Фредерик Ленуар
Чудо Спинозы
Философия, которая озаряет нашу жизнь

…Не осмеивать человеческих поступков, не огорчаться ими и не клясть их, а понимать [1].

Барух Спиноза

© Librairie Arthème Fayard, 2017

© Гличева А. А., перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2024 КоЛибри®

Предисловие

В жизни порой случаются интересные совпадения. Два человека из числа величайших гениев родились с разницей меньше месяца в каких-то 70 километрах друг от друга; оба жили очень скромно и умерли молодыми (в 43 и 44 года), оставив наследникам лишь долги. И только спустя два века после смерти оба гения были признаны, а их работы обрели мировую известность. Один из них был художником, другой – философом. Оба родились в Голландии [2] в 1632 году. Однако жизненные пути Яна Вермеера и Баруха Спинозы так никогда и не пересеклись. Между тем схожи не только их биографии – одно важное свойство удивительно роднит работы этих мастеров: освещение. Свет, наполняющий картины Вермеера, словно вторит ясности идей Спинозы; и художник, и философ под новым углом показывают нам мир и людей в нем.

Мое знакомство с работами Спинозы, которое состоялось довольно поздно, стало одним из важнейших в моей жизни. Как раз тогда я вдруг понял, за что так люблю картины Вермеера: гармония света на его полотнах по-настоящему умиротворяет меня. Точно так же, как и идеи Спинозы.

В начале 1980-х годов, когда я изучал философию в университете, работы Спинозы не входили в обязательную программу. О них только вскользь упоминалось в курсе политической философии. И лишь в 2012 году, работая над своей книгой «Счастье: философское путешествие» [3], я в полной мере открыл для себя идеи этого философа, еврея португальского происхождения, который жил в Голландии в XVII веке. Я очень благодарен моим друзьям, настоящим знатокам Спинозы, Рафаэлю Энтовену и Брюно Джулиани, за то, что они посоветовали мне прочесть «Этику»: я буквально влюбился в эту книгу. Поначалу меня привлекло совпадение многих моих взглядов с идеями автора, а затем «Этика» увлекла и направила мои мысли в новое русло и заняла мой ум новыми важными вопросами. Пусть я разделяю не все идеи Спинозы, он стал мне дорогим другом. Вот уже пять лет я почти каждый день обращаюсь к его трудам. Недолгая жизнь философа была полна невзгод, и все же он избрал радость основой своей философской системы. Спустя два года после знакомства с его работами мне пришлось самому пережить очень непростое жизненное испытание, и именно философия Спинозы вдохновила меня в это время написать книгу «Сила радости» [4].

Важнейшее произведение философа, «Этика», непросто для восприятия. Я перечитывал его несколько раз, но до сих пор некоторые места не до конца мне понятны. Несмотря на сложность этого текста, я не перестаю черпать из него все новые и новые озарения, которые обостряют мой ум и придают сил, порой меняют мой взгляд на мир и помогают жить лучше. Спиноза принадлежит к числу авторов, чьи идеи способны изменить жизнь. От Бергсона до Эйнштейна – не счесть великих мыслителей, признающих, что многим обязаны Спинозе. Мне хотелось бы привести здесь слова Гёте, который очень точно выражает, насколько идеи Спинозы способны прояснить умы и успокоить сердца читателей, обладающих самыми разными характерами. Вот что пишет автор «Фауста» в своих воспоминаниях:

«По счастью, я и с этой стороны уже был если не достаточно просвещен, то хоть как-то подготовлен тем, что воспринял сущность и образ мыслей удивительного человека, правда – воспринял не основательно, так сказать, на живую нитку, но его воздействие на себя уже успел почувствовать. Этот великий ум, так решительно на меня воздействовавший и оказавший такое влияние на весь строй моего мышления, был Спиноза. После того как я везде и всюду тщетно искал средство, которое помогло бы формированию моей неучтимой и прихотливой сути, я напал наконец на его «Этику». Что я вынес из трактата Спинозы и что, напротив, в него привнес, в этом я не сумел бы дать себе отчета. Как бы то ни было, он успокоил мои разбушевавшиеся страсти, и словно бы в свободной и необъятной перспективе передо мной открылся весь чувственный и весь нравственный мир. <…>

Впрочем, и здесь не надо упускать из виду, что наиболее пылкие и прочные отношения обычно устанавливаются между людьми, прямо друг другу противоположными. Все уравнивающее спокойствие Спинозы резко контрастировало с моей все будоражащей душевной смутой, его математическая метода была как бы зеркальным отражением моего образно-поэтического мышления, и его строго теоретическая метода истолкования, которая многими считалась недопустимой в применении к нравственным проблемам, как раз сделала меня его верным учеником и страстным почитателем. <…> Я предался этому чтению и, заглядывая себе в душу, убеждался, что никогда еще мир не представал передо мною в такой отчетливости» [1] [5].

Гёте подчеркивает поразительный контраст между сухим геометрическим характером «Этики» и силой умиротворяющего воздействия этого труда, что особенно удивительно в случае страстных натур, к которым относит себя писатель. Спиноза стремится продемонстрировать, что весь мир – единый механизм, объединенный глубин- ной гармонией. Определяя Бога как единую и единственную Субстанцию, из которой состоит все сущее, философ желает показать, что у всего – от космического порядка до разброда человеческих страстей – одна причина и что все объясняется всеобщими законами Природы. Любой хаос – лишь видимость; случайностей, как и чудес, не существует.

И все же есть одно чудо, поддающееся логичному объяснению, – это чудо Спинозы! Как этому человеку удалось менее чем за два десятилетия создать философскую систему столь же продуманную, сколь и революционную? Дело в том, что, как мы увидим, идеи Спинозы совершили настоящий переворот в сферах политики, религии, антропологии, психологии и морали. Приняв в качестве единственного критерия истины разум, Спиноза расположил тем самым свою доктрину вне времени и пространства, сделал ее актуальной для всех людей на все времена. Его послание имеет непреходящее значение – оно не ограничено ни местом, ни временем.

Как известно, рационалист Декарт настаивает на том, что мир дуалистичен, то есть разделен на две сферы: духовную и материальную. Как и Декарт, Спиноза придерживается рационализма, но, в отличие от Декарта, выходит далеко за рамки дуализма. С геометрической строгостью он буквально по винтикам разбирает существующие системы, чтобы построить глобальную философскую систему, которая не отделяет творение от творца, духовное от материального, но охватывает одновременно человека и природу, тело и дух, метафизику и этику.

Этот интеллектуальный переворот Спиноза совершил в XVII веке – в эпоху обскурантизма [6], нетерпимости и религиозного фанатизма. Не стремясь никому угодить – его работы осудят представители всех религий, – он предложил путь освобождения от традиционного консерватизма во всех областях. В XX веке в трудах Альберта Эйнштейна можно обнаружить влияние работ Спинозы. А предложенная философом концепция человека исключительно современна. Он примирил тело и дух, собрал воедино мозаику из чувств, мыслей и верований. Сегодня даже известный нейробиолог Антонио Дамасио видит в Спинозе предшественника своих исследований по теории эмоций. Не вдохновил ли этот философ в той же мере деятелей эпохи Просвещения, библейскую экзегетику [7], изучение религий, не начал ли он изучать филологию, социологию и этологию задолго до того, как некоторые из этих наук появились?

Спиноза, несомненно, гениален, и порой трудно не отставать от его стремительной мысли, но стоит постараться, ведь он предлагает мудрость, которая ничего не навязывает, но помогает каждому найти свой путь к радости.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Цит. по: Спиноза Б. Политический трактат / Пер. с лат. С. М. Роговина и Б. В. Чредина // Избранные произведения: В 2 т. СПб.: Наука, 1999. Т. 2. С. 250.

Вернуться

2

Официальное название государства в XVII в. – Республика Семи Соединенных Нижних Земель. По ее наиболее значимой провинции – Голландии – называлась также Голландской Республикой. И Вермеер, и Спиноза родились в провинции Голландия. – Здесь и далее, если не указано иное, примеч. перев.

Вернуться

3

Русское издание: Ленуар Ф. Счастье / Пер. с фр. О. Ивановой. М.: Рипол-классик, 2017.

Вернуться

4

Издания на русском языке: Ленуар Ф. Радость / Пер. с фр. М.: Рипол-классик, 2017; Ленуар Ф. Психология радости / Пер. с фр. М.: Рипол-Классик, 2021.

Вернуться

5

Цит. по: Гёте И. В. Из моей жизни. Поэзия и правда / Пер. с нем. Н. Манн // Собрание сочинений: В 10 т. М.: Художественная литература, 1976. Т. 3. С. 529, 530, 567.

Вернуться

6

Обскурантизм – враждебное отношение к просвещению и науке. – Примеч. ред.

Вернуться

7

Экзегетика – раздел богословия, в котором истолковываются библейские и другие религиозные тексты. – Примеч. ред.

Вернуться