Внезапная боль от мысли, что он собирается уезжать, пробивает электрическим разрядом. Почти физическая, реальная боль.

– Нет, – со всхлипом выстанываю и резко упираюсь руками Роме в грудь.

Пытаюсь отстраниться от него сейчас. Пока еще не поздно.

– Что-то не так? – мгновенно отзывается бархатистый шепот, – извини, если тороплюсь. Прости…

Снова поцелуй.

Более нежный и уже не такой одержимо-подчиняющий. Едва нахожу в себе силы снова вырваться из сладкого плена его умелых и горячих губ.

Ненавижу себя в этот момент.

Но лучше так, чем снова провести еще один десяток лет в личном аду.

– Рома, нам нельзя. Нет. Ты прав. Так нельзя.

Выдыхаю и гляжу на него, ожидая его реакции. Слезы застилают глаза.

Ведь сейчас я сама отказываюсь от него. Боюсь снова столкнуться с реальностью, в которой вместе нас давно уже нет. И никогда не будет.

Мысленно готова к тому, что Рома предложит мне одеться и мы разойдемся спать. По отдельности, по разным комнатам.

В штормовых омутах плещется недоумение и попытка прочитать меня.

Рома пронизывает меня откровенно-возбужденным взглядом, подхватывает меня на руки так, что я обвиваю ногами его торс.

Несет меня на постель и осторожно укладывает. Как драгоценность.

От этого еще больней. Нельзя привыкать.

Чувствовать ничего нельзя. Чувствовать – слишком больно.

Чуть нависает надо мной и я вижу, как через бинтовую повязку на плече проступает кровь.

– Плечо, – испуганно выдыхаю, но его совершенно не волнует собственное ранение.

– Забудь, – отмахивается, не сводя с меня пронзительного взгляда, – что происходит? Я что-то не так сделал? Как ты хочешь.

Шальные огоньки в его глазах завораживают и лишают способности соображать. Запах зверя подчиняет и делает меня податливой, готовой на все.

– Нет, но сделаешь. Ты ведь уйдешь.

Ровно и безжизненно констатирую факт. Очевидный.

– Тина… – горячо дышит, произнося мое имя так, что я мгновенно взрываюсь.

Не давая мне протестовать, стремительно накрывает мои губы поцелуем.

Жёстким. Подчиняющим. Жадным.

Кончиками пальцев вожу по его мускулистому, сильному телу и теряюсь в собственных ощущениях. Стремительно падаю в пропасть, откуда мне самой уже не выбраться.

Точка невозврата пройдена мной только что.

Рома разрывает поцелуй и обхватывает ладонями мое лицо. Скользит по нему глазами, полными жажды и боли, как будто пытается напиться мной.

Взглядом, в котором полыхает раненое пламя.

Еще миг и мы оба сорвемся с цепей, на которые сами себя посадили.

Но сейчас этот миг у нас еще есть. Надышаться друг другом, обжечься голодными взглядами, замереть за секунду до взрыва.

Зарываюсь ладонями в его жесткие волосы на затылке, ерошу их и вздрагиваю от того, как приятно покалывает в подушечках пальцев. Притягиваю его к себе и в этот момент рушатся все преграды между нами.

Больше никаких запретов. Только неутоленная жажда, инстинкты и желание.

Он набрасывается с диким голодом на мои губы, сминая их в требовательном, обжигающем поцелуе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.