Лили Фет
Хроники стражей. Часть первая

Амидала- это прекраснейшее королевство, величаво украшенное в центре своем изысканной столицей – Ареей. Королевство процветало, закрома всегда были полны, поля исправно приносили превосходный урожай, в горах добывали драгоценные камни и золотую руду. Но самое главное богатство заключалось в другом – треть королевства была заполнена розовыми полями, принадлежавшие исключительно королевской семье. Розы приносили самый большой доход Амидале. Из лепестков изготавливали самые изысканные духи, ароматные благовония – и варенье, что шло на стол королям. Сами розы продавались в сопредельные королевства и даже на Острова – с сотнями сортов роз Амидалы не могло соперничать ни одно королевство.

Эта внешняя сторона процветания была выставлена на достояние подданным. А вот о том, что творилось в подземельях королевского дворца, знали лишь немногие…

Не было в Амидале несогласных с политикой короля – потому что исчезали они в тайных подвалах, о которых не знала даже дворцовая стража. Подвалы находились на два уровня ниже официальной королевской тюрьмы, и простирались на несколько миль, выходя за пределы не только дворца, но и самой столицы.

В одной из этих темниц сидел подросток лет 15. Волосы его отливали серебром, глаза, казалось, вобрали цвет грозовых туч. Телосложение его было крепким, и, не смотря на заключение, мальчик никогда не прекращал тренировок, к которым его пристрастил первый и последний наставник по оружию. Вместо соломы его тюфяк был набит сухими лепестками роз. Он сжал руками горсть лепестков, выпавших из разошедшегося края тюфяка – они сухо рассыпались в пыль.

– Ненавижу розы ,– прошептал он. Розы его окружали с детства. Еще одна горсть просыпалась пылью. Узникам в Амидале доставалось просто королевское ложе из лепестков роз – солома была слишком дорогим удовольствием и вся полностью шла на прокорм овец, коз и коров.

Подросток вспомнил лицо мамы. Она умерла, когда ему было четыре. Случайно сорвалась с самой высокой башни. А мама всегда боялась высоты. Даже ее покои находились на первом этаже дворца. По своей воле она на башню ни за что бы не поднялась.

«Мой волчонок,» – любила называть она сына. И тайком от отца , перед сном, рассказывала ему легенды об оборотнях. Лишь в полнолуние она не приходила…

Самым любимым их местом была заброшенная часть дворцового парка – там стоял изумительно красивый, хотя немного мрачный, фонтан из чёрного камня. Там малыш заворожено наблюдал, как мама превращается в угольно чёрную красивую волчицу…

Но нашлись злые языки, кто-то подглядел встречи у фонтана и донёс королю. Король узнал о второй сущности своей жены. Спустя два дня ее не стало.

С самого рождения сын не вызывал у короля никаких отцовских чувств. Жену он обожал, а наследник был отдан на воспитание нянькам и гувернёрам. А после гибели жены король вообще перестал обращать на него внимание – маленького принца поселили в дальние северные покои, за ним присматривала пара слуг – муж с женой. Мужчина исполнял обязанности гувернёра, а женщина приносила еду. Следующие несколько лет юный принц ни разу не выходил из своих комнат. А король после гибели жены через несколько недель женился снова. Спустя год новая жена родила ему дочь, но сама скончалась при родах. Маленькую принцессу король обожал и всячески баловал.

Юный принц невидяще уставился на решётку, занимающую одну из четырёх стен. Он долго здесь сидел. Дни складывались в месяцы и года. О существовании принца и раньше мало кто догадывался, лишь прислуга , что наводила порядок в его комнатах, знала. Подданные Амидалы славили только принцессу.

В 12 лет принца перевели в тайные подвалы. Он с горечью усмехнулся, глядя на чёрточки, обозначающие дни , покрывающие стены. Спустя год он перестал отмечать свой срок, внезапно поняв, что никто его отсюда не выпустит.

Поэтому он лишь иногда спрашивал дату сегодняшнего дня у человека, приносившего ему еду.

В одной из сказок, что рассказывала мама, было про первое обращение оборотня. В день совершеннолетия волк обретал невиданные способности и силу, мог проходить сквозь стены, быть невидим. Целые сутки быть всесильным. Мальчик иногда целыми днями мечтал о том, что он сделает, когда проявится его сущность впервые. Мысли о мести его не посещали – душа волка требовала свободы. Быть королём его не привлекало, особенно здесь, в Амидале с ее порядками. Отец был тираном, только немногие подданные знали об этом.

Мальчик мечтал увидеть других оборотней, ведь только в стае можно почувствовать свою семью, которой у него никогда не было. Мама много раз показывала ему, что именно происходит, когда человек оборачивается в оборотня. Несмотря на то, что юный принц был еще мал, он запомнил все. Мама рассказывала, что в Кориоке, королевстве оборотней, первое обращение происходит под присмотром взрослых. Но если так случилось, что понимающих взрослых рядом не оказалось – главное не бояться, ведь волк – это часть тебя. И все получится. Мама словно знала, что не будет рядом с сыном в такой ответственный момент. И объясняла все снова и снова, убеждая, что и в одиночестве можно все сделать правильно. Присмотр нужен, потому что это действо непонятное и довольно болезненное. Да еще силы высвобождаются огромные и непонятные, с ними тоже нужно уметь справляться.

Утром принц в очередной раз спросил дату сегодняшнего дня. Наконец-то. Именно сегодня ночью ему исполнится 15 лет и он сможет впервые обернуться волком.. Принц закрыл глаза. Годы заточения подошли к концу. Мальчик до безумия хотел вырваться отсюда. Из темницы, из Амидалы. Уйти прочь, чтобы никогда не возвращаться.

Руку начало чуть заметно покалывать. Затем начала неметь нога. Вскоре мальчик перестал ощущать свое тело, словно оно растворилось в воздухе. Он открыл глаза и мгновенно оказался на ногах. Осмотрел себя – он стал полупрозрачным. Ночь совершеннолетия настала. Принц подошёл к прутьям решётки и провёл по ним рукой. Преграды не ощущалось. Он шагнул вперед ,и бесплотным призраком вышел за решётку. Принц не стал оглядываться – позади осталось только ненавистное ложе из лепестков роз. Теперь он шёл вперед, к своей свободе.

Охрана подземелья не замечала призрачную фигуру. Принц невесомо плыл мимо них бестелесным призраком. Он никогда ранее не был в этих коридорах, но откуда-то знал, как идти, где поворачивать, куда свернуть. Волчье чутье его не подвело. Длинные безлюдные подземелья вывели его на окраину поля, где выращивались королевские розы. Сердце колотилось в груди, грозя выпрыгнуть от возбуждения – он на свободе! Под открытым небом! Звезды и две луны покровительственно улыбались, глядя на нескладного подростка.

Тело выгнулось, принц упал на колени, чувствуя внутри зарождение чужого… Нет, не чужого, это его вторая часть созрела и рвётся наружу. Принц вздохнул спокойней, перестал контролировать превращение. Его тело справится, нужно только довериться инстинктам.

Белоснежно-серебристый молодой волк мчался во всю прыть по лесам соседнего королевства Селейи. Он наслаждался свободой, волей и безграничным миром, что отныне раскрывался перед ним. Волшебных сил хватало и он почти сутки бежал без отдыха. Лишь на окраине Селейи он решил отдохнуть. Обернулся в человека и пару часов просто лежал на мягкой зелёной траве, наслаждаясь предзакатными мягкими солнышками. За эти сутки с помощью волшебных сил он проделал путь, который пеший обычно проходит за 10 дней. Вот это да. Следующие два дня принц шёл на северо-запад, в обличье человека. Он любовался природой, впитывал тепло летних дней, питался ягодами и ранними грибами. О жизни в лесу он много знал благодаря прочитанным книгам – старый Тарл перетаскал ему из королевской библиотеки почти половину книг. Мама тоже много рассказывала о преградах на пути. Словно знала, что путь в Кориок ему предстоит проделать в одиночестве.

Принц радовался, что одежда не распылялась после трансформации. Он украл себе штаны и рубаху в деревне на границе Амидалы и Селейи. Обувь была не нужна особо, да и размера подходящего все равно не было. Иногда мальчик заходил в деревни. Денег у него не было, да и не покупать он приходил. Рассматривал людей, дома, товары на рынках. Познавал мир. Еще он втайне надеялся опознать другого оборотня. Более взрослый наверняка сможет его научить чему-нибудь особенному, что знают только оборотни. Но второй такой же как он все не находился.

Принц сорвал с куста пару жёлтых ягод барыськи, с удовольствием закинул их в рот, чувствуя как растекается сладко-кислая прохлада на языке, и вдруг замер – его обострённые чувства уловили, что впереди кто-то есть. Мягко ступая по опавшей листве, он неслышно подошёл к кустам дикой вишни, раздвинул и заглянул за них.

Его взору предстала небольшая полянка, освещённая лучами заходящих солнц. Посреди нее сидел эльф примерно его лет. Сидел неподвижно, лишь ветер развевал его снежно-белые длинные волосы. Хотя нет, у всех эльфов должны быть длинные волосы. А у этого они были коротко острижены неровными клоками, едва прикрывая острые кончики ушей. Да и вообще это был какой-то неправильный эльф – его одежда висела лохмотьями, и была грязна до ужаса. Ни один эльф из дома не выйдет в грязной одежде. А еще у него был такой вид, словно он вот-вот повесится на ближайшей берёзе. Бледный-бледный, почти до синевы, эльф сидел, не шелохнувшись, обняв себя за колени.

Принц вышел на поляну и негромко, чтобы не напугать, произнес:

– Эй, друг, что с тобой?

Эльф продолжал безучастно смотреть перед собой. Но через пару минут он словно очнулся, до его сознания дошли сказанные слова. Он медленно повернул голову – принц уселся невдалеке.

– Друг? – мертвенным голосом произнес он. Принц растерялся. Не мог же он сказать «брат» – эльфы не лучшим образом относились к оборотням, и это прозвучало бы как издёвка, или просто «парень» – эльфы такие надменные, что запросто могут обидеться на не вовремя сказанное слово и объявить войну. А слово «друг» подошло куда больше. Он осторожно кивнул:

– Друг.

Взгляд эльфа снова остекленел. Он уставился перед собой невидящим взором.

– У меня не может быть друзей.

Больше он ничего не ответил.

Близилась ночь. Делать нечего, Рель собрал хворост для костра. Потом сходил за водой к ручью и набрал полную фляжку, что взял еще во дворце. Собрал в листья лопуха несколько горстей спелой вишни и положил рядом с эльфом. Тот сидел, ни на что не реагируя. Затем Рель собрал немного елового лапника и приготовил две постели. Себе поменьше – он же волк, ему и так мягко. Эльфу побольше – он же всё-таки нежное создание.

Рель заснул, не дождавшись, когда эльф очнется от своей неподвижности. Нетронутая вишня так и осталась лежать на сочном зелёном лопухе.

Утро разбудило волка птичьими трелями. Эльф, как ни странно, все же лёг поспать, и теперь сладко посапывал, свернувшись в клубочек.

Рель пошёл к ручью и вдоволь наплескался в прохладной водичке. Когда вернулся, эльф уже проснулся и снова сидел, уставившись в одну точку.

Рель положил рядом с ним флягу с водой. По пути он насобирал грибов и сейчас, насадив их на прутики, принялся поджаривать на огне. Эльф несмело взял флягу и немного отпил.

– Там ручей недалеко, – указал направление Рель, – Можешь сходить умыться.

Эльф послушно поднялся и пошёл туда. Не было его так долго, даже приготовленные грибы успели остыть. Волк уже начал беспокоиться, когда эльф вернулся. Молча сел на свое место и принялся есть – Рель предусмотрительно положил прутики с грибами рядом с ним.

– Тебя как зовут?

Эльф долго молчал. Потом ответил:

– Риль.

– А я Рель! – удивлённо воскликнул волк, – Ты что, потерялся? Номилис далеко отсюда находится.

Эльф вздрогнул от упоминания королевства эльфов.

– Нет. Не потерялся, – раздельно произнес он, – А ты куда идёшь один?

– Я направляюсь домой, – твердо сказал принц. Амидала за все годы так и не стала домом. – К своим родственникам.

– Можно я с тобой? – едва слышно попросил эльф.

Рель задумался. Для начала он собирался побывать в деревне, где жила мама до замужества. Там осталась ее тетя, что воспитывала маму с детства. Надо бы спросить у нее кое-что. Потом, уже без задержек, он направится в Кориок, княжество оборотней. Идея взять туда эльфа не казалась самой здравой, если вспомнить об извечной вражде длинноухих и изменчивых. Тем более, если эльф сбежал из дома или потерялся, и его сейчас ищут. Эльфам не объяснить, что Рель не похищал Риля – когда это длинноухие слушали других. Старшие эльфы сразу поймут, что Рель оборотень и тогда быть беде.

– Можно, – и все же, не оставлять же его здесь в таком состоянии. Он все еще был смертельно-бледный, хотя после еды румянец слегка окрасил его щеки.

Рель наизусть помнил дорогу к Леске. Мама заставила его выучить – наверняка знала, что сыну-оборотню это пригодится. Дальше они пошли вместе. Рель опасался, что изнеженный эльф будет капризничать и сильно уставать в дороге, но ничуть не бывало – тот оказался сильнее, чем думал волк, и шёл наравне с ним. Граница Селейи в этой части королевства была лесистой и дремучей, даже домики охотников почти не попадались, а деревни так глубоко не встречались – Пустошь, вот и весь сказ. В древности много зла пришло оттуда, и теперь никто и близко не желал селиться здесь. Так что парни свободно и спокойно шли через лес, не опасаясь встретить кого-либо. Они друг от друга таили нежелание встретить людей.

Самым трудным для эльфа оказался переход через горы. Камни норовили выскользнуть из-под ног, тропки обрывались на краю отвесного обрыва. Его едва не накрыло камнепадом – Рель в последний момент успел его вытащить. За несколько недель пути волосы эльфика отросли настолько, что уже полностью прикрывали уши. Питались они кореньями и ягодами, благо была благодатная предосенняя пора. Иногда Рель приносил зайцев – эльфу он говорил, что вытаскивал их из капканов охотников. При эльфе он не оборачивался. Иногда с огородов и полей селян они утаскивали немного репы и картошки, потом запекали ее на костре.

Эльф почти не разговаривал. Он молча переносил все трудности, хотя было видно, что он привык к другой жизни…

На исходе второго месяца их совместного путешествия они наконец прибыли в Леску. Это была небольшая деревенька, хотя и не бедная – селян кормил лес да поля, возделанные в любви и заботе.

Сбор урожая закончился недавно. В деревнях началась пора свадеб. Подростки вошли в Леску как раз, когда праздновали свадьбу дочери старосты и сына кузнеца. На них никто не обращал внимания. Парни прошли по деревне, Рель взглядом искал дом, где жила мама. Вот он, весь в зарослях лечебных трав, лишь тропка к крылечку едва заметно вьётся. Домик травницы, которая нашла раненую маленькую девочку и выходила ее.

Рель несмело постучался в дверь. Вряд ли травница дома, ведь все остальные на празднике.

– Так ведь нет никого дома!– звонко сказала им старушка, сидевшая на лавочке у своего дома, что был ближе всех к жилищу травницы.

– А где мне найти травницу Малли?

– Малли? – всплеснула руками старушка, – Так ведь умерла она! Почитай , годков восемь уже. А вы кто такие будете? – подслеповато прищурилась она. Эльф машинально пригладил отросшие волосы, чтобы ровнее прикрывали уши.

– Мы – дальние родственники, – соврал Рель, – Родители послали нас навестить старушку.

– Что ж они сами-то не поехали? – неодобрительно сказала старушка, – Детей послали.

– Вот что, раз вы родственники, значит вам и забирать ее имущество. Позади дома – дверь в подвал. Ключ от той двери под ближайшей кочкой. Что в том подвале лежит – все забирайте. Малли сама сказала отдать все добро тем, кто родственником назовётся.

Ребята неспешно подошли к дому с безразличным видом, словно все это – лишь дань уважения родителям, а им лишь бы поскорее отделаться. Но за домом Рель припустил бегом к подвальной двери. Он нашёл ключ и лихорадочно попытался вставить его в замочную скважину. Руки так тряслись, что не получалось. Эльф молча забрал у него ключ и отодвинул волка в сторону. Спокойно открыл дверь и посторонился, давая ему войти первым.

Волк шмыгнул в дверной проем. Подвальная темнота обдала холодом. Эльф пошарил по стенам в поисках факела. Нашёл. Зажёг. Волку, с его звериным зрение, темнота совершенно не мешала – он уже нашёл бумаги в сундучке. Эльф с факелом подошёл поближе. Рель читал записи матери. Она оставила ему письмо.

«Здравствуй, мой волчонок. Я выхожу замуж и уезжаю от Малли. Не знаю, вернусь ли сюда когда-нибудь. Если ты читаешь эти строки, значит меня рядом уже нет. Не знаю, дочке или сыну пишу эти строки, все равно люблю тебя, волчонок.

История моей жизни поместилась на одном листе. Когда я была маленькой, мы с родителями уехали из Кориока по отцовским делам в гости к одному важному дяденьке. Но до места мы не доехали – на наш кортеж напали. Отец отдал мне свои записи и велел бежать долго – долго и больше не искать их с мамой. Они были убиты, когда прикрывали моё бегство. Я убежала далеко, через горы. Здесь меня нашла Малли. Она вылечила меня от ран и взяла на воспитание. Ее не испугала моя вторая сущность.

Итак, тебе предстоит продолжить дело твоего деда. Оно заключалось в поиске самой почитаемой реликвии клана оборотней – Звезде Полнолуния. Во время войны, почти двести лет назад, реликвия была утеряна, когда захватчики ворвались в храм, где она хранилась. Достоверно известно, что Звезда была расколота на пять частей. Одну из них нашёл мой отец в ходе долгих и упорных поисков. Ей перевязано это письмо…»

Рель взглянул на треугольный длинный луч на цепочке, сжал в руке и продолжил читать.

«… Тебе предстоит найти еще четыре. Отец оставил примерные записи, где искать две части из этих четырёх.

Оборотни постепенно вымирают, потому что нет больше охранной магии клана. Наш род начал поиски Звезды – и я верю, что ты соберёшь все ее части. Звезду тебе следует отдать только князю, и никому более. Среди нас есть предатель, ведь никто больше не знал путь, по которому мы поедем, и зачем. Те, кто на нас напал, искали именно эти записи, я слышала их разговоры.

Помни, мой волчонок, я всегда с тобой. Амелия.»

Одинокая слеза скатилась по щеке. Мама знала, что не сможет быть с ним долго.

Кто-то вытер его слезинку. Рель поднял глаза. Эльф стоял рядом и гладил его по голове.

– Ты… читал? – Рель внезапно осознал, что эльф сейчас вполне может выбежать с криками переполошить всю деревню.

– Читал, – спокойно кивнул эльф, – Ты – оборотень.

– И… тебе не страшно? Что я тебя покусаю, например.

– Не покусал же за все это время, – равнодушно ответил эльф, – чего ж сейчас бояться.

– Да, ты прав, – Рель сгрёб все бумаги в одну кучу. Походил среди хлама, что обычно складывался на чердаке – старые стулья, комод, тряпье. Нашёл заплечный мешок и сунул записи туда. Цепочку надел на шею. Острый Луч приятно согревал кожу.

Они закрыли дверь в подвал, спрятали ключ, и тайком по зарослям пробрались в лес.

Спустя полдня они решились остановиться и передохнуть. Релю теперь казалось, что теперь, когда он узнал, что ему предназначено найти такую важную вещь, как Звезда, за ним будут охотиться те люди, что убили дедушку с бабушкой. Он с грустью подумал, что теперь у него и родственников не осталось. Мама никогда не говорила, есть ли у нее братья или сестры.

На ночь они остановились как обычно на лесной полянке рядом с ручьём. Там они и поплескались в теплой, нагретой за день, водичке.

Рель при свете костра разбирал записи деда. Тот подробно описал Звезду Полнолуния, даже зарисовал.

– Пять частей, – пробормотал Рель, поворачивая рисунок и так и этак.

– А в центре что? – внезапно спросил до этого молчавший эльф.

Рель присмотрелся к рисунку, потом взял в руку свой осколок Звезды. Острый кончик и каёмка с углублением и держателем для камня.

– Шестая часть, – прошептал он, – нужен еще и камень в центр, – он вздохнул, потом принялся читать дальше.

Дед докопался до истоков исчезнувшей Звезды. Вплоть до того, что даже имена похитителей узнал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.