# Алхимик. Том 8. Строитель

Роман Романович

Продолжение приключений алхимика.

Герой продолжает разбираться с проблемами, чтобы отвоевать право на спокойную жизнь.

## Пролог

Две темные фигуры ползли среди кустов. В какой-то момент одна из них остановилась. Следом замерла и вторая.

– Что там? – прозвучал тихий голос.

– Что-то странное, не могу понять. Впервые такое чувствую.

– Это земля одаренного, – сказал мужчина, – Возможно, его рук дело. Разберешься?

– Сейчас попробую.

Пару минут висела тишина, потом женский голос сказал.

– Готово. Неожиданно легко получилось.

– Это ничего не значит. Может, он заметил твоё воздействие.

– Тогда за нами сейчас придут.

– Ждём?

– Время есть. Ждём.

Следующий час прошёл в молчаливом ожидании. Девушка называла себя Урсой. Мужчина – Ночью. Настоящие имена были другими. В мире об этой парочке мало кто знал. Они не имели привычки оставлять следы.

– Идём дальше? – спросил мужчина.

– Ты хотел сказать, ползём?

– Не начинай.

– Что-то мне не нравится всё это.

– Что именно?

– Всё.

– Что-то конкретное, или ты просто треплешь мне нервы?

– Пока не решила.

– Тогда ползи дальше. Ещё чувствуешь что-то?

– Нет.

В следующие полчаса, пока они пробирались к дому, Урса нашла ещё несколько мест, которые ощущала как сгустки странного напряжения. Если получалось обойти их, они так и делали. Если нет, женщина применяла силу и разрушала эти сгустки.

Вскоре они оказались возле дома. Ночь занимался тем, что сгущал темноту вокруг них и не давал никому засечь посторонних гостей.

– Это точно его сила, – шепнула женщина. – Дом очень напряжен.

Мужчина не особо понял, что это значит, но поверил на слово. Сейчас его больше волновало исполнение задания. То, сколько им обещали за это заплатить… Хватит до конца дней.

– Справишься?

– Если до этого справлялась, то и сейчас справлюсь. Ты готов?

– Да.

– А подарок?

– Готов. Главное, самим под раздачу не попасть.

– Зайдём через гараж.

Когда Урса добралась до нужного места, она приложила руку к стене и сделала так, что сначала из неё ушло всё напряжение, а потом и сама стена осыпалась пылью.

Так убийцы проникли в дом.

## Глава 1. Погребенный и домашние разборки

– Что дальше? – спросил я у Родиона, когда операция закончилась.

– Допрос.

– Как-то слишком легко прошло. Я ожидал большего.

– Защита – это не всегда открытая агрессия. Часто это хорошая маскировка.

– Надеюсь, нас не обвели вокруг пальца и не задумали решить свои проблемы за наш счёт.

– Всё возможно в этом мире. Думаю, на сегодня стоит закончить. Скоро утро. Лучше выспись, Эдгард. А завтра посмотрим, что удастся узнать.

– Хорошо.

На этот раз потребовалось больше усилий для открытия портала, чем три дня назад. Как-никак, усталость имела свойство накапливаться. Так что в какой-то мере я был рад передышке. Если не думать обо всех смертях: как невинных, так и не очень… Скрипнув зубами, я собирался перейти на другую сторону.

В дверь постучали, и вошёл один из офицеров. Я его не раз видел. Успел наглядеться, пока в этом кабинете ждал.

– Барон готов говорить, но требует Соколова.

Я переглянулся с Родионом. Это было что-то новенькое. Никто до этого лично меня не требовал.

– Это может быть ловушка, – озвучил очевидное Родион. – Как вёл себя пленник?

Последний вопрос относился к офицеру.

– Вежливо. Агрессии не проявлял. Посидел некоторое время, потом заявил, что будет разговаривать только с Соколовым. На этом всё.

Мужчину из его дома я сразу в казематы перекинул, где им занялись профессионалы. Досмотрели и посадили под надзор. Также они должны были провести первичный допрос. В редких случаях для этого выходил сам Родион.

Почему меня решили позвать, а не продолжили допрос, тоже понятно. Пытать высших бесов – дело неблагородное. Если есть возможность получить хотя бы часть ответов просто так, то ею надо воспользоваться.

Я закрыл проход к себе домой.

– Думаю, стоит послушать, что он хочет мне сказать.

– Я буду рядом, – сказал Родион и мы отправились к старику.

***

Урса замерла в углу дома. Её брат стоял рядом, накрывая их темнотой. Если бы кто-то включил свет, не увидел бы их, лишь размытые тени. Но жильцы спали. По данным, которые получили убийцы, в доме находились минимум шесть человек.

Заказчик утверждал, что причина их заказа должна временно отсутствовать. Двое убийц должны проникнуть в дом, устранить там всех, подготовить ловушку и, когда объект вернётся, убить его.

Кто-то включил в коридоре свет. Послышались тихие шаги.

Урса коснулась руки брата, подавая знак. Она скользнула от него и встала по другую сторону дверного проёма. В её руке мелькнула сталь.

***

Ольга Гвоздёва спала. Спала настолько крепко, насколько может себе позволить человек, невольно участвующий в военном конфликте, где вторая сторона не гнушается любых методов.

В общем, женщина не могла похвастаться крепким сном. Проснувшись в очередной раз, она прислушалась, не подкрадывается ли к ней кто. Было тихо.

– Чтоб тебя, – тихо выругалась она.

Чуть отведя руку, она коснулась мужа, привычно снимая десятки показателей. Ритм сердца, движение крови, расслабленность мышц, глубину дыхания… В отличие от неё, Сергей спал как младенец.

– Чёрствый боров, – прошептала она и признала, что придётся вставать.

Всё из-за чая, которого женщина выпила слишком много перед сном. К сожалению, сила целительства ничего не могла с этим поделать.

Поднявшись, Ольга вышла из комнаты и спустилась вниз, ругая себя за мнительность. Когда оказалась в коридоре, обратилась к своей силе. Так, на всякий случай.

Её глаза расширились, когда она почувствовала тех, кого здесь быть не должно. Но те оказались проворнее. Две тени двигались быстрее, чем она могла уследить. Чужая ладонь легла женщине на лицо, закрывая рот, блеснула сталь, и Ольге перерезали горло.

***

Барон, он же Самюэль Арс, сидел, прикованный, за обычным металлическим столом, в пустой комнате.

– Вы хотели меня видеть.

– Эдгард Соколов? – поднял мужчина на меня взгляд. – Непривычно видеть кого-то в доспехах. Не могли бы вы хотя бы снять шлем? Простите старика, я привык смотреть собеседникам в глаза.

– Нет, не мог бы. Это повлияет на вашу готовность откровенничать?

– Я не говорил, что буду откровенным, – улыбнулся мужчина. – Я сказал, что хочу поговорить с вами.

– Без откровенности какой в этом смысл?

– Что ж… Вы правы. Возможно, нам обоим стоит быть искренними.

– Тогда предлагаю начать с того, что вы расскажете, где найти Шестого.

– Я уже сказал, юноша, это мне неведомо. Пытайте вы меня, не пытайте, знания от этого здесь не прибавится, – постучал он пальцем по седой голове.

– Может, так и есть. Тогда расскажите всё, что знаете об организации, – не сдавался я.

– Разумеется, – улыбнулся он безумной, нездоровой улыбкой.

Что-то мне не нравилось во всём этом, но я не мог понять, что именно. Какая угроза может исходить от старика? На нём метка? Так отлично. Уже раз поймали убийцу и на основе этого доработали методы обнаружения многоликих. Если и сейчас кто-то придёт, снова поймаем, никуда не денутся. Не тогда, когда мы готовы.

Он владеет какой-то специфической силой, способной разрушать печати? Вероятно, но и я уже готов к этому. Сам набросится? Если верить снятым параметрам, старик силён, но так и я уже давно не обычный бес.

– Что же хочет узнать столь целеустремленный юноша? – спросил барон, продолжая улыбаться.

– Имена и местоположение других смотрителей.

– Я не могу этого рассказать, – развёл он руками.

– Придётся.

– Будете пытать старика?

– Если придётся. У меня нет иллюзий по поводу вашей невиновности.

– А по поводу своей?

– Насчёт неё тоже нет.

– Какая поразительная честность, – рассмеялся он.

А потом его смех оборвался. Словно он что-то почувствовал.

– Шестой просил передать, что тебе не удастся переиграть его…

Как только старик закончил эту фразу, раздался взрыв.

***

Урса перерезала горло вышедшей прогуляться ночью женщине и аккуратно опустила дергающийся труп на пол. В этот раз ей не потребовалось прибегать к силе. Справилась и обычным ножом.

Кивнув брату, она направилась к коридору, откуда пришла убитая.

Ей здесь не нравилось. Весь дом был пропитан напряжением. Урсе казалось, что если она немного сконцентрируется, то увидит линии, опоясывающее поверхности вокруг. Про себя она радовалась, что хозяин дома сейчас отсутствует. В полную мощь с ним драться не хотелось. На всякий случай, не в силах сдержать этот порыв, женщина касалась каждого напряжения и разрушала его. Оправдывая это тем, что хочет лишить противника вероятного преимущества.

На самом же деле ей было дискомфортно находится в путах чужой силы.

Далеко они с братом уйти не успели. Добрались до лестницы, как послышался тихий звук за спиной. Развернулись они мгновенно и застали странную картину: женщина с перерезанным горлом, вместо того чтобы быть мертвой, медленно поднималась.

Урса не растерялась и метнула нож. Тот вошёл точно в сердце, откинул женщину назад. Но вместо того, чтобы умереть повторно, она схватилась за нож, выдернула его и, упав, со всей силы ударила ладонью по полу.

Раздался хлопок. Не самый громкий звук, но… Урса бросилась вперед, видя, как разрез на горле закрывается. Им попался какой-то странный бес. Регенерация сработала не сразу, а с задержкой.

В следующее мгновение прозвучал ещё один хлопок, но другого характера. На первый этаж переместился ходок.

***

Взрыв выглядел как синяя волна, что разошлась от старика. Сначала она разорвала его живот. Я успел разглядеть, как верхняя часть тела подлетает, как барон улыбается, и как его тело разносит на ошметки.

Увидел и то, как сносит стол. Потом волна ударила меня, пронесла через помещение и впечатала в стену. Добралась и до самих стен. Те разорвало с той же легкостью, что и человеческую плоть. Взрыв был узконаправленным. Он шёл по кругу, параллельно полу.

Я не сразу понял, к чему это ведет. Несущие стены испарились. Потолок обрушился на меня. Я успел выставить перед собой руки, но это не особо помогло. Запас защиты обнулился от взрыва. Приложили меня чем-то особенным. А когда ещё и тонны бетона посыпались сверху, мне оказалось нечего им противопоставить.

Меньше чем за секунду я оказался погребённым заживо.

***

Катя проснулась от постороннего звука. В доме она ощущала себя в безопасности, но Эдгард сегодня был на ночной операции, поэтому девушка ждала возвращения мужа. Катя и до этого на слух не жаловалась. А после того, как Эдгард начал что-то с ней делать, раскрывая потенциал, так и вовсе. Катя при желании могла услышать, как бьётся сердце в другом конце дома.

Сейчас она тоже уловила сердцебиение. Сразу всех тех, кто находился в доме. И этих всех было на двое человек больше, чем следовало.

Вскочив с кровати, Катя перенеслась на первый этаж. Первое, что она увидела, – это размытую тень, что неслась прямо на неё. Друзья так делать не будут.

Девушка выставила руку вперед, и в следующий момент произошло сразу несколько вещей. Сработало кольцо-артефакт, и тень, которая вблизи превратилась в черную женскую фигуру, отбросило назад. В следующий миг Катя перестала видеть, провалившись в темноту. Она оставалась там же, где и была, но полностью лишилась зрения.

Рефлекторно Катя переместилась в другую часть дома, в мастерскую. Что бы ни происходило, как бы враги ни пробрались внутрь, девушка действовала не думая, так, как приучил её Эдгард. Первым делом броня, всё остальное потом.

***

Ольга подумала, что ощущать, как сначала перерезают горло, а потом пробивают ножом сердце, не самый приятный опыт в жизни. Хорошо, что она не такая, как была раньше. При достижении определенного уровня, как выяснилось, целителя становится крайне сложно убить. Работало это не так, как в случае бесов, тем не приходилось прикладывать для исцеления усилий. В её случае это была стандартная целительская практика.

По сути, Ольга лечила себя, прямо сразу после того, как получала смертельные ранения.

Она поняла, что столкнулась с высшим бесом. К сожалению, целительство не давало скорости и реакции. Поэтому женщина трезво оценивала свои силы и понимала, что в классическом бою ничего не стоит. Она затаилась, не стала дергаться, позволила себя убить, надеясь, что ей не оторвут голову.

Не оторвали. Уложили аккуратно на пол и оставили в покое, направившись на второй этаж. Туда, где спали муж и сын Ольги.

Ольга собрала себя, дернулась и попыталась что-то сделать, но бесы оказались чертовски быстры и проткнули ей сердце. Единственное, что она смогла, – это шумно упасть.

Тут бы ее жизнь закончилась, но пришла помощь. Ольга увидела появление Кати, как та применила артефакт, а потом девушку погрузили в темноту.

Это было ненормально. Облако мрака в лучах света из коридора.

Первая тень отлетела в сторону, врезалась в кухонный шкаф, на этот раз наверняка разбудив весь дом. Но была ещё одна тень. Малозаметная и неподвижная. Ольга её хорошо чувствовала. На этот раз она не сдерживала свою паранойю и раскрыла способности на полную.

Катя снова переместилась, облако темноты распалось, а отброшенная тень поднялась, стряхивая с себя щепки. Она что-то сказала, но Ольга не разобрала. Вместо этого целительница направила свою силу на двоих убийц. Проникла в их тела, увидела разворачивающиеся в организме процессы.

Ей потребовалось несколько секунд на то, чтобы нанести серьезный вред. То время, которое для высшего беса целая вечность. Тень оказалась рядом раньше, чем Ольга успела моргнуть. Занесла руку и собиралась ударить, но раздался выстрел.

Самый обычный, из огнестрельного оружия. Голова тени дернулась, на Ольгу брызнула кровь. Рана тут же закрылась, и тень отпрыгнула в сторону. Выстрелы продолжились, но быстро затихли. Второй убийца снова погрузил помещение в темноту.

***

У всего есть предел. Это касается как живых организмов, так и любых изделий. Если бы я не истощил запасы брони, если бы не устал, если бы повезло чуть больше, выбраться бы удалось легко.

А так я оказался погребенным под многотонными завалами, кажется, приняв на себя груз всего здания сверху. На этот раз расположились на внешней базе. Ценного пленного, чтобы не было повторения, когда зверь-переросток скачет по улицам столицы, поместили туда, где и небольшая война никого не побеспокоит. К сожалению, комплекс был подземным. Со всеми вытекающими последствиями.

И кто придумал размещать допросные под землей?

Всё было не так плохо, как могло показаться. Броня в целом выдержала. Но я чувствовал нарастающее давление в области груди, в легких и в правой руке. Доспех пусть и медленно, но проминало. Запасы воздуха истощались, и я чувствовал: еще совсем немного – и начну задыхаться.

Мелькнула мысль, что, кажется, надо пересмотреть даваемую гарантию на качество брони. А то уже который раз меня неприятно удивляют. То способностями, то оружием.

Видимость была нулевой. Кромешная темнота вокруг. Самое простое, что я мог сделать, – это создать печать разрушения и превратить обломки надо мной в пыль. И тем самым позволить обрушиться тому, что сверху. Также я мог попытаться трансформировать материал, создать опору и… Это проблематично сделать из-за давления. Переместиться тоже не вариант. Для этого нужно свободное пространство.

Я старался не думать о том, сколько людей погибло. Сейчас ночь, но это ничего не значит.

По уму надо было каждого ценного пленного держать в отдельном месте, но… Для этого нужно оборудовать эти места, подготовить людей, выделить охрану. В общем, решить множество сложнейших задач. Что, в принципе, возможно, но не сразу. В любом случае, имеем то, что есть. На этой базе находилось ещё несколько десятков пленных, куча охраны, какой-то персонал.

Барона же доставили в самый низ, наиболее защищенную часть. Как казалось до этого. Никто и подумать не мог, что его превратят в живую бомбу.

Если я правильно оценил масштаб разрушений, большинство людей, что здесь собрались, погибли.

Размышлять и дальше не осталось времени. Я выбрал первый вариант. Он рискованный, но не хуже, чем другие. Собравшись, создал печать на поверхности нагрудника и, используя ее как точку опоры, пустил волну разрушений вверх.

Случится одно из двух. Либо энергия кончится раньше, чем обломки продолжат осыпаться на меня, либо…

Выпал вариант посередине. Обессилев, я по-прежнему был придавлен, но риск превратиться в раздавленные консервы исчез. Осталось немного подождать, собраться с силами и выбираться отсюда.

Как только угроза жизни снизилась, голову посетила другая мысль. Если Шестой заранее превратил своего человека в бомбу, он мог и другие ловушки подготовить. Почему-то эта мысль вызвала сильное беспокойство.

Мне требовалось срочно попасть домой.

***

Нино свалилась с кровати раньше, чем осознала, что послужило тому причиной и почему ночью в доме гремит. Исходя из их положения, девушка предпочла сначала действовать, а потом уже думать.

Из оружия у неё имелся один лишь пистолет, который она с недавних пор таскала в сумочке. В тайне от Матвея, да и всех остальных. Оружие она схватила тоже раньше, чем в полной мере осознала ситуацию. Выбежала из спальни, которую им любезно предоставили хозяева, чуть не врезалась на повороте в стену и прыгнула через лестницу прямо вниз.

Выстрелила Нино также раньше, чем в полной мере разобралась в происходящем. Ну не ходят хорошие люди ночью в таких костюмах по гостям. На гвардейцев они тоже не походили. А разрушенный кухонный шкаф как бы намекал, что тут не дружественные посиделки.

Вражеская голова дернулась, но девушка нутром ощутила, что пожаловали не простые люди. А значит, пистолета окажется мало.

Так и вышло. Противник оказался не один. Нино периферийным зрением уловила движение, дернулась, но от удара не успела увернуться. Лишь приняла лезвие на локоть. Вспышка боли окончательно расставила всё по своим местам.

В дом проникли враги и требовалось их устранить.

Нино не была сильным бесом. Но любила подраться. Ножи замелькали вокруг неё, оставляя рваные раны. Нино зарычала и бросилась на противника, понимая, что не сможет его победить, но задержать способна…

В один миг Нино провалилась в темноту, пронеслась мимо размытой фигуры и врезалась в кухонную столешницу. Развернувшись, девушка на одних инстинктах выбросила руки вперед и перехватила лезвие. Оно вошло в ладонь, вместо того чтобы пробить висок. Заорав от боли, девушка попыталась вырваться, но нападавший был значительно сильнее.

– А ну отпусти её! – внезапно на кухне раздался крик Матвея, и её отнюдь не воинственный жених налетел на убийцу.

Нино почувствовала, что давление сначала выросло, а потом ослабло, и её отпустили. Рядом раздался вскрик, от которого внутри похолодело. Девушка не боялась своей боли, но… Слышать, как жениха режут на части, было выше её сил.

Выдернув нож из ладони, девушка собиралась прийти на помощь, но тут второй убийца оказался рядом, и Нино ощутила нечто странное. Удар пришёлся в грудь. Одежда распалась, кожу словно кислотой обдало. Заорав от боли, девушка свалилась на плитку, где попыталась разодрать ногтями грудь, лишь бы ослабить страдания.

Матвей на этот раз на помощь не пришёл. Вспыхнул свет, и Нино увидела, что он валяется рядом, весь переломанный.

***

Катя впрыгнула в броню, дождалась череды щелчков и переместилась обратно на кухню, чтобы увидеть, насколько изменилась ситуация.

Ольга Гвоздёва, вся окровавленная, отползала в сторону. Нино зажал убийца, сзади на того налетел Матвей, но не продержался и секунды, как упал со сломанной шеей. В голове девушки мелькнула мысль о том, что слабый по силе бес может так продержаться от тридцати секунд до трёх минут и, если ему вправить шею да оказать целительскую помощь, есть все шансы выжить.

Катя различала лишь смутные силуэты и скорее догадывалась, что происходит, нежели видела это глазами.

– А ну стоять! – закричала девушка и хлопнула в ладоши.

Этим она хотела вовсе не напугать противников, а активировать закладку, как их называл Эдгард. Бронированные перчатки вспыхнули светом, в один миг разгоняя тьму. В этот момент со стороны лестницы выбежал Сергей Гвоздёв. Он пронёсся через кухню и напрыгнул на того убийцу, что был крупнее.

Зря, – подумала Катя. Это спутало ей все планы.

Потерявший маскировку человек легко ушёл в сторону, перехватил мужчину за руку и швырнул через всю кухню. Сергей врезался в настенные ящики и упал, погребенный под ними.

Двое убийц повернулись к Кате.

– Идите сюда, ублюдки, – прошипела она и прыгнула вперед, выставляя руку и выпуская металлическую нить.

***

Урса начинала злиться. Она не боялась, просто всё больше и больше раздражалась. Неправильное задание. Неправильные жертвы.

Сначала та, кто должна была умереть, подняла тревогу. Потом её приложили чем-то странным, будто на плечи гору опустили. Сделавшая это исчезла, не дав расплатиться по счёту, но вместо неё тут же набежали новые досадные помехи.

Убийца собиралась разобраться со странной женщиной, но ей в голову выстрели. Ничего, и не такое бывает, но всё равно, приятного мало. Шлем смягчил выстрел, регенерация быстро справилась с раной, Урса снова вернулась в бой и увидела, что стрелявшей занялся напарник.

Он почти прикончил девушку с пистолетом, когда появился парень в трусах и напал на него со спины.

Урса видела разных мертвецов. Сильных, опытных, крайне опасных. Но вот таких, в трусах с сердечками, отчаянно кричащих и желающих защитить свою женщину…

Обдумывание ситуации не мешало убийце действовать. Она призвала силу и ударила стрелявшей в грудь. С этим регенерация мало что сможет сделать. По крайней мере, не быстро. Нужно быть высшим, чтобы перебороть разрушение плоти. Эта девушка высшим бесом не являлась.

Загорелся свет. Урса подумала, что кто-то щёлкнул переключателем, но источником оказались руки… человека в броне. Женщины в броне, если верить некоторым особенностям доспеха. Заказчик предупреждал, что хозяин дома может быть в таком. Но это не хозяин, а скорее хозяйка.

– Я разберусь с ней, – бросила Урса и сорвалась с места.

Ночь ничего не сказал, отвлекшись на мужчину, что попытался на него напасть. Закончилось это плохо. Урса бросилась вперед, но не успела добежать. Что-то захватило её живот и отбросило назад. Женщина ударилась о стену, к ней и прилипла.

Руки нащупали вокруг тела характерное напряжение. Урса ударила по нему, чувствуя, как расползается защитный костюм. Кожа осталась цела. Женщина давно научилась не вредить себе. Упав обратно, она хмыкнула и снова бросилась на противницу в броне. Та такого явно не ожидала и растерялась.

Миг растерянности позволил сблизиться. Противница вполне технично блокировала удар, но ей явно недоставало опыта. Броня буквально воняла напряжением, и первое, что сделала Урса, – это ударила по нему со всей силы.

Убийца собиралась посмотреть, что сделает хозяйка дома, когда останется без брони.

***

Ольга выругалась про себя, когда её муж пролетел через всю кухню и разнёс то, что ещё не успели разнести. За храбрость она была готова поблагодарить Сергея. За то, что оставил сына одного и бросился в заведомо проигрышную битву – высказать пару ласковых.

Но потом. Когда это всё закончится.

Думая о муже, Ольга продолжала заниматься тем, в чём достигла автоматизма. Она добралась силой до Нино и ускорила процесс исцеления в области груди. Девушка прекратила кричать и резко выпрямилась, чем привлекла внимание убийцы-мужчины. Вторая убийца в этот момент оказалась пришпилена к стене, но быстро выбралась.

Бросив взгляд на то, как Катя сцепилась с ней, Ольга приподнялась и быстро поползла вперед, добравшись до Матвея. Тот мелко дрожал, пытался встать, но координация была нарушена. Слабая регенерация оказалась не в силах справиться со сломанной шеей. Женщина схватила его поудобнее и резко дернула, одновременно с хрустом направляя поток силы, сращивая ткани, ставя кости на место и исправляя другие… огрехи.

Матвей резко вдохнул и перестал трястись. Он оттолкнул Ольгу и кинулся на помощь Нино, которая дралась с первым убийцей. Где-то рядом упала сковородка, и Ольга увидела, как её муж поднимается. Слишком медленный для этой битвы.

Предположив, что Катя в наименьшей опасности и справится с нападающей женщиной, Ольга потянулась силой к убийце-мужчине. Тот раскидал двух аристократов и собирался их снова убить, но осекся, пошатнулся и упал лицом вниз.

Нино выхватила из-под обломков нож и всадила его в спину упавшему. Провернула, вытащила и снова всадила.

В этот момент раздался самый сильный грохот. Ольга обернулась и заметила, как Катя проломила собой стену. Её противница как ни в чём не бывало стояла на ногах. Сергей кинулся на неё, но та, несмотря на разницу в размерах, легко схватила его за шею, сжала, разрывая гортань, и отшвырнула от себя.

– Нет! – закричала Ольга и потянулась к мужу.

***

Катя почувствовала неладное, когда доспех сначала потяжелел, потом нагрелся и вернулся к прежнему состоянию. Кажется, убийца этого не ожидала. Она рассчитывала на что-то другое, но гадать, на что именно, девушка не собиралась.

Воспользовавшись моментом, она выпустила пяток шипов. Два из них убийца успела отбить ножом. Ещё от двух увернуться. Пятый вошёл ей в живот, где и застрял. С зазубринами, его можно было выдернуть только с мясом.

Но Катя растеряла свою наивность, когда её медовый месяц испортили нападением. Поэтому в тот же момент она выпустила встроенный клинок и успела полоснуть нападавшую. Та отпрыгнула, прикрыла рану рукой, посмотрела на алую жидкость и встряхнула кистью, сбрасывая капли собственной крови.

Её раны заросли в тот же момент.

Убийца собиралась напасть, Катя это видела по тому, как противница изменила положение тела. Но что-то отвлекло её. Она повернула голову и увидела, что напарник лежит лицом вниз, а Нино наносит ему ножевые ранения одно за другим.

Выругавшись, убийца бросилась на Катю, и та поняла, что вот теперь точно шутки кончились. Верх поменялся с низом, девушка отправилась в короткий полёт и пробила собой одну из стен-перегородок.

К сожалению, наличие брони не делало её профессиональным военным. Катя вскочила до того, как убийца успела что-то натворить. Своей целью та выбрала Нино, но ещё одна выпущенная нить перехватила бросившуюся женщину. А то, что это женщина, Катя успела разглядеть вблизи.

И снова, не прошло и секунды, как обязанная оказаться располовиненной убийца освободилась. Этого мига Кате хватило, чтобы встать между ней и остальными гостями.

Раздался выстрел, и в убийцу попало несколько пуль. Катя не стала оборачиваться на стрелявшего, посчитав, что это станет роковой ошибкой. Вместо этого она бросилась вперед, чтобы поймать женщину и блокировать её. Та отпрыгнула в сторону, хотела прорваться за спину Кате, но не смогла. В скорости хозяйка дома немного превосходила незваную гостью.

В следующий момент та развернулась и… бросилась в окно. Разбила, что было странно. Эдгард укреплял и эту часть дома.

– Все в бункер! – крикнула Катя.

Её муж всегда говорил. Первым делом либо в броню лезть, либо в бункер бежать. Если убийцы проникли в дом, то помещение перестало быть безопасным. По-хорошему надо было всех эвакуировать, но Катя просто поддалась азарту и переместилась на улицу, заградив убийце дорогу.

Они схлестнулись, обменялись ударами и отпрыгнули друг от друга. На этот раз убийце досталось сильнее. Кости точно сломаны. Это ничто, когда речь идёт о драке высших, но сама Катя никак не пострадала, так что этот раунд остался за ней.

Убийца в эти игры отказалась играть. Сделала обманное движение и снова побежала. Когда Катя переместилась, увернулась и продолжила бег. Металлические перчатки продолжали светиться, так что были все шансы, что этот бой заметят люди князя. А там и до отряда гвардии недалеко. Главное, не дать нападавшей скрыться.

Они сходились ещё три раза. Один раз Катя смогла порезать женщину, щедро пустив ей кровь. На третий – чуть не досталось самой девушке. Её доспех резко потяжелел и уже не восстановился. Убийца этого не заметила и вскоре скрылась в ночи.

А в следующий миг раздался взрыв. Катя не успела обернуться, как её накрыло взрывной волной и бросило вперед.

## Глава 2. Вернувшийся

Когда переместился к дому, я увидел разруху. Дома как такового больше не было. Крышу сначала вспучило, а потом она обвалилась. Не везде, больше всего здание пострадало в районе гаража, рухнула лишь половина. Черепицу разметало по округе, окна повыбивало, поднимался дым от зарождающегося пожара. Пахло гарью и чем-то химическим.

Я бросился к зданию так быстро, как только мог, на ходу создавая печать для сканирования.

– Эдгард! – раздался крик.

От резкой остановки из-под ног вырвалась земля. Я обернулся и увидел Катю в броне. Медленно бредущую и малоподвижную. Печать всё же сработала, я отметил, что это действительно моя супруга и что гости находятся в защищенном бункере.

С плеч словно гора свалилась.

Я бросился к жене и… хотел обнять её, но в броне это глупое занятие. Поэтому положил руку на плечо, на ходу продолжая снимать параметры.

– Ты цела?

– Я да. Броня хорошо держалась, а потом потяжелела.

– Вижу. Что здесь произошло?

Рядом с нами открылись порталы, и оттуда толпой повалили гвардейцы. Как оно часто бывает, с небольшим запозданием.

– Эдгард Соколов? – обратился ко мне капитан отряда. – Екатерина Соколова?

Лиц наших не было видно, так что вопрос прозвучал не самый праздный.

– Они самые.

Мужчина кивнул, отошёл и передал сообщение по рации. Гвардейцы окружили нас и замерли, как статуи. Имею в виду один из отрядов. Остальные направились к дому и рассредоточились по территории.

– Так что здесь случилось? – спросил я Катю.

– В дом пробрались двое убийц. Не знаю, как они это сделали. Если бы не Ольга…

– Что с ней? – забеспокоился я.

– Ох… – этот вдох-выдох из-под шлема был едва слышен, но лучше бы он вообще мимо меня прошёл. Захотелось рвануть в дом, и я бы так и сделал, если бы не был уверен, что все, кто гостил у нас, живы. – Я сама не до конца понимаю, что произошло. Услышала шум, переместилась вниз, а там окровавленная Ольга и двое убийц. Применила артефакты, вернулась наверх и впрыгнула в броню. Дальше завязался бой. Одна из убийц смогла отступить, но я добыла кровь, – Катя показала образец.

Когда проектировал для неё доспех, сделал отсек для сбора образцов на всякий случай. Кровь позволяла многое провернуть. Я не исключал, что когда-нибудь Катя вступит в бой, и эта функция понадобится.

– А второй убийца? – забрал я образец.

– Вроде умер. Точно не знаю.

– В доме я больше никого не чувствую.

– Значит, точно умер. Но это высший, ни в чём нельзя быть уверенной. Тот мужчина умел собирать темноту вокруг себя.

– Сигнализация не сработала?

– Нет.

А вот это вдвойне плохо. Часть обороны строилась на раннем обнаружении противника. По расчётам, никто сюда пробраться незамеченным не мог. Ни с помощью порталов, ни своим ходом. Причем, помимо алхимических методов, использовались самые обычные и люди князя через камеры, расставленные по периметру дома, наблюдали за территорией.

Я хотел продолжить расспрашивать супругу, но тут нас снова прервали. Через очередной проход вышел Родион. Посмотрел на нас, на небо, а потом указал на портал. Мне хотелось проверить гостей, но дело есть дело.

В голове царил сумбур. Мало того что я находился в состоянии истощения и давления из-за событий последних дней, так ещё меня разрывали десятки противоречивых чувств. Я хотел проверить Ольгу и остальных, осмотреть Катю, подробно её расспросить, проверить дом, пройти по следу. А ведь ещё пленник взорвал себя и это тоже было катастрофой, с которой требовалось срочно что-то сделать.

– Что случилось? – спросил Родион.

Про себя я отметил, что он выглядит чистым. То есть его не придавило, не размазало взрывом, и он никак не пострадал. Если так, то можно рассчитывать, что в здании, где держали пленника, остались выжившие.

– Мы крупно облажались, – сказал я. – Барон пронёс бомбу внутри себя. Во время нашего разговора её активировали. Он сам, сделали это дистанционно, или она сработала по таймеру – я не знаю.

Печать сканирования на предмет взрывчатых веществ стандартная в моём арсенале. Я теперь её применяю всюду, куда захожу. В том числе и в доме барона, когда там оказался. Пусто. Данные не показали, что он брандер. Никакой мистики в этом не было. Печати сканирования живых организмов и металлов сильно отличались. Требовалась другая конфигурация, чтобы определить одно в другом.

Я кратко пересказал все, что случилось. Катя внесла свои пять копеек, повторив сжато то, что произошло в доме.

– Взрыв был не настолько сильным, как ты подумал, – сказал Родион, выслушав нас. – Здание обрушилось, но погибли далеко не все. По-хорошему надо прямо сейчас проверить завалы на наличие живых.

– Я могу выследить убийцу. Её прямо сейчас могут попытаться убить.

Родион поморщился, впервые за всю нашу историю общения выказав эмоции настолько ярко.

На секретном объекте расчистка стандартными методами займёт несколько дней. Секретность пойдёт псу под хвост, место перестанет быть тайным. Будь это обычное здание, проще бы пошло. Но это же подземный комплекс, сама его структура такова, что в случае обрушения спасательные работы усложняются стократно. Там должны быть особо прочные стены и перекрытия. Видимо, они удар и сдержали, раз обрушилось не всё.

Если туда отправлюсь я, все спасательные работы займут… А сколько займут, я не знал, потому что запасы изрядно потратил и сейчас был истощен. Кое-что могу, но это из серии раз в пять минут делать очередной рывок, после которого потребуются дополнительные сутки на восстановление. Ситуация пока не критична, но каждый раз, когда я прибегаю к алхимии, приближается та черта, за которой начинаются серьезные проблемы.

Как вариант, вернуться к себе домой, найти аккумуляторы, подготовленные как раз для подобных ситуаций, но и это не станет полноценным решением. Чтобы управлять энергией, её всё равно в той или иной степени надо пропустить через себя, а это дополнительная нагрузка. Нет, я не собираюсь бездействовать, в любом случае буду что-то делать, несмотря на последствия, но ситуация сложилась такая, что нужно работать максимально рационально.

Ещё и убийца эта. Есть мизерные шанс, что она выведет нас на что-то интересное. Также имеется высокая вероятность, что прямо сейчас её зачистят, чтобы она этого не сделала.

Каждая секунда промедления играет против нас. Могут погибнуть те, кто под завалами, и может умереть убийца, потенциально владеющая ценной информацией.

– Родион, – сказал я. – У вас есть амулеты обнаружения живых. Задействуйте их, отметьте места, где есть люди под завалами. Если таковые найдутся, я приду и помогу. Пока же займусь поимкой убийцы. Только мне надо заглянуть домой.

Мужчина кивнул, Катя коснулась меня и перенесла:

– Я попробую откопать мастерскую, а ты проверь, что с нашими гостями, – попросил я супругу.

– Тебе нужна помощь?

– Пока нет.

Катя переместилась в убежище, а я остался. Не повезло, что нужные мне вещи хранились как раз над гаражом и сейчас валялись вперемешку со всем остальным. Энергию я к этому моменту научился более-менее чувствовать, поэтому мог без всяких печатей определить, где именно скрываются батареи. Как минимум несколько из них уцелело. Ну да неудивительно, я их в особо укрепленном сейфе держал.

Через пару минут нашёл требуемое. Разруха навевала гнетущие мысли. Но они меркли в сравнении с осознанием, что всех моих близких чуть разом не убили. Одно понятно точно. Шестой просчитал меня. Не знаю как, но безошибочно нашёл слабое место. Впервые я сталкиваюсь с настолько сильным врагом. Когда сражался с алхимиками, там было совсем другое. Они обычно сидели в одном месте, окапывались, создавали смертоносные печати. Здесь же… Удар мог прийти откуда угодно, десятками разных способов, в том числе теми, которые были мне неизвестны.

Алхимика не напугать угрозой, которую реально изучить за минуту. Зато алхимика легко убить чем-то внезапным, против чего нет наработанных мер защиты.

Батареи вставил в броню. Сразу увереннее себя почувствовал. По-хорошему надо бы весь доспех сменить, ему, как-никак, досталось, но эта модель единственная, которую я адаптировал к агрессивным воздействиям энергетического характера. Если не считать брони Кати, конечно.

А вот и она. Раздался едва слышный хлопок, и супруга появилась рядом со мной.

– С ними всё в порядке. Досталось почти всем, но серьезных травм нет.

Фраза «досталось всем» подразумевала, что дрались всей толпой. Если так, удивительно, что никого не убили. Я представил, как это воинство сейчас выглядит, и решил, что не пойду к ним. Иначе сорвусь. И так держусь, не зная, на каких ресурсах.

– Насколько всё плохо?

– Да нормально всё, – Катя это сказала демонстративно спокойным голосом, будто речь шла о неудавшемся ужине. Успокаивала меня. Чем делала лишь хуже. – Эдгард, – подошла она ближе, – соберись. Я понимаю, что ты волнуешься, но собери эмоции в узду и действуй.

Я кивнул, принимая совет.

Очистив небольшую площадку, достал образец крови, создал печать и определил направление, в котором находился убийца.

– Есть координаты.

Встав, подозвал гвардейца. Родион уже распорядился, чтобы выделили штурмовой отряд. Если он ко мне не пришёл, стоило надеяться, что никого в критическом состоянии под завалами не обнаружили. Либо принесли их в жертву ради великой цели.

На секунду задумался, что важнее. Спасать или разрушать? Очевидно, что первое, но что, если оно ведет к ещё большим разрушениям? В то время как охота на убийцу может сократить потери в целом, если приведет к тому, кто отвечает за всё это?

Не время для размышлений. Как и сказала Катя, надо действовать.

Супругу попросил остаться и присмотреть за гостями. Хорошо, что лиц в броне не видно, и я не заметил укора в глазах. Иногда, когда хорошо изучили друг друга, мимика не нужна, чтобы понять, что в голове у партнера. Катя была не прочь закончить начатое и добить убийцу.

Как приготовились, открыл по наводке портал, используя кровь как следующую точку, и шагнул на ту сторону. В таких ситуациях всегда есть шанс попасть в ловушку. Но вместо этого я попал на… кхм… акт добития.

Это был какой-то заброшенный склад. Старые палеты, покрытые слоем пыли. Мусор под ногами. Следы борьбы. В центре помещения темноволосая девушка в разорванном костюме запрыгнула сверху на мужчина и душила его. Мужчина при этом орал в безмолвном крике, а его кожа на шее и вокруг облезала. Уже были видны кости, мышцы, кровь выливалась толчками, но сразу же спекалась. Рядом лежало ещё несколько тел – минимум три. Это те, кто сразу бросился в глаза. Отряд зачистки? Похоже на то.

Гвардейцы оббежали меня и выпустили стальные сети. Женщину накрыло, и она, судя по эмоциональному тону, грязно выругалась. Я же не стал проверять, что она ещё выкинет и выпустил металлический шип. Он пробил и мужчину, уже мертвого к этому моменту, и её, застряв где-то внутри тела. Шип и броню связывала тонкая нить, по которой прошёл разряд.

Убийцу тряхнуло и отбросило в сторону, вместе с сетью. Когда я подошёл, она едва шевелилась. Выпустив лезвие, сделал два взмаха, отделяя руки от тела. Сеть тоже разрубил, но что поделать. Свободной ладонью активировал печать, разогревая поверхность брони и приложил к обрубкам, прижигая. Женщина распахнула глаза, завизжала и получала ударом головы по зубам.

– Её надо допросить, – подошёл ко мне гвардеец.

– Надо проверить кое-что, – сказал я, замешкавшись на секунду.

Наклонившись, приложил ладонь к её животу и создал пару печатей, чтобы проверить, нет ли внутри бомб. Данные говорили, что нет, но я не поленился и довольно грубо прощупал её тело. Внутри ничего похожего на инородные предметы не обнаружились. Если только где-то в другом месте спрятали… Хм… Провести, что ли, вскрытие?

Поняв, что действую на эмоциях, а вовсе не разумом руководствуюсь, отошёл в сторону и позволил забрать пленницу. Сам же принялся снимать показатели. Этот отряд здесь не просто же так оказался. Они переместились. Вот и проверим, что интересного в том месте, откуда эти ребята прибыли.

***

– Так, значит, – уточнил Родион, – они хотели проверить размеры твоих способностей?

– Да, иначе как ещё объяснить, что отряд перемещался каждые пять минут. Может, и просто мера предосторожности, но не верится в это.

На седьмой точке я их потерял. Первые четыре были, по всей видимости, результатом погони за убийцей. Остальные, согласно следам распада следов, менялись с одним и тем же интервалом в пять минут.

– Значит, у Шестого был план на случай провала, и он использует каждую возможность, чтобы узнать больше, – резюмировал Родион. – Пока можешь отдохнуть. Женщиной мы сами займемся. Как и всем остальным.

– С завалами надо помочь?

– Уже нет.

– Уже?

– Несколько пленных погибли. Они рассказали, что могли и не представляли ценности.

Я медленно кивнул, принимая ответ. Негуманно, но где-то я потерял свою гуманность. То ли когда здания и метро взрывать начали, то ли когда на мой дом напали и почти добились успеха.

***

Спускаясь в бункер под домом, ожидал увидеть гнетущую атмосферу, но вместо этого меня ждал смех.

Видеть знакомые лица было приятно. Бункер, или продвинутый подвал, как его называла Катя, находился ниже уровня земли на четыре метра. Просторное помещение, чуть меньше пятидесяти квадратных метров, разделенное на две части. В одной находился запас еды, воды и артефактов. А в другой – собственно, располагалась жилая зона, где люди и сгрудились.

Из мебели здесь имелся лишь один диван, да и то не самый большой. На нём сейчас спал Кир. Парня накрыли одеялом, и он игнорировал тихие голоса. Остальные сидели, кто где. Ольга выглядела серьёзнее других и сидела рядом с сыном. Сергей тоже был рядом с ними.

Матвей и Нино устроились прямо на полу, подперев стену. Именно смех парня я и услышал.

– Эдгард! – воскликнула Нино.

– Как вы тут? – спросил я.

– Как видишь, все целы, – ответила девушка.

Я обвёл их взглядом, прикинул, что с окончания боя прошли считанные минуты, и понял, что у них банальный отходняк. Да и меня тоже потрясывало. Я ведь был реально готов распотрошить ту женщину только за то, что она причинила вред моим близким.

Вылез из брони, сходил наверх, нашёл уцелевшие стулья и притащил вниз.

– Можем перебраться в другое место, – предложил я. – Князь предоставит убежище.

Эта идея мне не то чтобы нравилась. Моё убежище по-прежнему казалось надёжнее, чем любое другое. То, что в дом как-то проникли и разрушили его, ничего не меняло. В другие места попасть ещё проще.

– Если это нужно, – сказала неуверенно Ольга.

– Куда скажешь, туда и пойдем, – добавила Нино.

Катя просто на меня посмотрела и приподняла бровь.

– Тогда лучше остаться. Правда, здесь нет удобств, чтобы всех разместить. А ведь ночь на дворе.

– И что? Уснуть всё равно не получится, – тихо ответила Ольга.

Мне подумалось, что Кир должен был проснуться от разговоров и шума, но когда у тебя мама целитель, спать будешь как миленький. Удобно, что тут скажешь.

– Так… – протянула Ольга. – Ты опять себя до истощения довёл?

– Нет, – ответил я поспешно, чем выдал себя.

– Ну да, я вижу, что нет, – фыркнула женщина и подошла ко мне.

По телу прокатилась освежающая волна. Напряжение покинуло мышцы, и я только сейчас заметил, что до этого был как взведенная пружина.

– Тебе бы самому отдохнуть.

– Было бы неплохо, – вяло улыбнулся я. – Но надо дом проверить. Не сидеть же нам здесь до скончания веков.

– Дом подождёт. Есть хочешь? – спросила Катя. – Здесь неплохие запасы.

Это было шуткой. Потому что сюда я скинул как-то пару ящиков консервов. Отнюдь не деликатесов.

Отказываться не стал. Поел, поболтал с остальными. Где-то с полчаса просидел, пока не ощутил, что отпустило. Не только меня, но и других. Ольга задремала рядом с сыном. Нино тоже носом клевала и положила Матвею голову на плечо. Тот уже минут десять смотрел стеклянными глазами и, кажется, уснул прямо так.

– Пойду проверю дом. Может, его можно восстановить, – предупредил я Катю.

Сил немного поднакопилось, а значит, разведку я точно провести смогу.

Наверху обнаружил всё также караулящих гвардейцев. Дом взяли в оцепление и вдалеке даже техника виднелась. Успели подогнать. Такую порталами не перекинешь. Основательный подход, который меня нервировал.

Удар может прийти откуда угодно. Стоит помнить об этом.

***

Дом я осмотрел. Восстановил картину, понял, откуда пришли убийцы и как проникли. Разрушили дальний защитный контур, энергетическую его структуру, что подтверждало мои догадки. Шестой подослал кого-то, кто был способен противостоять лично мне.

Дальше они добрались до гаража, разрушили защиту и стену, проникли внутрь, там оставили бомбу. После этого девушка уничтожала печати там, где проходила. Это в конечном счёте усугубило разрушения. Взрыв произошёл в гараже. Машину и то, что там находилось, уничтожило почти в ноль. Без углублённых исследований нельзя было определить, где что. Оборона была рассчитана на внешнее агрессивное воздействие, а не на атаку изнутри. Тем не менее многие закладки отработали своё.

По итогу был полностью разрушен гараж, мастерская над ним и прилегающие комнаты. Остальная часть дома осталась целой, будто ничего и не случилось. Я позвал Катю, мы спустили матрац, прихваченный из гостевой комнаты, в бункер, а сами принялись разгребать завалы. В первую очередь собирать артефакты и то ценное, что было в мастерской. Они почти не пострадали. Иронично в каком-то роде. В том смысле, что артефактов наверху было столько, что они полностью поглотили взрывную волну и разрушения свелись к обычному обвалу, когда опоры исчезли.

Что же… Спасибо Шестому за наглядный урок, как надо доработать систему обороны.

Когда рассвело, то, что можно было, мы спасли. Также я на скорую руку восстановил часть стен и наложил печати, чтобы вернуть герметичность дома.

– Выглядит отвратительно, – с досадой сказала Катя.

– Исправим, – ответил я обнадеживающе.

Или нет. Может, после всего пережитого я психану, снесу дом и отстрою новый.

Не зря же говорят, что, строя дом, первый надо снести, второй продать, а в третьем жить.

– Идём. Проверим, спят ли наши гости и, если нет, переведем их в нормальные комнаты.

## Глава 3. Отсутствие ходов или нет?


Следующую пару дней я провёл дома. Занимался его восстановлением, обновлением защиты, с броней возился, артефакты заготавливал. В чём-то делал для себя привычную работу.

Ситуация сложилась патовая.

Шестой сделал два мощных входа. Пожертвовал фигурой, чтобы нанести урон. В целом удачно. Если не считать того, что я выжил и никто из ключевых людей не пострадал. Также он подослал убийц ко мне в дом, верно угадав, в чём именно слабость возведенной защиты.

Игра, которую мы затеяли, так устроена, что, когда делаешь ход, не достигнув успеха, даришь возможность противнику выработать меры защиты. Больше на то же самое мы не клюнем. Всех, кто попадает к нам, будем проводить через дополнительную проверку. Я уже сделал несколько артефактов во избежание неприятных ситуаций. Ещё получил заказ от князя на переоборудование ряда помещений. Понятно каких. В первую очередь тех, где удерживаются ценные пленники.

На самом деле у проблемы имелось элегантное решение – амулет, который поглотит силу взрыва. Я эту идею и так крутил, и эдак, провёл ряд экспериментов и пришёл к выводу, что задумка в целом рабочая, но только в потенциале, а не прямо сейчас. Если враги используют что-то нестандартное – а они продемонстрировали, что подобное возможно, – уже имеющиеся амулеты, скорее всего, не сработают. Если только не создавать их против стандартных агрессивных воздействий типа высоких температур.

В последнем взрыве этого не было. Я вообще не понимаю, как бомба, способная поместиться в теле, создала настолько мощный взрыв. Очевидно, что это что-то из серии продвинутых разработок, которых в свободном доступе не найдешь. Не в первый раз сталкиваюсь с тем, что организация демонстрирует, что в плане технологий находится минимум на шаг впереди. Причем во многих областях. Вот и получается, что подготовиться я могу к тому, в чем разбираюсь, и к тому, что имею шанс хотя бы предсказать, но как оно на самом деле выйдет… Вспомнились некоторые звери, которые выделяют мощный яд, соответственно, уже созданы примитивные устройства, способные распылить эту отраву по большой площади. Так что не только от взрывов надо беречься.

Над амулетами я всё же поразмышлял. Над набором от стандартных угроз. Потом задумался, насколько это решение можно оптимизировать и сделать автономным, чтобы распространить по стране. Есть много объектов, где то же поглощение высоких температур может сильно пригодиться. Как социальных, типа школ, так и предприятий, где стоит вопрос охлаждения. А ещё пожарным надо выдать. Это сильно упростит их работу.

Записал идеи в блокнот. Его я теперь держал в несгораемом сейфе. Да и в неуничтожимом тоже. Взрывы содержимое точно переживет. А значит, и заметки уцелеют. Осталось выработать привычку и не забывать блокнот на столе. Обострившаяся паранойя в этом поможет.

Сделал пять амулетов прямо сейчас. Универсальных, которые должны прикрыть от стандартных угроз, как временное решение. Сделал бы больше, но не стал рисковать, опасаясь словить перенапряжение. Странная жизнь у алхимиков всё же. Если сравнивать меня, когда я только попал в этот мир, и сегодняшнюю версию, то объём энергии, который содержится в теле и которым я оперирую, вырос раз в тридцать. Если использовать его для чего-то простого, для того же производства амулетов и устройств, то никаких проблем. Я могу месяцами работать, но максимум, что получу, – обычную физическую и психологическую усталость. Короткий отпуск, небольшая перезагрузка – и я как новенький.

Но стоит поучаствовать в войне, пролить кровь, использовать алхимию для разрушения – как сразу прилетает удар по мозгам, организму и нервной системе.

И это заставляет задуматься.

Можно было бы списать на обычный стресс, но в том-то и дело, что, несмотря на всю трагичность ситуации, не происходит чего-то такого, что должно сильно выбить из колеи. Страшно, больно, неприятно, но, если взять того же Родиона, Анастаса или любого аристократа, они не показывают ничего подобного, никаких признаков внутреннего раздрая или того, что их выбило из колеи.

Родиона так вообще на несколько минут убили – и ничего. Продолжил работать, как ни в чём не бывало. Был вариант, что те, за кем я имею возможность наблюдать, не показывают истинных чувств, но мне даже это даётся с трудом. Так что, либо я психически неуравновешенный, либо есть другие факторы, не воздействующие на других людей. С нервами у меня всегда был порядок, поэтому вывод очевиден.

Другие факторы: это может быть связано как с алхимией, так и чьим-то сознательным вмешательством. После всего, что я видел, почему бы не существовать тем, кто умеет влиять на мозги? Какие-нибудь повелители разума. Брр… Надеюсь, это я выдумываю, а то и мысли нет, что делать в этом случае.

С алхимией тоже не так очевидно. Знания по проблеме у меня ограничены. Я в курсе, что вступление алхимика на темный путь… означает использование науки в эгоистичных целях и обращение к разрушительным практикам… Такой мастер, по сути, превращался в бешеного зверя. Ни разу на своём пути я не встретил темного, уравновешенного и спокойного алхимика. Все имели то или иное маниакальное расстройство, как бы сказали психологи этого мира.

О том, что так бывает, я знал. А почему – на эту тему оставалось только растерянно пожать плечами.

Учитывая, что я активно сражаюсь, убиваю и сею разрушения, то вопрос не праздный, а очень и очень серьезный. Как бы самому с катушек не слететь. Пока возился с домом и артефактами, обдумывал этот вопрос, пытаясь разобраться в себе. Что-то здесь было ещё, кроме обычного стресса. Что-то такое, что буквально разрушало организм, разум и нервную систему. Из-за чего и появлялась усталость, раздражительность, агрессивность и другие признаки внутреннего дисбаланса.

Эта проблема давала понять, как мало я знаю. Хуже того, есть множество моментов, о которых я даже не подозреваю. Какие-то скрытые процессы. Аналогию можно провести с энергией. В моём мире из-за низкого уровня почувствовать её было сложно. Здесь с этим проще и сейчас без измерений, на одних лишь ощущениях я мог почувствовать, в каком месте поток выше.

Энергию я вспомнил, потому что местные ученые используют этот термин не так, как алхимики. Да даже если залезть в учебники начальной школы, там будет что угодно, кроме той силы, которую я использую для своих нужд. Речь идёт именно о силе, это некий ресурс, позволяющий менять реальность. Это не метафора, а конкретная субстанция, которую можно собрать и запереть в чём-то. Также эта субстанция, как оказалось, может иметь различные свойства, типа температуры или агрессивности. Последнее я увидел у той женщины, которой отрубил руки. Её сила имела свойство разрушать всё, с чем соприкасалась. Что сильно походило на алхимию разрушения, в которой использовался схожий принцип. Только вот она не применяла никаких печатей, а действовала напрямую. Тоже хороший вопрос, над которым ещё предстоит подумать.

Я это всё к тому, что, возможно, есть и какие-то другие силы, которые «дают по башке, когда ведешь себя плохо». А может, и нет. Может, это последствия побега из умирающего мира, переселения в другое тело, почти двух лет, проведенных в лаборатории, неизвестных опытов или чего-то подобного.

Само собой рождалось понимание: один я не справлюсь. Подключать людей князя не хотелось. Алхимия – это моё. Они могут пользоваться дарами, но отдавать саму суть – нет уж. Это принципиальный вопрос. Однако ждать, пока подрастут другие алхимики, чтобы вместе начать исследования – для этого потребуется слишком много времени. Если только… На секунду я представил, как сделаю партию артефактов, какие подготовил для Кира, и с помощью Ольги Владимировны разошлю их по всем школам в стране. Соберу сотню-другую учеников и… Что будет дальше, мозг отказался представлять. Перед глазами упорно вставали картины разрушенного мира. Надо бы сначала с самим собой разобраться и понять, откуда берется это проклятое давление, которое превращает меня в один сплошной оголенный нерв.

Перечисленные дела и размышления шли фоном относительно главной задачи. Проблема Шестого не была решена. И по тем данным, что доходили до меня, я начинал подозревать, что она в принципе не имеет решения. Если смотреть на ситуацию не столь категорично, все можно свети к: вопрос не имеет быстрого решения. Или того решения, где исключен элемент удачи, и работа сводится к конкретным действиям.

Ходоки обладали неоспоримым преимуществом. Если бы речь шла о публичной личности или хотя бы об обычном аристократе, ситуация была бы на порядок проще. У аристо есть привязка к территории. Родовые земли, особняки, заводы и прочие вещи, которые позволяли их выследить.

Шестой не был обычным аристократом. Он управлял преступными организациями по всему миру, оставаясь в тени. Благодаря способностям ходока, он мог встречаться с ними где угодно, а потом растворяться. Или не встречаться, а передавать указания дистанционно, через помощников или каким-то иным способом, чтобы исключить ситуацию, где на него поставят метку или пройдут по следу. Сам он при этом мог проживать в любой точке мира.

Что получаем… Его слабое место – это преступная сеть. Разрушая её, мы тем самым наносим ему ущерб. Проблема в том, что он готов на любые меры, вплоть до терроризма. Не исключено, что, если война быстро не закончится и мы прижмем его сильнее, взорвут не одно метро и здание, а половину города. А то и несколько городов. Готовность действовать жестко, за гранью – это его сильная сторона. Пусть оттенок этой силы кровавый, но отрицать, что он может набедокурить, было бы глупо.

Маловероятно, что Шестой общается с рядовыми участниками сети. То есть все те, кто попал к Родиону в застенки, его знать не могут. Возможно, смотрители, курирующие большие территории и выступающие кем-то вроде директоров, знают больше, но я сомневаюсь, что они укажут конкретный адрес. Глупо было бы со стороны Шестого так подставляться.

Я знал, что Родион сейчас копает в этом направлении. Шестой и его деятельность, как нетрудно догадаться, были костью в горле у многих людей. В том числе у аристократов, правителей и всех тех, кто обладал властью. Это ещё одно слабое место. Нашими руками могут попытаться решить свои проблемы, а это возможность выйти на ещё один след. Предсказуемый ход с нашей стороны, и я сомневаюсь, что он даст какой-то выхлоп. Отработать мы его обязаны, но… Шестой засунул своему смотрителю бомбу в живот, чтобы навредить нам. Он знает, что остальные смотрители в опасности, и, по идее, они уже должны были залечь на дно. Либо нам подготовили ещё одни ловушку.

Это как раз пример того, когда делаешь ход, лажаешь и даёшь возможность оппоненту выработать защиту. Здесь мы даже ход сделать не успели, как нас обыграли. Вывод: предсказуемые ходы – это хороший способ получить смачную оплеуху.

Нужно мыслить нестандартно, найти такой ход, который он предсказать не сможет.

В голове крутилась мысль о необходимости разрушить его структуру, помочь правительствам, где он ведет бизнес, окрепнуть и сделать так, чтобы он пал в глазах других главарей организации. Возможно, тогда они его устранят. Но не факт, что я об этом узнаю, и не факт, что новый Шестой не продолжит мстить. Да и долгий это путь, а вести затяжную войну я не хотел. Поэтому оставил этот вариант на крайний случай.

Другой вариант – подкупить тех, кто что-то знает про Шестого. Уверен, Исида в курсе, где его найти. Задумка сложна в исполнении. Во-первых, я не представляю, что такого предложить, чтобы она продала «своего». Во-вторых, не знаю устройства организации, отношений главарей между собой, чтобы ими манипулировать. В-третьих, я не придумал способа, как проверить честность сделки. Что мешает Исиде назначить запредельную цену и подсунуть кого-то липового? Ничего.

Попробовать-то можно. Как минимум, если Исида ещё раз придёт общаться, предложить ей идею. Правда, если она не дура, то откажется от артефактов. Я не я буду, если не воспользуюсь возможностью и не внедрю что-нибудь дополнительное, с возможностью отследить.

Был и третий вариант. Если не получается достать Шестого, надо дотянуться до кого-то другого. Взять в плен и допросить. Задача настолько же сложная, как и поимка самого Шестого. На данный момент я придумал три направления. Первый – Исида. Раз уж сама ко мне лезет, можно попробовать подловить. Второй – мастер зверей. Слишком уж у него направление характерное. Тут тебе не тайная преступность, нужны большие площади, чтобы зверьми заниматься. Третий – новое оружие. Что-то мне подсказывает, что это дело рук организации. Не факт, что напрямую они разрабатывают, может, курируют, но то, что как минимум где-то рядом стоят и присматривают – в этом я точно уверен. Иначе откуда у бандитов продвинутые игрушки? А раз курируют, значит, есть тот, кто этим занимается, и вот он может вывести на Шестого или кого-то другого в организации.

Обдумав эти идеи, пригласил Родиона на разговор. К себе домой. В комнату, которую оборудовал максимальной защитой, чтобы уж точно не подслушали.

– Можно пустить эти направления в разработку, – сказал он, выслушав.

– Только как это сделать, чтобы не произошло утечки?

Несмотря на все проверки, отлавливание многоликих и прочих шпионов, всегда оставался шанс, что часть информации уйдёт на сторону. Как сделать так, чтобы этого не случилось или чтобы случилось правильным образом – над этим Родиону голову ломать. Не моя компетенция и хорошо, что так.

– Если с гарантией, то никого не привлекать. Я подумаю, как лучше это провернуть. Мне нужно… – Родион задумался, замолчал на пару секунд и ответил: – Три дня. Пока не спеши.

– Хорошо. Как в целом обстановка? Появились наметки?

– Многое узнали о преступной сети, но где скрывается Шестой – нет, пусто. Никаких даже намёков.

Чего я и опасался.

– Кстати, – сказал Родион. – Князь просил передать, что нужно подготовить отряд рыцарей. Ты восстановился?

– Загляну завтра.

– Да и в целом не помешало бы расширить этот отряд.

– У меня есть дополнительное предложение. Я тут набросал проект защитников. Грубо говоря, ходячие артефактные станции на все случаи жизни, способные прикрыть от большинства угроз.

– А чем это отличается от брони?

– Ну… – я попытался найти объяснение и не смог. – Для пользователя в конечном счёте ничем.

Тут до меня дошло, что то, как вижу артефакты я, и как видит их обычный человек, – сильно отличается. Это для меня подход принципиально иной, а для пользователей… Броня и броня, чего сложности городить.

– Просто как идею обозначу, что броню можно комплектовать разными модулями под конкретные задачи. Ещё есть проект открытия портала обычным человеком. Для эвакуации или ещё чего.

– А вот это очень интересно, – Родион аж вперед подался.

– Слушай, что с тобой? – не удержался я от вопроса.

После того, как Родион перешёл в общении на «ты», да и после совместного похода против преступности наши отношения переросли во что-то, близкое к дружественному. Я и до этого его подкалывал, а сейчас сам бог велел.

– Ты про что? – замер он. Словно его на преступлении поймали.

– Твоя мимика. Она ожила.

Родион на это… улыбнулся. Ну, то есть прям совсем улыбнулся. Уголки губ вверх пошли. Морщинки вокруг глаз собрались. Я даже головой потряс, настолько это необычно было. Руки зачесались проверить, не многоликий ли это.

– Ты только никому не говори, хорошо? Твоя целительница немного перестаралась, когда с того света возвращала.

– А-а… – протянул я, осмысливания новость.

Родион и улыбки? Мир сошёл с ума.

– Если сделаешь пару артефактов перемещения для обычных людей, это будет полезно сейчас, – сказал он, приняв стандартный равнодушный вид. – Аристократы хорошо чувствуют других бесов и ходоков. Это инстинкты. Поэтому приходится внедрять обычных людей, и, если у них будет возможность отхода… Ты понял.

– Сделаю, – кивнул я, в этот момент создавая печать проверки.

Данные показывали, что это и правда Родион.

Чудеса.

***

Не буду говорить, что в который раз убеждаюсь: мозг в критических ситуациях генерирует идеи куда лучше, чем в мирной жизни. А ещё я понял про себя, что никогда не был миролюбивым человеком. Боролся за мир – да, было такое. Но все мои разработки в прошлой жизни сводились к двум вещам. Выживанию да убийству темных алхимиков.

Чем я занимаюсь в этом мире? Наращиваю защитные средства, то есть выживаю, да сражаюсь с недоброжелателями. Не темные алхимики, но ходоки и высшие бесы по опасности легко могут их превосходить. Если сравнивать с теми, кого я встречал на своём пути. Так-то, попади сюда хотя бы один темный, аристократия массово хлебнула бы горя. В этом мире куда больше энергии, а значит, и развернуться можно сильнее.

Сражение алхимиков – это всегда поиск уязвимостей в защите. Вот мой ум и пытался найти, куда наносить удар, чтобы повергнуть противника.

Ходоки – главная угроза этого мира. Не считая меня. Всю историю человечества от них была единственная защита – метеоритное железо, позволяющее блокировать чужакам перемещения и по ночам спать спокойно. Защита специфическая и дефицитная, попробуй ещё найди камень, упавший с неба. Ещё к ней можно адаптироваться, на что уходит от нескольких часов до месяца, в зависимости от силы камня и ходока, что хочет проникнуть на закрытую территорию.

Несмотря на все минусы, трудно переоценить значение метеоритного железа. Ничего важнее у аристократов нет. Физического я имею в виду.

А что, если начать разрушать защиту?

Я попытался представить, что будет, если я заявлюсь к английскому императору и разрушу защиту его дворца. Попытался и не смог. Это как минимум повод для войны. Которой может и не быть, потому что заявка очень серьезная. Начать с чего-то поменьше? С посольства? Выбрать какой-нибудь род для показательной порки?

Агрессия последует в любом случае. Либо в сторону тех, кто потерял защиту – на них набросятся, чтобы свести старые счёты. Либо в сторону нас, а конкретно меня. Банально для того, чтобы спать по ночам спокойно. А не думать о том, придёт ли к ним злой алхимик или нет.

Хм… А если перенастраивать метеоритное железо? Делать так, чтобы оно своих переставало пускать? Получится смешно. Непонятно, правда, для кого.

Техническая база, чтобы провернуть что-то подобное, у меня уже имелась. Не удержался, провёл расчёты, набросал печати. Наобум это категорически нельзя применять, но если прижмут… А к этому всё и идет, придётся заходить с козырей.

А теперь немного подумаем. Если уничтожать защиту особняков и стратегических объектов, нужно обеспечить незаметное проникновение. Для чего поработать над средствами маскировки. В таком деле заявляться в наглую в броне… Можно, но когда терять уже будет совсем нечего, и я переключусь на партизанский режим. Второе, над чем стоит подумать, – это как перевести технологию в артефакты, чтобы другие люди могли разрушать метеоритное железо. Третье – решить, кому эту технологию подкинуть, чтобы они устранили моих врагов. Мда… Так и становятся политиками?

– Ты чего такой серьезный? – спросила Катя, которая принесла обед в восстановленную мастерскую.

– Лучше не спрашивай, – покачал я головой, всё ещё обдумывая ситуацию.

– Только не говори, что родил какую-то безумную идею или новый артефакт.

– Кхм… – смутился я. – Так и есть. Нечто достаточно опасное.

– Насколько?

– Я ведь могу уничтожать метеоритные камни. Дистанционно. Как думаешь, какие будут последствия?

Катя аккуратно поставила поднос на стол и призадумалась.

– Блокираторы – больше защитная технология. Когда узнают про неё, скорее всего, в первую очередь подумают, как бы купить. Броню, скорее всего, воспринимают как забавную игрушку. Через пару лет это изменится, а сейчас… – повертела она неопределенно рукой. – Если же ты разрушишь что-то привычное, за что аристократы столько веков сражались, плели вокруг этого интриги, что является неотъемлемой частью их жизни – предсказать последствия невозможно. Не возьмусь сделать это. Лучше с дядей посоветоваться. Или с мамой.

– Да это понятно, что лучше обойтись без резких движений.

– Тогда чего ты выглядишь так, будто собрался объявить войну всему миру?

– Потому что к этому всё и идёт.

– Во-первых, не миру, а всего лишь нескольким кланам. Ну, или организации, что почти одно и то же.

– Пока я не знаю, как разобраться с одним Шестым.

– Он особенный противник. Неудобный. Тебе ведь с обычными аристократами проще будет воевать, так?

– Ну да, – кивнул я, отслеживая то, как реагирует супруга.

Она обсуждала большую войну так, будто мы обои выбирали. Действительно не боится? Или дочь клана Медведевых привычна к войне?

– Тогда и бояться нечего. Просто подумай, что будешь делать, если придёт не одна армия, а, скажем, десяток. Хотя это глупый вопрос. Дядя не оставит тебя одного, поэтому и большой войне не быть. Скорее будут пытаться устранить по-тихому.

– Не особо обнадеживающая перспектива.

– Разберемся, – ответила супруга философски. – А что касается ситуации в целом, ты не думал отделиться от князя и заявить о нейтралитете?

– Что ты имеешь в виду?

– Получить статус международного рода и сделать заявление, что ты вне политики. Донести до всех мысль, что будешь добрым, пока тебя не трогают.

– Эм…

На это предложение я натурально подвис.

– Это тоже лучше обсудить с дядей, – улыбнулась Катя.

– Твоё предложение настолько неожиданное, что я и не знаю, что уточнять первым делом.

– Вспомни Стародубовых. Сильный род, который считается нейтральным. Он не участвует в войнах и политике. Ведет тихую жизнь. Их не трогают, но и они никого не трогают. Хотя могли бы.

– А ты что-то знаешь про то, как именно могли бы?

Этот род был необычным по многим пунктам, и я невольно заинтересовался тем, что Катя может знать. Как-то до этого тема не поднималась. Стародубовы, они… Ну, они как лес на горизонте. Есть и есть.

– Живых врагов у них нет. О чём-то это да говорит. Как именно они с ними разбирались на протяжении веков, я не знаю. Виден лишь результат.

– Так, ладно, – собрался я. – Всё равно непонятно. С чего ты взяла, что князь меня отпустит?

– Почему нет?

– Ну, может, это ты его любимая племянница, а я довольно полезный вассал, который имеет стратегическое значение для страны.

– Так и я не говорю, что надо прекратить отношения с князем. Сохранишь их в полной мере.

– Тогда я совсем запутался. В чем смысл отделения?

– Появится больше пространства для маневра. Ты сможешь действовать как независимая сила. Сейчас любой твой ход связывают с деятельностью российского князя. А так ты станешь самостоятельной фигурой. Со всей вытекающей отсюда ответственностью. На самом деле не думаю, что что-то сильно изменится. Но это поможет тебе начать формировать отношения с иностранными семействами.

– Всё равно непонятно. Кто поверит, что я ушел? Тем более когда это будет формальностью?

– Верить или нет – это уже пусть сами решают. Ладно, я поняла, что идея тебя слишком шокировала. Поговори с дядей об этом. Он лучше разбирается. Возможно, ему это тоже будет выгодно. По крайней мере, если ты уничтожишь защиту какого-нибудь императора, это будут воспринимать как агрессию одного человека, а не государства.

– Катя… – протянул я. – А зачем ты мне это предлагаешь?

– Уж точно, чтобы не навредить, – рассмеялась супруга. – Во-первых, уровня угрозы это никак не изменит, а простора для маневра прибавит. Во-вторых, статус независимого рода куда выше, чем статус вассала княжеской семьи. Ставки высоки, но если справимся, когда ты развернёшься в полную силу, то…

Ну да, перспективы большие.

– Но ты не спеши. Это сто раз обдумать надо. Как и сказала, подводных камней хватает. Пока обдумай, как тебе такая возможность.

Идея шокирующая, но кое-какие интересные моменты я вижу. Если отделиться, смогу спокойно строить отношения с любыми странами. А значит, и влияние в рамках мира наращивать. Есть шанс, что приду к возможности заботиться о мире.

Только Катя права. Это надо сто раз обдумать. Потому что тут совсем другой уровень ответственности и самостоятельности. К которому я сейчас не готов по всем фронтам. Но ничего. Я же молод. Главное, с этой войной разобраться, а там видно будет.

## Глава 4. Мир и вызов


На четвертый день затишья в гладь озера прилетел не особо крупный камень. Самомнения у него на гору хватит, как и гонора с наглостью.

К моему дому явился Дэниэл Плэйн. Ему снова пришлось топать ногами от самой границы блокировки, а это несколько сотен метров по сырой земле. На этот раз он нарядился подходяще. Надел крепкие сапоги, в плащ закутался, кепку натянул и зонтик взял. При том, что дождя не было.

Когда к нему вышел, повязку на лице разглядел. Конспирируется человек, а значит, с чем-то стоящим пришёл.

– Это у вас мода такая? – спросил я, когда он приблизился к дому.

– Нельзя, чтобы кто-то увидел, что я был у тебя. Мне потом проблемы не нужны.

– Клан Плэйн чего-то боится?

– Глупо не бояться. Организация не тот противник, которого стоит недооценивать. Тебе ли не знать, парень?

– И то верно. Зачем пожаловали?

– Наш уговор, – он достал из под плаща увесистую папку. – Это всё то, что мой клан нарыл на организацию за последние сто лет. Где искать главарей там не сказано, но кое-что ценное есть. Берешь?

– За броню?

– Догадливый, – половину лица не было видно, но я прекрасно расслышал его усмешку. – Если берешь, завтра зайду за бронёй. Мне нужен лучший комплект. Лучше, чем у проклятого Кнайта.

– Нет, – сразу отказал я. – Лучше, чем у него, не получится. Такой же – да. Лучше – нет.

– Тогда сделке не бывать.

– Хорошо.

– Что, вот так просто откажешься от информации?

– Сами сказали, что адресов главарей там нет.

– Зато есть то, что поможет к ним подобраться.

– Броня третьего ранга, как у Кнайта, если информация и правда окажется стоящей. Исключений я не делаю.

– Какой же ты упрямый, – недовольно процедил он, за что заслужил насмешливый взгляд.

Сам-то он упрямее некуда.

– Я согласен, – выдал Дэниэл через десяток секунд. – Завтра приду.

– Не спешите. Броня подгоняется под конкретного человека. Выберете, кто будет в ней сражаться, и приводите. Вот ключ, – протянул я амулет. – Используйте его, чтобы переместиться прямо в дом. Попадете в закрытую комнату и просто подождите, пока не выпущу.

– Звучит как что-то не очень надежное.

– Условий лучше нет. Вы хотите провернуть сделку тихо. Я предоставляю вам такую возможность.

– А не боишься, что Кнайты обидятся?

– А не боитесь, что организация обидится?

– Немного, – хмыкнул он.

– А я нет. Всем клиентам я озвучиваю, что работаю по принципу свободного рынка. Это товар, который может купить любой. Если не испортит со мной отношений.

– И одинаковой силы. Ты хорошо поимел два могущественных клана. Мне приходится рисковать, чтобы восстановить баланс.

– Таков мир, – развёл я руками.

– Держи, – ткнул он папкой мне в грудь. – Приду завтра утром.

– Я открыл для вас свободную зону. Можете переместиться прямо отсюда.

Дэниэл кивнул и исчез.

Я вернулся в дом, отправил сообщение Родиону и взялся за чтение. Папка оказалась обманчивой. Сначала я подумал, что там мало информации, но нет, Плэйн приятно удивил. Если обобщить, то он сдал смотрящего на его материке. Точнее, трёх смотрящих. В северной, центральной и южной Америке. Ещё двух смотрящих в Европе. Один относился к северной части, норвежской, а второй к южной, обосновавшись в Испании. Дальше шло описание этих людей. Какие должности занимают, какие имена носят, в каких делах замешаны, кто на них зубы точит. Как и сказал американец, адреса Шестого здесь нет. А вот описание его преступной сети на двух материках есть. С адресами. Информация была подана так, что сразу возникало желание нанести удары по конкретным местам.

Ну да неудивительно, что Дэниэл хочет решить часть проблем чужими руками.

Никто по его наводкам бежать не стал. Родион забрал папку и отправился проверять информацию. Я же остался дома и продолжил возиться с артефактами. Трудно это и непривычно для меня. Сидеть на месте, не зная, где находится враг.

На следующий день американец явился один. Видимо, никому не доверил поносить броню. А может, сам лично хотел навалять Кнайту, когда тот придёт в очередной раз. Переместился он в комнату, сработало оповещение, и через пару минут я спустился к нему.

– Простенько, – сказал он, оглядев ту часть дома, что попалась ему на глаза.

Вообще, я никогда не принимал гостей дома. Все мерки снимал в офисе, но сейчас как-то не до этого. Пришлось повозиться, чтобы внести дополнения в планировку, убрать лишнее и сделать так, что, заявись сюда враг, он ничего не сможет сделать. Дэниэл не знал, возможно, догадывался, но стоит ему лишний раз чихнуть – и реакция будет жесткой.

– Идите за мной и, пожалуйста, без резких движений.

– Почему у меня ощущение, что я иду по минному полю, парень?

– Ощущения вас подводят.

Всё гораздо хуже.

Сама примерка много времени не заняла. Управились минут за двадцать. Я дал мужчине залезть в броню и проверить, какого это.

– Вы ведь понимаете, что на освоение уйдут многие недели, а весь потенциал раскроете через несколько месяцев ежедневных тренировок?

– Не учи меня жить, мальчик.

Неприятный тип. Ну, как знает. Не буду ему напоминать, что Кнайты не просто так фамилию носят и что разгуливать в артефактной броне для них норма. Есть программа обучения под это, традиции, инструктора, вековой опыт войны. Также не буду напоминать, что Кнайты взяли не один доспех, а несколько. Это уже конфиденциальная информация и пусть два старых рода сами выясняют отношения.

– Я могу рассчитывать на то, что Кнайты не узнают о приобретении?

– Можете рассчитывать на то, что я им ничего не скажу.

– А твои люди?

– Тоже. Но если Кнайты сами узнают, то… – развёл я руками.

– Они точно за тобой наблюдают. А значит, и о моём интересе догадываются. Какая неудобная штука…

Это Дэниэл сделал пару шагов.

– Попробуйте в нём прожить неделю, не снимая. Станет проще.

– Шутишь?

– Нет.

Американец начал утомлять.

– Я изучил вашу информацию. Не совсем то, что мне хотелось, но интересное там нашлось.

Про то, что будет, если это окажется подставой, ловушкой или дезинформацией, я тоже умолчал. Вместо этого сказал другое:

– Если найдётся ещё что-то интересное по организации и их главарям, то…

– Ты с ней всей собрался воевать? – удивился он. – Это бесполезное дело. Не раз уже пытались. Она как гидра. Отрубишь голову, отползёт в сторону и назначит нового хранителя. Чтобы отрубить все головы разом – я даже не знаю, что для этого нужно, а воображение у меня хорошее.

– Может, когда-нибудь и узнаете. В крайнем случае нет. Сейчас речь про другое. Товар у меня есть. Если у вас найдётся подходящая оплата…

– Я тебя услышал. На этом всё? Могу уходить?

– Держите методичку с подробным описанием возможностей и как их освоить, – протянул я заранее подготовленный документ.

Заранее – это мы его всем клиентам выдаём.

– Хотя бы не талмуд на триста страниц, – проворчал Дэниэл и переместился.

Я сразу же заблокировал проход для него и перенастроил защиту. После Коршунова дома так раз в неделю делаю. Вношу небольшие правки, чтобы сбить возможность адаптации.

***

Исида чувствовала себя школьницей в кабинете директора. Хотелось поёрзать на стуле, поправить одежду, сделать хоть что-нибудь. Разумеется, женщина этого не делала. Повернула чуть голову, приняла задумчивый вид и посмотрела в окно на открывающиеся просторы.

Место, где она находилась, считалось официальным офисом Основателя. Что было несколько нагло с его стороны, держать эту информацию открытой среди хранителей. Какими точно делами он тут занимается, никто из организации не знал. Или знал, но молчал об этом и не спешил делиться откровениями. Просторное помещение на несколько сотен квадратных метров находилось в одном из небоскребов на третьем английском острове, который считался центром деловой жизни. Само здание не самое высокое. Седьмое по высоте в городе. Исида видела в этом желание не привлекать к себе лишнего внимания. Так-то она знала, что Основатель любит высоту.

В кабинете женщина сидела не одна. Справа от неё на таком же стуле расположился Шестой, обряженный в деловой костюм. Лицо он держать умел, но ощущался как грозовая туча.

Напротив них двоих сидел сам Основатель. Сегодня он был в белой рубашке и серых брюках, которые шли ему куда больше, чем мантия. Лицо молодое, в чём-то простое. Если не знать, кто это такой, то никогда не догадаешься.

– Думаю, вы знаете, зачем я вас позвал.

– Соколов, – ответила Исида.

Это было очевидным.

– Да. Проблема до сих пор не решена.

– Я разберусь.

Исида скосила глаза на Шестого. Тот явно потерял хватку, если делает столь глупые заявления здесь и сейчас.

– Это больше не требуется, – ответил Основатель. – Отныне Эдгард Соколов является неприкасаемой фигурой.

У Исиды распахнулись глаза.

– Насколько неприкасаемой? – осторожно уточнила она.

– Любые агрессивные действия в его сторону запрещены. Чтобы этот балаган прекратился, ты, Исида, отправишься к нему и заключишь договор о перемирии.

– А если он потребует голову Шестого?

– Не задавай глупых вопросов. Мы своих не выдаём. Предложи ему мир, скажи, что организация свернет деятельность на территории его страны. При условии, что он и сам прекратит лезть в наши интересы. Что касается тебя, – мужчина перевёл взгляд на Шестого: – Значимая часть твоей сети разрушена. Это неприемлемый провал, который заставляет думать, что ты утратил былой пыл. Я терпел твою жестокость, пока она была эффективна. Запрещаю активные проекты по твоему ведомству на десять лет. За этот срок найдешь себе преемника. Хорошего преемника. Потом уйдешь в отставку. Организация благодарна тебе за службу, но пора отступить.

Исида ушам своим не верила. Обычно Основатель на любого рода конфликты смотрел сквозь пальцы. Так отец взирает на шалости детей. Сейчас же он активно вмешивался в их дела, что говорило о многом. Соколов его настолько заинтересовал?

– Могу ли я продолжить вербовать парня? – уточнила женщина.

– Можешь. Аккуратно, без жесткого давления. Постарайся изменить его отношение к нам. На этом всё, можете идти. Или ты хочешь что-то сказать?

Повеяло ощутимым напряжением. Исида представляла, что творится в голове у Шестого. Его отправили в отставку. Не то чтобы исключительное событие. Рано или поздно это ждало всех хранителей. Если они переставали справляться, их заменяли новым поколением. Шестой не был старым. Он достаточно прожил на этом свете, но смерть по естественным причинам ему в ближайшие лет тридцать не светила. Зато светило медленное увядание.

– Я сделаю то, что должен, – сказал он и встал.

После чего развернулся, прошёл несколько шагов и переместился.

Взгляд Основателя ничего не выражал. Исида не стала задерживаться и тоже переместилась.

***

Следующие две недели можно описать как череду боевых операций. Дэниэл не подвёл, предоставил ценные наводки, которые проверили, дополнили добытой до этого информацией, а потом прошлись катком по сети Шестого.

Где его самого искать, не выяснили, и это делало положение тупиковым. Почти. Я не отменял варианта выторговать информацию у Исиды или выследить кого-то из других хранителей. С последним тоже был ряд проблем. Я знал про Исиду, но понятия не имел, чем она занимается. В её случае не за что было зацепиться. Ещё известно про мастера зверей. Эта личность приметнее, и всё это время Родион собирал информацию по нему. Пока безрезультатно.

Самое неприятное и тревожащее – это то, что Шестой так и не сделал хода. Он затаился, и это пугало сильнее, чем любые действия до этого. Не к добру затишье.

Так я думал, пока не увидел вдали от дома бредущую женщину. Исида пожаловала в гости. На этот раз это была солидная дама. В кашемировом пальто, с легким шарфом, дорогими кольцами на руке. Она несла на локте небольшую сумочку. И топала сюда в ботинках, которые немного выбивались из общего утонченного образа.

Встретил я её почти у самого дома. То, что это Исида, было понятно по наушнику в ухе. Я активировал ряд печатей. Усилил блокировку, включил помехи любых сигналов. Заметит или нет?

– Мистер Эдгард, – начала женщина официальным тоном, – госпожа Исида передаёт, что рада вас видеть в добром здравии.

– Что ваша госпожа хочет на этот раз?

За прошедшие дни я не раз обдумывал, как строить разговор. Вариант самому приглашать Исиду к беседе отбросил сразу. Это покажет мою заинтересованность, и разговор пойдёт не так, как нужно. Дождаться её прихода – это поставить женщину в более слабую позицию. Ведь она пришла, не я позвал.

– Предложить мир.

Внезапно. Как и само предложение, так и то, что женщина якобы продолжает передавать через наушник информацию. Был шанс, что она использует какую-то продвинутую технологию, но почему-то я в это не верил.

– Мир между кем?

– Между тобой и организацией. Шестой больше не будет проявлять агрессию в твою сторону.

– Боюсь, после того, что он сделал, мир между нами невозможен.

– А что он сделал? – женщина приподняла бровь. – Если посчитать потери, то ты убил куда больше людей, чем он.

– Я убивал бандитов, работорговцев, насильников и наркоторговцев. Он же атаковал мирное население.

– Эдгард, – официальный тон сменился дружественным, будто мы сто лет знакомы, – Ты хочешь, чтобы этот бешеный пёс и дальше продолжил действовать? Если тебя это успокоит, его приструнили и отстранили.

– Прям от сердца отлегло, – не удержался я от сарказма. – Как насчёт отдать его мне?

– Это невозможно, – покачала головой женщина.

Я терялся в догадках, кто это такая. Сама Исида? Никогда не поверю, что она рискнула прийти сюда лично. Все тесты, улучшенные с учётом сбоев в случае одаренных, говорят, что это простой человек. При этом наушником она не пользуется. Это бутафория. Заранее получила инструкции, как вести беседу? Тоже нет. Некоторые реакции и ответы спонтанны, будто сама Исида говорит.

– Невозможно – это слишком громкое слово. Я уже пошатнул вашу организацию. Пусть всего лишь по одному направлению, но сейчас это глупо отрицать.

– Госпожа не собирается этого отрицать. Пусть и по одному направлению, организации нанесён существенный урон.

А вот это плохо. Проще сражаться с теми, кто подвержен гордыне. Но не страдаю ли я сам от неё? Мир так заманчив, но, если согласиться, угроза никуда не денется. Если же согласиться быстро, то они поймут, что я в тупике и больше им ничего сделать не могу.

– Значит, ваша госпожа не отрицает, что организация – это преступная структура?

– В той же самой степени, в какой ты маньяк и убийца.

– Если смотреть по форме, то да. Если по сути, то разница принципиальная.

– Убийства есть убийства, – пожала плечами женщина.

И в этом я был с ней согласен.

– Госпожа не отрицает, что методы Шестого сомнительны. Также она не будет предлагать обсудить то, что управляемая преступность куда менее разрушительна, чем хаос.

– Скажите это всем тем странам, которые вы тормозите в развитии, руководствуясь собственными целями.

– Это сложная тема, – Исида не стала давить. – Сейчас надо обсудить другое. Мир.

– Голова Шестого, – упрямо сказал я.

– Обезумевший Шестой, который начнёт действовать без ограничений. Он не продемонстрировал и сотой части того, какие страдания может причинить.

– Так и я только во вкус вошёл.

На самом деле всё было иначе. Я устал от этой войны. Все устали. Моим близким приходилось безвылазно сидеть в особняке. Каждый день в напряжении и ожидании, что случится что-то ещё, сильно давил по нервам.

Мир – это хорошее предложение. Но я не привык идти на уступки в конфликтах подобного рода. Было что-то в этом предательское.

– Это бессмысленная война. Ты не сможешь найти Шестого.

– Мне и не надо его искать. Достаточно нанести столько ущерба, чтобы вы сами его сдали.

– Этого не будет. Считай, что такова политика компании. Своих не сдаём. Даже если это паршивая овца в стаде.

Я промолчал, изучая мимику женщины и подмечая странные детали.

– Хорошо, – кивнула Исида, видя, что говорить я не собираюсь. – Тогда пойдем по сложному пути. Продолжай громить остатки преступной сети. Не думаю, что у вас много целей осталось. Самые значимые уже зачистили. Шестой будет и дальше бездействовать. Через месяц я приду снова, и мы заново поговорим.

– Вы затронули не только мои интересы.

– С князем тоже договоримся. Он правитель, который обязан учитывать интересы своей страны. Ему эта война не нужна. Нам тоже. Мир – оптимальное решение.

Звучит разумно, если не считать того, что за некоторые вещи наказание должно последовать в обязательном порядке.

– Вижу, сегодня мы с тобой ни к чему не придём, – резюмировала Исида. – Тогда до встречи через месяц.

Она отправилась обратно, на границу земель. Пусть идёт. Метку на неё повесил, может, люди Родиона и найдут что-то интересное. Вернулся в дом. Задумался о том, как передавать речь без средств общения. Версию, что наушник перекрывает все мои блокировки, списал как крайне маловероятную. Я контролирую территорию вокруг на многие сотни метров. Убийцы смогли прокрасться, когда я отсутствовал, а сейчас… Нет, возможно, конечно же. Но маловероятно.

Поэтому исходим из того, что наушник – фикция, а раз так, встаёт вопрос, а что, собственно, происходит. Почему каждый раз новые женщины? Исида меняет лик? Нет. Один раз её сожгли заживо, там мало что от тела осталось. Хорошо инструктирует, и её посланницы знают ответ на любой случай? Возможно, почему нет, но зачем тогда заморачиваться с разными женщина? И почему женщины, а не мужчины?

Она использует либо неизвестную технологию, либо неизвестный вид способностей. Ставлю на второе. Получается, Исида – одаренная. Полный комплект. Наверняка высший бес, ходок, из семьи с многовековой историей, старая опытная интриганка, ещё и специфические способности имеет. Но какого они рода? Исида передаёт информацию прямо в голову? На каком расстоянии?

Когда домой зашёл, поймал взгляд Кати. Она ничего спрашивать не стала, молча ждала у входа.

– Всё нормально. Мир предложили.

– А ты?

– Послал.

Пройдя мимо, добрался до кабинета и подробно записал весь разговор вместе с подозрениями. Пусть служба Родиона разбирается. У них информированность выше.

***

Родиона я дождаться не успел. В кабинет зашёл бледный Матвей. Зрачки расширены, руки дрожат – мой друг был в тихом ужасе.

– Что случилось?

– Мне только что звонили с телефона матери. Представились Шестым. Мужской голос. Сказал, что хочет с тобой встретиться и поставить точку в затянувшейся истории.

– Адрес назвал?

– Заброшенный склад в моём городе. Предупредил, что разговор должен проходить один на один. Эдгард…

– Я разберусь. Через сколько он назначил встречу?

– Через десять минут. Сказал, что потом начнёт убивать.

– Вот как. Всё будет хорошо.

Я встал из-за стола и скорым шагом пошёл в мастерскую. К этой битве лучше подготовиться основательно.

## Глава 5. Расплата


Некоторое время ранее.

Мастер зверей возился за лабораторным столом, когда к нему пришёл Шестой.

– Ты не справился, – сказал мастер, не оборачиваясь.

– Основатель вмешался, – холодно ответил Шестой, оглядывая помещение.

Повсюду виднелись колбы, аппараты непонятного назначения, а на столе, за которым работал мастер, была разложена и вскрыта туша зверя.

– Что он?

– Заинтересовался Соколовым.

– И запретил его убивать? – мастер зверей повернулся и недовольно нахмурился.

– Да.

– Плохо. Этот человек мне не нравится.

– Мне тоже. Поможешь?

– Хочешь пойти против воли Основателя?

– Немного.

Мастер на это ничего не ответил, но достал большой шприц, воткнул куда-то во внутренности зверя, лежащего перед ним, и собрал жидкость. Потом добавил что-то из других колб, смешал и ещё добавил. Как закончил, перелил полученную жидкость в ампулу.

– Примешь перед схваткой. Сработай чисто.

– Если я не справлюсь, тебе его не достать.

– Поэтому и помогу, – недовольно ответил мастер.

Шестой кивнул и отправился на выход.

***

Десять минут – это мало, если ты не готов, и достаточно, если приготовления давно сделаны. Сомнений, идти или нет, у меня не возникло. Если там и правда Шестой… Зная, что готовится ловушка, я всё равно пойду, потому что это лучший подарок, который можно получить.

Сообщение Родиону отправлять не стал. Сам факт того, что воспользовались телефоном мамы Матвея, намекал, что её связь взломали. Канал с Родионом наверняка прикрыт лучше, но я не стал рисковать и отправил Катю к дяде. Пусть предупредит.

Пока залезал в броню, думал о том, что организация какая-то мутная. Предлагают мир, а через минуту угрожают и устраивают ловушку. Либо я чего-то не понимаю, либо единство не их сильная сторона. Каждый из главарей творит что хочет. Это полезная информация, можно использовать её в дальнейшем.

К моменту, когда залез в броню и подготовился, Катя привела в дом Родиона. Он поднялся ко мне, и я ему коротко пересказал случившееся.

– Его родители в безопасности. Я это точно знаю, – ответил мужчина.

Когда всё завертелось, всем потенциальным целям выделили дополнительную защиту.

– Тогда успокой Матвея, – попросил я Катю.

– Ты уверен, что пойдешь? – спросил Родион.

– Конечно. О лучшем подарке и мечтать нельзя. Правда, я не уверен, что там будет именно Шестой, но проверить обязан.

– Он ведь подготовился.

– Разумеется. Я тоже. Вопрос в том, кто из нас подготовлен лучше.

– Я соберу группу прикрытия.

– Хорошо. Дайте мне секунд тридцать, чтобы я там всё заблокировал намертво. Пропуски для группы на столе.

– Новая блокировка?

– Ага. Я теперь всё блокирую. Любые сигналы и возможности.

– Костюм тоже новый, как вижу.

– Особая броня для особого случая.

Родион кивнул и отправился выполнять свою работу. Также его люди обеспечили мне перемещение на указанный заброшенный завод.

Перед уходом Катя меня обняла и поцеловала в губы. Я надел шлем и шагнул в портал.

Тот вёл на крышу, и я сразу запустил сканирование. Как бы странно это ни было, внутри и правда нашёлся всего один человек. Показатели запредельные и аномальные. Его уровень по индексу я оценивал где-то в сто пятьдесят единиц. Мой же был в районе пятидесяти-шестидесяти, но нельзя сказать, что разница в три раза. На тех высотах, которые демонстрировал человек внизу, он и правда был живой аномалией, нарушающей законы физики.

Плевать. Что бы там Шестой ни заготовил, на этот раз мои заготовки круче. Цена у них непомерная, но с этим противником я готов перейти черту.

Спуск вниз много времени не занял. По пути накладывал на здание печати, блокирующее всё и вся. Шестой не сможет отправить никакого сигнала. Печати-ловушки тоже накладывал. Без особого умысла, на тот случай, если вдруг ему как-то удастся вырваться, и придётся догонять.

Ждал он меня в просторном помещении. Окна побитые, сквозняк гуляет. При этом здесь было относительно чисто. Никаких сомнительных луж и неприятных запахов. Ожидающий меня мужчина сидел на железном столе. В костюме-тройке. Только пиджак лежал рядом, небрежно брошенный. Белая рубашка, жилет и брюки серые. Сам он курил. Затянулся, когда я зашёл, выпустил кольцо.

– Соколов? – спросил он на английском. – Это действительно ты, или кого-то другого послали?

– С кем говорю?

– Я Шестой. Был им. Сейчас не уверен, что могу в полной мере владеть этим титулом.

Мужчине на вид лет сорок. Он не выглядел, как преступный король. Ну да я не раз обманывался во внешнем виде.

Хотелось потребовать доказательств, что это и правда Шестой, но не стал. Глупо. Если это не он, то не расскажет об этом. Если он, то посмеется, а я всё равно не буду до конца уверен. Десять минут – это мало, чтобы полноценно обдумать сложную ситуацию. Кое-что сразу на ум приходило, но могло же и ещё что-то скрываться.

Ради чего была организована эта встреча? Человек, которого невозможно найти, сам пришёл. Это нелогично. Так что либо это не он, либо он, но тогда произошло что-то существенное.

– Гадаешь, почему я здесь?

Я немного ошибся, когда зашёл. Курил он не сигарету, как мне показалось, а длинную сигару. Не толстую, тонкую, но длиннее, чем обычно. Ещё и черную.

– Это немного удивило.

– Всё просто, – мужчина усмехнулся. – Меня отправили на почётную пенсию.

– Что-то это место не выглядит подходящим для пенсионера.

Нападать я не спешил. По многим причинам. Любое слово от Шестого – это дополнительная информация. Если получится взять его живым, это и вовсе станет наивысшим успехом последних лет. Организации тогда ох как неуютно придётся. Если, конечно же, мы сможем разговорить такое существо, как Шестой.

– Брось, – помахал он сигаретой. – Где я, и где пенсия. Не из того материала я сделан, чтобы доживать свой век в тишине.

– Самоубиться лучше?

– Да, – кивнул он. – Ты можешь думать обо мне что угодно, но быстрая смерть лучше, чем медленное затухание. Удивлен? Ждал угроз, что я точно тебя убью?

Лица он моего не видел, спасибо шлему. Броня ещё и моторику тела скрывала. При этом он точно считывал мои ощущения. Опыт? Дар?

– Видишь ли, Эдгард, наш Основатель заинтересовался тобой. Теперь ты неприкосновенная фигура. Мне об этом, само собой, нельзя говорить, но, если ты умрешь, какая разница? Со мной в любом случае разберутся. Может, тоже убьют, а может, вернут на службу, но это маловероятно. Если же ты меня убьешь, то какая разница? Какой спрос с мертвецов? А так я немного отомщу Основателю. За то, что он так бесцеремонно поступил со мной.

– Так эта встреча – всего лишь следствие твоей обиды на начальство?

– Не играйся словами, мальчик. Всё куда сложнее. Думаешь, история для тебя закончилась? Организация существует больше тысячи лет. Что ей лет тридцать подождать, пока шумиха уляжется и сменятся поколения? Разберутся не с тобой, так с твоими детьми. От этого никуда не деться.

– Если не уничтожить вас всех.

– Как ты себе это представляешь? – рассмеялся он хрипло. – Ты даже одного меня найти не смог. А так хотел этого. Так жаждал. Вон как примчался, зная, что это ловушка.

– Так, может, ты и расскажешь, где остальных искать.

– Нет, этого я делать не буду. То, что я сказал, никак тебе не поможет. Лишь создаст дополнительные сложности моим коллегам. Большего я не расскажу. Считай это профессиональной этикой.

– Все думают, что не заговорят.

– Брось, – стряхнул он пепел, посмотрел на сигару и затушил её. – Я не все. Впрочем, хватит болтать. Пора приступить к эпилогу этой истории.

– Пора, – согласился я.

Шестой был невообразимо быстр. Я смог уловить движение, но не среагировать. Когда бьет высший бес, нельзя недооценивать угрозу.

Вот я и оценивал, как надо.

Стоило ему коснуться меня, как Шестой отлетел, сраженный разрядом тока. Когда знаешь, с кем предстоит сражаться, несложно предсказать логику поединка. Он быстрее, и я не в состоянии за счёт собственной скорости ответить. Раз так, значит, надо сделать невозможным прикосновение ко мне. То, что меня не отбросило ударом, было обусловлено тем, что я привязал себя ко всему полу. Шестой невообразимо силен, его удар отнял чуть меньше трёх процентов запасов энергии, но этого было мало, чтобы нанести мне какой-то вред.

Вторая особенность этого боя – невозможность подловить противника. Надо как-то его сбить с толку, ошеломить, хотя бы на секунду заставить потерять темп, и только после этого атаковать. Логичный ход – обеспечить себе возможность сбивать ритм врагу в любой момент.

Стоило Шестому коснуться меня, как вместе с разрядом активировалась вторая закладка. Надел я нестандартную броню. Как по функционалу, так и по внешнему виду. Последний изменился за счёт слоя мелких металлических частиц, обработанных специальным образом. По структуре они представляли собой ромбы. Ещё до того, как Шестой упал на пол, они слетели с меня, уподобившись рою ос, и набросились на мужчину.

Он упал, его накрыло черным покрывалом. Шестой перекатился, попытался стереть их с лица, на секунду его рука выскользнула из-под покрывала и… Ромбы трансформировались, связываясь между собой и превращаясь в монолит – укрепленную металлическую форму, что повторяла фигуру Шестого.

Так мой противник был пленен.

На этом я не остановился. Открыл портал позади него и, толкнув скованное тело, сам шагнул следом. Оказались мы в просторной, пустой комнате, высеченной прямо в скале. Разумеется, здесь было укреплено всё и вся.

Подготовил я это место в горах на случай, если потребуется пленить кого-то опасного.

Ещё один толчок, и Шестого впечатало в стену. Там же дополнительные оковы сработали. Применил печать трансформации и замуровал так, что никакие силы беса не помогут. Прямо сейчас он без доступа к кислороду, но ничего, пусть посидит, помучается. Меньше шансов, что придумает что-нибудь.

Неужели всё?

Я хорошо знал, что легкие победы – это всегда результат хорошей подготовки. И видят боги всех миров, готовился на этот раз особенно тщательно. Но неужели это и правда всё?

Когда показатели, которые я снимал с Шестого, резко дали сбой, я выдохнул с облегчением. Не могла драка с таким противником даться легко. Я нутром чуял, что возникнут сложности. Жаль, что чутьё не подсказало, в какой именно форме будет ход Шестого. Он…

Растворился. Просочился через оковы и вытек наружу. Спокойно приземлился на пол бесплотным призраком, чуть просвечиваясь, и снова принял материальную форму.

– Приготовил комнату для игр? – спросил он, оглядываясь и не выказывая признаков беспокойства. – Пусть так. Я не против.

В этот момент разум заработал с утроенной скоростью. Удивления я не почувствовал. Когда тебя раз за разом враги то удивляют, то шокируют, то спускают с небес на землю, методично доказывая, что всегда найдётся что-то новое, перестаёшь нервничать и суетиться по этому поводу.

Вместо суеты готовишь ультимативный ход, чтобы в случае чего ответить на любую угрозу. Я же подготовил два хода. Но, кажется, в этот раз гору обрушивать не придётся.

Шестой снова потерял форму. Рванул ко мне, используя половину от своей прежней скорости. Его рука метнулась к моей груди и…

Я успел активировать особую заготовку. Полыхнуло, затрещал воздух, резко стало неуютно, а сам Шестой исчез.

Отбегался.

А я применил то искусство, которым алхимики разрушили мир. Перешёл черту. Сделал это сознательно, насколько мог.

Все печати вокруг выжгло. От Шестого не осталось и следа. Энергия вокруг взбунтовалась. Я чувствовал, как её уничтожило в радиусе десяти метров, и сейчас она хлынула потоком, закручиваясь в водоворот. Если его не остановить, появится язва на теле мира, которая будет разрастаться.

Такова была цена за уничтожение Шестого.

***

Князь потёр виски и посмотрел на Родиона.

– Так, значит, Шестой уничтожен?