Браун Джеки
Если кольцо подойдет
Роман

Jackie Braun

If the Ring Fits…

© 2012 by Jackie Braun Fridline

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2014

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2014

Глава 1

– Разведена. – Сказав это, Рэйчел Палмер улыбнулась.

Хм. Это звучало так, будто она оправдывается. Она наморщила носик, глядя на свое отражение в зеркале, и повторила:

– Я не замужем.

На этот раз она еще и пожала плечами. Все напрасно.

Подбоченившись, Рэйчел смело заявила:

– Да, это так. Мэл занимался черти чем с секретаршей, и не знала об этом только я.

Рэйчел понимала, что развод – это еще не конец. Но и не начало. Это своего рода переходный период. Эмоциональный, физический и конечно же финансовый удар, сродни землетрясению. И она понятия не имела, чем закончатся эти тектонические сдвиги в ее жизни.

Вчера днем ее брак официально был расторгнут, Рэйчел Палмер, в девичестве Престон, снова стала незамужней женщиной.

Она вновь поморщилась. Одинокая женщина за тридцать. Лучшие годы уже позади, как заботливо напомнила ей мама вчера за ужином.

Это была идея Хайди, младшей сестры. Они отправились в дорогой ресторан, где Мэл когда-то сделал Рэйчел предложение.

– Пойдем, попрощаемся с прошлым. Обмоем это дело. Пошли, Рэйч. Хватит траура, – веселясь, настаивала Хайди.

Вопреки здравому смыслу, Рэйчел согласилась, но пожалела об этом, как только им принесли фруктовые коктейли.

– За твою новую жизнь! – провозгласила Хайди. – Если ты свободна завтра вечером, я могу познакомить тебя с одним человеком. Если хочешь, я тоже приду со своим.

– Хайди… – Только это и успела вымолвить Рэйчел.

– Не волнуйся. Он милый и безобидный. – Сестра поморщилась. – Немного зануден, но вежливый и с хорошими манерами. В любом случае это не важно. Мы все понимаем, что он у тебя будет просто для снятия депрессии.

– На этой неделе не получится. – «И на следующей тоже. и вообще».

Но Рэйчел знала сестру. С ней лучше не спорить.

– Ты все время дома, Рэйч.

– Я только что получила развод. Прямо сегодня.

Мама неделикатно хмыкнула:

– Это не остановило Мэла.

Хайди была более дипломатична:

– Вы с Мэлом уже год как официально расстались. Ты последние три месяца даже не носила обручальное кольцо.

– Отчасти чтобы ты отстала. Ты все время доводила меня этим, – резко ответила Рэйчел.

К тому же это кольцо олицетворяло обещание – обещание, которое не сдержали.

Из зеркала на Рэйчел смотрело ее печальное отражение. Она была не такая, как ее общительная сестра, которая могла заговорить в магазине с незнакомым мужчиной, а затем принять его приглашение на ужин или в кафе.

Она повернула кран и плеснула себе в лицо холодной водой в надежде убрать темные круги под глазами. К сожалению, они никуда не делись, после того как она насухо вытерла лицо полотенцем. Рэйчел постаралась спрятать их при помощи маскирующего крема, а затем накрасила ресницы. У нее были длинные и пушистые ресницы, одно из главных достоинств. Нанеся тональный крем и немного румян на щеки, она стянула волосы и заколола их. Надо было идти на работу.

К восьми часам она подъехала на почти пустую муниципальную парковку позади принадлежащего ей ювелирного магазина «Экспрессив джемс», расположенного в живописном центре Рочестера. Рэйчел торговала ювелирными изделиями и пять лет назад серьезно занялась дизайном. Когда на нее находило вдохновение, она могла не отрываясь работать часами.

Рэйчел вошла через служебное помещение, стараясь не расплескать кофе и не уронить кошелек, пока открывала дверь и отключала сигнализацию. Она мгновенно почувствовала сильный аромат роз. Около витрин стояли пышные букеты. Через пару дней их надо будет заменить. Некоторые бутоны уже начали вянуть.

Покупка украшений – дело настроения и состояния души. Это ведь так романтично. Рэйчел старалась забыть о предательстве Мэла. Именно чеки из дорогого ювелирного магазина раскрыли ей глаза на неверность мужа.

Когда она сварила кофе в маленькой комнате отдыха, раздался бодрый стук в дверь. На табличке сейчас была четко видна надпись «Закрыто». Она еще не собиралась открывать магазин, по крайней мере, в течение часа.

На сегодня у Рэйчел на десять часов была назначена встреча с бригадиром. Может, он решил прийти раньше?

Рэйчел хотела отремонтировать верхние складские помещения магазина и сделать из них квартиру. Дом, которым она владела совместно с Мэлом, сейчас был выставлен на продажу. Согласно их бракоразводному договору, после продажи сумма будет поделена поровну. Она намеревалась использовать эти деньги для того, чтобы выкупить у Мэла его долю в «Экспрессив джемс».

На рынке недвижимости стояло затишье, и Рэйчел пришлось всерьез задуматься о новом жилище. Покупая это старое здание, она предполагала сдавать его в аренду. Из него можно было сделать вполне приличную однокомнатную квартиру. Потом они с Мэлом поженились, и она отложила эти планы.

На пороге стоял не бригадир. Это был Тони Салерно. Он поднял воротник плаща, защищаясь от пронизывающего ветра. Когда он заметил ее, белозубая улыбка озарила его загорелое лицо. Она вежливо и дежурно улыбнулась в ответ. Он был одним из лучших клиентов ее магазина, одним из редких покупателей, для кого она откроет пораньше.

– Доброе утро, мистер Салерно.

– Доброе утро, дорогая.

По коже Рэйчел пробежали мурашки. Тони был очень красив: темные волосы, карие глаза, чувственные губы. В его речи звучали сексуальные нотки итальянского акцента – он иммигрировал в Штаты из Флоренции вместе с матерью, когда ему было тринадцать лет.

Он никогда не был обделен женским вниманием, видимо, поэтому частенько покупал дорогие безделушки – для многочисленных дам своего сердца.

В магазине его прозвали благодетелем. Однако при общении с ним Рэйчел всегда чувствовала себя немного неловко.

Она впустила Тони в магазин и поправила прическу, стараясь не думать, как долго уже не была в парикмахерской.

– Какой сюрприз, мистер Салерно, – произнесла она.

– Приятный, надеюсь? – Прежде чем она успела ответь, он пожурил ее: – Сколько раз я просил называть меня Тони?

Раз шесть, не меньше, но Рэйчел предпочитала вежливое обращение, которое придавало их отношениям деловитость и сохраняло дистанцию. Для этого мужчины флирт был как воздух. У нее работали четыре сотрудницы, все женщины, и все они сходили по Тони с ума. А Рэйчел нет. Замужние женщины не влюбляются. Она нахмурилась, вспомнив, что больше не замужем.

– Вы нахмурились, – заметил он.

– Пытаюсь вспомнить, когда вы были у нас последний раз, – солгала она. – Несколько месяцев назад.

– По меньшей мере девять. Очень, очень давно. – Он плавно скользнул по ней взглядом и пробормотал: – Che bella[1].

Рэйчел тихо вздохнула. Если бы кто-то догадался разливать по бутылкам этот сексуальный акцент и продавать как афродизиак, он стал бы миллионером. А тут еще голос перешел в хрипловатый шепот, когда Тони спросил:

– Вы скучали по мне?

Снова по телу побежали мурашки.

– Конечно. Вы же один из моих любимых клиентов.

К тому же его спонсорство поможет с ремонтом.

Тони ухмыльнулся в ответ на ее дипломатическую уловку:

– Ваш муж – счастливый человек.

В прошлом он уже неоднократно произносил эту фразу. Может, стоит его поправить? Рэйчел улыбнулась и предпочла не делать этого. Она скрестила руки на груди. Тони оценивающе смотрел на нее, как бы изучая. Он казался очень спокойным, а она украдкой нервно покусывала губу.

– Давайте я повешу ваш плащ, – предложила Рэйчел.

– Спасибо.

– Вы сегодня очень рано.

– Сбился с ритма в полетах. Только вчера вернулся в город. Никак не мог уснуть. Уже давно на ногах. – Его улыбка стала извиняющейся. – Я увидел свет в вашем магазине, когда шел в булочную за выпечкой, и решил рискнуть – вдруг вы впустите меня немного пораньше? – Он пожал плечами.

– Я сама сегодня рано. Люблю быть первой. Я варю кофе и расслабляюсь в одиночестве.

– Тогда я действительно должен поблагодарить вас за то, что пожалели меня.

«Такой мужчина, как Тони Салерно, может вызвать разные чувства. Только, пожалуй, не жалость», – подумала Рэйчел.

Вешая плащ, она уловила запах парфюма Тони. Аромат был чувственным, сексуальным, волнующим. Ей снова вспомнился разговор с сестрой.

Тони Салерно мог прогнать депрессию.

О чем она думает?

Рэйчел с виноватой улыбкой повернулась к Тони. У нее немного перехватило дыхание, когда она произнесла:

– Я боюсь, выпечки у меня нет, но вот кофе готов. Не хотите чашечку?

– С удовольствием, спасибо.

– Черный, – добавила она.

Он улыбнулся:

– Вы не забыли.

Это была ее работа – запоминать привычки и предпочтения своих лучших клиентов. Тот факт, что Рэйчел было все равно, какой кофе предпочитают остальные постоянные покупатели, ровным счетом ничего не значил.

Она пошла в комнату отдыха. Вернувшись через несколько минут в торговый зал, увидела, что Тони сидит на высоком металлическом табурете у стеклянного стеллажа с ее дизайнерскими работами.

Хоть он и утверждал, что страдает от смены часовых поясов, выглядел он безупречно. Никаких кругов под глазами. И волосы лишь слегка взъерошены, а не растрепаны. Он всегда хорошо одевался, будь то повседневные джинсы, официальный костюм или шикарный смокинг. Сегодня на нем были бежевый свитер – наверняка из кашемира – и черные габардиновые брюки, которые стоили, возможно, больше, чем ежемесячная выплата ипотеки магазина.

Увидев Рэйчел, Тони приосанился и встал, чтобы взять у нее чашку из белого фарфора, украшенную логотипом магазина.

– Спасибо, синьора.

– На самом деле – мисс. Мы развелись, – произнесла она неожиданно непринужденно. Очевидно, долгая тренировка перед зеркалом принесла свои плоды.

– Синьорина.

Тони произнес это не спеша, как бы взвешивая слово на языке. Затем снова улыбнулся так, что Рэйчел стало неловко. Она держала чашку кофе прямо у лица и отпивала маленькими глотками, делая вид, что не замечает, как он внимательно ее рассматривает.

– Следует мне посочувствовать крушению вашего брака? – наконец спросил он.

– Посочувствовать? Нет, – честно ответила она.

Рэйчел поставила чашку на прилавок. В стеллаже играли на свету драгоценные камни украшений ее собственного дизайна. Они всегда напоминали ей о Рождестве. Праздник наступит очень скоро. И это будет ее первое Рождество без Мэла.

Тони отхлебнул кофе:

– Но я так понимаю, что поздравления также будут неуместны.

Она кивнула, удивленная его догадливостью.

– Сестра утверждает, что в моей жизни начинается новый интересный период.

– Сестра старше вас?

– Младше. Только что окончила университет.

– В любом случае она права. Я так понимаю, вы не совсем с ней согласны?

– Это все так неожиданно…

– Если я чем-то могу вам помочь. – начал Тони.

– Спасибо. Очень мило с вашей стороны, – перебила она его.

Он понизил голос и пристально посмотрел на нее:

– Я говорю это не из вежливости. Если вам что-то надо – что угодно, – вы только скажите.

Произнеся эти слова, он положил свою ладонь на ее руку. У него были длинные узкие пальцы, на одном из них было скромное золотое кольцо с какой-то печаткой. Великолепное исполнение восхитило Рэйчел. Она смотрела на украшение, боясь встретиться взглядом с Тони. Она не знала, что больше приводит ее в замешательство – жар его ладони или тот факт, что его слова – не просто дань вежливости.

Рэйчел попыталась сменить тему:

– Ну, и куда же вы ездили на этот раз? – Она как можно спокойнее убрала руку и снова взялась за чашку с кофе.

Тони писал репортажи для журнала путешествий. На самом деле он был владельцем этого журнала и еще пары других, их редакции находились в Нью-Йорке.

Он хорошо знал аудиторию своих изданий, поскольку сам относился к элитному обществу. Из разговоров своих подчиненных Рэйчел знала, что помимо имения в Рочестер-Хиллз, которое он считал своим домом, так как неподалеку жила его семья, у Тони были квартиры на Манхэттене и в Риме, а в Париже и Лондоне за ним были зарезервированы номера люкс.

Однажды он обмолвился, что слишком любит писать, чтобы сидеть без дела и позволить другим получать удовольствие вместо него. Рэйчел уважала Тони за это, хотя не очень одобряла его стиль жизни плейбоя. С женщинами он обращался как с одноразовыми салфетками. Тем не менее никто не отрицал его щедрости, и она знала это очень хорошо.

– Я провел почти все время в Милане, лишь ненадолго отъезжал в Лондон, Париж, Монако, Берлин и Стокгольм.

– И это все? – невозмутимо произнесла она.

Он пожал плечами и грустно улыбнулся:

– Я работал.

– Надеюсь, у вас было время развлечься.

Его улыбка была молниеносной и сражающей наповал.

– Я всегда нахожу время для развлечений. Иначе я был бы скучным-прескучным мальчиком. Нет?

Этого мужчину Рэйчел никак не могла назвать скучным мальчиком. Она откашлялась.

– И о чем же вы пишете на это раз?

– О лучших отелях и ресторанах, где можно остановиться и поужинать во время Недели моды в каждом из городов, и немного о модных дизайнерах.

– Полагаю, вам довелось взять интервью у многих топ-моделей.

– Они могут дать необычную оценку, – пожал он плечами.

– Я догадываюсь, в особенности одна из них.

Он снова улыбнулся:

– Астрид.

Рэйчел представила себе длинноногую грациозную красавицу.

– И сегодня вы пришли купить ей что-то особенное. Знак вашего расположения и признательности?

Он улыбнулся:

– Как хорошо вы меня знаете.

На самом деле Рэйчел хорошо знала мужчин его типа. Тони был очень похож на ее отца, который ушел от жены, когда Хайди была еще совсем ребенком.

– И что бы вам хотелось? Колье? Может, браслет? Или сережки?

Тони никогда не покупал кольца. Подобный подарок можно истолковать неправильно.

– Думаю, колье. У Астрид очень красивая шея. Она будет прекрасной витриной для одного из украшений вашей работы, – ответил Тони.

Рэйчел взяла лист бумаги, чтобы сделать заметки. В ее голове уже рождались идеи. Она любила эту часть процесса.

– Давайте обсудим, какой стиль вы хотите. Если надо подчеркнуть красоту ее шеи, то, возможно, лучший вариант – это короткое ожерелье. Что-нибудь изящное, женственное. К примеру, жемчуг, три или четыре ряда, серебряная нить.

Он покачал головой:

– Короткое слишком высоко. – Он прикоснулся к шее Рэйчел. – Я хотел бы подлиннее, чтобы кончалось где-то здесь. – Кончики его пальцев медленно проскользили по ее шее к вырезу блузки.

У нее остановилось дыхание.

– Ах. Тогда что-то типа кулона, – смогла произнести она.

– Да, что-то, что подчеркнет и другие достоинства.

– Расскажите мне немного об Астрид.

Это была обычная практика Рэйчел, помогавшая с выбором дизайна. А еще ей было ужасно любопытно узнать о гламурных красавицах, с которыми проводил время Тони.

Он почесал подбородок. Хотя он не побрился, темная щетина никак не портила его.

– Она очень интересуется астрологией и магическими числами, картами Таро.

– А кто она по гороскопу? – Она спросила это с иронией, но он ответил серьезно:

– Рыбы.

– Можете точнее описать ее внешность?

– Она шведка. С белой нежной кожей.

– Блондинка?

– Да, с голубыми глазами, почти как у вас. А вот ресницы у нее не такие пушистые.

Он заметил ее глаза? Рэйчел тихо спросила:

– А сколько ей лет?

– Двадцать три.

Ага. Значит, Астрид всего на год младше секретарши Мэла.

– Она работает моделью с четырнадцати лет, – пояснил Тони.

– С четырнадцати. Где же все эти законы о детском труде?

– Вы думаете, она слишком молода для меня, – заметил Тони насмешливо.

– Я не собираюсь осуждать, – поспешно произнесла Рэйчел. Затем выдохнула и встряхнула головой. – По крайней мере, мне не следует делать этого. Какое право я имею выносить оценки чужим отношениям?

– Извините.

Смущенная своей несдержанностью и его симпатией, Рэйчел вернулась к делу:

– У Астрид есть любимый камень?

– Бриллианты. – Он громко рассмеялся. – Думаю, ей подошел бы более теплый камень.

Тони никогда не покупал бриллианты.

Рэйчел вытащила ключ из кармана своей куртки, открыла витрину и взяла с нижнего стеллажа подставку, обшитую черным бархатом. На свету заиграли камни различной огранки, размеров и цветов.

– Что-нибудь привлекает ваш взор? Не обращайте внимания на размер и огранку. Любой выбранный вами камень я могу обработать.

Тони выбрал аквамарин – камень, соответствующий месяцу рождения Астрид, – треугольной формы, с оправой из платины. Дизайн он оставил на усмотрение Рэйчел. Она хотела сделать что-то связанное с интересом Астрид к астрологии. Ей было приятно осознать, что Тони всецело доверяет ее вкусу.

. – Когда вы зайдете за ним? – спросила она, записывая заказ.

– Я буду в городе еще несколько недель. Астрид приедет в Нью-Йорк на фотосессию в последний уикэнд ноября. Вам хватит времени?

Рэйчел задумалась. Если нужный камень быстро придет от поставщика, то времени будет более чем достаточно. В любом случае сейчас у нее было мало дел, и в бизнесе, и в личной жизни.

– Думаю, проблем не возникнет. Предлагаю договориться на среду перед Днем благодарения, подходит?

Тони кивнул и встал:

– Отлично. Буду с нетерпением ожидать ваше творение.

Она улыбнулась ему не просто вежливо, а с искренним удовольствием. Работа не только оплачивала ее счета – за эти последние месяцы она помогла ей сохранить рассудок.

– Тогда до встречи, bella.

– Да. До встречи.

Глава 2

Погода ни капельки не улучшилась с того момента, как Тони заглянул в «Экспрессив джемс». Он поднял воротник своего плаща и спрятал руки в карманы. Насвистывая, он направился в кондитерскую, обдуваемый встречным ветром.

Итак, его любимый ювелир сейчас была свободна.

Он пока еще не решил, как к этому относится. Также он не знал, почему не сказал Рэйчел, что заказанное для Астрид колье будет прощальным подарком. Он положил конец отношениям с молоденькой моделью еще до возвращения в Штаты. Их история завершилась.

Астрид была красивая, жизнерадостная девушка, гораздо умнее, чем думали многие, но у них с Тони было слишком мало общего. Они просто вместе коротали время между показами в разных европейских городах. И даже здесь не могли найти общий язык. Тони нравилась классика в искусстве, музыке и дизайне, а Астрид любила все новомодное. Она могла ночи напролет зажигать в ночных клубах, а Тони уже давно устал от такого бешеного ритма жизни. «Неужели я постарел? И Астрид слишком молода для меня?» – размышлял Тони. В любом случае она ему быстро наскучила. Они проводили вместе все меньше и меньше времени. И после каждого расставания его снова тянуло к Рэйчел.

Тони перестал насвистывать и остановился у светофора, ожидая зеленый свет. Что же так привлекало его в Рэйчел Палмер? Она оставалась для него загадкой. Они были знакомы уже лет пять. Однажды он зашел к ней в магазинчик и увидел восхитительное ожерелье на шее одной из продавщиц.

– Это работа миссис Палмер, – пояснила та.

Миссис Палмер. Тони так никогда до конца и не разгадал ее.

Она не походила на других женщин. К примеру, она всегда вела себя очень официально, никогда не расслаблялась.

Сегодня он увидел Рэйчел с другой стороны, ее ранимость заинтриговала его еще больше. И теперь она была свободна.

В желудке у него так громко заурчало, что перекрыло даже шум ветра. Подняв голову, Тони увидел, что уже снова горит красный. Он слишком долго думал о Рэйчел.

Написав штук двенадцать репортажей и разобравшись с многочисленными текущими вопросами, он заработал себе перерыв, долгий перерыв, хотя ему хватило бы и просто недели полной изоляции от внешнего мира, перед тем как снова засесть за телефон и окунуться в работу нью-йоркских офисов. Суете и шуму города он предпочитал Рочестер-Хиллз. Неподалеку жили его мать и отчим, а еще сестра Ава с мужем Биллом и двумя очаровательными дочками.

Самого его не очень привлекала идея жениться и остепениться, но ему нравилось жить в окружении близких. Когда Тони подолгу бывал в отъездах, ему даже не хватало доброго материнского ворчания.

Кроме того, ему не надо было проводить все время на Манхэттене. С помощью Интернета он легко оставался на связи с редакциями трех журналов.

Несмотря на его успехи, многие считали, что для него эта работа – просто хобби. Богатый человек занимается изданием журналов, чтобы как-то убить время и не сдохнуть со скуки. Отчасти это была правда. Если бы журналы обанкротились, это стало бы ударом по самолюбию Тони. Покойный отец оставил ему немалый доверительный фонд, на средства которого он сможет жить припеваючи. Но на него работает несколько сотен человек по всему миру, и это позволяет им растить детей и иметь крышу над головой.

Когда он входил в кондитерскую, зазвонил мобильный. Несмотря на ненастье, Тони решил разговаривать снаружи, чтобы не мешать посетителям.

– Ты вернулся? – Это была его мать. Он сразу услышал тревожные нотки в голосе Лючии.

– Да. Я приехал вчера поздно вечером. Не хотел будить тебя, – добавил он, зная, что мама будет укорять его за то, что не позвонил.

Она и в самом деле пожурила его. Затем спросила:

– Ты приедешь сегодня поужинать? – Это был и вопрос и требование одновременно. – Придет Ава с семьей. Я приготовлю твое любимое блюдо.

После бесконечной ресторанной еды у Тони потекли слюнки от предвкушения домашнего ужина.

– Мама, я люблю все, что ты готовишь.

– Значит, никаких проблем. Приезжай пораньше. – Она засмеялась.

Две недели подряд Рэйчел работала допоздна. Ее это не тяготило. К тому же у нее не было причины спешить домой. Дом теперь казался таким большим и пустым, половина мебели отсутствовала. Может, завести собаку? Или кошку…

«А может, стоит начать новую жизнь», – думала она, поднимаясь из кресла, чтобы размять мышцы спины.

Рэйчел подолгу сидела сгорбившись, и у нее стали побаливать плечи. Она работала над украшением, которое заказал Тони, и пока ей нравилось то, что у нее получалось. Она была довольна и работой строителей, которые за короткое время много успели сделать. Они уже подготовили планировку и теперь взялись за стенные шкафы и ванную.

Сверху раздавался стук молотков. Выходило дороже, но Рэйчел настояла, чтобы работы велись после закрытия магазина, дабы не беспокоить посетителей. Из-за шума она не сразу услышала, что кто-то стучится в окно.

Снаружи стоял Тони и улыбался ей. Погода сегодня была более приятной, поэтому вместо плаща на нем был толстый шерстяной свитер. Казалось, ему очень тепло. Даже, может, жарко. Снова по телу Рэйчел побежали мурашки.

– Мистер Салерно.

– Тони, – поправил он.

– Я как раз вас вспоминала, – сказала Рэйчел, впуская его.

Это было правдой, но не стоило так говорить. Сексуальная улыбка озарила его лицо, и она готова была поклясться, что его карие глаза затуманились.

– Именно это мужчина хочет слышать от прекрасной дамы. Расскажите мне, carina, о чем вы думали.

На мгновение ей тоже захотелось пофлиртовать, но она так давно не занималась ничем подобным, что, скорее всего, уже разучилась.

– Я… м-м-м… ваше колье почти готово. Хотите взглянуть на него?

– А что, если я скажу, что пришел проведать вас?

Рэйчел улыбнулась, не зная, что ответить. Он говорил такое и продавщицам ее магазина, поэтому она понимала, что его слова ничего не значат. Тем не менее они взволновали ее. Ее выручил новый шквал стука молотков наверху.

– Santo cielo! Что за бомбежка?

– Я делаю небольшой ремонт.

– Вы хотите добавить второй этаж вашему магазину?

Она покачала головой:

– Я хочу сделать наверху жилое помещение и оставить небольшую площадь под склад.

– Это хороший дом старой постройки, удачно расположен, особенно для работающей молодежи. Я думаю, вы без труда сдадите его.

– У меня уже есть один арендатор. – В ответ на его удивленный взгляд она добавила: – Я сама.

Тони показал на потолок:

– Вы хотите жить здесь?

– Да. Как только закончится ремонт. Думаю, еще до начала весны.

– Там мало места, – поморщился он. – Простите, я выразился бестактно.

– Ничего страшного. А мне и не надо большую квартиру. Там буду жить я одна. – Рэйчел пожала плечами. – Может быть, еще заведу кошку.

– Кошку? – Он покачал головой. – Нет. Лучше собаку.

– Да? У вас есть собака? – поинтересовалась она.

Тони отрицательно покачал головой:

– Нет. К сожалению. Меня слишком подолгу не бывает дома. Но в Италии в детстве у меня была собака. Пойнтер. – Видя ее замешательство, он добавил: – Это достаточно распространенная в Европе порода охотничьих собак. Отец месяцами натаскивал его для охоты на птиц.

– Стало быть, он был хороший охотник, – предположила она.

– Не знаю. – По его лицу пробежала тень. – Отец умер до того, как смог бы брать меня на охоту.

– Ой, извините.

Он грустно улыбнулся и пожал плечами:

– Это было давно.

Рэйчел поняла, что Тони не хочет говорить об этом. Она полностью разделяла его чувства. Ее отец тоже давно оставил их, но со временем рана до конца не зарубцевалась.

– Собакам нужен какой-то простор, а здесь у меня его не будет. Кошки более независимы.

– Вот поэтому собаки и лучше в качестве домашних питомцев. Если, конечно, вам не нужно одиночество, – снова очаровательно улыбнулся он.

– Я… Я… пока не решила. Просто мысли вслух, – поспешно объяснила она.

Грохот усилился, сменившись глухим стуком, сотрясшим балки.

– Ужас! И так весь день?

– Только вечерами. Я попросила строителей всю шумную работу делать, когда магазин закрыт. Ремонт мешает фоновой музыке, – иронично добавила она.

– Согласен. – Тони снова посмотрел на потолок, а затем на нее. – Ваш кабинет будет наверху или вы продолжите работать над дизайном здесь, в магазине?

Рэйчел нахмурилась:

– Я как-то еще не думала над этим.

Мэл не любил, когда жена трудилась дома, поэтому Рэйчел так и не довелось превратить одну из комнат в мастерскую. Но здесь она сможет сделать это. Это будет ее решение. Ее выбор.

– Покажите мне, что там у вас наверху? Если, конечно, это вас не затруднит. Просто удовлетворить мое любопытство, – добавил он с невинной улыбкой.

Рэйчел не смогла придумать причины, чтобы отказать. Она там еще не жила, поэтому это не было приглашением в дом. Тем более они будут не одни.

– Там пыльно, – предупредила она, выразительно посмотрев на его безупречную одежду.

Тони, однако, это не волновало.

– Если запачкаюсь, постираю потом.

«Скорее придется отдавать в чистку», – подумала она и кивнула:

– Хорошо, идемте.

Она повела Тони в подсобку. Направо от запасного выхода находилась узкая винтовая лестница на второй этаж. Ступеньки были деревянные и без коврового покрытия. В середине краска совсем растрескалась и стерлась. Как и все здание, лестница была очень старая. Ступеньки заскрипели, когда Рэйчел и Тони ступили на них.

– Сколько лет этому зданию? – спросил Тони.

– Оно построено в конце тысяча восемьсот восьмидесятого года. Сначала тут был торговый дом, потом продавали канцелярские принадлежности, потом его купила я. Говорят, во времена сухого закона в подвале незаконно торговали спиртным. – Она улыбнулась, оглянувшись.

Как раз в этот момент Тони любовался ее соблазнительной попкой. Несмотря на то что его застигли за таким занятием, он улыбнулся:

– Богатое прошлое. Мне это нравится. Придает пикантности.

Рэйчел чуть не споткнулась. Он мгновенно подхватил ее за талию и удерживал немного дольше, чем было нужно.

– Возможно.

Они поднялись на второй этаж. Тяжелый брезент отгораживал место работ, чтобы как можно большая часть строительного мусора оставалась на втором этаже. Воздух был весь пропитан опилками. Она чихнула. Тони предложил ей носовой платок. На нем была вышита монограмма с его инициалами, и он казался слишком красивым, чтобы вытирать им нос, но Рэйчел как можно деликатнее воспользовалась им. Затем засунула платок в карман. Вернет его после стирки.

– С другой стороны, в Италии дом конца девятнадцатого века будет считаться современным, – заметил он для поддержания разговора.

– Это одна из причин моего восхищения Европой. Такая прекрасная старинная архитектура и столь многое сохранилось. Тут я тоже хочу оставить как можно больше в первозданном виде, но, конечно, при этом не забыть про безопасность и современные удобства.

– Красота и практичность.

– Именно. Предыдущий владелец что-то ремонтировал до того, как я купила здание, но нужно будет поменять проводку, сантехнику и вентиляцию, чтобы тут можно было жить.

Рэйчел потянулась к брезенту, но Тони опередил ее.

– Вход в квартиру будет снаружи, минуя магазин. – Она указала направо, где под пленкой лежали коробки разных форм и размеров. – Позже я планирую сдавать квартиру.

– Есть идеи, где бы вам хотелось жить? – спросил он.

– Не особенно. Но я точно знаю, что хочу жить в собственном доме.

– Это ради вашей собаки? – улыбнулся он.

Она засмеялась:

– Ради моей собаки. Пока же буду жить тут с кошкой. И мне точно не придется терять время, чтобы добираться до работы.

Помимо молотков из радиоприемника грохотала классика рока. Строители прервали работу, когда заметили ее и Тони. Их было трое, все в джинсах и майках, протертых и порванных серьезной работой, а не прихотью дизайнера.

– Миссис Палмер, просим прощения за шум, – произнес бригадир Вилл Дэниэлс, выключив радио. – К выходным закончим с рамами, если это как-то вас утешит.

– Никаких проблем, Вилл. Мой… м-м-м… клиент. Мистер Салерно хотел посмотреть, что тут у меня будет. Надеюсь, мы не помешаем?

– Конечно нет. – Он уперся своими мясистыми руками в бока. – В любом случае мы с ребятами хотели передохнуть минут пятнадцать.

– Спасибо.

Тони шагнул вперед и протянул руку:

– Тони.

Бригадир, казалось, немного удивился. Он вытер ладонь о джинсы, прежде чем пожать ему руку.

– Вилл Дэниэлс. – Он показал назад. – А это два наших самых лучших плотника.

Тони поочередно пожал им руки и осмотрелся.

– Работы еще много, но я вижу, что тут можно сделать. – Он обратился к Рэйчел: – Площадь больше, чем мне казалось, даже если часть уйдет под склад.

– Потолок высотой в десять футов и просторное помещение, – ответила Рэйчел.

– Оно таким и останется?

– Почти. Тут будет однокомнатная квартира.

– Можете мне еще показать?

Его улыбка обезоруживала. Пока рабочие отдыхали на почтительном расстоянии, Рэйчел водила Тони по комнате, ее воображение превращало стены и черновой настил в законченный, меблированный и, самое главное, очень красивый и уютный дом.

– Здесь будет кухня. Небольшая, но со всем необходимым для меня и для того, кому сдам потом в аренду. – Она указала на наружную стену. – Раковина будет у окна, по обеим сторонам шкафчики.

– Какая отделка?

– Вишневое дерево. Мне нравится богатая фактура дерева.

Он хмыкнул:

– А кирпич так и оставите?

– Здесь – да. Мне нравится вид, но для теплоизоляции я покрою остальной кирпич гипсокартоном. Иначе не расплачусь за отопление.

Вынужденный компромисс, так сказать…

Тони проследовал за ней к дальней стене, с выходящими на юг большими окнами.

– С этим светом здесь будет идеальное место для рабочего стола. – Он сделал движение рукой и продолжал: – Тут можно поставить стол и несколько шкафов. А по стене повесить полки.

– Думаю, можно обойтись без большого шкафа, чтобы освободить больше пространства, – задумчиво произнесла она.

– Это ваша спальня?

Рэйчел снова почувствовала, как кровь прилила к щекам, когда увидела улыбку Тони. Ох, она знала эту улыбку.

– Вы сейчас в моем шкафу, прямо там, где я собиралась ставить свою обувь.

Он остался невозмутим:

– У вас есть туфли на шпильках, carina? Красные, например?

– Извините, нет.

– Вам надо купить такие. Они безумно украшают женские ножки.

– Я приму это к сведению.

– А сейчас? – Тони приблизился к ней, и она смогла уловить запах его парфюма. – Где я стою? – Они находились там, где должна располагаться кровать.

Она ничего не ответила, и Тони проворковал:

– Вы прекрасны в утреннем свете.

Воздух застыл у нее в легких. Через несколько мгновений она смогла дышать. Указывая направо, она сказала:

– Ванная.

– Что?

– Там будет ванная. – Она пошла к месту, где строители уже установили штакетники.

Тони не улыбался. Наоборот, даже нахмурился:

– Но тут нет места для нормальной ванны.

– Тут будет только душевая кабина, – со вздохом согласилась Рэйчел.

Какая женщина не любит долгое расслабленное лежание в пене.

– Мой дом всегда открыт для вас. И у меня большая ванна. – Эта порочная улыбка снова появилась на его лице, когда он добавил: – Там можно полежать даже вдвоем.

«Это просто флирт», – напомнила она себе. Тони ничего такого не имеет в виду. Тем не менее она хотела, чтобы он уяснил себе одну вещь. Она не могла мириться с неверностью. Пусть обманули ее, но она не собиралась сама становиться разлучницей, даже если Тони и Астрид не были женаты.

– Возможно, вам следует пригласить к себе Астрид.

– Астрид. – На секунду он посмотрел на потолок, как бы раздумывая, затем покачал головой: – Мы с Астрид больше не встречаемся.

– Ох…

– Да. Вот и ох. – Он слегка постучал ей по носу.

Он смеется над ней? Рэйчел решила вернуться к деловому разговору. Ему еще нужно колье?

– Это случилось недавно?

– Не совсем. Мы официально расстались в Стокгольме.

– Но это было…

– До моего возвращения в Штаты. Да.

– Ох, извините. – Она вспыхнула, хотя он едва ли выглядел разбитым горем.

– Пока наше время не прошло, нам было хорошо вместе, правда, мы никогда не пробовали в ванной. Так бывает, – спокойно произнес он, пожав плечами.

– Да, так бывает. – Рэйчел ответила резче, чем хотела.

Теперь пришла пора Тони извиняться:

– Я сказал бестактность, учитывая ваши обстоятельства.

– По крайней мере, вы не обманывали ее, – не подумав, брякнула Рэйчел.

– Я никогда не обманываю, carina. Никогда.

Скорее всего, Тони врал. В любом случае он не был надежным мужчиной. Он был. идеален для снятия депрессии. Рэйчел попыталась отогнать эту мысль.

– Все в порядке?

– Все отлично. Я. я просто немного удивлена по поводу колье. Я думала, что оно для какого-то особого случая.

– Так и есть. Прощальный подарок и пожелание успехов в карьере.

– Очень великодушно с вашей стороны.

«И без сомнения, страховка, чтобы Астрид ушла без лишнего шума или раздражения».

– Я могу себе позволить быть щедрым. В этом все и дело, женщины хотят вещи.

Рэйчел нахмурилась:

– Я оскорблена от имени всего женского племени.

– Все что-то хотят, carina.

Глава 3

Дом продан? – Ошеломленная, Рэйчел рухнула в офисное кресло. Кожаное покрытие заскрипело.

– Я удивлена не меньше вашего, – ответила Флора Лабелль, ее риелтор. – По закону вы и Мэл должны оба одобрить продажу, чтобы сделка состоялась, но мне кажется, вам не следует препятствовать. Это хорошая цена, особенно в теперешних условиях на рынке.

– Насколько хорошая? Без всяких скидок?

– Ну, нет. Немного пришлось скинуть.

– Сколько?

Флора кашлянула:

– Около десяти тысяч долларов.

– Ох! – Это совсем не то, что хотела бы услышать Рэйчел.

Она надеялась на минимальную скидку, так как ей придется делиться пополам с Мэлом. Каждый пенни был на счету.

Флора не закончила:

– Покупатель также пожелал, чтобы вы оплатили расходы, связанные с передачей недвижимости.

Это еще лишние несколько тысяч долларов.

– Боже, это все?

Несмотря на саркастический тон Рэйчел, Флора продолжала:

– И еще покупатель требует, чтобы все кухонное оборудование осталось в доме.

– Все оборудование? Там же все новое. – И правда, Рэйчел сама выбирала эту обстановку из нержавейки, прямо перед тем, как узнала об измене Мэла. – Я надеялась оставить это себе.

Они договорились об этом с Мэлом при разводе.

Флора вздохнула:

– Вы купите себе новую обстановку, Рэйчел. У меня есть такие варианты, которые уже месяцами выставлены на продажу и никто даже не интересуется ими. Было бы глупо сорвать сделку из-за кухонного оборудования.

– Можем мы хотя бы сделать встречное предложение?

– Мэл не хочет, – ответила Флора.

– Мэл? Вы уже говорили с Мэлом?

– Я… да.

– И он даже не хочет попытаться сделать так, чтобы мы не оплачивали расходы на передачу недвижимости?

– Его условия устраивают.

Теперь дело было за ней.

Флора продолжала:

– Новых предложений можно еще месяцами ждать, и не факт, что они будут такими же хорошими. Сейчас рынок в очень нестабильном состоянии, Рэйчел. А вам ведь еще оплачивать ипотеку, а потом еще и налоги зимой.

– Я поняла, – ответила Рэйчел, сдаваясь.

– Зато продавец согласен не осматривать дом и купить его в теперешнем состоянии.

– Спасибо и на этом. Итак, что мне делать теперь?

– Я могу подскочить к вам в магазин через полчаса, и вы подпишете договор купли-продажи. Тогда я начну оформлять все остальные бумаги.

– Отлично, – пробормотала она. – Если все пойдет по плану, когда мы сможем завершить сделку?

Флора снова кашлянула. Рэйчел начинала уже бояться этого звука.

– Тут еще одна вещь. Покупатель хочет оформить сделку как можно скорее.

– А я не хотела бы спешить. Мое новое жилье будет готово еще через несколько месяцев. – Рэйчел знала, что напрасно надеется на такой долгий срок. – Может, я пока буду платить им аренду?

– Извините, нет.

Рэйчел выругалась про себя.

– Хорошо, сколько у меня времени?

– Две недели.

– Две недели! – На этот раз она уже выругалась вслух. – Флора, за две недели никак не получится. Минимум два месяца.

– Боюсь, это обязательное условие.

Рэйчел задумалась. Наверху было тихо, но через полчаса закроется магазин и придут строители.

– Я понимаю, что продажа редко оформляется так быстро, но покупатель уже готов взять кредит и заканчивает прочие формальности, – объясняла Флора. – Естественно, все расходы по ускорению совершения сделки – почтовые и всякое такое – покупатель берет на себя.

– Да уж хорошо бы им что-то уже и оплатить, – промолвила Рэйчел.

– Я сейчас подъеду с бумагами, – заключила Флора.

Рэйчел еле услышала ее. Ее дом продан. И где ей теперь жить, пока будет готова новая квартира?

Шли дни, а Рэйчел все искала ответ на этот вопрос. Наконец до съезда осталось всего два дня. В пятницу, ближе к вечеру, она стала обходить свой дом, прошла из белоснежной кухни в тихую спальню, затем опять через коридор в гостиную. На лужайке торчал баннер, установленный риелтором, к надписи «Продается» красным было добавлено «Продано!». Согревая руки чашкой зеленого чая, Рэйчел рассматривала этот баннер. Ей хотелось покинуть этот дом, но она была еще не готова съезжать.

Рэйчел сделала глоток чая, пытаясь побороть ужасное состояние. Она уже сложила в коробки некоторые вещи. Они стояли в магазине, заполняя каждый свободный уголок. Вот и все, что она смогла сделать. Рэйчел ненавидела этот переезд, хотя по самому дому скучать не собиралась. Отвернувшись от окна, она осмотрела комнату. Все было бежевым и спокойным. Комнаты были оформлены в сдержанных тонах. Рэйчел предпочитала более эклектичный декор – буйство красок, отделки и обстановки. Здесь не чувствовалась ее рука.

Дом нес на себе след компромисса.

– Итак, есть ли запасной план? – пробормотала она.

Сестра предложила пожить у нее в двухкомнатной квартире, и Рэйчел знала, что мама тоже с радостью примет ее.

Поселиться в маленькой комнате с розовыми обоями, где еще стоит диванчик из ее детства, значило отступить. У Рэйчел там не будет достаточно личного пространства. Образ жизни Хайди соответствовал ее возрасту и незамужнему положению. У нее был бешеный рабочий график, и она много времени проводила с друзьями, поэтому могла приходить и уходить в любое время суток. К тому же Рэйчел сомневалась, что со своей больной спиной сможет спать больше одной ночи на диване с металлическим каркасом.

Она наливала себе вторую чашку чая, когда зазвонил мобильный.

– Обещай не сердиться, – стала умолять Хайди, как только Рэйчел ответила.

Если сестра начинает разговор такими словами, хорошего конца ждать не приходится.

– Я рассказала папе про твой развод и ситуацию с домом.

– Папе? – Рэйчел была так удивлена, что даже не рассердилась. – Где и когда ты с ним встречалась?

Последний раз они виделись два года назад на Рождество, когда отец вернулся в их края, после года работы в риелторской конторе во Флориде.

Если кто и сможет продать никому не нужный заболоченный участок за большие деньги, так это Грифф Престон.

– Сегодня. Представь себе, встретила его у себя на работе. Он зашел пообедать и сел за столик, который я обслуживала. – Хайди иногда подрабатывала официанткой в частном гольф-клубе. Даже когда в межсезонье поле для гольфа было закрыто, в баре часто проводили время крупные бизнесмены. – Он сначала меня даже не узнал.

Хайди рассмеялась. В этом была вся она. Не грузись и не нагружай других. Рэйчел, однако, разозлилась.

– Он был один? – спросила она.

– Он был с женщиной.

Ничего удивительного. Грифф ушел от их матери к другой женщине, правда, так никогда и не женился снова. Эта история продолжалась недолго, но он никогда не страдал от недостатка женского внимания. Чем старше становился, тем моложе и вульгарнее были его подруги.

– Дай угадаю. Блондинка лет за тридцать? – весело поинтересовалась Рэйчел, опуская пакетик чая в кружку с кипятком.

– Не-а. Рыжая и, наверное, даже моложе тебя.

Рэйчел стала яростней окунать пакетик в кипяток. Мэл, Тони, а теперь отец. Неужели все мужчины на свете встречаются с женщинами моложе ее?

– С татушками?

– На шее красная розочка и еще какие-то на руках, я не разобрала. Наверняка еще есть. Сразу видно, мама воспитывала ее не как наша.

– В двадцать лет сделаешь татушку на бедре, в пятьдесят она окажется у тебя на заднице, и я не говорю о том, где окажется в семьдесят, – вспомнила Рэйчел.

Обе рассмеялись.

– В общем, ты не сердишься? – спросила Хайди.

– Я не хочу, чтобы он был в курсе моих проблем, – медленно произнесла Рэйчел. – Он потерял это право много лет назад.

– Он собирается тебе позвонить, – сказала Хайди.

– Зачем? – Она сжала зубы, чтобы вслед за вопросом не посыпались нелицеприятные эпитеты.

– У него друг занимается строительством многоквартирных домов. Пару месяцев назад банк изъял один из таких домов, а мужик выкупил его обратно за гроши. Сейчас он пустой, пока они переоформляют все, а потом снова выставят его на рынок. Тебе даже не придется платить…

– Нет, – категорически заявила она.

– Нет? Почему, Рэйчел? Это же решит твою основную головную боль, – увещевала сестру Хайди. – Если ты не хочешь жить у меня или мамы, тебе придется снимать жилье, пока не будет готова твоя квартира.

Обстоятельства складывались так, что Рэйчел едва могла оплачивать услуги строителей, хотя она утешала себя мыслью, что в конечном итоге вложения в свой дом выгоднее, чем аренда. Теперь ей придется переезжать дважды, а еще в процессе снимать жилье.

Тем не менее Рэйчел была непреклонна:

– От отца мне ничего не нужно.

– Просто воспользуйся его предложением и все, – продолжала Хайди. – Если он хочет помочь, пусть помогает.

– Что он сказал по поводу развода? – Сестра молчала, и Рэйчел стала настаивать: – Ну?

– Сказал, что не удивлен. – Хайди кашлянула. – Он с самого начала считал, что Мэл тебе не подходит.

Грифф оказался прав, и Рэйчел стало противно. Она понимала, что еще до измены ее отношения с Мэлом были далеки от идеальных, но они казались намного лучше, чем отношения родителей.

Мэл был финансовым консультантом. Носил классические костюмы, ездил на седане высшего класса. Он был солидным, надежным – скучным, по мнению Хайди. Но Рэйчел хотелось такой скуки после всех драм жизни с отцом.

– Ну, он у нас большой спец по семейной жизни и отношениям, – сухо заметила она.

– Ну что поделать…

Рэйчел не смягчилась:

– Он совсем не знает Мэла. Совсем не знает меня. И тебя, кстати, тоже.

Грифф и Мэл встречались только дважды – на свадьбе и на Рождество, когда отец внезапно приехал. Его появлению были рады не больше, чем тому магазинному фруктовому торту, что он принес с собой.

– Знаешь что? Это не имеет значения.

– Рэйч.

– Мне не нужна его помощь. – Рэйчел уже завелась и воскликнула с негодованием: – Я лучше у дьявола что-то попрошу, чем у него!

В этот момент прошел сигнал по второй линии.

– Хайди, мне надо идти. Я перезвоню тебе попозже.

Она была рада закончил малоприятный разговор, но тут услышала в трубке голос вышеупомянутого дьявола. Это был Тони.

– Добрый вечер, Рэйчел.

– Мистер Салерно?

– Тони. – Она услышала, как он усмехнулся. – Простите, что звоню так поздно, да еще в пятницу…

Номер своего мобильника Рэйчел давала только избранным клиентам. Тони был одним из немногих, так как потратил в «Экспрессив джемс» немалые суммы.

– Ничего страшного. Все в порядке?

– Это зависит от вас. У меня изменились планы. Я планировал забрать колье в среду. К сожалению, мне надо будет уехать в Нью-Йорк.

– Хотите забрать его пораньше?

– Хочу. Если оно готово.

– Я как раз сегодня закончила над ним работу. Думаю, вам понравится.

– Не сомневаюсь. Ваша работа всегда восхитительна, поэтому я ваш постоянный клиент.

– Спасибо. Я могу завтра открыть магазин пораньше.

Обычно по субботам Рэйчел открывала не раньше десяти. В воскресенье «Экспрессив джемс» был закрыт, как почти все магазины в центре, кроме булочной и ресторанов.

Он задумался.

– Я наделся забрать его сегодня вечером. Естественно, я доплачу за неудобства.

– Ну что вы, никаких проблем, – машинально ответила Рэйчел.

Клиент всегда прав, особенно такой богатый, как Тони. А еще она подумала, что ей пойдет на пользу выбраться из дома.

Они договорились встретиться через час, так что у нее было время переодеться, накраситься и сделать какое-то подобие прически вместо жалкого хвостика. Рэйчел заплела французскую косу, а вместо удобных черных штанов для занятий йогой и майки надела брюки хаки и темно-синий вязаный свитер. Когда она приехала, Тони уже поджидал ее на парковке за магазином. На нем был смокинг.

– Я, кажется, оделась недостаточно торжественно, – заметила она с застенчивым смехом, открывая дверь и набирая код отключения сигнализации.

Он оглядел себя, будто только сейчас увидел, что одет в черный смокинг с запонками.

– Я был на мероприятии по сбору средств для Детройтского института искусств. Мне надо было представить почетного гостя, после чего я смог сбежать.

– Вечер, наверное, только начался.

– Моего отсутствия никто не заметит, – пожал он плечами.

Рэйчел не могла согласиться с его словами.

– Надеюсь, я не оторвал вас от важных дел? – спросил Тони.

Она хотела рассмеяться, но сдержалась и спокойно ответила:

– Важных дел? Нет. Я была на вечеринке. Вечеринке печали. Почетный гость. Поверьте, я была рада, что меня вытащили оттуда.

– Вечеринка печали? – Он нахмурился.

– Я сидела и страдала, – пояснила она. – Упивалась горем.

– Английский не мой родной язык, но я знаю это выражение. – Он подошел сзади и помог ей снять пальто. Она почувствовала на виске его дыхание, когда он продолжил: – Я с трудом представляю вас упивающуюся горем.

– Уверяю вас, если постараюсь, я выгляжу очень убедительно.

– И какой же повод для этой вечеринки печали?

– Мой дом продан, и я должна очистить помещение до понедельника. Но квартира наверху еще не готова.

Тони кивнул:

– Понятно. Не готова… И что же вы будете делать?

– Вот, раздумываю.

Тони внимательно посмотрел на Рэйчел:

– Простите за нахальство, какие у вас варианты?

– Самые обычные. Я могу поехать к маме. Или к сестре. Обе предложили мне. Также могу. – Она покачала головой и добавила решительно: – Нет. Даже не буду рассматривать вариант с тем многоквартирным домом.

– А чем не подходит тот дом?

Рэйчел сама не ожидала, что будет обсуждать с Тони эту тему.

– Извините. Мысли вслух. Просто у моего отца есть знакомый в строительном бизнесе, который может без аренды поселить меня на несколько месяцев.

– Но вы даже не хотите думать об этом. Почему? – с любопытством спросил Тони.

Она вздохнула:

– Это сложно объяснить. Мы с отцом не очень близки.

– А-а-а. – только и протянул он.

Вздохнув, Рэйчел продолжала:

– По правде говоря, я едва знаю его – своего отца. Я могу на пальцах одной руки сосчитать, сколько раз мы виделись за последние лет шесть.

– Ваши родители в разводе.

– Когда он оставил нас, я была маленькой.

Тон у нее был спокойный, а вот выражение лица выдавало обиду.

– Там была другая женщина, – предположил Тони.

– Точно. – Она горько засмеялась. – И я думала, что с Мэлом все будет по-другому.

– Что вы имеете в виду?

– Ничего. – Она изобразила улыбку. – Просто еще немного поплакалась. Видите, я предупреждала, что хорошо умею это делать.

– Вместо надежности, возможно, вам следовало иногда быть более авантюрной. Рискнуть.

– Я не любительница риска.

– Я не соглашусь. – Он подошел ближе. – Вы деловая женщина. Бизнес подразумевает риск.

– Да, но…

– А еще вы художник. И опять же, это рискованное занятие.

Тони показалось, что он задел за живое. Рэйчел покачала головой:

– Я хочу сказать, что не люблю риск в личной жизни.

Он кивнул:

– Гораздо труднее рисковать эмоционально, а именно этого требуют отношения.

– Вы это говорите на основе собственного опыта? – с насмешкой спросила она.

Тони негромко засмеялся:

– Признаюсь. В таких вопросах я скорее учитель, чем ученик.

– Надеюсь, вы не обидитесь, но я не думаю, что вы чему-то можете научить меня в вопросах отношений.

Он улыбнулся, когда она вспыхнула.

– Ничему? – Опыта у него было больше, и оба знали это.

Тони сделал еще шаг. Она практически прижалась к стене.

– В-ваш послужной список много говорит о ваших умениях.

– Если я не стою на коленях при разрыве, то это вовсе не означает, что отношения были неудачными.

– Что же это означает?

Он пожал плечами, как бы отбрасывая в сторону мысль, что, возможно, он упускает что-то, отказывая себе в постоянстве.

– Я наслаждаюсь жизнью. Женщина рядом со мной тоже наслаждается. Это продолжается отведенный нам срок. Никто не в обиде. Никаких душевных травм. – Он облокотился о стену и, понизив голос, произнес соблазнительным шепотом: – Когда вы в последний раз наслаждались жизнью?

Горящие щеки выдавали ее состояние, но Рэйчел ответила таким деловым тоном, что ему только оставалось подивиться ее самообладанию… и помечтать, как он его разрушит.

– Сменим тему, Тони. Давайте посмотрим колье.

Наконец-то она назвала его по имени. Тони выпрямился и отступил на пару шагов. Очень хорошо. Он и так зашел далеко, особенно если учесть, что сам не знал, чего хочет от нее.

– Да, колье. Жажду его увидеть.

Рэйчел повернулась и едва не споткнулась о гору коробок у стены за дверью. Она бы упала, если бы Тони не успел подхватить ее за талию.

– Что это такое? – спросил он, отпуская ее.

Мог и не спрашивать. На коробках было написано: постельное белье, елочные украшения и настольные игры.

– Это вещи из моих шкафов. Я подумала, может, кому-то из моих продавщиц пригодятся. – Она задумчиво посмотрела на коробки. – Удивительно, сколько же вещей накапливается за годы.

Рэйчел направилась к сейфу. Вытащив колье, она понесла его к выставочному стенду и надела на безголовый бюст, обтянутый черным бархатом.

Лицо ее выражало смесь гордости и волнения. Да, она была настоящим художником. И Тони знал по опыту их страстную натуру.

– Ну как вам? – осторожно спросила она, и он осознал, что смотрит не на колье, а на Рэйчел.

Он перевел взгляд. Аквамарин в платиновой филиграни окружали более мелкие камни. При свете ламп он горел почти эфирным сиянием.

– Божественно, – прошептал Тони. – Рэйчел, вы превзошли саму себя.

Ее улыбка была искренней, и он наслаждался ею.

– Спасибо.

– Астрид оно точно понравится.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Какая красавица (ит.).

Вернуться