# Альянс-5

Максим Долгов

Виктор Яров возвращается в реальность из криогенной тюрьмы раньше отведённого срока. Он обнаруживает себя на борту пустого военного корабля, где узнаёт, что командование восстановило его в звании. Капитан Яров единственный, кто способен понять язык инопланетных существ, чья планета аннексирована в пользу федерации. Сосланная на задворки космоса раса находит способ отомстить колонистам, и теперь на Виктора возлагается обязанность вести переговоры с ненавидящими человечество существами. Он должен неоднократно рисковать жизнью, пока лидеры двух рас ищут компромисс в предстоящем конфликте.

Обложка сделана в программе STABLE DIFFUSION.

## Глава 1

Выход из криогенного сна оказался тяжелым. Всего за несколько мгновений до того, как сознание вернулось в реальность, произошло видение. Оно стало не просто игрой воображения, а настоящим воспоминанием. События, из-за которых Виктор Яров оказался в тюрьме, выскочили перед ним, словно напоминание, указывающее на причину многих лет, проведенных в состоянии сна.

Криогенные сны, в которых прибывают космонавты и заключенные, сильно отличаются. Космические странники наслаждаются виртуальными симуляторам, в которых они проводят годы путешествий на берегу океана или на заснеженных горных вершинах. Каждый такой перелет, словно награда за проделанную работу: пока тело находится в неподвижном состоянии, разум путешествует по виртуальной реальности.

Но сон заключенного – чистый кошмар. В нем только темнота и бесконечная гнетущая безысходность. Осознанность самого себя в этом месте заставляет жалеть о содеянном. Старая практика камер и решеток, кажется настоящим даром по сравнение с одиночеством сознания. В этом сне отсутствуют даже собственные мысли. Бескрайняя пустота и молчание. Мысленный диалог, как и собственная жизнь под запретом. Поэтому когда вспыхнули отрывки воспоминаний, наполненные криками и шумом рвущихся бомб, Виктор понял, его срок подошел к концу.

По закону он должен был провести в состоянии сна семьдесят лет. К моменту пробуждения суд решает, кем станет в обществе бывший заключенный. Его лишат всех привилегий, которыми мог довольствоваться военный до того момента, как был вынесен приговор.

Именно это обстоятельство отдавалось болью понимания, насколько теперь ничтожной станет жизнь. Быть в составе военного подразделения звездного десанта, самая элитная и почетная должность. Для мужчины рожденному на Земле в самом бедном регионе, пробиться в элитный военный отряд – пик карьеры. Годы тренировок, лишения, разорванные сухожилия, высадки в горячих точках галактики, сражения с формами жизни, один только вид которых может привести неподготовленного человека в ужас, все это оказалось перечеркнутым.

Кровавый след.

Виктор, стиснул зубы. За годы, проведенные в виртуальной тюрьме, память не избавилась от воспоминаний. Он не знал, что больше вызывает в нем сожаление, погибшие люди у которых не оказалось ни единого шанса на перерождение или потеря возможности искупить свою вину.

Став обычным гражданином доживающим остатки лет, он никогда не сможет получить шанс оправдать свой поступок. Кровавый след так и будет тянуться за ним, ведь тот, кто побывал в криогенной тюрьме, лишался права на клонирование. А значит, через несколько лет его ждала самая настоящая смерть.

Он открыл глаза. Крики и взрывы исчезли. Яркие отрывки боевых действий растворились в белом свечении искусственного света.

– С пробуждением, капитан Виктор Яров, – произнес голос.

Привстав в криогенной капсуле, он огляделся. Окружающее помещение не похоже на тюрьму. Много света, белые стены, отделанные матовым материалом, соседствовали с хромированными металлическими вставками. Виктор ощутил привычную для его тела моторику. Он провел ладонью по волосам. Затем ощупал кожу лица. Это его тело и оно не было старым. Неужели ему дали клонированное тело?

– Сколько времени я провел в криогенной тюрьме?

– Семнадцать лет из отведенного трибуналом срока, – ответил голос.

Семнадцать лет. Всего семнадцать лет из семидесяти! Виктор ощутил в груди вспыхнувший огонь. Новость взбодрила его. В вынесенном приговоре произошли изменения, позволившие сознанию раньше срока, вырваться из заточения.

Он поднялся из капсулы. Приятно вновь ощутить собственное тело. Напряжение в мышцах, холод пола на голых ступнях. Виктор втянул ноздрями чистый воздух, закрыл на мгновение глаза. Чтобы для него не уготовило командование, ради возвращения в реальность он готов на любые испытания.

– Какова цель моего возвращения?

– Для капитан Виктора Ярова есть сообщение, – ответил голос принадлежавший бортовому компьютеру. В том, что мужчина находился именно в космическом корабле, сомнений не было. Виктор мог с легкостью определить это. Навыки не просто вернулись, они обострились. Адреналиновое возбуждение, вызванное внезапным пробуждением, способствовало моментальному ориентированию.

Рядом с криогенной капсулой лежала аккуратно сложенная одежда. Комбинезон серого цвета с черными полосками пришелся впору. Мягкая ткань приятно облегала кожу, не сковывая движений. Застегнув молнию на груди, Виктор внимательно осмотрел помещение. Здесь находилось еще шесть капсул, но они пустовали. Виктор – единственный пассажир космического корабля.

Выйдя в просторный, хорошо освещенный коридор, он прикинул модификацию корабля. Это было военное судно. Конфигурация из числа кораблей Штурм. Небольшие, быстроходные, созданные для транспортировки элитных отрядов десантников.

Элитный отряд.

Эти слова приятным теплом отпечатались в его грудной клетке. Без сомнений, он вновь был в деле. Возвращение Виктора на борту военного корабля, вызывало радость, но нужно взять себя в руки. Необходимо помнить, в первую очередь он военный преступник. Именно так окрестил Виктора трибунал и вряд ли с него сняли это клеймо. Если его вернули на службу, то для определенной цели и надеяться на легкую работу не стоит.

Он проследовал вдоль мигающих указательных огней на капитанский мостик.

– Назовите свое полное имя и должность для идентификации личности, – попросил голос.

– Капитан   подразделения космического десанта Вихрь Виктор Яров. Позывной …

– Идентификация личности произведена. Добро пожаловать капитан Яров на борт корабля Штурм девять. Для вас есть сообщение от командования.

Виктор опустился на одно из семи кресел, окружавших небольшой овальный стол. Свет на капитанском мостике потускнел, и в центре стола возникла голограмма. Суровый взгляд полковника Вантеда оглядел Виктора.

– С возвращением, капитан, – произнес полковник.

– Я не ожидал услышать, как вы произносите мое звание, – ответил Виктор.

– Произошедшее на планете Гарпия с вашей дивизией является примером самого некомпетентного командования. Ошибка, которая стоила нам многого.

Виктор на мгновение опустил взгляд. Воспоминания не отпускали ни на миг. Находясь семнадцать лет назад перед лицом трибунала, капитан Яров ощущал пустоту и отчаянье, но говорить в собственную защиту он не мог по этическим соображениям. Оправдываться и пытаться спасти свою шкуру после допущенной ошибки, это равносильно слабости, недопустимой для командира звездного десанта. Тем более что каждый находящийся в зале суда знал, чем именно было вызвано принятие такого решения. Синева зрачков еще не разошлась полностью и этого было достаточно для понимания причины допущенной ошибки. Наркотик никогда не был хорошим помощником.

Полковник Вантед тем временем продолжал:

– Ваше возвращение и сохранение должности всего лишь формальность. Вы никогда не вернетесь на службу, примите это как факт. На миссию которую мы для вас выбрали, были еще претенденты, но ваши навыки и заслуги прошлого, сделали вас кандидатом номер один. Мы не закрываем глаза на преступление, но даем шанс. По завершении миссии вам вернут гражданство и право на клонирование. Вы закончите свой срок в криогенной тюрьме, после чего станете гражданином Земли.

– Ради этого стоит рискнуть, – прошептал Виктор, сжимая кулаки. Право на клонирование, это в его положении просто подарок. Как только закончится тюремное заключение, он сможет обновить свое тело и что тогда? Жизнь без звездного десанта, самая обыденная и серая. Но это лучше, чем умереть от старости в вонючем хосписе.

– Я знал, что вы согласитесь с нашим решением, – проговорил полковник. – Запомните капитан, у вас нет шансов вернуться в строй. Но есть возможность частично искупить свою вину.

– Полковник Вантед,  – обратился Виктор к своему собеседнику, – я могу узнать, чем закончилась миссия Валькирия?

– Миссия была успешно завершена. Планету Гарпия зачистили полностью. Уже пятнадцать лет она состоит у нас на балансе. Но вашей заслуги, капитан, в этом нет.

Виктор тяжело перевел взгляд в сторону. Шесть месяцев он бороздил красную пустыню Гарпии со своими людьми. Вся планета стала их главным врагом. Он видел, как гибнут десантники, Виктор мог назвать по имени каждого из них. Он никогда не был в стороне, всегда на передовой. А теперь командование вычеркнуло его из истории.

От осознания этого становилось по-настоящему горько.

В какой-то момент Виктору захотелось вновь вернуться в криогенную капсулу. Вновь погрузиться в забытье черной пустоты. Где он больше никогда не услышит обвинений в свою сторону.

Кровавый след.

Перед мысленным взором появились красные следы на песке. Протекторы подошв оставляли узоры, пропитывающие собой песок. Следы уходили в сторону пустыни, где по ее поверхности разбросаны тела. Звездные десантники. Элита Земли. И каждый из них мертв.

– Что дальше, капитан – шептал охрипший, сорванный от криков боли голос рядового Эрика. – Что дальше, капитан?

– В чем заключается моя миссия? – спросил Виктор, посмотрев в мерцающие глаза голограммы.

– Вам необходимо высадиться на корабль Альянс пять, – ответил полковник.

Виктор слегка вздрогнул от услышанного. Он знал о планах военных перевести на Альянсе гарпийцев как можно дальше от Солнечной системы. Эта огромная космическая субмарина, размером с Луну, могла вместить в себя население целой планеты.

Отправление корабля в открытый космос предзнаменовало окончание войны. Как только люди провозгласили себя хозяевами Гарпии, оставшихся в живых коренных жителей погрузили на борт и отправили на край галактики. Там их высадят на планете, которая станет их новым домом. Для людей она не представляет никакого интереса в отличие от родного дома гарпийцев.

Полковник Вантед уже в начале их разговора упомянул о том, что война окончилась пятнадцать лет назад, значит, Альянс-5, должен находиться сейчас на огромном расстоянии от Земли.

– Моя миссия связана с жителями Гарпии? – в голосе Виктора прозвучало удивление.

– Совершенно верно, капитан, – ответил полковник, – несмотря на ваш проступок, мы решили, что вы один из не многих кто знает гарпийцев достаточно хорошо. Ваши знания пригодятся вам на Альянсе.

– На корабле произошла внештатная ситуация? – спросил Виктор.

Его вернули из криогенной тюрьмы, в которую он попал, сражаясь с жителями воинственной планеты. И совершенно логично было сделать так, чтобы Виктор больше никогда ни оказался даже близко к боевым действиям. Но, его возвращение, полностью противоречило подобному утверждению. За одним исключением – необходим специалист в данном вопросе, который к тому же не состоит на балансе военных. Виктора теперь можно назвать наемником, жизнь которого для космического десанта не стоит ничего. Его смерть никак не отразится на авторитете военных, а знания помогут внести ясность в том, что произошло на борту корабля.

Перспектива становилась более чем ясной. Капитана Виктора Ярова отправляют на верную смерть. Командованию нужно провести разведку и если Виктор выживет, он получит амнистию и право жить.

Рискнуть жизнью, ради жизни. Что может быть более заманчивым для человека, которому грозит смерть?

– С этого момента вы получаете статус консультанта отряда, с которым прибудете на борт корабля Альянс пять. Ваша задача – провести разведку и установить статус находящихся на борту гарпийцев.

– Установить статус? – удивился Виктор, – но ведь они все должны спать в криогенных капсулах до конца полета.

– Все необходимые инструкции вы получите позже, – ответила голограмма, – желаю удачи капитан. Надеюсь, в этот раз ваша миссия окончится успехом.

Виртуальный образ полковника Вантеда растворился. Капитанский мостик вновь осветил свет и Виктор, откинувшись на спинку кресла, скрестил руки на груди. Он погрузился в длительное размышление. От всей этой операции веяло самым настоящим провалом. Его собственная ошибка ничто, по сравнению с произошедшим на борту Альянса. Теперь становилось понятно, почему именно его решили отправить на корабль забитый вражеской формой жизни. Он, капитан   Виктор Яров, возможно, единственный из солдат знавший врага достаточно хорошо и при этом оставшийся за пределами истории межпланетной войны. Его имени нет в хрестоматии боевых действий. После военного трибунала он исчез с лица вселенной, став тем уникальным военным специалистом, которого можно будет отправить в самое пекло, не опасаясь потерять в лице Виктора героя войны. Специалист и изгой. Вот теперь его статус перед лицом командования.

Виктор улыбнулся, глядя в сторону смотрового окна, за которым простиралась непроглядная космическая темнота. Несмотря на всю смертельную опасность, он собирался вернуться на Землю. Хотя вероятность того, что в случае успеха его не выпустят дальше изолятора, оставалась, ведь неизвестно какие именно тайны ему придется узнать на Альянсе.

## Глава 2

Военный космический корабль Штурм, был оснащен всем необходимым для перелетов средней дальности. Его вместимость не позволяла перебрасывать большие группы военных и серьезное вооружение. Скорее этот корабль предназначался для быстрого реагирования специальных подразделений. Он обладал системой Фантом, гиперзвуковой скоростью и высокой маневренностью. Все эти три фактора делали Штурм незаменимым при необходимости провести диверсию или для высадки малой группы под самым носом врага.

Но помимо своих военных характеристик, корабль снабжался электроникой на ровне с прочими военными кораблями. При необходимости можно было связаться даже с Землей, но Виктор подозревал, что именно с этого борта сигналы будут ограничены. Зато в базе данных он нашел все об операции Валькирия и о продолжении войны на планете Гарпия.

С того момента как капитана Ярова взяли под стражу, все события, происходящие в мировом космосе, оказались для него закрыты. Семнадцать лет, проведенных в тюрьме, стерли из его жизни.

– История окончания войны с Гарпией, – произнес Виктор.

Перед ним включился монитор и появились документальные кадры, которые показывались каждому, кто вводил в поисковике подобный запрос. Официальная версия войны не была сильно уведена от реальности. Победа землян над очередной расой, всего лишь один из шагов по бесконечному космосу. И даже в этой истории наряду с победами, вполне естественно показывать и неудачи. Словно намек на то, что в жизни не все дается легко. Что даже великая империя землян, может ошибаться. Но главное заключается в умении учиться на своих ошибках.

На экране появился знакомый ландшафт планеты Гарпия. Виктор скользнул взглядом по открывшейся панораме, снятой с высоты птичьего полета. На Гарпии, как и на Земле, существовали растения и водоемы, наполненные разнообразными существами, начиная от простейших и заканчивая гарпийцами – высшей формой жизни.

Первое впечатление, которое сложилось у землян касательно гарпийцев оказалось весьма поверхностным. Изначально высокие, худощавые существа с фиолетовой кожей, покрытой крошечными шипами и наростами, показались людям обычными туземцами. Они не носили одежды, изъяснялись друг с другом при помощи примитивных звуков и жестов, а оружия у них отсутствовало вовсе, поскольку гарпийцы вели мирный образ жизни. Единственное, что закаляло их – сама планета. Местами Гарпия являла собой настолько суровые места, что местным формам жизни приходилось приспосабливаться, наращивая панцири, отращивая шипы, выделяя яды или попросту обучаясь быстрому бегу.

Так, например, в болотистых джунглях, гарпийцы отрастили себе костные наросты, идущие от поясницы до затылка, чтобы смягчить неожиданные нападения со спины. К тому же местные представители вершины пищевой цепочки обзавелись весьма причудливыми жабрами, позволявшими фильтровать густо заросшую растительностью болотную воду.

Те, кто обитал в горных районах, обладали длинными и цепкими пальцами. Они способны подниматься по отвесным каменным стенам с невероятной быстротой и скоростью. А те, кто обосновались в пустынях, походили на оживших мумий, их кожа, сама поглощала пот, выделяемый порами. Это давало возможность вообще никогда не прибегать к необходимости пить воду, из-за чего их гортани и рты претерпели самые большие изменения, делая лица похожими на костные маски с тоненькими прорезями глаз.

Не удивительно, что у ученых планета Гарпия пробудила сильное любопытство. А корпорации тут же провели все необходимые геологические разведки, найдя для себя столько ресурсов, что Гарпия в их глазах превратилась в настоящую сокровищницу. Еще никогда человечество в колонизации космоса не находила такой богатой планеты. Даже Земля со своими ресурсами казалась всего лишь горсткой полезных ископаемых.

Виктор отвел в сторону взгляд, вспоминая тот день, когда впервые услышал о новой планете. В то время он уже служил в звании капитана космического десанта, и полет на Гарпию был его не первым серьезным заданием. Земляне считали гарпийцев формой жизни не превосходящей человека, поэтому командировка казалась Виктору отличным приключением.

Они высадились на равнине, разбив лагерь для пятисот десантников. Три космических корабля с техникой, стали их защитой от внешней среды. Коптеры и бронемашины тут же приступили к разведке, при необходимости зачищая территории. В течение трех месяцев десантники обеспечивали место и охрану для ученых. Лесные массивы уничтожались за считанные дни. Гектары территорий брались под контроль каждый день до тех пор, пока не был достигнут необходимый результат. Вышки наблюдения вырастали по периметру территории.

Десантники быстро поняли, что на Гарпии нечего опасаться. Если не удаляться слишком сильно в джунгли, разгуливая в полном одиночестве и не кормить местных животных с руки, то в целом опасаться нечего. Любые нападки со стороны даже крупных хищников пресекались выстрелами из оружия. Вскоре на базе пехотинцев появился собственный зоопарк, где размещались все формы жизни, которые только удавалось притащить из джунглей или с равнин.

А еще на Гарпии росло огромное количество растений. Это были деревья, травы, кустарники и цветы самых причудливых и ничем несхожих с Земными растениями форм. Некоторые из них ядовитые и даже хищные, другие вызвали легкую чесотку, большинство не представляли никакой опасности. Но были и такие, которые вызывали наркотические состояние. Как и откуда об их эффектах узнали пехотинцы, было не известно, но довольно скоро некоторые из солдат обнаруживались в состоянии полного отключения от реальности, а когда несколько человек и вовсе умерли в страшных судорогах, командование ввело ожесточающие правила. После этого употребление местных растений каралось тяжелым наказанием, что поспособствовало возвращению дисциплины.

А затем, произошло первое знакомство с гарпийцами. Эти существа казались безобидными, хотя являлись очень выносливыми. Но самое главное заключалось в их невероятной способности к адаптации и самообучению. Не стоит даже говорить о том, что гарпийцы встали на защиту своего дома, когда десантники выжигали напалмами лесные массивы. Первые стычки оказались быстротечными и не в пользу местных жителей. Но вскоре, гарпийцы переняли у землян не только ведение боя, но и создание самого оружия. Через считанные недели впервые в бою погибла группа десантников, как утверждали выжившие, гарпийцы открыли по ним огонь из примитивного, но действенного оружия.

Дальше больше. Их оружие совершенствовалось. Средства защиты становились более надежней. А сами хозяева планеты превращались в могучих воинов. Их потери с каждым разом сокращались, а удары оборачивались для землян ощутимыми разрушениями. Уже через три месяца к военной базе стянулись целые полчища гарпийцев. Разведка докладывала о колониях, идущих с далеких земель, с целью поддержать своих собратьев. В итоге к тому моменту, когда на Гарпию должны были прилететь ученые, на планете разжигалась настоящая война. И вместо корабля с учеными прибыл целый легион звездного десанта во главе с полковником Вороновым.

Теперь, спустя семнадцать лет, Гарпия выглядела совершенно иначе. На ней стало меньше лесных массивов и водоемов. Люди смогли существенно изменить ее внешний вид.

– Как закончилась война и что стало с высшей формой жизни планеты? – спросил Виктор, ощутив в груди сильный укол.

Он наблюдал не просто за завоеванием, а за уничтожением целой расы. В целом, планету сохранили в ее первозданном виде, не истребили простейшие формы жизни. На реках построили плотины, в наиболее подходящих регионах вырыли огромные шахты. Воздвигли несколько городов и сотни населенных пунктов. В итоге люди освоились на Гарпии, сделав ее новым оплотом цивилизации.

Гордость Земли, добытая непомерным трудом в кровопролитных сражениях.

– В 2425 году по земному летоисчислению, после провала первой фазы операции Валькирия, командование предприняло новую попытку.

Вот пришло время и для его позорной страницы, подумал Виктор. Никто не станет говорить в пособии по истории о реальных причинах провала операции. Такие вещи лучше предать забвению, оставив на поверхности лишь факт произошедшего.

Голос в динамике тем временем продолжал:

– Операция Валькирия 2.0 стала самым масштабным военным наступлением за всю историю. Операция увенчалась разгромом вражеской армии и пленением более полутора миллионов представителей Гарпии. По окончанию войны было вынесено решение, полностью очистить планету от представителей враждебного вида. Их не подвергли полному уничтожению, а сослали на далекую планету Астерия, что находится на другом краю галактики Млечный путь.

На мониторе показалась картина красивой планеты, вращающейся в открытом космосе, и на этом историческая страница окончилась.

Виктор откинулся в кресле, задумавшись над увиденным. Все слишком легко и гладко. Военная машина пропаганды работает без сбоя. Любой, кто посмотрит это видео, тут же убедится в мощи и лояльности землян. С одной стороны, это бесстрашные и непобедимые воины, с другой, благосклонные к побежденным правители. Гарпийцы остались живы как вид и уже этим можно было гордиться.

Но Виктор не испытывал чувства гордости. Он знал, почти с самого начала с того момента, как люди впервые основали военное поселение на Гарпии, все пошло не так. И теперь, даже вывели из криогенного сна главного виновника провала первой фазы операции Валькирия.

– К кораблю приближается шаттл Марс. До стыковки пятнадцать минут.

Виктор повернулся в кресле к смотровому окну. На относительно небольшом расстоянии от корабля Штурм, приближалась мерцающая бликами точка.

– Вот и первые гости, – проговорил капитан   Яров.

Первая фаза подготовки к заданию началась.

## Глава 3

Ее звали Мэри. Лейтенант Мэри Майкович. Высокая, стройная, в хорошей спортивной форме. Она появилась в шлюзовом отсеке и сразу же поразила Ярова своей идеальной выправкой. На вид женщине не более тридцати лет. Короткая стрижка, большие светлые глаза. Белая кожа выдавала происхождение землянина.

Она протянула руку в знак приветствия и, приняв рукопожатие, Виктор подумал, ее ли это тело. Для клона оно в идеальной форме и могло стоить больших средств. Капитан Яров не помнил, чтобы военным давали настолько совершенные тела.

– Рада знакомству капитан, – сказала Мэри приятным голосом, одарив мужчину строгим взглядом.

– Вы не похожи на военного, – ответил Виктор.

– Я куратор предстоящей операции. Моя задача следить за тем, чтобы все проходило в рамках предписанного командованием приказа.

Виктор усмехнулся. Конечно же, его не могли оставить без присмотра.

– По всей видимости, вы хороший специалист в своем деле, – в голосе Виктора не было сарказма.

– Лучший, – ответила она не без гордости, но в ее тоне отсутствовало пренебрежение к коллеге. – Это чрезвычайно серьезная миссия. Именно поэтому вы здесь капитан Яров. Так хорошо гарпийцев из живых не знает никто кроме вас.

В правой руке Мэри сжимала небольшой чемоданчик – переносной контейнер для чипов.

– Вы не с пустыми руками, – обратил внимание Яров.

– Это наша команда. Теперь помогите мне с клонами.

– Для начала я хотел бы познакомиться с нашим отрядом.

Она улыбнулась в ответ, приветствуя профессионализм Виктора.

– Тогда проводите меня на капитанский мостик.

Виктор жестом пригласил Мэри на Штурм и она быстрой походкой направилась в нужном направлении. Было видно, на подобном судне Майкович приходилось бывать не впервые.

Они сели в кресла по разные стороны овального стола и Мэри положив чемоданчик в центр, открыла его. Внутри лежало пять чипов памяти. В каждом из них находилось сознание бойца. В их профессионализме и в знании предстоящего дела сомневаться не приходилось. Но Яров хотел перед тем, как вернуть прожженных воинов к жизни узнать, с кем ему предстоит иметь дело.

– Вы сохраните им первоначальный внешний вид? – спросил Виктор.

– Это элитные воины. Их внешности не меняются. Хотя каждый не раз бывал и в других телах.

– Они будут подчиняться только вам?

– Это условия командования, – Мэри вывела проекцию в центр стола, – лично вы здесь в качестве консультанта. Все решения и приказы буду отдавать я.

Быть под командованием непрофессионального военного в деле, которое возможно потребует решительных действий. Это решение показалось Ярову смелым. Хотя он не знал историю Мэри Майкович. Возможно, в теле красивой женщины скрывается суровый боец, закаленный в горячих точках. Во всяком случае ему приходилось на это только надеяться.

Виктор не имел ничего против командования женщиной. Гендерные предрассудки для него чужды. В первую очередь он привык смотреть на послужной список и развитые качества.

– Начнем, – предложил Виктор.

На проекции появился высокий мужчина лет сорока. Широкоплечий, с волевым подбородком, узким разрезом глаз и наголо выбритым черепом.

– Сержант Роберт Рон, – произнесла Мэри, – прошел обе фазы в сражении за Гарпию. Наемник. Специалист взрывотехник разбирается во всех видах оружия. Десять лет назад заключил договор с командованием на бессрочную службу.

Виктор слегка поерзал на своем месте. Роберт был на Гарпии с первого года колонизации. Значит, он не понаслышке знает о всех фазах сражений. Мэри заметила нервозность со стороны капитана, но сделала вид, что не предала этому значения.

Виктор пробежал взглядом по тексту, высветившемуся под проекцией.

– Здесь указанно, что сержант обладает вспыльчивым характером.

– Для вас это будет проблема? – осведомилась Мэри, посмотрев на Ярова.

– Лишь отчасти. В своем подразделении я всегда следил за строгой дисциплиной. Не хочу неожиданных сюрпризов со стороны личного состава. Что если Роберт Рон решит отомстить гарпийцам, скажем за своих погибших товарищей.

Лейтенант Майкович скрестила руки на груди и откинувшись на спинку кресла, одарила капитана испытывающим взглядом.

– Хочу довести до вашего сведения, капитан   Яров, – начала она спокойным и вкрадчивым тоном, – каждого бойца на это задание я подбирала сама исходя из личных качеств и послужного списка. Да, этот человек участвовал в открытых сражениях против гарпийцев. Но он профессионал и за ним нет ни единого проступка. Если вы ставите под сомнение его профессионализм, значит, ставите под сомнение мой опыт. Из чего следует, что вы ставите под сомнение действие командования.

– Так, стоп, – Виктор выставил вперед ладони, – не нужно на меня давить лейтенант. Я всего лишь хочу знать, с кем мне предстоит идти на корабль, в котором находится полтора миллиона представителей форм жизни, у которых мы, земляне, аннексировали целую планету.

– Вы имеете полное право изложить в рапорте свои опасения и отправить их командованию. Я даже не обижусь на это, поскольку на вашем месте, возможно, поступила бы именно так.

Виктор усмехнулся. Он не в том положении, чтобы высказывать свои недовольства. Мэри знала это и поэтому могла апеллировать подобными терминологиями бодуче уверенной, что Виктор даже не станет делать попыток связаться с командованием. Она в очень выигрышном положении. Не стоит портить с лейтенантом Майкович отношения в самом начале знакомства.

– Вашего слова, мне будет достаточно, – ответил он уверенным тоном, – ведь это ваша операция.

– Все верно, – на ее лице промелькнула легкая улыбка победителя, – продолжим?

Виктор жестом предложил вернуться к работе.

Проекция сменилась. Теперь перед ними появился высокий, худощавый мужчина со смуглым цветом кожи. Черные волосы, карие глаза, широкие скулы. За выразительным взглядом прослеживался интеллект. Он не был похож на бойца, который идет тараном на врагов.

– Игорь Вернов. В отряде числится как специалист компьютерных технологий. Он в точности знаком с системой корабля, на который нам предстоит высадиться. В прошлом снайпер. При этом стрелок, виртуозный от природы. Дисциплинированный и молчаливый.

Мэри одарила голограмму положительным взглядом. Было видно, этот воин симпатизировал лейтенанту.

– Вопросы?

Виктор развел руками. Послужной список такого солдата устраивал его полностью.

– Номер три. Вероника Рей. Азиатка. Мастер боевых искусств. Участвовала во второй фазе Валькирия. Состояла в элитном отряде разведки. Была удостоена медали. Посмертно.

Проекция невысокой, раскосой женщины привлекла внимание капитана. Хорошо сложена, хотя казалась хрупкой для мастера боевых искусств. Длинные, черные волосы. Привлекательные черты лица.

– Как она погибла?

– Почти в конце войны отряд вывел основные силы десантников в самое сердце врага. По большей части, именно благодаря этому сражению и была выиграна война. Но гарпийцы обнаружили группу разведчиков и нанесли по ним сокрушительный удар. В теле Вероники насчитывалось пять прожженных на сквозь ран и ни одна из них не могла привести к моментальной гибели. Девушка умирала медленно в течение четверти часа.

– Командование вернуло ее, – констатировал Виктор.

– Да. Такие солдаты нужны нам. Вероника будет на службе еще тридцать лет, после чего по собственному желанию сможет уйти в заслуженное увольнение или продлит контракт.

Лицо четвертого солдата показалось Виктору слишком уж сомнительным. Хотя он не был склонен судить по внешности, но при этом хорошо разбирался в людях. Такой человек всегда себе на уме. Даже когда он в точности исполняет приказы, то неизменно оставляет за собой право на обдумывание предстоящих действий. Слегка бордовый цвет кожи выдавал в нем марсианское происхождение.

Догадки Виктора оказались верными.

– Корон. Младший сержант. Рожден на Марсе и нес службу на этой планете, пока не поступил добровольцем в звездный десант. Принимал участие во второй фазе Валькирии. Его отряд принял на себя самый сокрушительный бой. Во время взрыва тело Корона было сильно повреждено. Он лишился обеих ног и части правой руки. Но санитары доставили солдата в госпиталь живым.

– Почему он в отряде? – спросил Виктор, просматривая послужной список. На первый взгляд, никаких ярких подвигов за этим солдатом не было. Его участь такая же, как и у сотен тысяч других: тяжелое ранение, восстановление тела за счет командования, списание со службы из-за психологической травмы.

– Мало кто из выживших, после того как их тела разорвало на части, мог вернуться обратно в строй. Память пережитой боли, крепко отпечатывается в подсознании. Мы можем поменять тело, но не можем поменять воспоминания. Страх вновь ощутить себя растерзанным куском мяса, зачастую сковывает даже самых лучших из солдат. Поэтому командование оставляет им право оставить службу после восстановления.

– А Корон, предпочел вернуться, – закончил за Мэри Виктор.

– Вы правы, капитан. И это редкий случай мужества. После того как тело Корона восстановили, психологи не обнаружили никаких отклонений. Мало того, этот человек практически невосприимчив к боли. Он способен перенести даже сложные переломы и повреждения органов.

– Вероника Рей относится к этому же число солдат?

– Да.

– Именно такие и нужный звездному десанту, – усмехнулся Виктор. Идя в настоящую мясорубку, даже зная о том, что их могут вернуть к жизни, солдаты испытывают непреодолимый страх. И только те из них для кого страх легко подавляемое чувство, способны дойти до конца. Им отращивают оторванные конечности и снова в бой, заживляют рваные раны и в бой, вновь выращивают поврежденные органы и снова за оружие. Командование может только мечтать об армии, состоящей из таких железных людей.

– Поэтому он с нами, – закончила резюмировать Мэри.

Последний боец оказался обладателем славянской внешности, со средним телосложением. Длинные волосы не сочетались с внешним видом предписанным уставом десантников.

– Сержант Макс Броневой, лучший в своем подразделении. Он не воевал на Гарпии и никогда не встречался с представителями этой планеты. Но был в другой горячей точке. На планете Гаргона.

– Что? – удивился Виктор, глядя на проекцию. – Вы серьезно? Сколько же ему лет?

– Двести семьдесят два года со дня биологического рождения. Это самый настоящий ветеран. Специалист воздушного боя. Авиатор. Способен управлять любым видом космического транспорта. В сражении за Гаргону получил несколько медалей мужества и стал легендой звездного десанта. Принял присягу пожизненного служения командованию.

– Этот парень нравится мне больше всех, – сказал Виктор.

В целом Яров остался доволен подобравшейся командой. Головорезами их нельзя было назвать, но что-то подсказывало капитану, что с дисциплиной у некоторых из отряда будут проблемы. В целом, все они наемники. И пускай даже находясь на службе, они имели больше прав на собственное мнение, чем рядовые десантники. Своего рода лучшие, но в то же время прошедшие сквозь огонь из-за чего осознали себя личностями. А таких уже не берут в обычные ряды солдат, беспрекословно выполняющих приказы.

Виктор взглянул на чипы памяти, заметив среди них еще один. Белого цвета, а значит, принадлежал корпорации Веер Эпох, создававшей биологическое оружие.

– А это что? Секретное оружие?

– Это наш резервный боец. К нему мы вернемся позже.

Лейтенант отключила проекцию, поднявшись со своего места.

– Знакомство с личным составом считаю законченным, – произнесла она, закрывая чемоданчик, – теперь перейдем к фазе клонирования.

Виктор проводил Мэри до двери. Теперь ему предстояло набраться терпения. Новый отряд, в который он должен будет вступить, вряд ли встретит его с распростертыми объятиями, после того как бойцы узнают, кто именно станет их консультантом в предстоящей операции.

## Глава 4

За то время, пока они знакомились с бойцами, автоматизированная система обслуживания погрузила с шаттла Марс, на корабль Штурм, пять криогенных капсул в каждой из которых в густом гелии находилось тело. Абсолютно идентичные. Отсутствовали половые признаки, волосяной покров, морщины и мышцы. Зачастую этих клонов называли заготовками для человека. На самом деле они таковыми и являлись. Процесс преображения происходил за четверть часа, с момента, как в каждую из капсул помещали чип памяти. Мэри воткнула каждый из пяти чипов в соответствующий разъем и карты памяти вошли в затылочную часть клонов.

Криогенные капсулы засветились бирюзовыми огоньками, освещая легким свечением бесцветный гелий.

Виктор стоял возле стены, наблюдая за происходящим в то время, как Мэри ходила между капсулами, проверяя исправность работы. Она проделывала это уже не первый раз, по ее движениям и легкости действия можно было понять – Мэри часто перевозит личный состав таким образом. Виктор ловил себя на том, что порой не может оторвать от лейтенанта взгляд. Что-то было в ней притягательное, сильно отличающееся от обычного человека. Она не солдат, во всяком случае не в той мере, по которой было принято определять закаленного в боях бойца. В ней присутствовала дисциплина, беспрекословное выполнение приказов. Мэри получала удовольствие от своей работы, но все же в ней оставалась простота, которая присуща гражданскому человеку.

Он отвел взгляд. Подавлять в себе чувства привязанности и эйфории было для капитана не впервой. Мужчины склонны придумывать себе фантазии, касающиеся наиболее понравившихся предстателей противоположного пола. А это сильно мешает, особенно в условиях военных операций. Влюбленность, то чувство, которое подавлялось в рядах космических десантников синтетическим препаратами. Своего рода психологическая кастрация и Виктор знал, каково смотреть на красивую женщину, не испытывая к ней ни одной базовой потребности. В армии все равны, а любовь заставляет противоречить приказам.

Каждый из тех, кто надевал военную одежду, превращался в солдата и должен был забыть о всех заложенных природой инстинктах. Этому помогали уколы, которыми прокалывали каждого принявшего присягу. Но Виктор Яров провел семнадцать лет в криогенной тюрьме, и сейчас его кровь чиста. От этого чувства вспыхивали в нем всякий раз, когда мысленно он отвлекался от дела. И это касалось не только Мэри. Постепенно капитан осознавал всю тяжесть произошедшего на Гарпии. Он вспоминал лица погибающих солдат, не получивших приказ открыть огонь. Он сострадал каждому из них, но причины, заставившие поступить именно так, словно оправдание проносились в голове. Только он один знал, почему в тот день первая фаза операции Валькирия должна была провалиться.

– Процесс регенерации на последней фазе, – оповестил бортовой компьютер.

Криогенные капсулы сменились на бордовое свечение и в них начали происходить изменения.

Виктор подошел ближе к одной из них. Тело клона, начало видоизменяться. Появлялись рельефы мышц и первичные половые признаки. Вскоре он понял, что смотрит на Веронику Рей. Ее тело приобретало округлость в районе груди и бедер, лицо становилось миловидным, полностью исчезали грубые черты клона. Волосы плавно росли, расплываясь в густой жиже гелия. Появились брови, ресницы, набухли губы. Изменился разрез глаз.

Виктор склонился над ее лицом, внимательно вглядываясь в каждую деталь. Проступили даже мимические морщинки возле раскосых глаз. А затем, на него уставился пронзительный взгляд темно-синих зрачков.

– С прибытием, – произнес Виктор, и в тот же момент Мэри одернула его. Она буквально оттолкнула капитана в сторону.

– Что вы делаете? – с недоумением произнесла женщина, сверля Виктора строгим взглядом.

– Я хочу поприветствовать представителя личного состава, – слегка улыбнувшись ответил Яров, но взгляд Мэри заставил его стереть с лица дурацкую улыбку.

– Разве вы не знаете, что в первые минуты регенерации, сознание человека абсолютно чистое? На данном этапе они даже не осознают самих себя.

Он рассеяно, посмотрел на капсулу.

Это совершенно вылетело из его головы. Вживаясь в новое тело, сознание человека абсолютно девственное, пустое. И первое, что увидит проснувшийся, навсегда останется в памяти.

– Прошу прощения лейтенант, – ответил Виктор, – видимо, я слишком долго провел в отключке. Криогенная тюрьма способствует развитию кратковременных провалов в памяти.

– Я знаю, – более снисходительно ответила Мэри, – поэтому постарайтесь не проявлять своих чувств раньше, чем обдумаете каждое действие.

В помещении послышался шипящий звук открывающихся капсул. Стеклянные крышки поднялись верх, и тела людей начали выныривать из гелия.

– Ох, еб твою же мать! – прорычал мужской, гортанный голос. Огромное, мускулистое тело поднялось над капсулой, покрытое густой слизью. Роберт Рон шумно высморкал из ноздрей остатки гелия, озираясь по сторонам. – Мы дома девочки и мальчики.

Он расплылся в улыбке, в которой не было ни намека на дружелюбность.

Вслед за Робертом появился Игорь Вернов, он стер с лица ладонями гелий, после чего потянулся и произнес.

– Где мой кофе?

– Я думала, ты мне его принесешь, – голос Вероники оказался легким и мелодичным. Она с легкостью перемахнула через край капсулу и предстала перед всеми в обнаженном виде. По всей видимости, гендерные различия девушку совершенно не смущали, она на носочках пересекла помещение и, взяв полотенце, уткнулась в него лицом.

Корон и Макс Броневой, после пробуждения были немногословными. Они просто разминали мышцы.

Тела каждого из бойцов находилось в отличной форме. Пик совершенства на которое только могла быть способна природа, зафиксировали в картах памяти и каждый раз, пробуждаясь, бойцы получали здоровое, готовое к любым испытаниям тела.

Сам Виктор никогда не испытывал ничего подобного. За семнадцать лет в тюрьме его тело постарело, обрело новые морщины, стало тяжелей. В какой-то момент ему стало неловко рядом с этими людьми, среди которых даже Макс Броневой в свои двести семьдесят два года выглядел как молодой, подтянутый мужчина.

– Приветствую вас, на корабле Штурм. Меня зовут лейтенант Мэри Майкович. Я ваш куратор, командир и представитель командования, нанявшего каждого из вас на эту работу.

– Здравия желаю, лейтенант, – произнес Макс Броневой. Его примеру последовали все остальные, приветствуя лейтенанта.

– Это капитан Виктор Яров, – Мэри указала на мужчину, стоявшего у нее за спиной, – он будет нашим консультантом по вопросу коммуникаций с гарпийцами. К тому же он лучший военный эксперт в этом вопросе.

– Привет, капитан, – произнесла Вероника, проплывая мимо. Она уже скрыла под полотенцем свое тело, направляясь в душ.

– Эксперт? – с усмешкой произнес Роберт Рон. Он скрестил руки на груди, изучающим взглядом осматривая Виктора.

Только сейчас Яров увидел на этом мощном теле шрамы, оставленные от стрелкового оружия. По всей видимости, их присутствие после клонирования было условия самого Рона. Следы боевых заслуг как память пережитых сражений.

– Я был на планете Гарпия с самого первого дня колонизации, – ответил Виктор. – Первые контакты с представителями местных обитателей и первые сражения прошли при моем участии.

– А что случилось с остальными, экспертами? – продолжал Рон.

– Большинство из них погибло во время провала Валькирии.

Как только Виктор произнес эти слова, все четверо бойцов, кроме Вероники, которая уже скрылась за дверьми в душ, подняли левую руку вверх и громко сказали:

– Вечная память воинам космоса!

Виктор свел брови. Он не знал ничего о традиции приветствовать погибших товарищей подобным образом. Скорее всего, она зародилась уже после того, как его поместили в криогенную тюрьму.

– Полчаса на то, чтобы привести себя в порядок, – скомандовала Мэри. – Жду всех на капитанском мостике. Ваши личные вещи находятся в казарме.

Сделав жест Виктору, она направилась за дверь.

– Эй, капитан? – окликнул Виктора Рон.

Яров повернулся, заметив, что все бойцы не сводят с него взгляд.

– Почему тебя вернули к жизни после гибели на Гарпии?

Виктор медленным взглядом окинул их. Теперь он понимал, они чувствуют какой-то подвох. Совсем скоро им придется узнать, кто он на самом деле и какую роль сыграл в операции Валькирия. На на данный момент он не хотел мутить воду.

– Я не умирал, – ответил Виктор спокойным голосом, после чего последовал следом за лейтенантом Мэри Майкович.

Глава 5

– Что дальше капитан? Что дальше?

И если бы среди всех изобретений человечества нашлось хотя бы одно, способное поменять прошлое, Виктор Яров воспользовался бы им незамедлительно. Он бы вернулся в тот день, на несколько часов раньше до того, как в его руки попал фиолетовый цветок. Тогда он не познал его силы, и вся жизнь Виктора поменялась. Вернуться на Землю героем, стать в один ряд с лучшими бойцами звездного десанта, обеспечить себе жизнь о которой можно только мечтать. Подобное стало бы реальностью. Но тогда, Виктор не познал бы той тайны, которая окутала его сознание. Тайна, открывшая глаза на совершенно новый мир. Мир в который они ворвались со своим оружием и со своими законами. Мир, о существовании которого не подозревал ни один из воинов прошедших обе стадии Валькирии. Каждый из них умирал с полной уверенностью того, что сражается за правое дело. Именно так говорили в прессе на всех планетах, где обитали люди. Новости о колонизации Гарпии разлетались по всем космическим кораблям. Солдатам соболезновали и верили в их стойкость. А затем настало время тотального истребления, которое закончилось победой людей. Очередной победой тех, для кого независимость и демократия собственного вида превыше всех остальных форм жизни.

– Что дальше капитан ? Что дальше?

И снова кровавый след в его глазах. Он видел его отчетливо всякий раз, когда погружается в темноту.

– Капитан Яров, – женский голос выдернул Виктора из забвения. На несколько минут он отключился от реальности. Сознание провалилось в легкую дремоту, где незамедлительно принялось вырисовывать образы наиболее ярких воспоминаний.

Мэри Майкович стояла в дверном проеме каюты, глядя на мужчину.

– Вы будете присутствовать на собрании команды?

Виктор, ощущая усталость, поднялся с кресла, в котором задремал. Он вернулся из криогенного сна несколько часов назад, и тело нуждалось в отдыхе. Мышцам нужно время для восстановления, хотя нейрохимические препараты могли ускорить этот процесс, но Виктор не считал необходимым без нужды пичкать себя стимуляторами.

– Я буду через пять минут, только приведу себя в порядок.

Мэри ушла, и дверь с легким шипением закрылась. Поднявшись на ноги, он прошел в ванную. Крошечная комната с раковиной и душевой кабиной. Здесь было зеркало, пара полок для белья и средств гигиены. Все они пустовали. Включив холодную воду, он посмотрел на свое отражение. За семнадцать лет, проведенных в полном отключении лицо постарело. Мышцы поддерживались в тонусе для избежания атрофии после пробуждения, но потеряли более четверти своей массы.

Виктор снял футболку, оглядев свое тело. Ребра проступали из-под кожи. Ключица и плечи заострились, начиная принимать формы более подходящие для высушенного старика. Новые морщины и дряхлость проявились на лице и шее. Виктор выглядел старше своих лет. Возможно, оставшись вне тюрьмы, при помощи тренировок и здорового образа жизни, он смог бы сохранить более свежий вид. Но повезло еще, что не пришлось провести в тюрьме весь срок, иначе на выходе пришлось знакомиться с глубоким стариком.

Он повернулся правой стороной к зеркалу, поднял руку, глядя на ребра. На коже красовался шрам, полученный на Гарпии. Виктор провел по нему кончиками пальцев, ощутив рельеф. В памяти вспыхнула жгучая боль, словно кто-то клеймил его тело. Виктор вспомнил это чувство слегка поморщившись. Как сильно порой боль отпечатывается в памяти. Она навсегда остается в подсознании в нужный момент, подключая те рецепторы, которые пострадали во время нанесения травмы.

Виктор надел футболку, охладил ледяной водой лицо и вышел из каюты.

Со стороны капитанского мостика доносились голоса собравшихся, и как только он появился все обратили на капитана внимание.

Вероника Рей в этот момент разговаривала с Игорем Верновым и лишь мельком удостоила Виктора взглядом. Но Яров заметил, как в этот момент уголки ее губ затронула легкая улыбка.

Роберт Рон, вальяжно восседал на стуле, всей своей массой демонстрируя собственное превосходство над остальными. Встретиться с этим великаном в рукопашном бою – верная смерть. Все же масса мышц Роя в первую очередь ударная сила, ради которой приходится жертвовать скоростью и маневренностью тела.

Корон пил кофе, с наслаждением закрывая лаза после каждого глотка. Марсианин словно не замечал присутствующих и только когда вошел Виктор, легким жестом поприветствовал его.

Макс Броневой и Мэри Майкович сидели во главе стола и, по всей видимости, Макс уже пытался выудить хоть какую-то информацию о предстоящем деле.

– Наконец-то все в сборе, – сказала Мэри.

Виктор опустился на единственный свободный стул оказавшись между Короном и Вероникой. Рон сидел напротив него. Броневой и Майкович справа. Вернов слева.

В помещении стоял едкий запах молодых, разгоряченных тел. Феромоны и нейрохимические препараты прямо сейчас занимались последней стадией конструирования клонов. Температура тел на полтора градуса выше нормы, из-за чего даже обильный душ не смог сбить запах пота. В подобном состоянии команда продержится еще сутки. А после продолжительного сна их уже невозможно будет отличить от людей.

– Я собрала вас здесь не просто так, – начала Мэри, оглядывая присутствующих, – вы лучшие в своем роде. За каждым из вас подвиги, в которых раскрылись мужество и доблесть. Кто-то из вас перенес смерть. Кому-то это пришлось испытать не один раз.

Мэри кинула взгляд в сторону Игоря Вернова. Но мужчина совершенно с непроницаемым лицом, продолжал слушать слова лейтенанта.

– Теперь пришло время послужить новой цели, – Мэри провела рукой перед собой, в тот же момент в помещении слегка потемнело, и над столом появилась проекция планеты Гарпия. – Говорить о том, что это за планета нет никакого смысла. Каждый из вас знает сколько сил понадобилось людям для ее колонизации. И этот результат был достигнут. Мы смогли освоить новые территории, не уничтожив те формы жизни, которые противостояли нам.

Вместо планеты появился гарпиец. Он был похож на насекомое, стоявшее на двух ногах. По анатомии с человеком его связывала, пожалуй, только прямая осанка и наличие общих свойств со скелетом. Было видно строение ребер, плеч, бедер, шеи, но на этом сходства заканчивались. Кожа и кожные покровы напоминали рептилию и туго обтягивали скелет. На теле виднелись многочисленные отростки, являющиеся вспомогательными конечностями. Под нижней челюстью еще пара подобных отростков с острыми, костными шипами на концах. Вместо носа, длинные носовые пазухи в виде вертикальной щели, проходящей почти через все лицо.

Виктор знал, что у некоторых особей бывает по две и даже по три пары рук. Но у представленного напоказ гарпийца только две невероятно длинные руки с шипами на локтевых сгибах.

Роберт Рон в этот момент заскрипел зубами, сверля проекцию взглядом. В его лице Виктор увидел ярость и ненависть. Остальные смотрели на представителя иной расы более снисходительно.

– Мы оставили их в живых, – продолжила Мэри, – более миллиона гарпийцев.

– Почему вы это сделали? – спросил Виктор и вся команда перевела на него взгляды. – Первоначальной и единственной задачей миссии Валькирия, было уничтожение всех гарпийцев. Для подобного решения существовала весомая причина.

– Командование, вместе с представителями корпораций Земли, решили, что не имеют право полностью уничтожать какой-либо из видов живых существ, – ответила Майкович, – эти существа имеют полное право на существование, для этого их отправили на планету Астерия. Она необитаема, подходит для гарпийцев и на ней практически нет ресурсов. Только те, что необходимы для выживания.

– Их не стали уничтожать, но обрекли на голод и возможное вымирание естественным образом. Так?

Лицо Мэри стало строгим и испепеляющий взгляд уставился на Виктора. Ей не нравилось, что Яров вновь начинает разводить полемику да еще и на виду у всей команды. Но он хотел знать, почему было принято столь опасное решение.

– Со стороны гуманности они были правы, но ведь гарпийцы не те существа, которые просто так отступят, – продолжал Виктор.

– За планетой Астерия должны были создать контроль с воздуха, – ответила Мэри без злобы или раздражения в голосе. Стало видно, эта информация касается всех присутствующих. – При помощи дронов, мы могли вести контроль за рождаемостью и смертностью, держа колонию под контролем, при этом избегая прямого контакта. Таким образом, спустя несколько поколений в памяти гарпийцев стерся бы след переселения и уже новые представители воспринимали Астерию, как своей единственны дом.

– Почему вы говорите об этом так, словно этого еще не произошло? – спросила Вероника. – Ведь Альянс улетел по направлению к Иринеи семнадцать лет назад. Он должен был уже достигнуть своей цели и первые поселения…

Вероника замолчала, ощущая, как в помещении повисла тишина.

– Да потому что корабль не добрался до назначенной точки, – проговорил Виктор, скрестив руки на груди.

– Что?

– Как это?

Вопросы посыпались со всех сторон, но Мэри жестом попросила тишины.

– Это главная причина по которой мы тут собрались, – произнесла она, меняя проекцию на изображение космического корабля под названием

## Глава 5

Даже в миниатюре он выглядел настоящим исполином. Такого огромного корабля людям еще никогда не приходилось строить. В него можно было вместить население целой планеты, со всеми их вещами, машинами, военной техникой, оборудованием для предприятий и другими космическими, грузовыми и военными кораблями. Альянс-5, предназначен для полетов колонистов. С его помощью люди перемещались по вселенной, заселяя новые планеты. Существовало еще четыре Альянса два из которых на данный момент двигались к своей цели сквозь вселенную, расширяя кругозор человечества до невообразимых расстояний. Они несли на своем борту новые поколения колонистов. А вот Альянс-5, оборудовали специально для переселения гарпийцев, разместив в нем полтора миллиона криогенных капсул и целый персонал роботов, которые должны были по прилету на Астерию, помочь гарпийцам освоиться в новом доме. Затем Альянс-5, вернулся бы на орбиту Земли для переоборудования под новую миссию.

– Спустя три года после отправки Альянса, корабль исчез со всех радаров, – продолжила Майкович, – ни один из зондов так и не смог найти его. Но была обнаружена аномалия, которая по мнению ученых могла повлиять на перемещение корабля.

– Черная дыра? – спросил Игорь Вернов.

– Телепортация, – поправил Макс Броневой, – в космосе существует множество аномалий, которые мы до сих пор не способны изучить. Они появляются и исчезают. Процент попадания в подобный телепорт равен одной миллионной процента.

– И именно в этот процент попал Альянс? – на лице Вероники отражалось не только удивление, но и легкое недоверие. Поверить в подобное так сразу не мог никто из присутствующих.

– И что теперь? – спросил Виктор, – мы должны его найти?

– Семь месяцев назад, спустя почти тринадцать лет, после своего исчезновения, Альянс был обнаружен в солнечной системе Нептун, – продолжила Майкович, выводя проекцию вернувшегося корабля. Его изображение зависло на фоне планеты полностью покрытой водой.

– Это довольно далеко от Астерии, – заметил Вернов.

– Но недалеко от нашего места нахождения, – добавил Корон. По всей видимости, марсианин очень хорошо разбирался в космическом пространстве.

– Через два земных дня мы подлетим к Альянсу, – продолжила Майкович, внимательно выслушав экипаж, – затем высадимся на него и должны будем проверить состояние корабля и всех, кто на нем находится.

– Вы хотите, чтобы семь человек, добровольно вступили на борт корабля на котором находится полтора миллиона существ, у которых мы отобрали планету? – Виктор буквально был ошарашен поставленной задачей.

– А что-то не так, капитан? – спросил Роберт Рон, впервые за все время разговора подав голос.

Мужчина сверлил Виктора недоброжелательным взглядом.

– Нам не о чем беспокоиться, ведь все гарпийцы находятся в криогенном сне, – улыбнулась Вероника, хотя в ее взгляде читалось волнение.

Но Виктор не обратил на реплику девушки внимания, его взгляд был прикован к фигуре Роберта. На мгновение их взгляды встретились.

– И хочу понять, что вас так волнует? – продолжал здоровяк, раскинувшись на стуле. Его расслабленный вид, всего лишь ширма. На самом деле Рон был почти на взводе. Такие солдаты, как он просто не мыслят себя без дозы адреналина. Любой конфликт, пусть даже словесный, это норма.

– Тринадцать лет, Альянс находился без присмотра. За это время на его борту могло случиться все, что угодна. – ответил Виктор. – Высаживаться без предварительной разведки на корабль – настоящее самоубийство.

Уверенность элитных солдат была ему знакома не понаслышке, но иногда, именно эта уверенность могла сыграть роковою шутку.

– А что насчет роботов? – спросил Игорь Вернов, обращаясь к лейтенанту Майкович, – разве вы их не посылали на разведку?

– По каким-то причинам, отправленные на Альянс андроиды, потеряли с нами связь. Мы отправляли две группы и каждая из них до сих пор не ответила. У нас есть версия – система безопасности корабля блокирует любой сигнал исходящий или проходящий на Альянс. Такое может быть, если на корабле сработала система безопасности.

– Чем это могло быть вызвано? – продолжал Вернов.

– Внештатной аварией. Возможно, во время гиперпрыжка, системы дали сбой. Бортовой компьютер перезагрузился и установил протокол безопасности.

– А вы не думаете, что во время перемещения через аномалию и после перезагрузки бортовых систем, криогенные капсулы могли отключиться? – спросил Виктор, переведя взгляд на Майкович.

– Вполне вероятно, – добавил Вернов.

– Мы конечно же учитывали и эту возможность, – терпеливо продолжила Майкович, – но перезагрузка систем занимает всего четверть секунды. За это время, даже если и было отключение камер, то после перезагрузки, компьютер подключил их вновь.

– Мы должны провести разведку, перед тем как высаживаться на Альянс, – добавил Виктор и не успел ни кто произнести ни слова, как Рон, прорычал:

– Где вы служили капитан Яров?

Все вначале посмотрели на здоровяка, но затем перевели взгляды на Виктора. Мужчина ощутил легкий укол. Вот этот момент, когда он должен открыть перед всеми свое лицо. Но мало кому придется по душе, продолжать миссию, зная, что в команде находится человек, признанный предателем.

– Подразделение космического десанта Сокол семнадцать, – сухо ответил Виктор и тут же Вероника вздохнула, глядя на мужчину.

– Ого, – проговорил Броневой и в его взгляде промелькнуло уважение, – вас осталось не более десятка, от пятисот человек.

– Четырнадцать человек, если быть точным, – добавил Виктор, не сводя взгляда с Рона.

– И девяносто процентов из погибших получили повреждение мозговых полушарий несовместимые с возможностью перерождения, – добавил Макс Броневой.

– Какую вы занимали там должность капитан   Яров? – продолжал допрос Рон, но в разговор вмешалась Мэри Майкович.

– К чему эти вопросы? – она строго посмотрела на здоровяка, но тот даже не удосужил женщину своим взглядом.

– Четырнадцать человек выжили, – продолжал Рон, – еще полторы сотни смогли вернуться к жизни благодаря клонированию тел. Каждый из них знает историю этой войны лучше, чем собственную биографию. Каждый из них знает, что гарпийцев отправили на Астерию. Каждый из них знает, как приветствовать погибших товарищей, поскольку эта традиция появилась в день окончания второй фазы Валькирии. И только один человек, побывавший там, не может знать всего этого. Тот, кого после первого провала Валькирии навсегда закрыли в криогенной тюрьме.

– Не навсегда, а на семнадцать земных лет, – поправил Рона Виктор, сам не понимая зачем произнес эти слова. Но они стали словно красной тряпкой для быка. В то же мгновение Рон вскочил со своего стула. Нейрохимия, преобладавшая в его крови, на несколько секунд сделала тело здоровяка подвижным и безупречно ловким. Виктор только успел подняться со стула, делая это очень медленно для сложившейся ситуации и уже через секунду, Рон, перемахнув через стол, вжал Виктора в стену.

Огромный локоть прижал шею капитана к стене, давя на нее всей массой. Их лица оказались на расстоянии друг друга в нескольких сантиметрах. Виктор чувствовал дыхание Рона, тяжелое, горячее, смешенное с запахом нечищенных зубов и съеденного несколько минут назад куска синтетического стейка.

– На нашем корабле предатель, – прорычал Рон, – среди погибших были мои друзья.

– И мои тоже, – прохрипел Виктор, ощущая, как кадык буквально вдавливается в горло.

– Отпусти его, приказываю! – выкрикнула лейтенант Майкович, но ее голос потерялся в суете, воцарившейся в помещении.

Все остальные, повскакивали со своих мест, устремившись к Рону. Виктор заметил чьи-то руки на плечах здоровяка, тщетно пытавшиеся оттащить Рона в сторону. Но боль в ломающейся шее заставила глаза прослезиться, и картинка поплыла. Виктор только отсчитывал секунды до того момента, когда его кадык сломается и проткнет гортань.

– Я убью тебя, – рычал Роберт Рон, – разорву на части, крыса!

– Отставить! Это приказ!

Голос Майкович уже доносился из темноты и вдруг хватка действительно ослабла. Через мгновение Виктор ощутил, как его кадык вернулся на место, заставляя кашель сотрясать тело. И среди капитанского мостика на мгновение воцарившейся тишины, до его ушей донесся спокойный голос Вероники:

– Убери от него руки, или я заставлю тебя умыться собственной кровью.

Вероника по сравнению с Робертом была на столько крошечной, что он мог бы в порыве ярости не заметить ее и раздавить своей массой. Но что-то заставило его отступить.

– Не стоит этого делать, сестренка, – проговорил Рон голосом тяжелым, но с нотками дипломатии.

Виктор смахнул слезы с глаз и заходясь в кашле, успел увидеть, как Вероника прижимает к горлу Рона острие кухонного ножа, которым здоровяк разрезал свой стейк.

– Отойди от него Рон, – продолжала девушка, – иначе нам придется высаживаться на Альянс без прикрытия. Мы все поняли, кто этот человек, но раз командование прислало его сюда, то уж точно не для того, чтобы мы могли выплеснуть свою месть.

Знание того, что к горлу примажет острие ножа лучший специалист по ведению рукопашного боя во всем звездном десанте, Рон отступил. Он даже не стал делать попытки смахнуть ее руку, поскольку этот жест мог бы со стопроцентной вероятностью привести к разрезу артерий на шее.

Рон поднял руки вверх, показывая, что отступил.

– Я спокоен, сестричка, смотри, я отпустил его. Убери теперь ножик. Я нервничаю, когда меня пытаются вскрыть словно безобидного барашка.

Согнувшись, Виктор повалился на пол, кашляя и держась за горло. Вероника подоспела вовремя. Еще бы мгновение и ему крышка. Пробуждение из тюрьмы меньше чем через сутки, могло обернуться для него смертью.

– Нам нужно поговорить со всеми вами, – донесся голос Мэри Майкович. Было слышно, что женщина на взводе. Но Виктор не стал даже слушать, шатаясь, он поспешил из помещения. Кашель не прекращался и, ища дорогу в медицинскую комнату, он выскочил за дверь.

## Глава 6

С его горлом все было в порядке. Медицинская комната, оборудованная для лечения без участия человека, быстро привела Виктора Ярова в норму. Уже спустя десять минут, он вышел в коридор. Кашель отступил, глаза не слезились, но в районе кадыка осталось неприятное чувство. Мужчина то и дело потирал шею, до сих пор ощущая на ней давление.

Еще легко отделался, подумал Виктор, направляясь в свою каюту. Ему предстоит провести два земных дня на борту небольшого военного корабля с экипажем, который люто ненавидит его. А затем они высадятся на борт корабля, где находится целая орда инопланетных монстров, каждый из которых в рукопашном бою сможет в два счета победить Роберта Рона.

Виктор не знал, насколько тщательно были изучены гарпийцы перед тем, как люди отправили их на задворки вселенной. Но он часто слышал о Виви секторе, где по слухам проводятся эксперименты над всеми представителями живых организмов, найденных на других планетах. К сожалению, некоторые из них обречены быть до смерти замученными в стенах огромной лаборатории. Слухи, которые ходили между людьми, заставляли даже самых суровых и крепких мужчин морщиться от услышанного.

И гарпийцы, как раса, вставшая против людей, не могла избежать подобной участи.

Ввалившись в свою каюту, он плюхнулся в кресло.

– Закрыть дверь и никого не впускать, – произнес Виктор.

Дверной замок щелкнул. Теперь он мог не опасаться непрошеных гостей, хотя Мэри Майкович имела права доступа в любое помещение. Но она для Виктора не представляет такой опасности в отличие от остального экипажа.

Вновь потерев шею, он повернулся в сторону монитора.

– Все сведения, касающиеся гарпийцев, – сказал он, тяжело дыша.

На мониторе, на несколько секунд появилась заставка корпорации Вихрь, а затем трехмерная картинка в виде изображения гарпийца. Это было то самое изображение, что демонстрировала им Майкович. Возможно, единственное принятое официально изображение представителя расы.

Вслед за изображением последовал голос, приятный, но без гендерных признаков:

Гарпийцы, раса, враждебная и очень опасная. Одна из самых агрессивных из встречавшихся человечеству в открытом космосе. Их вид был обнаружен на планете Гарпия во время колонизации. Вместо того чтобы вступить с людьми в дружеский альянс, гарпийцы предпочли ответить на мирный визит агрессией.

– Замолчи, – Виктор откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Он ничего не хотел слушать о том, что гарпийцы были агрессорами. Мирная раса, обитавшая на своей планете, вынуждена защищаться. К тому же демонстрирующийся образ гарпийца, лишь только поверхностно отображал их внешний вид. Гарпийцы имели много отличий друг от друга. Все зависело от среды обитания и кланов. Но когда на планете началась война, многие из них преобразовались в настоящих воинов. Это были невероятные и очень сильные особи, уже ничем не напоминающие тех существ которых увидели первые колонисты с Земли.

Виктор, выпрямился, затем оглядел комнату.

– Подключить виртуальное восприятие, – скомандовал он, проходя через комнату.

Вытянувшись на кровати, он закрыл глаза, в комнате начали распространяться волны трехмерного моделирования. Это было похоже не колебание воздуха. Волны проходили через тело, считывая информацию, создаваемую под коркой головного мозга. В тот же момент в центре комнаты начала создаваться проекция.

Виктор хорошо помнил воина с которым ему пришлось столкнуться в свой последний день на Гарпии. Гарпиец шел среди трупов звездных десантников, перешагивая через тела, наступая в лужи, нет, даже в реки крови, оставляя кровавые следы на песке.

Его костный нарост превратился в панцирь, напоминающий защитные пластины. Такие же, как были у солдат с Земли. По всей видимости, гарпийцы взяли за основу обмундирование захватчиков, поскольку до этого никогда не нуждались в подобных изменениях. Но за считаные месяцы, их защита, стала превосходить броню десанта. Костные наросты укрепились. Даже окаменели. Головы покрылись защитой, напоминающей маску, с тонкими прорезями для глаз. Спину закрыли панцири. Шею, костные воротники с шипами на концах. Плечи увеличились от прибавившейся мышечной массы. Ноги и руки окрепли. На локтях удлинились шипы. Проросла вторая пара рук, уходящая чуть на спину. Эти руки, отрастили костные наросты, словно щиты, которыми гарпийцы прикрывали наиболее уязвимые части тела или отражали атаки.

Их оружие походило на земное по своим характеристикам, но имело собственный дизайн. Они научились стрелять длинными, светящимися лучами, вырабатывающимися благодаря хитрому химическому составу. Эти лучи могли прожечь защиту десантников. В ближнем бою гарпийцы использовали шипы на костяшках пальцев. Яд вылетал из их рта, когда костная маска расходилась в стороны, обнажая уродливое для человеческого восприятия лицо.

Виктор видел гарпийца перед своим мысленным взором, пытаясь припомнить каждую деталь. На проекции воссоздались даже шрамы на теле и сколы на костных наростах, полученных во время боев.

Но визуальной картинкой его воспоминания не ограничились. Виктор начал вспоминать их встречу. Семнадцать лет назад, он в последний раз был на Гарпии и этот день стал роковым для его судьбы. Виктор мог умереть несколько раз, но выжил. Выжил после ужасной атаки, обрушившейся на звездный десант. Гарпийцы атаковали с земли и воздуха. Длинными, многометровыми прыжками, они перелетали через заградительные сооружения, впиваясь длинными отростками в тела людей. Мгновение и человека разрезали на части. Но Виктор выжил. Он выжил, когда гарпиец навис над ним, глядя сквозь прорези глаз. Его шипы из костяшек пальцев оказались направлены в шею командира взвода. Но Виктор выжил. Он выжил, когда действие наркотика, одурманило его сознание, заставляя видеть мир Гарпии в том образе, о котором не мог помыслить ни один человек. И в эти мгновения, казалось, что тело не принадлежит ему и что он больше никогда не вернетсяв свою оболочку, навсегда оставшись странствовать среди триповых образов, прорисованных действием наркотического цветка. Но Виктор выжил.

– Я выжил, – прошептал он в пустоту комнату и проекция гарпийца, посмотрела на него.

Окровавленные следы на песке, оставленные победителем вновь пронеслись в памяти и полкомнаты покрылся ими.

– Записать образ, – сказал Виктор, все еще удерживая воспоминания во всех деталях.

Образ записан – ответил голос.

Виктор открыл глаза, посмотрев на полученную проекцию.

Это был он. Один из командиров гарпийцев, оставивший капитана Ярова в живых в тот день, когда первая фаза миссия Валькирия провалилась.

Виктор поднялся с кровати, обойдя проекцию. Взгляд гарпийца провожал его, словно не доверяя человеку.

– Сохранить образ на мой чип памяти.

Образ сохранен

Виктор несколько секунд смотрел неотрывно в глаза гарпийцу. Даже находясь перед проекцией, он испытывал трепет. Эти существа сильно превосходили в умении приспосабливаться к окружающему миру не только человека, но и любое другое существо в космосе. Страшно было даже подумать, на какие метаморфозы они способны.

Гарпиец приподнял руки, разведя их в стороны. Из костяшек пальцев вытянулись острые шипы, а нижняя пара рук, надежно прикрывала защитным наростом бока и переднюю часть туловища. Стойка воина, готового принять бой.

– Я знаю, – проговорил Виктор, – ты всегда готов к сражению. Но готов ли ты к дипломатии?

Проекция склонила голову вбок, словно поняв и прислушавшись к словам человека. Это выглядело настолько естественно, что Виктор на мгновение поверил в возможность поговорить с гарпийцем.

Проекция только раскрыла рот, чтобы начать говорить, как в дверь каюты постучали. Виктор и гарпиец одновременно посмотрели в сторону двери.

– Убрать проекцию, – скомандовал Яров и воин исчез.

Возможно, пришла Мэри Майкович, узнать о его состоянии. Для нее, как для командира всего отряда, подобный инцидент мог негативно отразиться на статусе лидера. Если в отряде и дальше будут происходить стычки, то Мэри придется несладко. На вид она была в хорошей форме и, без сомнения, владела боевыми искусствами, но сможет ли Майкович вступить в открытый конфликт с людьми, прошедшими через огонь? В этом у Виктора были сомнения, хотя он не привык недооценивать людей. Майкович сможет преподнести им еще немало сюрпризов.

Он надавил ладонью на индикатор, сняв запрет на замок и дверь открылась. К его удивлению на пороге стояла Вероника Рей. На ней военный комбинезон, очень хорошо подчеркивающий миниатюрную фигурку. Девушка держала руки за спиной и увидев Виктора, улыбнулась.

– Я рада, что ты в порядке капитан, – произнесла она почти игривым голосом.

– Пришла проверить мое состояние? Наверное, мне это должно польстить.

Она вновь усмехнулась.

– Скорее я спросила это из вежливости. Мне поручено сообщить тебе, что конфликт исчерпан. Во всяком случае до конца нашей операции.

Виктор изобразил наигранное удивление.

– Я должен выдохнуть с облегчением. Но, мне кажется, теперь придется отрастить глаза на затылке. Этот здоровяк слишком зол на меня.

– Он зол на многих. Он воин. И ему нужен конфликт. Так, он создан. Десантник штурмового отряда. Как только мы доберемся до Альянса, Рон тут же переключит свое внимание на кого-то другого.

– Хотелось бы в это поверить.

Вероника скользнула по лицу и шее Виктора взглядом, в котором прорисовалось любопытство. В ответ он машинально потер кадык кончиками пальцев.

– Со мной все в порядке. Громила даже не покалечил меня.

– Через четверть часа все собираются в казарме, – продолжила Вероника, – лейтенант Мэри, хочет узнать нашу подготовку, и мы получим оружие.

Виктор ощутил, как по его спине пробежал холодок. Теперь эти головорезы будут сновать по кораблю вооруженные до зубов.

– Явка обязательна? – спросил он без всякой надежды остаться в каюте.

– Да, – Вероника сделала несколько шагов и вновь одарив Виктора улыбкой, добавила, – мы тебя ждем.

Он сухо улыбнулся ей в ответ и закрыв дверь, осмотрел каюту. Не стоило ему во время пробуждения отряда так близко подходить к криогенной капсуле. Ведь в действительности, во время своего пробуждения в теле клона, человеческий разум настолько чист, что первое полученное впечатление, остается с ним на долгое время. Так, например, перед клонированными десантниками, во время их пробуждения, размещали образ гарпийцев, который тут же вызывал у проснувшихся страх, отторжение и жажду убить. Благодаря этому, солдаты шли в бой воодушевленные ненавистью. И Виктор уверен, с Робертом Роном проделывали нечто подобное.

Оправив одежду, он вышел из каюты, направившись в сторону казарм. Предстояло теперь подключить всю свою дипломатию с умением держать язык за зубами. Ведь второго случая выжить у него может и не представиться.

## Глава 7

Когда он вошел в казарму, практически никто не поднял головы.

Игорь Вернов, лежа на своей койке, закинул руки за голову и смотрел в проекцию, зависшую над его лицом. Он просматривал фотографии, изредка улыбаясь и перелистывая дальше.

Корон, сидел в позе лотоса на полу, почти в центре комнаты. Закрыв глаза, он медленно и глубоко дышал, восстанавливая тело. Пожалуй, это было лучшее упражнение для приведения клона в норму. Первые сутки, самые сложные, они требуют много отдыха, поэтому восстановление сил через медитацию рекомендовано специалистами генетиками.

Макс Броневой делал легкую гимнастику, стараясь не сильно нагружать мышцы.

Вероника, сидела на краю своей кровати, глядя на Виктора широко раскрытыми глазами. Наверное, стоило сказать ей спасибо за то, что она спасла ему жизнь, но во время их встречи возле дверей каюты, Виктор был все еще в состоянии аффекта.

Роберт Рон, стоял в планке в самом конце казармы, бросив короткий взгляд из-под бровей на Виктора. Его мышцы в этот момент напряглись, но затем, здоровяк уставился в пол, выравнивая дыхание. Каким образом Майкович удалось договориться с ним, было для Виктора загадкой. Несмотря на свою агрессию, Рон все же чтил устав, и возможно именно это стало главным мотивом.

– Где лейтенант Майкович? – спросил Виктор.

– Она занимается доставкой наших личных вещей на Штурм, – ответил Корон, не открывая глаз.

– Хорошо, – продолжил Виктор, ощущая, как у него пересыхает в горле. – Пока у нас есть время, я должен вам кое-что сказать.

Корон открыл глаза, посмотрев на капитана Ярова. Броневой, продолжал тянуть спину, но также был весь во внимании. Вернов, оторвался от просмотра снимков, а Вероника чуть улыбнулась. Только Рон оставался в планке, даже не поведя глазом.

– То, что вы знаете обо мне, это правда, – начал Виктор, вспоминая, как он пытался говорить оправдательную речь перед представителями военного трибунала. Семнадцать лет назад, он буквально трясся всем телом, то ли от страха неминуемого наказания, то ли от отходника после принятия инопланетного психоделика. Пот крупными каплями струился по лицу в то время как Яров пытался выдавить из себя хоть слово. Мысли жутко путались, перед глазами стоял образ, усыпанный телами убитых десантников пустыни. Это было испытанием воли, осознать, принять и дать ответ самому себе, почему он поступил именно так.

Теперь, Виктору было легче. Не сильно. Но все же он мог совладать с собой и своим голосом. Может причиной всему осознание случившегося или притупление вины? Но как бы то ни было, он взял себя в руки довольно быстро, продолжив:

– Мне еще никогда не доводилось говорить об этом, но думаю, вы имеет право знать, что я полностью отдаю себе отчет о случившемся. Я не пытаюсь оправдаться, поскольку в этом нет никакого смысла.

– Это уж точно, – проговорил Роберт Рон, но на него никто не обратил внимание.

– Это часть моей истории, моей жизни, – продолжил Виктор, – и мне жить с этим. И дело, ради которого меня вернули из тюрьмы, является моим единственным шансом. Я не собираюсь его упускать. Но в одном я могу уверить вас абсолютно точно, я не предатель.

– Нет, ты не предатель, – Рон поднялся на ноги. На его теле блестели капельки пота. Уперев руки в бока, он смотрел через казарму на Виктора, – ты наркоман. Ты просто обдолбался растениями и не смог контролировать свой разум. Я даже не знаю, что хуже -предательство или зависимость.

Виктор почувствовал легкий приступ стыда. Рон прав, но только если рассматривать этот случай с точки зрения здоровяка. Для каждого за проступком Виктора стоят наркотики и только он сам понимал, не все в этом предположении чистая правда.

– Мы тебя поняли, – вмешался Корон, вновь закрывая глаза, растворяясь в медитации. – Но знай, доверия у нас к тебе по-прежнему нет. Единственное, что только твой опыт общения с гарпийцами и решение лейтенанта Майкович, позволяют нам продолжать иметь с тобой дело.

– Это справедливо, – ответил Виктор.

– Расскажи нам о них, – вмешалась Вероника, в ее взгляде горело любопытство. – Какие гарпийцы на самом деле?

– Совсем не такие, как их показывают в пособиях колонистов, – ответил Виктор, проходя вглубь казармы.

– Они просто очередные куски мяса, – проговорил Рон, – я видел их в прицел своего оружия. Пули убивают их.

– Не всех, – перебил его Макс Броневой, – у некоторых я видел такие наросты, которые с трудом пробивал даже средний калибр.

– А в рукопашном бою они довольно серьезные противники, – добавила Вероника, – но меня интересует не их военные навыки. Я хочу знать, какие они существа. Могут ли быть мирными?

– До нашего прихода они всегда были мирными, – ответил Виктор.

– Чушь, – тут же вмешался Роберт Рон, – они агрессивны и воинственны. Если бы не мы, то когда-нибудь гарпийцы напали бы на Землю.

– Это не так, – ответил Виктор, – до нашего появления они ни с кем не враждовали. Вели спокойный образ жизни и были в ладу со всеми формами жизни на своей планете. Война, для них стала неизвестным явлением.

– Значит, это мы сделали их такими? – спросила Вероника.

– Глупости, – прорычал Рон, – рано или поздно, они бы заселили свою планету и начали делить территории. Это неизбежно.

– Возможно, Рон прав, – продолжил Виктор, – но до того момента, как наши колонисты приземлились на Гарпию, причин враждовать у них не было.

– Мы ускорили процесс их эволюции, – усмехнулся Рон.

– Ты считаешь войну проявлением эволюции? – спросил Макс Броневой, полностью переключившись на дискуссию.

– Это неизбежность, к которой лучше быть готовым, – ответил здоровяк. – Наша цивилизация поняла это довольно быстро, поэтому человечество прогрессировало в воинов, способных покорить всю вселенную. В то время как мирные формы жизни, обречены оставить свои земли. Вспомните человечество пятьсот лет назад. Слабые страны и народы исчезали, поглощенные натиском сверхдержав.

На несколько секунд в казарме воцарилось молчание. Понимание правдивости слов Роберта Рона было у каждого. Земляне воинствующая раса, сумевшая объединиться между собой, лишь только когда вырвалась за пределы собственной солнечной системы. Лишь создав для себя общего врага, люди стали относиться друг к другу с пониманием несмотря на цвет кожи, происхождение и прочие разногласия, которые когда-то разжигали войны.

– Рон вновь прав, – продолжил Виктор, – мы стали толчком для гарпийцев в их эволюции. Но к сожалению, эти существа могли бы эволюционировать без нас в совершенно другом направлении. Они могли быть созидателями, но мы сделали их разрушителями.

– То же самое могло быть и с людьми, – произнесла Мэри Майкович и все, повернувшись в сторону двери. Женщина стояла в проеме, а за ней виднелись боты помощники, в виде мобильных погрузчиков, на каждом из которых размещалось по два вещевых ящика. Всего ботов было три.

– Что вы имеете в виду, лейтенант? – спросил Корон, вставая с койки. На сегодня с медитацией было покончено.

– Люди тоже могли бы стать мирной расой, – Майкович вошла в казарму, жестом, указывая ботам, где разгрузить вещевые ящики. – Но и для нас судьба припасла испытания, которые направили человечество в совершенно иное развитие. Мир для людей стал недоступной роскошью.

– И что же случилось? – спросила Вероника.

– В нас проснулись гордыня и алчность, – ответил Корон, подходя к своему вещевому ящику.

– В чем-то капитан Яров прав, – продолжила Майкович, – человек в какой-то момент почувствовал себя венцом творения. При этом каждый из индивидуумов решил что он лучше других.

– Осталось только это доказать остальным, – Рон с улыбкой, ударил ногой по своему ящику, и крышка с шипением открылась. Взгляд мужчины тут же сверкнул. Личные вещи солдата – это почти его родной дом. Только с ними воин вновь может почувствовать себя тем, кем он является на самом деле.

Словно забыв о дискуссии, каждый из солдат открыл свой вещевой ящик, улыбаясь знакомым вещам.

– А это ваши вещи, капитан, – Майкович кивнула взгляд в сторону шестого ящика.

Виктор с удивлением посмотрел на него. После суда, у него отобрали все имущество, и Яров уже даже не думал о том, что когда-нибудь вновь увидит свои вещи.

– Разве их не утилизировали?

– Только то, что было выдано вам звездным десантом. Личные, гражданские вещи, оставили до окончания срока. – Майкович обратилась ко всем присутствующим. – Сегодня отдых. Приводите свои тела в порядок. Завтра у нас день тренировок и планирование высадки на Альянс.

Мэри ушла из казармы и Виктор, проводив майора взглядом, опустился на корточки перед своим ящиком. Он провел по нему рукой, словно стирая пыль. Он совершенно точно знал, что именно лежит там, поэтому не стремился открывать. Прошлое, которое у него было еще до того момента, как он связал свою жизнь с звездным десантом, осталось в том времени о котором Виктор не вспоминал многие годы. Служба в армии заставила вспоминать гражданскую жизнь так редко, что со временем он попросту позабыл о ней.

– Отвези его в мою каюту, – сказал он боту и тот, журча электрическим мотором, поспешил из казармы.

– Не хочешь открыть свой ящик даже после семнадцати лет тюрьмы? – удивился Игорь Вернов. Сам он уже вертел в руках снайперскую винтовку, которую собрал за считанные секунды. На прикладе с обеих сторон красовались стикеры, изображавшие черепа.

– Это не то прошлое, в которое я хотел бы вернуться, – ответил Виктор, выходя из казармы следом за ботом.

Взглядом его проводила только Вероника, но затем, она опустила руки в вещевой ящик и вынула от туда катану, которой тут же прорезала воздух, расплываясь в довольной улыбке.

## Глава 8

Прошлое – это не всегда то время, в которое хочется вернуться. Иногда лучше ему остаться в самых глубинных уголках памяти. Ведь именно там, оно может храниться на протяжении всей жизни, лишь иногда пытаясь прорваться наружу. Такие моменты всегда неожиданны. Воспоминания словно разрушают реальность, когда, врываясь в обыденность, заставляют вернуться в те дни, о которых лучше всего забыть. И не всегда эти дни несут в себе темные воспоминания. Бывает, когда разум и душа страдают от светлых образов. Но потеря этих дней, становится невыносимой.

Виктор смотрел на вещевой ящик, сидя на койке. Бороться с самим собой уже не было никакого желания. Все уснувшее где-то глубоко в памяти, проснулось. Он спрятал воспоминания в тот день, когда вступил в ряды звездного десанта и не вспоминал до последнего дня службы. Не вспомнил и когда его помещали в криогенную тюрьму. Не вспомнил, даже когда проснулся на Штурме. А вот теперь, прошлое стояло прямо перед ним.

Он надавил на блокирующий замок элемент и ящик с шипением открылся. На самом дне лежал только один предмет. Это был конверт с проступающим бугорком.

Вот и вся твоя жизнь капитан Яров, подумал Виктор, поднимая конверт со дна.

Было в этом что-то издевательское, – разместить конверт в ящике, в котором мог поместиться человек среднего роста. Но устав предписывал хранить личные вещи именно в таких боксах.

– Увези его, – пробормотал Виктор, держа конверт в правой руке. Бот послушно вывез вещевой ящик за пределы каюты и когда дверь закрылась, Виктор, вытряхнул содержимое конверта на покрывало.

Кулон на серебряной цепочке блеснул тусклыми бликами в свете неонового освещения. Он сохранился в идеальном состоянии, оставаясь таким же, как и в тот день, когда Виктор купил его в магазине ювелирных изделий. На Земле, люди до сих пор отдавали предпочтение драгоценным металлам в качестве украшений. Хотя с каждым годом серебро становилось дороже.

Кулон изображал ключ, выполненный в стилистике фэнтези. Он был украшен невероятными узорами и россыпью крошечных драгоценных камней. В современном мире, где на каждой двери стоял электронный замок, подобные ключи стали предметом из прошлого. Постепенно в руках художников они теряли свой первоначальный облик, трансформируясь в элегантную вещь лишь отдаленно напоминающий бытовой предмет.

Элизе нравились такие вещи и поэтому Виктор купил серебряную подвеску. Он был уверен, подарок придется по душе и когда она впервые увидела украшение, в ее глазах сверкнули искорки восторга.

Виктор лег на койку, разглядывая подвеску. За многие годы он уже почти забыл, как она выглядит. Но теперь вновь мог рассмотреть вещицу. Приятная для взгляда, она всегда восхитительно смотрелась на изящной, тонкой шее Элизы. Хотя женщина надевала подвески очень редко, Виктор знал, этот подарок пришелся ей по душе. Именно поэтому, когда он вернулся в пустой дом, из всех вещей, оставленных Элизой, был только этот предмет.

Закрыв глаза, Виктор сжал ключ в кулаке. Воспоминания новой волной прорезали его голову, вспыхивая яркими образами. И Виктор уже не мог сопротивляться им. Иногда, нужно полностью отдать себя тому, что так беспокоит и многие годы стучится в дверь. Это будет единственный способ облегчить свое дальнейшее существование, без угрызения совести и без постоянной мысли о том, что все еще можно было исправить.

– Воспоминания, загрузка в сон, – сказал он, сжимая кулон изо всех сил.

Уже через несколько минут, его мозг погрузился в дремоту, в которой стали появляться первые образы, все глубже увлекая его в воспоминания. Это было время колонистов. Тогда простые гражданские получили возможность вступить в ряды покорителей космоса и программы по заселению планет, работали в полную силу.

Элиза запрыгнула в пастель, сжимая планшет в руках. Ее глаза горели ярким огнем. Девушка перед сном была слишком возбужденной от полученной новости.

– Смотри, – проговорила она, выводя проекцию перед монитором. В полумраке комнаты зависшая в пространстве планета смотрелась очень реалистично. Она не была похожа на Землю, хотя на ее поверхности преобладали те же цвета. Синего было не так много, что свидетельствовало об отсутствии больших океанов. Было много пустынь, но и зеленых оазисов хватало. На самом верху возвышалась ледяная шапка, не слишком большая, чтобы повлиять на географию планеты в том случае, если все ее ледники растают. Хотя их таянье и создаст первый океан.

Виктор провел резким движением пальца по планете, и она закрутилась.

– Замечательная планета, – проговорил он сонным голосом, – даже не представляю, какую радость ее обнаружение вызвало у научного сообщества.

– И не только у них, – вставила Элиза, – эту планету, кстати, назвали Веренея, в честь имени дочери ученого открывшего ее. Так вот, эту планету одобрили для колонизации!

Виктор, сонно смотрел на Веренею, затем на Элизу. Несколько секунд он не мог связать все сброшенные на него факты в воедино, но затем, его брови нахмурились.

– Нет, даже не думай, – проговорил он серьезным тоном.

– Но почему? – Элиза не могла оторвать взгляд от планеты, – посмотри как она прекрасная.

– Мы уже это обсуждали. Колонизация планет, я думал ты несерьезно!

Элиза посмотрела на Виктора, и в этот момент он увидел в ее взгляде не просто прихоть, которая часто возобладала в характере женщины. Теперь это была решимость и уверенность. Такой взгляд не понравился Виктору, ведь в нем говорилось о том, что Элиза уже приняла решение.

– Ты же знаешь, это моя мечта, – спокойным тоном проговорила она. – Я люблю Землю, но здесь мне довелось побывать практически во всех уголках. После того как люди убрали границы, сделав нашу планету доступной, туризм, позволяет за считаные недели побывать на каждом континенте. Я очень хочу побывать там, где еще не ступала нога человека и такую возможность мне может дать только космос.

Виктор вновь перевел взгляд на Веренею. Если в действительности, корпорации объявили набор желающих стать первыми поселенцами на этой планете, то уже за считаные дни, наберутся тысячи желающих. Затем среди них будет проходить серьезный отбор. Специалисты выберут лучших представителей человеческой расы. В первую очередь они будут смотреть на генофонд, который должен быть безукоризненным. У будущих колонистов не должно быть никаких хронических заболеваний и умственных отклонений. В роду должны отсутствовать преступники, представители, замешанные в восстаниях и терроризме. К тому же большая часть предков должны быть успешными людьми вне зависимости от рода их деятельности.

И Элиза, подходила под все из перечисленных характеристик.

Ее семья довольно богатая. Отец и оба брата владеют целой сетью предприятий и магазинов, передающихся из поколения в поколение уже на протяжении ста сорока лет. Про таких, как они говорят – чистая кровь. А Виктор родом из трущоб. Его отец, отбывал срок за убийство, а мать отказалась от сына, когда тому исполнилось восемь лет. Что касалось предков, так о них Виктор ничего не знал. Именно поэтому мечта Элизы была для него тяжелым решением. Он с самого своего рождения обречен навсегда остаться на Земле. Единственный способ вырваться в открытый космос – разбогатеть, пробрести собственный шаттл и отправится на нем хотя на край вселенной. Но подобную мечту трудно осуществить механику. Даже такому хорошему, как Яров.

Он сел на край кровати. Сон прошел полностью. Адреналин ворвался в кровь, давая возможность закипающей злости проявить себя.

– Это не то, о чем мы мечтали, – возразил он, пытаясь сдерживать тон.

Ее руки скользнули по плечам Виктора. Девушка обвила мужчину своим телом, положив голову ему на плечо.

– А о чем мы с тобой мечтали?

– Быть вместе. Создать семью. Я думал, ты хочешь создать семью.

Он повернулся к Элизе, встретившись с ней взглядом. В ее глазах не было ни капли сострадания. Девушка смотрела на Виктора решительно, хотя и мягко. И в этот момент он осознал, что Элиза уже приняла решение.

– Я хочу быть счастливой, – сказала она, поднимаясь с кровати, – я мечтала об этом и теперь, когда наконец люди нашли ту самую планету, ничто не держит меня, отправиться туда.

– Ничто не держит? – возмутился он.

Но Элиза снисходительно посмотрела на Виктора, и в этот раз во взгляде было разочарование.

– Я узнавала насчет тебя. Даже мой отец пытался подключить свои связи. Но в первую волну колонизации ты не сможешь попасть. Но во вторую…

– Что во вторую? – перебил ее Виктор, вскакивая с кровати.

– Во вторую волну там будут послабления для желающих.

– Вторая волна только через десять лет! Десять мать их чертовых блядь лет!

Элиза отвернулась от Виктора, скрестив руки на груди. Он никогда не разговаривал с ней в таком тоне. За пять лет совместной жизни она не слышала от своего мужчины ни единого грубого слова. Но в этот раз Виктор словно сорвался. На какой-то момент он потерял контроль. Но уже не смог ничего с собой поделать.

Выйдя на улицу, Яров продолжал покрывать весь мир благим матом. В один момент в нем проснулась ненависть абсолютно ко всему. Он ненавидел ученых вечно ищущих новые миры, но при этом так и не изучившие до конца океан на собственной планете. Он ненавидел колонистов, которые стремятся убраться с Земли в поисках новых планет, после того как чуть не погубили экологию на Земле. Он ненавидел корпорации, спонсирующие полеты. Чертовы корпорации, которым постоянно мало денег и они ищут ресурсы за пределами Солнечной Системы. И, в конце концов, он ненавидел самого себя, поскольку не мог ничего изменить в своей жизни. Ему двадцать восемь лет и он обречен постареть и умереть в своем теле в то время как Элиза, благородя деньгам семьи, обретет себе тело клона, продлив собственную жизнь еще на пятьдесят лет.

Так, он слонялся по улице вечернего города более часа, пытаясь подобрать слова, с которыми вернется домой. Нужно было все обсудить с самого начала. Сесть за стол переговоров и постараться найти решение.

Остановившись возле огромной проекции рекламы, Виктор посмотрел на семиметрового солдата в военной форме. Взгляд человека на проекции смотрел вперед, куда-то вдаль и было в этом взгляде столько уверенности, что казалось он готов покорить вселенную.

ВСТУПАЯ В ЗВеЗДНЫЙ ДЕСАНТ – СТАНЬ ГЕРОЕМ ЗЕМЛИ

Огромные, объемные буквы проплыли перед десантником, и проекция отдала честь.

Может быть, купить Элизе цветов, перед тем как начать разговор?

Эта мысль показалась Виктору вполне подходящей. Элиза любит цветы. В доме, где она выросла, была целая оранжерея. Он быстрым шагом направился обратно, уже на полпути решив, что все исправит. Он обязательно сумеет убедить Элизу, отправится на Веренею во вторую волну. Тогда они смогут быть вместе, и это решение должно стать для них единственным выходом из сложившейся ситуации.

Зайдя по дороге в цветочный магазин, Виктор поспешил домой. Он вошел в квартиру, стараясь шуметь как можно тише. Элиза должно быть легла спать. Он разбудит ее приятным ароматом любимых цветов. А разговор, они отложат до завтра.

– Любимая? – произнес он, входя в спальную, но на кровати лежал только планшет, над монитором которого кружилась планета Веренея.

Положив цветы рядом, он посмотрел в сторону открытого стенного шкафа, половина полок пусты. Опустившись на край кровати, Виктор какое-то время сидел неподвижно, словно пытаясь осознать случившееся. А затем перевел взгляд на планшет. Изображение планеты слегка было искажено. Что-то лежавшее на экране частично мешало лучам. Виктор скользнул по гладкой поверхности кончиками пальцев, подцепив кулон в виде ключа.

Он никогда не думал, что можно расстаться с человеком вот так легко и быстро.

## Глава 9

Космос распростерся перед смотровым окном, своей непроницаемой чернотой. Космический корабль Штурм, плавно скользил сквозь лишенное жизни пространство, продолжая двигаться по заданному навигатором направлению. Автопилот справлялся с поставленной задачей и не было необходимости следить за навигацией. Но когда Виктор вошел в рубку управления, Мэри Майкович сидела в кресле штурмана, что-то рассматривая на дисплеях.

– Доброе утро, капитан, – произнесла женщина, не поворачивая головы. – Ваше тело восстановилось?

– Это не клон, – ответил Виктор, проходя к смотровому окну, – мне достаточно только выспаться.

Женщина скользнула по нему взглядом. Слова Виктора показались ей слегка надменными. Зачастую люди, которым еще не приходилось менять тело, вели себя высокомерно по отношению к клонированным телам. Но в большинстве случаев такое поведение вызвано завистью. В современном обществе все чаще практиковалась смена тел. Кто-то мог продлить себе жизнь благодаря финансовому состоянию в то время как другие вынуждены довольствоваться только картами памяти, в которых человеческое сознание находилось в глубоком сне. Это еще не является смертью, но и к жизни не имело никакого отношения. Бывали и те, кто желал умереть по-настоящему, в основном глубоко верующие люди, для них искусственное продление жизни, страшный грех.

– Нам осталось лететь тридцать часов, – продолжила Майкович, возвращаясь к своим дисплеям, – рекомендую потратить это время с пользой.

– Мне кажется, от меня польза будет, как от консультанта, когда мы высадимся на Альянс.

– Чем вы занимались до того, как ступить в ряды десантников, капитан? – спросила Майкович, не поднимая головы.

– Я механик промышленных и бытовых андроидов. Ремонтировал искусственных людей.

Он улыбнулся игре слов и Майкович одобрительно кивнула, оценив шутку.

– Для среднего класса, это вполне приемлемая работа. Есть возможность повышения квалификации. К сорока годам можно было бы достичь определенного уровня.

Виктор повернулся в сторону лейтенанта. Боковым зрением она увидела его жест и посмотрела на мужчину в ответ.

– Пытаетесь покопаться во мне? – спросил Виктор, без злобы в голосе.

– Мне просто любопытно, почему человек бросает все и уходит в десант. Это не похоже в вашем случае на предназначение. В основном все десантники это молодые люди, которые уже с подросткового возраста грезят оружием и возможностью стрелять из крупнокалиберных пулеметов. А вы пошли в армию, когда вам было уже под тридцать. Хотя вы, капитан и сумели совершить скачок с рядового до командира подразделения, но все же, это не то, ради чего вы были рождены.

– А разве человек может знать, для чего он рожден? – Виктор отвел взгляд в сторону и добавил, – или для кого.

После этих слов, Майкович могла понять, что уход в армию для Виктора лишь способ сбежать от самого себя. Стремление покинуть тот мир, который когда-то был родным, но в одночасье стал чужим, часто заставляет людей делать подобный шаг.

– От мира до войны нас разделяет не так уж и много, – сказала Майкович.

– Иногда этой линии нет вовсе, – добавил Виктор, более не желая обсуждать собственное прошлое, поэтому решил резко сменить тему. – А что насчет вас, лейтенант?

Женщина в ответ усмехнулась, поднявшись с кресла штурмана. Виктор скользнул взглядом по навигации. Ему показалось странным, почему Майкович так пристально изучает схему подлета к Альянсу. Навигация все сделает сама, ведь кроме посадочного терминала на гигантском корабле не было больше возможности проникнуть внутрь.

– Я карьеристка, – ответила Майкович, – и это единственное ради чего я живу. Армия, для меня жизнь. Видимо, я такой родилась.

Виктор перевел взгляд от навигации к женщине. Майкович, стояла в трех метрах от него, высокая с идеальной выправкой. На лице не единой лишней морщины. Даже форма сидела на ней идеально. Она смотрела на своего собеседника пронизывающим взглядом.

– А как же личная жизнь? – продолжил Виктор, хотя сам в голове, крутил мысль о навигации. Что-то не давало ему покоя. Войдя в рубку, он заметил, как на одном из мониторов сменилась картинка, словно Майкович, специально переключила изображение. Но в тот момент он не придал этому значения, поскольку не знал, что именно изучала лейтенант. Но теперь, его любопытство разжигалось с каждой секундой.

– Личной жизнью можно заниматься и после увольнения из рядов десанта. На данный момент, моя работа слишком много занимает свободного времени.

– В чем ваша специализация? – продолжал Виктор, проявляя нескрываемое любопытство.

– Как я вам уже сказала в момент нашего знакомства, моя задача курировать определенные категории операций проводимых вне зон боевых действий. Я выступаю не в качестве командира, а как контролирующий орган. Моя цель следить за правильностью проведения всех этапов.

– Да, я понимаю, – ответил задумчиво Виктор, – мне доводилась встречать людей вашей профессии. В первые месяцы, когда мы прилетели на Гарпию, о войне не шло и речи. Наша миссия была лишь исследовательской. Военные десантники исполняли по большей части роль защитников ученого персонала от потенциальной угрозы. И среди нас был человек по имени Артур Смирнов. Он был как и вы в военной форме, но при этом никогда и ни в кого не стрелял. Только наблюдал, исследовал, давал советы и передавал собранную информацию куда следует.

– Куратор звездного десанта, – проговорила Мэри, – это один из моих коллег, хотя я и не знакома с ним лично. Наша с ним задача давать оценку ситуации. Мы можем принимать решения только которые не повлияют на ход всей операции.

– Вот именно здесь у меня и появились некоторые вопросы, – Виктор, прошелся по рубке, заложив руки за спину. Он стал похож на преподавателя, расхаживающего по аудитории во время экзамена. Вопросы Майкович, необходимо было задавать очень аккуратно, ведь она не обязана отвечать ему и лейтенант в любой момент могла прекратить этот разговор. Но Майкович уже втянулась в беседу и разговор интересовал ее не меньше чем Виктора.

– Вопросы касающиеся работы консультанта? – в голосе Майкович прозвучала усмешка.

– Да. Но не всей.

– Вы хотите сказать, что ставите под сомнение работу человека, который был прислан в качестве куратора самим командованием?

– Конечно же, нет, – отмахнулся Виктор, хотя его жест выглядел театрально, – просто хочу кое-что прояснить для самого себя.

– Ну так проясните, – Майкович скрестила руки на груди, приняв защитную позу. Слова капитана ее сильно зацепили, и это было Виктору на руку.

– Этот человек, Артур Смирнов, должен был до появления на Гарпии ученых, определить степень безопасности местности на которой планировалось разместить комплекс. Для этого наш отряд отправился в глубину джунглей, чтобы найти самого развитого представителя местной расы. Того, кто стоит на самой верхушке эволюции. И мы нашли одного из них, привели его в лагерь. Это был гарпиец, высокий и крепкий, при этом доверчивый словно ребенок. Консультант, сразу же принялся делать попытки найти с аборигеном общей язык. Скажу по правде, получалось у него не очень хорошо и в итоге местному все это надоело и он решил уйти.

Виктор замолчал глядя в сторону Майкович. Женщина смотрела на него внимательно, вслушиваясь в каждое слово. А когда воцарилась пауза, она добавила, вкрадчиво и негромко:

– Но консультант Смирнов, не дал ему сделать этого.

– Именно так, – улыбнулся Виктор. – Тогда-то я и понял, что помимо всего прочего, кураторы звездного десанта, которых назначает военное командование, имеют куда больше полномочий, чем это может показаться на первый взгляд. Как я могу судить, конфликт с местными жителями Гарпии, начал разрастаться с того момента, как за дело взялись военные.

Несколько секунд Майкович изучающе смотрела на Виктора, но затем на ее лице скользнула легкая улыбка. В секунду напряжение на лице женщины растворилось. Она развела руки в сторону, как бы показывая этим, что ничего серьезного на самом-то деле не произошло.

– Это только ваши выводы, капитан, – сказала она, – куратор действовал в рамках своих полномочий. Он не мог отпустить гарпийца до конца не определив степень опасности, которая может исходить от местного населения. А то, что гарпиец проявил нетерпимость, это стало проявлением агрессии именно с его стороны.

Виктор подошел ближе к Майкович, посмотрев женщине в глаза. На него смотрели два озера темно-зеленых зрачков в сложных узорах которых он мог разглядеть собственно отражение. Но при этом, Мэри демонстрировала невероятную выдержку. Она была спокойной и рассудительной. Даже то напряжение, которое по мнению Виктора должно выбить ее из равновесия, теперь полностью отсутствовало.

– Вы сейчас говорите это абсолютно серьезно? – спросил он.

– У каждого из нас, есть свой алгоритм действий, предписанный командованием. Мы сотрудники мощной военной организации и должны доделывать свою работу до конца. Невзирая на возражения которые могут возникнуть у местных жителей.