Дмитрий Булавка
Медь

Я кричу, и мой голос дикий.

Это медь ударяет в медь.

Я, носитель мысли великой,

Не могу, не могу умереть.

«Наступление» Николай Гумелёв

Наступили долгожданные выходные, их к счастью два, в отличие от большинства наёмных рабочих, у меня они выпадают на воскресенье и понедельник. Проснувшись рано утром, по выработанной годами привычке, я заглядываю в телефон, где рабочий чат, в Ватсаппе, уже имеет более двух десяткой сообщений. Дежурный техник Вадим, сообщал в свойственной ему манере, вы только не волнуйтесь, о случившемся ЧП и принятых мерах по его ликвидации. Из переписки не очень понятно, что конкретно произошло, скорее техник сначала позвонил главному инженеру, а остальная информация в чате, только уточняла сказанное по телефону, и носила обрывочный характер. Задав вопрос о необходимости моей помощи, и получив ответ, что основные работы возьмут на себя подрядчики, а нашу часть мы выполним во вторник, когда я уже буду на смене, я немного расслабился. Казалось, что можно спокойно отдыхать, но тревога не покидала. Перечитывая короткие сообщения в группе, мне так и не удалось восстановить единую картину произошедшего. Можно было конечно позвонить инженеру, но у него тоже был выходной, который уже и без моего звонка был изрядно испорчен. В понедельник было запланировано много личных дел, мозг периодически напоминал о случившемся, но время пролетело незаметно и, дождавшись, начала рабочей недели, я узнал все подробности. Надо внести ряд необходимых уточнений, примерно 4 месяца назад я сменил работу и теперь тружусь рядовым сотрудником технической службы гостиницы «Cristal House», которая расположилась в живописном историческом районе города Калининграда, на берегу Нижнего озера. Что побудило покинуть предыдущее место работы, в данном случае не важно, просто сообщу, что там я отработал без малого 21 год, это, на мой взгляд, должно убедить любого, что подобные изменения в моей жизни происходят не часто.

Обычное утро, подъём в 7:00, завтрак и дорога на работу, которая занимает от 30 минут, если ехать на велосипеде, минут 45, если воспользоваться общественным транспортом и около часа, если идти пешком. По понятной причине предпочтение отдаётся велосипеду, маршрут выбран оптимальный и часть его проходит по Верхнему озеру, что позволяет за время пути получить положительные эмоции, необходимые для выполнения своих профессиональных обязанностей. Так повелось в нашем коллективе, что все приходят значительно раньше начала рабочего дня, я примерно на полчаса, чтобы успеть передать всю необходимую информацию и, если нужно, начать устранять аварию или неисправность, пока на смене находиться максимальное количество людей. Так произошло и в этот день, мне порекомендовалось надеть сапоги и робу, которой не жалко. После чего, вместе с ещё не сменившимся техником Максимом и инженером Евгением, мы выдвинулись для устранения аварии, которая произошла на выходных.

Место проведения работ располагалось, между гостиницей и озером и представляло собой, невесть откуда взявшуюся яму странной формы. Это был не размытый грунтовыми водами пролом и не воронка от взрыва, яма имела странную, рваную конфигурацию. Рассуждать о причинах её появления было некогда, наша задача была за максимально короткий срок, сравнять неровности грунта, который представлял собой смесь глины, строительных материалов и засыпать оставшуюся яму уже привезённым песком, куча которого находилось рядом. План понятен, работа закипела и, наверное, через час была бы завершена, но в процессе выравнивания поверхности, моя лопата скользнула по чему-то железному. Это не очень удивило, остатки кирпича или черепицы попадались регулярно, возможно, это был, какой-то кусок металла. Совершив ещё несколько движений лопатой, звук повторился, и определились размеры предмета. Он оказался не очень маленьким, чтобы скинуть его в яму лопатой и пришлось воспользоваться руками, тут и выяснилось, что это металлический ящик среднего размера, примерно между шкатулкой и сундуком. Находка вынудила остановить работу, ящик был перенесён на чистое место, сфотографирован, мы постоянное фиксируем свою работу для отчёта. Фотографии были отправлены главному инженеру Дмитрию, затем мы принесли кусок плёнки и несколько вёдер воды, чтобы очистить ящик от земли. Это был цельнометаллический предмет, не имеющий каких-либо украшений, в виде драгоценностей или орнамента, поэтому наше отношение к нему было весьма сдержанным. Закончив процедуру очистки, мы ещё сделали пару фотографий, отправили начальнику и собирались продолжить работу, как от главного инженера пришёл ответ. Что уже обнаружен хозяин данного ящика, он живёт, где-то в Венгрии и скоро прибудет его официальный представитель, так что поаккуратней с ним. Эффект от прочитанного был практически противоположным, мало того, что найденная нами вещь фактически уходила в чужие руки, так ещё и удивляло с какой скоростью всё это происходило. Исследовав ящик со всех сторон, не было обнаружено, какого-нибудь замка и, применив к крышке мышечную силу, она не без труда открылась. Надо сказать, что, несмотря на внешнюю простоту, ящик был весьма добротным, крышка герметично закрывалась и не позволяла влаге проникать внутрь. Первое, что открылось нашему взору, это была фляжка. Она была изготовлена из металла предположительно серебра и в отличие от ящика, украшена красивым литым рисунком. Её объём не превышал полулитра, в глаза бросалось излишне широкое горлышко. Возможно, для того, чтобы в неё погрузить, какой-то предмет или для оригинальной крышки, которая, представляла собой пробку с кольцом. Оно свободно двигалось во всех плоскостях, и по нашему общему мнению являлась замком, открыть который сможет только знающий человек. Потрясся флягу над ухом, каждый убедился, что там какая-то жидкость и фляга была отложена в сторону, на чистый участок плёнки. В ящике умелись ещё предметы, а наше любопытство разгоралось с новой силой. На свет была извлечена фигура герцога Альбрехта, которая очень напоминала памятник, установленный ему на острове Канта. Материал изваяния являлся камнем, бурого цвета, поэтому можно было смело предположить, что это янтарь. Её размер незначительно превышал флягу, бросалось в глаза с какой тщательностью были вырезаны мелкие детали. Фигура присоединилась к фляге, а из ящика доставались один за другим небольшие предметы, белого и тёмного цветов. Больше остальных, меня поразил единорог, сделанный из белого материала, внушительного веса, несмотря на малый размер, возможно, это была слоновая кость, а все вместе эти фигуры могли являться набором шахмат. Даже это мы не могли утверждать стопроцентно, так как рядом не было шахматной доски. Вытащив все предметы, аккуратно разложив их, мы ещё раз всё сфотографировали, больше для себя, чем для кого-то, нас удивляло, почему никто из руководства до сих пор не посетил нас. И мы, чувствуя свою безнаказанность, продолжили изучать ящик. На его дне расположились ячейки, под извлечённые предметы, но за время нахождения под землёй или в процессе манипуляций с ящиком они перемешались. Теперь, когда он был пустой, стало очевидно, что ячейки вытаскиваются, примерно, как денежный ящик из кассы. Я попытался это сделать, но не уверенный в своей правоте и, опасаясь поломки, применил небольшую силу, и как следствие, не достиг нужного результата. Мне на помощь пришёл Женя и как уверенный в себе человек и с более развитой мускулатурой, извлёк ячейки, не причинив им вреда. Под нами оказалось ещё внушительное пространство заполненное коробками со спичками. Зачем они здесь находились было не понятно, единственное, что мы смогли узнать то, что ими пользовались, некоторые коробки были не полными и спички были не простые, а похожие на современные охотничьи. Под коробками находились, какие-то документы в виде, чеков, расписок, накладных, которые очень небрежно были сложены на дне ящика. Мы едва успели их осмотреть, как заметили, что со стороны конференц-зала под названием «Сапфир», к нам движется женщина. Её походка была уверенной и целеустремлённой, что сразу стало понятно, это официальный представитель. Удивляло, то с какой быстротой она оказалась здесь, мы второпях попытались вернуть всё в ящик. Это было бессмысленно, так как ещё с далека, было заметно, как мы разложились под лучами осеннего солнца. Женщина подошла ближе, она была не высокого роста, стройна, даже излишне, чёрные волосы аккуратно подстрижены в каре и вся одежда тоже была в тёмных тонах, но очень стильно подобранная. Ей было за пятьдесят, но профессиональный макияж, позволял, особенно на расстоянии дать ей не больше сорока. Никто её не узнал, что казалось вполне нормально. Женщина вежливо, но как-то по-свойски, обратилась к нам мальчики и пожурила, что мы выставили находку на показ, ведь по озеру гуляли многочисленные туристы и жители города. Я, не умеющий врать, решил оправдаться, что мы так и достали это из земли, о чём сразу пожалел, понимая весь бред сказанного. Женщина посмотрела на меня улыбающимся взглядом, добавила, да конечно, и перевела его на предметы. Взгляд, что-то скрупулёзно искал и, наткнувшись на флягу, стал очень сосредоточенным. Фляга моментально оказалась в её руках и с пробкой была проведена комбинация, которая развеяла все сомнения, кто здесь главный. Мы только услышали пять щелчков, и пробка без труда покину горлышко. Женщина взяла в руки телефон, включила фонарик и, посветив вовнутрь, убедилась в содержимом, нам ничего не было видно, но по выражению её лица было понятно, что найдено, что-то важное. Фляга была закрыта, так и осталась в её руках, всё остальное было возвращено аккуратно в ящик и по просьбе женщина отнесено в «Сапфир». Во время пути нас не покидало странное чувство не справедливости, которое ещё сильнее обострилось, когда мы достигли конференц-зала. Нас даже не пустили на порог, сказав, что мы грязные, но удивило нас не это, а суета внутри. Уже были расставлены столы, подключены и выставлены телекамеры, в общем, всё было готово для начала пресс-конференции. По количеству людей в зале и по представительности было понятно, что даже переодетые мы не будем приглашены на этот праздник жизни. Сам собой нашёлся ответ и на вопрос, почему к нам никто не подошёл за время пока мы рассматривали находку. Все, включая главного инженера, айтишника, прибывшего на смену дежурного техника, были задействованы в организации данного мероприятия, такая же участь постигла, и другие службы и руководила всем директор гостиницы Маргарита Николаевна, не скрывая своё волнение. Нам ничего не оставалось, как направиться в обратный путь, было понятно, что засыпать яму можно не торопиться, вдруг там будет ещё что-то интересное, но нам было как-то всё равно. Проходя мимо места нашей находки, я вдруг осознал, что отсутствует 300-летний дуб, который привлекал всех не только своим возрастом, но и особенностью ствола. Он был ровным, без единой ветки, на протяжении 15 метров от корня до кроны, к тому же на уровне человеческого роста кора имела неровности, которые без труда можно было представиться как образ лица человека. Теперь стало понятно, что случилось, в ночь в субботы на воскресенье. Был сильный ветер, при очередном порыве дуб вырвало из земли, вместе с корнем. Ничего серьёзного не повредив, он упал аккуратно между гостиницей и озером. Городские и подрядные службы устранили ЧП, а нам осталось только засыпать образовавшуюся от корня яму. Очевидным стало и то, что клад был спрятан глубоко под дубом и даже работники убирающие корень ничего не заметили, да и мы нашли его абсолютно случайно.

Вернувшись в свою каморку, которая находилась на так называемом этаже -1.5 и, переодевшись, всех не покидало чувство сожаления и тревожности одновременно. Постепенно вся техническая служба собралась вместе, главный инженер Дмитрий тоже был не в восторге от произошедшего, но не винил нас, а больше ругал себя, что переслал фотографии дальше по служебной лестнице. Ни для кого не было секретом, что на месте гостиницы, раньше располагалась масонская ложа, и коллективное мнение было однозначным, что все эти предметы принадлежат им. То, что никто не откопал клад раньше и не пришёл, как только появилась первая информация о находке, не просто настораживало, а откровенно пугала. Было ощущение, что мы не по своей воле уже стали участниками какого-то ритуала. Даже, возможно, нашими руками была сделана работа, которою не могли или не хотели делать другие. Это объясняло, возникшую в каморке атмосферу, так как отношение к масонам было у всех, по меньшей мере, не доброжелательное. Что мы могли изменить, тем, более не имея, какой-либо информации, как о предметах, так и том, что происходит наверху в конференц-зале. Поиск по интернету возможной онлайн трансляции не дал результата, возможно репортажи будут в сводках новостей позже, а прямая трансляция для избранных людей в Венгрии. Техник Максим, переработав уже около 2 часов, сообщил, что покидает нас, на дворе была золотая осень, а он был заядлый грибник и, несмотря на усталость, планировал посетить лес. Дмитрия отправился по важным делам в офис, Евгений сопровождал подрядчиков по вентиляции для устранения замечаний пожарной проверки, дежурного техника Андрея вызвали в один из номеров для устранения мелкой неисправности, а реставратор Игорь занялся покраской откосов недавно заменённых дверей на складах. Мне было доверено поменять химию в прачке, с чем я быстро справился и решился подняться наверх, чтобы выяснить хоть какие-то подробности. Для этого необходимо было пройти десяток метров по коридору и, поднявшись по лестнице оказаться в холле. Где уже было просто столпотворение, обычная охрана заменена на серьёзных людей в штатском, которые выделялись ростом и физическими данными и беспрерывно крутили головой, казалось на 360 градусов. Кто были все эти люди, непонятно, мне удалось пройти дальше, только за стойку ресепшна и, там пообщаться с одной из сотрудниц по имени Анна, чтобы понять, что вообще происходит. Уточнив некоторые детали, Аня, к сожалению, мало, что могла добавить, к тому же она была занята многочисленными гостями, я решил следовать дальше. Пройдя за стойкой и увидев, как заполнена галерея, ведущая к конференц-залу людьми, я понял, что туда не попаду. К тому же на меня уже подозрительно поглядывали люди в штатском, спасало только наличия рабочей формы и инструмента. Можно было возвращаться не с чем, но от зала, ко мне, пробиралась через толпу, одна женщина. Она сразу показалась мне знакомой и была, если так можно сказать противоположностью официального представителя. Значительно моложе, длинноволосая блондинка, высокая и слегка полноватая, в чём было возможное сходство, это в подобранном гардеробе и безупречном макияже. Она подошла ко мне и демонстративно, так что ближайший охранник её услышал, спросила, вы представитель технической службы. Я, ещё плохо понимая, что происходит, кивнул, и она пошла в сторону СПА, где в данной ситуации было самое не многолюдное место. Пришлось следовать за ней, пройдя несколько шагов, она резко остановилась и едва слышным шёпотом, назвала меня по имени и без грубости произнесла, что вы натворили! Это было неожиданно и вызвало желание ответить, но, не дав мне вставить и слова, она продолжила. Надо, во что бы то ни стало, забрать фляжку. Максимум, что она может, это сопроводить меня до конференц-зала, под видом технического сотрудника, а дальше придётся действовать по обстоятельствам. Моего согласия особо не кто и не спрашивал, хотя я снова кивнул в ответ. Охрана внимательно провожал нас взглядом, но видимо, знакомая незнакомка имела весомый статус, что позволило беспрепятственно проникнуть в зал, через галерею, многочисленная публика любезно расступалась. Ещё по пути, я подумал, что буду делать, и сразу приступил к работе. По всему залу в полу под специальными крышками, были размещены розетки для подключения оборудования, якобы нужно провести эту работу, так как необходимы дополнительные мощности. Легенда выглядела вполне убедительно, постоянно приезжали новые корреспонденты, в том числе и с оборудованием, которое требовало электроснабжения или выхода в сеть. Участие в процессе моей спутницы, было дополнительным доказательством для охраны, что всё именно так, единственное, что от меня требовалось молчать и не попадать в обзор телекамер. Двигаясь от розеток к щитку с автоматами, я быстро избавился от внимания охраны и вполне умело имитировал работу, включая очередной автомат и убеждаясь, что в розетке появилось питание. За это время удалось разглядеть ряд любопытных подробностей. В центре стола сидела, официальный представитель и очень живо отвечала на вопросы, которые почти без пауз сыпались на неё со стороны многочисленных сотрудников СМИ. Ответы её были чёткими и со знанием дела, и она держала публику в любопытно, заинтересованном напряжении, что очередной раз доказывало, что она здесь не случайный гость. Подтверждало её значимость не только это, рядом с ней сидели очень влиятельные люди, справа собственник гостиницы Юрий Николаевич, а слева президент БФУ им. Канта. В зале можно было заметить и ректора БФУ, представителей творческой интеллигенции и просто медийных личностей, но тратить драгоценное время на выяснение, кто есть, кто не было. На столе лежали уже знакомые нам предметы, за исключением фляжки, с трудом удалось её заметить на стуле за спиной представителя. Она даже не выставлялась на общее обозрение находок, что в свою очередь вызвало моё возмущение. Пресс-конференция продолжалась, надо было послушать вопросы и ответы, это могло прояснить некоторые детали, но на это просто не хватало сил. Моя спутница, куда-то удалилось, видимо за очередными важными гостями, и я остался один. Неожиданно, конференция была прервана самой представительницей, так как ей срочно потребовалось ответить на телефонный звонок, а чтобы не возникало нежелательной паузы, слово предоставили ректору БФУ Александру Александровичу. От него, как представителя науки требовала историческая справка, что было вполне естественно, но, наверное, не успев, как следует подготовиться, получилось это немного скомкано. Волнение не получалось скрыть, чем оно было вызвано, можно только догадываться, но распечатанные листки, ходили ходуном в руке. Речь была хорошо поставленная, но сама информация была подготовлена в виде лекции и касалась истории масонских лож. Многим это было неинтересно, некоторым и без того всё знали, что за считаные минуты, привело к смене эмоциональной обстановки с возбуждённо заинтересованной до пассивно сонной. Пока ректор рассказывал, когда и где зародились ложи, как они попали в Кёнигсберг, когда была основана ложа «Трёх корон» и что её резиденция находилась на месте, где сейчас расположена гостиница. Удалось значительно продвинуться в направлении стола, камеры переключились на ректора, и я мог, не нарушая запрета, пройти до места, где сидела представитель. Разговор наверно был конфиденциальным, что заставило её покинуть зал и выйти на улицу, через ближайшую дверь. Всё это позволило мне достигнуть желаемого, до моего слуха донеслись фразы, что в ложе практиковались убийства людей и ритуальные опыты с их кровью, это заставило меня действовать ещё более решительно. Наклонившись для проверки розетки, находящейся на расстоянии вытянутой руки от фляжки, я, на сколько это было возможно, незаметно схватил её. Мой резкий манёвр по покиданию конференц-зала, не остался не замеченным для охраны, но пока никто не подавал сигналов тревоги и они молча проводили меня взглядом. Пройти через галерею было уже просто невозможно от количества людей, и я выбрал другой путь, через ресторан. Как только я сделал первые шаги по WIP залу, до моего слуха донося истошный крик, держите его! Он принадлежал однозначно ей, находясь на улице, она заметила произошедшее и наверняка раньше дала бы сигнал охране, но дверь не открывалась с улицы, и это дало мне несколько секунд форы. Ещё с первой ноты я перешёл на бег, а к окончанию фразы уже бежал со всех ног и представлял собою регбиста, который зажав мяч на груди, несётся к цели. Моей целью были знакомые мне уже как пять пальцев территория подземного паркинга. Охрана поняв, кого именно надо держать, сорвалась с мест. Если те, кто находился в конференц-зале, бросились за мной, то находящиеся в холле, бежали на крик, по галерее, распихивая, ничего не понимающих людей и давая мне шанс. Выбежав из ресторана, я повторно преодолел холл, где уже не было охраны, по тому же маршруту, за стойкой ресепшена. Оставалось пробежать вниз по лестнице, на которой была одна дверь, ведущая на улицу, но там меня неизбежно бы схватили, пришлось придерживаться первоначального плана. Люди в штатском превосходили меня по физической форме, и имеющийся запас таял с каждой секундой, оставалось надеяться только на чудо и оно произошло. Пробежав лестницу, я уже чувствовал дыхание преследователей, а впереди была дверь, открыв которую, я почувствовал знакомое сопротивление, это были доводчики, которые мы ставили по требованию пожарной охраны. Закрыв дверь, память мгновенно подсказала, что мы ещё ставили и цилиндрические вставки с барашком, тоже по этой же причине, и барашек оказался с нужной стороны. Провернув его и закрыв замок, и добежал до следующей двери, где повторил манипуляцию. Сложно было понять, какой у меня есть запас времени, пока будут вскрыты две двери или охрана найдёт другой путь, но перевести дыхание я вполне мог. Этого хватило спуститься с -1 этажа, на -1,5, где меня поджидал ещё один сюрприз. К выезду из подземного паркинга двигался на своей машине местный снабженец Алексей. Около месяца назад в его грузовичок врезалась, какая-то автоледи и теперь задняя дверь была разбита и держалась на обильно намотанном скотче. Притормозив около шлагбаума и дождавшись, когда откроются ворота, Алексей дал мне шанс, которым я не мог не воспользоваться. Резко дёрнув разбитую дверь вверх, я её открыл и упал на дно машины, придерживая дверь руками изнутри. Услышавший посторонний шум Алексей повернулся назад, но, не заметив меня, даже не заподозрив неладное. На улице уже творилась, какая-то вакханалия, это было видно мне через щель в неплотно закрытой двери. Алексея наверняка бы остановили, будь его автомобиль более респектабельным, но рядом с ним в кабине никого не было, и охрана пропустила его без досмотра. Не хотелось делать его соучастником, и я привлёк его внимание, как только мы покинули территорию гостиницы. Вкратце объяснив случившееся, я попросил телефон позвонить, ведь мой остался на работе, вместе с деньгами и личной одеждой. Вспомнив телефон только жены, я сообщил, что ей и сыну, необходимо уехать из города на побережье с ночёвкой и пока не звонить мне, а я попытаюсь по возможности выйти на связь и всё объяснить. Вернув телефон Лёхе, я якобы без его ведома, выпрыгнул из машины на ближайшем светофоре и побежал, куда глядят глаза, а ему только оставалось выйти из машины и развести руками. Из моего короткого звонка было понятно, что семье, надо ехать в Янтарный, где у нас имелась комната в общежитии. Опасаясь за близких, я не стал называть место по телефону, надеясь на догадливость и понимание жены. Связь в Янтарном была очень плохая, особенно в комнате, это позволяло надеяться, что быстро их обнаружить не получится. Не было ни каких сомнений, что в этой фляжке находится нечто, интересующее сильных мира сего, и они не перед чем не остановятся. Мама к счастью уехала на 10 дней в родную Белоруссию, а брат с семьёй недавно переехал в новую квартиру и, так как старая ещё не была продана, возможно, оставался прописанным по прежнему адресу, что тоже затрудняло поиски. Все остальные многочисленные родственники тоже оставались в опасном положении, но могли абсолютно искренне утверждать, что не видели меня в ближайшее время и быть вне подозрения. Что оставалось делать мне? Находясь физически на пересечении улиц Пролетарской и Черняховского, я решил, как можно скорее покинуть центральные улицы. Денег не было, чтобы сесть в общественный транспорт, приходилось идти пешком. Выдавала одежда, но идти домой было опасно, да и ключей у меня не было, а жена могла уже уехать. Приходилось надеяться, что на поиски меня в подвалах гостиницы уйдёт приличное время, но это было маловероятным, наверняка они посмотрят камеры видеонаблюдения и заметят, как я прыгнул в автомобиль. Единственное, что я мог сделать, чтобы изменить свой облик, это снять очки. Сказано, сделано, фляжка удобно разместилась на ремне рабочих штанов и была прикрыта футболкой, что позволяло быстро двигаться и не сильно привлекать к себе внимание. Ноги сами несли под защиту деревьев, таким образом, мой путь проходил мимо старой казармы 3-го кирасирского полка, затем зелёная зона за Центральным рынком, где расположился блошиный рынок. Здесь если даже кто-то заметил бы фляжку, не заподозрил бы что-то неладное, антиквариат, пускай нередко сомнительного качества, здесь продавался на каждом шагу. Далее мост через железную дорогу и вот спасительные улочки Центрального района, знакомые с детства, по которые можно гулять вечно даже с закрытыми глазами. Первым местом, куда я надеялся попасть, немного передохнуть и собраться с мыслями, была как раз новая квартира брата на улице Пугачёва. Его ожидаемо не было дома, но к счастью его супруга Галя с сыном Мишуткой заехали на обед и очень радушно меня встретили. Рассказав, без лишних подробностей, мои приключения сегодняшнего дня, я попросил её телефон и, перебирая в голове цифровые комбинации, вспомнил телефон друга Дмитрия. Галя предлагала остаться у них, подтверждая моё предположение о прописке, но я боялся за них и думал, что брата вычислят вечером по мобильному телефону и легко найдут. Она ещё пыталась меня накормить, но, несмотря на то, что уже было около двух часов дня, есть, совсем не хотелось. В разговоре с другом, я узнал, что он собирается после работы на дачу в Прегольском, готов принять меня и узнать все подробности. Галя предлагала подвести, куда надо или ещё как-то помочь, но я от всего отказывался, по-прежнему опасаясь за них, единственное, что ей удалось это выручить меня небольшой суммой наличных и сменить свой привлекающий внимание гардероб. Саша, хоть и был на 5,5 лет младше, но уже давно превосходил по комплекции. Удалось подобрать, что-то из старого, но вполне подходящего по размеру. Покинув квартиру брата примерно в 15:00, у меня имелось более трёх часов, чтобы самостоятельно достигнуть места встречи с другом. Я преодолевал данное расстояние, как мне казалось, максимально запутывая следы, используя обустроенные и не очень зелёные зоны встречающееся на пути. Первый привал я позволил себе у едва знакомого большинству, памятника погибшим в Первой Мировой войне на улице Катина. Присев на одну из колонн, которые с четырёх сторон окружали его и, наверное, изначально были украшены чем-то сверху, я достал фляжку, чтобы разглядеть её подробней. На лицевой стороне была отлита целая картина, где группа мужчин, стояли по кругу с обнаженными шпагами и направляли их на лежащего, на полу человека, прикрытого плащом, можно было предположить, что это ритуал посвящения. На обратной стороне, красовалась ветка дуба с желудями, подняв глаза, я увидел подобную ветвь, на памятнике. У меня не было объяснения этому совпадению, но в это время, в ближайшем немецком доме, едва приподнялись закрытые жалюзи, и на меня был направлен острый и оценивающий взгляд. Неожиданное и необъяснимое чувство, что всё закончится хорошо, наполнило моё сознание. Мне подумалось о людях жизнь, которых оборвалась более века назад, за неизвестно какой надобностью. У подобных памятников хоронили, как немецких, так и русских солдат, но мне почему-то жалко было не их, а упавший несколько дней назад дуб. Он мог спокойно расти ещё 300 лет и хранить клад под своими корнями даже после смерти. Тогда и решать эту проблему пришлось бы явно не мне, но судьбе был угоден другой сценарий. Получив, невесть откуда взявшуюся уверенность, что всё будет хорошо, я продолжил путь.