Фиона Харпер
Парень что надо
Роман

Посвящается Никки, девушке, с которой здорово работать, в благодарность за вдохновение, а также Энди, моему собственному Индиане Джонсу с секатором

Fiona Harper

The Guy To Be Seen With

* * *

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.

Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A.

Иллюстрация на обложке используется с разрешения Harlequin Enterprises limited. Все права защищены.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав.

Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя.

Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

The Guy To Be Seen With

© 2013 by Fiona Harper

«Парень что надо» © ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2014

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2014

Глава 1

Телефон всегда звонит в самое неподходящее время. Однако на этот раз Дэниел не сетовал. Хотя его руки были заняты Dionaea miscipula[1], которую он пересаживал в другой горшок, ему не давала покоя мысль, что это звонит его младшая сестра, она снова заболела. Или, что еще хуже, ей так плохо, что ее увезли в отделение экстренной медицинской помощи.

С неохотой Дэниел переложил комок корней и листьев в левую руку, стряхнул землю с правой и нащупал телефон в боковом кармане своих брюк карго, пристроил трубку на плечо и прижал ее щекой.

– Да?

– Дэниел Бредфорд? – услышал он раздражающе радостный мужской голос.

– Да, – повторил Дэниел, пытаясь одной рукой поместить ценный экземпляр растения в горшок.

– Отлично! Дэниел, это Даг Харли, и вы в прямом эфире радио «Эрос», самой романтичной радиостанции Лондона!

Дэниел выпрямился и посмотрел по сторонам, словно выискивая хихикающих человечков, прячущихся за пальмой в соседнем помещении огромной оранжереи. Это, должно быть, розыгрыш, верно? Ну погодите, здесь девяносто процентов стен сделаны из стекла, спрятаться негде. Он найдет шутников и превратит их жизнь в ад.

Но Дэниел увидел только студента-садовода в наушниках, он толкал перед собой тележку с рассадой, слушал музыку и ни на что не обращал внимания.

– Дэниел? – мягкий, как шелк, голос проникновенно прошептал ему в ухо.

Дэниел убрал телефон от уха и уставился на дисплей, серьезно раздумывая над тем, чтобы прервать разговор: времени на такую ерунду не было.

– Что вам надо? – резко спросил он, поднося телефон к уху. – Я занят.

На другом конце линии раздался смех:

– На это у вас найдется время, Дэниел. Я вам обещаю.

Дэниел стиснул зубы. Фамильярная манера ди-джея действовала на нервы.

– Докажите, – сказал он.

Снова смех. Как будто мужчина знал что-то, чего не знал Дэниел.

– Я уверен, вы знаете, какой сегодня день.

Дэниел сдвинул брови. Сегодня вторник. И что?

Черт!

Он выругался про себя, вспомнив пачку красных и розовых конвертов, которые лежали у него на столе сегодня утром, когда он приехал на работу. Он свалил их в кучу, не открывая, и забыл об этом. Сегодня не просто вторник, сегодня тот самый сумасшедший вторник в середине февраля.

– А какой сегодня год, Дэниел? – продолжил голос.

Дэниел с шумом выдохнул. Это какая-то дурацкая викторина, организованная слащавой радиостанцией, о которой он никогда не слышал. Какой сегодня год? Серьезно? Они не могли придумать вопрос получше? Даже его четырехлетний племянник мог ответить. Дэниел уже собирался сообщить все это мистеру Сладкий голосок, но его перебили.

– Конечно, у високосных годов есть свои особенности, – сказал мужчина и засмеялся. – Мы знаем, что до двадцать девятого еще несколько недель, но у нас уже есть для вас Валентинов сюрприз[2]. Одна юная леди хочет кое-что спросить.

Дэниел посмотрел на растение, которое он держал в руке. Оно все еще не было пересажено, но нектар, выделенный железами его ловушки, уже привлек муху. Муха металась в воздухе, то скрываясь за листьями, то снова оказываясь на виду.

– Дэн? – раздался мягкий женский голос, который Дэниел сразу узнал и замер.

– Джорджия?

Его голос звучал раздраженно, казалось, он совсем не рад услышать свою девушку.

Он слышал, как она глубоко вдохнула.

– Дэниел… Я знаю, тебе было непросто в последнее время, и я рада, что была рядом. Сейчас дела, кажется, налаживаются, и я верю, что нам будет хорошо вместе.

Дэниелу хотелось закрыть глаза, как будто это могло заглушить звук ее голоса, но взгляд приковывала муха, нацелившаяся на мясистую поверхность одной из ловушек растения. Дэниел помотал головой, отгоняя насекомое.

«Лети отсюда. Давай лети, пока еще можешь».

– В общем, Дэниел… Я предлагаю тебе жениться на мне.

Одним быстрым ровным движением ловушка, в которую попала муха, захлопнулась. Даже не захлопнулась, а элегантно сомкнулась, безжалостно сдавив насекомое. Дэниел слышал отчаянное жужжание и видел, как муха пытается выбраться сквозь похожие на зубы реснички, смыкавшиеся все крепче и крепче.

«Не надо. Борьба все усугубляет».

Повисла ужасная тишина. Все звуки исчезли. Посетители ботанического сада тоже разом смолкли. Казалось, весь Лондон задержал дыхание, ожидая его ответа.

– Это шутка, Джорджи? – жалобно прохрипел Дэниел.

Это была не та Джорджия, которую он знал. Не та милая, простая, нетребовательная женщина, с которой он встречался почти год. Его Джорджия знала, что в его жизни сейчас нет места для серьезных отношений, не говоря уже о женитьбе. Его Джорджия понимала и принимала это. Тогда кто же это, ради всего святого, звонит и ее голосом задает неожиданные вопросы? Да еще и по радио.

Как можно делать предложение руки и сердца публично? Это следует делать тихо, не привлекая всеобщего внимания.

Он стиснул зубы, чтобы не потребовать объяснений прямо сейчас, и вдруг разозлился на нее за то, что она изменила правила игры в их отношениях.

Сладкий голосок захихикал снова.

– Что ж, Джорджия, похоже, вы лишили беднягу дара речи! Что скажете, Дэниел? Вы сделаете эту девочку счастливой или нет?

Это быстро охладило пыл Дэниела. Что он должен был ответить?

Он мог представить себе Джорджию там, в здании радиостанции, с натянутой улыбкой на лице и страхом в глазах, Джорджию, храбро притворяющуюся, что все в порядке, хотя ее сердце бешено колотится и наворачиваются слезы.

Джорджия приятная женщина. Она стойкая, умная и здравомыслящая. Любой мужчина был бы счастлив оказаться рядом с ней. Дэниел должен был хотеть произнести «да». Но он не хотел.

Что-то хрустнуло, и шум стал снова заполнять пространство: шипение автоматического увлажнителя в соседнем парнике, скрип двери дальше по коридору, гул самолета, заходившего на посадку в Хитроу. И Дэниел внезапно испугался, что больше сотни тысяч пар ушей слушают этот разговор, что его девушка будет публично унижена и уничтожена, если он даст неправильный ответ.

К несчастью, в случае с ним и с Джорджией правильным был неправильный ответ.

Дэниел не любил ее и не был уверен в том, что когда-нибудь полюбит, а она заслуживала только хорошего. Он аккуратно положил телефон на плечо и осторожно опустил венерину мухоловку вместе с ее добычей в горшок.

Дэниелу следовало бы догадаться, что отношения с Джорджией не останутся в фазе прекрасного, комфортного застоя. В этом мире все куда-то двигалось.

Он впервые встретил Джорджию, когда Келли прошла половину курса химиотерапии. Джорджия помогала ему забыть, что его младшая сестра может не дожить до следующего Рождества, что его предатель-зять сбежал со своим тренером по фитнесу, оставив жену одну бороться со страшной болезнью и ухаживать за двумя детьми, которым не было и пяти лет. Без Джорджии Дэниел нашел бы Тима и скормил его самому огромному и самому отвратительному Nepenthes[3] в своей коллекции.

Дэниел помотал головой. Ему следовало догадаться, что Джорджию может посетить подобная идея. В общем, они оба были виноваты, что оказались теперь в дурацком положении. Она просила о том, чего он не мог сделать. И он об этом предупреждал.

– Мне жаль, – сказал он, извиняясь скорее за то, что выросло из их отношений прямо у него под носом, чем за то, что он собирался сказать. – Мы не собирались жениться, я думал, ты об этом знаешь… Именно поэтому наши отношения были прекрасны.

Он слышал ее дыхание на другом конце линии, ему хотелось оказаться с ней лицом к лицу, объяснить все без посторонних ушей, жадно ловивших каждое слово.

– Да ничего, все в порядке, – сказала она, и он почувствовал напускную легкость ее тона, представил влажный блеск в ее глазах.

Дэниел покачал головой. Все было не в порядке. Он причинил ей ужасную боль, но это не означало, что он мог сказать «да» и обречь их на ужасную ложь, которая в конце концов сделала бы их обоих несчастными. Он должен был отпустить ее, чтобы она нашла мужчину, который дал бы ей то, чего она хотела.

– Я не могу, Джорджия. Ты знаешь, почему я не могу сказать «да».

На миг установилась ужасная тишина, затем снова заговорил диджей, нервно посмеиваясь и стараясь сгладить ситуацию. Дэниел не слышал ничего из того, что он произнес. Не заметил он, и как в его ушах зазвучала музыка.

Он схватил еще не присыпанную землей венерину мухоловку в пластиковом горшке и швырнул в стену оранжереи, где росли хищные растения. Осколки горшка разлетелись в разные стороны, а хрупкое растение упало на пол с едва различимым глухим звуком. Размазавшийся по стеклу компост осыпался дождем.

Полдюжины пар любопытных глаз уставились на Дэниела из разных частей питомника. Должно быть, они подумали, что глава отдела тропических растений сошел с ума.

Могло быть и хуже: возможно, они тоже слушали радио.

Дэниел закрыл глаза, провел рукой по волосам, забыв, что его руки еще в торфе, и громко выругался. Подняв веки, он посмотрел на застывших подчиненных, крикнул: «Что?» – и все человечки разом расползлись по своим норам.

Боже, как он ненавидел День святого Валентина!

Дэниел наклонился и замер, касаясь рукой похожей на бумагу трубочки Sarracenia[4]. Солнечные лучи сквозь стеклянную крышу согревали его спину, посетители, как обычно, осматривали экзотические растения оранжереи имени принцессы Уэльской – одной из оранжерей садов Кью. В общем, это был обычный мартовский день.

Несмотря на это, волоски на руках и на затылке у Дэниела встали дыбом.

Он поднялся и оглянулся, стоя в огромной оранжерее с десятью контролируемыми климатическими зонами. Ему показалось, что кто-то наблюдает за ним.

После неудачного предложения Джорджии за прошедший месяц Дэниел не раз обнаруживал, что находится под прицелом объектива папарацци. Но это еще не все, казалось, на него смотрели со всех сторон, наблюдали и осуждали.

До того как болезнь сестры заставила Дэниела вернуться в Лондон, ему нравилось работать в филиале садов Кью на Мадагаскаре, охотиться на острове за семенами, отыскивать редкие растения, собирать эти сокровища, обнаруживая почти исчезнувшие виды. Но повышенное внимание со стороны медиа заставляло его чувствовать себя скорее жертвой, чем охотником.

Дэниел закончил осматривать цветки в белую и зеленую крапинку и перешел из зоны плотоядных растений умеренного климата в зону растений влажных тропиков. Там росли тепло- и влаголюбивые тропические виды и была огромная коллекция хищных цветков-кувшиночников зеленого и теплого фиолетового цвета. Дэниел стал методично осматривать перепутавшиеся усики в поисках засохших соцветий, которые следовало удалить, и искать больные и пораженные паразитами растения.

Тогда-то он и услышал это.

– Ты говоришь, он похож на Харрисона Форда? – спросила женщина громким шепотом. – Я бы не сказала, скорее на героя из сериала про шпионов на Би-би-си.

Дэниел замер и представил ужасную смерть журналистки в джунглях, которая его только что сравнила с легендой кино. И хотя дама была явно довольна своей шуткой про Индиану Джонса с секатором, ее спутница явно думала не об этом.

– Не уверена, – отозвалась вторая женщина. – Но у него такой загадочный, интеллигентный и опасный вид. Ты видела эти мышцы рук?..

Дэниелу надоело, когда же это кончится? Они с Джорджией стали главной темой авторских колонок и журнальных статей, их обсуждали в ток-шоу, хотя ни он, ни Джорджия не подливали масла в огонь: не соглашались там выступить или дать интервью. Казалось, весь город разделился на два лагеря: один поддерживал его, другой – ее.

И у всей этой ситуации был один неприятный побочный эффект.

Он стал одиноким красавчиком. Несмываемое клеймо, на которое, казалось, отреагировало все женское население Лондона и объявило открытым сезон охоты. Первые несколько недель после предложения Джорджии они каждый день приходили в сады поодиночке или парами, чтобы выследить его. Уже почти неделю было тихо, и он надеялся, что поток наконец иссяк. Но не тут-то было.

Не то чтобы легкий – даже серьезный – интерес со стороны женщин беспокоил Дэниела. Обычно он был открыт для флирта как потенциальный бой-френд. Но здесь все было иначе. Женщины вели себя так, будто не слышали предложения по радио и не знали, что его не интересует любовь, не говоря уже о браке. Ситуация была глупой. И сильно раздражала.

К реальности Дэниела вернули голоса двух дам за спиной.

– Я, пожалуй, пойду попрошу у него автограф, – сказала одна из них.

Все, терпение Дэниела кончилось! Он повернулся и быстро пошел вниз по дорожке к ступенькам, к водной экспозиции, наполовину скрытой рукотворным холмом в центре оранжереи, затем нырнул в короткий тоннель и вышел на другом конце климатической зоны. Потом взобрался по дорожке на вершину холма, прошел через папоротники, запутывая следы, и снова спустился по лестнице.

Он знал этот стеклянный лабиринт как свои пять пальцев, и менее чем через минуту, припадая к земле, наблюдал за двумя женщинами с выигрышной позиции среди орхидей. Пожалуй, Дэниел мог бы вернуться в оранжерею, где занимались размножением растений, но ему понравилась идея понаблюдать за дамами, пока они безрезультатно ищут его.

Дэниел потрясенно разглядывал женщин – милостивый боже, болтушкам было больше семидесяти! Дамы в изящных туфельках и нейлоновых брюках оглядывались по сторонам, выбирая дорожку, чтобы напасть на его след.

В конце концов все бы обошлось, но волосы у него на затылке снова встали дыбом.

Что, еще одна? Он уже собирался повернуться и дать волю своему негодованию, но сообразил, что не имеет права бросаться на заплативших за вход посетителей. Прикусив язык, Дэниел решил уйти, придется сидеть в офисе. Решение оставить работу в полях ради нынешней должности далось Дэниелу тяжело; он сделал это только ради Келли, ей было нужно, чтобы он вернулся домой и помог присматривать за мальчиками.

– Неужели это Индиана собственной персоной! – услышал он женский голос с хрипотцой. – Меня заверили, что вы теперь сменили кнут на секатор!

Дэниел обернулся, все еще пригибаясь к земле. Сначала он увидел пару ярко-розовых туфель на невысоком каблуке, с бантиками в горошек. Их обладательница явно еще не вышла на пенсию. Затем его взгляд упал на пару тонких щиколоток, поднялся до икр красивой формы. На секунду все мысли вылетели у Дэниела из головы. Выше была черная юбка-карандаш, плотно облегавшая округлые бедра… Дэниел сглотнул.

– Ну и где он? – спросила женщина.

Тут Дэниел понял, что до сих пор стоит на полусогнутых ногах. Он поднял голову – красные губы. Вот что он сразу заметил. Чувственные красные губы. Дэниел снова сглотнул.

– Что?

«Встань, ты ползаешь на коленях у ее ног и пускаешь слюни, как неандерталец».

К счастью, на этот раз мозг послушался и послал ногам команду выпрямиться. Дэниел встал. Наконец-то он смотрел на нее сверху вниз, а не снизу вверх. И теперь увидел впечатляющую ложбинку между ее грудей.

– Секатор, – ответила она, приподняв одну из идеально выщипанных бровей. – Он у вас в кармане?

Дэниел глупо кивнул и достал секатор. Она была блондинкой. Как Мэрилин Монро. Белокурые локоны обрамляли ее лицо и падали на плечи.

– Ну вот! – сказала она. – А я надеялась, что это вы так рады меня видеть.

Его рот немного приоткрылся. Мозг все еще сопротивлялся. К своему собственному отвращению, Дэниел хрюкнул.

– Простите, не удержалась, – сказала она и протянула ему изящную руку. – Разве вам не нравится Мэй Уэст?

Дэниел секунду или около того смотрел на эту руку, на длинные красные ногти в тон помаде.

– Хлоя Майклс, – представилась она, схватила его руку и крепко ее пожала. – Специалист по орхидеям, новичок в Кью.

– Дэниел Бредфорд, – произнес он и энергично ответил на рукопожатие.

Возможно, даже слишком энергично. Он отпустил ее руку и потом никак не мог придумать, куда деть свою. Наконец он засунул ее обратно в карман.

– Я знаю, – сказала она, и улыбка изогнула ее красные губы.

– Вы читаете газеты… Она слегка пожала плечами.

– Только мертвая девушка не слышала о том, что писали о вас в прессе. Впрочем, я знала, кто вы, и раньше. У меня дома есть одна из ваших книг.

Воздух вырвался из его легких, и Дэниел почувствовал, что ему стало легче дышать. Наконец-то он встретил женщину, с которой есть о чем поговорить.

– Приятно познакомиться, – сказал он.

Хлоя кивнула.

– Ребята из тропической оранжереи сказали мне, что я найду вас здесь, и я решила подойти и представиться, – объяснила она, поворачиваясь, чтобы уйти.

Со спины в своей юбке-карандаш Хлоя выглядела дьявольски соблазнительно. Она оглянулась через плечо перед тем, как покинуть экспозицию орхидей через дверь напротив. Дэниел резко перевел взгляд немного выше, надеясь, что она не поймала его за тем, как он на нее пялился.

– Кстати, – сказала она, кивнув в его сторону, – опасность на одиннадцать часов.

Он понятия не имел, что бы это могло значить.

Стук по стеклу над его головой заставил Дэниела подпрыгнуть. Он повернулся, взглянул вверх и увидел двух своих преследовательниц в папоротнике наверху лестницы; их лица были прижаты к стеклу, они улыбались как ненормальные. Вот черт!

Одна из женщин заметила дверь в стене, расположенную чуть поодаль. Глаза дамы загорелись, и она стала махать Дэниелу ручкой и записной книжкой.

Дэниел поступил так, как поступил бы в подобной ситуации любой здравомыслящий человек. Он сбежал.

Глава 2

Тем утром Хлоя надела свои любимые туфли, правда, когда эти туфли надевались в паре с юбкой-карандаш, приходилось хромать на каждом шагу, поэтому время, которое потребовалось Хлое на то, чтобы выйти из секции орхидей и оказаться среди агав и кактусов, тянулось мучительно долго.

Стеклянная дверь захлопнулась, Хлоя моргнула и пошла дальше. Он не узнал ее.

Она собиралась войти, улыбаясь, посмеяться над тем неловким эпизодом в их прошлом и списать все на алкоголь. Короче говоря, она решила быть настолько изысканной, насколько этого требовал ее наряд. Хлоя положила руку на грудь. Сердце трепыхалось, как колибри.

Но Дэниел не узнал Хлою Майклс, студентку-ботаника, в Хлое Майклс, главном специалисте по орхидеям. Они с ним могут начать заново и теперь будут вести себя как взрослые.

В прошлый раз, когда они встретились, она была глупой. Он, должно быть, прочитал не один курс за годы работы, встречал тысячи благоговеющих перед ним студенток. Почему он должен был запомнить мышку с кудрявыми волосами, которая прятала свои аппетитные изгибы под мужскими футболками и мешковатыми брюками? Он и не запомнил, потому-то сегодня никак не отреагировал на ее имя.

И на ее лицо. Это, кстати, тоже вполне логично. Теперь она выглядела совершенно иначе. Этой золушке не нужна была фея-крестная для того, чтобы преобразиться, золушка сделала это сама тем летом, когда окончила сельскохозяйственный колледж. Мышка давно исчезла, да здравствует новая Хлоя Майклс.

Только вот… В глубине души Хлоя рассчитывала на то, что Дэниел ее вспомнит, и теперь была разочарована.

Все дело было в его длинных ногах, подтянутом теле и в зеленых, почти ледяных глазах. Добавьте к этому несколько ссадин, чтобы казалось, будто он только что вернулся из последней экспедиции в мрачные джунгли на другом конце света, и вы поймете, почему женщины сходили по нему с ума.

Возможно, это объясняло то, как Хлоя вела себя при встрече с ним, объясняло то, что она говорила…

Она знала, что у новой, улучшенной Хлои все было в порядке с самооценкой, поэтому была уверена в себе и неосторожна. Она собиралась вести себя как профессионал и вовсе не планировала дразнить его… флиртовать с ним.

Но было необыкновенно приятно наблюдать за этим мужчиной, когда он ошарашенно смотрел на нее, только что слюни не пускал, и Хлоя не могла себя остановить.

Впрочем, больше ничего подобного не случится. Не может случиться.

Хлоя улыбнулась, когда открыла дверь главной оранжереи и вышла на улицу, залитую весенним солнцем.

Не имело никакого значения то, как Дэниел Бредфорд смотрел на нее, потому что никогда, никогда на ту дорожку Хлоя не ступит. И не стоит вспоминать о той дикой космической страсти, что она испытывала к нему десять лет назад, потому что кое в чем Хлоя была уверена…

Она застрелит себя, если снова окажется с Дэниелом на расстоянии поцелуя.

Дэниел висел в середине пути к вершине скалодрома в местном спортивном центре и смотрел вниз, на макушку шлема своего друга.

– Давай быстрее, Ал! – крикнул он. – Ты потерял форму. Наверное, слишком долго валялся на шезлонге, когда был в отпуске.

Алан наконец-то догнал друга, тот не был таким веселым, как обычно.

– Да что с тобой случилось? – спросил Алан, все еще тяжело дыша. – Ты взобрался на эту стену так быстро, будто за тобой неслись все гончие ада. Ты лазаешь так только тогда, когда назревает проблема. И обычно эта проблема связана с женщиной.

Дэниел пожал плечами и состроил гримасу:

– Что-то в этом роде. Джорджия приходила сегодня в сады.

– Чего она хотела? Она же не бросилась тебе в объятия со слезами и не просила второго шанса, ведь нет?

Дэниел покачал головой:

– Слава богу, нет. Да и вообще, с ней все кончено. А теперь, я думаю, может быть, этому и не следовало начинаться.

Алан пожал плечами:

– Я думал, у тебя все идет хорошо, только удовольствия, и никакой драмы.

Дэниел тоже так думал. Они с Джорджией были просто друзьями, ее работа в банке семян при Кью периодически сводила их вместе, и в какой-то момент дружба незаметно переросла в нечто большее.

Обычно Дэниел более внимательно относился к своей личной жизни. Он выискивал привлекательную женщину и добивался ее. Ему нравились крепкие орешки, женщины, за которыми надо было немного побегать.

Но Келли заболела, ее рвало по полдня, Дэниелу пришлось заботиться о двух мальчиках, кроме того, он безумно боялся за сестру. Вся его энергия, которую он обычно тратил на «охоту», расходовалась теперь на другое, оттого, видимо, и начались эти легкие отношения с Джорджией.

Ему казалось, она хочет того же, что и он, без проблем и драм. И без обручальных колец.

А следовало бы обо всем догадаться. Если отношения длятся дольше шести месяцев, появляется бомба замедленного действия и тикает себе тихонько в уголке.

Он полез выше.

– И это не все, кстати, – продолжил он, глядя на Алана, который теперь шел в одном темпе с ним. – Джорджия сказала мне, что связана с радиостанцией контрактом.

Алан был шокирован:

– Что? Но зачем им это? Ведь не будет свадьбы, которую нужно освещать. Ты же сказал «нет».

– Именно это я и сказал. Но по какой-то причине она считает, что ей нужно найти себя заново, и радиостанция собирается освещать ее жизнь в течение года, пока Джорджия в поисках. «Год Джорджии». Так они это назвали. – Как будто Дэниел и без этого не чувствует себя мерзавцем.

Алан всегда отлично ругался, и на этот раз не разочаровал друга.

Дэниел устало потер лицо. Он всегда очень аккуратно выбирал женщин, избегал обязательств. Он не искал любви и брака. У него был хорошо развит инстинкт самосохранения, и Дэниел даже гордился собой потому, что не был падок на ложь и никогда не попадался в сети.

До Джорджии, конечно. Подобного промаха он больше не допустит.

Беда в том, что она казалась самостоятельной и благоразумной, а на деле оказалась ранимой. И в том, что он был слишком занят другими вещами и не разглядел опасности.

– Это все когда-нибудь кончится или нет? – спросил Дэниел у Алана перед тем, как рвануть вверх со свежими силами.

– Смотри на вещи позитивно, – ответил он, с трудом успевая за другом. – Многие мужики тебе завидуют, женщины буквально вешаются на тебя. Да ты в малиннике!

Дэниел нахмурился, поставил ногу на камень, оттолкнулся и взобрался на выступ. Он не хотел находиться в малиннике. Вот в чем дело!

– В таком случае многие мужики – идиоты, – прокричал Дэниел Алану. – Есть интересные женщины, а есть отчаявшиеся и назойливые. И я точно знаю, какие именно мне нравятся. – С этими словами он энергично полез на самый верх скалодрома.

Пока Дэниел взбирался наверх, он забыл о радиостанциях, предложениях руки и сердца и о проклятом Дне святого Валентина. Вместо этого он сконцентрировался на физических ощущениях: нога, касающаяся стены, пальцы, сжимающие камень. Но через некоторое время в его мозгу явились очень привлекательные образы.

Мелькнула ярко-розовая туфелька. Сексуальные изгибы под узкой черной юбкой. На очень светлых волосах отблеск света, который падал под углом через крышу оранжереи. Крутой изгиб малиновых губ, когда она дразнила его.

Тут Дэниел понял, что добрался до самого верха. Он поморгал и взглянул вниз. Алан все еще боролся с последним выступом.

Дэниела совсем не удивило, что он вспомнил про Хлою Майклс. В последнее время он часто вспоминал о том дне в оранжерее имени принцессы Уэльской. К сожалению, воспоминания – это все, что ему осталось, Хлоя с тех пор почти не появлялась или ускользала, как только он появлялся.

– Приятель, – сказал Алан, тяжело дыша. – Если ты не решишь проблему с женщиной, ты меня прикончишь. Ты должен забыть обо всем, что связано с Джорджией.

Дэниел кивнул. Да. Джорджия – его проблема.

Но малиновые губы смеялись над ним, нежно дышали ему в ухо.

Дэниел покачал головой. «Плохая идея, Дэниел. Поймай ее и останови».

Он только что спрыгнул с раскаленной сковороды одних отношений, причем публично, и не хотел угодить в другой романтический костер. Надо переоценить все, дать себе время отдышаться. Сейчас не стоило и думать о новых отношениях.

Дэниел посмотрел на потолок, он был почти совсем над головой. Еще бы метров пятнадцать стены для скалолазания, и Дэниел справился бы с избытком энергии.

– Сейчас я думаю не о женщинах, – сказал он Алану. – Сейчас проблема в этой стене. Я забирался по ней столько раз, что это уже не составляет никакого труда.

Алан только хмыкнул.

Взглянув на потолок еще раз, Дэниел стал спускаться вниз по тросу. Друг сделал то же самое, выдерживая подходящий темп.

Двадцать минут спустя за углом, в баре «Железная дорога» около станции «Сады Кью», Алан с грохотом поставил на барную стойку перед другом целую пинту.

– Ты скучаешь по работе в поле, – сказал он другу. – Скучаешь ведь?

– Скучаю, – ответил Дэниел. – Я очень благодарен тебе за то, что ты сказал мне об этой должности, – продолжил он. – Но это всего лишь на время, пока сотрудница, занимающая ее, не выйдет из декрета, ты же помнишь? Я на этом месте, пока твой босс не вернется. Келли к тому времени должно стать лучше.

Дэниел предложил сестре переехать к нему в Чизвик, когда она разошлась с мужем, и был счастлив, что кто-то присмотрит за его домом, пока он сам за морями. До Мадагаскара Дэниел работал на разных базах в Юго-Восточной Азии, собирал семена, помогал университетам и ботаническим садам создавать собственные банки семян, разыскивал новые виды, которые следовало назвать и описать.

Когда стал известен диагноз Келли, Дэниел вернулся в свой дом. Келли бы не справилась с операцией и химиотерапией одна.

Должность главы отдела тропических растений оказалась вакантной, и Дэниел сразу же согласился. Идеальное решение: он был в Лондоне, помогал сестре с ее двумя шумными мальчиками, параллельно наслаждался возможностью вплотную заниматься своими любимыми растениями, и возможно, даже сможет вывести и назвать своим именем парочку гибридов.

– Прошел уже почти год, – сказал Алан, – Келли, на мой взгляд, выглядит довольно хорошо.

Лицо Алана оставалось бесстрастным, но в глубине его глаз Дэниел заметил отблеск, который ему не понравился. Дэниел вскочил. Он любил своего друга со времен колледжа, а еще он знал, как этот друг ведет себя с женщинами.

– Даже не смей думать так о моей сестре, – заявил он. – Ты и пальцем ее не тронешь.

Алан поднял руки вверх и показал свои ладони:

– Эй, потише, приятель!

Дэниел снова сел.

– Извини, – пробормотал он.

Может, Алан был прав, сказав, что Дэниел раздражен.

– Она через многое прошла, Ал. И сейчас ей меньше всего нужны трудности.

– Ну спасибо. – Алан изображал обиженного. – Это очень мило – назвать своего старого приятеля трудностью.

– Ты знаешь, что я имею в виду.

Алан только усмехнулся в ответ.

– А ты уверен, что на горизонте не маячит другая проблема с женщиной?

Дэниел покачал головой.

– Да нет, ничего подобного.

Однако в его мозгу снова промелькнула картинка: нахальная улыбка на ярко-красных губах, легкое покачивание бедрами, когда она уходила…

– В таком случае, я считаю, тебе нужно как можно скорее снова отправиться в дебри к черту на кулички.

Дэниел не ответил, он знал, что ему было нужно, чего он до боли хотел, но как бы хорошо Келли ни выглядела, она все еще быстро уставала. Дэниел думал, что ему придется торчать в Лондоне еще месяцев шесть, и это по самым приблизительным подсчетам.

– Отправлюсь. Как только смогу. Кстати… Я пытаюсь работать над второй книгой.

Его друг хмыкнул.

– Оставь книгу на старость. Пока что тебе нужно что-то покруче. – Алан глотнул пива. – Как насчет охоты? Старый друг моего отца пригласил его и меня на выходные в свой замок в Шотландии. Я могу выклянчить приглашение и тебе.

Дэниел покачал головой. Застрять в продуваемом всеми ветрами замке с бизнесменом из большого города на все выходные? Ну уж нет.

– Это не мое, – сказал он честно.

– Чепуха, – ответил Алан. – Ты и я, мы охотники. Ну, не в традиционном смысле этого слова. Ты вот гоняешься за пучками зелени, которые кроме тебя никто не смог обнаружить. Чем не охота?

Алан сделал широкий жест рукой.

– Таким мужчинам, как мы, необходимо чувствовать возбуждение от погони.

Дэниел покосился на него:

– И как именно ты охотишься?

Алан моргнул.

– Я рыбачу, – ответил он вполне серьезно. – Но скажи: сидение в оранжерее со всеми этими экземплярами, аккуратно разложенными в ряд, не сводит тебя с ума?

Может быть, и сводит. Как иначе Дэниел объяснит отношения с Джорджией, которые он вовремя не прекратил. С каких пор он стал выбирать путь наименьшего сопротивления? Все это пресное лондонское житье укачало его чуть не до комы.

– Да не беспокойся ты обо мне, – сказал он Алану, осушая свой пивной бокал. – Я, может, и не готов блуждать в мокром вереске ради куска оленины, но обязательно придумаю, как не сойти с ума в четырех стенах. В любом случае охотиться можно разными способами. Этому меня научили растения, с которыми я работаю.

– Чертовы триффиды[5], – сказал Алан, жестом подзывая бармена, чтобы заказать еще одно пиво. Алан предпочитал деревья. В основном пальмы.

Дэниел мог бы сказать Алану, что у большей части насекомоядных растений не было движущихся частей. Возможно, ему бы следовало взять пример с этих растений: набраться терпения, замереть и ждать чего-нибудь от жизни.

И раз уж жизнь преподнесла ему отличное холодное пиво, он решил сконцентрироваться на нем.

– Черт побери! – неожиданно воскликнул Алан, поворачивая голову к двери. Он хлопнул Дэниела по руке, чтобы привлечь его внимание, и Дэниел облился своим прекрасным холодным пивом. Казалось, то, что жизнь дает одной рукой, она забирает другой.

Дэниел похлопал рукой по мокрому пятну на рубашке и посмотрел туда, куда пялился Алан, чтобы узнать, из-за чего был поднят весь шум.

Черт побери – это было как раз в тему.

Хлоя Майклс, ускользающая женщина, зашла выпить после работы с коллегой Эммой, которая любила бамбук и была такой же странной, как это растение.

Хлоя Майклс в обычной одежде была такой же привлекательной, как в сексуальном наряде. Черные узкие джинсы подчеркивали все изгибы, и, боже мой, как подчеркивали! Ботинки по щиколотку заставили Дэниела подумать о таких будничных вещах, как грязь и тачка, но завязанные крест-накрест шнурки напоминали мозгу только о корсетах. Сверху на Хлое была не слишком обтягивающая серая футболка с длинными рукавами и кожаный жакет.

В нем проснулось желание. Дэниел внезапно осознал, что не хочет сидеть спокойно и терпеливо ждать, когда судьба предоставит ему возможность. Глядя на Хлою Майклс, которая искала глазами свободное место, на ее свежую кожу, на ее блестящие розовые губы, Дэниел знал, что он хочет сделать.

Алан был прав. Дэниел охотник.

Сердце Хлои екнуло, когда она вошла в паб «Железная дорога». Черт! Не стоило заходить в заведение, расположенное так близко к садам, дурацкая идея. Менее чем в пяти метрах от Хлои сидел, склонившись над пивом, Дэниел Бредфорд (сногсшибательный Дэниел, как его называли на своих сайтах некоторые медиа). И выглядел он великолепно.

«Нет, – сказала себе Хлоя, – хватит с тебя этих страстей». Все осталось в прошлом. Хлоя дернула Эмму за рукав, собираясь предложить ей отправиться в небольшой винный бар ниже по улице, на которой парадным строем стояли магазины и кафе, но Дэниел выбрал именно этот момент для того, чтобы повернуться.

Они с Хлоей посмотрели друг на друга, и от его теплого взгляда в ее голосовых связках случилось короткое замыкание. И это ее очень разозлило.

– Привет, Дэниел! – Эмма помахала Дэниелу и направилась к нему.

Замечательно!

А ведь все шло так хорошо! Хлоя без усилий избегала мистера Сногсшибательность; возможно, ей стоило обратить внимание на то, что все получается слишком легко, и поставить под сомнение свою решимость. А пока Хлоя вздернула подбородок, улыбнулась и пошла за Эммой к барной стойке.

Выяснилось, что Дэниел не один, а с каким-то симпатичным блондином, Хлоя посмотрела на него и улыбнулась. Блондин улыбнулся в ответ. Дэниел почернел, как грозовая туча. У Хлои задрожали коленки, улыбка на ее лице застыла.

Впрочем, Хлоя не дала ей исчезнуть. Нет причин для паники. Короткий разговор с двумя мужчинами, и они с Эммой отправятся дальше. Хлоя кивнула Дэниелу.

– Привет, Индиана.

Из грозового облака будто вырвалась молния и ударила ее прямо между глаз. Хлоя позволила Эмме кокетничать с Дэниелом и повернулась к блондину.

– Как зовут друга? – спросила она, немного разочарованная тем, что ее коленки не дрогнули от благодарного взгляда блондина, хотя тот был так же хорош, как и Дэниел.

– Вы двое знакомы? – спросил блондин с недоверием. – Почему же нас друг другу раньше не представили? – Он протянул руку. – Алан Харрисон. – Он пожал ладонь Хлои и повернулся к Дэниелу. – Тоже мне, друг называется!

– Да ты только что вернулся из Греции, – проворчал Дэниел. – Она к нам пришла, пока тебя не было.

Хлоя попыталась высвободить свою руку, но оказалось, что Алан еще не совсем готов ее отпустить, и спокойно улыбнулась.

– Я недавно в ботаническом саду.

Глаза Алана расширились.

– Ты такой же чокнутый ботаник, как и мы? Никогда бы не догадался!

Хлою передернуло от этих слов, но ее улыбка стала лишь ярче.

– Не велите казнить!

Хотя есть за что. Она подстриглась, научилась пользоваться жидкой подводкой для глаз… А в глубине души осталась чокнутым ботаником, которым всегда и была.

Алан облокотился о барную стойку и привычно осмотрел Хлою сверху вниз.

– А ты действительно не похожа на ботаника, – сказал он, и слабый хищный огонек зажегся в его глазах.

– Слышал? – Хлоя кивнула в сторону Дэниела. – Благодаря твоему другу «чокнутый ботаник» теперь означает «сексуальный».

– А ведь действительно, – поддержала Эмма, задыхаясь и глядя на Дэниела.

Хлоя сжала губы, чтобы не рассмеяться. Во взгляде Дэниела мелькнула паника, совсем как в тот день, когда он прятался от своих седовласых фанаток.

Но вот он посмотрел на нее и его взгляд потеплел.

Ей не хотелось, чтобы он на нее смотрел так, будто он хочет…

Хлоя не собиралась заканчивать мысль. Все это было слишком непристойно.

– Что дамы желают выпить? – спросил Алан.

Хлоя хотела сказать ему, что не нужно беспокоиться, что они с Эммой собирались посидеть в уголке и поболтать о бамбуке, но не смогла произнести ни звука.

– Джин с тоником, пожалуйста, – сказала Эмма громко.

У Хлои не осталось выбора. Эмме нужно уйти через полчаса, что плохого может случиться за это время?

Но она допустила ошибку, поймав его взгляд в тот момент, когда прочистила горло и сказала:

– Я бы не отказалась от белого вина.

Коленки снова задрожали. К счастью, группа людей, сидевших за столиком неподалеку, собралась уходить. Алан, до этого прислонявшийся к барной стойке, выпрямился и указал в том направлении.

– Пересядем?

Он перешел к столику и первым делом выдвинул стул для Эммы, что еще выше подняло Алана в глазах Хлои.

Она решила, что безопаснее сидеть за столом с той же стороны, что и Эмма. Алан тут же заявил, что сядет напротив. Это лишило Дэниела возможности выбирать, и ему пришлось сесть напротив Эммы, которая смотрела на него с обожанием.

Хлоя вздохнула с облегчением. Эмма очень старалась привлечь внимание Дэниела. Хлоя решила, что сможет пропустить стаканчик с этими мужчинами, если ее коллега продолжит в том же духе.

Эмма забросала Дэниела вопросами о новых видах бамбука, которые Дэниел встречал на своем предыдущем месте работы, Хлоя могла спокойно попивать вино и слушать длинную историю Алана о его поездке на Корфу.

Время от времени Хлоя бросала взгляд на Дэниела. Казалось, он с удовольствием отвечал на вопросы Эммы, но когда она улыбалась и играла волосами, выражение его лица оставалось невозмутимым. Вот Эмма наклонилась вперед, и Дэниел сразу откинулся назад.

Хлоя сочувствовала Эмме. Она по себе знала, каково это. Когда желаешь мужчину, бросаешь все свои силы на то, чтобы заполучить его. Несешь чепуху, зато за тебя говорит язык тела. Впрочем, Эмма ничего не замечала.

Вне всякого сомнения, она выглядела привлекательно для своих лет. Но Хлое очень хотелось поработать над ее внешностью. Хлоя сделала глоток вина. Сегодня на рынке есть достаточно средств, с помощью которых можно побороть такие непослушные кудри. Уж кому об этом знать, как не Хлое.

Хлоя представила, как выглядела бы, не решись на преображение после окончания колледжа.

«Стоп! – хотела она сказать Эмме. – Будь осторожна! Он оттолкнет тебя, заставит почувствовать себя маленькой и недостаточно хорошей для него».

Они с Эммой довольно много общались, Хлоя знала, что эта женщина одинока и несчастна, и не хотела, чтобы Эмма пережила еще одно разочарование.

Она положила ладонь на руку Эмме.

– Разве ты не говорила, что тебе надо уйти в семь тридцать? – сказала она. – Сейчас как раз около того.

На самом деле прошло семнадцать минут, но кто засекал?

Эмма посмотрела на часы.

– Ох, вот те на! Я чуть не забыла! А я ведь забронировала место в обучающей программе для взрослых несколько месяцев назад, и очередь была огромной! – Она отвела глаза от Дэниела и вздохнула. – Придется послушать про гору Кинабалу в другой раз, – сказала она, в ее голосе звучала слабая надежда.

Хлоя встала.

– Пойдем, – сказала она Эмме, глядя в окно на пустую платформу. – Следующий поезд должен быть через пару минут. Я подожду вместе с тобой.

– Ты еще не можешь уйти, – возразил Алан, наклоняясь возле нее, чтобы поставить на стол несколько полных бокалов. – Я принес тебе еще вина.

А Хлоя даже не заметила, когда он ушел в бар.

Эмма посмотрела на Хлою и Алана, и робкая улыбка изогнула ее губы. Хлоя замотала головой. Нет, она не интересуется Аланом, и ей не нужны Эммины «незаметные» попытки сделать так, чтобы Алан думал иначе. К несчастью, несмотря на то, что Эмма как ученый занималась наблюдениями, она не заметила ничего.

– Да нет, останься, – сказала она, улыбаясь Алану. – Ты не должна из-за меня упускать свой шанс.

– А… – Хлоя не успела и слова сказать, потому что Эмма, схватив сумку и пальто, уже направилась к выходу.

Алан протянул полный бокал вина Хлое, перед тем как окликнуть убегавшую Эмму.

– Еще один вечерний семинар? – крикнул он. – Что на этот раз? – и сделал еще один глоток из своего бокала.

Эмма остановилась в середине зала и повернулась.

– Танцы на шесте, – крикнула она в ответ весело, как раз когда в пабе неожиданно стало очень тихо. Было слышно лишь, как Алан подавился своим пивом.

Глава 3

Хлоя посмотрела на изумленного Дэниела, и они оба рассмеялись. Ни один из них не знал, чем это было вызвано, прощальной репликой Эммы или фыркнувшим Аланом. Но смех сразу же замер на губах Хлои, когда она снова посмотрела на Дэниела Бредфорда. Он тоже перестал смеяться.

Хлоя оттянула пальцем воротник своего кожаного жакета. Ей стало жарко, к щекам прилила кровь. Хлоя сглотнула.

К несчастью, ее состояние было вызвано глубоким взглядом Дэниела Бредфорда и ее размышлением о том, каким будет поцелуй с ним.

Она закрыла глаза и глотнула еще вина, стараясь отвлечься.

Не выходило. Она думала о нем.

Алан наконец прокашлялся, подошел и сел рядом с Хлоей, положив красивую руку на спинку ее стула.

– Ты не пошла с ней?

Хлоя покачала головой и отодвинула свой стул подальше, притворяясь, что тянется к сумочке.

– Только не говори мне, – сказал Алан, слегка наклоняясь вперед, – что ты умеешь танцевать на шесте.

На этот раз пивом подавился Дэниел.

Хлоя моргнула и посмотрела на Алана. Один из принципов новой Хлои состоял в том, что она должна быть не той женщиной, от которой мужчины убегают, а той, за которой они бегают. В прошедшие десять лет Хлоя узнала кое-что о слишком пылких поклонниках и научилась их контролировать.

Она лишь загадочно улыбнулась и посмотрела в сторону.

– Сомневаюсь, что тебе когда-нибудь доведется узнать.

Наступил подходящий момент для того, чтобы уйти. Она привстала и посмотрела на обоих мужчин.

– Спасибо за вино, ребята. Мне действительно пора.

– Разве? – сказал Алан, вставая со своего места и демонстрируя улыбку, которую он, наверное, считал самой привлекательной в своем арсенале.

Хлоя взглянула на Дэниела. И снова кровь у нее в венах запульсировала в ритме барабанов бонго[6].

Да, она действительно должна уйти. Пока все совсем не вышло из-под контроля.

Но в этот момент у Алана зазвонил телефон, он вскочил, вытащил его из заднего кармана брюк и ответил. Дэниелу же, видимо, показалось, что Алан кинулся к Хлое, поэтому он тоже вскочил с горящими глазами и опрокинул столик. Наполовину пустой бокал Хлои съехал ей на колени, а потом со звоном упал на пол.

Хлоя тоже вскочила, по ее футболке и джинсам стекало вино. Даже ее ботинкам досталось. Всю дорогу домой она будет благоухать, как винный магазин, торгующий в разлив. Очень мило.

Весь паб снова затих, наблюдая за шоу. Уж сегодня-то они точно не зря потратили деньги. Хлоя метнулась мимо Алана, который продолжал очень любезно разговаривать по телефону, бросила полный отчаяния взгляд на Дэниела и устремилась к двери.

Взгляды зрителей бегали от нее к чему-то позади нее, и она поняла, что кто-то сел ей на хвост. Хлоя даже не знала, что хуже: обернуться и понять, что это Алан, или обернуться и понять, что это Дэниел, поэтому она продолжала петлять между небольшими столиками до тех пор, пока не смогла пробраться через толпу к двери.

Выбравшись из паба, она вдохнула полной грудью холодный мартовский воздух и побрела вниз по улице. Что бы ни случилось, до дома надо идти пешком, если повезет, она немного обсохнет.

К несчастью, вниз по улице торопилась не только Хлоя. Ее преследователь не собирался сдаваться. Она решила притвориться, что не заметила его, тогда он отстанет и уйдет.

Но это не сработало. С каждым шагом кровь Хлои пульсировала все сильнее. Она остановилась и повернулась, да так резко, что ее преследователь чуть не столкнулся с ней.

Хлоя оказалась в нескольких сантиметрах от преследователя.

– Что? – грубо спросила у него Хлоя, уперев взгляд в широкую грудь.

Грудь опускалась и поднималась, и Хлоя слышала, как ее владелец дышит и молчит. Хлоя подняла глаза и увидела, что сверху вниз на нее смотрит Дэниел Бредфорд.

Он протянул ей маленькое полотенце, в хороших пабах такие обязательно есть.

– У тебя вино на жакете, – доверительно сообщил он.

– А-а. – Хлоя посмотрела на него с изумлением.

Медленно и мягко он промокнул ее левый рукав, который был мокрым от плеча до запястья. Затем взял ее за руку, и у нее перехватило дыхание. Одновременно они оторвали взгляд от рукава и посмотрели друг на друга.

«Давай, – прошептал тоненький злой голосок ей в ухо, – соберись и набросься на него. В этот раз должно сработать».

Нет! Она видела, как он смотрел на Эмму в тот вечер. Как после этого она могла даже думать о том, чтобы сделать следующий шаг? У нее что, психическое расстройство? Бредфордия? Один взгляд на этого человека, и она становилась невменяемой.

Хлоя вырвала руку, еле сдержав дрожь, когда подушечки его пальцев мягко коснулись внутренней стороны ее запястья, и сделала шаг назад.

– Спасибо, – сказала она, скрестив руки на груди. С тем конструкторским чудом, которое она носила в качестве бюстгальтера, это было непросто.

Дэниел шагнул к ней.

– Послушай… Насчет Алана…

– Нет нужды. Я вполне в состоянии позаботиться о себе. И я на него не сержусь.

– Когда ты убежала…

Она покачала головой, перебивая его. Не когда, а почему она убежала.

– …Я решил, что помогу тебе привести себя в порядок без свидетелей.

А потом Дэниел посмотрел на нее своими зелеными глазами и улыбнулся, сорвав все ее попытки быть спокойной и изысканной.

– Ты не хочешь мороженого? – вкрадчиво спросил Дэниел, улыбаясь.

Хлоя позволила своим рукам безвольно повиснуть по бокам.

– А знаешь, что? – ответила она. – Я не откажусь.

– Тогда пойдем.

И он повел ее мимо магазинчиков к небольшому экспресс-супермаркету, который еще был открыт. Внутри Дэниел сразу же прошел к небольшому холодильнику, открыл крышку и сказал:

– Выбирай.

И она выбрала убийственно вредное: с двумя слоями шоколада и с карамелью в середине. Дэниел взял что-то попроще. И как только он заплатил, они вышли из магазина на улицу, развернули мороженое и стали молча есть на ходу.

– Спасибо, – сказала Хлоя. – И за мороженое, и за то, что помог мне привести себя в порядок.

Дэниел пожал плечами.

– Да не за что.

Он опять смотрел на ее губы. Сердце Хлои начало учащенно биться, а Дэниел поднес палец к уголку своих губ:

– У тебя здесь кусочек…

Кровь все еще шумела у Хлои в ушах, когда она высунула язык и слизнула кусочек карамели, приставший к уголку рта. Казалось, Дэниел Бредфорд заинтересовался процессом, он даже наклонился вперед, чтобы было лучше видно.

Дэниел прочистил горло и внимательно посмотрел на Хлою.

– Мы только что съели блюдо, которое принято считать десертом…

Хлоя еще раз облизала губы. Скорее, потому что нервничала, а не потому, что на них осталась еще карамель.

– Но почему бы нам не продолжить и не съесть где-нибудь еще закуску и горячее? – Он снова улыбнулся, и Хлоя поняла, что сама тает, как мороженое.

Как же заманчиво звучало предложение… Именно об этом мечтала Хлоя во время зубрежки в колледже, когда была девятнадцатилетней студенткой.

– Я не уверена, что это хорошая идея… Мы работаем вместе. Пойдут слухи… Мне бы хотелось продолжать карьеру в Кью, потому что я хороший специалист, а не потому, что я сплю со своим начальником.

Его губы сложились в самую сексуальную улыбку.

– Нет правила, которое бы это запрещало. И нам вовсе не обязательно кричать об этом на каждом углу. Это будет нашим маленьким секретом.

Хлоя опять покачала головой.

– С тем вниманием, которое ты к себе привлекаешь, это вряд ли возможно.

Как же к месту она об этом вспомнила! Просто великолепно.

Дэниел кивнул и плотно сжал губы, соглашаясь.

– Я понимаю. Моя жизнь сейчас больше похожа на цирковое представление. Может, как-нибудь в другой раз, когда вся шумиха утихнет?

Хлоя знала, что ей вовсе не обязательно идти Дэниелу навстречу, поэтому тряхнула головой, и ее кудряшки качнулись из стороны в сторону.

– Извини, Индиана. Но все равно спасибо.

Затем Хлоя повернулась и ушла, оставив Дэниела смотреть ей вслед.

Это следовало воспринимать как ее победу.

На следующее утро Дэниел прошел те восемьсот метров, что отделяли оранжерею имени принцессы Уэльской от оранжереи, где росли саженцы тропических растений, за рекордно маленькое количество времени. Он был не в духе.

Мимо ресторана «Оранжерея», потом по главной дорожке он дошел до детской игровой площадки, затем скользнул в железные ворота рядом с кафе и, оставив позади открытую для посещения часть садов, оказался в относительно спокойном месте, где сотрудники проводили исследования и размножали растения.

Аннона колючая[7] должна была приехать утром из ботанического сада Сент-Люсии[8], и Дэниел хотел посмотреть на нее. Алан стоял в стороне и контролировал работу двух студентов-ботаников, которые сгружали с тележки дерево с покрытыми воском листьями и с шипастыми плодами. Услышав шаги, он оглянулся.

– Как дела? – спросил Алан.

Дэниел одарил его тяжелым как-же-вы-все-меня-достали взглядом.

– Вполне.

Утром несколько человек задали ему тот же самый вопрос.

Дав студентам последние наставления, Алан прогнал их прочь. Когда раздвижная дверь оранжереи закрылась, Алан повернулся к своему начальнику.

– Ты должен кое-что увидеть. – Он вытащил смартфон из заднего кармана брюк. – Я подумал, тебе следует знать об этом.

Алан нажал на пару кнопок и повернул телефон экраном к Дэниелу. Тот выругался громко и смачно и выхватил телефон у Алана. Заголовок в интернет-СМИ гласил: «Мужчина, отказавший женщине в День святого Валентина, наконец-то попался?» Ниже была размещена фотография, на ней – они с Хлоей. Снимок однозначно сделали накануне вечером. Должно быть, их с Хлоей увидели, когда он промокал вино на ее рукаве; вполне безобидный жест, подумал Дэниел, но на фотографии все выглядело иначе: он держал ее за запястье, и они смотрели друг на друга, явно никого не замечая. Губы Хлои были приоткрыты, а он слегка наклонился вперед, будто собирался поцеловать ее.

Дэниел закрыл глаза и вернул телефон другу.

– Все было совсем не так, как здесь выглядит, – сказал он.

Алан только пожал плечами:

– Как только она вошла, я понял, что ты попал. И ругать тебя за попытку я не могу.

– Кто еще это видел?

Алан сжал губы и покачал головой:

– Точно не знаю. Девушки в кафе сплетничали об этом.

И это тогда, когда Дэниел уже надеялся, что его сумасшедшая жизнь возвращается в привычное русло.

– Ну… Так что у вас было с мисс Модные Трусики? – спросил Алан, мягко улыбаясь.

– С кем? – спросил он ошарашенно.

– Это прозвище ей дали наши студенты. – Алан поднял руки. – Не то чтобы мне не нравилось, но туфли и юбки, которые она иногда носит, вряд ли подходят для работы вроде нашей. – Алан наклонился вперед и понизил голос. – Так трусики-то модные?

– Чего-чего?

Алан похотливо оскалился.

– Трусики, говорю, модные?

– И ты туда же! – Дэниел открыл раздвижную дверь. – Без комментариев, – сказал он и с грохотом задвинул ее за собой.

Дэниел уходил быстрым шагом. Несколько сотрудников, занимавшихся рассадой, очень вовремя разбежались кто куда. Они уже знали, что самая грязная работа обычно достается тому, кто попадается Дэниелу на глаза, когда он не в духе.

А Дэниел, вынужденный наблюдать за тем, как Келли проходит химиотерапию, немало дней за последний месяц провел в таком настроении.

Модные Трусики! Гм! В ближайшее время у него не было шансов узнать, модные ли у нее трусики. Он едва ее коснулся, так что о том, чтобы так фамильярно говорить о ее нижнем белье, не могло быть и речи.

Если еще кто-нибудь спросит у него про модные трусики, он ответит: «Без комментариев», он не собирается никому говорить, что пригласил ее поужинать, а она отказалась. Это слишком унизительно.

«Именно так ты поступил с Джорджией».

Нет. Совсем не так. Джорджия витала в облаках и сама решила сделать достоянием общественности свое опрометчивое предложение. Дэниел тут был совсем ни при чем. К Хлое же он обратился наедине, с глазу на глаз. По крайней мере, он так думал.

Он был уверен в том, что Джорджия еще не видела того заголовка в Интернете, а когда увидит, убьет его. По выражению ее лица во время встречи накануне он понял, что она все еще сердится.

К тому же Джорджия всегда недолюбливала женщин вроде Хлои…

Черт побери! Хлоя. Когда Джорджия его прикончит, Хлоя вернет его к жизни и прикончит во второй раз. Что за кошмар!

Он рванул дверь оранжереи и вышел на свежий воздух. Надо поговорить с ними обеими до того, как они узнают о статье в Интернете от кого-то другого.

Из-за холода без пальто еще нельзя было обойтись, но мартовский день был настолько прекрасным, что Хлоя решила съесть свой ланч на улице, сидя на лавочке.

Она давно хотела работать в садах Кью, еще с тех пор, когда проходила там практику. Ей казалось, что это самое замечательное место на земле. И как только люди могли прятаться в офисах и комнатах отдыха персонала, когда прямо около их дома – гектары прекрасных садов?

Хлоя устроилась на скамье возле одной из основных дорожек, наслаждаясь тишиной; едва ли она заметила ковер лилово-синих крокусов и полосы бледно-желтых нарциссов, покрывавших пологие берега, – она переживала события прошедшего вечера.

Она то ругала себя за то, что ушла от Дэниела, то поздравляла с тем, что ушла от опасности. Споря сама с собой таким образом, Хлоя позволила себе откинуться назад и наслаждалась солнечными лучами, падавшими ей на лицо.

Неожиданно рядом хрустнула ветка, Хлоя выпрямилась и открыла глаза. Сердце забилось немного быстрее, когда она услышала шум, и теперь было ясно почему. Индиана Джонс, только без секатора, собирался нанести ей визит.

Хлоя закрыла крышкой свой салат и спокойно посмотрела Дэниелу в глаза.

– Не думаю, что у тебя с собой есть мороженое, – сказала Хлоя, ненадолго закрывая глаза. – Хотя сегодня более подходящая для него погода.

Он покачал головой и молча вытащил из кармана смартфон с большим экраном.

– Мне жаль, – сказал Дэниел и передал ей телефон. – Это вовсе не так здорово, как мороженое.

Хлоя внимательно прочитала статью в блоге, каждое слово, затем изучила фото: Дэниел тянется к ней, она смотрит на него широко открытыми глазами, а ее губы… ждут поцелуя.

Хлоя молча отдала Дэниелу телефон. Должно быть, выражение ее лица изменилось, потому что Дэниел покачал головой и сказал:

– Ты имеешь полное право огорчиться.

Не совсем так. Ее не огорчало то, что люди могли подумать, будто она влюблена в Дэниела Бредфорда. Конечно, это могло осложнить ее работу в Кью, но для того чтобы Хлоя потеряла душевное равновесие, этого явно было недостаточно.

– Много людей видели это? – спросила Хлоя, глядя вперед, на георгианскую оранжерею, в которой теперь размещался главный ресторан садов Кью.

Дэниел переступил с ноги на ногу.

– Понятия не имею, но думаю, следует считать, что уже все.

Хлоя кивнула. Она с этим справится.

Она повернулась, чтобы посмотреть на него, потом подвинулась, освободив место на скамье для Дэниела. Он смущенно моргнул и сел.

Пожалуй, он ожидал сцены. Многие женщины закатывают истерики. К счастью для него, Хлоя запретила себе делать это. Она всегда должна быть уверенной, оживленной и спокойной.

– Ну и что мы будем делать? – спросила она, откидываясь назад и изображая абсолютное спокойствие.

Мгновение он внимательно смотрел на нее.

– Тебе решать, – сказал он. – Я могу связаться с блогером, сделать заявление…

Хлоя на секунду задумалась.

– Мне не кажется, что стоит это делать… Твердый, осторожный взгляд Дэниела немного смягчился.

– Уверена?

Хлоя кивнула. Она встала и немного прошлась, затем опять повернулась к нему.

– Это как кричать в пустоту. Не важно, что мы скажем. Люди все равно будут думать так, как им хочется.

Дэниел нахмурился.

– Не можем же мы просто сидеть сложа руки!

Хлоя покачала головой.

– Я не сказала, что мы должны сидеть сложа руки. Я сказала, что нам не стоит связываться с прессой и давать опровержение.

Дэниел посмотрел на нее так, будто она говорила на непонятном языке.

Хлоя подошла к Дэниелу, взяла у него из руки телефон и показала ему фотографию.

– Мы же не целуемся взасос, – сказала она, игнорируя стадо мурашек, которое пробежало у нее по спине при одной мысли об этом. – Здесь все довольно невинно. Мы должны просто вести себя как обычно. И люди скоро поймут, что эта фотография ничего не значит.

Дэниел забрал у нее телефон, и на этот раз их пальцы соприкоснулись. По тому, как зажглись его глаза, Хлоя поняла, что прикосновение было не случайным. Она отдернула руку и спрятала ее в карман пальто.

– Без комментариев?

– Без комментариев, – согласилась Хлоя. – Идеально. Именно это говорят люди в таких ситуациях.

Дэниел встал.

– Ты собираешься молча сносить все, что случится, игнорировать это?

Хлоя снова кивнула. Игнорировать она умела.

Дэниел покачал головой и убрал телефон в карман.

– Ты ведь не давал интервью со Дня святого Валентина? – спросила Хлоя.

– Не давал. – Он посмотрел в сторону и снова на Хлою. Дэниел все еще сердился, но Хлоя поняла, что он обдумывает ее предложение. – Пожалуй, ты права. Если мы заговорим, все придут в неистовство.

Хлоя вернулась к скамейке, снова села и взяла свой контейнер с салатом.

– Отлично, вот и договорились, – сказала она, снимая крышку.

Дэниел, хмурясь, посмотрел на Хлою.

– Пожалуй, пойду верну Алану телефон.

Она улыбнулась и покрутила вилку перед тем, как отправить в рот помидор черри.

– Ну, если Алан так же привязан к своему смартфону, как и я, то тебе лучше поторопиться, а то у твоего друга начнется ломка.

Дэниел криво улыбнулся.

– Спасибо за то, что отнеслась с пониманием, – сказал он.

– Да без проблем, – ответила Хлоя, и это прозвучало почти нормально, хотя она была уверена, что помидор застрял где-то у нее в горле. – А если ты вернешься и поймешь, что Алан трясется и потеет, то я бы посоветовала тебе пораньше отправить его на обед. Полчаса в «Мстительных утках» приведут его в норму.

– Позволь мне тебя как-нибудь отблагодарить, – сказал Дэниел, понижая голос, и на его лице зажглась необычная обезоруживающая озорная улыбка. – Может, поужинаем?

Хлоя медленно моргнула и облизала губы.

– Я думала, мы вчера обсудили этот вопрос, – сказала она, глядя в салат и ковыряя вилкой кусок морковки.

Когда Хлоя снова посмотрела на Дэниела, он все еще улыбался, и она потратила все свои силы на то, чтобы сдержаться, не отбросить салат в сторону и не съесть вместо него на ланч Дэниела.

– Не ругай мальчика за старания, – сказал он, кивнул и отправился обратно в оранжерею.

Хлоя поставила контейнер с салатом на скамейку рядом с собой, оперлась локтями на колени и положила голову на ладони. Она действительно не хотела снова становиться такой, какой была, когда впервые встретила Дэниела. Та Хлоя была довольно милой девочкой, зубрилкой, у которой все всегда получалось. Ее не волновало, что она не следит за новинками моды и не заводит романы с противоположным полом. Потому что та Хлоя знала, что у нее все всегда получается, и даже стараться для этого особо не надо.

А потом в ее жизни появился Дэниел Бредфорд.

Для девушки, у которой все всегда получалось, сложности в отношениях с мужчинами стали не просто проблемой, а настоящим ударом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Цветок-хищник, называемый также венерина мухоловка. (Здесь и далее примеч. пер.)

Вернуться

2

В Англии существует многовековая традиция: 29 февраля женщина имеет право сделать мужчине предложение руки и сердца. На это и намекает ведущий радиопередачи.

Вернуться

3

Непентес, или кувшиночник, – род насекомоядных растений.

Вернуться

4

Саррацения – род хищных растений.

Вернуться

5

Триффиды – вымышленные хищные шагающие растения из романа Джона Уиндема «День триффидов» (1951) и снятых по этому роману фильмов. Эти растения способны перемещаться на трех корнях-ногах.

Вернуться

6

Бонго – небольшой сдвоенный барабан родом из Африки.

Вернуться

7

Аннона колючая (саусэп) – вечнозеленое дерево с широкими листьями. Одна из ценнейших тропических плодовых культур.

Вернуться

8

Сент-Люсия – остров в Карибском море, в архипелаге Малые Антильские острова.

Вернуться