Алексей Сушко
Жахи

Дневники живых и мертвых

В лесу темно, даже луны нет. Ни дорог, ни мигания огней – ничего. Опять залунатил. Не самая удачная болезнь для егеря. Понятия не имею, знаю ли я эти места и вообще мой ли это участок, хотя обычно я далеко не ходил. Утром будет видно, знать бы только, сколько сейчас времени и долго ли до рассвета. Снег ещё, как назло. Очнулся я только сейчас, так что неизвестно, сколько он идёт, но слой уже приличный. Значит, утром будут следы, что не может не радовать. Но холод дикий, а я в халате и сапогах…

По его следу мы пустили собаку. Благо, ушел недавно. Собака убежала, напав на след, и пропала из виду. До вечера мы аукали и звали её. Собака бесследно исчезла.

Очнулся лежащим около дерева. Кое-как встал и осмотрелся. Было светло, и я увидел дорожку из своих полузаметённых снегом следов. Двинулся по ним. Неожиданно осознал, что стало тепло. Точнее, совсем никак: холод исчез, и никаких температур не ощущалось вообще. Я оглянулся. Дорожка следов, по которой я двигался, шла только в обратном направлении. Свежих следов не было. Я посмотрел себе под ноги и увидел, что ног у меня нет. Меня вообще не было. Я вернулся обратно и увидел своё тело, лежащее возле дерева. Я был синий, мерзлый и мертвый…

Собаку мы не нашли. Вернулись по следам обратно к сторожке. Решили переночевать, а с утра снова выйти на поиски…

При всей своей бестелесности я надеялся, что могу летать, но все попытки были тщетны. Почему я умер, но нахожусь тут, а не на том свете? Решил докопаться до истины. Долго плыл по своим следам, пока к концу дня не вышел к сторожке. По пути увидел собаку в капкане, подыхающую от холода возле моих следов. Помочь не смог. В сторожке горел свет, там кто-то был. Заплыв в окно, я увидел егеря с соседнего участка с какими-то двумя мужиками, мне незнакомыми…

Несколько дней подряд мы искали его. Хотели вызвать спасателей, но рация не брала из-за метели. Все его вещи были на месте. В чём он ушел? Уже явно не жилец. Искать остаётся только его тело. Собака так и не вернулась…

Решив, что я умер, мужики смекнули, что мои вещи останутся бесхозными. Всё самое ценное вскоре топорщило их карманы. Стало обидно, решил мстить. Когда один из них полез снимать мои раритетные часы с кукушкой, я вселился в кукушку и вылетел ему в глаз. Глаз так и остался на клюве. Брать часы больше никто не хотел…

По жизни мы все тут атеисты и материалисты, но в сторожке явно кто-то есть. Призрак, наверное. Происходят странные вещи. Дом будто живой. Хотели отвезти раненого кукушкой Михалыча в больницу, но двери не открывались. С тем же результатом пробовали покинуть это проклятое место через окна. Словно замуровали. Михалыч истекал кровью уже долго и доживал свои последние минуты. Мы ничего не могли сделать…

Один подыхает, остальные в панике. Наверное, я злой дух, хотя по жизни был добрым. Зачем мёртвому часы с кукушкой? Мёртвым ничего не нужно, но мне почему-то было обидно за свои пожитки, которые я так долго собирал всю свою жизнь.

Михалыч умер. Мы накрыли его покрывалом и положили на веранде. Шла уже вторая неделя нашего заточения. Еда заканчивалась. Однажды утром Иваныч не выдержал. Схватив лом и лопату, он нырнул в погреб, разворотив полки с закатками, и стал долбить стену, пытаясь прокопать выход отсюда. Когда он забрался на достаточно большую глубину, его завалило…

Три банки соленых огурцов в погребе были безвозвратно разбиты. И картошку он потоптал, хоть её там и было мало. Жадность злого духа бескомпромиссна. Мстительность меня захлёстывает. Наверное, попаду в ад…

Я остался один. После дичайшей паники я успокоился, и в голову полезли философские мысли. Какая смерть уготована мне в этом проклятом доме? Что ждёт меня там? Буду ли я таким же призраком, как тот, что закрыл меня тут? Я решил ничего не предпринимать и не давать поводов меня убивать…

Четвертый день он валяется на диване и плюет в потолок, лишь изредка отвлекаясь покушать. Его бездействие раздражает меня всё больше и больше. Я не могу придумать, как его убить. Остаётся ждать, когда закончатся припасы, и он умрет голодной смертью…

Ничего не делаю, жду…

Когда он обедал, попытался вселиться в вилку. Хотел засунуть ее ему в горло, но удалось лишь уколоть язык. Поняв мой замысел, вилку он отбросил и стал кушать руками. Бешенство…

В голове только философские мысли. Все так же жду…

Второй день он сидит на диване и медитирует. Теперь даже на еду не отвлекается. От бессилия я снова вселился в кукушку, пытаясь нарушить его покой. Пока все попытки тщетны…

…

Две недели назад он умер. Тело так и осталось сидеть в позе лотоса на диване. А вчера его дух полностью уничтожил мою любимую сторожку. Сам он исчез, а я остался здесь, в этом мире. Наверное, где-то еще осталось то, к чему я привязан…

6-е декабря 2013-го

Лесная прогулка

Алёхин Лёха собрался в лес пострелять по банкам и бутылкам, которые он заранее, еще с прошлого вечера, расставил в глубине леса. Выстрелов оттуда, как он думал, не должно быть слышно. Он достал из тайника пистолет, проверил, заряжен ли он, и направился в лес.

Лена Цилина ходила по лесу и собирала ягоды, для того, чтобы поехать на станцию и продать их. Для этого она специально встала пораньше. Она взяла небольшое ведро с фиолетовым дном из-за постоянно собираемой туда черники и отправилась в лес.

Голодная волчица вышла из своего логова, откуда доносился визг голодных волчат. Ей нужно было найти на сегодня еду, иначе скоро они передохнут от голода. Она сама была истощена и еле переставляла ноги, шагая с открытой пастью, свисающим языком и жадными вздохами, от той духоты, которая установилась в лесу к полудню.

Дойдя до места, Леха открыл прицельную пальбу из ПМ по банкам и бутылкам, то и дело промахиваясь. Из пятнадцати мишеней было сбито только пять, а патроны кончались. Он принимал разные «крутые» позы, пытаясь попасть в зеленую пивную бутылку, которая упорно не хотела подставляться под пулю. Последняя пуля вылетела из пистолета и улетела в неизвестном направлении.

Лена насобирала почти полное ведро черники, когда последняя пуля пролетела у неё над головой и вмазалась в дерево. От неожиданности Лена вскрикнула, рассыпала ягоды и, пустив слезу отчаяния от неожиданно постигшего её страха, села на колени и принялась, рыдая, собирать ягоды.

Звук вскрика эхом донёсся до волчицы. Определив, с какой стороны он шёл, волчица медленно и лениво развернулась и пошла в обратном направлении, носом пытаясь учуять источник этого звука. Голод обострял её обоняние, и вскоре она вышла на полянку, где сидела Лена, собиравшая с земли рассыпанные ягоды.

Лёха с досадой шёл домой, вертя на пальце пистолет. Сбоку он услышал чей-то хоровой писк. Он подошел поближе и увидел волчье логово, из которого высовывались маленькие волчата, пытаясь унюхать незваного гостя. Лёха решил сходить домой, принести им чего-нибудь поесть, а заодно прихватить ещё патронов для пистолета.

Лена собрала почти все ягоды и только тогда заметила стоявшую напротив неё облизывающуюся волчицу. Она закричала во весь голос и кинула в волчицу ведром с ягодами. Со стороны волчицы послышался хруст рёбер. От боли волчица взвыла и поковыляла так быстро, как она могла, подальше отсюда, зализывать раны.

Лёха шёл с куском мяса и заряженным пистолетом к волчьему логову. Когда он подошёл к нему, он кинул кусок мяса волчатам, присел на корточки и наблюдал за тем, как они едят. Он вертел в руках пистолет и прицеливаясь в волчат, жадно рвущих мясо, и импровизированно их убивал.

Лена долго не думала. После того как она бросила ведро в волчицу она рванула со всех ног из леса. Она кричала и бежала, спотыкаясь о коряги. Её ступни то и дело вылетали из ее босоножек, она останавливалась, быстро их поправляла и продолжала свой панический бег.

А волчица тем временем ковыляла домой, голодная, побитая и хромая. Он подвывала от боли, каждый раз, когда ступала на больную лапу, так как не могла её поднять, из-за сломанных рёбер. Иногда она останавливалась передохнуть, но лежать тоже было больно, поэтому долго она не задерживалась.

Наблюдая за волчатами, Лёха заметил сзади скулящие звуки. Это шла волчица. Он испугался, отбежал от логова и наставил на неё свой пистолет. Волчица шла на него. Лёха сделал выстрел, но промахнулся. Волчица испугалась, развернулась и пошла к конуре. Скуля и хромая, раздвинув мордой толпу волчат, она залезла в конуру и принялась зализывать раны.

Лена услышала эхо выстрела и остановилась. Подумав, что это могут быть охотники, она бросилась на звук. Добежав до того места где сидел Лёха и наблюдал за волчьей конурой, она бросилась к нему с криками о помощи. Лёха от недоумения встал и принялся выслушивать дрожащую и бессвязную речь Лены. Лена рассказала ему про волчицу. Лёха засмеялся и подвёл её к логову. Увидев волчат Лена вскрикнула, но Леха показал ей пистолет, уверив, что в случае чего не промахнется. Он показал ей раненую волчицу, которая, не обращая на них никакого внимания, лизала поврежденную лапу. Лена успокоилась, и через несколько минут они вместе с Лёхой уже умилялись волчатам.

Тем временем из-за дерева показался матерый и здоровый волк, который давно наблюдал за происходящим и оценивал ситуацию. Увидев, что Лёха и Лена повернулись к нему спиной, он подошёл к ним вплотную и зарычал, готовясь напасть. Лёха растерялся и, развернувшись, попытался выстрелить в волка, но не успел. Волк набросился на него и перегрыз ему глотку. Лена принялась убегать, но волк настиг и её. Оба они истекли кровью и умерли. А волки ещё долго лакомились ими.

В какой-то из дней лета 2014-го

Про дерево

Ветер разбивался о стволы старых и могучих елей и сосен, которые, шурша своими лапами и скрипя стволами, напевали свою лесную мелодию. Вдалеке стучал дятел, и стук этот по лесу разносился так, что понять с какой стороны он исходит было невозможно. Неподалеку журчала небольшая речка, которая скорее походила на большой ручей. Она брала свое начало из родника, который образовался в этом же лесу. Разделяя лес на две части, она впадала в довольно большое озеро, которое находилось далеко за лесом. Птицы, журчание воды и ветер вместе образовывали эту по-своему ритмичную симфонию.

Однажды вместе с ветром в этот лес занесло зерно. Ветер подхватил его в соседней роще неподалеку и бережно отнёс в этот лес, приземлив его на невысокий бугор, оставшийся тут от раскопанной когда-то огромной ямы. Так дерево начало расти.

Время шло, и дерево стало показывать свои первые ростки. И чем больше оно становилось, тем больше солнца требовалось его листьям, но старые ели и сосны забирали весь свет себе, ведь они были выше и старше. Но дерево не сдавалось и всеми силами пыталось пробиться выше, пыталось дорасти до высоты вечных жителей этого леса. Его ствол кривило и ломало ветрами, но дерево билось и пробивалось вверх, к елям и соснам. А лесу было не до дерева, у леса и без него хватало деревьев. И оно начало потихоньку сдаваться…

Однажды со стороны озера на речку пришли бобры, которые начали строить свои плотины в речушке, делившей лес на две части. Река стала выходить из берегов и топить всё, что стояло вокруг. Вода потихоньку подбиралась и к дереву, все вокруг него стало усыхать. Старые деревья сдались под напором воды, осыпались и высохли. Не выдерживая собственной массы, они стали плюхаться в болотистую жижу, которая раньше была землёй. В лесу становилось светлее…

С каждым годом дерево становилось все выше, распуская свои ветви широко над той массой из гнили, воды и земли, стоя словно на пьедестале. Так шло время, река разливалась все больше и больше, русла у нее уже не было, оно слилось с землей. И через годы вода стала подмывать тот бугор, на котором победно водрузилось дерево. Бугор сырел и разваливался, но пока еще дерево могло сдержать своими корнями то немногое, что оставалось от его пьедестала. Но так продолжалось недолго…

Вскоре дереву перестало хватать личного пространства – корни вырастали, а земли становилось все меньше. Натиск воды переломил его борьбу, бугор развалился окончательно, но дерево продолжило стоять на своих жилистых корнях.

Перенасытившись водой, дерево стало увядать, корни стали подгнивать и превращались в труху под массой пресыщенных ветвей.

Развалился один, развалился другой, опора становилась все слабее и, потеряв равновесие, дерево медленно и лениво плюхнулось в болото. Вода поглотила его.

От старого векового леса осталась лишь болотная жижистая равнина, на которой теперь всегда было светло.

Осень 2014-го

Хэппи-энд

Дошел Колин сообразительный ум до суетности и тщетности всей его жизни, благодаря всяким диванным философам, циникам и мизантропам из интернета. Подкрепив все это экзистенциалистами вроде Кафки, Сартра и Камю, снял Коля с потолка мамину люстру, на которую она так долго собирала, и повесил вместо неё петлю, в которую и залез. Долго он стоял, решался, но как-то глянул он на люстру эту и о матери своей вспомнил, которая одна у него была, без мужа и других детей. Грустно стало Коле от этого. «Помрёт еще ненароком», подумал он и вылез из петли, повесив люстру на старое место.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.