Герман Зудерман
Мужчины навсегда

Hermann Sudermann

The Eternal Masculine/1910

Перевел с английского Виктор Вебер

* * *

Действующие лица:

КОРОЛЕВА.

МАРШАЛ.

ХУДОЖНИК.

КАМЕРДИНЕР.

МАРКИЗ В РОЗОВОМ.

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ.

СОННАЯ ФРЕЙЛИНА.

ГЛУХАЯ ФРЕЙЛИНА.

Ребенок, изображающий КУПИДОНА.

Еще несколько МАРКИЗОВ И ФРЕЙЛИН.

(Тронный зал в королевском замке. Слева стоит трон в барочном стиле. Справа, на заднем плане, ширма со столом и приставленными стульями. В центре сцены – мольберт).

Картина первая

(КОРОЛЕВА в ниспадающем складками королевском одеянии сидит на троне. ХУДОЖНИК рисует, стоя у мольберта с палитрой в руке. КУПИДОН, подвешенный за талию, раскачивается слева от КОРОЛЕВЫ, держа корону над ее головой. На заднем плане справа и слева придворные дамы и кавалеры. Среди них – ГЛУХАЯ ФРЕЙЛИНА, СОННАЯ ФРЕЙЛИНА, МАРКИЗ В РОЗОВОМ и МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ).

ПЕСНЯ ФРЕЙЛИН (под руководством МАРКИЗА В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ).

Зефир струится на рассвете
Из бархатных бутонов роз
Любую страсть на этом свете
Он утолит, укроет от угроз

А серебристая роса
Что помнит поцелуй луны,
Едва касается лица
Пришельца из чужой страны.

КОРОЛЕВА (зевая). Прелестные стихи, просто прелестные. Хоть как-то скрасили мне это тоскливое позирование. Впрочем, какие-то они слишком грустные. Но спасибо и на этом.

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ. Премного благодарен, ваше величество!

КОРОЛЕВА. Скажите, маркиз, вы поэт?

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ. Ах, ваше величество, нет, не имею счастья быть поэтом. Но в такой возвышенный момент, как сейчас, когда сам купидон держит корону над вашей головой, кто угодно заговорит стихами.

(КУПИДОН начинает плакать).

ПЕРВАЯ ФРЕЙЛИНА. Да что это с ним?

ВТОРАЯ ФРЕЙЛИНА. Ах, это милое дитя!

ПЕРВАЯ ФРЕЙЛИНА. Эй, не балуйся там! На вот, держи конфетку.

КУПИДОН. Отвяжите меня! У меня ножки замерзли.

КОРОЛЕВА. Что там с ним? Чушь какую-то несет.

МАРКИЗ В РОЗОВОМ. Простите его, ваше величество, неразумное дитя пока еще слишком мало, чтобы знать, что в вашем присутствии уместно говорить только о розах, лилиях и прочих поэтичных материях.

КОРОЛЕВА. И все-таки мне кажется, он мог бы вести себя и поприличнее.

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ. Впредь для подобных целей будем подбирать детей только лишь благородного происхождения.

КОРОЛЕВА. А вы, драгоценный художник, что скажете?

ХУДОЖНИК. А мне-то что говорить? Меня наняли чтобы рисовать, а не речи толкать. Но раз уж на то пошло, могу я попросить вас отпустить малого?

(КОРОЛЕВА, смеясь, подает знак. Две фрейлины освобождают ребенка).

МАРКИЗ В РОЗОВОМ. Что за речь, что за манеры!

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ. Типичный плебей!

МАРКИЗ В РОЗОВОМ. Что он о себе возомнил!

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ. И ведь все ему с рук сходит.

КОРОЛЕВА. Что вы, милейший, говорите, продолжайте! Мне так приятно, когда моя мысль резонирует с мыслью другого человека, это просто восхитительно. А то мои придворные изъясняются так, будто у них бред от высокой температуры.

МАРКИЗЫ. Неужели это правда, ваше величество?

КОРОЛЕВА. Это истинная правда, господа. Вот, слушайте, как говорят люди, которые посвятили себя высокому искусству, которые не гонятся за своей мелкой выгодой. А ваши слова так пусты, так холодны, что самая худая конфорка им фору даст.

МАРКИЗ В РОЗОВОМ. Боже, как беспощадно!

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ. Беспощадно в высшей степени!

КОРОЛЕВА. Именно так и обстоят дела, и вы сами не хотите ничего менять. Стоит ли удивляться, что в ваших словах я не вижу ни малейшей ценности. Тем дороже для меня любой голос, который спокойно, с благородным достоинством произносит: «Королева, вот я, преданный вам человек!»

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ. Но я тоже преданный вам человек!

МАРКИЗ В РОЗОВОМ. И я!

КОРОЛЕВА. Помилуйте, я не собиралась вас упрекать. Вы меня вполне устраиваете, ваше общество мне приятно. И все-таки мне интересно, а что об этом всем думает наш драгоценный живописец?

ХУДОЖНИК. Ваше величество, если возможно, повернитесь чуть-чуть правее.

КОРОЛЕВА (улыбается). И это все? Вас совершенно не интересует происходящее в этом зале?

ХУДОЖНИК. Вы меня простите, ваше величество, но световой день такой короткий, что отвлекаться некогда.

КОРОЛЕВА. Вот послушайте, послушайте его! Солнечный свет для него важнее любых слащавых стишков. И разве он не прав? Смотрите, сколько достоинства в его осанке и безмолвии.

ХУДОЖНИК. Ваше величество, покорно прошу простить меня, если я стал причиной какой-либо заминки. Я заговорил сейчас, поскольку решил, что вы призываете меня высказаться. Видите ли, лучи света – это лучи любви, и все искусство лишь ими и живет. Эти лучи позволяют нам выразить трепетание сердца и вспышки молний, бури страстей и деликатные игры эмоций – все грани нашей внутренней жизни. В этих семи кляксах (он указывает на палитру) для художника заключена вся необъятная вселенная, ответы на все вопросы. А вот когда нам приходится объяснять что-то на словах, вдохновение испаряется, и земля обетованная отдаляется от нас. Поэтому, ваше величество, я прошу вас оставить мне лишь то, что приличествует бедному художнику: молчать и творить.

КОРОЛЕВА. Вы вот называете себя бедным, но на самом деле вы богаты. В каком-то смысле вы стоите вровень с властителями этой земли. Но какой прок в воображаемом королевстве? Возможно, толика уверенности в себе могла бы помочь вам.

ХУДОЖНИК. Но каким образом, ваше величество?

КОРОЛЕВА. Подобно Гарпагону, вы охраняете тайники своей душы, чтобы ни одно сокровище не пропало. Но на самом деле никакого риска нет… Жан, подай-ка мне духи.

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ. Королева распаляет его творческую искру.

МАРКИЗ В РОЗОВОМ. Напротив, остужает.

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ. Остужает, чтобы распалить еще сильнее.

МАРКИЗ В РОЗОВОМ. Неужели он правда так ей интересен?

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ. Похоже на то.

КОРОЛЕВА. Жан, благодарю. Так что же… Никто так ничего и не знает о нашем маршале?

МАРКИЗ В РОЗОВОМ (мягко). Он все еще отсутствует?

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ. Даже интересно, зачем он нужен ее величеству?

КОРОЛЕВА. Я всерьез опасаюсь, что наш милый маршал обижен. Уже три дня пролетело с тех пор, как мы немного поговорили на торжественном приеме. Как по мне, это много.

ХУДОЖНИК (поворачиваясь к королеве). Маршал вернулся? Маршал уже здесь?

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ. С позволения вашего величества, скажу, что сегодня его видел один из придворных. Он упражнялся со шпагой под проливным ливнем.

ХУДОЖНИК (про себя). Маршал.

МАРКИЗ В РОЗОВОМ. (Вполголоса, ХУДОЖНИКУ). Похоже, сэр, прибытие маршала не так уж вас и радует?

КОРОЛЕВА. О, вы никак знакомы с ним?

ХУДОЖНИК. Ваше величество, никогда в жизни я его не видел.

КОРОЛЕВА. Так что же, познакомить вас?

ХУДОЖНИК. Не уверен, что стоит.

МАРКИЗ В РОЗОВОМ (тихо, МАРКИЗУ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ). Вот так трусишка себя и выдал.

ХУДОЖНИК. Видите ли, я столько раз слышал, как его имя произносили с с самым разными эмоциями, от энтузиазма до неприязни. Мудрено ли оробеть.

МАРКИЗ В РОЗОВОМ. Что я сказал? Парень дрожит от страха.

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ. Ха-ха, это очаровательно.

МАРКИЗ В РОЗОВОМ (про себя). Однако ничего не мешает нам извлечь пользу из этой ситуации. (Во всеуслышание). И все-таки я бы порекомендовал вам, уважаемый мастер, попридержать язык в присутствии этого господина. Он славится своим крутым нравом.

ХУДОЖНИК. И как, случалось вам угодить ему под горячую руку?

МАРКИЗ В РОЗОВОМ. Да что вы себе позволяете!

КОРОЛЕВА. Господа, а ну-ка перестаньте. Вы в приличном обществе, в конце концов. Лично мне нравится, как мастер парирует ваши выпады… Жан, дай-ка мне носовой платок.

МАРКИЗ В РОЗОВОМ. У меня есть все основания разгневаться!

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ. Вот именно, вам нанесено открытое оскорбление!

МАРКИЗ В РОЗОВОМ. Да! А мужчины страшны в гневе. Как вы думаете, сможет ли этот мазилка защитить себя?

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ. Нападайте сзади, а потом бейте прямо в морду.

КОРОЛЕВА. Ах спасибо, спасибо, Жан. А вы, дорогие мужчины, знаете что… Вот вы тут шепчетесь, бормочете, устраиваете свары, а мне все так же скучно. Пожалуй, отошлю-ка я вас всех на сегодня… Ступайте уже, передохните. С вами, милый мастер, мы еще поговорим по душам. Надеюсь, вы найдете общество моих фрейлин более приятным.

МАРКИЗ В РОЗОВОМ. Охотно верю. Одна из них спит прямо на ходу

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ. А вторая глуха, как пень.

КОРОЛЕВА. Ступайте! У вас будет время подумать над своим поведением. (Направляется к двери справа). Ах да, вот еще что. Когда увидите нашего доброго друга маршала, передайте ему от меня привет. (Выходит, за ним следуют фрейлины. Одна только СОННАЯ ФРЕЙЛИНА остается на месте).

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ. (Обращаясь к ГЛУХОЙ ФРЕЙЛИНЕ). Да что же вы? Разбудите ее! (Та приветливо кивает и также выходит). Ах, да, она же глухая!

МАРКИЗ В РОЗОВОМ. (Указывает на СОННУЮ ФРЕЙЛИНУ). Да дерните ее уже за рукав!

МАРКИЗ В БЛЕДНО-ГОЛУБОМ. Мадам, позвольте?

(СОННАЯ ФРЕЙЛИНА вскакивает с легким возгласом, делает низкий реверанс МАРКИЗУ, который отвечает ей поклоном, затем следует за другими фрейлинами).

Картина вторая

(ХУДОЖНИК рисует, не обращая ни на кого внимания. Сделав передышку, он достает из кармана булочку и надкусывает ее).

МАРКИЗ В РОЗОВОМ. Ага, так вот сейчас я его и прикончу!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.