Иннокентий Белов
Маг 10

Название: Маг 10

Автор(-ы): Иннокентий Белов

Глава 1

Пробуждение оказалось непростым, но без особо неприятных последствий.

Комок подступил к горлу, и я, боясь захлебнуться, с трудом приподнялся, опираясь на локоть левой руки. Откинулся, как смог, подальше от места, где оказалось мое тело в момент пробуждения.

Тошнило меня недолго, можно сказать, я просто срыгнул и сплюнул небольшой комок рвоты. И все, следующих позывов не пришло, что очень меня порадовало, насколько я могу радоваться в таком состоянии.

Выпрямился и попробовал сесть, но в голове зашумело. Только и смог, что не удариться сильно головой, откидываясь обратно в лежачее положение.

В голове не нашлось ни одной мысли, только туман, белая пелена и больше ничего.

От поверхности, на которой лежит мое тело, идет очень приятное тепло, вскоре веки сомкнулись, я уснул.

Приходил в себя по итогу – двое суток, теперь я смог с этим определиться довольно точно с того момента, как догадался посмотреть на свою руку.

Время заметил не по смене светлых и темных времен суток, а по часам на руке на кожаном витом ремешке, которые пережили перемещение и даже оказали поддержку определенному заводу пружины.

Старые добрые «Командирские» не подкачали, теперь исправно светящимися стрелками показывают мне, что время идет, а я все лежу на теплой поверхности.

Удачная идея – купить механические часы и завести их на полную прямо перед перелетом, зато теперь я знаю, что можно что-то такое с собой прихватить, еще оно останется в рабочем состоянии, в отличии от электронных гаджетов.

Почему я не взял с собой фонарик на механическом приводе – ума не приложу, ведь видел же в тех же магазинах для туристов и собирался обязательно купить пару штук, но позабыл почему-то. Они бы реально помогли шагать по темноте без факелов и камней-светильников, вещей не очень понятных во многих мирах.

Сначала я запомнил число пятнадцать и время – час тридцать, умудрился запомнить эти числа, сразу смог опознать и часы, и цифры, которые они показывают.

К тому времени, как я поднял голову и скинул ноги вниз, стрелки показывают уже двенадцать часов шестнадцатого числа. Это значит, почти целый день я провел в полусознательном состоянии, немного уже осознавая себя, как личность, не считая времени, когда только формировался на Столе и потом приходил в себя.

Я вдоволь нагляделся наверх, узнавая понемногу знакомое перекрестье колонн, обостренным слухом слыша, как булькает струя воды в источнике. Давшем мне столько радостных, да что там, счастливых моментов утоления неистовой жажды, ведь такое случается почти каждый раз, когда я слезаю с теплой поверхности.

Придется мне прогуляться вниз за хворостом, чтобы приготовить себе еды, принесенной в этом мир, вскипятить воду и заварить цейлонский чай со слоном.

Пока, насколько я помню и сейчас уже могу разглядеть, несколько поленьев все же не дождались меня с обратным визитом.

Пропали бесследно, как в принципе и должно все случиться.

Не то, чтобы не дождались меня, просто сейчас их еще не может оказаться здесь никак.

Отлично, прогуляюсь вниз, тогда сегодня у меня будет горячая пища, тот самый кулеш с тушенкой, которой осталось еще три солидные банки. С тушенкой каша получается гораздо вкуснее и наваристей, чем только с сушеным мясом, в котором нет такого аппетитного жирка и усилителя вкуса.

Хотя я что-то туплю, усилители вкуса и большое количество консервантов – так можно говорить про тушенку из моего времени, местами неплохую по вкусу, но точно не по качеству, а мои банки попали сюда из потребкооперации Советского Союза, со стопроцентным мясом, прилагающимся от времен развитого социализма.

Правда, уже и в мое время, путешествуя по Белоруссии две тысячи одиннадцатого года, когда в батькином царстве-государстве начался перманентно не проходящий кризис, а местный зайчик скакнул с трех тысяч до шести за доллар, я еще находил реально советскую гостовскую тушенку с девяносто восьми процентным наполнением говядиной, не отличающейся по цене от остальной.

Она, конечно, довольно быстро исчезла с прилавков магазинов, но я успел купить пару коробок именно этой тушенки, еще долго потом показывал знакомым и друзьям в Питере, что такое чудо и правда бывает на этом свете.

– О, интересные воспоминания, да еще такие яркие!

Я уже думал, что забыл про те времена, когда по два раза в месяц катался в сторону Вицебской вобласци, как было написано на приграничном указателе, чтобы просто порадоваться жизни с крепким тогда еще рублем.

В прекрасно советский мир драников и мачанки за необыкновенно смешные деньги.

В шикарном «Трактире» в Витебске солидная порция драников, насколько я даже помню сейчас, стоила пятнадцать рублей, а мясоколбасная мачанка – целых пятьдесят пять.

«Да, золотые были времена, есть теперь, что вспомнить, сидя на теплом Столе в Храме перемещения во времени и пространстве для уже опытных межпланетных путешественников».

Почувствовать себя настоящим интуристом в пусть немного совковом сервисе. Главное правило тех времен гласило так: в Беларуси лучше заказывать только местные блюда, которые оказывались на удивление неплохими.

И забыть, например, про тот же салат «Цезарь» и прочие иноземные деликатесы, которые не получались совсем.

Я даже остановился посередине Храма, ушедший в воспоминания семилетней давности, на самом деле теперь уже девятилетней давности.

Хотя опять как-то я туплю, я же технически вернулся почти на два года назад, значит – снова семилетней давности.

– А чего и не порадоваться отлично работающей памяти на фоне сплошных опасений за ее потерю, – так я сам объяснил себе свое необычайно возбужденное состояние.

Потом достал оба чайника из оранжевого рюкзака, наполнил водой, один полностью, второй – до половины и поставил на край Стола, пусть пока греются. Я точно знаю, что пока не испытываю жажды, но, только попробовав воду первым глотком, сразу захочу напиться на всю жизнь вперед. Поэтому я даю возможность воде нагреться до комфортной температуры, чтобы потом не ломило зубы, которые я пока так и не попробовал вылечить самостоятельно.

И в СССР как-то до зубного кабинета не добрался, хотя там все такое пока не очень медом намазанный процесс.

Конечно, я уже пытался лечить себя, но мана почему-то не уходит в камни, приложенные к моему телу, у меня не получается вылечить тот же ноющий зуб.

В Кутаиси восьмидесятых я не рискнул заняться теми же зубами даже у самых лучших местных мастеров, собираясь сделать все в комфортных условиях своего времени.

Теперь-то точно попробую подлечиться, используя лечебные артефакты, лежащие в моем рюкзаке вместе с Палантирами в деревянном ящике.

– Кстати, Палантиры требуют моего внимания. Пора начать их заряжать, – напомнил я себе и занялся тем, что снова пытался вытащить деревянный и квадратный ящик из узкого рюкзака, опять упираясь ногой в его края и выдергивая ящик рывками.

Когда наконец все получилось, я открыл ящик, проверил все эти красивые, пока матовые шары. Да, все на полном и абсолютном нуле, как должны оказаться в таком случае, нет еще в них никакого красивого и заманчивого свечения.

Здорово все-таки уже очнуться опытным и деловым путешественником во времени и пространстве, точно знающим, что предстоит сделать и в какой очередности. Безо всяких дилемм и сомнений, уверенным в себе до конца.

Это вам не первый перелет и чувство непонимания с паникой, захлестывающие тебя до корней волос.

Я оставляю один Источник на Столе, добавляю к нему камни-светильники и все остальные артефакты. Стаскиваю солидного веса мешок с золотом и огромными алмазами со стола и отношу его в сторону Двери, где и оставляю стоять.

Наконец-то я знаю, что точно потрачу золото до последнего грольша и больше не стану таскать подобное богатейство между мирами. Как самый скаредный и жадный гном, такой себе Рыжий придурок.

Ни к чему оно мне в будущей жизни, а здесь очень даже пригодится, тем более сумма там весьма солидная. Еще я точно знаю, где лежит невообразимое множество денег и всяких ювелирных украшений.

Ну, до них может я еще не дойду, хотя отчего бы и не сходить, не прогуляться по знакомым местам, да еще в хорошей и просто отличной компании.

Я ведь прямо мечтал о таком и теперь не откажусь, наоборот, организую поход и компанию друзей, нагружу их великим делом, которое прославит нас в грядущих веках всего Черноземья.

Теперь я могу многое изменить в жизни своих друзей и приятелей, не дам двум бывшим Охотникам пропасть со шлюхами из Гардии, реально опуститься на самый низ жизни в Асторе. Придется постараться, пристроить и Кроса, и Драгера к хорошим женщинам, именно к хорошим и с достоинством, раз они сами оказались по гражданской жизни такими уж дуралеями и каблуками, что им просто необходимо, чтобы кто-то рулил ими постоянно. Ни к чему такое вообще, особенно, когда управляют таким процессом женщины – откровенно глупые стервозные шлюндры, привезенные пусть даже из самого лучшего притона Гардии.

Именно такая мысль оказалась одной из тех нитей, которые сплелись в крепкие веревки и вытянули меня обратно в Черноземье, чтобы заново уладить свои дела, избежать случившихся ошибок и построить новое будущее.

Да еще остальной имеющийся выбор оказался так себе, попасть на Вуоксу никак не получается, я уже подозреваю, что капсула на берегу реки сама работает, как ниппель, пропускает только в одну сторону при наличии энергии.

«Возродиться в ней, похоже, не получится никак, остается только прыгнуть в наше время в горах Грузии и тайком пробираться в Южную Осетию под российскую юрисдикцию», – так определенно кажется мне.

Кстати, что очень удобно с таким размещением Храма, там идти совсем недалеко, дороги заблокированы, но пешком вполне возможно пробраться, если только не попадешься в руки грузинской полиции или военных. Чего с моими способностями довольно легко избежать. Вряд ли они там взводами и ротами ходят, скорее обычный пограничный наряд или полицейский экипаж могу встретить, а с ними я спокойно разберусь, как только поближе подойдут.

Придется только рассказывать, если встретить южноосетинских военных или миротворцев, что потерял сознание на Вуоксе, а очнулся в каком-то подвале на территории Грузии, связанный по рукам и ногам. Смог освободиться и убежать. Пока больше ничего в голову не приходит из умного.

«Звучит довольно глупо, так что лучше и с ними мне не встречаться», – усмехаюсь я.

Оставался еще выбор между возвращением в Черноземье и перелетом в новый мир, я выбрал, конечно, тот вариант, где мне все хорошо знакомо, а я могу много чего исправить. Здесь у меня уже были друзья, которых я смогу снова сделать таковыми безо всяких проблем.

Тем более по времени очень хорошо подошло возвращение, если я правильно понял смысл этих самых единиц времени в капсуле. В общем-то – самый такой удачный вариант получился, чтобы вернуться в Черноземье, прямо идеальный такой.

– Посмотрим. Что у меня получится и что мне удастся сделать со своими знаниями и новой силой? – говорю я вслух.

Пока я вышел на площадку перед Храмом, дошел до края, откуда долго смотрю вниз и по сторонам, пока не замерз. Воздух еще не прогревается, похоже, зима здесь еще не закончилась, серединой весны точно не пахнет.

«Ну, так оно и должно оказаться по моим расчетам, я появился тут на месяц раньше или немного больше».

Так, подумаю о камнях на площадке, кстати, очень удобном месте, чтобы спрятать что-то ненужное, не отходя далеко от Храма.

Здесь у меня лежат магические атрибуты: копье, меч, кольчуга и шлем, вещи красивые и сильные, вот только по своему дизайну они очень намекают на прежних своих хозяев. Которые теперь совсем не в милости у жителей Черноземья, и это вполне справедливо. Пусть сами Маги почти наверняка не виноваты оказались в том, что на эту часть континента обрушилась Беда и все выжившие потеряли свои семьи, детей и родителей, родственников, часто – всех до единого.

Может все не совсем так, скорее всего, совсем не так, только разубеждать никого я не стану.

Не мое это дело однозначно, оставшиеся Маги мечтают снова о власти над своими бывшими землями, хотя по сути своей они крохоборы несчастные.

Не стану я ничего забирать пока, тем более не так долго мне осталось ждать до того момента, как придется вернуться в Храм по очень важному делу, которое никак нельзя пропустить теперь.

Только спрячу в одном из чайников все свои документы, ключи, карты с телефоном. И современные российские, на имя Олега Протасова, и те самые, теперь серьезно разыскиваемые в СССР, уже на имя Автанадзе Виктора Степановича, уроженца города Брянска.

Да, советский паспорт в моем времени лучше не светить и сразу же уничтожить после следующего перехода.

Может еще остаться серьезный интерес к такому замечательному человеку, лечащему любые болезни и хвори, часто официально неизлечимые, простым наложением рук.

Попахивает такая способность божественной силой, иначе ее никак и не назовешь.

– Интересно, сколько секретных докладов написано по поводу тех событий, сколько раз допросили Сашу и торговую мафию в Кутаиси? Наверняка, душу вынули и высушили, разбили на мельчайшие осколки и снова просеяли.

Золото оставлю большей частью здесь, мне еще предстоит легализоваться в Асторе по той самой легенде, за полной правдоподобностью которой я уходил на полгода за перевалы, которая в тот раз мне так и не понадобилась серьезно.

Как пришлось мне очень печально признать, пройдя с немалыми муками перевалы туда и обратно, приведя оттуда сестру Гинса, что оказалось единственным светлым пятном в таком долгом кровавом и утомительном путешествии.

«Хотя смерть барона и баронета – тоже довольно светлое пятно во всей этой истории. Да еще убийство тех фантастических мудаков баронов Фонвиз все же радовало очень, хотя теперь все они – снова в царстве живых. Только мне уже совсем не до них», – напоминаю себе.

Признать уже непоправимое и двинуться туда, куда я так не хотел попасть, на тот самый неуютный для меня Север.

Однако все же оказался там в роли довольно слабого и совсем нелюбимого ученика, без особых козырей и шансов на победу.

Слава богу, что-то самое путешествие к Роковой горе закончилось отлично, счастливым спасением Черноземья от кровавой затяжной войны.

Зато теперь моя старая легенда о происхождении из Коляндии очень даже в тему пойдет. С одеждой у меня, правда, не сказать, чтобы очень все хорошо сейчас получилось. Гильдейское лучше не носить, чтобы избежать вопросов. Объяснить ее появление, именно как беженцу из-за перевалов, я правдоподобно не смогу. Через месяц – точно объясню, а вот прямо сейчас – еще нет.

Впрочем, можно сослаться на такую же, совсем похожую одежду в армии Сатума, лучше в одном из графств Терума, где местный феодал решил обеспечить свою разведку такой же одеждой по своему непонятному капризу.

Только боюсь, что гильдейские при встрече мгновенно поймут, что вещи на мне из именно Сторожки, так что лучше не рисковать совсем. Ибо будут заданы вопросы, на которые нельзя ответить и не ответить тоже нельзя, патовая такая окажется ситуация.

Придется все-таки идти в своем камуфляже, который я выдам за одежду стражников Терума, а именно королевства Коляндии, жителем которого по месту рождения я являюсь по своей легенде.

То есть по моей легенде до Беды я жил в Черноземье, где-нибудь между шестой и седьмой улицами, около Речных ворот, после бегства из Сатума из-за жестоких и жесточайших порядков, существующих там. И как раз во время Беды за пару дней до ее начала проходил перевалы в Сиреневых горах, решив навестить родителей, поэтому долго не мог вернуться обратно. Пока не похоронил отца и мать и отчетливо понял, что хочу все-таки жить в славном городе Асторе, справедливом ко всем людям, преуспевающим своими трудами и старанием, а не в таких странах, где гордятся только правом рождения и относятся со злобным презрением к людям труда.

Где простые люди чувствуют себя свободными и очень счастливыми, где никакие бароны и графы не владеют их свободой и жизнью. И вообще нигде таких товарищей не имеется рядом на обозримом пространстве.

Рубашка вполне подойдет наша советская, такая светлая х/б с заграничным покроем, плащ у меня остался до сих пор из старой жизни, достаточно богатый и яркий. Прихватил еще тогда из имущества прекрасных баронесс, он долго мне послужил верой и правдой.

И теперь послужит верно.

Обувь – те же потрепанные сандалии, купленные мне Софико, из обычной кожи, они вполне сойдут за местное, только забугорное, заперевальное изделие повышенного качества и невероятного дизайна.

Всякие номера размера и штамп производителя на самой стельке уже напрочь стерлись, только на подошве с трудом можно разобрать цифру «43», но это ничего.

И так должны там быть непонятные знаки и срезать отдельно можно, что я исполняю первым делом.

Есть длинный кинжал, мне его вполне хватит, чтобы добраться до трактира Сохатого, купить какую-то одежду уже там, переночевать пару раз и двинуться к посту Гвардии около моста. Там я смогу договориться, что сам объявлюсь на Речных воротах, как вернувшийся из-за перевалов местный в прошлом житель.

Это вполне объяснит мой уже совсем небольшой акцент, зато проверить знание языка Коляндии – Терума здесь никто не сможет, а сатумский язык корли я знаю немного, как положено простому жителю далекого королевства.

Проверить меня через одиннадцать местных лет насчет того, жил ли я в Асторе тогда или все же нет, не сможет никто. Уже не помнят или просто померли все знакомые во время Беды, тут она мне поможет прикинуться совсем местным когда-то жителем.

Так, план уже прикинут, теперь пора пообедать и пройти проверку на стене, то есть поставить вариться кулеш и заняться своими шкалами Силы, Энергии и Маны.

Спустился на первую площадку, наломал и нарубил там весь сухостой, чтобы хватило на пару дней готовки и осталось на следующий раз немного.

Пока закипает вода с крупой в чайнике, нагревшуюся воду из которого я выдул одним глотком, я успел подумать, что слишком тороплюсь с тем, что думаю зарядить все Палантиры.

– Ладно, я спрячу их в том тайнике, который устроил около памятной для меня сосны-ели.

Ни в Храме, ни около стоянки Охотников никаких магически одаренных людей не должно появиться еще долго, так что я ничем особо ни рискую.

Теперь сообщество Магов Севера ничего не узнает от меня про сам Храм и дорогу к нему. Ни к чему им такие знания – одно только баловство получится.

Хотя потом придется слишком долго добираться до тайника, нет, все же лучше о другом месте подумать. Сюда-обратно почти полтора дня ноги бить, ни к чему такие концы мне делать. Так уж серьезно осложнять свою жизнь, постоянно шастать мимо Сторожки, так можно все-таки на бдительных Охотников нарваться.

«А в этой жизни я с Гильдией так подружиться уже не смогу и даже не собираюсь! Не пройду учебу на стоянке, не поучаствую в битве на Опушке, в общем, таким совсем своим точно не стану!» – хорошо понятно мне.

Да ведь теперь в свете моего знания о будущем никакие одаренные магически люди не узнают о местоположении Храма, еще через какое-то время должны будут уже прощаться с жизнью, если я правильно понимаю свои планы и настроение.

Компьютер на стене все же показал, что значение Энергии у меня можно поправить, поспав на Столе.

Силу и Ману он признал соответствующими сегодняшним уровням, поэтому я дождался, когда кулеш сварится, щедро заправил его тушенкой и наелся до отвала. Аппетит мгновенно обозначился после первой ложки кулеша, полного чайника мне едва хватило, чтобы успокоить желудок перед отдыхом на магическом Столе.

После недолгого сна, продолжительность которого я засек на своих «Командирских», оказалось, что прошло всего полтора часа по времени, я вернулся к Стене и вскоре стал счастливым обладателем подтвержденной седьмой ступени по развитию энергетической составляющей, изображенной в виде светящегося круга на стене.

Подрос немного, но только в энергетике, что вообще-то неудивительно.

До седьмого магического уровня мне еще расти и расти, а по силе физической я, пожалуй, дошел до максимума в этом теле, но менять его на другое не собираюсь. Пока точно.

Палантиры не стал заряжать, кроме одного, который возьму с собой. Еще подумал, что не стоит идти на проверку в Астор с такими предметами и вещами. Мало ли кто сможет учуять силу в Палантире или артефактах. Да еще при возможном обыске и досмотре вопросы возникнут.

– Поэтому оставлю я все такие необыкновенные вещи в тайнике около трактира, пока не пройду первичный допрос на посту около реки и в самой Страже, не смогу определиться с работой и проживанием. Чтобы потом вернуться и спокойно забрать спрятанное, уже тогда занести в город, но тоже осторожно, – решаю я.

Вечером опять вышел на площадку, сдвинул маной заряженного Палантира осыпь с тайника, потом так и присел на заднюю точку, ничего не обнаружив, даже тех плоских камней, которыми когда-то прикрыл тайник.

Почему-то я убежденно считал, что магическое оружие и гильдейские вещи ждут меня здесь, не понимая самых очевидных вещей. Ведь я же закопал их в том своем прошлом, и они должны, по идее, дожидаться меня под камнями.

Только я же в более раннее время вернулся, поэтому все, что пришло со мной, оно почему-то осталось при мне, а все то, что было спрятано перед уходом из Черноземья, его просто еще нет.

Да, почесал репу, посмеялся над своими расчетами и махнул рукой.

Оставил там три Источника, все документы и прочие следы моего и советского времени, сложил в чайник и закрыл крышкой, добавив еще фузею и кольчужные перчатки, которыми так и не смог воспользоваться ни разу. Протаскал все время зря на своем горбу, ладно хоть не потерял неповторимые в местных реалиях защиту и пушку.

«Хотя, опять ведь туплю! Те же Источники и фузея теперь снова должны меня ждать в Башнях около Роковой горы! Должны в принципе!» – доходит до меня опять не сразу.

«Ну, туплю после перелета пока однозначно, нужно дать себе освоиться и сознанию привыкнуть к новому телу!»

Ночью спал и видел сны, хорошие и много чего обещающие в будущей жизни, поэтому проснулся довольным и быстро собрался.

Часть одежды оставил на столе, как мешочек с крупой, сунул в рюкзак один Палантир с зарядом на сорок пять процентов и лечащие артефакты, которые для наружных ранений и лечения внутренних повреждений.

Еще убедился в том, что самому себя вылечить у меня пока не получается, придется все-таки воспользоваться кем-то из Магов, когда повстречаю таких на своем жизненном пути. Вчера старался пару часов помочь своим зубам и все без толку, даже вспотел от усилий, только ничего не получилось.

– Не выходит пустить свою же ману на себя любимого, такая вот серьезная незадача.

Глава 2

С утра холодный ветер продувает меня на спуске насквозь, пока я не спрятался за склоном и не спустился до первой рощи. Пришлось еще капюшон плаща надеть на голову, чтобы не заболеть по дороге, все же сейчас по моим подсчетам еще самый конец зимы, а я сам на весьма солидной высоте нахожусь.

Точную дату, какой сегодня день и месяц, я смогу узнать в трактире, что мне очень важно определить.

Ведь по моим прежним расчетам я передвинул значок времени в капсуле на девятнадцать делений назад, думая, что это месяцы. Но оказалось, что одна единица соответствует примерно двум годам земного времени, и я из примерного рубежа середины лета две тысячи двадцатого года переместился в май тысяча девятьсот восемьдесят второго года.

Два года, может немного больше, может немного меньше, но похоже все же больше.

Возвращаюсь я на ту же пару лет раньше, повернув значок времени уже восемнадцать раз вперед, ведь опять же. если по моим подсчетам, я провел в Черноземье целый год и еще примерно два месяца, потом четыре месяца в Советском Союзе, то есть примерно всего двадцать три месяца по земному календарю, почти два года.

Теперь могу теперь оказаться с запасом в месяц-два перед моментом своего появления в этом мире. Если правильно помнить, что местные месяцы содержат строго по тридцать два дня, в отличии от земных.

Единица времени в два года – довольно солидная величина, если бы она не подошла так удобно для возвращения в Черноземье, тогда, скорее всего, я не стал бы так поступать.

Особенно в том случае, если бы я возвращался позже момента своего первого прошлого появления, когда здесь может объявиться тот самый ребенок, которого я даже не видел, но слышал, как он шевелится в кроватке, когда побывал в комнате родителей на Пряжке.

Для меня самого – очень большая загадка, как поменяется жизнь моего, можно теперь так смело сказать, близнеца, именно из-за того, что я так активно вмешался в жизнь его родителей. Дал им четкие указания, что и когда произойдет, еще снабдил огромными деньгами, которые должны обеспечить гораздо более высокий уровень жизни для моего двойника и его сестры.

«Сложатся ли так его жизненные обстоятельства снова, чтобы он оказался на берегу Вуоксы в тот злополучный день?»

«Кстати, теперь, после почти пары лет, проведенных в другом мире, я уже совсем не уверен, что этот день такой уж злополучный вышел, что та гроза оказалась так уж некстати.

Я, конечно, стал другим человеком и даже весьма сильным Магом, но теперь ни капли не жалею о том, что сама судьба забросила меня так далеко от своего мира.

Я много чего испытал, даже успел умереть, только подобное испытание оказалось не так страшно, ведь при каждом переносе мое тело таким же образом умирает в капсуле. Теперь я уже четвертая копия самого себя прежнего, однако пока не замечаю каких-то ухудшений и того, чтобы система как-то откровенно лагала при работе и вообще давала сбои.

Может все такое и происходит на самом деле, только я ничего не чувствую и поэтому особенно не переживаю.

Тем более моя прежняя жизнь на Земле не имела такой уж особой ценности, когда я тупо трудился в сервисе, однако являлся довольным собой аутсайдером по жизни в глазах той же жены и ее продвинутых подруг.

Зато теперь мне даны совсем другие возможности и соответствующая сила.

Я все помню и чувствую, нашел настоящих друзей, некоторых, правда, умудрился потерять, но собираюсь все исправить по-настоящему во второй свой приход в мир Черноземья.

Поэтому, когда, по моим приблизительным подсчетам, все сложилось так, что подобная возможность оказалась очень реальной, я решил все-таки рискнуть.

Тем более, что моя насильственная смерть и понятный только мне проигрыш в противостоянии с Рыжими уродами, показались мне очень тяжелым испытанием. Поэтому я собираюсь поменять ход истории с точностью до наоборот, чтобы в муках умерли мои враги и те, кого они еще даже не наняли, как предатели рода человеческого, особенно долго и страшно мучились.

Да, еще то, что я стал более жестким и беспощадным мужчиной, такое я наглядно чувствую, хотя в моей новой жизни в средневековье это абсолютно нормальное поведение.

Мне пришлось поменяться радикально, стать полностью местным человеком, чтобы просто выжить.

Через три часа я дошел до стоянки, но не стал терять время, заходя на нее, раз она оказалась пустой.

Да, еще рано появляться здесь обоим Охотникам, которые не должны пережить свою рутинную работу на стоянке, насколько я это помню.

Я спешу до боли знакомой тропой, собираясь переночевать в настоящей постели в одной из комнат у Сохатого. Который меня еще совсем не знает, но никуда от этого знакомства уже не денется, скоро очень плотно познакомится с Ольгом Протом.

К вечеру я не очень далеко обхожу Сторожку, особо опасаться мне пока совсем нечего.

Гильдейские при встрече опросят меня и отправят сдаваться на пост около реки. Ведь я простой мирный путник, очень нужный городу переселенец в Астор, пусть даже бродящий в одиночку по довольно опасным местам.

«Ну, другого пути с перевалов до Астора нет! Это они еще не знают, что страшно и смертельно опасно добираться из той же Коляндии через весь Сатум до этих перевалов!» – усмехаюсь я.

Вскоре я поднимаюсь по ступенькам трактира Сохатого, открываю дверь и с интересом оглядываю обстановку в зале.

Сегодня обычный день, не выходной, поэтому в трактире я вижу всего несколько посетителей, зато двоих из них я очень хорошо знаю. У меня на лице невольно расцветает улыбка, ведь это те самые люди, которых я неподдельно рад видеть и сам надеялся на такую встречу.

Охотники Драгер и Конт сидят за столом и попивают пиво из пары кувшинов, негромко беседуя и посматривая по сторонам. Заслуженным людям из Гильдии никто не запретит хоть каждый день сидеть в трактире, пить там пиво, если все дела и задания выполнены.

– Хозяин, – негромко зову я, подходя к стойке, и жду, когда Сохатый вынырнет из-за внутренней двери.

– Добрый вечер, хозяин!

Сохатый смотрит на меня, пытаясь вспомнить, кто я такой, но хорошо видно, что ничего на ум к нему не приходит, не может он меня идентифицировать никак.

– И тебе добрый вечер, путник! Не припомню тебе никак, не обижайся.

В этой фразе, кроме легкого сожаления, звучит еще не высказываемое явно желание, чтобы новый человек сначала представился честь по чести.

– Да как же ты меня припомнишь? Я же не был в Черноземье целых одиннадцать лет. И я тебя тоже не помню, но очень рад, что трактир стоит на прежнем месте, а то, что здесь теперь новые хозяева, так это понятно. Чего пропадать хорошему месту? В котором каждый путник может снять комнату, заказать ужин, выпить пива и чего покрепче, еще отдохнуть, как следует, после тяжелого и очень опасного пути.

Сохатый стоит и хлопает глазами, пытаясь воспринять всю выдаваемую мной информацию.

Где-то он очень хитрый, а где-то тормозит заметно. Про то, что на месте его трактира тоже стоял другой еще до Беды я давно знаю. Еще с первого захода сюда в компании Охотников, когда основательно разбил рожу Редкену и волнительно познакомился с Гритой.

Как вспомнил про певицу, сердечко сразу же сладко заныло, впереди у меня знакомство с ней, и все еще будет. Очень на это надеюсь, Грита тоже одна из заманчивых таких поводов вернуться в Астор.

– Хозяин, комната есть?

Сохатый перестает хлопать глазами, уже усвоил информацию, что я перебежчик с той стороны, а значит – путник однозначно небогатый, поэтому он говорит свое оценочное мнение:

– Ты не радуйся, пришелец, ведь комната денег стоит. Откуда у тебя деньги наши могут появиться? Поэтому поспи на сеновале, как все остальные путники.

– Хозяин, тебя же Сохатый зовут? Так вот, ты за мои деньги не переживай, есть у меня золото, поэтому пошли служанку самую лучшую комнату приготовить, воды мне еще нагреть. Помыться хочу и знаешь, что еще?

Хозяин с обалдевшим видом слушает мои указания, особенно его добило требование горячей воды и лучшей комнаты.

– Бутылку ресы самой лучшей и пива четыре кувшина за тот стол для моих будущих друзей Охотников. И закуску тащи всю, которая сегодня есть.

И я подкинул золотой тайлер, который рыбкой долетел до Сохатого, был пойман им в широченную ладонь, потом недоверчиво рассмотрен, ощупан и попробован на зуб с выражением крайнего недоверия на хитрой роже.

– Не грызи монету, Сохатый! Самая настоящая! Запиши на мой счет всю деньгу, я у тебя часто теперь буду останавливаться. Зовут меня Ольг Прот, так что запоминай.

Сохатый кивнул головой, говоря, как бы, что все капризы за ваши деньги, и быстро отдал указания служанке, крепкой девке со здоровенной задницей, отправив ее греть воду и готовить номер. Сам он поспешил с бутылкой и кружками к столу Охотников. Потом принес еще первую порцию кувшинов пива, на удивленные вопросы мужчин показал на меня, продолжающего стоять у стойки и рассматривать остальных посетителей.

Нет, остальные посетители оказались мне незнакомы, поэтому я подсаживаюсь за стол к парням из Гильдии и знакомлюсь с ними. Они, конечно, удивлены такому подгону, но не отказываются, хотя так плотно общаться с нахальными незнакомцами не привыкли по роду службы. Только, кто же откажется хорошенько выпить и расслабиться в такое непростое время, если угощают щедро хорошие люди, чтобы познакомиться с доблестными защитниками города.

– Давайте, мужчины, выпьем, за славный город Астор и меня, нового его жителя, Ольга Прота. Который, наконец, решил все дела в Коляндии, смог пройти перевалы и спуститься с гор, – так я начинаю первый тост и заодно представляюсь, не дожидаясь вопросов.

Драгер и Конт поднимают стопки, и мы дружно опрокидываем их.

– Ох, хорошо, – жмурится лучник. – Так только с перевалов пришел? Только-только?

– Ага, – теперь уже и я блаженно жмурюсь, дегустируя абрикосовую ресу, пусть не очень долго, но выдержанную в дубовой бочке.

Излишняя сладость заменилась небольшой долей ноток дуба, такой букет мне изрядно нравится, очень такая натуральная вещь.

Я повторяю парням свою историю, как пошел навестить родных перед Бедой, как остался там, хотя меня тянуло изо всех сил в Астор и Черноземье. Как похоронил всех родных в королевстве и решил во чтобы то ни стало вернуться сюда обратно.

– И вот, моя мечта сбылась! Я снова на земле, где мне все нравится. Где нет этих дворян, где чувствуешь себя уважаемым и свободным человеком.

Охотники меня не стали спрашивать, как я прошел перевалы, хотя наверху еще зима настоящая.

Прошел и прошел, они сами не особо в курсе, насколько там сейчас непроходимо вообще.

– Здорово, – соглашается Конт. – Только, что ты умеешь делать? Какое мастерство есть у тебя в руках?

– Не переживай, старина, все у меня есть. И руки на месте, и голова, и деньги имеются на первое время.

– Тебе требуется дойти до поста Гвардии на мосту, они тебя в город отправят. Такой у нас порядок, могли бы и мы тебя проверить, но теперь уже не будем, – предупреждает меня Драгер.

– Чего у Гвардии работу отнимать! – смеется Конт. – И нарушать компанию, ведь хорошо сидим!

– Завтра дойду до гвардейцев, – отмахиваюсь я и задаю вопрос: – Шел с гор, видел огороженную стоянку, это для чего в безлюдных местах такое делают? Вы же Охотники, ваше имущество? Там, кроме, как охотиться больше делать нечего, я так понимаю? Раньше такого не помню.

– Наше место, здесь ты прав. Через пару месяцев сезон начнется, – подтверждает Конт и, глядя на приятеля, пытающегося взглядом что-то ему сказать, отвечает: – Ну, чего тень на плетень наводить? Видел уже Ольг стоянку и поэтому спрашивает про то, кому она принадлежит. Это же никакая не тайна, пусть он пока проверку не прошел в Ратуше. Какое тут секретное такое знание в таком деле есть, объясни мне, пень ты деревянный?

Драгер только смеется и кивает мне, видишь, какие у нас тут разговоры.

После такого объяснения беседа под ресу и пиво потекла повеселее, блюдо с корнеплодами помогает утолить разыгравшийся аппетит. Парни расспрашивают меня про жизнь на той стороне гор, тут я порассказал таких ужасов про тамошние порядки, что они только дружно ахают. Они отметили мой небольшой акцент, но признали, что за одиннадцать лет я не забыл язык и говорю очень даже хорошо.

Сохатый тоже давно уже подсел к нам за стол, даже не спрашивая, просто глядя на наше веселье, да все остальные посетители собрались вокруг. Настолько я убедительно и громко изобличаю пороки соседнего государства, зазнавшуюся и чванную аристократию, еще полную невозможность жить простым людям под гнетом озверевшего дворянства.

Мне есть, чего красиво и трогательно рассказать, а слушатели у меня очень благодарные.

Особенно про то, как там проводят торговые караваны, а толпы бандитов открыто пытаются их грабить, так что караванщикам даже нельзя по-настоящему защищать свое добро. Под страхом скорого суда от тех же бандитов и обязательной смерти. Такой рассказ поверг всех слушателей в неподдельное изумление, никто себе не может даже представить, чтобы бандиты так борзо себя вели.

Заодно я всех угостил парой кружек по случаю своего счастливого возвращения в Черноземье и чудесного спасения на засыпанных снегом перевалах. Я на самом деле очень рад оказаться среди этих людей, еще мне требуется погромче заявить о себе, как о вернувшемся настоящем патриоте города.

Народная молва, особенно мои рассказы про вопиюще ужасную и несправедливую жизнь за перевалами, быстро разнесет по не такому уже большому населению города и его окрестностей. В каком хорошем месте посчастливилось жить черноземельцам, в отличии от несчастных на самом деле сатумцев.

И ведь это никакая не пропаганда, а чистая правда! А правду говорить – всегда легко и приятно! Сила в правде!

Даже нигде не соврал почти, кроме своей истории появления в Сиреневых горах. Так ведь того же Понса, пока живого, нет рядом, чтобы почувствовать сомнительные места в моем рассказе, поэтому будем пользоваться ситуацией.

Хорошо посидели, не так, конечно, как в том случае, когда я праздновал свое как бы спасение на берегу Протвы, но тоже хорошо. Охотники ушли в обнимку и с песнями, я провожать их не пошел по сплошной темени, быстро помылся в теплой еще воде и завалился на постель в большом номере, выходящем закрытыми ставнями на дорогу перед трактиром.

Поставил сторожок и спрятал свой драгоценный рюкзак, находящийся в мешке, под большой кроватью.

Ночью ничего не снилось, проснулся я рано утром, напился загодя приготовленной водички из глиняного кувшина и, потянувшись в мягкой постели, не стал вставать.

Часы здесь использовать нет никакого смысла, в местных сутках тридцать два часа, но это не главное. Просто пришлось их снять перед визитом в трактир и спрятать в мешке, как и многое другое, что лежит в моем рюкзаке.

Который я вчера сразу же убрал под стол, чтобы не задавали лишние вопросы, откуда такое чудо появилось.

Впрочем, сам рюкзак убран в обычный местный мешок из-под крупы, которую я пересыпал в оранжевый рюкзак, оставшийся в Храме, поэтому вряд ли вызовет вопросы, если не доставать его при людях.

Главное – это то, что я доподлинно узнал, вчера оказался последний день официальной зимы, что за ставнями трактира не особенно-то и различишь. Те же десять-двенадцать градусов, как в королевстве и Теруме, где я провел первую местную зиму, холодный ветер, который в лесу почти не чувствуешь, только на открытых местах продувает.

Ариал так же умеренно припекает, скоро начнет усиленно греть природу, и через те же тридцать два дня жизнь ознаменуются серединой короткой, всего в два месяца длиной, весны.

По моим подсчетам, я появился в Храме где-то около двадцатого числа второго месяца весны, почти одновременно с Охотниками, Тонсом и Карном на стоянке. Они, получается, появились позже меня на один или два дня, сразу столкнулись с воплощением неизбежной смерти в здешних местах, с матерым Кортом.

После чего Карн перешел в разряд добычи Зверя, а Тонс остался дожидаться своей смерти на стоянке, правильно понимая, что раненому и без поддержки – нет у него никаких шансов одолеть такого матерого Зверя.

Который обязательно вернется добить и сожрать раненого Охотника.

Выходит, что я тоже могу встретиться с огромной, магически одаренной кошкой по дороге в Храм, куда собираюсь прийти к двадцатым числам последнего весеннего месяца. Я теперь точно собираюсь с ней встретиться обязательно и убить ее еще один раз.

На самом деле, по моим пока теоретическим раскладам, мне лучше вызвать огонь на себя, чтобы Охотники на стоянке остались живы и помогли потом в разгроме банды Крыс на той самой Опушке, где я когда-то принял боевое крещение. Теперь я не собираюсь идти с Охотниками в Помр, чтобы сопровождать караван, кто-то должен заменить меня и мою помощь в том сражении. А кто лучше справится с таким делом, как не тот же Тонс, если он переживет встречу со вторым Кортом.

Я приду в Храм перед двадцатым числом, чтобы встретить своего двойника, способного появиться на Столе.

Потом взять над ним шефство, инициировать его, как Мага, немного прокачать, научить нескольким умениям и отправить обратно в свое время.

Здесь мой двойник мне совсем не нужен, я рассчитываю, что через пару дней капсула на Вуоксе еще будет работать на прием путешественников в пространстве и времени.

Или не будет, тогда придется думать снова, как поступить в сложившейся обстановке.

За эти полтора месяца мне тоже предстоит много побегать и похлопотать, пройти проверку, что пока без своих Магов на службе города мне вообще нетрудно. Еще найти жилье, но это при том, что я уже знаю, где именно найти.

Устроиться на работу опять же по известному маршруту, снова в тележную мастерскую и с кузнецом Водером снова задружиться.

Познакомиться еще с Кросом, раз уж я теперь знаю Драгера, могу смело подсаживаться за стол к парням в трактирах и постоялых дворах.

Не оказаться назначенным Альсом в вылазку на северные земли, а собрать свою команду, значит, начать посещать активно «Лису и Журавля», устроить туда выступать Гриту, которая должна стать моей женщиной довольно скоро.

Собрать команду из своих приятелей и друзей, которым можно полностью доверять, чтобы устроить поход на Север, разбить Магов и предать их смерти, дойти до Роковой горы, желательно с повозкой или лошадьми, найти там снова Палантиры.

– Интересно, неужели они все так же меня ждут в опустевших Башнях?

В общем, за примерно местный год достигнуть серьезного влияния в городе и особенно при Ратуше, чтобы под мое руководство выделили небольшой отряд. Который теперь войдет в историю окончательного освобождения Астора от остатков прежней магической власти, как великие ниспровергатели авторитетов и спасители всего Черноземья.

Планов очень много, главное, что знания, сила и деньги уже есть у вашего покорного слуги, осталось не повторить прежних ошибок и не наделать новых.

Я поднялся с кровати, собрался и, умывшись, спустился в зал трактира, где меня уже ждет Сохатый.

Глава 3

Я не стал подсаживаться утром на попутную подводу, не спеша сторговал у Сохатого новый гардероб – обычные порты, рубаху с вышивкой и куртку типа гильдейской, но без такой специфической раскраски. Он тоже понемногу приторговывает простой одеждой для лесорубов и другой деревенщины, кто живет неподалеку от него.

Пусть значительно дороже купил, чем в дешевых лавках города, мне такое неважно, главное – выглядеть достаточно простым парнем из-за перевала.

Не подсылом от Магов или шпионом из Астрии.

Эта одежда потребуется мне на небольшое время, чтобы добраться до Астора, потому что в городе я заново оденусь. Гораздо солиднее, как положено приличному новому гражданину с золотыми тайлерами в кошеле на поясе.

В этой одежде потом начну работать в мастерской, будет мне на смену.

Вышло по итогу мне все в три четверти золотого тайлера: ужин, номер, выпивка и закуска, угощение посетителей плюс одежда, серьезно порадовал я Сохатого хорошими продажами в будний день. Сдачу серебром я все же забрал с собой, чтобы иметь возможность расплатиться за небольшие покупки и услуги, когда появлюсь в городе.

После хорошего завтрака я вышел в сторону моста и свернул перед ним в лес. На том самом знакомом месте, где когда-то ожидал Гинса, устроил правильный тайник, спрятал на краю березовой рощи свой рюкзак вместе со всем, что может насторожить гвардейцев или стражников. Все новые люди, желающие жить и работать в городе, должны пройти что-то типа допроса в одной из караулок Стражи, той самой, что расположена возле Речных ворот.

С таким, что вполне естественно, полным досмотром и вопросами по поводу вещей на первом форпосте города около моста через Протву.

В городе – местный иммиграционный центр, записывают новых жителей, их приметы и имена, отличительные признаки, и выдают жетон с выбитыми на нем именем и фамилией претендента. Здесь проводят тоже первичный досмотр и опрос.

В первый раз я вошел в Астор в составе Гильдии, уже Альс выдал мне при увольнении жетон почетного отставника, что считается далеко не рядовым событием среди гильдейских.

Эти жетоны я спрятал тогда в мешок с золотом, когда отправился на Север к Магам. Этот самый первый и следующий второй, награждение которым прошло в Ратуше, так и продолжают лежать в том же самом мешке.

Теперь мне совсем некому их предъявить, хотя имя мое на них осталось прежним.

В этой истории я их еще не получал и уже вряд ли когда-нибудь получу.

Спрятав все вещи в рюкзаке и сам рюкзак, я оставил себе только кинжал, пять тайлеров и горстку серебра, немного хлеба, еще деревянную бутылку с водой и пиво, конечно. Еще плащ, довольно богатый, и моя натуральная обувь с другой планеты – вот что отличает меня от местных жителей, но уж эти истории я придумаю, как красиво рассказать.

Тушенка, пара банок, и вся колбаса вместе с еще тремя банками сгущенки остались в Храме, чтобы дожидаться моего возвращения через полтора месяца, за которые, как я искренне надеюсь, не попаду ни в какую историю.

Гвардейцы на посту около моста уже знают, что скоро появится новичок, пришедший из-за перевалов, поэтому не удивились, когда я прошел через мост и подошел к ним.

– Стоять! Приготовиться к досмотру! – раздалась команда, когда мающиеся от скуки служивые подтянулись ко мне, желая немного поразвлечься за счет потенциального переселенца в богатый город.

Слухи, что с деньгами у меня все очень хорошо, и что я заказал самый дорогой номер в трактире Сохатого, наверняка, уже достигли ушей гвардейцев. Возницы, которым от меня вчера перепало пива, точно похвастали таким угощением перед гвардейцами, так что ждут меня здесь определенно.

Не часто, то есть вообще никогда еще не приходили переселенцы с перевалов с местными деньгами на кармане, а вот я именно такой эмигрант, который смог сохранить здешние деньги даже в беспредельном Сатуме.

Ну, развлеку и повеселю парней нормально, мне такое нетрудно устроить.

– И вам не хворать, доблестные стражи города Астора, – пряча усмешку, сказал я и отдал на осмотр свой мешок.

После чего снял ремень с кошелями и позволил пересчитать парням мои денежные запасы.

– Смотри-ка, Гнольс, этот переселенец не какая-нибудь голь перекатная, как обычно бывает, у него пять тайлеров с серебром имеется и еще очень дорогой плащ!

– Да, плащ дорогой и красивый, – заметил старший поста. – Откуда у тебя такой? Ведь в твоих землях такие плащи только дворянам разрешено носить.

– Не совсем так, уважаемый. В моих землях его носить могут все, у кого есть возможность купить такою вещь. Хотя ты совершенно прав, в самом же Сатуме я не стал бы рисковать кутаться в такую ткань, так и пронес его незамеченным в своем мешке, заворачиваясь по дороге в простой плащ.

Выслушав меня, старший хмыкнул в усы:

– И где же он, этот простой плащ?

– Остался на перевалах, я бросил его, когда начал спускаться с последнего из них. Он уже весь истрепался и намок, толку от него не было совсем, – так я объяснил отсутствие названной вещи. – Теперь мне и богатого плаща хватает.

– Как же ты прошел через горы зимой, если перебежчики и летом едва-едва там проходят? – это уже серьезный такой вопрос на проверку.

– Там же снега выше человеческого роста, – вмешался другой гвардеец.

Его светлые волосы я, вроде, помню, среди смуглого и черноволосого населения Астора.

– С помощью хитрости и знания, сплел себе такие штуки на ноги из коры, деревяшек и веревок, снегоступы называются, чтобы ходить по снегу, совсем не проваливаясь. И запасные еще взял, очень меня они выручили, только истрепались полностью на перевалах. Светило уже достаточно пригрело в горах, а на снегу образовался крепкий наст, который, конечно, не выдержал бы меня без таких широких снегоступов на ногах. У вас, наверно, в таких по болотам ходят, только я не знаю названия на вашем языке, – обстоятельно рассказываю свои похождения народу.

– А какие языки ты знаешь? Кроме черноземельского, я вижу, что ты не позабыл его, – продолжал спрашивать старший.

– Свой родной, на котором говорят в Теруме и моем королевстве, если слышали, оно называется Коляндия. Неплохо знаю еще сатумский корли, могу разговаривать и понимать на нем, но не очень чтобы. Толмачом работать не смог бы точно.

– Скажи что-нибудь по-своему? – влез снова светловолосый.

Я произнес несколько фраз на языке королевства, естественно, местные жители зашипели бы на меня из-за произношения и множества ошибок. Однако гвардейцы оказались благодарными слушателями, они столпились вокруг меня, откровенно радуются словоохотливому новому человеку и его обстоятельным, но все же веселым рассказам.

Мне уже давно отдали все вещи и деньги, мешок и плащ, обратив внимание на дорогой кинжал в ножнах и я, ничтоже сумняшеся, назвался чемпионом Коляндии по бою на кулаках, чем вызвал повышенный интерес к себе.

– Кинжал и плащ, это часть моих наград за победы в боях, – вот так обозначил себя.

Сразу нашлись желающие проверить меня в таком деле, как кулачный бой, вот прямо сейчас. Пришлось старшему приказать остальному наряду не маяться ерундой на службе, не мешать мне и дальше рассказывать о своей жизни и стране.

В конце мне все же рассказали о новом инструкторе Гвардии, мастере Гинсе, который перешел горы, чтобы спасти свою жизнь, а теперь работает в казармах, обучая сатумской борьбе гвардейцев.

– В сатумской борьбе не силен совсем, я больше на кулаках и просто бороться, так бить ногами не обучен, как ваш гвардеец, – признался я парням и продолжил дальше свои рассказы и байки.

Даже рассказал им про спасение баронесс, произошедшее случайно, и как я получил благодарность от спасенных в замке. Народ вовсю позавидовал полету моей фантазии, но в то, что это настоящая правда, верить наотрез отказались. Ведь я не стал рассказывать, что назвался баронетом из Астрии, чтобы получить вожделенный приз, из понятного благоразумия не похвастал.

Провел с гвардейскими пару часов, развлекая их байками и рассказами о тяжелой и очень несправедливой жизни за горами, после чего расстался с ними уже почти приятелями. Заодно мы распили пару моих кувшинов с пивом, который я оставил пустыми на посту, хорошо зная, что гвардейцы отправят приметную посудину Сохатому обратно, как я пообещал тому.

Меня даже пригласили заходить в «Лису и Журавля», где проходят бои на хорошие деньги и можно показать свое умение, раз я такой уж чемпион своего маленького королевства.

Типа, посмотришь на настоящих мастеров и поймешь, что королевство твое – очень маленькое. Подкололи однозначно, но я только многообещающе скривил рожу.

Потом меня посадили на проезжающую подводу, наказав возничему обратить внимание Стражи на Речных воротах на вашего покорного слугу и присмотреть за мной, как оказалось положено делать по службе. Так обычно всегда поступают, если переселенец не вызывает каких-то особых подозрений и может хоть немного объясниться.

Оставшееся время я сплю, развалившись на подводе и поглядывая на голубое небо, когда просыпался, пиво пошло в самый раз после вчерашнего веселья.

Как я и думал, рассказами о своих умениях я заинтересовал молодых гвардейцев, теперь легко смогу попасть к ним в компанию и там заново познакомиться со своими приятелями, на которых у меня имеются определенные планы.

В общем-то, все пока идет отлично, я уже познакомился с Охотниками, с молодыми гвардейцами и, кажется, моя легенда довольно убедительная. Ну и вообще радует людей, с которыми я встречаюсь. Всем хочется жить в справедливом и равноправном мире, теперь посмотрим, как местные профессионалы ведения допросов отнесутся к моим рассказам.

К вечеру мы доехали до города, я, как человек бывалый, дорогу особенно не рассматриваю, как сами поселения, вылез около Речных ворот, отряхнулся от сена и подошел к стражникам, которым на меня указал возница.

Стража, занятая последними проезжающими в город и из города, сказала постоять мне в сторонке и подождать. Брона я не увидел, да и что я ему могу сейчас сказать, раз мы с ним еще не знакомы. Так что просто постоял полчаса, разглядывая народ с искренним интересом.

Со мной некому оказалось разговаривать, потом меня отконвоировали в Сторожку, куда пришел оторванный от ужина чиновник, занимающийся переселенцами. Он, как узнал, откуда я заявился, сразу сказал, что это надолго и сегодня уже никто ничего решать со мной не будет. Что только завтра снимут допрос и будут думать, что со мной делать дальше, а сегодня я получу скромный ужин и переночую в одной из камер в Сторожке.

Планы у меня, конечно, имеются другие: переночевать, например, у Мортенса, с утра приодеться более модно и богато, сегодня хорошо поужинать и утром вкусно позавтракать. Однако вступать в какие-то лишние споры я не стал и молча, получив сухой паек, растянулся на деревянной лавке, положив под голову свой мешок и накрывшись теплым плащом.

Чтобы не знакомиться с местными насекомыми, поджарил маной свою лавку, все пространство вокруг нее, и после перекуса и оправки в средневековом туалете спокойно уснул.

Утром за мной прислали провожатого из главного здания Стражи, где меня долго и нудно допрашивал какой-то дознаватель-старшина. В конце концов он все же уяснил, что я ему подробно рассказываю, потом пришел в комнату на первом этаже мой старый приятель Гинс, серьезно погонял меня по корли. Даже попытался задать пару вопросов на языке Терума, что у него очень плохо получилось, я смог легко ответить, доказать таким образом ему и чиновнику, ведшему допрос, что этот язык мне родной.

Гинс, кстати, очень обрадовался новому земляку, назвался сам и попросил его найти в городе, если помощь потребуется на первых порах. Я ему сразу же пообещал, что скоро найду обязательно.

В итоге мне выдали стандартный жетон с номером на шею, потом мастер, сидящий в подвале, быстро набил похожим на стамеску инструментом мои имя и фамилию. Еще сказали, что я представляю определенный интерес для Ратуши, как единственный носитель второго языка Сатума в Асторе. Поэтому теперь я должен поставить в известность самого чиновника лично, где я собираюсь работать и жить, чтобы не позже трех дней по сроку.

Разумеется, я пообещал сделать все в лучшем виде, после чего меня отпустили из казенного дома идти, куда пожелаешь и куда ноги несут.

Время оказалось уже обеденное, поэтому я направился в «Лису и Журавль», где снял дешевый номер в мансарде.

Не отказав себе в удовольствии полюбоваться на небольшое движение во дворе усадьбы, представляя ясное будущее, ведь не так уже долго осталось ждать, когда умрут все Рыжие уроды.

После шикарного обеда я прошелся по лавкам и заново оделся, достаточно добротно и модно, уже совсем не как простой рабочий парень, и еще раз обошел весь город. Денег купить такой дорогой костюм, в котором я ходил на службу в Ратушу, у меня пока нет с собой, да еще такой работы тоже не имеется, чтобы так пальцы перед местным народом гнуть.

К Клое и Трону загляну после того, как устроюсь в мастерскую Крипа на постоянную работу, чтобы нашлось, на кого сослаться, типа, что не голь безработная к ним пришла.

В тот раз рекомендацию, пусть и не очень авторитетную, а скорее даже сомнительную мне составил именно Крос.

Сейчас мы еще незнакомы, поэтому я просто уверенно поднимусь к Клое и смогу убедить ее, что я именно тот постоялец, который ей требуется. Раз дочка вышла замуж, переехала на соседнюю улицу, и хорошо бы помочь ей обзавестись настоящим хозяйством.

– Все ведь помню про наш первый разговор! – улыбнулся я сам себе.

Заселюсь к ней на постой на три с половиной месяца раньше, чем в тот раз, это даже к лучшему, заодно и Трона перетащу на работу в город гораздо быстрее. Чего ему по дорогам до рудников слоняться с таким-то талантом, пусть приносит пользу городу и мастерской, ну и мне тоже, конечно.

На допросе меня спросили, где я жил и работал до Беды, на что я ответил, что работал в мастерской, которая собирала подводы и телеги, даже имя хозяина вспомнил. Крип как-то называл по имени прежнего хозяина мастерской, где работал сам молодым парнем, пока не пришла Беда. Хозяин погиб в снегах со всей семьей, никаких наследников у него не осталось, поэтому Крип оставил заявку в Ратуше на свое прежнее место работы. Даже потом получил денежную помощь для запуска производства так необходимых городу изделий.

После посещения лавок, где я закупился необходимой мелочевкой, даже опасной бритвой, я направился в мастерскую к своему будущему и уже, в прошлом, бывшему компаньону.

Вскоре стою на входе в такое знакомое мне место, где пахнет древесной стружкой, каленым железом, и вовсю кипит работа.

Первым внимание обратил на меня Ятош, подскочил ко мне, сильно прихрамывая. Я испытал даже некоторое облегчение, что теперь не требуется рассказывать славному старику, почему я такой, относительно молодой и не покалеченный, а уже вышел в отставку из Гильдии. Этого он так и не смог понять до конца, для него служить Охотником – единственно настоящий смысл жизни, поменять такое прекрасное занятие на работу в мастерской его заставила только тяжелая травма ноги.

Кстати, можно будет помочь старику, подлечить его ногу, только такое сразу не сделаешь, придется понемногу его лечить. Эта мысль мне очень понравилась, и поэтому я все стою и улыбаюсь, пока до меня не добрался сам Крип.

– Вы хотите заказать телегу? – вопрос не сверкает новизной, что мне понятно.

Да и сам Крип торговец такой, не больше, чем на троечку, это я уже давно знаю.

Я продолжаю улыбаться, держа себя в руках, чтобы не обнять старого друга, только отрицательно покачал головой.

– Значит, отремонтировать? – второй вопрос тоже не очень оригинален, я сразу шагаю внутрь мастерской.

Захожу уверенно, я знаю здесь каждый метр и каждый инструмент, сажусь на скамье в центре сарая и приглашаю всех присесть рядом.

Оставить работу и просто послушать меня.

Я даже не стал заходить в мастерскую Ольса, моего будущего конкурента, ведь я и так все знаю, какие расклады по конкуренции, ценам и себестоимости производства подвод.

Работники и Крип присаживаются рядом, и я начинаю:

– Уважаемый хозяин и вы, его работники! Меня зовут Ольг Прот, и я имею вам много чего сказать. Сейчас мы поговорим, потом у вас будет время подумать до вечера, затем я приду еще раз, и мы снова поговорим.

Глава 4

После откровенного, делового и раскрывающего невероятные перспективы разговора я оставил сидеть Крипа с парнями в некотором обалдении именно от открывающихся перспектив, моей непререкаемой уверенности и полного знания процесса производства подвод.

Вернулся в трактир, пообещав прийти завтра к обеду за естественно положительным ответом.

Где снова из своего номера полюбовался суетой и хлопотами во дворе соседней усадьбы, как Рыжая братия и их боевые подруги шастают по двору. Сразу же заметил, что сейчас таких строгих мер безопасности, как случилось после доставки бочек с вином, еще даже близко не наблюдается. Никто не контролирует, стоя с арбалетом на крыльце, выходящих и заходящих через калитку в воротах, разгуливают Рыжие по городу, бывает, что по одному, стараясь все же перемещаться группами или хотя бы вдвоем.

– Все же, как в осаде сидят, есть такое отношение к людям у уродов!

Скорее всего, те меры усиления охраны усадьбы оказались введены после прибытия бочек с секретным содержанием. После того, наверно, как заподозрили меня, что лишние звуки услышал на шхуне.

Заподозрили и наняли так себе откровенно, скажем прямо, профессионалов-убийц.

Только теперь больше ничего не заподозрят и будут наивно радоваться спокойной жизни.

«Ну, других матерых бандитов в этих местах еще нет, пришлось обращаться к Рябому, тот вполне такой серьезный мужик оказался, но вот с организацией покушения свалил все на молодого паренька. Только, чтобы самому не спалиться, ведь, наверняка, первый заказ в своей криминальной жизни на кого-то принял», – рассуждаю я, рассматривая двор усадьбы.

Зато теперь я смогу до самого конца представления оставаться в тени, долгое время спокойно наблюдая за бандой Рыжих и готовя экспроприацию неправедно нажитых ценностей. И еще нанося точные, очень хорошо замаскированные удары, пусть оставшаяся банда нелюдей проживет все оставшееся им время жизнью, полной тревог и страха.

«И еще непонимания, что вообще тут творится!»

– Ничего, готовьтесь, родимые, скоро, как придет контрабанда из Гардии, я вами займусь по-настоящему, но и до этого момента скучать не дам.

Хотя, вообще не так уж скоро она придет, еще почти через четыре месяца до знаменательного события, долго предстоит мне ожидать такого волнительного момента.

«Чего я на самом деле хочу организовать в Асторе?» – задумался я, растянувшись на узкой кровати.

На улице совсем не жарко, теневая сторона, тем более, не прогрета, от ставен надувает холодом, поэтому я встал и закрыл зимние ставни, оставшись в темноте.

«Значит, распределим мои дела по мере очередности и важности».

Первое по важности дело – встретить, если он появится, моего двойника в Храме, примерно через пятьдесят дней от сегодняшнего вечера.

Встретить и заодно разобраться с Кортом, желательно еще отдать шкуру Тонсу в обработку и на таком подвиге сойтись с Альсом и всей Гильдией, да еще долю получить за саму шкуру. И про Корта на второй поляне намекнуть, что сидит там в засаде частенько, там уже сами Охотники справятся или не справятся с хитрым зверем.

Есть в моем плане явно слабые места, могут что-то заподозрить Охотники, но теперь за агента или адепта проклятой магии Тонс не должен меня принять. Легенда моя весьма убедительная, еще никаких нездешних вещей подозрительный старый Охотник на мне не увидит больше.

Правда, бродить мне около самой стоянки вообще-то не положено по большому счету, но спасти мужиков от клыков Корта я могу, значит, должен.

Заодно донесу до Старших Гильдии при возможном общении, что очень хорошо считаю и быстро соображаю, мне можно поручить любое дело, связанное со снабжением большого коллектива, особенно воинского.

Только мне и никому больше, так нет вообще никого такого умного на горизонте поисков.

– Если мне такие хлопоты окажутся интересны к тому времени еще, – тут же одернул я сам себя. – Нужно ли мне так точно повторять свою прошлую жизнь и вешать на себя довольно утомительное снабжение целой Гильдии? В тот раз никаких особых дивидендов мне непростая деятельность вообще не принесла. Только одна небольшая плата и близость к самой Ратуше – ну, довольно сомнительные преимущества!

– Ведь понимаешь же сам уже хорошо – именно особая грамотность привлекла к тебе внимание Секретаря второй степени Бромса? Еще те самые моменты, как ему постоянно нос натягивал? А попытка явно соврать о случившемся нападении только подтолкнула его начать расследование. Почувствовал опытный чинуша твое слабое место и нанес грамотный удар – просто привлек внимание наделенных властью людей к странному снабженцу Гильдии.

– Так что особого смысла влезать в такую тему снова для меня просто нет, – подвожу я итог. – От Ратуши мне не требуется важной должности, арбалеты они и так у нас закажут, просто потому, что больше негде.

До времени появления драгоценностей в винных бочках я осваиваюсь в Асторе, запускаю по-новому работу в мастерской, тем более особо исправлять свои прежние рекомендации мне не стоит, там все вполне нормально получилось.

При существующем уровне производства – лучше инструменты никак не сделать. Готовим и запасаем железные комплектующие и изделия из просушенной древесины, я работаю вместе со всеми, заказываю новые инструменты, совершенствую уже имеющиеся в наличии.

Выхожу на Водера поплотнее, начинаю заказывать ему в производство ту самую гибкую сталь, найденным рецептом которой сам кузнец со мной и поделился тогда.

Сейчас я хорошо помню условия обработки металла и его температуру, еще те добавки, которые стоит применять.

Сам процесс, конечно, не представляю целиком, но смогу задать начальные условия самого эффективного производства луков для арбалетов.

«И дешевого производства тоже, вопрос прибыли и сверхприбыли не забываем, тысячи золотых тайлеров мне точно не помешают», – напоминаю я себе.

Особенно в том случае, если удастся выставить городу цену на арбалеты повыше прежней на пару золотых. Конкурентов все равно нет даже близко и пока не предвидится. Жалеть городскую казну нет никакого смысла, теперь я собираюсь полностью снять проблему Севера с шеи города и сэкономить ему гораздо более солидные суммы.

Сокращу время самостоятельных поисков Водера, вложу деньги в мастерскую и через месяц-полтора-два можно будет предъявить Гвардии пару десятков отработанных изделий, провести пристрелку и практические испытания боевой техники, что здесь еще в новинку.

Для этого мне потребуются хорошие приятели в Гвардии, достаточно влиятельные, поэтому поиском уже знакомых мне гвардейцев займусь именно сегодня вечером. Откладывать такое легко возможное прямо сейчас знакомство – совсем ни к чему, быстрее начну тренироваться с ними на холодном оружии.

«Все же требуется мне добиться более уверенной работы с ножом и, хотя бы, немного более продвинутой – с тем же мечом», – вспоминаю я прошлые занятия.

Закину в Ратушу такую удочку, что можно выпустить пару сотен арбалетов под заказ, по десять-одиннадцать тайлеров за штуку и никак не дешевле. Лучше начать быстрее зарабатывать огромные деньги, чтобы весь заказ пропустить через свой счет в Кассе и нашу мастерскую, пока я еще лично в Асторе нахожусь.

Ведь затягивать с таким делом нет никакого смысла, и так необходимые городу пару тысяч арбалетов будем целый год производить, если не два, тот срок, который я рассчитываю находиться пока точно в Черноземье.

«Можно подумать, как грабануть Рыжую братию на арбалет для образца уже прямо сейчас?»

Хотя нет, не стоит пока пугать необъявленной войной нелюдей. Еще, чего доброго, они с понятного перепуга сразу отвезут бочки с камнями в Талак, где им гораздо проще обеспечить полную безопасность. Из-за относительно не густо населенного порта и его степных окрестностей, где любого новичка видно за версту.

Арбалет тогда придется просто купить, как мне не хотелось бы пощипать перышки Рыжим. Лучше не трогать эту шайку, пока сам не увижу, как бочки заедут в усадьбу, обязательно строго до этого самого момента не трогать.

С другой стороны, так уж помогать городу в борьбе с контрабандой драгоценных камней, как в прошлый раз, может вообще не стоит.

«В тот раз, откровенно говоря, оказалась совсем так себе хорошая идея», – приходится признать свою ошибку.

Обнаруживать контрабанду невероятного количества драгоценных камней, рисковать жизнью, сходиться в смертельной схватке с явно превосходящим силами противником, чтобы потом смиренно ждать – отдадут нам долю или нет.

В прошлый раз, если бы не мой друг Эгар Кройнц, досталась бы нам только пара сотен золотых и большая благодарность от Ратуши с занесением в область грудной клетки.

А сейчас его может ведь не случиться в моей новой жизни?

Да и так я получил чистыми только жалкие десять процентов от положенного по закону, еще сурово обставленные нелегкими условиями освоения своей собственной кровью заработанных денег.

– Да, пошел этот город со своей Ратушей с такой благодарностью на кудыкину гору! – горячо говорю себе, даже вслух.

И тут же выглядываю в коридор, чтобы проверить, не услышал ли кто такую явную ересь.

«Не стоит так языком болтать!» – с облегчением никого не вижу, а ведь только недавно кто-то пол мыл в мансарде.

И еще все жирные трофеи Стража растащила, на редкость неблагодарные твари, за которых мы с парнями выполнили всю работу. Спасли немало их стражников по большому счету, иначе бы их Рыжие там, как косой накосили, и еще из арбалетов постреляли.

Еще ведь так нагло послали тыловые жирные крысы нас с Драгером, который всех Рыжих один лично пострелял, в далекий путь, причем очень цинично.

Время что-то другое придумать еще есть, можно самим взять усадьбу Рыжих на ножи и арбалеты, если удастся заметить, когда придет комплект интересного содержимого в винных бочках.

Впрочем, дату я примерно помню, так что можно не сильно спеша готовиться к экспроприации.

«Или пострелять их по частям вместе с Драгером и Кросом?»

Для такого потребуется коррумпировать парней как следует, и еще обязательно заставить уволиться из Гильдии.

Без женщин, хороших и веселых, такое дело никак не провернешь, Охотники только на них поведутся серьезно, как я уже успел заметить. Сами по себе деньги одиноких по жизни Охотников не так интересуют, было бы на кармане, чтобы выпить и погулять с друзьями, вот и все, больше их запросы не требуют ничего от жизни.

Требуется женщина рядом, чтобы правильно вправить мозги, придать ускорения и повышенного старания в зарабатывании денег таким, в общем-то, сильно недотепистым мужикам, проведшим всю молодость и большую часть сознательной жизни в густом лесу, в строго мужских компаниях.

– Но это уже реально сложные задачи я себе придумываю, насчет увольнять мужиков из Гильдии, находить им требовательных и симпатичных баб – слишком все трудно, – говорю я себе.

Нужно ли оно мне тоже, тем более найти свободных женщин в Асторе почти невозможное дело, остаются опять эти шалавы из Гардии. Только на них у меня очень сильная аллергия.

В вылазку на Север я теперь точно не пойду, там и без меня справятся, только предупредить про засаду никак не получится, чтобы самого не связали с магическим сообществом и запретными тайными знаниями.

Придется все же Орнии остаться вдовой, если я не придумаю, как предостеречь парней от засады Кремера.

– Хотя, как я смогу это предсказать, если сам не собираюсь на Север, не могу пока сообразить, – признаю себе.

Да еще сам Понс со своей способностью достаточно опасный для меня и моих планов человек. Стоит ли его так уж спасать?

Можно нашептать Драгеру, что не стоит идти на поводу у любимчика Альса и лезть штурмовать Башню Кремера?

Все возможно, только потребуется сначала стать человеком, мнению которого Драгер будет доверять, а к советам – очень внимательно прислушиваться.

Очень непростое дело для меня теперь, я же не собираюсь с ними вместе воевать с Крысами, а окажусь просто приятным и щедрым собутыльником в трактирах, если по большому счету.

– Кто такого кабацкого знакомца станет очень уж сильно слушать?

– Да еще про особо секретный поход на Север к Башне теперь мне хорошо знакомого Мага Кремера?

Про который я ничего знать строго не должен, а если знаю, то это определенно значит, что как-то слишком много знаю из секретов Ратуши.

– Нет, вообще не тот вариант! Так снова нарываться на подозрения! – машу я рукой сгоряча.

Потом снова приходит мысль насчет чиновной карьеры при Ратуше, но теперь я даже злюсь на себя:

– Ведь уже все вроде решил! Для кого так стараться вообще?

Как показала моя жизненная практика, сколько не выжми из Ратуши и ее чиновного сословия добра в пользу Гильдии, начальство в лице Альса и Турина такого все равно совсем не заметит. Примет, как должное, в отличии от абсолютно не нужных, но не поставленных мелочей, до которых постоянно докапывались.

Поэтому список поставок будет состоять только из постоянно имеющихся на складах товаров и никаких редко появляющихся диковин в нем не окажется, чтобы начальство не надувало губы.

Хотя они все равно окажутся недовольны просто одной моей независимостью и довольным от жизни видом, с этим их отношением я ничего поделать не могу, придется потерпеть моим Старшим.

«Надо правильно понимать уже сейчас, что в этой действительности реальную проверку совместным боем я вместе с Гильдией не пройду, буду состоять при ней, в самом лучшем случае, в качестве вольного чиновника, ни в коей мере не военнообязанного, поэтому ни в какую экспедицию меня засунуть не получится».

И еще жетонов почетного отставника и гильдейца, отличившегося при службе городу, у меня не будет висеть на шее.

Зато сильно мутной, вообще непонятной истории появления возле стоянки, моего основного слабого места в прошлой жизни и биографии, не окажется у Старших среди аргументов.

Смысл в такой деятельности – только то, что я стану своим человеком при Ратуше, буду точно знать, когда можно ожидать нападения, организованного Рыжими, чтобы грамотно встретить тех же загонщиков во всеоружии, натравив на них Гильдию.

«Стоп, куда это меня опять занесло? Я же собираюсь переиграть всю свою жизнь заново? Туплю что-то реально, путая прошлую жизнь с настоящей! – доходит до меня наконец. – Не будет больше никакого нападения и моей смерти на обрыве над Протвой!»

Есть же возможность ограбить Рыжих так, чтобы никаких свидетелей совсем не осталось, или так, что они сами не будут знать, чьих рук это дело!

Все такие движения по захвату и аресту Рыжих бандитов понятны и необходимы только в том случае, если я полностью выйду из уютной тени и стану участвовать в схватке в порту.

«Если же удастся справиться с Рыжими без участия города и мытной службы во главе с моим недолго бывшим другом Шидером, то ждать мести от Рыжих из Талака не приходится совсем, вот он – полностью правильный вариант для меня», – решаю я.

Чтобы не переживать по поводу того, что талакское гнездо Рыжих узнает о моем активном участии, больше не ждать мести неминуемой, проще и надежнее организовать дело так, чтобы кубло Рыжих в бейском городе перестало существовать совсем.

Тем более у них тоже найдется чего хорошего забрать из дома, чисто мне на долгую память.

Чтобы у хороших людей прибыло, а у плохих уродов – убыло, за такое стоит приплыть в эту провинциальную дыру и просидеть там с неделю.

Сам я лично просто мечтаю стереть племя Рыжих с лица этой планеты, Терена, насколько я помню название мира.

– В принципе я даже один легко справлюсь с Рыжими в усадьбе, стоит мне только зайти в сам дом, – говорю я себе.

Тем более я очень хорошо теперь знаю расположение комнат и подвалов, где находятся тайники под магическим скрытом, который я теперь тоже могу одним движением кисти руки наложить обратно.

Когда дом начнут обыскивать, уже после того, как его жильцы несколько дней не будут появляться за пределами двора, еще окажутся потом обнаружены в подвале среди разбитых бочек, утонувшие в бесценном вине, все равно местные ищейки без магической поддержки не смогут ничего обнаружить.

«А зайти в дом по-тихому я смогу через приоткрытую ставню на кухне, где можно подцепить ее крючком, открыть и проскользнуть в сам дом через узкую щель между потолком и стоящим под окном высоким, основательным шкафом», – напоминаю я себе картинку из прошлого.

Вряд ли Рыжие станут звать на помощь и поднимать большой шум, когда обнаружат лазутчика, обязательно попробуют справиться с ним сами, чтобы хорошенько допросить в подвале потом.

– Да, если меня примут за обычного вора, Стражу кричать точно не станут, а мне больше ничего и не требуется! – улыбаюсь я.

Только полное молчание хозяев и их влажные мечты, как они станут долго и радостно пытать попавшегося незадачливого воришку. Потом уже поздно будет думать, что помощь оказалось бы разумнее позвать.

Только из Талака, если не нанять корабль, после акции придется уходить пешком, для такого варианта точно понадобятся друзья из Гильдии или разведки Гвардии со своими лошадьми.

А если получится нанять шхуну, то даже такое участие не потребуется.

Пожалуй, нет особого смысла привлекать моих будущих приятелей к такому делу, как нападение на усадьбу в Асторе.

Они могут помочь мне только с перетаскиванием бесчувственных тел Рыжих в подвал, но с таким процессом я и сам справлюсь за пять минут времени со своей новой силой.

Зато никто не сможет рассказать кому-то о том, что я – настоящий Маг.

Ни на допросе, ни по пьянке приятелям.

Потом, уже после уничтожения ковена Рыжих в Асторе, я могу так же заняться вторым гнездом в Талаке.

Затем, после первой зимы, организовать экспедицию на Север со своими людьми, чтобы быстро разобраться с Магами.

Так же собрать всех людей из Башен и отправить их в Астор с новостью о потрясающей победе над силами зла именно моих приятелей, которые станут национальными героями всего Черноземья.

Ну, и про меня и мое руководство тоже не забудут упомянуть в местных хрониках.

Просто начну вести дневник нашей победы, потом парни передадут его Корну вместе с деньгами, чтобы он организовал его перепись и распространение в народе. Роль печатной и просто написанной от руки рекламы здесь еще не оценили, зато я воспользуюсь такой интересной возможностью.

Чтобы власть в Ратуше не смогла все замолчать и перетянуть одеяло победы на свою сторону.

Армии Крыс, осаждающих сейчас под руководством двух Магов северные города, придется обойти мимо, потом отправить к ним того же Ракса на переговоры. Чтобы организовать постепенный переход Измененных на сторону города. За немного улучшенную еду и один литр местного пива в день.

Думаю, такое окажется совсем не сложно, если Повелителей больше не останется в живых.

Тем более какие-то свои семьи им содержать не нужно, даже жалование платить тоже ни к чему, одной едой можно обойтись вполне, очень такое экономные для бюджета получатся Крысы.

Придется некоторых Магов брать в плен, желательно повыше уровнем, чтобы научили меня определять суть магических предметов, подробно растолковали пару умений, типа ветвистой молнии или глубинных бомб, которые я так и не смог освоить без учителей.

Простреленные из фузеи руки и ноги быстро помогут понять выбранным мною Магам, что любое сопротивление – бесполезно, а вот преданное служение очень помогает выжить и жить без боли.

Да, чтобы зубы мне тоже вылечили и все остальное в организме оздоровили, весьма важный пункт повестки.

Хотя, сложное это все же дело, вместо лечения можно, как минимум, получить удар маной или даже ветвистую мини-молнию в ухо, тогда или оглохнуть навсегда, или просто помереть на месте.

– Да, так себе вариант, если только как-то убедить к себе на службу перейти, и то очень сложно, – все правильно понимаю я

В принципе, с парой лошадей, запасом еды и новыми знаниями я один смогу прокатиться к Роковой горе, быстро посетить четыре главные Башни, собрать Палантиры с фузеей, а потом уже решать, куда ехать и что дальше делать.

Но все-таки очень тяжелое дело – одному заниматься таким путешествием, еще нужно обязательно помнить, что стая северных волков все еще ждет, кого можно беспощадно сожрать на этих каменистых пустошах.

«Единственное – не очень ясный сейчас вопрос: провести поход на Север в этом году или на следующий год перенести? Ведь неизвестно точно никому сейчас, сошло ли на нет магическое заражение в районе Башен Великих Магов?»

Чтоб узнать доподлинно, придется все-таки совершить такую попытку с выходом, а это довольно хлопотный процесс.

И еще без хотя бы пары надежных слуг при повозке путешествовать к Роковой горе окажется тяжело и грустно, верные люди и один нелюдь все же мне обязательно понадобятся, как я уже смог убедиться на своем опыте.

«Ну что, основные задачи назначены, спешить никуда не требуется, поэтому пока просто живу, радуюсь и творю», – выношу я итоговый вердикт.

После такого мозгового штурма я изрядно проголодался, поэтому распахнул ставни, чтобы убедиться, что уже совсем стемнело, пришла пора спускаться на ужин в зал трактира.

Глава 5

Внизу я остановился около стойки, где наливают пиво, и заказал пару кружечек.

Давно ведь хотел вернуться именно в этот самый трактир, вспомнить хлебный вкус натурального пива, такого легкого и вкусного.

Но потом заметил стол с гвардейскими и, самое главное, во главе стола вижу самого Гинса, то есть Учителя.

Нет смысла оттягивать мое знакомство с военным спортивным сообществом. Тем более, вполне понятно, что я, как новый земляк самого уважаемого члена данного сообщества, сразу захочу пообщаться с ним и заодно познакомиться с остальными гвардейцами.

Особенно, как непобедимый, по моим рассказам, конечно, чемпион по кулачному бою своего королевства, пусть даже очень маленького такого.

– Еще шесть кружек за тот столик, – заказал я парню, разливающему темный напиток.

Подхватил свои кружки и направился к столу, стоящему около выхода на веранду, откуда удобно смотреть бои на арене, находящейся внизу.

– Добрый вечер! Ничего, если составлю вам, доблестные воины, компанию, – я решительно отодвинул стул, после того, как поставил кружки и вызвал этим удивленные взгляды гвардейцев.

Один только Гинс узнал меня и приветливо заулыбался, махнул рукой, все же приглашая за стол.

– Это, парни, мой земляк с той стороны гор, сегодня меня вызывали удостоверить его сатумское происхождение. Только он не из моей страны, а подальше будет, еще семь тысяч лиг до его королевства от моего города.

– Ну, раз земляк, пусть присаживается, – недовольно протянул все такой же задиристый гвардеец Генс Кливер, на правах самого высокопоставленного члена спортивного клуба местной армии.

– Благодарствую, – я ловко присел на свое место около Учителя и, схватив кружку, сделал большой глоток, – так соскучился по местному пиву, аж зубы ломит.

– Желаю проставиться перед вами, мужчины, пиво скоро принесут, – и я опять припал к кружке, прикончив ее окончательно.

– Проставиться, типа, отметить свое возвращение в Астор? – поинтересовался земляк, намекая, что не все мои соседи рады такому бесцеремонному проникновению за стол.

И что мое личное возвращение – не совсем такой уж важный повод мешать занятым людям, которым, в общем-то, до него все равно.

– И за это тоже. Но самое главное – теперь вместе будем тренироваться, готов научить вас всему, что умею сам, – сразу выложил я свой основной козырь.

Зашел, так сказать, с козырей, чтобы ускорить неизбежное близкое знакомство. Не ждать же, как в тот раз, момента с успешным выступлением в круге, теперь можно и без этой лишней условности обойтись.

– И что же ты умеешь, такой таинственный незнакомец? – поинтересовался один из гвардейцев, чьего имени я уже не помню.

– Ничего, не долго буду для вас таинственным! Меня зовут Ольг Прот, я пришел из-за перевалов, чтобы жить и работать в Асторе.

– Таинственный? Скорее, очень наглый, – привычно недовольно фыркнул Генс.

Ну, от него я примерно чего-то такого и ожидаю, парень все же многовато о себе понимает!

«Ничего, скоро сам станет одним из моих главных поклонников», – говорю себе я.

– Умею, можно сказать, все, что применяется в круге в Асторе. Великое тайное знание из монастыря черных монахов на горе Шаолинь, на самом Севере Сатума, теперь почти забытое в этом миру, – я с важным видом и значением замолчал.

И так серьезных понтов нагнал на простые средневековые души моих будущих приятелей.

– Гинс. Что скажешь? Известно тебе о таком монастыре? – сразу же поинтересовался Генс, желая поставить меня на место.

Будущий приятель-родственник отрицательно потряс светлой бородкой, с заметным удивлением разглядывая меня.

Не понял он еще даже, как из робкого новичка-переселенца в городе я мгновенно превратился в такого уверенного в своих силах крутыша, очень много всего обещающего.

– Говорю же вам, тайное умение, только в одном северном королевстве практикуется в очень узком кругу, – уже немного снисходительно пояснил я, как раз тут и пиво подоспело.

– Какой-то ты быстрый такой парень! Еще утром на допросе в Страже сидел, теперь уже переоделся из крестьянских шмоток во что-то приличное и прямо за стол к нам появился, – заметил Гинс, укоризненно покачивая головой.

Понятно, не одобряет такое быстрое продвижение вашего покорного слуги в местный свет, первый день в городе и уже общаюсь с элитными спортсменами, говоря современным языком, из суконного ряда в калашный лезу.

Только я ведь готов к таким вопросам и комментариям, лучше сразу заявить о своих способностях откровенно:

– Чего стесняться неплохому умельцу в бою на кулаках? Не знакомы – так познакомимся!

Гляжу, народ подохренел от такой рекламы, здесь как-то больше скромность практикуется все же, все такие еще совсем начинающие борцы и рукопашники.

Что местные умеют, я уже видел, и это, считай, тогда они еще тренировались каждый день четыре месяца до моего триумфального появления в боях. Сейчас они вообще еще совсем сырые, Учитель занимается своим приближенными спортсменами всего один месяц, если я правильно помню.

Естественно, что Учитель не может показать своим ученикам то, чего сам не знает, а именно – правильной постановки удара кулаком в бою.

– Вот вы, Учитель, специалист по вашей сатумской борьбе – батат которая называется. Значит, бой в круге по-местному для вас непривычен, если ноги нельзя в дело пускать.

– Учителем меня только мои ученики могут называть, – немного напрягся Гинс, да остальные гвардейцы тоже стали раздраженно на меня посматривать.

«Похоже, все-таки перегнул я немного палку, народ только привык считать его наставником, спустившимся с небес, коим он, конечно, и является для тех же гвардейцев. Первый он такой умелец, привнесший сюда настоящие правила тренировок и основные спортивные принципы, не успевшие еще образоваться и выработаться у местного населения после страшной катастрофы», – напоминаю себе я.

Да еще Маги до времени Беды точно не приветствовали подобные занятия среди своего, пусть почти свободного, но все же когда-то покоренного ими народа.

Почти, как бог, он для молодых парней, только начинающих свои первые организованные тренировки.

А тут какой-то новичок в городе, вообще даже не гвардеец, вообще никто, говоря человеческим языком, влезает за стол к подрастающей элите, даже не спросясь, да еще и говорит так нахально, что Учитель ваш все же немного слабоват в определенной теме.

– И я тоже буду учеником, если возьмете, конечно. Чтобы изучать работу ногами в схватке, обращению с оружием и еще сатумский язык немного подучу. Взамен буду учить, как правильно бить руками и рукопашной борьбе на хорошем таком уровне.

– Зачем тебе язык моей родины? Ты же уже убежал оттуда? Неужели вернуться хочешь? – напрягся Гинс, сделав нетерпеливый жест помолчать остальным гвардейцам.

Понемногу начинающим бурчать, что пора бы отправить меня полежать на улице, заодно проверить, так ли я хорош в схватке, как рассказываю сам про себя.

– Осталось там одно важное дело, придется сходить на ту сторону, как лето до середины дойдет. Язык поэтому мне и понадобится, могу в благодарность твое какое поручение выполнить, – произнося эти слова, я сейчас точно уверен, что Гинс обязательно клюнет на мое предложение.

Ведь я могу помочь ему вернуть сестру, для него самое главное дело в жизни. За такое предложение он на все пойдет, даже бросит только наладившуюся службу.

Впрочем, до предполагаемого похода еще четыре месяца с лишним, успеет договориться на отпуск со своим начальством, тем более если Генс похлопочет у отца.

Учитель смог довольно быстро справиться с таким новым известием, что есть такой человек в Асторе, который может легко перейти горы и этот необыкновенный герой даже сидит сейчас с ним за одним столом. Зато на его лице появилась хорошо мне видная и чувствуемая моим умением надежда на возможность вытащить сестру из суровых сатумских земель.

Вовремя я выложил такой важный для него козырь, поэтому сразу же получил своего человека за этим столом.

– Хорошо, приходи завтра в мою казарму после шести вечера до ужина. Мы там собираемся для занятий, – проговорил он и, посмотрев на каждого сидящего за столом серьезным взглядом, добавил:

– Такой опытный человек нам понадобится. Если не наврал, конечно, про свое большое умение.

– А теперь, Ольг Прот, расскажи о себе, своей стране и как ты прошел перевалы зимой. Всем интересно будет послушать, – предложил он, и я не обманул ожидания парней.

– Первым делом потребуются снегоступы, почти такие в которых по болотам ходят, – начал я свой захватывающий рассказ. – Потом смелость, еще раз смелость, снова смелость и сильные руки с длинной веревкой…

Слушают меня гвардейцы молча, не перебивая, до самого вечера, время от времени заказывая пиво хорошему рассказчику, чтобы промочить его пересохшее горло. Гинс тоже смог убедиться, что я точно перешел перевалы, а не просто машу языком, услышав где-то про такой подвиг.

Знаю все опасные места на перевалах и все могу подробно рассказать про жизнь на той стороне Сиреневых гор.

Спать я остался в трактире, уснул сразу, как поднялся наверх, всем довольный и хорошо пьяный.

Честно говоря, я так рад всех своих старых знакомых видеть, только Торка сегодня не оказалось за столом, ведь он семейный человек, поэтому бывает в трактире не так часто. Зато Учитель очень заинтересованно смотрит на мое лицо и слушает рассказы, похоже, прикидывая, стоит ли доверять этому разговорчивому новичку серьезное дело.

«Куда же он вообще денется от меня?» – улыбаюсь я уже в кровати.

Других специалистов по перевалам и Сатуму здесь в принципе не имеется, самому ему лучше близко не подъезжать к своему городку, сразу убивать кинутся, как только заметят брата самой Клеи.

Утром я спустился на отличный завтрак, потом немного посмотрел за суетой на дворе усадьбы, собрал свои вещи и, сдав ключ хорошенькой девице, вышел на улицу.

Немного подумал и направился по знакомому маршруту, отмечая различные памятные места по дороге. Тот же темный угол в проходе, где я убил обоих Рыжих, поджидавших меня тогда в засаде.

Теперь все произойдет не так экстремально, без жестоких сражений с большим риском для меня на ночных улицах.

Я очень надеюсь, что Старший Рыжих отморозков так и не поймет, что происходит, пока я не появлюсь в его доме, неся смерть и забытье всем Рыжим подряд. Только сначала они увидят, как я заберу все их богатства из бочек.

Ну, кто еще сможет увидеть своими глазами достаточно роковую сцену из жизни грабителей наполненных драгоценными камнями темных подвалов.

Я просто очень надеюсь, что такая картина окажется для оставшихся в живых Рыжих похуже смерти, лично меня моя идея и планируемое в будущем нападение очень радуют, честно говоря.

«Осталась у меня заноза прошлого поражения! Явно осталась! Поэтому и вернулся в Черноземье, чтобы его переиграть правильно!» – понимаю я сам один из стимулов вернуться сюда, а не в свою прежнюю жизнь.

Жизнь в нашем средневековье не для слабаков и рохлей, здесь требуется убивать патентованных подонков, получая при этом заслуженное и желательно очень долгоиграющее удовольствие. И еще большое вознаграждение за доблесть и риск для крутого мужчины.

Ничто во мне не дрогнет, ни мускул, ни нерв, чтобы всю банду отправить в гномий ад, чего они все, наверняка, заслуживают уже очень давно.

Порадовавшись за свои планы, я, никуда не спеша, вошел в очень мне знакомый двор и кивнул знакомому по прошлой жизни мужику, пристроившемуся в тени деревьев за столом, потом спросил:

– Трон или Клоя дома?

Да, больше ничего особо не требуется, только назвать своих знакомых.

Получив ленивый кивок в ответ, поднялся по знакомой лесенке, постучался в дверь, дождался, пока Клоя не откроет дверь и удивленно не замрет на пороге.

– Вы к кому?

Сурово выглядит для какого-то незнакомца, хорошо, что я знаю, какая она душевная женщина.

И еще очень надежная.

– К вам, уважаемая хозяйка. Один знакомый Охотник мне шепнул, что у вас имеется пара свободных комнат. Что ваша дочка вышла замуж и переехала к мужу на соседнюю улицу. Что готовите вы очень вкусно и просто отлично, поэтому я хотел бы снять у вас комнату, – так быстро я сразу перешел к делу.

А чего тянуть? Нет никакого смысла!

– Пока только одну, потом, может еще и вторую, – добавил я, вспомнив про Гриту.

– Вас наш сосед прислал, Понс? – поняла по-своему мой рассказ хозяйка.

Ссылаться на Понса – пока неразумно, он еще меня ни разу не видел и не знает о моем существовании. Поэтому точно придет спросить, с какой это радости я на него ссылаюсь?

– Нет, вообще не ваш сосед. Совсем другой Охотник рассказал мне.

– Странно, я ведь только с Орнией разговаривала, – недоумевает Клоя.

– А слухи пошли по городу, как круги по воде, и вот наконец дошли до меня, – широко улыбнулся я и рассказал хозяйке, кто я такой, где теперь буду работать и прочее.

– А, то-то я слышу у вас акцент, хотя говорите вы очень хорошо, – заметила хозяйка и сказала, что ей придется посоветоваться с мужем, который приедет завтра, наверно.

Я, в принципе, даже не надеюсь устроиться сегодня же в комнате, все же пришел без рекомендации, не как в тот прошлый раз. Ничего, встречусь с мужем, посидим с ним за рюмкой ресы и обо всем быстро договоримся. Еще и на работу его сразу приглашу, все мастерской легче станет справляться с работой с таким рукастым мужиком в штате.

Да он еще дома будет ночевать, не молодой уже мужик, в конце концов, хватит по дорогам скитаться, отъездил свое по жарким и пыльным землям Черноземья.

Денег у меня осталось три с половиной тайлера, все мое добро пока у меня за спиной в мешке, в том числе рабочая одежда, поэтому я направился прогуляться по городу, чтобы купить недостающие мелочи для начала нормальной жизни в средневековом городе.

«Да просто напомнить себе, где и что тут расположено, ведь в самом городе я не появлялся больше года, много чего позабылось уже, подстерлось в моей памяти», – улыбаюсь я.

Когда по осени перешел через горы, через восемь месяцев вернулся в Черноземье и сразу ушел к магам на Север, еще через пять месяцев вернулся в Храм, ошибся по времени и попал в Советский Союз, где продержался всего четыре месяца.

Да, прошел настоящий местный год, шестнадцать месяцев с небольшим.

Нагулявшись по городу, побывал около Ратуши и побеседовал со своими в прошлом приятелями, взрослыми гвардейцами, все так же стоящими на посту на входе в Ратушу. Заново с ними познакомился и поделился новостями из первых рук, особенно про жизнь за перевалами, произведя сильное впечатление на опытных по жизни мужиков своими рассказами про кромешный ад, творящийся за перевалами.

В общем, сказали почаще заходить, раз я такой приятный в общении и много знающий о жизни человек.

«Обязательно буду заходить, раз пока в самой Ратуше у меня дел не намечается, а свежие городские новости нужно послушать», – улыбнулся я на прощание.

В порту полюбовался морем, еще довольно прохладным, прогулялся до мытного домика, вспоминая ту эпическую бойню с Рыжими уродами. Купил солидный связку жареной рыбы, похожей на нашу салаку, прошелся другой стороной мимо борделя для моряков, склада мытни и склада Гильдии, потом вдоль очень знакомых городских складов и конюшен Гвардии, так снова добрался до мастерской Крипа.

Как раз к обеду пришел, положил на стол и начал снимать со связки жареную рыбку:

– Угощаемся, мастеровые люди, – и сам присел рядом, аппетитно закусывая почти деликатесом для моего времени.

Мы хорошо перекусили, не касаясь наших дел, запили все квасом и расселись на чурбаках, служащих стульями, чтобы отдохнуть после обеда.

– Мы подумали с парнями и хотим задать еще несколько вопросов, – переглянувшись с двоюродными братьями, начал разговор Крип.

– Задавайте, – махнул рукой я.

– Почему ты так уверен, что мы можем работать меньше, а зарабатывать больше?

– Потому что такая работа по-новому уже опробована в моих землях и дает поразительные результаты. Те, кто сразу перешли на такую организацию труда, получили большое преимущество и уже скупили отставших соперников, – вполне убежденно провозглашаю я.

– Ты говоришь, что придется нанимать новых работников и расширять мастерскую?

– Да, так придется сделать. Зато я уже нашел одного очень толкового мастера, который пока работает на извозе и знает все про слабые места подвод и телег, – сообщил я, имея в виду своего будущего соседа и комнатосдатчика.

– На все такие дела потребуются деньги, у нас их пока нет, – откровенно пояснил Крип.

– Это не беда. Я сразу вкладываю пару свободных золотых, чтобы заказать сегодня же побольше железа и дерева, еще буду работать наравне со всеми, – раскрыл я свои намерения.

– Ну, пара золотых и свободные руки серьезно помогут делу, – заметил один из братьев хозяина.

– Это только начало, деньги будут вскоре гораздо более серьезные, – пообещал я и посмотрел в глаза Крипу. – Ну, что, по рукам, хозяин?

– По рукам, – согласился хозяин, и мы скрепили наш договор рукопожатием.

В общем, на четвертый день в Черноземье у меня уже есть работа в надежном предприятии, вскоре появится и постоянное место проживания у очень хороших людей.

Разительный прогресс с прошлой жизнью, но нужно понимать разницу тогда и сейчас.

Я уже приглашен на тренировку в элитный спортклуб, где надеюсь найти много друзей и еще больше приятелей.

– Прямо, как Лунтик, Лунная пчела, – часто смотрел этот мультик с дочкой.

Осталось найти Гриту, где она сейчас вообще выступает, таким интересным делом я займусь сегодня вечером.

Пока мы с Крипом прогуляемся к кузнецу, меня с ним познакомят, а я оставлю солидный заказ на кованое железо.

Глава 6

Я сразу же предусмотрительно не даю Водеру свою ладонь, когда он протянул руку, желая познакомиться. Просто хлопнул его по ладони, как делал раньше, только он ничего такого не сможет теперь вспомнить.

Что, в общем-то, и хорошо, можно отношения еще крепче построить.

– Знаешь секрет гибкой стали? – поинтересовался я после тщательной записи своего заказа на деревянную дощечку.

– Ну, немного знаю, – подумав, ответил кузнец, внимательно глядя мне в глаза.

– А я такой важный секрет знаю точно до каждой присадки и ее доли, еще какая температура требуется для закалки, – похвастал я, чтобы заинтриговать мужика, понятное дело, быстро добился своего.

– Зарекомендуешь себя хорошо – узнаешь наследие лучших кузнецов Сатума, теперь бесследно потерянное, – такая загадочная фраза привела Водера в настоящий ступор.

Как же так, наследие потеряно, но первый раз появившийся в кузнице мужик хвастает, что знает тайную формулу?

– Да точно узнаешь, не переживай, – усмехнулся я, глядя, как у кузнеца заинтересованно заблестели глаза.

– Почем так уверен? – не сдержался кузнец.

– Почем? Потому что именно тебе придется отковать пару тысяч арбалетных луков из гибкой стали.

Крип и Водер, услышав такие потрясающие цифры, замолчали и только переглядываются между собой.

– И нечего смотреть друг на друга. Как я сказал, так и будет. Мое слово крепче гороха, – легко быть в себе таким уверенным, если все хорошо знаешь наперед.

Я прямо наслаждаюсь этим чувством: тем, что знаю будущее, могу прямо по граммам и минутам его расписать.

– Ладно, кузнец, заказ я тебе записал, вот тебе золотой в задаток, начинай исполнять, – отдал я указание, после чего мы с Крипом мы вернулись в мастерскую, где я отдал ему второй золотой на новое дерево.

– Слушай, Ольг, хочу тебя спросить, – немного не доходя до сарая, помявшись, выговорил Крип.

– Спрашивай.

– У меня появилось такое ощущение, что ты прямо знаком с Водером. Как ты парой слов привел его в замешательство и так сразу заинтересовал до самой крайности. Я ведь видел, как он смотрит на тебя, это же редчайший случай, сколько я его знаю. Он вообще к людям сильно недоверчив и требователен очень, – пояснил мне свое удивление хозяин.

– Скажу тебе, Крип, откровенно. Многое мне ведомо, что и как будет, есть у меня такой дар, но про это – только между нами. Еще скажу – повезло всем, кто будет со мной рядом. А теперь пойдем работать, что-то я соскучился по честному труду.

Мы вкалываем до самого вечера, после чего я переоделся в чистое, прихватил мешок и, договорившись на завтра, поспешил на долгожданную тренировку в казарму Гвардии, куда меня не сразу пустили, пришлось сказать, чтобы позвали или Генса, или Гинса.

Учитель все же ждет меня, как я понял, даже предупредил дежурных в своей казарме, поэтому меня сразу провели мимо казармы на площадку. Снова переодевшись в рабочее, я приступил к разминке так, как ведет ее Учитель, присмотрелся ко всем движениям. Впрочем, разминка оказалась довольно скромная, всего на пять минут, не больше.

«Не дорабатывает Гинс», – заметил я.

В наше-то время все хорошо знают, что разминаться требуется минут десять-пятнадцать-двадцать, не меньше.

Впрочем, меня все устроило, сначала старательно учился я, потом уже меня попросили показать, что я умею.

Сначала я подробно рассказал саму теорию, как получается профессиональный удар боксера. С движения стопы, колена, бедра, таза, туловища, плеча и руки, чем довольно сильно ошеломил и Учителя, и учеников, коих набралось человек десять. Они все оказались уже не рядовые и начинающие службу парни, все с какими-то званиями и должностями, уже те воины, кто может потратить время на тренировку и не стоит в наряде.

В общем, молодая элита Гвардии, я точно про это узнал еще в прошлый раз, ведь смогли парни как-то надавить на начальство и добиться зачисления Учителя в штат, как необходимого всем им инструктора по рукопашному бою.

Торк в этот раз присутствует, все никак не может поверить, что удар по моей схеме будет сильнее и быстрее, чем просто сжать кулак и двинуть им с большим размахом, особенно с его-то физическими данными. Пришлось показать ему, что все обстоит в точности наоборот, раз за разом опережая его в схематичном бою, типа, ударил-шагнул назад-снова ударил.

Но уже видно, что переучивать парней окажется сложно, с другой стороны – я же никуда не спешу, отношение ко мне разительно поменялось. Как только парни поняли, сколько я всего знаю и умею, притом могу просто и наглядно рассказать, и еще показать внимательно слушающим ученикам, да и самому Учителю тоже.

Он у бою на кулаках откровенно слабоват против меня, а вот на остальных парней его умения вполне хватит, только правильно бить его самого нужно очень долго учить.

Скоро предложат мне подписать контракт с Гвардией, чтобы стать инструктором за сорок серебряных данов с проживанием и столованием при казарме.

«Что, по общему мнению военного народа, гораздо круче и почетнее, чем за целый золотой пахать в мастерской, работая физически», – улыбаюсь я про себя.

После ужина с теплой компанией в «Лисе», где я уже стал, как свой, уже почти, как Учитель, я попрощался со всеми и отправился по трактирам и постоялым дворам в поисках певицы. Только обошел почти все, где ей прилично выступать, кроме самых отстойных, но ни ее, ни ее аккомпаниатора не нашел.

Похоже, по будним дням здесь не особо выступают, нигде артистов не оказалось на сцене.

Остановился в этот раз я на ночлег у Мортенса, решив попробовать еще раз хорошее место, тем более цена за хороший номер у него сравнима с ценой на самый дешевый в «Лисе». Завтрак, конечно, уступает по качеству, но все равно вполне хороший и обильный.

Утром хотел попросить нагреть мне воды, чтобы помыться, но вспомнил, что у меня сегодня рабочий день, все равно придется попотеть. После привольной и вкусной жизни непросто начать работать без обильно потеющего тела, придется пару недель привыкать к новому распорядку дня.

Честно говоря, я прямо ощутимо чувствую, как влияет на моих собеседников моя непоколебимая уверенность. Они как-то быстро соглашаются и готовы следовать моим, конечно, очень разумным рекомендациям.

С другой стороны, легко оказаться в себе таким уверенным, если ты уже прожил здесь одну жизнь, знаешь этих людей и все заранее предвидишь.

«Очень здорово для себя самого ощущать такое чувство уверенности и передавать другим людям, ничего не скажешь», – бормочу себе я.

Денег осталось у меня немного, хватит, конечно, на месяц скромной жизни.

Только скромная жизнь простого работяги из тележной мастерской мне явно сейчас строго противопоказана. Мне еще занозистую гордячку Гриту заманивать в совместное проживание предстоит, ее музыканта ставить на полагающееся ему место просто аккомпаниатора без всяких шансов.

«Похоже, парень по ней долго и давно сохнет, а тут я такой выскочу из засады!» – становится смешно мне.

Без серьезных денег на одних только песнях из моей жизни не так-то просто провернуть такой маневр, хотя все же возможно, но я лучше покажу себя щедрым и состоятельным поклонником.

«Так и песни, целых две штуки уже правильно переведены и озвучены в моих ушах», – напоминаю я себе свои большие козыри в борьбе за сердечко Гриты.

Впрочем, предстоит вложить побольше денег в мастерскую, переключить Водера только на наши дела, с этим проблем теперь не возникнет после закинутой секретной информации, о которой знаю только я один во всем Черноземье.

Предвыходной день будет завтра, седьмой день осьмицы, мне лучше забрать свое добро из тайника, поэтому придется отправиться к моему укромному месту на берегу Протвы именно завтра после обеда, чтобы переночевать у Сохатого.

Не знаю, выступает ли Грита у него сейчас, вполне такое может случиться. Если нет, то вернусь в выходной день обратно в город, займусь уже конкретным поиском ее здесь.

До той романтической встречи и жаркой ночи в трактире на фронтире еще больше трех месяцев, а я не собираюсь столько времени ждать. Чтобы через весомое унижение Старшего охраны астрийских купцов, связанное с нанесением ему очень серьезных побоев, попасть к ней в постель, причем, на одну только ночь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.