Сидор Звездосчётов
Приключения пятого класса 3. Снова в строю

– Кубик я «фишка-один», приём – ожила рация в утренней тишине голосом эльфа – отвечайте уже!

– «Фишка-один» я кубик – сказал полусонный дежурный – докладывайте.

– Подтверждаю проникновение войск Островного альянса на территорию империи. Они захватили Разделённый город быстро и кроваво. Пришли с океана и обустраивают плацдарм. Вижу семь… десять… двадцать один десантный корабль. Три авианосца. Эскадру поддержки и прикрытия. Скорее всего это еще не все. Выжившие гражданские захвачены в плен и определены на тяжелый физический труд или готовятся к погрузкам на корабли. Таскают им ящики, роют окопы. Скорее всего тут будут сосредоточены главные силы. Уж слишком они капитально закрепляются.

– Принято фишка. Эх… Не только от вас мы слышим плохие новости… Пока ожидайте. Продолжайте наблюдение.

– Отставить – вклинился новый голос – говорит: «Бук-один». Сворачивайте позицию и возвращайтесь. Вас заберут в точке «столб» через два часа. У нас тут такое… не поверите если услышите. Это видеть надо.

– Вас понял, выдвигаемся к точке «столб» …

СНОВА В СТРОЮ

Мы уже неделю жили в городе на Неве с Элиямией и не могли нарадоваться красотами и величественностью северной столицы и друг другом, конечно, тоже. Побывали и в Петергофе, и в Павловском. Ходили и к Спасу на Крови и к Исаакиевскому собору и Казанскому. Обязательно прошлись по невскому проспекту и полюбовались разводными мостами; показал я ей и крейсер-музей «Аврора», в этот раз мы попали внутрь, но я был не очень этому рад, ведь там было полно туристов, и мы почти ничего не увидели. Зато по палубе вволю погуляли и где-то у меня до сих пор есть фотографии в смартфоне с тех времён. Пытались попасть в Эрмитаж, но наткнулись на гигантскую очередь и решили попробовать в следующий раз. Конечно, посетили и Александро-Невскую лавру, и могилу Александра Васильевича Суворова. Всех красот и достопримечательностей этого города не описать. А что такое неделя в этом месте? Да ровным счетом ничего. Столько всего, куда хочется сходить, глаза разбегаются. Хоть мы почти все это время гуляли, не обошли и половины того, что хотели. Жаль, что не попали на речные экскурсии, но думали, что время есть еще, надеялись успеть. И забыв всех и вся наслаждались свободой и осенней северной столицей. Как по мне, в это время года она особенно прекрасна. Желтые и красные листья сверкают на деревьях и под ногами провожая прохожих, спешащих кто куда или просто прогуливающихся. И даже частое отсутствие солнца не портило облик города, а дождик не мог остановить нас. Я радовался прохладной погоде и отличной компании. Сложно описывать словами Санкт-Петербург, надо ехать и смотреть. Сколько раз я видел его на картинках и слушал рассказы о нем? Реальность оказалась в миллионы раз прекраснее. Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Этот город захватывает тебя полностью и влюбляет в себя с первого взгляда. Время летело стремительно. Как и всегда в таких случаях.

– И все же у меня сердце не на месте. – сказала как-то она, пока мы шли из кино – я чувствую себя предателем и изменником.

– Начинается – для приличия начал ворчать я, хотя понимал, что этот разговор давно напрашивается, и внутренняя борьба отражалась порой в её карих глазах, но чаще всего она не подавала вида об этом – а что не так-то?

– Да я не о нас. Я о… том… о тех… ну ты понял.

– Да понял, конечно.

– У меня приказ вернуться с тобой и часть меня требует, чтоб мы выполнили его. Как бы я не гасила это чувство, оно вырывается наружу… Но другая часть хочет остаться тут. С тобой. Только-только начали сбываться наши мечты.

– Вернуться со мной? А зачем?

– Нам грозят островные соседи и уже давно. Ты же помнишь в каком там все было состоянии, когда…

Я видел какое колоссальное усилие она приложила чтоб не расплакаться, вспоминая вновь прошлые события. Я приобнял её, и мы сели на лавочку в каком-то парке. Хотя глаза все-таки у неё были мокрыми уж явно не из-за дождя.

– Не вспоминай. Не надо. Хорошо то что хорошо кончается, такого больше не повторится. Все позади уже.

– Нет, не все еще. Я запомнила порядок возвращения отсюда туда. Но как потом оказаться снова здесь мне не сказал никто. Это является строжайшей тайной. Представляешь! Тайной! От меня!

– Это было бы смешно, если бы не было так грустно.

– Так-то оно так. Но мы там нужны. Все же, это моя родина и она в непосредственной опасности. Понимаешь? Я присягу давала. Ты тоже, кстати.

– Понимаю. Это то место, которое подарило мне тебя и незабываемый опыт, новых друзей и еще кучу всего. Но мы же хотели именно этого.

– Да… но это не честно по отношению… к ним.

К тому моменту она мне все рассказала про то, что было там после… известных уже событий. Поэтому я знал, что к чему. И глубоко скорбел о погибших ребятах. Так же всеми силами старался чтоб, и она уже оставила думы о Междуречье. Да и теперь мне не очень-то хотелось туда возвращаться, как бы цинично это не звучало. Да простят меня мои друзья! Эля находилась рядом и тут было мирно. Мы гуляли по осеннему Питеру! Что еще желать? Но, признаюсь, все её рассказы и этот разговор вызывали во мне желание все бросить и направиться на помощь, почему-то. Да и в глубине души я отлично понимал, что что-то похожее вот-вот должно было произойти. И опасался этого. Я закурил и продолжил.

– Нечестно. Но…

– Знаю. Погоди-ка… Есть идея. Мы вернёмся туда, я по-другому не могу. И я выкраду или как-то узнаю секрет перемещения, это я умею лучше всех. И мы навсегда вернёмся сюда. После того как выполним свой долг еще раз. В этот раз крайний.

– Поступая иначе я бы чувствовал себя трусом и предателем. Но я с тобой согласен.

– Ой бросьте. Вы не трус. Что еще меня беспокоит… то сколько лет прошло там. И не поздно ли уже? Как нам вернуться к тому месту откуда мы перенеслись?

– Побыстрее или помедленнее?

– Эхх… – она огляделась на мирно прогуливающиеся пары, кружащиеся в падении листья и начинающийся мелкий дождик – к сожалению, побыстрее.

– Тогда на самолёте. – я достал свой смартфон и вызвал сайт покупки авиабилетов – На завтра вот в интернете нашел я рейс.

– На чём? Где что нашел?

– Хе-хе-хе. Не обижайся. Все никак не могу привыкнуть к этому.

– Ну-ка пошли в номер! Я тебе покажу как смеяться надо мной!

– Ой-ой-ой, простите госпожа полковник, провинился…

В начале следующего дня мы уже были в аэропорту Пулково на регистрации. Где и когда Элиямия раздобыла себе нужные документы я так и не спросил. Но факт остаётся фактом, когда мы покупали билеты на поезд в Санкт-Петербург, я только хотел сказать, что нужен паспорт, как она мне протянула его.

– Это надо?

– Конечно, но откуда…

– Ишь, какой вы любопытный! Оттуда. Не зря же меня учили.

По ее взгляду я понял, что далее расспрашивать бессмысленно. И больше не возвращался к этой теме.

Пройдя все формальности мы вышли в зал ожидания, и она сразу прильнула к стеклу, за которым виднелись самолёты, готовившиеся к вылету. Или только прибывшие. Время от времени даже через довольно толстое стекло раздавался приглушенный шум и по полосе, разбежавшись взмывало в небо очередное воздушное судно. Признаюсь, у меня все что связано с авиацией, тоже до сих пор вызывает восхищение и интерес. Даже уже потом, когда прошло много лет с этих событий, я все еще всегда стою около окна в этих залах ожидания и смотрю на лётное поле, когда куда-нибудь лечу. Но мы отвлеклись. Элиямия с почти детским восторгом глядела на больших небесных красавцев, не отрывая взгляда.

– Вот это махины! Шумные, но ничего. Когда я видела ту летающую машину, ну помнишь? «Дракон». Я никогда не думала, что и мне когда-то доведётся полетать в небе. А это не страшно?

– Дело привычки, по большей части. Мне всегда было больше интересно чем страшно.

– Ой-ой какие мы храбрецы. Ну куда бежать.

– Ага. А главное скромные.

Она вновь рассмеялась, своим чарующим смехом. Мне это никогда не надоест.

– Очень это все интересно. Расскажи мне о них вот это что за самолет?

– Эйрбас А триста двадцать, это пассажирский реактивный лайнер с узким фюзеляжем. А также это первый борт, на котором применили электро-дистанционную систему управления. Мы на нем и полетим, кстати.

– Ну и названьица у вас тут. И что все это значит? Я поняла только слово применили.

– Это то что я помню про этот самолёт. На этой модели самолётов испытали впервые дистанционное управление. То есть чтоб им управлять с земли в экстренных случаях, например.

– Зачем?

– Ну мало ли что с пилотом.

– Так нехорошие люди могут этим воспользоваться в своих целях. Захватить там или еще что… так стоп! Куда-то не туда меня понесло. Забыли. А что такое фузэ…фьюзи… фуюзельяж?

– Фюзеляж. Простыми словами это корпус самолета, соединяет собой крылья, хвост в одно целое.

– Наконец-то немного понятные слова. А хвост – это та штука в конце фэзеляжа? Ой…

– Да, не бери в голову. А так-то ты права. С помощью этого самолет набирает и сбрасывает высоту, и поворачивает в небе.

– Надо же. А эти колёса в низу. Как называются.

– Шасси.

– А я только начала привыкать к слову на букву ф.

– Еще есть закрылки и предкрылки или элероны.

– Так ты специально да? Признайся, что только что это все выдумал.

– А что смущает? Умные слова?

Чем дальше продвигался этот диалог, тем я всё явственнее понимал, что она специально меня подначивает, делая вид что капризничает, преследуя пока только ей ведомые цели.

– Скорее заумные.

– Это я еще не все термины знаю.

– Так я и поверила.

– Ну например хвостовое оперение самолета делится на киль это вертикальная плоскость и стабилизатор – это, соответственно, горизонтальная плоскость. На киле есть руль направления на стабилизаторе руль высоты.

– Умничаешь?

– Нет просто изучал. Довольно давно, многое уже забылось.

– Ну хорошо, а что это у них под крыльями… это же крылья?

– Да. Это реактивные двигатели.

– Это они так шумят?

– Да. И приводят самолёт в движение.

– А это что?

К дверям подъехал автобус, который повезет нас к трапу, и тут же объявили посадку на рейс. Любопытство Эльки разгорелось еще сильнее. И я видел, как ей не терпится попасть внутрь воздушного судна. Не стану скрывать мне тоже. Я всегда любил полёты и действительно интересовался самолётами. Но сейчас не об этом.

– Вот это громадина! – восхитилась Элиямия заворожено глядя на авиалайнер, как только мы вышли из автобуса у подножия трапа.

– Бывают еще больше. Вот, например до сих пор существует транспортный самолёт АН-225 «Мрия». Он может перевозить внутри себя много тонн груза. Когда-то он был самым лучшим по грузоподъёмности. А самое интересное что снаружи к нему может прикрепляться космический корабль «Буран». И …

– Стоп! Я еще не переварила хвосты и крылья, а тут еще и какой-то космос, и «Буран».

Тем временем мы поднялись на борт и стали занимать свои места. Внутренняя обстановка лайнера не произвела на неё такого же сильного впечатления, но и не испортило его, судя по глазам. Она и не подозревала какие героические усилия воли я сделал над собой чтоб посадить её у иллюминатора, а не себя. И теперь она с интересом наблюдала за рулением к полосе.

– Ой, а это что? Ну вон те пузатенькие со странными штуками на верху.

– Вертолёты.

– А они для чего?

– Тоже перевозят пассажиров и грузы, но на меньшее расстояние и не так быстро. Они могут зависать в воздухе на одном месте и проводить спасательные работы, например, или обстреливать противника. Много у них применений так-то. О вырулили. Сейчас полетим.

Самолет замер на взлётной полосе. Через несколько секунд, он напрягся, взревя двигателями и начал набирать скорость. Нас вжало в спинки сидений. Я видел, что ей доставляет дискомфорт непривычная скорость и положение тела в пространстве. Но не подавая виду Эля глядела в иллюминатор на то, как сначала пилот задрал нос, а потом земля стала быстро удаляться. Я показал ей как избавиться от заложенности в ушах. И дальше мы говорили шепотом уже после того, как набрали нужную высоту и можно было отстегнуть ремни.

– Вот это да! Незабываемые ощущения.

– Это ты еще посадку не видела.

– Жду не дождусь. Сколько лететь?

– Два часа. Или около того. Если что уборные находятся в хвосте.

– А почему крылья шатаются?

– Не переживай. Это так и должно быть. От встречного ветра, еще кое от чего так происходит. И они не шатаются, а качаются слегка.

– Я так люблю, когда ты мне что-то рассказываешь. Особенно со знанием дела. Такое лицо умное становится. Ммм… это так заводит… дотерплю ли теперь до того момента пока сможем остаться одни?

– Хочешь помогу?

– Нет-нет, я потерплю.

– Мы ж решили сразу как приедем…

– Да-да, я помню. Никуда они от нас не денутся. Отправимся завтра утром. Хочу насладиться хоть еще одной спокойной ночью. Не порти момент.

Она положила мне голову на плечо и не отрывая взгляд от окна незаметно уснула. Да, однообразный пейзаж успокаивал и убаюкивал. Ведь под нами простирались плотные облака. Мы сидели так что могли прекрасно все видеть крыло было чуть впереди нас и не закрывало обзор. Спокойствие и безмятежность её сна постепенно стала передаваться и мне. Вдруг из облаков вырвался вертолёт ярко фиолетового цвета. И очень легко нас нагнал и стал кричать:

– Пристегните ремни безопасности!

Я резко проснулся. Возможно немного дёрнулся, ведь Элиямия тоже открыла глаза.

– Дурной сон? – спросила полковник.

– Да. Лёгкий ужастик. Пристёгивайся. Скоро посадка, снова может уши заложить.

На следующее утро, а точнее ближе к обеду, мы еле как выволокли себя из тёплой и самой уютной в мире, как нам тогда показалось, кровати на улицу и отправились на встречу судьбе. Иди до парка было не далеко, квартала два, от квартиры которую мы сняли. Погода стояла теплая, солнце светило ярко и весело с чистейшего, голубого неба, но из-за ветра было прохладно. Я вновь прилагал всю свою силу воли чтоб переставлять ноги в нужном направлении. Видел, что ей тоже это не легко давалось, но мы помнили наш уговор, и никто не хотел его нарушать.

– Больше никаких выкрутасов. – наконец нарушила молчание Элиямия – без моего ведома больше ни шагу.

– И как ты себе это представляешь?

– Даже не знаю. Переведу тебя в штаб.

– Смешно.

Тем временем мы дошли до той самой балки в «собачьем парке». Эля заранее начала готовиться к переносу, проводя какие-то манипуляции с непонятным мне устройством, и как я понял по её глазам мне лучше не вмешиваться и не выяснять подробности. Тогда я почему-то не задумался о тонкостях переноса, видимо мысли были другим заняты.

– Впервые я по своей воле туда переношусь.

– Тогда не будем терять времени.

Она вновь превратилась в полковника. Движения стали более четкими и резкими, поменялся взгляд, стал властным и сосредоточенным, она как будто напряглась изнутри. Какая разительная разница со вчерашней Элиямией, спрашивающей меня о самолётах. Я хотел что-то еще сказать, но тут мир вокруг меня, как будто отключили и не осталось ничего кроме темноты и покалывания во всём теле. Хоть это и длилось доли секунды, как всегда.

– О! госпожа полковник! – услышал я голос пока глаза привыкали после переноса – «вершина», они вернулись.

– Вольно, рядовой.

– Мне приказано проводить вас к генерал-майору Анелуг.

– Это кто?

– Начальник генерального штаба.

– Давно?

– Года три уже. А вас сколько не было?

– Это я хотела бы у вас спросить.

– Минуту – он достал записную книжку из рюкзака и календарь, после каких-то манипуляций продолжил – пять лет, четыре дня и двадцать часов.

Она украдкой и с удивлением посмотрела на меня. И одними губами прошептала «Пять лет!». Как мне показалось, немного с укоризной. Я и сам понимал, что мы несколько задержались. Но пять лет! Там то прошло дней восемь или десять примерно. Ну с того момента как она меня нашла. Нас вывели из уже знакомой пещеры и посадили в закрытую машину-вездеход явно бронированную, с пулеметом на крыше. Таких я еще тут не видел. На улице было начало лета, судя по календарю, висевшему около места, где располагался часовой, встретивший нас. Но погода не радовала всех кроме меня. Пасмурное небо роняло редкие капли дождя и было ощутимо прохладно для этого времени года. Водитель резко дал газу двигателю, и мы потряслись по грунтовой дороге. Ехали молча, осматриваясь по сторонам. Но в лесу то точно никаких изменений не было, разве что иногда, между деревьев мелькали какие-то боевые машины, скорее всего противовоздушный щит столицы. А вот когда она сама показалась через пол часа…

– Ого! Какая…

Эля явно не могла подобрать нужные слова. Зрелище впечатляло, город точно вырос в размерах. Это был уже не тот же Линажград который я помнил. Многоэтажные иссиня-белые дома, перемешивались с зелеными парками и коттеджами, теряясь в дали. Новая высокая каменная стена, ощетинившаяся пушками сверху, и бойницами примерно в середине обрамляла все это, на сколько хватало взгляда. Красные флаги с заходящим на добычу ястребом реяли на ветру. Ворота были открыты и надёжно охранялись. Форма солдат, скорее всего клонов, не претерпела изменений, по внешнему виду точно. Когда мы проезжали мимо они встали по стойке «смирно». Нас они не видели, стекло было затонировано. После проезда ворот мы смогли насладиться видами преображенной столицы в близи. Заасфальтированные улицы, аккуратненькие газоны, дома в одном стиле, но в то же время разные и идеально вписывающиеся в городской ансамбль. Фонтаны вздымались на площадях. Не знаю, специально или нет, но водитель проехал через площадь первооткрывателей. Где я увидел памятник. Не стал его рассматривать по понятным причинам. В первые, возможно, я видел Линажград мирным. С прогуливающимися парочками, спешащими по своим делам служащими и функционирующим общественным транспортом. Скорее всего это были автобусы, ведь контактных линий для троллейбусов я не видел. Народу на улицах было достаточно много, да и движение транспорта было плотным мы даже немного постояли на светофорах и попали в небольшую пробку. Причудливые машины ездили туда-сюда по мостовой; какие-то можно было сравнить и с нашими, какие-то я не возьмусь даже описывать, это надо видеть самому. Тем временем мы доехали до штаба. Трёхэтажное, с виду совсем обычное здание, выделяющееся только тем, что на крыше стояли два флага, империи и вооруженных сил. На зеленом поле последнего изображена та же хищная птица, но в полёте, зорко следящая за границами империи. Так же штаб охраняли вооруженные клоны за высоким каменным забором и кованными, укреплёнными воротами, сразу после нашего проезда закрывшимися. На парковке рядом с чистенькими автомобилями стояла вся пыльная не определённого цвета малолитражка со спущенными колёсами. Чем-то она напоминала мне гибрид оки и фольксвагена жук. Да именно так.

– Не обращай внимания – сказала Элиямия, выходя их джипа и увидев куда я смотрю – это моя карета. Служебная, конечно. Она хорошая, только устала меня ждать.

– Что это за марка?

– Аквила моторс. Город мини.

На входе в штаб она подошла к дежурному и о чем-то с ним переговорила.

Нас провели в кабинет к заместителю Анелуга. Как потом выяснилось его самого не было. Он инспектировал «какие-то подразделения». Нас проводил в кабинет адъютант Гленор.

– Ну наконец-то! Будем знакомы я генерал Ротекив – встретил нас обрадованный человек высокого роста с окладистой бородой и довольно тучного телосложения, в просторном кабинете с портретом императора за спиной – вольно. Мне велено донести до вас приказ. И ввести в курс дела. С чего начнем? Вы присаживайтесь, вот пепельница, если хотите вот угощайтесь. Это «высокогорные». Чай, кофе?

– Нет спасибо – сказала полковник, пока я прикуривал – вводите в курс дела.

– Более подробно вам расскажут уже на месте. Несколько дней назад был обнаружен крупный десант островного альянса вторгающимся в наши земли. Без предупреждения. Они заняли Разделённый город, что на берегу океана, основали там мощный плацдарм и продолжают наступать. Мы готовим линию обороны, от Мёрзлой топи до Вомижа. Серьезное боевое укрепление, одним словом… Что там еще?!

В приёмной послышалась возня и шум. Из-за двери мы слышали все приглушенно, но все же разобрать слова было можно.

– … Пропусти! А я тебе говорю пусти, мы все равно пройдём! – говорил один голос.

– Не положено у генерала посетители. Ожидайте в приёмной! – возражал ему адъютант.

– А вот я ща как возьму, как начищу тебе физиономию вот этой штукой – продолжал еще один голос – Ты хоть помнишь, как она называется?

– Ты угрожаешь мне оружием?

– Это я еще не угрожаю! А предупреждаю. Ага!

Тут видимо они скрутили адъютанта потому, что мы услышали сдавленный вскрик и падение чего-то тяжелого на пол. Еще через пару мгновений все стихло и открылась дверь. Я в целом ожидал увидеть то, что увидел, но…

– Господин генерал – виновато заговорил сидящий привязанный к стулу секретарь – я…

– Отставить – ответил улыбающийся Ротекив – развяжите его! Вы молодец Гленор, возвращайтесь к работе.

На пороге я увидел эльфа и дока грязных, в боевом обмундировании с оружием, явно только вернувшихся с задания. Они изменились за это время и теперь были старше меня не только по званию. Хотя, судя по огоньку в глазах пулеметчика на этом изменения заканчивались. И в итоге я был прав, но сейчас не об этом. Встав по стойке «смирно», бойцы глядели на генерала.

– Господин генерал, разрешите обратиться к госпоже полковнику. – начал эльф, пока док смотрел на меня и не мог подобрать слова.

– Госпоже? – шепотом спросила Эля у самой себя.

– Разрешаю. Вольно. Можете присесть, раз пришли.

– Госпожа полковник, здравия желаю. Прошу вас, не двигайтесь. Я, конечно, не верю в приведения, но за вами точно призрак и вид у него очень недобрый… вон как ухмыляется, гад. Щас я его!

– Хватит. Я тоже рада вас видеть. И прошу поверить мне на слово. Это он и он жив.

– Ага. А я…

– Хватит. – вступил генерал – это приказ. Докладывайте «Жало».

– Задание выполнено, потерь нет.

– Хорошо. Принимайте пополнение и продолжайте. Теперь вы сержант, слушайте приказ поступаете в распоряжения майора Атокана. Восстанавливайтесь в группе «Жало». Полковник, вы принимаете командование своим подразделением. В которое мы по вашей давней просьбе уже включили группу «Жало». Ваша дислокация объект «Улей». Сбор там завтра в восемь ноль-ноль. Вопросы?

– Можно потрогать призрака?

– Смешно. Свободны. И чтоб больше я не видел таких выкрутасов! Ясно?

– Так точно!

Выйдя из кабинета, эльф и док с недоверием смотрели на меня. Но сперва все-же подошли к многострадальному адъютанту.

– Ты не держи зла на нас. Мы не любим слово нет. И не вставай больше у нас на пути.

– И скажи спасибо что не начали стрелять с перепугу.

Он промолчал зло глядя на них исподлобья, и мы пошли на улицу.

– Ну и как это понимать? – начал эльф на крыльце – я точно видел, что он…

– Угомонись уже. – сказал док.

– Теперь давайте я все расскажу – прервала их Эля – да мы все знаем, что случилось. Все видели и чувствовали. Так же мы знаем откуда он, и вот тут начинаются интересные нюансы. Во-первых, для меня тоже это был шок, во-вторых, оказывается есть даже для меня секретные сведения. И я вам сообщу то, что знаю сама. Он жив. Точно. Я проверяла. И не раз.

– В последнем я не сомневаюсь.

С этими словами эльф крепко обнял меня. А потом и док тоже.

– Я не знаю, что и сказать… Слава Небу что все так вышло… что ли.

– Он скучал. – продолжил док – Я точно видел.

– Я рад вас видеть обоих. И я не призрак.

– Ну нет. Теперь ты будешь именно призрак.

– Тебе идёт.

– Спасибо док. Гляжу вы теперь лейтенанты. Поздравляю.

– А еще нам выделили машину. Которая куда-то опять уехала без нас.

– И вертолёт.

– Кого? – удивилась Элиямия.

– Вас долго не было госпожа полковник. В техническом плане мы шагнули далеко вперед. Теперь у нас есть авиация. Небольшие изменения в военном уставе.

– Так, а самолёты есть?

– Конечно.

– Да уж… оставила их, называется, на пару лет без присмотра. Давайте-ка все втроём езжайте в расположение своё. У вас куча дел. Устраивайте десятку, ой, то есть призрака и принимайтесь за работу.

– Есть. Мы только машину нашу найдём.

Она подошла ко мне, когда они ушли.

– До встречи. Не хулиганьте. Наша разлука не будет долгой. Встретимся завтра на месте. Как бы я хотела позвать тебя к себе, но…

– Да я все понимаю. Отпуск закончился, пора работать.

– Как только все закончится, мы вернемся к тебе и останемся там навсегда.

– Жду не дождусь.

И быстро меня поцеловав, упорхнула к своей уже почищенной и готовой к поездке машине. В это же время подъехал камуфлированный джип с крупнокалиберным пулемётом на крыше. Чем-то он напоминал мне наш «УАЗ», скрещенный с «Нивой». За рулём, конечно же сидел эльф, рядом сидел док.

– Садись сержант. Прокачу с ветерком.

– Слушаюсь, господин лейтенант.

Внутри было весьма просторно. Я сел на заднее сидение за водителем. С другой стороны, было еще одно сидение сейчас пустовавшее, по середине стойка турели. Эльф дал газу, и мы помчались в сторону базы.

– Ну рассказывай, как все так вышло то?

– Знал бы я еще сам. Когда… это все случилось… Я очнулся в своём мире, в вагоне в котором сюда попал, как ни в чем не бывало; потом меня она нашла в моем мире и вот я снова тут. Более подробной информации у меня нет.

– Вот подполковник, а. Хорошо устроился.

– Обхохочешься. Я же просил тебя… Когда-то.

– Это десятка просил, а призрак еще нет.

– Да хватит вам. Ща приедем получишь снарягу и оружие. Завтра или сегодня шмель будет тебя проверять.

– А что там будет?

– Стандартные тесты, как лев нас учил. Ничего нового. Потом нам обещали обучение.

– Новеньких много?

– Нет, только один, и тот призрак.

– Ха-ха.

– Что «ха-ха»? Он прав так-то. Они уже почти пять лет с нами, хотя на задание стали ходить месяц назад. Шмель их с нуля обучал. И теперь у нас во взводе с ним и с тобой двенадцать человек.

– Не парься. Тебя к нам в шестёрку направят, я постараюсь. А то этот скат скучный такой. С тобой веселее пойдет дело.

– А вы за это время ходили куда-то?

– Почти нет, обучение, боевое слаживание и все такое.

Дорога была просёлочной, гравийной, но сразу было заметно что ей часто пользовались в том числе и танки. Трясло не очень сильно, рессоры стояли что надо. И в салоне было тихо. Пока я не открыл турельный люк, потому что накурили мы уже так что стали слезиться глаза.

– Не трогай ничего без спроса. Тут есть система вентиляции, закрой люк. Я сейчас ее включу.

Система действительно за несколько мгновений все вытянула и очистила воздух от всех миазмов. Но как по мне лесной воздух был лучше. Пусть и вместе с шумом.

– Это новая модель вездехода разведки ТР-4. – рассказывал док – Броня шесть миллиметров, тяжелый пулемет и гранатомёт, рассчитан на шестерых. С оружием и припасами. Там в заднем отсеке еще место для двоих и для груза. Окна не открываются, но есть климатическая система с фильтрами и запас воздуха на пол часа. Она может даже плавать на глубине до семи метров, если ее загерметизировать. И по поверхности воды.

– Крутяк. Много еще новых игрушек?

– Достаточно. Теперь мы еще и летаем. Но тут надо показывать.

– Что еще интересного?

– Всему своё время. Приехали.

Действительно за окном показалось знакомое надземное строение «Улья». С первого взгляда ничего не изменилось. Но внутри было много нового. Весь объект визуально переделали, стены теперь были выкрашены в светло зеленый цвет, пол выложен ламинатом, металлические серые двери были явно усилены броней и в каждой было по два отверстия-бойницы. Нас запустили нас через главный въезд, который пока мы не подъехали не открылся. И было чувство что эльф рулит прямо в деревья. Одним словом, внутри стало куда уютнее. Гараж вмещал десять обычных машин и связывался с танковым гаражом. В котором я так и не побывал. Но как мне когда-то объясняли он и сейчас не пустовал. Знакомыми коридорами добрались до той же самой казармы. Там было пусто.

– Не удивляйся – сказал эльф – они только вечером с учебного задания придут.

– Вот, располагайся – продолжил док – Мы так и не пустили никого на твое старое место.

– Ага ври дальше.

– Так звучит официальная версия. Теперь пойдём за формой.

– Я помню куда идти. Давай мои доки.

Еще раз, в казарме ничего не изменилось. Кроме цвета стен и нового пола. Кто-то даже постелил на него ковер. Или нет, кажется она стала чуть больше, и появилась еще несколько двуспальных кроватей. Я бросил в шкафчик свою любимую сумку и пошёл в оружейную. На удивление там уже был другой человек. Хотя я надеялся встретить Явикьра.

– Приветствую сержант – начал он, просматривая мои документы – я Майор Тонигъ, заведующий складом вооружения. Ага, так-так. Сержант значит. Сейчас все принесу.

Через несколько минут он вернулся с ящиком закрытым и опечатанным.

– Примеряй. Это все твое.

Там лежала моя парадная форма, которую я так и не надел. В этот раз уже с пришитыми сержантскими погонами. А также летняя и зимняя полевая одежа. Уже без знаков различия. Так же выдали новую разгрузку тоже белой и зелёной расцветки, под неё теперь одевался легкий и прочный бронежилет. На голову каска со встроенной рацией, защита для локтей и колен тоже новая, легкие щитки для голеней и набедренники, очки защитные, тактические перчатки и берцы. Сразу выдали оружие тот же пистолет с двумя запасными магазинами. Модель штурмовой винтовки осталось та же, а вот обвесы уже обновлены. Появился подствольный гранатомёт, бесшумный и беспламенный глушитель, фонарик и коллиматорный прицел, рожок вмещал уже сорок патронов. Которых кстати не выдали. Зато выдали нож.

– Получишь у себя. – объяснил майор – по новым правилам я не могу вам выдавать боеприпасы. Донесешь сам?

– Конечно, а разрешите вопрос?

– Валяй.

– Где Явикьр?

– Он в генеральном штабе теперь. Это все что я знаю. Вот подпиши тут.

Он выдал мне бумаги, по которым я поступаю на довольствие в спецотряд «Жало» с таким-то жалованием и так далее. Так же куча бумаг по секретности, ответственности и еще чем-то я уже не помню. После оформления документов я пошел в сторону наших.

– Ну вот – сказал эльф, когда я переоделся в повседневную форму – другое дело, приятно посмотреть.

Они тем временем привели себя в порядок и сидели в казарме за столом, стоявшим по середине, и курили.

– Скоро с командиром познакомишься и с ребятами. Кстати, мы позволили себе вольность и твое любимое место чуть облагородили пойдем покажу. Док ты с нами?

– Нет я тут побуду.

На самом деле там почти ничего не поменялось. Эльф просто сделал более удобное и мягкое сиденье на упавшем дереве. Теперь туда вмещалось трое человек с комфортом, ну и вырезал, зачем-то мой старый позывной. Резкий укол ностальгии пронзил меня, когда я сел на новое место. И первая встреча с Элиямией, и… нет, хватит об этом. Это прошло, и ушло. Забыли.

– Спасибо тебе эльф. Но почему только я? А где остальные погибшие?

– В уголке памяти в учебном классе. Тебя мы сегодня оттуда снимем. Пойдём обратно, скоро все придут.

Через два часа, когда уже вечерело, вернулась остальная часть группы. Меня почти сразу вызвал командир.

В его кабинете все было по-прежнему, ну кроме нового стола и цвета стен и пола. Он сидел и читал моё личное дело и новые документы.

– Господин майор…

– Вольно, садись – недослушав моё приветствие сказал шмель – о тебе рассказывали. Наслышан. Рад познакомиться лично. Ветераны за тебя просили, и я пошел им на встречу, будешь в первой шестёрке. – и когда они успели? – Там старший Мъеруд теперь. Но сперва, собирайся пойдем на полосу препятствий, поглядим что ты умеешь, ну или помнишь. Времени много прошло. С собой полное боевое снаряжение, патроны получишь на месте.

Через пол часа мы встретились с командиром на знакомом полигоне номер семь. Где была стандартная полоса препятствий для нас, стрельбище и несколько тренажеров. Рядом располагался склад боеприпасов. Там по большей части хранились учебные патроны, но и боевые тоже были.

– Что ж. Пять лет срок не малый, поэтому сперва поглядим на самом ли ты помнишь необходимый минимум, хотябы. Давай по нормативу для начинающих. Потом повысим савки.

Я не стал спорить, ведь если он не знает как идёт время в наших мирах и что для меня прошло чуть больше недели с момента… последнего боя, а убеждён что прошло пять лет как для них, то кто я такой чтоб его в этом разубеждать? Я быстро размялся и подошел к оружейному столу. Руки прекрасно помнили, как собирать и разбирать модели оружия, лежащие там. Ну и моё табельное, конечно, тоже.

– Хм… впечатляет – сказал он когда я закончил – зачет. Продолжаем. Сходи получи патроны и остальное.

Далее была полоса препятствий со стрельбами боевыми, метанием учебных гранат и управлением основными единицами техники на тренажёрах. Целых два часа он меня гонял по всевозможным тестам, в том числе и теоретическим. Каждый раз удивляясь или делая вид что удивляясь моим успехам.

– Молодец, хороший, стабильный среднячок по результатам. Что ж эльф был прав. Поступаешь к ним, теперь уж точно. До завтра свободен, расположения отряда не покидать.

– Есть!

На выходе с полигона меня встретили мои друзья.

– Ну что? Как?

– Порядок. Меня к вам направили.

– Я так и знал. Там полковник твоя приехала. Сказала после ужина сбор. Какое-то объявление будет.

– Где она?

– О, не спеши, подполковник. Она на докладе у Жленарин.

– Ты опять?

– Нее, тебе показалось. Пойдем. Скоро ужин.

Мы неспеша прошли в расположение нашей группы. И не задерживаясь заняли места в учебном классе. В казарме было не протолкнуться от пришедших туда людей.

– Ну что призрак, готовься проставляться – начал док – на подходе еще трое из нашей подгруппы. О, вот они! Проходите парни. Знакомьтесь это призрак, новый боец-штурмовик «Жала-один». Это искра он у нас за гранатомётчика и подрывника, далее меч он снайпер, ну и скала радист-инженер. У нас всё как обычно, то, что было до «Жала» мы забываем. Все же помнят? Начинаем все с чистого листа. Вопросы?

Ребята сидели или делали свои дела, молча изучая меня, а я изучал их. Тем временем подошло время ужина. Столовая изменилась сильнее всего. Теперь там стояло три стола буквой П. За боковыми столами сидели младшие чины группы, а за центральным сидели шмель, док и буря, инструктор и командиры соответствующих подгрупп. Не претерпело изменений качество пищи. Я даже немного соскучился по простой, но вкусной и питательной солдатской еде. Было бы еще по чему скучать. После ужина мы пошли в класс, теперь только там официально разрешено было курить. Как нам рассказали это потому, что там теперь установлена улучшенная система вентиляции и гореть там нечему, кроме тряпки которой стирают с доски и то если она сухая. Там нас и застал визит полковника.

– Смирно! – приказал шмель. И мы выстроились возле парт – госпожа полковник, группа специального назначения «Жало» в полном составе собрана и построена!

– Вольно! – сказала она, проходя на место учителя вновь в своей полной офицерской парадно форме, точь-в-точь такая же как при первой встрече здесь же – присаживайтесь. Итак. Я полковник Элиямия Анеллераг командир третьего разведывательно-диверсионного батальона. К которому приписана теперь и группа «Жало». Теперь, слушай боевой приказ. Второму отделению собраться и подготовиться к завтрашнему отбытию на южный участок фронта, ваше временное место базирования город Вомижь. Первому отделению, так же собраться и приготовиться к отправке на северный участок фронта вы пока будете базироваться около города Гролди. По прибытию вас встретят кураторы у них же будете получать задания и перед ними же отчитываться. Вопросы?

– Какова ситуация на фронте?

– Хороший вопрос… скала. Ситуация стабильно тяжелая, враг большими силами продвигается к нашей главной линии обороны, проходящей поперёк всей страны. Мы решили её назвать объект «Алмаз», передовые силы изнуряют и изматывают его как могут, отступая, но этого недостаточно. Завтра в десять ноль-ноль за вами прилетят вертолёты, на ТРках выданных уже на каждое отделение вы грузитесь на них и убываете на точку. Атокан, вы готовьтесь получить новый взвод для обучения. И кстати насчет обучения, вы десят… то есть призрака проверили?

– Так точно. Вот его результаты.

– Хмм. Ну лучше, чем ничего – хотя по еле заметной улыбке и выражению глаз я понял, что она довольна увиденным, ну или меньшего не ожидала – куда вы его определили?

– В первое отделение. За него ветераны просили.

Я все никак не могу привыкнуть что их ветеранами теперь называют. Хотя это и вполне заслуженно. По знакомому взгляду я понял, что полковник не очень этому рада. Так же я заметил, что она нет-нет, а украдкой, незаметно для всех смотрела на меня все это время. А я, не стесняясь любовался её формой или формами. Не думаю, что Эля этого не заметила.

– Теперь о приятном. – продолжила полковник – Постройте всех в коридоре майор.

Когда мы все выстроились вдоль дверей Элиямия стала зачитывать приказ.

– Младший сержант Склёнрон, ефрейтор Виболнер и ефрейтор Краполир, вам присваивается очередное звание сержант и младший сержант соответственно, поздравляю!

– Служим великой Междуреченской империи!

– Выйти из строя для получения новых знаков отличия!

– Есть.

– Далее…

Что она говорила дальше для меня почему-то перестало быть интересным, я в который раз залюбовался её глазами и не только глазами, и совершенно потерял связь с реальностью. Только команда «Разойдись» вернула меня обратно.

– Призрак, эльф, к командиру! – Крикнул док пока все пытались одновременно войти в казарму. В кабинете шмеля нас ждали док, майор и полковник.

– Разрешите войти?

– Заходите.

Док стоял перед столом, за которым сидели командиры. Мы подошли к доку строевым шагом и вытянулись в струнку рядом с ним.

– Мы рассмотрели результаты твоих тестов, призрак, – начал майор – и решили, присвоить тебе очередное звание старшина.

– Служу великой Междуреченской империи!

– И полковник, тоже кое-что сказать хотела. Прошу вас.

– Спасибо. Я специально не говорила, но тебя наградили медалью за боевые заслуги. Как и всех выживших в том бою, погибших же наградили орденом императора первой степени. Извините что так долго, но были причины. Я просила, что б вас наградили всех разом. Поэтому от лица армии его величества и от себя лично я сердечно поздравляю вас и для меня большая честь вручить эти награды вам.

– Служим великой Междуреченской империи!

Она, сияя своей искренней улыбкой, каждому по очереди прикрепила медаль. И еще раз поздравила. Потом козырнула и сказала:

– Так держать! Теперь вы свободны, отправляйтесь готовиться к отбытию.

– Есть!

Я был рад, очень. Не каждый день тебя награждают. Мы с эльфом пошли в казарму, но на полпути нас перехватил док.

– Это… десят… да бл… призрак, тебе просили передать это. Эльф, ты чего уши греешь, чеши давай куда чесал.

– А что я? Я ничего… это же, как всегда, стараются все, а всё лучшее детям. Я-то думал, что ты его ща поцелуешь. От полковника…

И залился своим звонким смехом. Который честно сказать, заражал. И вскоре смеялись уже все трое. А когда ребята ушли я прочёл записку. Хотя и так подозревал, что там написано.

«Там же через час.

Э.»

Трудно было не понять, о чем идет речь. Я не стал откладывать и сразу направился на своё… ну теперь уже наверно наше место. На всякий случай тщательно осмотрелся на подходе к нему. Но если уж док и эльф и хотели в который раз на нас поглазеть, то спрятались на славу. А может они и не подглядывали и я, зря на них наговариваю? Я бросил потуги их найти сел и закурил «Высокогорные». Погода чуть улучшилась. Дождя не было, но облака все так же висели низко, было прохладно, но не сыро. Только-только начало по-настоящему темнеть. Не совсем привычный летний пейзаж этих мест завораживал. Частый смешанный лес с редкими прогалинами простирался до самого горизонта. Чуть ниже меня деревня отдыхала после трудового дня. Кстати, я только сейчас заметил, что вокруг Лесного привала раскинулись Пшеничные поля. И в самом селении стало больше домов, или всегда так было? Памятник императору снова вернулся на постамент. Тишина завершала этот вид.

– История сделала полный круг, да? – неожиданно сказал знакомый голос совсем рядом.

– Она циклична, люди правду говорят.

Все было как в наш первый вечер знакомства. Только намного теплее. Она присела на сделанное эльфом сиденье и положила голову на плечо. Какое-то время мы сидели молча. Любуясь пейзажем.

– Вас отправляют туда. А я опять остаюсь тут в штабе.

– Ничего страшного. Мне так спокойнее будет, за тебя.

– А мне? Я хотела, чтоб вы тут остались, все. Были другие планы немного. Но приказ сверху пришел. Нужны все, кто имеет боевой опыт. Особенно такой как у вас. Враг что-то затевает. А ставка хочет знать что. Мы уже потеряли достаточно разведчиков.

– Ага, а простые солдаты умирай там, да? Пока мы по тылам прячемся.

– Клоны же, а не солдаты-люди! Хотя там есть и добровольцы из людей. И офицеры.

– Ну вот видишь. На севере, не думаю, что они будут наступать сильно. Там же ничего нет.

– О точно! Я так и передам командующему. Пусть не парится… Как бы наоборот не получилось. Приказано именно вас на север отправить. На юге как раз затишье.

– Смешно. Чем подкалывать лучше скажи от Гролди до Мерзлой топи далеко?

– Это еще зачем тебе?

– Может передать что?

– Кому? Там никого у меня не осталось уже. Я не хочу больше возвращаться туда и…

– Не плачь. – я приобнял ее, чтоб успокоить немного – глупость сказал. Извини.

– Я не об этом… да и об этом тоже… Посмотри на меня.

В ее заплаканных глазах я увидел грусть и боль. Полковник снова хотела стать той милой и чуть наивной девушкой какой была еще вчера, но не получалось. Груз ответственности, свалившийся на неё, сильно давил. Да еще я со своими расспросами. Как всегда вовремя.

– Выходите на связь так часто, как сможете. Ну или принимайте вызовы от нас.

– Само собой.

– И береги себя. Второй раз это может и не сработать.

– Скорее всего не сработает. Ты не думай о плохом. Еще ничего не случилось, а ты уже переживаешь.

– Тебе легко говорить. Вот помнишь, ты показывал мне фильм «В бой идут одни «старики»»? Там фраза есть очень точная…

– Ооо! И не одна.

– Диалог, то есть, я дословно не вспомню, но как-то так:

«– А ты знаешь, что самое тяжелое в нашей работе?

– При минус тридцать копаться в моторе?

– Самое тяжелое в нашей работе – ждать.»

– Вот и тут так же. Как же это надоело, хотя даже и не началось еще. Погоди… что это за шум?

И действительно смутно знакомый гул появился где-то на грани слуха и приближался, становясь все громче и громче. Мозг от приятной неги свидания не хотел переключаться на ужасы реальности. Как бы я не подталкивал его сознанием. И только когда завыла серена воздушной тревоги и застрекотали зенитки мы как будто очнулись, но было поздно. Обтекаемые, крылатые силуэты показались над головой, немного скрытые облаками. Одновременно с ними раздались взрывы в лесу около «Улья».

– Быстрее, Элька! Вон туда!

Мы отбежали и залегли под корнями упавшего дерева. Не ахти какое укрытие, но другого не было. Вокруг стоял сплошной шум от падающих и разрывающихся бомб. Некоторые самолеты загорелись и начали падать, тут же показались купола парашютов. Полковник взяла свой пистолет и дослала патрон в патронник.

– Тебе особое приглашение надо? Пистолет то хоть есть у тебя?

– Да, но мне еще патронов не выдали.

– Но они-то об это не знают! На вот заряди хоть это и экономь.

Она отдала мне свою запасную обойму. Теперь у нас было по одному пистолетному магазину на каждого, это патронов сорок. А взрывная канонада все не смолкала. Лесной привал уже горел весь и в лесу начинался пожар. Прямо на поле упал один из самолетов затем, прокатившись на брюхе замер и загорелся. Это был большой, реактивный бомбардировщик, это пока все что я смог разглядеть из-за пожара.

– Ну вот, фузеляж прилетел и сюда – сказала Эля, когда все немного стихло и авиация стала удаляться.

– Фюзеляж.

– Да пофиг. Оглядись может кто из экипажей приземлился. Я попробую связаться со штабом.

И опять этот противнейший звук нас прервал, который я наделся больше не услышать так близко. Вжжжжик, цок… Вжжжиик. На краю видимости я заметил двоих человек в незнакомой форме идущих прямо на нас. Скорее всего они хотели проскочить мимо, но все иные пути перекрывал огонь.

– Ложись – крикнул я, увлекая ее за поваленное дерево – вон они.

Стреляли явно из автоматов, но одиночными, экономя патроны.

– Они не будут затевать бой. Хотят просто сбежать. Не высовывайся и давай в ту сторону.

Мы обошли ствол и открыли экономный огонь по выжившим, кажется я в кого-то попал, ведь. И да, она была права, пилоты хотели просто сбежать и стреляли примерно в нашем направлении «на подавление», хоть и одиночными. У нас было время прицелиться, но мой выстрел ушел в молоко, заставив их вновь залечь.

– Эх снайпер ты мой, смотри как надо!

На какую-то секунду голова одного из них показалась над укрытием, и тут же пуля нашла свою цель.

– Вот так-то.

Мы продолжали стрелять, но враги уже вышли из зоны эффективной прицельной дальности нашего оружия и быстро удалялись. И как же вовремя начался дождь в этот раз. Что-то рядом с нами еще раз взорвалось. Взрывной волной нас сбило с ног. Отряхнувшись Элиямия связалась с «ульем».

– Из штаба сообщили что все не так уж и плохо. Потерь нет. Маскировка почти не пострадала. И внутренности тоже. А вот в деревне все куда хуже, судя по виду. Но они знали, что бомбят, но промахнулись. Похоже мне завтра не удастся проводить тебя, придется во всем этом разбираться. Погоди-ка, что-то в боку колит немного…

Она облокотилась на меня, и я с ужасом увидел увеличивающееся красное пятно с левой стороны живота. Вот только этого не хватало. Я стянул верхнюю часть костюма и наложил, уж как смог, тугую повязку. Хорошим знаком было, то, что кровь, кажется, стала медленнее пропитывать ткань. Появилась надежда что органы не задеты, но разбираться в этом не было времени. Она смотрела на меня тускнеющим, встревоженным взглядом. Бледное лицо выражало испуг.

– Неожиданно, ага? И трындец как больно. Я и забыла уже каково это. Устала я чего-то. Дай-ка, прилягу.

– Что-то еще? – сказал я, осторожно укладывая ее на землю.

– Да, мне пожалуйста баранину в чесночном соусе с красным вином, название не помню…

– Вы живы? – неожиданно спросил подбежавший со спины эльф, одетый по-боевому, потом что-то сказал в рацию и продолжил – ого! Тащи её скорее в лазарет, помощь нужна?

– Нет, спасибо.

– Торопись! Вас там будут встречать.

Я поднял её упавший пистолет, заткнул его за пояс, около своей кобуры предварительно проверив что они на предохранителях, потом вновь бережно подхватил Элю на руки, и как мог быстро отправился в «Улей». Перед этим крикнув удаляющейся группе:

– Выжившие экипажи направились за запад! Мы подстрелили некоторых, не должны далеко уйти!

– Ага! Мы возьмём их!

Чувствовалось что по дороге у неё поднялась температура, она бредила. И выглядела все хуже и хуже. Импровизированная повязка насквозь пропиталась кровью. Каким же длинным мне показался этот лесной путь, хотя на самом деле прошло минут пять наверно. Оказывается он такой не ровный. Я то и дело тихонько извинялся перед ней за тряску.

– Держись, держись Элечка. Немного осталось. Скоро придём.

Вроде что-то такое я ей приговаривал, пока нёс. Только на подходе ко входу она ненадолго посмотрела на меня осознанным взглядом.

– Я… т… тея…ммм…

Больше ничего сказать не смогла и вновь потеряла сознание. Нас встретила медицинская бригада на подходе к базе и сбросив мою повязку стала оказывать ей первую помощь, уложив на каталку и увозя в сторону операционной. Я, естественно, увязался за ними.

– Отойдите – сказал строгий женский голос – вы только мешаете.

– Как она?

– Дышит.

С этими словами бригада продолжила путь. Я последовал за ними, держа в руках свою окровавленную, лёгкую куртку. Все смешалось в голове, и я почти ничего не видел, перед глазами стоял туман.

– Я же сказала отойдите. Вам нельзя, там же стерильно все!

Что поделаешь? Пришлось остаться в коридоре после того, как закрылась на замок за ними дверь и стал выполнять самую сложную работу. Ждать… Меряя нервными шагами пространство у входа в лазарет я пытался унять дрожь в руках. Воздух вдруг стал вязким и липким. Дышать было тяжело. И я вышел на улицу через ближайший выход и немного вернулся к отдельному входу в медсанчасть. Ненамного проще стало дышать, но хоть покурить можно было. Хотя, вряд ли это помогало. Не находя себе место, я прохаживался возле открытой двери, за ней сновали туда-сюда медсёстры и врачи о чём-то переговариваясь. Через неопределённое время вышла хирург в перепачканном кровью медицинском фартуке, поверх халата и в маске. Я бросился к ней.

– Ну?

– Что ну, молодой человек? Вы же её чуть не убили! Почему не на носилках принесли? Зачем вы наложили такую тугую повязку?! Осколок чуть желудок не проткнул! Дайте зажигалку пожалуйста.

– Как она?

– Осколок вытащили, кровь остановили, – прикурив продолжила она – еще бы немного и он проткнул бы желудок, повторюсь. Чему вас учили? Еще она потеряла не мало крови. Но вы вовремя принесли её все-таки… Ещё бы каких-то пару минут… Как же вы на десятку похожи.

– Это я и есть.

– Ага. Да ну… И опять не узнаёте меня. Погодите, вы тоже ранены что ли?

– Нет, это не моя кровь, а чтоб я вас узнал снимите маску.

– Да нет же. Ваша! Вот посмотрите.

Она подошла ко мне, и я увидел на нательной футболке разрез с правой стороны живота и под ним уже начинающую сворачиваться кровь. А из раны тоненькой струйкой она еще текла. Это, интересно, тот же осколок что ранил Элиямию? Или это пуля?

– На перевязку и обработку быстро. Как шрам на руке? Не болит?

– Ямассит?

– Она самая. Ты нисколько не изменился за пять лет.

Чего нельзя было сказать о ней. Новые морщины и вкрапления седины в тёмных волосах сильно изменили её веснушчатое лицо, но блеск в глазах не прошел. Сквозь халат я увидел погоны майора.

– Спасибо. Так ты так и не рассказала…

– Да, жить будет. – говорила врач пока чистила и заклеивала мне глубокую царапину – Но дня три ее не беспокой. Совсем. Ей нужен отдых. Жизни ничего не угрожает. Выспится поправится и выпишем.

У меня целая гора с плеч упала.

– Мы уезжаем завтра.

– Я ей передам что ты заходил. Извини, но пустить не могу никак.

– Ты теперь майор? – спросил я когда мы снова вышли на улицу. Где уже полностью стемнело. И сидели на лавочке покуривая.

– Да я теперь начальник медслужбы в «Улье». А ты куда пропал? Давно тебя не видела.

– Не могу рассказать. Извини.

– Ишь какой секретный.

– Ты замужем?

– Нет я… ну… так и не смогла… в общем нет. А ты женился?

– Нет еще.

– Слухи ходят что вы с ней…

– Я пойду. Спасибо.

– Береги себя.

В более приподнятом настроении я возвращался в казарму. Вскоре туда стали приходить и все наши. Все грязные, но весёлые.

– Взяли кого? – спросил я у дока.

– А то! Сдали начальству. Пусть допрашивают. Как там полковник?

– Слава Небу. Жить будет. Операция прошла успешно.

– Слава Небу. Что-то слишком много событий для одного дня, а? Давайте-ка все в душ и спать. Отбой!

– Есть.

После смены белья и водных процедур я, наконец, почувствовал, как устал. И еле-еле донеся себя до кровати отрубился, только коснувшись головой подушки. Крепко проспал без сновидений до самого сигнала к подъёму, который, как мы с удивлением обнаружили дали на час позже. После завтрака и окончательных сборов, оставался еще час до прибытия вертолётов. Нам приказали сдать на склад знаки отличия, документы и медали. Мне там выдали новый комплект формы, взамен испорченного. Который я так и не смог отстирать от крови теми средствами что были.

– Ну вот – начал эльф – только выдали и уже забирают.

– Вернут же. – поддержал его я – Еще и в двойном размере.

– Мужики, давайте в темпе – вмещался док – нам еще патроны получать.

Патроны! Я и забыл! Она ж мне свой магазин отдала, и пистолет ее все еще у меня.

– Док, разреши к медикам забежать на минуту?

– Разрешаю на две. Бегом давай.

Когда все процедуры со сдачей знаков отличия и медалей было улажено я пулей полетел к Ямаасит.

– Разрешите?

– О, привет, проходи. Что у тебя?

– Вот, личное оружие полковника и магазины. Хочу вернуть.

– Ох, Слава Небу. Я уж думала куда оно девалось? Больше личных вещей не было?

– Никак нет. Как она?

– Пришла в себя ненадолго. Все нормально. Спит сейчас. Не проси. Не пущу. Дай-ка рану гляну.

Еле отвязавшись от её сильных, но нежных рук после перевязки, точнее переклейки пластыря я, воодушевлённый, направился к своим. Там полным ходом шло получение боеприпасов и укладывание их в рюкзаки, разгрузки и зарядка в магазины. Присоединившись, я наконец почувствовал то деловое напряжение витавшие в воздухе. Парни чистили оружие, надевали и подгоняли еще раз амуницию, тестировали рации, эльф и искра ушли проверить машину. Возможно, поэтому было так тихо. Только чуть позвякивало цевьё иногда. Снаряжение село на меня как влитое, рюкзак, заполненный всем необходимым, имел довольно привычный вес. Теперь я чувствовал себя гораздо увереннее. Только я успел убрать зимний комплект формы как пришел шмель.

– Все готовы?

– Так точно!

– Тогда на построение!

Мы вышли в лес и выстроились в одну шеренгу перед двумя нашими ТРками. Нас провожали Жленарин и Атокан.

– Равняйсь! Смирно! – начала она – Господа бойцы, вы отправляетесь на фронт, на вас с надеждой смотрит вся Междуреченская империя! Не подведите её и не щадите врага, нагло вторгшегося к нам! Мы ждём вас всех обратно.

Тем временем за деревьями уже был хорошо слышен шум приближающихся винтокрылых машин. Майор взял по козырёк и отдал команду:

– Начинай погрузку!

Мы быстро расселись по своим местам во внедорожниках. Эльф уступил место штатному водителю группы – искре. Сам встал за пулемёт. Я сел справа, там, где было удобнее подавать ленты ему, если что. Потому что они там и лежали. Док разместился на сидении передо мной, меч сел сзади, а скала напротив него, около штатной рации. Вот так мы и должны были рассаживаться в походно-боевом порядке в этом транспортном средстве.

– Эльф, хорош отсвечивать. Закрывай люк и давай к нам – скомандовал док по внутри отрядной сети. – как понял?

– Все понял. Связь хорошая.

Пулемётчик сел на своё место и заперся. Наружные звуки от нас сразу отрезало. И шум работающего двигателя, немного нелепого с виду вертолёта к которому уже подъезжали, мы почти не слышали.

– «Жало-один» – ожила рация, как всегда транслируемая на весь отряд – говорит борт триста восемнадцать. Карета подана, открываю задний проход.

– Вас понял – ответил док через командирский штатный приёмопередатчик – начинаем погрузку.

– Что-что он открывает? – Спросил эльф, когда пилоты отключили связь.

– Ты слышал. Вон гляди задний люк вниз пошел.

Так и было у светло зеленого, довольно высокого и длинного летательного аппарата с бортовым номером триста восемнадцать. Чем-то отдалённо похож он был на наш МИ-26 перемешанный с американским черным ястребом, но еще шире и выше. И, как выяснилось, еще быстрее, так же летел на более дальнее расстояние и больше груза мог взять на борт. Плюс вооружение. По бокам сидели стрелки со скорострельными лёгкими гранатомётами, на пилонах подвешены кассеты с ракетами. Под кабиной пилотов виднелись пушка и пулемёт.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.