Виктория Шиманская
Детская агрессия

Все права защищены.

Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

В оформлении макета использованы изображения по лицензии Shutterstock.com.

© Шиманская Виктория, текст, 2024

© Оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2024

* * *

Предисловие. Откуда берутся маленькие монстры?

Здравствуйте, дорогой ответственный взрослый! Я назвала вас ответственным, потому что только человек, обладающий этим качеством, захочет взять в руки книгу о детской агрессии. О таком явлении, как кричащий, дерущийся, кусающийся, брыкающийся ребенок, и вспоминать-то не очень приятно, а уж тем более читать целую книгу.

Но раз вы открыли ее, значит, понимаете: агрессивное поведение – не то, что можно оставить без внимания и просто ждать, пока ребенок его перерастет. И вы точно не думаете, что нужно просто систематически наказывать ребенка за дурное поведение, и он исправится: мировая психология уже давно доказала всеми доступными способами, что эти методы работают совсем не так, как нам хотелось бы. Так, выдающийся российский психолог, заложивший основы детской психологии, Лев Выготский не раз отмечал, что развитие ребенка замедляется без позитивного подкрепления, а с негативным (наказание за неудачу) освоение зон ближайшего развития происходит еще труднее. В ситуации наказания у ребенка закрепляется травматический опыт, после чего он не перестает делать то, что вызвало родительский гнев, а учится быть скрытным и только внешне хорошим и одобряемым. Тем, кто хочет больше узнать о психологии наказаний, очень рекомендую прочитать книгу Альфи Кона «Воспитание сердцем. Без правил и условий»[1].

Теперь расскажу вам историю про маленьких монстров.

Идет по дорожке милая девочка, вся в розовых бантиках, с длинными пушистыми ресницами. И вдруг ее случайно толкает проходящий мимо мальчик. Или мама отказывается купить мороженое. Или капля грязи попадает ей на туфельки.

И тут начинается такое! Славная малышка меняется в лице, начинает кричать, рычать, топать ногами, сжимает кулаки, и если ее не остановить – полезет в драку. Откуда в этой крошке столько агрессии? Как милый ребенок вдруг превращается из куколки в монстра, огнедышащего дракона, извергающийся вулкан?

На вулкане, пожалуй, и остановимся: это очень удачная метафора для описания агрессии. Во-первых, вулкан может долго спать, не проявляя признаков активности, и только внимательные наблюдатели могут заподозрить, что внутри зреет новая порция огненной лавы. Во-вторых, нельзя потушить извергающийся вулкан: пока вся лава не изольется, катаклизм не прекратится. Кроме того, вулкан, как и рассерженный человек, не контролирует поток лавы и не выбирает, кого разить: всем, кто находится поблизости, может достаться. И третье сходство: после извержения вулкану обязательно нужно время, чтобы как следует остыть.

Возможно, вас это удивит, но такой «вулкан» есть внутри каждого человека. Даже внутри самого милого и безобидного, тихого и послушного ребенка.

Способность к агрессивному поведению обязательно входит в наш базовый эмоциональный комплект, ее нельзя демонтировать или выключить, и это к лучшему! Ведь гнев, стоящий за любыми проявлениями агрессии, – это базовая и важнейшая эмоция, которой мы обязаны нашим выживанием.

Вернемся к той рассердившейся девочке: на самом деле она вовсе не монстр. С ней все в порядке, она просто осваивает сложную, сильную эмоцию, которая свойственна всем нам. Сейчас важно, чтобы она научилась адекватно выражать свой гнев и вместо агрессивной или, еще хуже, аутоагрессивной[2] модели поведения сумела выбрать другие, более экологичные и конструктивные.

Гораздо больше похожи на монстров те, кому с раннего детства запрещали гневаться: наказывали за малейшие проявления агрессии, угрожали («Не буду с тобой дружить», «Отдам милиционеру» и так далее). Эти дети вынуждены жить, не признавая и не изучая одну из собственных базовых эмоций: они либо учатся подавлять в себе проявления гнева, что рано или поздно приводит к неврозу, либо самостоятельно ищут способы его прожить и открывают для себя аутоагрессию (о ней мы тоже поговорим дальше) или другие, не менее тревожные и опасные решения.

В любом случае от вспышек агрессии страдает в первую очередь сам ребенок: даже если родители терпеливо и с пониманием относятся к его срывам, они вряд ли смогут оградить его от неодобрения окружающих – проходящей мимо критичной старушки, строгих воспитателей в детском саду и прочих взрослых. Резкое поведение ребенка может пугать других детей, это мешает дружбе и общению. Не говоря уже об угрызениях совести за вспышки агрессии, которые к шести-семи годам испытывают многие дети. Именно поэтому научиться управлять собственным гневом стоит до школы.

Итак, если ваш ребенок иногда ведет себя агрессивно, с ним все в порядке, это не ошибки воспитания и, скорее всего, не глубокая внутренняя боль. Это просто еще одна возможность психики, недавно открытый ребенком внутренний «вулкан», который пока извергается стихийно и спонтанно, но в будущем, когда вы его изучите, он перестанет быть таким опасным.

Нам, родителям, предстоит интересная задача, почти приключение: первым делом изучить собственный внутренний «вулкан гнева», понять, для чего нам дана эта огнеопасная эмоция, а затем помочь нашим детям познакомиться с ней и начать потихоньку приручать ее, не давая превратиться в агрессию. Этот путь можно целиком пройти только вместе, ведь паттерны поведения родителей мгновенно усваиваются детьми. Способ управления гневом, выбранный родителями, передается ребенку в виде психологического «наследства». В этом и состоит хорошая новость: если у вас получится осознать, изучить и взять под управление свои гнев, злость и агрессию, значит, со временем все это обязательно получится и у вашего ребенка.

И книга, которую вы держите в руках, поможет пройти этот путь. В ней двадцать процентов теории, изложенной простым и доступным языком, двадцать процентов понятных и узнаваемых примеров, а все остальное – полезные игры и практики, которые вы можете осваивать вместе с ребенком, помогая ему разобраться в себе и научиться управлять собственным гневом.

Давайте сразу договоримся! Если вы считаете, что мы живем в жестоком мире, где побеждает сильнейший, что необходимо всегда ударом отвечать на удар, а лучше бить первым, что нечего щадить обидчиков и нужно проявлять силу, – пожалуйста, не читайте эту книгу. Вам она, вероятно, не пригодится. Я пишу ее для тех, кто опирается на идеи гуманизма и верит в то, что решать жизненные задачи можно без насилия.

Часть I. Советы для начинающих «вулканологов»

Глава 1. Родительская боль: почему вспышки агрессии детей даются нам так тяжело?

Одна из главных, самых сложных и в то же время самых приятных миссий любого родителя – проживать вместе с ребенком его эмоции. С первого дня его жизни мы вместе смеемся, радуемся солнцу, грустим над растаявшим снеговиком, пугаемся пауков на чердаке. У мамы и папы, включенных в жизнь своего малыша, чрезвычайно обострено чувство эмпатии.

Вместе с сопереживанием мы предлагаем ребенку защиту и поддержку: мы утешаем, успокаиваем, вдохновляем. На каждый подобный случай у многих из нас выработаны эффективные, проверенные способы реагирования, с помощью которых мы, взрослые, берем ситуацию под контроль. Так происходит с грустью, страхом, обидой, но только не с гневом.

Если малыш вдруг разразился горькими слезами, мы берем его на руки, обнимаем, шепчем на ушко слова утешения, вытираем ему слезы – и крайне редко рыдаем вместе с ним. Если он дрожит от страха – берем за руку, предлагаем вместе глубоко подышать, зажигаем свет в темной комнате и тоже, скорее всего, не теряем самообладания: у нас другие страхи, Бука из-под кровати не повергнет нас в ужас.

ЧТО ПРОИСХОДИТ С НАМИ, КОГДА РЕБЕНОК ВДРУГ ПРОЯВЛЯЕТ АГРЕССИЮ?

Обычно для начала мы довольно беспомощно говорим «правильные» с родительской точки зрения слова вроде «успокойся» или «не надо сердиться». Подобные увещевания слабо действуют и на взрослого, и на ребенка, если он уже раздражен настолько, чтобы совершать какие-либо агрессивные действия. В лучшем случае мы просто ничего не добиваемся, а в худшем подливаем масла в огонь: ребенок может направить агрессию еще и в наш адрес.

За этим может последовать ответный удар. Мы повышаем голос, хмурим брови, угрожаем, короче, пытаемся усмирить его силой. Эти меры не только никого не успокаивают, но и наоборот: вместо одного разгневанного человека мы получаем двух. А впоследствии взрослого может накрыть и острое чувство вины, ведь он должен был помочь ребенку, а в результате сам увяз в агрессии, был груб, показал негативный пример.

Еще одна частая реакция на агрессию ребенка – ее отрицание, осознанное или неосознанное. Тогда мы говорим: «Я не узнаю тебя», «Где ты этого понабрался?», «На тебя совсем не похоже» и так далее. Фактически мы не принимаем его агрессию, отказываемся от нее, а для ребенка это равноценно отказу от него самого. Трудно сказать, какое поведение будет иметь более серьезные последствия для детской психики: ответная агрессия или угроза отказаться от ребенка из-за подобного поведения.

ПОЧЕМУ МЫ НЕ СПРАВЛЯЕМСЯ С ПРОЯВЛЕНИЯМИ ДЕТСКОЙ АГРЕССИИ ТАК ЖЕ ЛЕГКО, КАК СО СЛЕЗАМИ ИЛИ СТРАХАМИ?

Здесь действует сразу два механизма: биологический и социальный. С точки зрения психофизиологии гнев – одна из самых «заразных» эмоций не только у людей, но и у всех биологических особей, способных испытывать эмоции. Любое животное инстинктивно оскалом отвечает на оскал, иногда даже не успевая оценить, достаточно ли у него сил, чтобы отвечать на агрессию, и грозит ли ему вообще какая-то опасность. Какими бы мы ни были высокоорганизованными, на некоторых уровнях мы остаемся животными, поэтому, если кто-то в нашем окружении начинает кричать, мы сразу подвергаемся искушению накричать в ответ, желательно еще громче.

Но дело не только в биологических реакциях: большинство людей успешно могут научиться управлять ими. Дело в том, что агрессия – эмоциональное проявление, которое в современном мире (по большей части) считается социально неодобряемым и нежелательным. С ранних лет мы получаем четкую обратную связь от окружающих за агрессивные проявления гнева: в виде выговора («Нельзя обижать других детей! Драться нехорошо!»), угроз и наказаний («Если будешь так себя вести, больше не разрешу тебе играть в парке с другими ребятами!»). В связи с этим возникают вопросы: каким образом сформировались наши отношения с гневом? Боимся ли мы собственных проявлений ярости? Легко ли нам сдерживаться? Как мы проживаем моменты, когда рядом кто-то открыто проявляет свою силу и ярость, даже если это наш ребенок?

Кроме того, когда ребенок ведет себя агрессивно, особенно на людях, к личным переживаниям добавляется и родительский страх: если ребенок совершает неодобряемые действия, это отчасти компрометирует родителей. В нас пробуждается глубинный страх отвержения. Так что нет ничего удивительного в том, что именно с гневом и агрессией ребенка мы в среднем справляемся хуже всего.

РЕЗЮМИРУЕМ

Чаще всего нам сложно соблюдать эмоциональное равновесие, когда наши дети ведут себя агрессивно. Мы подвержены искушению поддаться инстинкту и просто ответить рыком на рык, а также начинаем испытывать на себе давление социальных эмоций: родительского страха и стыда за поведение ребенка. Именно поэтому нам бывает трудно оставаться сильными, осознанными взрослыми и помочь ребенку прожить сложную эмоцию.

ЧАСТЫЕ ОШИБКИ, СОВЕРШАЕМЫЕ РОДИТЕЛЯМИ В МОМЕНТ, КОГДА РЕБЕНОК ОХВАЧЕН ГНЕВОМ

• Ответ гневом на гнев: крик, топанье ногами, шлепки и так далее.

• Действия, демонстрирующие отказ от ребенка: отойти в сторону, пройти вперед, не смотреть на него, а также фразы вроде «Нет, ты не мой сын».

• Позиция жертвы: закрыть лицо руками и заплакать.

• Попытка сохранить лицо: выражение неодобрения и замечания, рассчитанные по большей части не на ребенка, а на окружающих, попытки пристыдить ребенка.

КАК НАУЧИТЬСЯ ВСТРЕЧАТЬ ДЕТСКИЕ ВСПЫШКИ АГРЕССИИ ОСОЗНАННО

• Помните: все эмоции важны. Ни одна из них не является баловством или ошибкой воспитания. У каждой эмоции есть определенный функционал. Гнев помогает защитить человека от внешних угроз, заряжает его энергией, повышает общий тонус и немного притупляет чувство боли (конечно, это касается в основном животного мира, где гнев обычно предшествует схватке). С гневом не нужно бороться: он полезен! Прямо сейчас, когда ребенок срывается на крик или пытается кого-то стукнуть, он просто неидеально справился с задачей пережить свой гнев и отдался этому порыву. Он только учится управлять сложными эмоциями, и это нормально. Даже если вы не считаете себя мастером управления гневом, вы можете быть для ребенка отличной опорой. Для этого вам достаточно знать, что любая эмоция важна, а ее некрасивые проявления замечены вами и вы можете постепенно их исправлять.

• Сохраняйте спокойствие. Вспышки агрессии у ребенка не компрометируют вас как родителя. Вы растите свободного, эмоционально здорового человека, который не боится проявлять свои чувства и доверяет вам (иначе он задавил бы в себе гнев, чтобы не получить наказание). Да, не всем поведение вашего ребенка понравится, но спокойствие принесет плоды, полезные и для вас, и для самого ребенка, и для окружающих.

• Включайте наблюдателя. Эта роль наиболее безопасна для вас и ваших чувств, когда рядом находится человек, охваченный гневом. Смотрите на ситуацию со стороны, забудьте о том, что вы родитель и якобы что-то там должны срочно предпринять. Если вы видите, что ребенок сердится, но его гнев не опасен для окружающих, просто продолжайте наблюдать.

• Старайтесь увидеть подлинный смысл. Вы же не думаете, что пятилетний ребенок своим поведением грозит вам или предлагает помериться силой? Конечно нет! За его агрессией стоит какая-то иная потребность, о которой он вам сигнализирует. Если не забывать об этом, вы останетесь в позиции сильного, опекающего взрослого, и ответный гнев вами не овладеет.

• Не теряйте главную цель. Чтобы наш гнев не перерос в агрессию, нам нужно стараться почувствовать самые первые его импульсы, уловить нарастающее напряжение в самом начале. Если ребенок уже перешел в стадию агрессии, значит, первые сигналы гнева на этот раз проскользнули мимо нас, но впредь мы будем стараться их заметить. Для этого будьте готовы самостоятельно, а лучше вместе с ребенком проанализировать ситуацию (не сейчас, а потом, когда он успокоится) и понять, на что он так рассердился, что повлияло на его поведение. Только так мы сможем найти главное – причину возникающего гнева. А если нам удастся в следующий раз на самом раннем этапе отследить поднимающуюся волну, да еще и увидеть ее причину, – мы победили!

Глава 2. Гнев и агрессия: разбираемся с понятиями

Трехлетний Сережа строит башню из куличиков в песочнице. Вдруг приходит другой мальчик и случайно ломает его постройку. Сережа чувствует, как внутри него начинает клокотать лава гнева. Он сжимает кулаки, из глаз его льются слезы, он готов как следует стукнуть обидчика за испорченную работу. В какой момент здесь возникает агрессия и агрессия ли это?

Мы уже обсудили, что агрессия – это проявление такой базовой эмоции, как гнев. Разберемся, как нам разделять эти понятия. Все базовые эмоции – радость, горе, страх, гнев, удивление – имеют свойство как-то себя проявлять в нашем состоянии и поведении. В зависимости от индивидуальных особенностей психики они проявляются мгновенно или более медленно, бурно или едва заметно. На уровне физиологии контролировать проявление эмоций практически невозможно: мы можем лишь заметить, как краснеем, бледнеем, ощущаем общий тонус, учащенное сердцебиение и так далее. А вот на уровне поведения мы уже не так беспомощны: мы можем отдаться эмоции, кричать во все горло и кинуться в драку или сдержаться и сжать кулаки.

Если наш Сережа, стоя в песочнице у развалин собственной башни, рычит и плачет – это проявление гнева, пока не имеющее ничего общего с агрессией. Если в следующую секунду он, не задумываясь, применит свои кулаки по отношению к обидчику, это будет уже акт агрессии, связанный с гневом. А если он будет делать так из раза в раз, это будет уже не единичный случай, а усвоенная модель поведения.

НА КАКОМ ЭТАПЕ РОДИТЕЛЯМ СТОИТ ВМЕШАТЬСЯ В ПРОЦЕСС ПРОЖИВАНИЯ ЭМОЦИИ?

Давайте вначале запомним: испытывать эмоции – нормальная и обязательная функция человека. Это знание поможет нам в любой ситуации легко находить ответ на вопрос, поставленный выше. Запрещать ребенку гневаться ни в коем случае нельзя.

ТРИ ВЕЩИ, КОТОРЫЕ НУЖНО ЗНАТЬ О ГНЕВЕ

1. Гнев возникает не случайно. У каждой эмоции есть определенный функционал. Гнев призван защитить человека от внешних угроз, придать ему для этого больше энергии, повысить общий тонус и притупить чувство боли (конечно, это актуально в первую очередь для животного мира, где гнев обычно предшествует схватке). Непосредственно с гневом бороться ни в коем случае нельзя: он полезен! Если вы видите, что ребенок на что-то сердится, но его гнев не опасен для окружающих, просто продолжайте наблюдать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

Кон А. Воспитание сердцем. Без правил и условий. Москва: Манн, Иванов и Фербер, 2018. Здесь и далее, если не указано иное, примечания редактора.

Вернуться

2

Аутоагрессия – поведение, направленное (осознанно или неосознанно) на причинение физического или психологического вреда самому себе.

Вернуться