Мелисса Макклон
Навсегда с тобой

Firefighter Under the Mistletoe

© 2011 by Melissa Martinez McClone

«Навсегда с тобой»

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2013

© Перевод и издание на русском языке,

ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2013

* * *

Глава 1

Кристиан Велтон просунул лыжную палку в вентиляционное отверстие снежной пещеры. Большую часть ночи он выкапывал в снегу убежище. Нет, он не жаловался. Эта пещерка спасла жизнь ему и его двоюродному брату.

Он бросил взгляд на Оуэна Слайтера, лежавшего в спальном мешке, под который, чтобы мешок не намокал, был подложен надувной матрас. Правая сторона лица брата была вся в синяках и порезах. Его надо было бы доставить в больницу. Быстрее всего это сделал бы вертолет службы спасения, но в такую погоду вертолет не полетит. До прихода помощи Кристиан будет делать все, что в его силах, лишь бы сохранить брату жизнь.

Кристиан прислушался. Небольшое затишье позволит отряду спасателей добраться сюда. Пора узнать, действительно ли им повезло? Он отодвинул рюкзаки, которыми прикрыл вход в пещеру, и надежда тут же угасла. Ветер – семьдесят миль в час, лютый мороз и нулевая видимость. Он высунулся наружу. Каждый вдох резал легкие. Никто не рискнет в таких условиях приехать сюда – ни по воздуху, ни пешком. Разочарование пронзило его. И к тому же батарея мобильного разрядилась! Эта штука теперь бесполезна. Бессмысленна.

Кристиан снова закрыл вход рюкзаками. Его пронизывал холод, ноги дрожали. Что бы он сейчас не дал за чашку горячего какао! Со взбитыми сливками…

Оуэн застонал.

Кристиан посмотрел на брата. Фантазии делу не помогут. Пора растопить немного снега. И ему, и Оуэну надо попить. Возможность отравления угарным газом от спиртовки Оуэна, работающей в помещении, не очень беспокоила Кристиана. Щель между рюкзаками, вентиляционное отверстие и ветер снаружи обеспечивали вполне приемлемое проветривание пещеры. Когда растаяло достаточно снега, Кристиан наполнил водой бутылку и осторожно, чтобы не задеть головой потолок пещеры, залез туда, где лежал его брат.

– Пить хочешь? – спросил он.

Оуэн с трудом открыл глаза.

– Буря кончилась? – спросил он.

Голос Оуэна звучал хрипло, как рычание зверя. Умирающего зверя.

Кристиан внутренне содрогнулся. Нет, не умирающего, нет! Просто Оуэну больно. Настанет время – и они оба спустятся, а потом еще не раз пойдут в горы. Конечно, этот сезон Оуэн пропустит, но рано или поздно они опять будут идти бок о бок. Или в связке.

– Погода еще скверная. – Кристиан был пожарным. Он привык входить в горящие дома и спасать людей, а не ждать, когда кто-нибудь спасет его самого. – Но спасатели знают, где мы.

Оуэн прокашлялся:

– ГСПСО найдет нас.

Кристиан с уважением относился к тому, что делала ГСПСО – Горная служба поиска и спасения штата Орегон. Добровольцы-спасатели из ГСПСО намного превосходят его в опытности, но буря способна остановить даже самых закаленных людей. Тем не менее Кристиан знал: Полсон и Томас придут. Они не просто горноспасатели, а еще и пожарные. Члены братства. Они будут здесь, как только это станет возможно. И Томас, конечно, начнет ругать Кристиана. Как всегда. Но на сей раз он будет рад этому.

– Да, они придут, – сказал он уверенно. Когда погода исправится, ГСПСО будет точно знать, где их искать. Кристиан успел передать оператору их координаты по GPS до того, как его телефон разрядился.

Пересохшие, пораненные губы Оуэна растянулись в некоем подобии улыбки.

Кристиан страдал оттого, что не мог больше ничем помочь брату. Может быть, что-то еще можно сделать? Спасателям понадобится пространство для работы. Он взял лопату.

– Хочу расширить помещение. А то клаустрофобия одолеет.

– Снежные пещеры почти всегда такие, – заметил Оуэн. – Не беспокойся. Ты и так изрядно попотел, пока выкопал ее.

– Но если снег осядет…

– Мы здесь пробудем недолго.

Хотел бы Кристиан, чтобы это было так. Но, по крайней мере, Оуэн немного ожил. Охотнее разговаривает. И то и другое – добрые знаки.

– Не волнуйся. Помни, я – один из лучших в пожарной команде Худ-Хемлета.

Оуэн поморщился, зажмурил глаза, потом медленно открыл их.

– Рассказывай о своих достоинствах хорошеньким девочкам, пожарный. У меня на уме одно: если с тобой что-нибудь случится, кто будет добывать воду и кормить меня?

– Да уж, если из-за меня ты будешь мучиться жаждой и голодать, твои родители меня не похвалят.

– И дед тоже будет зол на тебя.

Их дед, патриарх клана Велтон, никогда его не простит. Кристиан и так был персоной нон грата и останется таковым, пока не вернется домой и не займется делами «Велтон Вайнерис» – винодельческой фирмы их семьи. А этого не произойдет. Нет, если Кристиан когда-нибудь и вернется, то на своих условиях, а не на чьих-то еще!

Он заставил себя улыбнуться:

– И бабушка, наверное, будет не очень довольна.

– И мои сестры. И твои, кстати, тоже.

Оуэн поддразнивает его. Еще один добрый знак.

Кристиан бросил лопату:

– Уговорил. Я подожду.

– Спасибо. – Оуэн опять закрыл глаза. – Теперь я спокоен за судьбу «Велтон Вайнерис».

– Да… – Дед всегда говорил, что судьба «Велтон Вайнерис» в руках Кристиана и Оуэна. Не важно, что у Кристиана есть свои цели в жизни и что жизнь в Вильяметт-Велли и забота об имении не входит в их число. – Потребности семьи в целом перевешивают индивидуальные запросы. Хотим мы этого или не хотим.

Оуэн медленно сделал глубокий вдох.

– Извини, что я втянул тебя в это.

– Ну, мы оба в это втянулись. – Кристиан предложил пойти в горы, его брат выбрал маршрут. – Не надо винить друг друга. Это нам не поможет.

Наверху было совсем скверно. Ветер и метель ограничивали видимость. Мороз не ослабевал.

И тем не менее она здесь.

Линн Томас втянула носом воздух. Слой льда покрывал ее защитные маску, очки и одежду. Вещевой мешок тоже, наверное, подернулся льдом.

Она хотела сейчас одного: быть выше по склону горы. На высоте десяти тысяч пятисот футов, если точно. Где-то там ждут помощи два попавших в беду человека. Линн скрипнула зубами. Ее убивало, что она тащится вверх по южному склону Маунт-Худ со скоростью улитки. Ей хотелось подниматься быстрее, но Син Хьюз, командир группы спасателей, не хотел, чтобы кто-либо из его людей вспотел, а потом переохладился.

В воздухе пахло серой из Кухни Дьявола. Правда, благодаря ветру не так сильно, как обычно. Горячие испарения из этой горы не давали снегу целиком покрыть ее склон, но сегодня, при такой видимости, ее очертания были едва различимы.

Ну ладно. Линн не будет сердиться на Хьюза. Его беспокойство ей понятно. Гипотермия и обморожения – опасность реальная, даже сейчас, когда погода улучшилась по сравнению с тем, что было вчера. А плохая видимость означает одно: надо соблюдать особую осторожность.

Линн охватило беспокойство – чувство, которое она нечасто испытывала во время заданий. Но это задание не такое, как другие.

«Сосредоточься, Томас. Будь объективной».

Линн достаточно долго была врачом службы спасения и знала – эмоции тут не помогут. Но иногда трудно сохранять спокойствие. Пропал один из их товарищей. Правда, он не член службы спасения. Он служит в пожарной команде. На станции его считают новичком, хотя стаж работы у него больше года. Но ведь он самый молодой из всех пожарных…

Кристиан Велтон.

Высокий, атлетического сложения, с каштановыми волосами и потрясающими голубыми глазами, Велтон мгновенно привлекал к себе внимание. Не то чтобы она хотела завести с ним роман. Да, вначале он флиртовал с ней. Его интерес к ней удивил Линн. Обычно она отваживала мужчин, с которыми работала. Они должны были видеть в ней товарища, а не женщину, но с Кристианом ей было трудно это сделать. Однако потом он сам отступил, стал вести себя очень корректно, обращаться с ней как со «своим парнем». И это хорошо, потому что пожарные не одобряли служебные романы.

Но Велтон был слишком привлекателен… Линн не могла не замечать его. И хотя она не заводила романов ни с кем из сослуживцев, это не значило, что она не имела права иногда радоваться вниманию к себе. К тому же Кристиан умел готовить вкуснейшую чикен масала[1].

Мороз усиливался. Стараясь не обращать внимания на обжигающий холод, Линн сделала еще шаг, и порыв ветра едва не сбил ее с ног. Чтобы сохранить равновесие, ей пришлось глубоко воткнуть в снег лыжные палки и ухватиться за них.

– Потише, Томас! – крикнул Хьюз откуда-то сзади. – Ты здесь не одна.

Линн едва услышала его сквозь вой ветра, но пошла медленнее. Она значительно обогнала остальных – такой тревоги ей не доводилось испытывать со Дня благодарения, когда разломился сноуборд Сина. Син упал, получил травму, и ему потребовалась помощь. То был один из самых долгих Дней благодарения в ее жизни…

Оказывать помощь незнакомым людям – одно, но если в беду попал кто-то, кого ты знаешь, с кем вместе работаешь, – совершенно другое. Около года назад Велтон, полный уверенности в себе, пришел на станцию. Оказалось, что у него есть чувство юмора и оно помогает ему среди огня и дыма. Оказалось, что он удивительно компетентен и собран для новичка. Велтон работал с полной отдачей, был искренне предан делу. И к сожалению, совсем не так вел себя с женщинами, которых встречал на своем пути…

Вчера вечером на станции Линн увидела очень красивую, но очень расстроенную женщину по имени Алекса. Алекса объяснила: она несколько раз встречалась с Велтоном и теперь немного беспокоится за него. Кажется, Алекса беспокоилась за него несколько больше, чем хотела показать. Бедняжка… Да, к особам противоположного пола Велтон относится несерьезно.

Затянутой в перчатку рукой Линн протерла лыжные очки.

Некоторое время спасатели продолжали подниматься к Хогсбеку, потом повернули на восток.

Хьюз собрал вместе всю команду, чтобы сообщить:

– Мы в пределах переданных нам координат GPS. Ищите метки. Что угодно, что может подсказать нам, где именно они находятся.

Они начали поиски. Хьюз громко свистнул – в надежде, что потерявшиеся люди услышат его. При такой погоде свист слышно лучше, чем голос.

Если Велтон и его двоюродный брат прячутся в снежной пещере, на что надеялась Линн, они могут вообще ничего не услышать. Снег поглощает все звуки, затрудняя работу спасателей.

– Нужное место отмечено буквой «Х»! – крикнул Полсон и указал на оранжевые лыжи, поставленные крест-накрест у входа в снежную пещеру.

У Линн словно гора свалилась с плеч. Она побежала к пещере. Вход был закрыт рюкзаками.

Полсон остановился позади нее:

– Похоже, новичок знал, что надо делать.

Линн сняла свой рюкзак и достала медицинский пакет:

– Давайте узнаем точно.

– Черт! – Разбуженный от крепкого сна Кристиан вскочил слишком резко и стукнулся головой. За ночь снег просел еще сильнее. – Что?

– Они пришли. – Оуэн засмеялся. – Они все-таки пришли!

И тут кто-то отбросил один из рюкзаков, закрывавших вход в пещеру. Потом второй. В отверстии показалась голова в красном шлеме.

Служба спасения…

Облегчение разлилось по замерзшему, усталому телу Кристиана.

– Да, – прошептал Оуэн.

Спасатель, протиснувшийся в пещеру, снял лыжные очки и стянул маску.

Уголки пересохших губы Кристиана приподнялись.

– Томас!

Линн Томас была врачом спасательной станции. Хорошенькая, с ладной фигуркой. Когда Кристиан только появился на станции, он попытался было начать ухаживать за ней, но она не проявила к нему никакого интереса. И Кристиан решил не навязываться. И вскоре понял – это правильное решение. Линн не принадлежала к его типу женщин. Слишком строгая, чересчур деловая. Она серьезно относилась к своей работе и ожидала того же от других. И никогда не распускала волосы. А Кристиан не возражал бы посмотреть, как Линн развязывает свой туго завязанный конский хвостик или расплетает косы…

Ее лицо было бледно, только щеки раскраснелись от холода. Она поприветствовала его кивком и выговорила:

– Велтон.

Неожиданно по всему его телу разлилось тепло. Он улыбнулся шире:

– Я очень рад тебя видеть.

– Я тоже рада видеть тебя, новичок. – Она сняла альпинистские перчатки. – Полсон там, снаружи. Шеф разрешил нам поменять смену, чтобы мы смогли доставить тебя домой. Никто не хочет без тебя идти назад – кто еще приготовит на обед такой рулет из индейки?

Кристиан рассмеялся – он не ел со вчерашнего дня.

– Я приготовлю тебе что ты захочешь, когда мы спустимся вниз.

Она улыбнулась:

– Ловлю тебя на слове! – Томас надела медицинские перчатки. – Травмы? Ноги?

– Я в порядке. Ноги у меня замерзли, но я чувствую пальцы, – быстро сказал Кристиан. – Мой двоюродный брат Оуэн упал, когда мы спускались на лыжах. Ему двадцать шесть. Здоров. Похоже, у него сломана щиколотка. И рука. И повреждено колено.

– Эй, я и сам могу сказать, – сказал Оуэн. – Я в сознании, и у меня все болит.

– Я, как мог, проверил его позвоночник, а потом довез его сюда, – сообщил Кристиан.

– Молодец, Велтон, – сказала Томас.

В ее устах это была великая похвала.

Томас придвинулась к Оуэну. Кристиан попытался дать ей дорогу, что было нелегко в таком тесном убежище.

Линн огляделась:

– Пещеру рыл хоббит?

– Я спешил, – признал Кристиан. – И снег немного просел за две ночи.

– Ну, в этой пещере вы были в безопасности и в тепле. И знаешь, как говорят? Важны не размеры. – Она подмигнула Кристиану, что явилось для него полной неожиданностью, потом присела около Оуэна: – Привет, Оуэн. Ваш брат хорошо о вас заботился.

– У вас такие красивые карие глаза. – Оуэн смотрел на нее так, словно перед ним возникла Афродита. – Молочный шоколад с совсем маленькой добавкой сливок.

Кристиан фыркнул. Оуэн, наверное, находится в состоянии шока, если думает, что комплименты подействуют на Томас. Ей не важно, как она выглядит. И сладкие слова только рассердят Линн. Она не из тех, кто любит флиртовать. Кристиан никогда в жизни не встречал более неприступной женщины. Но она сильная и знает свое дело.

– Мой брат – фанат шоколада. – Кристиан решил немного смягчить слова брата.

– Я не могла бы жить без шоколада! Спасибо, Оуэн. – Томас мягко улыбнулась, но ее взгляд был направлен на его царапины и синяки. – Я врач службы спасения. Могу я осмотреть вас?

– Да. – Оуэн посмотрел на Кристиана. – Ты никогда не говорил мне, что среди твоих сослуживцев есть женщины.

Кристиан очень старался не думать о Линн как о женщине.

– Томас – одна из наших ребят. Свой парень.

Оуэн состроил гримасу:

– Тебе надо сходить к окулисту, братец.

Томас расстегнула молнию на спальном мешке.

– Кристиан хочет сказать: мужчины на станции относятся ко мне как к товарищу.

Взгляд Оуэна выразил презрение.

– Идиоты!

Томас пожала плечами:

– Так проще.

Кристиан поймал себя на том, что кивает, но при этом спросил себя: проще ли так ей или мужчинам, с которыми она работает? Он никогда не задумывался о том, что чувствует Томас, будучи своим парнем. Но, с другой стороны, он никогда не видел, чтобы она вела себя как женщина. Линн никогда не пользовалась косметикой, не носила украшений…

Когда Томас стала осматривать щиколотку Оуэна, тот сморщился.

– Все равно идиоты! – сказал он сквозь стиснутые зубы. – Должен спросить хорошенького доктора: нет ли у нее с собой обезболивающих?

Томас подмигнула, отчего стала еще симпатичнее.

– О, у меня тут много разных разностей.

– Я уверен в этом. – В словах Оуэна было предвкушение.

Ну-ну! Его братец флиртует? И Томас, кажется, не возражает. Странно…

– Вы спускались вниз на лыжах в альпинистских ботинках? – спросила Томас Оуэна.

– Да, – признался тот. – Мне бы стоило надеть лыжные. Стоило бы сделать кое-что иначе…

– Мы правильно сделали, что прекратили подъем, – сказал Кристиан.

– Ну да! У нас не было выбора.

Томас продолжала осмотр:

– Вам пришлось нелегко.

Оуэн пожал одним плечом – плечом здоровой руки.

– Если бы я не упал, мы могли бы подняться на перевал и спуститься по южному склону прежде, чем погода совсем испортилась.

Линн взглянула на Кристиана:

– Здесь слишком тесно. Надень лыжную маску, высунься наружу и скажи, чтобы поставили палатку, если только ее уже не ставят. Велтон, ты слышишь меня?

Какого черта он тут сидит? Кристиан схватил свою маску:

– Я готов!

Глава 2

Закрыв лицо лыжной маской, Кристиан вылез из снежной пещеры. Ветер еще дул, но не так сильно, как вчера.

Билл Полсон, еще один пожарный с их станции, стоял у входа. У его ног лежал большой мешок.

– Приятно видеть тебя целым, Велтон. Не хотелось терять еще одного новичка. И потом, мы вряд ли нашли бы кого-то, кто готовит так же здорово, как ты. – Полсон отвинтил крышку термоса и протянул термос Кристиану: – Попей-ка.

Кристиан стянул лыжную маску и сделал глоток. Теплое. Сладкое.

– Что это?

– Фирменный напиток нашей команды. Смесь фруктового желе и теплой воды. Сочетание необычное, но это именно то, что тебе сейчас нужно.

Кстати, о нужном.

– Томас хочет, чтобы вы поставили палатку.

Полсон указал на группу спасателей, которые, борясь с ветром, пытались поставить палатку.

– Хьюз решил, что снежная пещера слишком мала.

Вероятно, речь шла о Сине Хьюзе, владельце компании по производству сноубордов, который прошлым летом женился на всеобщей любимице, хорошенькой Зои Каррингтон.

Второго человека Кристиан не узнал.

– Я могу помочь.

– Да, можешь, но сперва согрейся. – Полсон кивнул на термос. – Нам может понадобиться твоя помощь, когда мы будем спускать с горы носилки. Если, конечно, ты в форме.

Кристиан выпрямился:

– Сделаю все, что надо.

– Я сказал Хьюзу, что ты отреагируешь именно так, – заметил Полсон. – А теперь иди обратно в пещеру и жди, пока мы будем готовы.

Кристиан с термосом в руках вполз обратно в пещеру. Теперь она показалась ему еще более мрачной. Он посмотрел туда, где Томас что-то делала с Оуэном. На стене пещеры висели сумка с аптечкой и переносная лампа.

Томас раздражала Кристиана своей педантичностью, но тем не менее он относился к ней с большим уважением. Женщина никогда не хвасталась тем, насколько она хороший спасатель, альпинист и врач. Линн просто делала то, что от нее требовалось, и делала очень хорошо. Теперь Кристиан у нее в долгу. Вообще говоря, он считал себя в долгу у всей команды спасателей. А Кристиан не любил быть у кого-то в долгу. Когда они спустятся с горы, надо будет придумать что-то особенное для каждого из них.

– Я знаю, вам больно, – сказала Томас Оуэну. Мягко. Успокаивающе. – Но очень скоро вы почувствуете себя лучше.

Оуэн таял от ее внимания и нежного обращения. Да и самому Кристиану ее ласковый тон нравился гораздо больше, чем тот деловой и слишком резкий, которым обычно она разговаривала на станции. Он не возражал бы против некоторого количества нежной заботы со стороны Линн…

Стоп! Это же Томас. От нее заботы не жди, если только ты не ее пациент.

Во входном отверстии показался Полсон:

– Тебе что-нибудь нужно, Томас?

– Палатку. Больше ничего.

– Уже ставят. – Полсон повернулся к Кристиану: – Твои родные были у нас. Славные люди.

У Кристиана сжалось сердце. Он сглотнул:

– Они знают, что вы нас нашли?

– Хьюз позвонит им. Потом известит прессу.

– Прессу?

– Как только на станции стало известно, что вы потерялись, в горы хлынула целая толпа журналистов. Горячая новость по радио, огромные заголовки в местных газетах: «Оба наследника самого знаменитого винодела Орегона пропали на склоне Маунт-Худ».

Черт! Кристиан никому в Худ-Хемлете не говорил, что его семья владеет виноградниками и винодельческими предприятиями в Вильяметт-Велли. Он хотел быть сам по себе, хотел сам прокладывать свой путь.

– По-моему, ты правильно сделал, что никому не сказал о семейных виноградниках, – заметила Томас. Она слушала их разговор? А ему казалось, Томас целиком сосредоточилась на Оуэне. – Я бы тоже никому не сказала. А то все только и ждали бы на каждой пирушке моего вина.

Кристиан тут же решил: когда они спустятся вниз, он одарит всю спасательную команду вином из своих подвалов.

Полсон засмеялся:

– Точно как Портер и его пиво.

Джек Портер, тоже член спасательной команды и славный малый, был владельцем пивоваренной компании и пивного бара. Кристиан любил бывать у него.

– Он тоже с вами?

– Он и Тим Морено в другом отряде. Они встретятся с нами там, где будет ждать снегоход, – ответил Полсон. – Ребята с пожарной станции заходили к нам на базу. Приносили еду, кофе. Сидели с твоими родными.

– Теперь они постоянно будут мне это припоминать, – проворчал Кристиан.

– Будут, – подтвердил Полсон. – Пока с кем-нибудь еще что-нибудь не случится.

Кристиан сморщился.

– Все не так плохо, Велтон, – заметила Томас.

– Верно, – согласился Полсон. – Ты ведь все еще жив.

Линн засмеялась. Мелодичный звук наполнил снежную пещеру. Кристиан и раньше слышал, как она смеялась, но не помнил, чтобы ее смех звучал так.

Может, она и не так уж сурова?

Он прогнал эту дикую мысль. В Линн не было ничего, даже отдаленно похожего на нежность.

– Не обманывайся ее смехом. Я знаю Томас с девяти лет. Она уже тогда не давала спуску мальчишкам. – Полсон подмигнул Кристиану: – Кстати, забыл сказать тебе. Твоя подружка тоже сидит у нас.

Кристиан скривился:

– У меня нет подружки.

– Алекса, – уточнил Полсон. – Она курит.

«Ах, она…»

– Мы просто встречаемся. Ничего серьезного.

Алекса – великолепная девчонка. С ней хорошо. Можно забыться, чего он хотел сейчас больше всего…

– Мы будем вместе не долго. Рождество приближается.

– Она уезжает из города? – спросила Линн.

– Томас, – поддразнил ее Полсон, – ты же знаешь, что на праздники мы, симпатичные парни, хотим быть свободны.

– Ну нет, Велтон! – сердито сказала Линн. – Не говори мне, что ты из тех, кто бросает женщин под Рождество.

– Хорошо, не буду, – усмехнулся Кристиан. – Но Полсон прав. Праздники усложняют отношения.

– Не говоря уже о проблемах с подарками и затратах на них. – Полсон стал первым сердцеедом в Худ-Хемлете после того, как Син Хьюз и Джек Портер женились. – Не забудьте бросить подружку до второго понедельника декабря, или вам придется плохо.

Линн надула губы:

– Это что, крайняя дата для отношений? Очень плохо. Мне придется встать на сторону женщин.

Кристиан обычно не обращал внимания на неодобрение Томас, но на сей раз она его немного задела.

– По-моему, женщины не возражают, когда я исчезаю на несколько дней после двадцать пятого числа.

Линн подняла глаза:

– А потом ты к ним возвращаешься?

– Нужен же кто-то, кого можно поцеловать, когда часы бьют двенадцать на Новый год, – заметил Кристиан.

– Именно так, – согласился Полсон. – А если вам повезет, вы можете даже получить рождественский подарок задним числом.

Спасатели спускали Оуэна с горы на носилках.

Снег перестал, но температура держалась на прежнем уровне.

Велтон двигался медленно, осторожно, не желая совершить ошибку. Воплощение идеальной альпинистской техники.

– Мы почти на месте, – сказала Линн.

Лыжная маска и очки скрывали лицо Кристиана, он немного горбился. Не из-за веса рюкзака, нет. Основные вещи несли спасатели.

Может, его состояние изменилось? Надо проверить. Велтон ни за что не пожалуется!

– Ты в порядке?

– Как и пять минут назад, когда ты спрашивала в прошлый раз, – огрызнулся он.

– Если бы тебе стало хуже, ты бы сказал?

– Нет!

Этот парень никогда не сдается. Его готовность помочь при спуске после двух ночей в снежной пещере произвела на Линн впечатление.

– Мы в любую минуту можем увидеть снегоход и остальных членов команды.

– А это не они? – Маска заглушала его голос.

Джек Портер и Тим Морено шли впереди, еще три члена команды – следом.

– Да, это команда номер два. Ну, теперь спуск пойдет быстрее.

Чем быстрее они дойдут до оставленного у подъемника снегохода, тем быстрее попадут в Тимберлайн, в тепло.

Велтон подошел ближе к носилкам:

– Если бы вы позволили мне помочь…

– Ты и так много сделал, Велтон. Через пару минут ты будешь катить вниз по склону на снегоходе. Машина скорой помощи отвезет тебя в больницу.

– Я не…

– Если врач не осмотрит тебя и не подтвердит, что с тобой все в порядке, шеф отстранит тебя от работы. Тебе придется поехать.

Кристиан в ответ фыркнул:

– Ты сама поедешь в снегоходе?

– Один из членов команды – врач. Он за вами присмотрит. А я спущусь на лыжах с остальными. – Велтон пошел медленнее, и ее беспокойство возросло. – Тебе холодно?

– Просто немного устал. – Он вздохнул. – Хотел бы я спуститься на лыжах вместе с вами.

– В другой раз.

Он выпрямился:

– Я могу поймать тебя на слове.

Линн улыбнулась – он фактически повторил то, что она сказала раньше в пещере.

– Когда?

– Когда у тебя будет настроение.

Доктор Каллен Грей, совсем недавно ставший членом службы спасения, встал впереди Портера и Морено.

– Томас. – Он посмотрел на Оуэна, потом на нее. – Вы быстро спустились.

– Мне так не показалось. Надеюсь, ни вы, ни другие не замерзли. Пациенту двадцать шесть лет. Здоров. Внутренние органы в порядке. Повреждены левое запястье и щиколотка. Возможно, надорвана связка в правом колене. Ушибы и порезы лица.

– Морфин? – спросил Грей.

Линн кивнула.

Люди из второй команды помогали опускать носилки.

– Мы дали ему пять миллиграмм, а потом еще пять – из-за сильных болей и необходимости транспортировать его на носилках. Лекарство он перенес хорошо.

– Мы положим пострадавшего в снегоход, – сказал Грей. – А что со вторым?

Линн кивнула на Велтона:

– Двадцать восемь лет. Прекрасное здоровье. Небольшое переохлаждение. Легкое обезвоживание. Иногда раздражает.

Она ждала, что Грей скажет что-нибудь, но тот промолчал. А ее еще называют слишком суровой!

– Томас, я в полном порядке! – возмутился Велтон.

Грей кивнул на снегоход:

– Мы это проверим.

– Давай, Велтон. – Линн хотелось немного поднять ему настроение. – Слушайся доктора и не разбивай сердца сиделок.

– Постараюсь. – Судя по голосу, он слегка улыбнулся. – Что-нибудь еще?

– Да. Поправляйся.

– Никак не думал, что тебя это заботит, Томас.

В его голосе прозвучала нежность, от которой ее сердце дрогнуло. Наверное, она устала больше, чем думала. Линн Томас распрямила плечи:

– Нет, просто я люблю твою стряпню.

Он засмеялся и забрался в снегоход. Дверцы машины закрылись. Линн удовлетворенно посмотрела на снегоход. Еще одна успешная миссия…

– Спускаюсь с тобой наперегонки, – с вызовом сказал Полсон.

– Ты проиграешь, как обычно, – ответила Линн.

– Да, – признал Полсон, – но я все-таки окажусь внизу куда раньше, чем спустится эта колымага.

Мотор снегохода взревел. Линн хотелось, чтобы Велтон мог мчаться вниз на лыжах, а не трясся в этой неуклюжей машине. Парень заслужил отдых за такую заботу о двоюродном брате. Может быть, она пригласит его…

– Прежде чем вы ринетесь вниз сломя голову, – сказал Син Хьюз, – хочу напомнить – внизу нас ждет пресса.

Линн недовольно фыркнула. Она терпеть не могла общаться с прессой.

Хьюз оглядел их, одного за другим:

– Ладно, ладно. Пресса тоже должна работать. Если не накормить репортеров какой-нибудь историей, они сами напридумывают черт знает что. Кто будет говорить с ними вместе со мной?

Линн не хотелось, чтобы ее прославляли за помощь другим.

– Я пас.

Полсон кивнул ей:

– Я поговорю с ними, чтобы Томас могла положить ноги на стол, а в рот – конфетку.

Линн улыбнулась:

– Спасибо, ребята. Пока вы будете показывать себя прессе с хорошей стороны, я добуду по конфетке каждому из вас.

И Линн помчалась на лыжах вниз. Ей ничего сейчас так не хотелось, как оказаться на базе у камина и наконец согреться.

Линн села у стола и сняла лыжную маску, шлем и перчатки. От запаха только что сваренного кофе у нее текли слюнки. Она сняла ботинки. Свобода! Перед ней появилась чашка горячего кофе. Линн посмотрела вверх и увидела свою бывшую соседку по комнате.

– Спасибо, Зои.

Зои Хьюз, жена Сина, была самой красивой женщиной в Худ-Хемлете.

– Устала?

– Немного. – Линн сделала глоток кофе. Как вкусно! – Син снаружи общается с прессой.

– Я так и думала. – Зои посмотрела на дверь. – Мама говорит, ему стоило бы стать политиком.

– А сам Син что говорит?

– Мне не хочется это повторять.

Линн засмеялась и отпила еще кофе:

– Если я засну, пусть кто-нибудь разбудит меня, когда надо будет отчитываться.

– Хорошо.

Зои исчезла. Казалось, она не ходила, а летала с тех пор, как вышла замуж за Сина.

Линн никогда не испытывала этого блаженного состояния. У нее были романы, пару раз – серьезные, но она никогда не чувствовала ничего подобного ни к одному мужчине. Возможно, когда-нибудь…

Ее веки опустились. Глаза закрылись. И вдруг перед ней предстал образ Велтона. Он улыбался, как тогда в снежной пещере. Там, на горе, он заставил ее почувствовать себя самой важной персоной в мире. Плохо, что чувствам рано или поздно приходит конец…

Два дня спустя Линн приехала на спасательную станцию Худ-Хемлета с отчаянным желанием: пусть все будет как обычно. Где бы она ни появлялась вчера, в свой выходной день, везде говорили только о спасательной операции. Ее это раздражало.

В столовой ее приветствовал запах свежесваренного кофе. Полсон протянул ей чашку, которую она с удовольствием взяла. Прекрасное начало смены. Смены Б и В и несколько добровольцев окружили стол.

– Наконец-то! – сказал Марк О’Рей, ее коллега-врач. – Мы хотим услышать все о спасении Велтона.

О нет! Линн подавила вздох и огляделась. Велтона в комнате не было. Жаль. Ей хотелось узнать, как дела у Оуэна. А еще – как дела у самого Велтона. Вчера она думала о нем. Больше, чем полагалось бы…

– Прежде чем слушать про спасение, – заметил лейтенант, – давайте-ка закончим утренний брифинг.

Обмен информацией не занял и пяти минут.

– А теперь очередь Томас и Полсона, – сказал лейтенант.

Линн не хотелось в этом участвовать.

– Пусть Полсон расскажет, как было дело. А мне надо еще кое-что сделать.

Каждый год пожарные устраивали сбор игрушек в помощь нуждающимся семьям. Обычно за это отвечала Линн.

– Хорошо, – сказал Полсон. – Я готов рассказать всю повесть.

Линн предоставила ему развлекать завороженную аудиторию. Она предпочитала не вспоминать завершенные миссии, каков бы ни был их исход. Зачем опять переживать пережитое? Жизнь не дает изменить то, что было, как бы человек этого ни хотел. Так что извлеки урок и иди дальше.

Линн взяла ножницы и коробку, куда складывались игрушки. Потом прикатила в одну из аппаратных два больших бочонка. Если поставить в городе дополнительные емкости, может быть, удастся собрать больше игрушек. Пока дела идут не очень весело: появились только две новые игрушки. Одну из них принесла она сама. Линн приложила к бочонку рулон оберточной бумаги в красную и белую полоску. Если поторопиться, можно успеть украсить бочонки до того, как ребята придут проверять аппаратуру.

Она опустилась на колени.

– Томас!

Линн сразу узнала голос – Велтон! Она обернулась.

Кристиан шел к ней, весело улыбаясь. Он двигался с легкостью атлета. Неплохо для человека, который провел две ночи в снежном плену. Лицо чисто выбрито. Коротко остриженные светло-каштановые волосы тщательно уложены.

Ее сердце учащенно забилось. Совершенно неожиданная реакция.

– Никак не ждала увидеть тебя, новичок.

– Доброе утро, Томас.

– Готова поспорить, тебе это утро кажется просто великолепным.

– Удобная постель и теплый душ дают человеку почувствовать, как бывает плохо без них.

– Ты пропустил утренний брифинг.

– Шеф поставил меня на легкую работу и велел держаться в стороне. Он хочет, чтобы я дал сегодня несколько интервью. Думает, это неплохой пиар и для станции, и вообще для города.

Линн отрезала большой кусок оберточной бумаги:

– Очень разумно. Худ-Хемлет страдает от оттока туристов. Я никогда не видела, чтобы нам приносили так мало игрушек.

– Но сегодня только второе декабря.

– Да, но обычно игрушки начинают приносить, как только мы объявляем сбор. Если ситуация не исправится, мы не сможем удовлетворить все заявки. Очень многим семьям тяжело в этом году…

– Не беспокойся, – утешил ее Велтон. – Тебе просто нужно немного рождественского волшебства.

Большинство старожилов Худ-Хемлета верили в рождественское волшебство. А вот Линн в него не верила. Она знала цену сказкам и легендам. Упорный труд и целеустремленность – вот на что должен рассчитывать человек.

Линн положила ножницы обратно в коробку:

– Надеюсь, в конце недели эти бочонки и так наполнят игрушками быстрее, чем я успею сказать «абракадабра».

– Никогда не думал, что ты такой циник, Томас.

– Не циник, – парировала она, – а реалист.

– Быть реалистом не так весело.

Слова Велтона ее не удивили. Она видела его родных на станции. Приятные люди. Любящие. Состоятельные. Вероятно, Кристиан никогда в жизни не испытывал настоящих невзгод. Поэтому он так беззаботен.

– Возможно, реалисты реже набивают себе шишки. – Она обернула бумагой первый бочонок. – На самом деле сбор игрушек надо бы получше разрекламировать.

– Дай я тебе помогу.

Велтон придвинулся ближе. Исходивший от него запах одеколона подействовал на нее возбуждающе.

– Спасибо. – Он обдавал ее теплом, как работающий на полную мощность обогреватель. – Ты слышал сегодня что-нибудь об Оуэне?

– Тетя обещала сообщить, когда его выпишут.

– Держи меня в курсе.

– Конечно.

Велтон повернул бочонок, чтобы ей было удобнее обклеивать его бумагой. Она подвинулась ближе и задела его плечом. И жар тут же разлился по ее телу. Линн отодвинулась.

Что происходит? Они и раньше часто работали вместе, но сегодня она, кажется, слишком чувствительна.

– Ну, с этим все, – сказала она, кончив обклеивать бочонок. – Теперь – следующий.

Кристиан взял из ее рук бумагу:

– Ты клей, а я буду держать.

– Ты поосторожнее. Если будешь этим заниматься, тебя могут включить в комитет.

Велтон приложил бумагу к бочонку:

– В какой комитет?

– Комитет по сбору и раздаче игрушек.

– А есть такой комитет?

– Он состоит из меня и… моей персоны. Но у меня много помощников!

– Я больше гожусь в помощники, чем в члены комитета.

– Как и большинство ребят. – Линн отложила катушку клейкой ленты. – Но если мы соберем достаточное количество игрушек, мне понадобятся сильные мужчины и грузовик.

Обаятельная улыбка озарила его лицо.

– Благодаря тебе у Санты будет меньше работы.

Глава 3

Линн завязала аккуратный бантик на первом бочонке, потом украсила второй: – Ну вот и все!

Кристиан кивнул:

– Теперь моя очередь.

– Что ты имеешь в виду?

– Вчера, когда мы добрались до снегохода, я в суете даже не сказал спасибо, – пояснил он. – Я благодарен тебе за то, что ты сделала там, наверху, Томас. И вся команда тоже.

– Всегда пожалуйста! В следующий раз…

– Следующего раза не будет, – перебил он. – По крайней мере, я постараюсь.

– Хороший ответ, новичок.

Он улыбнулся ей. И Линн ответила ему улыбкой. Время как будто остановилось. Между ними что-то промелькнуло.

Благодарность, и только! Взаимная. Но он не отводил взгляда, как будто было что-то еще.

Но это же Велтон. Да, он способный, надежный, но не в сердечных делах. Если бы она завела с ним роман, ей мало было бы просто связи. Она захотела бы его целиком…

Линн спрятала красную ленту в коробку:

– Надо тут убрать, пока они не пришли.

– Да, я хочу чистых пятнадцать минут славы, – усмехнулся Велтон.

– Уверена, что к тому времени, как эти пятнадцать минут истекут, у тебя уже будет целый легион поклонниц.

– Это комплимент?

– Возможно.

Он расплылся в улыбке:

– Принимаю.

Само очарование! Линн уже не знала, завидовать ли женщинам, с которыми он встречается, или жалеть их?

– Я хочу расплатиться с тобой за все, что ты для нас сделала, – сказал Кристиан.

– Это не обязательно.

Он пожал плечами:

– По крайней мере, сегодня я могу разделить славу с тобой.

– Право же, в этом нет нужды.

– Есть, – заметил Велтон. – Шеф хочет, чтобы ты и Полсон приняли участие в интервью, если вас не вызовут на задание.

– Интервью – это не для меня.

– Ну что ты, – подбодрил ее Велтон, – такой человек, как ты, не может стесняться перед телекамерами.

Такой человек, как она…

Свой парень. Она оставила прошлое в прошлом, но не забыла. Не смогла. Ее жизнь изменилась в мгновение ока, но прессе все равно. Они хотят получить материал, копнуть поглубже. Любой ценой.

Линн вздрогнула.

Кристиан дотронулся до ее плеча:

– Тебе холодно?

Линн отшатнулась и выпрямилась. Она не любила проявлять слабость – ни перед другими, ни перед самой собой.

– Я в порядке.

– Ты не выглядишь так, будто ты в порядке.

Велтон смотрел испытующе. Она смутилась от того, что он так легко угадал ее чувства.

– Привет! – В комнату вошла красивая женщина.

Ее сапоги на высоких каблуках звонко стучали по полу. Воздух наполнился ароматом жасмина. За ней шли двое мужчин с аппаратурой.

– Я Рейчел Мюррей из «Вечерних новостей Портленда».

Линн встала, вытерла потные ладони о брюки и обменялась с женщиной рукопожатиями:

– Линн Томас.

Красивые зубы Рейчел блестели словно фарфоровые.

– Я только что взяла интервью у капитана вашей команды, Сина Хьюза. Он сказал о вас много замечательных слов. Не только как о враче, но и как о лучшем альпинисте ГСПСО.

Линн смутилась:

– Спасибо.

Рейчел повернулась к Велтону:

– А вы – Кристиан Велтон. Я сразу вас узнала.

Велтон пожал ей руку:

– Рад познакомиться с вами, Рейчел. Спасибо, что приехали к нам из самого Портленда.

Она не отпускала его руку:

– Уверена, вас засыпали просьбами об интервью.

Кристиан высвободил руку:

– Отчасти.

– Мне сказали, тут работает и еще один член команды спасателей, – сказала Рейчел.

Велтон кивнул:

– Билл Полсон. Он где-то здесь.

– Готовьте аппаратуру, – обратилась Рейчел к своим помощникам. Те взялись за работу. Рейчел огляделась, ее внимание привлек красно-белый бочонок для игрушек. – У бочонка очень рождественский вид. Для чего он?

– Для сбора игрушек. Пожарная станция каждый год организует сбор игрушек для детей из бедных семей Худ-Хемлета и его окрестностей. К сожалению, пожертвований в этом году меньше, чем обычно, – посетовала Линн.

– Как печально, – заметила Рейчел.

Линн кивнула:

– Но я все равно надеюсь, что игрушки у нас вскоре появятся.

Рейчел начала снимать меховое пальто. Велтон помог ей.

Интересно… Линн раньше никогда не замечала у него хороших манер. Или он хочет закрутить роман с симпатичной журналисткой? Тогда у него очень мало времени. Декабрьский предел уже близко.

– Слушайте, у меня идея. – Его широкая, соблазнительная улыбка подсказала Линн, что она угадала. – Рейчел, вы можете упомянуть о сборе игрушек перед камерами?

А вот это сюрприз! Линн не думала, что Велтон обратит внимание на ее слова или придаст им значение.

Рейчел облизнула покрытые блестящей помадой губы:

– И вы тоже участвуете в сборе игрушек, Кристиан?

– Он очень помогает в этом деле, – ответила за него Линн, не намеренная упускать такую возможность.

– Я помогал украшать бочонки, – скромно заметил Кристиан.

– Правда?

Велтон посмотрел в глаза журналистки так, словно она была единственной женщиной в мире, а он – единственным мужчиной.

В горле Линн встал ком. Ни один мужчина никогда не смотрел на нее так.

– Каждый ребенок должен получить подарок на Рождество. Я буду благодарен вам за любые слова на эту тему. И Линн тоже. Она возглавляет комитет.

– О, и вы тоже член комитета, Кристиан? – предположила Рейчел. – Это прекрасно.

Он выглядел немного смущенным:

– Для детей – все что угодно.

Рейчел наклонилась к нему. В ее взгляде смешались желание и призыв.

– С удовольствием скажу что-нибудь. Публичное объявление может стимулировать пожертвования и помочь вашему комитету.

Его комитету? Линн подавила улыбку. Она произведет Кристиана в почетные члены.

– Это было бы замечательно! – Он отвел выбившуюся прядь волос с лица Рейчел. – Вот. Так мне лучше видны ваши прекрасные глаза.

Журналистка картинно вздохнула:

– Спасибо. А знаете, – сказала она Велтону, как будто Линн тут и не было, – я поговорю о сборе игрушек с одним приятелем из газеты в Портленде и несколькими блогерами.

Кристиан ухмыльнулся:

– Чем больше, тем лучше.

Ну хорош! Очень умелый обольститель. Но если это поможет наполнить коробки игрушками, Линн не против. И все-таки ей стало жаль Рейчел Мюррей.

Бедная журналистка явно увлеклась Велтоном. Да и какая женщина устояла бы перед напором его обаяния? Но если Рейчел думает о рождественском романе с Велтоном, ее ждет разочарование. Хотя, возможно, именно ее Кристиан поцелует в новогоднюю ночь под омелой…

Эта мысль немного встревожила Линн, и она прогнала ее.

– Мы готовы, – доложил оператор.

Рейчел разгладила юбку:

– Почему кто-нибудь из вас не сходит за Биллом Полсоном? Тогда мы сможем начать интервью.

– Ты как, Томас? – спросил Кристиан.

Линн знала – он говорит не о том, чтобы сходить за Полсоном. «Вечерние новости Портленда» смотрели и в Орегоне, и в Южном Вашингтоне. И если Рейчел Мюррей готова рассказать о сборе игрушек и увеличить шансы каждого нуждающегося ребенка получить подарок на Рождество, самое малое, что Линн может сделать, – дать интервью.

Она вздохнула, покоряясь судьбе:

– Хорошо. Я схожу за Полсоном и тут же вернусь.

Рейчел Мюррей принадлежала к тому типу женщин, которые нравились Кристиану.

Безупречно наложенный макияж подчеркивал ее привлекательность. Его рукам хотелось погрузиться в светлые волосы. А потрясающая фигура была бы лучше без покрова одежды… И она задавала достаточно умные вопросы. Красота, ум и бюст. Идеальное сочетание.

Так почему же Линн Томас интересовала его гораздо больше, чем эта сексуальная корреспондентка?

Кристиан всегда старался не воспринимать Томас как женщину, но сегодня она казалась почти беззащитной, что будило в нем его рыцарские инстинкты.

– Что бы вы хотели иметь при себе в снежной пещере, Кристиан? – спросила Рейчел.

– Полная аптечка и телефон с заряженными батарейками могли бы пригодиться. И запас продуктов. – Велтону до сих пор было неловко из-за того, что его пришлось спасать. – А в остальном у нас было все, что надо.

Рейчел переключилась на Томас:

– В это время года спасательные экспедиции не всегда так успешны. Верно ведь, Линн?

– Не всегда, – согласилась Линн. – В две тысячи шестом году погибли трое скалолазов, еще трое – в две тысячи девятом.

– Правда ли, что один из членов службы спасения погиб во время зимнего восхождения? – спросила Рейчел.

Лицо Томас напряглось. Она ответила кивком.

– Да, – тут же вмешался Билл Полсон, но его голос звучал натянуто. – Ник Бишоп, член ГСПСО, и Иэн Гарфилд, способный молодой альпинист, погибли восемь лет назад за несколько дней до Рождества.

Кристиан никогда раньше ничего не слышал об этих людях, но они были явно небезразличны Томас и Полсону.

– Это очень печально, – сказала Рейчел. – Какие чувства вызывает в вас тот факт, что вы и ваш брат Оуэн остались живы там, где другие люди погибали?

– Благодарность, – ответил Кристиан. – Нам повезло.

– Как вы думаете, Линн, – спросила Рейчел, – помогло ли им выжить что-нибудь кроме везения?

– Кристиан и Оуэн сумели выкопать себе убежище, защитившее их от холода и ветра. У них было снаряжение, которое уберегало от переохлаждения и обезвоживания, пока не пришла помощь.

Никогда прежде она не называла Кристиана по имени. Это звучало… странно. Он привык, что она зовет его Велтон, как и другие ребята на станции.

– Но даже хорошее снаряжение и должная тренировка ничего не гарантируют, – заметил Билл. – В горах всегда пригодятся везение и хорошая карма.

– А как насчет рождественского волшебства? – спросила Рейчел. Томас резко вдохнула и обменялась взглядами с Полсоном. – Син Хьюз говорил, – продолжала Рейчел, – что немного рождественского волшебства способствует удачному исходу спасательной экспедиции. Как по-вашему, Линн?

– В Худ-Хемлете, кажется, все имеют собственное мнение о рождественском волшебстве, – сказала Томас без каких-либо эмоций в голосе. – Но какова бы ни была причина нашей удачи, все мы рады, что Кристиан и его брат в порядке.

– А вы как думаете, Билл? – спросила Рейчел.

– Там, наверху, многое могло пойти не так, но не пошло, – ответил Полсон. – Оуэн не повредил ни позвоночник, ни голову, мобильный телефон разрядился уже после того, как GSP-координаты были переданы оператору службы спасения. Приличная погода держалась достаточно долго, и мы успели подняться к ним и спустить их вниз. Кажется, тут есть нечто большее, чем простое везение.

Томас сжала губы. Ее глаза потемнели, но не стали такого сексуального темно-шоколадного цвета, как в пещере. Ее что-то мучило. Кристиану безумно захотелось приласкать и утешить ее…

– Вы провели две ночи в снежной пещере, Кристиан, – сказала Рейчел. – Считаете ли вы, что выжить вам помогло рождественское волшебство?

Он перевел взгляд с Томас на журналистку:

– Оказавшись в ситуации, которой не в силах управлять, вы быстро становитесь верующим, – признал он. – Я вынужден согласиться с Сином и Биллом. Кажется, нам помогло что-то еще. Я живу в Худ-Хемлете чуть больше года. Но если ветераны ГСПСО называют это рождественским волшебством, я к ним присоединяюсь.

– Значит, рождественское волшебство в горах, – улыбнулась Рейчел. – Кристиан и Линн – члены созданного пожарной охраной комитета по сбору рождественских подарков для детей. Почему бы вам не помочь им сотворить маленькое волшебство, пожертвовав новую игрушку бедным детям, чтобы утро Рождества стало для них светлее? Емкости для сбора игрушек находятся тут, на пожарной станции. С вами говорила из тихого горного городка Худ-Хемлет Рейчел Мюррей, программа «Вечерние новости Портленда».

Прожектор погас. Операторы начали убирать аппаратуру.

– Замечательное интервью, – сказала Рейчел.

– Я благодарна вам за сообщение о сборе игрушек, – сказала Линн и вышла.

– Спасибо, – добавил Кристиан. – Очень мило с вашей стороны.

– Всегда пожалуйста. – Рейчел улыбнулась ему. – Рада была помочь.

Он услышал знакомый смех. Томас разговаривала с оператором, высоким бородатым парнем. Томас явно интересовала оператора – тот флиртовал с ней, пожирая взглядом.

Сначала Оуэн, теперь этот тип…

– Я дам вам мой телефон на всякий случай, – сказала Рейчел.

Кристиан повернулся к журналистке. Она так не похожа на… Он посмотрел на Томас. Уж не назначил ли ей этот тип свидание? Кристиан надеялся, что нет.

– Кристиан? – вновь обратилась к нему Рейчел.

– Буду рад знать ваш номер телефона. – Он пригласит ее куда-нибудь в благодарность за то, что она упомянула о сборе игрушек. – Можно я взгляну на ваш телефон?

Рейчел протянула ему изящный смартфон.

Он набрал свой номер и вернул ей телефон:

– Теперь у вас есть мой номер. А у меня ваш.

– Воспользуйтесь им, ладно?

– Хороша. – Полсон одобрительно посмотрел журналистке вслед. – Ты взял ее номер?

Кристиан кивнул, заметив, как Томас бросила на него сердитый взгляд. Она что, ревнует?

– Итак, ребята, – сказала Линн с горечью в голосе, – рождественское волшебство?

«Нет, не ревнует», – решил Кристиан и немного огорчился.

– Это сказал Хьюз, – возразил Полсон.

Она скривилась:

– Хьюз иногда ляпает невпопад.

– А я не хотел возражать командиру нашей команды, – сказал Полсон. – И потом, я лично верю в рождественское волшебство.

Томас громко вздохнула:

– Рождественского волшебства на самом деле нет. Иначе несчастья не случались бы под Рождество.

– Не хочу продолжать этот разговор. – Полсон направился в общую комнату, но обернулся: – Если у тебя есть мозги, Велтон, ты сделаешь то же.

– Я никогда не говорила, что не люблю Рождество. Просто я в волшебство не верю, – возразила Линн.

Вчера, когда ее щеки разрумянились и Линн весело смеялась, она казалась чуть более… человечной. Та ранимость, которую Кристиан заметил во время интервью, усилила это впечатление. Но теперь Линн опять стала прежней.

– А во что ты веришь?

Она вскинула подбородок:

– В хорошую подготовку, в соответствующие навыки и снаряжение, в постоянную осторожность.

– Прямо цитата из учебного пособия ГСПСО.

– Так и есть!

– В это верит ГСПСО, а не ты.

– Ошибаешься, новичок, – сказала она. – Пособие писала я.

Ему не стоило бы удивляться. Вероятно, к работе горноспасателя Томас подходила так же, как к работе врача.

– Ну если рождественское волшебство наполнит эти коробки игрушками, ты быстро переменишь мнение.

– Коробки наполнят объявление по телевидению и людская отзывчивость. Ничто иное.

Она взяла коробку с клеем, цветной бумагой и ножницами.

Взгляд Кристиана упал на ее губы. Никакой помады. Кристиан подумал, как бы она реагировала, если бы он ее поцеловал…

– Когда следующее собрание комитета по раздаче игрушек?

– Я знаю, это не то, чего ты хочешь, – сказала Томас. – Но ты можешь быть почетным членом комитета.

– Спасибо. Но ты же слышала слова Рейчел. Она сказала, что я – член комитета. Следовательно, я должен быть таковым.

– Никто не будет об этом знать.

– Я буду знать.

Линн наморщила лоб:

– Раньше ты не проявлял никакого интереса к сбору игрушек.

– Верно. – Кристиан не любил, чтобы его во что-то втягивали. Он хотел делать только то, что выбирал сам. Но помочь в сборе игрушек значило сделать что-то приятное Томас. – В этом году я хочу быть в комитете, – твердо сказал он.

В ее глазах мелькнула паника.

– Ты серьезно?

Ее обычная уверенность в себе вдруг куда-то исчезла. Она выглядела обеспокоенной. Вот и хорошо, потому что он по ее милости чувствует то же самое.

– Я говорю совершенно серьезно. Тебе лучше привыкнуть к этой идее, потому что мы с тобой теперь в одной упряжке.

Глава 4

Кристиан остановил машину у трехэтажного таунхауса, где жила Линн Томас. Дома с деревянными балками крыш и окнами в одно стекло придавали этому кварталу вид мирной горной деревушки. За рядами домов высились огромные ели. Но тем не менее отсюда было рукой подать до центра города.

Снежинки ложились на ветровое стекло машины. Он выключил мотор.

Одноместный гараж дома Томас был открыт. Внутри перед большим фургоном стояли три больших зеленых контейнера с красными крышками. А снаружи, под верхней балкой, Томас развешивала по периметру крыши гирлянды рождественских фонариков. Синяя куртка, которая была ей велика, спускалась ниже бедер, черные непромокаемые брюки были заправлены в зимние сапоги. Одета для метели и ветра, а не для легкого снежка. Бурю не предсказывали, но небо потемнело.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Чикен масала – курица в специях, блюдо индийской кухни. (Примеч. ред.)

Вернуться