Алексей Байкалов
Скиталец. Часть 1

Глава 1

Роден сидел на берегу и смотрел на поплавок. Сегодня рыба отказывалась идти к нему на обед. Как и вчера. Как и до этого. Бог-покровитель давно перестал ему благоволить. Видимо чем-то Роден провинился. Он не голодал. Еды всегда хватало, его деревня располагалась в плодородных землях. Хороший урожай, скотина не мрет. Но рыбалка была его страстью. Он даже выбрал себе в покровители Нув'Нсета, Бога-рыболова. Но вот уже месяц он не может никого поймать. Поплавок все так же неподвижен, как вековая скала. После двух часов ожидания, Роден решил, что пора сворачивать снасти и идти домой, ведь есть и другие дела по дому. Покормить скотину, поправить крыльцо. Роден уже собрался убирать удочку, как увидел движение на реке. Течение несло что-то. Нет, кого-то! Течение несло человека. Не задумываясь Роден прыгнул в реку и поплыл наперерез человеку. Подхватил за рубаху, и начал грести к берегу. Видимо Нув'Нсет решил помочь своему последователю, потому как путь к берегу был легче чем до безвольного тела. Роден вытянул парня на сушу. В первые мгновения Роден решил, что парень уже мертв и он опоздал, но тут парень начал выплевывать воду, и с хрипом втягивать воздух. Не задумываясь о своих вещах Роден подхватил умирающего закинул на плечо и быстрым шагом двинулся в деревню надеясь, что кто-нибудь едет с промысла домой и поможет поскорее добраться до деревни. Знахарка всегда поможет людям в беде, он был уверен.

***

Открыв глаза незнакомец не смог понять где он находится. Мысли панически забились в голове, он не мог вспомнить ни своего имени, ни того как он тут оказался. Не состоявшийся утопец попытался подскочить со своего ложа, но тело подвело его и он тут же упал на пол.

– Чего подскакиваешь, бестолковый? – прозвучал спокойный голос где-то сверху, – лежать тебе надо, совсем в тебе жизни не осталось. Еле вытащила, сама без сил осталась. Ты уж пожалей труд старухи, в себя приди, а потом уже подскакивай.

Крепкие руки подняли его с пола и с заботой уложили обратно, зрение подводило его, он не мог сфокусировать взгляд и разглядеть лицо целительницы.

– Спи, – сказала ему целительница и он провалился в сон, будто по волшебству.

Проснулся он от луча солнца светившего прямо в глаз. Зашевелился, пытаясь подняться, но ничего не вышло.

– Проснулся, – скорее утверждая, чем спрашивая прозвучал женский голос. Отодвигая занавеску к нему подошла женщина в самом расцвете женской красоты.

– Где я? – с хрипом, произнес больной. В горле саднило, словно ему насыпали туда железной стружки.

– У меня дома. – С лёгкой улыбкой ответила целительница.

– Хороший ответ, – с трудом ответил больной, – я не помню как здесь оказался.

– А что ты помнишь? – вопросом ответила знахарка. – Меня, кстати, Лада зовут.

– Я даже имени своего не знаю, не говоря уже обо всем остальном. – ответил он на вопрос и закашлялся. Лада подала ему воды и он осушил его до дна за пару глотков. Вода словно впиталась в язык, жажда не прошла. – Еще, – он протянул стакан целительнице. Та выполнила просьбу.

– Тяжела судьба твоя будет, – задумчиво протянула Лада, – Скитальцем станешь, чтобы найти себя. Скит будешь. Ну как? Нравится имя?

– Пусть будет Скит, – согласился с новым именем, больной. – Я сейчас на все согласен, лишь бы покормили меня. Я сейчас одеяло грызть начну с голоду.

Перед ним поставили миску с куриным бульоном. Лада помогла ему сесть и подложила под ослабленную спину подушку, чтобы он не завалился. Руки Скита были настолько слабы, что с трудом могли удержать ложку. И дрожали так, словно это была не простая деревянная ложка, а ведро до верху наполненное водой. После нескольких неудачных попыток поднести ложку ко рту, и пролив на себя бульон, Скит бросил эти тщетные попытки, взял миску двумя руками и начал хлебать бульон, разбрызгивая его. Иногда он прерывался, и вытирал бульон с подбородка кроем одеяла.

– У меня свинка в хлеве живёт, так вот она аккуратнее тебя ест, хотя я её не учила этикетку. – проворчала целительница Лада.

– Я словно не ел никогда. – попробовал оправдаться покрасневший Скит. – Благодарю, вкуснее я ничего не ел.

– Из твоих уст это не совсем похвала, но все равно приятно. – улыбнулась его спасительница, и забрала из его рук миску.

Так прошло ещё 4 дня, Скит понемногу шёл на поправку. За это время Лада учила передвигаться Скита как ребёнка, не отходила от него, обучала простейший вещам. Как держать ложку, как ставить ноги. Заштопала те лохмотья, в которых его выловил из реки Роден. Это была простая холщовая рубаха без застежек, и такого же цвета штаны. Рубаха запахивалась точно таким же простым синим поясом. В этот день Скит вышел на улицу. Вот тут оказалось не неожиданностью для Скита, он был не в глухой деревушке, как ему отчего-то казалось, он был в городе. Не в крупном, ведь дома были бревенчатые, но все же в городе. Выложенная мостовая, каменный дом главы города и храм какого-то божества.

– Чей это храм? – спросил Скит у Лады, во время их очередной прогулки.

– Это храм всех богов, в наших землях нет конкретного покровителя. Мы живём в Срединных землях, тут каждый человек выбирает себе бога, чьему пути он будет придерживаться всю жизнь. Есть земли посвящённые определённому богу, и все жители поклоняются именно ему. Но довольно не удобно искать храм своего покровителя, если он находится за десяток земель от тебя. Поэтому есть вот такие храмы, посвящённые сразу всем богам. Если хочешь привести нового бога, ты должен пристроить новую башню и молиться три дня без перерыва, чтобы твой покровитель посетил это место. Также раз в год в этот день, все кому исполнилось пятнадцать лет приходят сюда и выбирают себе бога. Тут сегодня будет и дочка Родена, твоего спасителя.

Храм всех богов выглядел словно разделён на две половины, каждая из которых имела свои комнаты-башни. Камень везде был разного возраста, видно что пристраивали позже, и каждый раз новый зодчий. Всё башенки были неуловимо отличимые друг от друга.

– Так значит ты ведёшь меня в храм? – спросил её Скит – Хочешь, чтобы я посмотрел как дети выбирают себе того, кто будет им всю жизнь указывать куда идти?

– Это праздник для нас, и святой день. Прояви уважение для людей, которые подарили тебе ещё один шанс на жизнь. – оскорбилась его спутница, – А также я думала, что и ты себе сможешь подобрать бога.

– Прости, ты же знаешь, мои знания сейчас как у ребёнка. – Скит испытал чувство стыда. – А кого ты выбрала себе в покровители?

– А кому по твоему будет молится старая целительница? —улыбнулась Лада.

Несмотря на то, что про себя она говорила как о старухе, выглядела она лучше многих молодых девушек встреченных ими сегодня в городе. Ещё лёжа на больничной кровати, Скит заметил, что многие мужчины приходили с надуманной болезнью, только чтобы попасть к ней на лечение.

– Конечно же покровительнице целителей и лекарей Богине Лахау. Она помогает лечить, дает сильный дар исцеления, но для этого ты должна всем сердцем сочувствовать больным, иначе только прыщ и сможешь исцелить. А также и молодость продлевает, но всем по разному. Поэтому это одна из самых популярных богинь среди девушек. – вновь улыбнулась Лада.

– А я обязательно должен был выбрать себе покровителя? Почему я не мог бы жить без него?

– Мог, – кивнула Лада, – но так ты остался бы обычным человеком, а не развиваясь ты умрёшь через короткий период жизни, и не получишь никакой особенности. А по твоему телосложению можно сказать, что в прошлом ты был воином. – на этих словах Скит скептически осмотрел себя, воином он точно не выглядел. Одни кости и торчащий хребет, организм высасывал все соки из тела, забирая силы на выздоровление. – Если мы будем считать, что ты был воином, то как бы ты воевал против людей, что управляют стихиями, обращаются в зверей, либо просто выходят за все возможности простого человека? Богов множество, и каждый даёт разные силы своим последователям.

– Но это же заемная сила, которую могут и отнять, если ты чем-то не устроишь своего бога. – не согласился Скит. – Не хочу я зависеть от настроения не известного мне существа. – Скиту претила сама мысль, что он будет зависим от другого существа, пусть и высшего. Он сам не понимал, откуда у него такая неприязнь к богам, но все его естество кричало, что он никогда не склонит головы ни перед одним богом.

За этими разговорами они подошли к храму, Скит опирался на костыль, тело все ещё болело, ходить было тяжело. Но он не собирался жаловаться, Лада и так его поставила на ноги за очень быстрый срок. Что же он такого натворил, что его чуть не убили? Скит понимал, что раз его выловили в реке, то он чудом убежал и спрыгнул в реку, ведь с таким количеством свежих ран от порезов его явно не утопить хотели.

При приближении к храму стала слышна музыка. Люди играли на разных инструментах, стучали о мостовую кто чем мог, древками копий, черенками лопат и вил. Люди отдавали честь богам тем орудием, которым зарабатывали на жизнь. Тем оружием, которое боги дали людям в руки. Каждый пел хвалу богам и просил принять новых последователей и хранить их так же как и всех до этого. Всё это выглядело словно каждый был один и все вместе, люди обращались к своим богам и ко всем сразу. Это выглядело так завораживающе, что Скит не мог отвести взгляда. Казалось, что все боги сейчас смотрят на этот обряд, словно они тоже подпевают вместе с людьми. И когда все резко остановилось общим громким ударом о мостовую, Скит испуганно вздрогнул, так неожиданно это произошло.

После из этой массы стали выделяться дети и идти в храм, они заходили и разбегались по башенкам-комнатам, где уже обращались к богу и просили взять его в свои последователи, дать дар и обещали соблюдать все заповеди. Добросовестно служить своему богу и не позорить его деяниями своими. И тут Скит не поверил своим глазам, над каждой башенкой появился лёгкий силуэт человека, нет не человека, это были боги. Они были похожи на людей, но чем-то отличались. У кого больше рук больше, кто был лишь на половину человеком, другая половина была звериная.

– Боги явились сюда? – спросил Скит у Лады.

– Нет, что ты – опять улыбнулась она, – сейчас обряды проходят во всех землях, даже боги не могут быть везде и сразу. Это их проекции, они обладают малой долей их силы, но достаточной для передачи дара. Гляди вон идёт дочь Родена. Она тоже хочет стать последовательницей Лахау.

Скит попытался найти глазами своего спасителя, но не смог. Он ведь так его и не увидел со своего пробуждения. Тут от толпы отделился крепкий, не высокий мужчина и пошёл в их сторону. Подойдя поближе он поклонился целительнице.

– Доброго дня, госпожа Лада. Пусть покровители благоволят вам. – поприветствовал он женщину.

– И тебе пусть покровители улыбаются, Роден. – улыбнулась в ответ она.

Когда Скит понял кто перед ним, то поклонился не смотря на боль и сказал:

– Приветствую тебя, Роден. Благодарю, тебя за свое спасение. Прости, не знал где ты живёшь, не мог зайти раньше.

– Ты бы и не нашёл меня, я ведь не местный. – радушно отмахнулся рыбак, – в деревеньке рядом с городом живу. Когда из реки тебя вытащил, то отнёс к нашей знахарке, но её сил хватило лишь на то, чтобы ты не испустил дух по дороге до госпожи Лады.

– Но все же. Благодарю тебя, за спасение, однажды я выплачу тебе этот долг. – вновь поклонившись пообещал Скит.

–Меня уже мой покровитель наградил за твоё спасение, – смущаясь от непривычного для себя обращения, продолжил отмахиваться Роден, – вытаскивал тебя я не ради награды, а чтобы жизнь человеческую спасти. Побегу, там дочурка моя уже выходит. Встретить её надобно, да порадоваться за неё. – Роден, вновь поклонился Ладе и направился к храму.

Скит понял, что за столь короткий разговор проникся уважением к этому простому и доброму человеку. У него возникло чувство, что в прошлой жизни ему не хватало общения с такими людьми. Вскоре обряд посвящения закончился и все стали расходиться по своим делам. Скит и Лада направились обратно. Несмотря на то, что Скит уже мог ходить без чужой помощи, хоть и с костылем, но сил у него было не так много, ещё немного и он не сможет переставлять ноги.

Глава 2

Так прошёл ещё месяц, Скит помогал по хозяйству, пытаясь как можно меньше доставлять проблем радушной хозяйке.

– Ты здоров, – однажды сказала целительница, – но голову тебе вылечить я не смогу, тут все зависит только от тебя. Искать себя тебе придётся самому. Вечером перед тем как тебя выловил Роден, в той стороне была Буря Безумия. В ней никто не выживает, она меняет саму суть мира там, где проходит. Скорее всего тебя зацепило её эхо, иначе бы ты и не выжил.

– Благодарю тебя, Лада, и однажды оплачу свой долг. – Скит поклонился своей спасительнице.

– Не спеши, я не договорила. Сейчас зайдёт один мой знакомый, он тоже путешествует и ищет себя в этом мире. Пойдёшь с ним, глядишь и поможете друг другу. Считай это платой за мою помощь тебе.

Скит вновь склонил голову показав свое согласие и в этот момент в дверь кто-то постучал. Дверь затряслась, словно кто кувалдой в неё колотил.

– Заходи, а то дверь мне вынесешь, а как потом старой женщине обратно её ставить? – в своей доброй ворчливой манере сказала целительница. Когда гость вошёл, то Скит сначала решил, что в дом заходит медведь. Гость был огромный, чтобы войти в дом ему пришлось наклоняться, так как он не проходил в дверь. За спиной на петле висел молот. Сам был одет в кожаную куртку, с железными вставками. Ворот куртки, подол и рукава были обшиты мехом. На шее гостя справа виднелся рисунок медвежьей лапы состоящей из линий словно нанесенных когтями.

– Здравствуй, госпожа Лада. Ты просила, чтобы я зашёл перед уходом из города. – басом проговорил гость.

– Привет, Бьёрн, – улыбнулась Лада, – ты хотел оплатить мне за помощь, так вот. Знакомься, это Скит и он составит тебе компанию в твоих скитаниях по миру.

– Как скажете, уважаемая Лада. – поклонился гигант. – Ну пойдём, малой, нам предстоит большой путь.

Скит вновь поклонился Ладе и не говоря больше ничего пошёл вслед за северянином. Вещей у Скита не было, а потому и долгие сборы были ни к чему. Все, что было у Скита, он носил на себе.

***

– Не скажешь куда путь держим? – задал вопрос Скит, после выхода из города, название которого он так и не узнал.

– Мы с тобой скитальцы, малой. А значит идём от города, до города и ищем свой путь в этой жизни. – философски ответил здоровяк.

– Меня Скит зовут, а не малой. – возмутился он своему прозвищу.

– Но ты же мелкий, как мне тебя называть? – продолжил издеваться здоровяк.

– А черт с тобой, – махнул рукой Скит, он действительно был ужасно худым, последствия ускоренного лечения. – Так скажешь куда путь лежит?

– А вот это уже от тебя зависит. Что ты хочешь найти в этом безумном мире?

– Себя. – коротко ответил Скит. – Я ничего о себе не помню.

– О как! – удивился здоровяк. – И что же произошло с тобой раз ты все позабыл?

– А у тебя, как я посмотрю, только мышцы и выросли, а мозг нет. Я же сказал, что ничего не помню, как я могу сказать, что со мной случилось? – грубо ответил Скит, но Бьёрн только рассмеялся на этот ответ. Так за разговорами и взаимными уколами они шли до самых сумерек.

– Вот тут и встанем лагерем на ночь, – сказал здоровяк, – Иди дров набери для огня, а я нам ужин соображу. Только не вздумай лес рубить, хозяин леса этого не любит.

– Я тебе его руками рубить буду, громила? Наберу хворост, не переживай. А за ужином расскажи мне немного о себе. – предложил Скит.

– Держи. – Бьёрн кинул спутнику нож с перевязью. – У тебя совсем оружия нет, пригодится.

– Умел бы я ещё с ним обращаться, – пробурчал Скит, довольно ловко перехватив перевязь. Подтянул застежку и повесил на пояс. Может для Бьёрна это и был нож, но для недавнего больного это был короткий меч.

Запах от кухни Бьёрна сводил с ума. Скит не мог дождаться пока здоровяк закончит готовить, поэтому решил прогуляться по лесу, осмотреться. И уже начал отходить от костра как услышал низкий рык.

– Стой на месте, малой. – тихо прошептал Бьёрн. – Не делай резких движений. – сам же медленно потянулся к своему молоту.

Из леса вышло нечто, безобразная тварь, слюна которой из падая из пасти заставляла траву шипеть и дымиться. Три пары глаз, расположенные вдоль головы, быстро дергались каждый в свою сторону. Сама тварь была похожа на пятнистого пса или волка, но высотой в пару метров. Лапы твари оканчивались длинными когтями-ятаганами, которыми тварь вспахивала землю при каждом шаге. Аура вокруг этого безумия словно меняла все живое вокруг неё. Трава начинали извиваться и чернеть, но не умирала. Она словно становилась иной, более хищной.

Скит стал медленно тянуться к своему короткому мечу, даже не представляя как они будут сражаться с этой тварью. Бьёрн держал молот двумя руками.

– Малой, отходи в сторону, я отвлеку тварь на себя. Ты выжидай время, у неё на голове должен быть сформирован кристалл бурого цвета, твоя задача запрыгнуть к ней на спину, когда я подрублю её ноги. Кристалл не разбивай, просто вырви, его можно неплохо продать, ты понял?

Не произнося ни слова, Скит просто кивнул и стал отходить в сторону. В свою очередь Бьёрн издал рык, похожий на медвежий. Глаза безумной твари перестали дёргаться и остановились на здоровяке. Она издала звук похожий на хрип и побежала к своей жертве. Скит никак не мог взяться за меч, как не брался ему было не удобно. Словно никогда в жизни не держал.

Взявшись за меч, Скит держал его как палку, хорошо что хоть не перепутал за какую сторону держать. В отличие от Скита, Бьёрн со своим молотом выглядел как единое целое. Молот был продолжением Бьёрна. Пока Скит пытался взять правильную стойку тварь добежала до Бьёрна и махнула лапой. Несмотря на свое телосложение здоровяк ловко ушёл от атаки и нанёс удар. Послышался стук, будто в дерево ударили, тварь закричала, но видимого урона не получила. Скит понемногу подбирался со спины и выжидал. Бьёрн же буквально танцевал в битве, уходил от ударов и наносил в ответ. Он старался бить в одно и тоже место и в итоге усиленные кости твари не выдержали и одна из лап выгнулась под неестественным углом. Тварь закричала и от неожиданности упала на землю. Скит не теряя не секунды запрыгнул на шею твари, и чтобы не потерять равновесие воткнул клинок в тварь, обхватил её ногами. На голове между ушей, в шерсти что-то поблескивало. Чтобы тварь не пришла в себя Бьёрн продолжал вколачивать в землю своим молотом вторую лапу твари.

С трудом вытянув клинок из шкуры, Скит начал тянуться к кристаллу, как услышал шипение за спиной. Обернулся и увидел поднявшийся хвост твари. Он имел рот полный зубов и шипел словно змея. Хвост дернулся к шее оседлавшего голову твари так быстро, что Скит только и успел подставить под зубы свое плечо, закричав от боли он пытался отбиться от хвоста клинком, но все было безуспешно. Почему ему так не удобно держать клинок, почему он держит его словно обычную палку? Глаза его затуманились, Бьёрн что-то кричал, но Скит не слышал. Он словно погрузился в себя. Всё просто, меч ему только мешает. Зачем нужен проводник силы, если он может наносить удар напрямую? Зачем надеяться на не надёжную сталь, если ты можешь быть сам как сталь? Придя в себя от резкого рывка твари, который отозвалась болью в плече, Скит просунул клинок в пасть хвоста и используя его как рычаг раскрыл пасть и выдернул плечо. Ухватив хвост возле пасти, больной рукой придавил его к спине, а здоровой приколол мечом к спине твари, вбивая клинок по самую рукоять. После развернулся и со всей силы кулаком нанёс удар по кристаллу. На нем появилась трещина, тварь ещё сильнее задергалась, а Скит начал наносить удар за ударом. Сила буквально струилась из кристалла, растекалась по рукам Скита, впитывалась в кожу наполняя его силой. Дернувшись в последний раз тварь затихла. С тяжёлым хрипом Скит упал на землю и пытался отдышаться.

– Что.... Это.... Была.... За..... Тварь? – еле дыша спросил Скит.

– Это Безумная тварь, в нашем случае Безумная гончая. Когда начинается Буря безумия, то она изменяет все вокруг себя. Изменению подвергаются даже первородные стихии. Бури появляются неожиданно и в любом месте. Если это было на окраине земли, то не так страшно. Животные становятся вот такими тварями, человек же попадая туда сходит с ума и в лучшем случае просто умирает, а про худший тебе лучше и не знать. Всё начинают что-то твердить про Безумного Бога и что он им что-то шепчет. А если Буря охватывает всю землю, то тогда остается только молиться богам. От земли остается выжженная пустыня, и на ней нет ничего пригодного для жизни, только твари охотящиеся друг на друга. Вот только откуда ей тут взяться? Это Срединная земля, её тут не должно быть.

– Не слишком ли много безумия? – усмехнулся Скит. – Госпожа Лада говорила, что в том направлении откуда я приплыл, как раз была одна такая.

– Мы живём в Безумном мире, ты скоро это поймёшь. И только Боги удерживают его от окончательного распада. – ответил здоровяк.

– Не слишком ли сильно вы полагаетесь на богов? – но этот вопрос Скита так и остался без ответа.

– Не шевелись, я подлечу твоё плечо. – Казалось, что Бьёрн вообще не устал, он даже дыхание не сбил. – не слабо она тебе плечо порвала, кровью все тут залил.

Подойдя и присев рядом здоровяк приложил руки к ране на плече. Татуировка на шее засветилась тёплым зелёным светом и этот свет перешёл на руки Бьёрна. Почувствовав тепло Скит расслабился, через пару минут все прекратилось, а на плече раненого остался лишь шрам.

– Не ожидал, ты скорее на людоеда похож, чем на целителя. – уколол напарника Скит и тут же отпрыгнул, настолько резко переменилось лицо Бьёрна. От него так и веяло угрозой.

– Прости, – пробурчал здоровяк, – забыл, что ты ничего не знаешь. – После молча побрел к костру и уставился в пламя.

– Прости, по глупости сказал, не хотел тебя оскорбить. Понимаешь же, я совсем ничего не знаю о мире вокруг. – чувствуя вину, Скит подошёл к напарнику. Сел рядом подбирая слова.

– Знаю я, ты сейчас словно ребёнок, – отмахнулся Бьёрн, – ты скорее потревожил старую рану. Понимаешь, я уже не первый год хожу по чужим землям, не имея возможности вернуться в родной край.

– Нам с тобой ещё долго вместе бродить, объяснишь в чем проблема? – Скит понимал, что лезет в душу, но им предстоит долгий путь вместе, и следует получше узнать друг друга.

– Это сложно. Видишь ли, на нашей земле, поклоняются всего одному богу, не как здесь. Стоит всего один храм и всего одна статуя бога. Бога-медведя. И силу мы используем только от него. Все мужчины становятся воинами, сначала мы получаем большую физическую силу, больше чем у обычных людей. Кто использует огромный молот, кто секиру. Когда ты доказываешь богу, что ты достоин, что ты воин чести, то он даёт нам новый дар. Мы можем оборачиваться медведем. Все воины моей земли свирепые защитники. Но он одаривает не только так. Женщины становятся лекарями. Сначала слабые раны, но повышая навык становятся сильнее. А так же долгая молодость. Теперь тебе ясно? Отец назвал меня Бьёрн считая, что я стану самым великим воином нашей земли. Но бог решил пошутить и одарил меня силой и женским даром. Но с большим ограничением. Я не развиваюсь. Понимаешь? Сначала все посчитали, что я смогу лечить прям на поле боя, не выходя из битвы. А как оказалось я все время остаюсь на уровне силы Послушника. И вот перспективный воин стал посмешищем даже у женщин. Не могу стать мужчиной, не могу стать лекарем. Старейшина посоветовал мне стать скитальцем, посещать разные земли и искать себя. Прошёл уже не один десяток лет, а я все так и топчусь на одном месте.

Теперь Скит понял его реакцию, и понял насколько сложно этому огромному воину приходится в этом мире. Когда в вашей жизни все разделено на мужское и женское, а ты получаешь ограниченную силу и не можешь воевать и защищать родных, свою землю. Ты можешь лечить, но только слабые раны, ты вновь не можешь помочь защитникам. И теперь ты только мешаешься и одним, и другим.

– Действительно сложно, – после недолгого молчания сказал Скит, – а почему ты говоришь "земли"? У вас нет королевств? На севере вы живёте вольными?

– Оооо, я не стану объяснять, – улыбнулся здоровяк, – хочу увидеть твоё лицо, когда придёт время.

Скиту это мало что объяснило, но он решил, что узнает об этом позже.

– Госпожа Лада решила, что мы сможем друг другу помочь. Так что не вижу смысла спорить. Давай..... – тут Скит не договорил и завалился на бок.

***

Ему было больно, дико больно, что-то пыталось его проглотить. Его крутило и бросало из стороны в сторону. Скит пытался кричать, но не мог издать ни звука. Шепот, он шёл со всех сторон, не разборчивый и не понятный. "..... слаб....". Единственное слово, которое он смог разобрать. Его подняло над землёй, а после он провалился сквозь неё, Скит не мог понять падал он или нет, в кромешном ничто было сложно разобрать где верх, а где низ. Вдруг все резко остановилось, и Скит упал в воду.

– Аааааа! – закричал он очнувшись и поняв, что находится в озере, возле которого они разбили лагерь.

– Да не кричи ты, – пробасил здоровяк – ты не хотел приходить в себя, вот я и сбросил тебя в воду.

– Теперь я понимаю, почему ты плохой лекарь. – проворчал Скит.

– А зачем тратить силы, если есть действующий способ. – усмехнулся его мучитель.

– Что со мной было? – спросил Скит, понимая, что совесть пробудить у своего спутника не выйдет.

– А я зачем сказал тебе не бить клинком? Энергии кристалла нельзя касаться голыми руками, а теперь энергия из кристалла впиталась в тебя. Так что поздравляю, ты не умер после контакта с энергией кристалла, а значит у тебя пошло заражение безумием. Ты редкий счастливчик, который вскоре будет уничтожать земли одну за другой.

– Повезло мне, правда? – съязвил Скит. – А решение есть какое-нибудь?

– Конечно есть, – успокоил его Бьёрн – и даже не одно. Можно пойти в земли Светлого бога, его жрецы вроде как могут вытянуть из тебя эту гадость, тут сложность только в том чтобы дожить пока едем в главный храм.

– Не нравится мне это. – скривился Скит.

– И правильно, их Инквизиторы путешествуют по всем землям и выжигают любые пятна безумия, поэтому с ними будет сложно договориться. Они считают, что проблему лучше решать в зародыше, пока она легко решаема.

– А есть способ более безопасный и быстрый? – с надеждой спросил новоиспеченный бич земель.

– Конечно, – обрадовал того Бьёрн, – и сделать это могу я прямо сейчас.

– Так чего ты меня историями тут развлекаешь! – возмутился Скит, – Делай это!

– Хорошо, – сказал здоровяк, и взял свой огромный молот, – ложи голову на пень, и пока ты ещё беззащитен мы тебя избавим от неё, и не будет никаких проблем.

– Отличный способ, но проверять его мы не будем. – улыбнулся Скит, – Остаётся только этот способ, надеюсь тебе не важен маршрут твоего путешествия?

– Ну ты же не думал, что я оставлю такую угрозу решаться саму по себе. – заверил его Бьёрн. – Тем более путь не близкий, к вечеру мы доберёмся до города, там переночуем в таверне. А поутру двинемся в сторону святош.

Доев остатки каши, они двинулись дальше. Сейчас Скит словно начал видеть мир иначе. Каким-то не правильным, но не мог понять почему. Зато он понял одну вещь, он не хотел заемной силы, как божественной, так и от оружия. В последней схватке клинок ему словно специально мешал. Хотел выпасть из руки, цеплялся за все. Он будет сражаться своими руками.

– Мне нужно, чтобы ты тренировал меня. – вдруг нарушил молчание Скит.

– Чтобы ты смог отбиться потом? – опять начал издеваться Бьёрн, – Когда безумие поглотит тебя, и ты был слишком опасен для всех?

– Нам предстоит долгий путь, и дорога не безопасна, иначе ты бы не ходил с оружием, не так ли? Да, и мне не нужно оружие, ты будешь учить меня сражаться руками. – попытался объяснить свою позицию Скит.

– Не знаю как про рукопашный бой, но вот тело укреплять мы будем, так тебе будет легче сдерживать свое проклятие. – согласился здоровяк. – Так что готовься малой, скоро ты будешь плакать при слове "тренировка".

Глава 3

Как и сказал Бьёрн, к вечеру они подошли к городу. Гавань. Портовый город, живущий торговлей всем и вся. Города подобные этому не редкость, по сути все портовые города зарабатывали подобным. Торговцы прибывали сюда и сбывали товар городу, закупали продукты и воду, и если видели что-то необычное, то брали для перепродажи в других торговых городах. После караваны из города расходились по земле, и продавали уже эти самые товары более мелким городам по завышенной цене. Наёмники всех мастей стекались сюда для найма. Кто-то уходил с караваном в охрану, кто-то с кораблём, если мог доказать свою боеспособность. Этот мир был далеко не безопасным, это Скиту довелось понять ещё прошлой ночью.

Все желающие могли отсюда уплыть дальше, если договорятся с капитаном корабля, ведь все суда торговые. Также военные патрули чистили близлежащую территорию от пиратов, это прямая обязанность любого города, если он хочет зарабатывать на торговле. Как оказалось именно тут они сядут на корабль и двинуться в свое дальнейшее путешествие. Сейчас же спутники шли по направлению к таверне. По дороге Бьёрн рассказывал о городе:

– Городу покровительствует Тажир, Бог-покровитель торговцев и обманщиков. Вижу твой вопрос, но торгуя на одной правде много не заработаешь, поэтому все знают, что торговцы, так сказать, перехваливают свой товар, если не откровенно врут, а потому и торгуются за каждый медяк. Бог одобряет это. Зато он помогает строго контролировать сделки, чтобы обе стороны соблюдали свои договорённости. – Скит слушал, и запоминал каждое слово, знания о мире вокруг впитывалась в голову, словно вода в сухую губку.

– Ты уверено идёшь, – заметил Скит, – не первый раз тут?

– Как думаешь сколько я уже скитаюсь? – вопросом ответил здоровяк.

– Лет 20? – предположил Скит

– 90, – ответил Бьёрн – вижу ты удивлён, малой, но тут ничего странного, все кому покровительствует боги живут минимум до двухсот лет. Останавливая свое развитие ты в скором времени умираешь, но если же ты развиваешься, то можешь жить и того больше. Наш старейшина видел становление Бога-медведя, когда тот только пришёл в наши земли.

– Это сколько же ему лет? – удивился Скит

– Мне иногда кажется, что этот старик уже и сам не помнит, как и собственное имя. – засмеялся здоровяк. – А ответ на твой вопрос, я тут второй раз. Я сюда пришёл ради госпожи Лады. Она очень сильный целитель, высокого уровня, думал, что возьмёт меня на обучение, но она только руками развела. Говорит, что я сам должен найти путь. Ну, а благодаря тебе, я хоть знаю куда идти дальше, так что отсыпайся, а с завтрашнего дня ты пожалеешь, что не согласился остаться без головы, – злобно пообещал Бьёрн, и рассмеялся.

– О каком пути вы все говорите? – задал новый вопрос Скит.

– Путь твоего выбора, путь твоего развития. Понимай как хочешь. Человек находит что-то важное для себя. Например, решает стать лучшим в мире мечником или танцором, или поваром. А дальше он идёт к этой цели, и как только он перестаёт добиваться её, то человек прекращает развитие. Путь может быть любым, и порой совершенно никому не понятным, главное чтобы его видел ты. Это одновременно и действительное направление, и нечто метафоричное. Когда найдёшь свой путь, то поймёшь о чем я. Но могу сказать точно, все скитальцы так и не нашли свой путь. Оттого нас так и прозвали. Мы метаемся с одной тропы жизни на другую, так и не найдя цели в этой жизни. Самый сложный путь из всех выбранных. – пояснил Бьёрн.

Трактир Скит заметил из далека. Шум и пьяные выкрики песен не давали и шанса пройти мимо. Бьёрн слегка задержался, и дал спутнику пройти вперёд. Не успел Скит сделать и шага за порог, как ему в голову прилетела глиняная кружка. Когда он поднялся то понять, кто это сделал было уже не возможно.

– Хм, а ты уверен, что тебе необходимо укреплять тело? А то на лбу даже шишки не осталось, – начал издеваться здоровяк, переступая через упавшего, и даже не пытаясь помочь тому встать.

– Михей! – Раздался крик подобный медвежьему рыку. – Ты мне оплатишь эту кружку по двойной цене, понял?

– Прости, Курт, конечно оплачу. – ответил хозяину сжавшийся мужик. Хотя он и был не малого размера, но было видно, что хозяина здесь злить боятся.

Бьёрн подошел к барной стойке, за которой стоял огромный человек. Даже Бьёрн, казавшийся Скиту великаном доставал тому лишь до груди.

– О, привет, малыш Бьёрн! – приветливо пробасил Курт. – Давно тебя не видел, какими путями к нам?

Услышав такое обращение Скит не стесняясь заржал, а Бьёрн лишь покраснел.

– Привет, дядька Курт, все также скитаюсь. Даже вот, спутника себе нового нашёл. – поспешил перевести с себя внимание хозяина таверны Бьёрн

– Как звать тебя, малой? – обратил внимание хозяин на нового скитальца в этом мире.

– Скит, приятно познакомится, – вложил свою ладонь в лапу Курта. Казалось в ему в руку мог поместиться если не весь, то половина Скита точно.

– Дебильное имя. – произнес Курт, но почему-то Скиту от этого не стало обидно.

– Какое дали. – пожал плечами Скит.

– Дядька Курт, нам переночевать бы, да пива попить, а утром мы дальше пойдём. – обозначил цель прибытия Бьёрн.

Перед ними поставили две огромных кружки пива. Скит осторожно отхлебнул, и прищурился от удовольствия. Если он и пил пиво раньше, то точно такого вкусного никогда, в этом он был уверен. Скит смотрел по сторонам, и приглядываться к людям находившийся в таверне. Вот сидят стражники, судя по одинаковой форме, и гербом города на груди. Треугольник в котором изображён корабль, а под ним облака. В том углу местные работяги, рядом какие-то наёмники, возможно из охраны этих самых кораблей. А вот дальний угол самый интересный. Там сидел лысый монах, рядом у стены стоял посох. Оранжевые штаны и рубаха, с белой накидкой через правое плечо. С ним за столом сидел парень, можно было решить, что он болен, настолько бледен и худощав он был. Но вот проходящим мимо официанткам он явно нравился. Рядом с ним старались задержаться, невзначай задеть его бедром или встретиться взглядом. Но они его явно не интересовали, он разговаривал с монахом, хотя последний изо всех сил старался игнорировать собеседника.

Скит хотел было задать вопрос Бьёрну об этой странной парочке, как ему помешали. В таверну, открыв дверь с ноги, вошла громкая компания из шести человек. От группы нарушителей спокойствия отделился бугай. Предводитель компании, судя по его наглому выражению лица и повелительным выкрикам, осмотрел таверну и направился прямиком к странной парочке.

– Освободите место уважаемым, и уставшим наемникам славного Мурта. – без приветствия сказал он.

Монах с тем же спокойным выражением лица, что и пять минут назад, приложился к кружке. Тощий парень встал, и посмотрел в глаза предводителя. За счёт своего высокого роста, он стал казаться ещё более тощим, чем до этого.

– А кто этот "уважаемый" Мурт? – с вызовом спросил он.

– Это я, а если ты ещё раз обратиться ко мне, не показывая уважения, сопляк, то я отделаю тебя так, что ты будешь бояться даже вспоминать нашу встречу. – начал угрожать наёмник.

– Ну так, со всем уважением, иди жрать в свинарню, ведь с твоим рылом ты там за своего сойдешь. – продолжил бесить наемника парень.

Скит удивился, что стражники даже не попробовали успокоить назревающий конфликт, и благополучный исход для тощего парня Скит не видел. В это время в таверне раздался смех, над бугаем стали ржать все. Тому это явно не понравилось. Он побагровел, достал нож и сказал:

– Последний раз повторяю, доходяга. Бери свою кружку, своего лысого дружка, и проваливай с этого стола!

– Просто убей его, и не мешай мне пить вино, дуболом. – с умиротворенным лицом произнёс монах.

Предводитель взревел и резким взмахом всадил нож в грудь бледному парню. Скит вскочил, но Курт удержал его своей огромной ладонью:

– Не дергайся, малой. Ему не нужна твоя помощь.

В это время бугай достал свой нож из груди жертвы и повернулся к монаху.

– А что выберешь ты, лысый? Пойдёшь вслед за другом или за другой столик? – спросил командир наёмников.

Монах все так же спокойно протягивал напиток из кружки, и даже не пытался переживать за друга.

– Опять не вышло. – с сожалением в голосе раздался звук с пола. – Вот сколько можно, я уже устал новые рубахи каждый раз покупать, мне портные даже скидки отказываются делать, потому что я их разоряю, видите ли. А мне думаете приятно, даже помереть не могу, как же я от вас устал.

Бугай в недоумении начал оборачивается, а с пола не переставая причитать поднялся только что убитый им парень. При этом в руках он держал ловко снятый с пояса кошель наемника.

– Держи, хозяин, думаю этим я смог оплатить сегодняшнюю выпивку. – и бледный парень бросил на стойку несколько монет из кошеля. Монах недовольно цыкнул. Видимо он надеялся на другой исход.

– А кровь опять мне с пола отмывать? – возмутился хозяин таверны. – Ты каждый вечер мне тут все заливаешь.

– А полы отмоет этот боров со своей компанией. – продолжил унижать оппонента неудавшийся мертвец.

– АРГХ! – закричал уже покрасневший бугай и кинулся на парня.

Его компания повторила действия командира, и тоже ломанулась в сторону паренька. Тут Скит не выдержал и бросил стул под ноги одному из наёмников. Тот споткнулся, и полетел в группу работяг пьющих пиво. Опрокинутый стол, и разлитый впустую алкоголь. Работяги не стали это терпеть и тоже кинулись в потасовку. Скит одним рывком оказался возле странной пары, монаха и не способного умереть парня. Монах все также сидел, словно ничего не происходило, и продолжал пить из кружки. Тощий уворачивался от ударов Мурта. А к Скиту уже подбежала первая жертва из наёмников. Уворот, уворот, пригнуться, и нанёсти резкий удар под коленную чашечку, и резкий выпад кулака в челюсть. В таверне уже не разобрать кто с кем дерётся, один только монах умудряется не проливая ни капли, лавируя между дерущихся и двигаясь в сторону барной стойки, где спокойно разговаривали Курт и Бьёрн.

К удивлению Скита, стражники просто поднялись и вышли за двери. Скит увернулся от брошенной в него кружки, но не успел уйти от удара ноги в живот. Отлетел в стену, но заметил что предводитель наёмников получил в голову кружкой, от которой ушёл сам Скит. Потерял из вида тощего парня, и получил от него стулом по голове, упал и затих. Монах все так же спокойно уворачиваясь от летающей по таверне мебели, с полной кружкой вина пошёл обратно за стол. Его собутыльник уже нашёл себе новую цель и бросился на наёмника с которым до этого бился Скит.

– Отойди от него, с ним я развлекаюсь, – крикнул ему Скит поднимаясь с пола. Наёмник криво улыбнулся, двинулся в его сторону и выбросил кулак в прямом ударе, Скит чтобы уйти от него бросился в ноги наёмнику, схватил ногу и потянул ее за собой. Наёмник потерял равновесие, ударился головой о стол, и ушёл в царство беспамятства. Пока Скит разбирался с одним бойцом "уважаемого" Мурта оказалось, что всю шайку уже уложили, а тощий уже заканчивал обшаривать их карманы. Монах так и сидел на своём месте со своим вином.

– Держи Курт, – недавний труп положил на стол горсть серебряных и золотых монет, – это за беспорядок, выпивку и беспокойство.

– Эх, Мор, если бы был способ, то я бы лично тебя уже убил. Мне бы это дешевле обошлось. И не смей больше вешаться в комнате, у моей служанки до сих пор истерика, и волосы поседели после прошлой твоей выходки.

– Да, я всего лишь пошутить хотел. Откуда мне было знать, что она такая пугливая. И вообще, она любила по сумкам у постояльцев полазить. – оправдывался Мор, хотя на лице не было ни капли сожаления.

Мор, как теперь знал Скит, начал подниматься на второй этаж о чем-то причитая. Жалуясь на то, что его никто не понимает, и отсутствие чувства юмора у конкретных особ.

Глава 4

Вокруг была темнота. Не та, что бывает при заходе светила, темнота была абсолютная. Скит брел в этой темноте, и не понимал идёт ли он вперёд, или ходит по кругу. Он не мог сказать сколько прошло времени, и когда это все изменится. Пространство вокруг стало изменяться, поверхность под ногами пришла в движение. Верх и низ поменялись местами. Теперь Скит падал. Он уже решил, что ему пришёл конец, но под ним образовалось болото. Скит упал в эту жижу, и болото стало поглощать его. Стараясь не дёргаться Скит медленно и плавно искал опору. Ему повезло, и рукой он ухватился за палку или ветку дерева, что тянулось вверх. Подтягивая себя вверх сквозь эту трясину Скит старался не открывать рот, чтобы случайно вместе с воздухом не втянуть в себя окружающую его жижу. У Скита уже болели лёгкие от нехватки кислорода. Теряя сознание он вылез из трясины, и с жадностью начал глотать воздух. Лёгкие разрывало кашлем. Сквозь слезы и кашель он все же подтянул себя выше, и встал на бревно, от которого и тянулось спасительная ветка. Он стоял посреди гиблого болота, вокруг не было ни единой живой души. Сверху светила серебряная луна, что висела в чёрном небе. Она словно лишала мир цвета. В этом мире существовала лишь два цвета. Идеально белый, настолько чистый, что от долгого на него взгляда начинало рябить в глазах. И ониксово-черный, цвет словно поглощал весь свет попадающий на него. Перед Скитом стоял фантасмагоричный пейзаж. На чёрном беззвёздном небе светит белая луна, освещая чёрные деревья, которые отбрасывали белые тени на чёрном болоте.

Пока Скит оглядывался пытаясь понять где он, и как сюда попал, вдалеке начала ощущаться опасная аура некого существа. Кто-то приближался. Опасный. Скит начал готовиться к бою. Раздался грохот. Грохот был все громче и Скит пришёл в себя в кровати. Кто-то выносил его дверь.

– Бьёрн! Хватит выносить мою дверь, это не замковые ворота. – начал возмущаться Скит, но после очередного удара дверь не выдержала, и предательски распахнулась.

Бьёрн со зловещим выражением лица зашёл в комнату и произнес:

– Пришло время жалеть о своих словах, малой. Начинаются твои тренировки! – сказал здоровяк, и зловеще расхохотался. После схватил Скита, и не давая тому очнуться, просто выбросил его в окно.

– Твою маааать! – раздался крик Скита.

– Живой. – задумчиво сказал Бьёрн, выглянув в окно.

Бьёрн, с невинным выражением лица спустился во двор. Там на него волком смотрел его новоиспеченный ученик.

– А если бы ты мне голову свернул? – возмущённо спросил Скит.

– Одной проблемой у меня стало бы меньше. – все с тем же спокойствием ответил здоровяк. – Тут всего второй этаж, не ной. А теперь переставай жаловаться, и начинай бег вокруг таверны. И не забывай оглядываться по сторонам, может что в голову прилетит.

Скит начал бег, а Бьёрн уселся на лавку возле таверны. Подобрал пару камушков с земли и стал ждать. Когда Скит пробежал мимо, то бросил камень в него.

– Ты что творишь? – возмутился Скит, которому камень попал в ногу.

– Я же сказал, чтобы ты по сторонам глядел. – не чувствуя вины ответил Бьёрн. – Беги дальше, и не останавливайся.

– Вы не против, если я подсяду? – Бьёрн поднял голову, и увидел перед собой вчерашнего монаха. В руке у него была тыквенная бутылка-горлянка с повязанным шнурком.

– Подсаживайся, – кивнул здоровяк, протянул руку, и представился, – Бьёрн.

– Ву, – пожал руку монах, – можно мне к вам присоединиться? – вопросительно глянул новый собеседник на камушки лежащие на лопатообразной ладони Бьёрна.

Теперь Скит уворачивался уже от двух летящих в него камней.

– Готов дать золотой за такое развлечение. – это уже вчерашний искатель смерти Мор.

– Ты меня не оскорбляй, – возмутился Бьёрн, – я своего подопытного не продаю за жалкий золотой. Кружку эля и два золотых!

– Я всего лишь хочу кинуть в него пару камней, а не трахнуть, три серебряных – начал торговаться Мор.

– А вы не охренели там? Ай! – начала возмущаться жертва торга, но метко брошенный камень заставил его замолчать.

– Последняя цена золотой и кружка эля, – Бьёрна даже не остановили воззвания к совести от предмета торга.

– Десять серебряных и оплачу эль, но пойдёшь за ним сам.

– Согласен. – Бьёрн довольно улыбнулся.

Так прошел час. Трое на лавочке сидели и мирно обсуждали что-то, а их жертва с возмущением уворачивался от камней. Если Скит пытался остановиться или спрятаться за углом, то в него прилётал камень размеров с его кулак и каждый раз метко, несмотря на то, что порой это было не выполнимо. В итоге Скит смирился, и пытался быть проворнее своих мучителей.

– Куда дальше путь держите? – задал вопрос Ву.

– А что тебе за дело? – напрягся Бьёрн.

– Скучно, давно уже не знаю куда идти, – после ответа монаха Бьёрн уже было расслабился, но продолжение заставило его напрячься, – а также я чувствую, что он переполнен безумием, ночью от него так фонило, что я не мог уснуть. Нельзя его оставлять без присмотра, это опасно.

– Я тоже с вами, – заявил Мор, – я чувствую, что моя смерть стоить рядом с ним. Может я наконец встречу ее.

– Как же ты мне надоел суицидник! – возмутился монах и не глядя метко бросил камень, раздался вскрик боли, и посыпались угрозы Скита, – Ты в каждом втором видишь свою смерть, а все в итоге приводит к тому, что мне не дают нормально пить вино.

– Монахи не должны пить вино, им положена только вода. – парировал его собеседник и кинул камень. – Ваш бог запрещает вам.

– Мудрый Хоу Дзи сказал: "Познайте о грехе и не повторяйте его, ибо грех по незнанию любопытство, а повторенный вновь – глупость". – продекламировал какое-то писание Ву.

– Ты уже десятки лет познаешь этот грех, – парировал Мор.

– Не важно, – отмахнулся Ву. – его надо тренировать не только физически. Также нужны тренировки души и разума. А ты всего лишь дуболом, можешь только натренировать ему мышцы. – сказал монах и вновь метко бросил камень. – Никто лучше монаха гор Хо Зи Шань не сможет натренировать дух. И уж тем более никто лучше не справляется с разумом смертных, нежели служители Смерти. Вы же собираетесь в земли светлых, я прав? А значит его надо готовить, чтобы он не превратил в песок ещё пару земель.

– Хорошо, убедил. – Бьёрн сдался. – Эй, малой, хватит бегать пойдём завтракать, нам еще надо успеть в порт.

Скит остановился, и потирая места попадания начал сыпать проклятия на своих мучителей, обещая им все пытки, какие только приходили в голову. Бьёрн сжалился, и подлечил ученику все раны и ссадины.

– Милая, принеси мне тушеной картошки с мясом и пива. – уже в таверне обратился Скит к девушке-разносчице.

Когда все сделали свои заказы и поели, монах все также потягивал вино из своей бутылки, Мор забивая трубку табаком произнес:

– Куда идём дальше? Какие у вас планы?

Скит наблюдая за тем, как Мор забивает трубку почувствовал, что тоже хочет. Видимо раньше он был заядлым курильщиком.

– Кратчайшим путем в Светлые земли, – начал рассказывать Бьёрн, – желательно избегать их инквизиторов по пути, дабы нам просто не сожгли парня. Так что следующая остановка это самая безопасная земля. Земля Артэ. Всё поголовно художники, танцоры и актёры. Никакой угрозы. Поэтому собирайте вещи, и через пол часа жду всех у входа.

Всё поднялись из-за стола, а Скита подозвал Курт.

– Бьёрн мне сказал, что ты не дружишь с оружием, и руками разбил кристалл у гончей. Ты довольно сильный парень, такое не каждый сможет. Тебе лежит самый сложный воинский путь. Путь безоружного воина. Самые грозные бойцы, если выживают в начале своего пути. Поэтому возьми это от меня. – Курт протянул свой кулак размером с две головы Скита и положил на столешню два кастета из серой стали.

– Когда был я мальчишкой мне их подарил папка. Лунное серебро. Особое, такое куют не молотом, а волей. Сейчас как ты видишь мне их не использовать, а у меня самого только дочки им они без надобности.

– Благодарю тебя, Курт, – сказал Скит, – я обязательно однажды отблагодарю тебя в ответ.

– Помоги лучше Бьёрну вернуться в родные земли. Лучшей благодарности ты и не придумаешь. Ну все иди, а то без тебя уйдут.

Положив кастеты в карманы Скит вышел на улицу. Компания у них собралась довольно любопытная. Здоровяк Бьёрн, одетый в кожаный доспех с мехом, как ему только не жарко в этом? За спиной в петле висел молот размером со Скита. Слева от Бьёрна стоял Мор. Хилый поклонник Смерти. Влюблённый в свою госпожу, алчно ищущий смертию и не имеющий возможности умереть. Одет в чёрные штаны, серую рубаху и чёрный плащ с высоким воротом. Под плащом скрывались два серповидных клинка. У основания клинка возле рукояти они имели форму оскаленной пасти костяного дракона, на предплечье у него имелось тату цветущего дерева, корни которого переплетались точно с таким же, но полностью сухим. Справа от здоровяка находился вечно пьющий монах Ву. Свободные льняные штаны оранжевого цвета, такая же свободная рубаха того же цвета. И белая накидка, переброшенная через правое плечо и перетянутая чёрным поясом. В одной руке простой деревянный посох-бон с металлическими наконечниками, в другой неизменная горлянка с вином. По всей левой руке был вытатуирован змеевидный дракон небесной синего цвета. У всех троих за плечами весели мешки со спальными мешками и провизией. Скит же был одет в заштопанные штаны и рубаху перетянутую поясом. Всё синего цвета. Он единственный из компании был на легке, не обремененный никакими вещами.

– Ну что же, друзья, – сказал Скит когда оглядел всю их компанию, – пойдём очищать будущий бич всех земель. И будем надеяться, что я не умру от ваших тренировок до этого момента.

Глава 5

Гавань не оправдала ожиданий Скита. Во-первых он не видел здесь ни моря, ни озера. Вообще хоть какого-нибудь водоёма. Просто обрыв. Корабль стоял на склоне холма перед обрывом. Сам корабль был привязан канатами к деревьям. Под кораблём лежали бревна, служащие своеобразной дорожкой для этого самого корабля. На корабле кипела жизнь. Что-то загружали, привязывали и крепили груз. Крупный одноглазый моряк что-то кричал и указывал рукой на ящики.

– Не вижу каким это способом мы отсюда сможем уплыть на корабле, – с издевкой произнес Скит, – или мы будем его толкать до земель Артэ сами?

– Он что первый раз из дома вышел? – удивился Мор.

– Ага, а я ему ничего не рассказывал. Люблю когда они со страху чуть за борт не подают, – с безумной улыбкой ответил Бьёрн, – а ты, малой, поменьше думай, за умного сойдешь.

– Ну тебе лучше знать, малыш Бьёрн, – сказал Скит и не успел увернуться от моментально нанесенного удара кулаком. Для такой огромной комплекции Бьёрн двигался очень быстро.

– Плохо мы его обучили, – флегматично заметил монах и приложился в горлянке.

– Ничего, на следующей тренировке будем лучше учить. – с угрозой сказал Бьёрн.

Подойдя ближе к кораблю Скит услышал, что кричал одноглазый моряк. Как и представлялось, он просто отчитывал молодого юнгу за неправильно прикреплённый груз.

– Крыса ты ленивая, это самый важный груз на этом корыте. Если мы хоть бутылку уроним за борт, то тебе лучше не попадаться мне на глаза. Ты у меня за ней следом пригнешь, понял?

– Но ведь это самый дешёвый ром, его даже не купит у нас никто… – начал было оправдываться юнга, но ему не дали закончить свои оправдания.

– Это мой любимый ром, а я терпеть не могу быть трезвым, так что подумай ещё раз, и закрепи его как следует.

Бьёрн приложил руки ко рту, и прокричал вверх своим медвежьим голосом:

– Эй, Одноглазый! Хватит молодых кошмарить. Надеюсь ты оставил для меня 4 места? – как оказалось, Скит не ошибся с прозвищем капитана.

– А, Бьёрн! Для тебя у меня всегда будет место, – улыбаясь во все зубы, ответил Одноглазый, – поднимайтесь по трапу сейчас будем отплывать.

– Вы издеваетесь или как?! – уже не выдержал Скит. – Куда отплывать, тут нет воды! Нет её! Хватит уже!

– Бьёрн, что это за крыса сухопутная? Он что, из пещеры вылез? – спросил Одноглазый.

– Не обращай внимания, он у нас дурачок, мы его из жалости держим. Ладно, поднимаемся. – скомандовал Бьёрн и все поднялись на корабль.

– Все поднялись? – закричал капитан после того как лично проверил весь закрепленный груз. – Больше никого ждать не будем. Лучше держитесь покрепче. Отдать швартовы!

После этой команды кто-то на земле обрубил канаты и корабль полетел вниз по склону. На корабле все уже держались за специальные петли вокруг мачт. Скит не успевший понять, что произойдёт, потерял опору из под ног и полетел за борт, в последний момент он успел ухватится за ящики. Он не стесняясь орал, и проклинал всех на борту. Капитан, стоя за штурвалом, глотал ром из бутылки, не проливая ни капли мимо. Корабль долетел до края обрыва, Скит уже готовился к тому что их разобьет о скалы, но тут неожиданно все прекратилось и корабль тихо покачиваясь завис в воздухе. Скит не веря себе осторожно подошёл к краю корабля и заглянул за борт.

– Поднять паруса! – отдал очередную команду капитан. Паруса наполнились ветром и корабль двинулся вперёд.

– Это что такое, мать вашу?! – У Скита не было культурных слов, чтобы выразить то, что он увидел. За бортом не было воды. Как и земли. Там вообще не было ничего! Да, позади осталась земля, но она просто висела в облаках. Где-то в дали из облаков вынырнул огромный кит издавая крик нагоняющий тоску. Над кораблём медленно проплыл скат немаленьких размеров, следом за ним пролетела стайка каких-то рыб. – Кто-нибудь постарайтесь мне объяснить, что тут творится!

– Дух захватывает, не правда ли? – Бьёрн подошел и встал рядом смотря куда-то вдаль. – Меня это каждый раз впечатляет. Так наш мир выглядит с самого начала времен. К'Халик, наш бог-создатель, создал мир целым, как и положено. Земли-континенты окружены океанами. Реки и леса, земля плодородна. Нет голода и болезней. Мир молод и прекрасен. Разумные только начали заселять его. Нет повода для войны, нет повода для дележа территории. Он создал себе помощников. Чтобы они следили за нами, решали наши споры, помогали развиваться. Это были первые младшие боги. Но не существует рая во Вселенной. В наш ещё молодой и наивный мир пришёл Безумный бог. Сам он не может создавать миры, слишком он безумен, может нести только хаос. Но и такому богу хочется развивать мир, чтобы и ему поклонялись. Он решил захватить наш мир, и напал на К'Халика. В этом бою Создатель не мог победить, слишком юн ещё и слишком неопытен. Да и все силы он растратил на создание мира и доведение его до идеала. Все на что его хватило, это на последнем вздохе распылить силу Безумного бога. Вот только и захватчик не собирался сдаваться. И он разорвал наш мир. Мы бы разлетелись по космосу кусками безжизненных астероидов, но нас спасли младшие боги. Те кому мы поклоняемся теперь. Но они не создатели. Лишь помощники, наблюдатели. Сил хватило только на то, чтобы остановить разрушение. И теперь наш мир выглядит именно так. Куски летящей в пустоте земли, крутящихся вокруг ядра бывшей планеты. А остатки сознания Безумного бога продолжают уничтожать нас. И его малая частица теперь живёт в тебе. Если бы не просьба госпожи Лады, то я бы уничтожил тебя сразу. Так что постарайся и не подайся Безумию. Тренируй тело, разум и душу. Дойди до храма бога Света и уничтожь зло, что зарождается в тебе.

Скит не слушал, он словно видел все то, что ему говорил Бьёрн. Словно он видел как затухает сила Создателя. Словно он видел как распадается мир, как его останавливают и связывают цепями. Словно слышал тихую и далекую мольбу о помощи, помощи найти справедливость. Согнав наваждение Скит всмотрелся вдаль.

– А как мы тогда можем лететь между землями, как они находят путь и понимают в какую сторону двигаться? – задал вопрос Скит, все ещё пораженный видом открывшемся ему.

– Как и все остальное удивительное в этом мире. Бог-покровитель путешественников – Мусафир. Но об этом тебе лучше спросить у Одноглазого. – ответил Бьёрн и начал всматриваться в даль, думая о чем-то своём.

Скит окидывал взглядом экипаж и раздумывал об услышанном. Ву все также пил, но уже вместе с капитаном. Кто бы сомневался, что они сдружатся. Мор смотрел вниз и видимо раздумывал, спрыгнуть ему или нет. И откуда у него такое желание поскорее умереть? Матросы суетились, кто мыл палубу, кто проверял узлы. Скит вновь глянул на удаляющуюся землю, и тут его разум наполнило возмущение. Такое случается, когда ты понимаешь, что перенёс ужас, но это было зря. Скит увидел пристань. Там была нормальная пристань, корабли висели в воздухе и никто не устраивал бешеных скачек по склону холма!

– Что за хрень? – закричал он возмущенный до глубины души. – Зачем была эта безумная скачка, если есть нормальная пристань?

– Я не собираюсь платить этим бюрократам за стоянку корабля, – ответил капитан, – гляди-ка, они сколотили пару деревяшек, а я теперь должен им за это свои гроши отдавать, тьфу. – капитан сплюнул и приложился к бутылке. – Штурман, курс на земли Артэ!

Скит набрал полную грудь воздуха, чтобы высказать все, что думает о капитане и его жадности, но в этот момент Скит поймал себя на чувстве тревоги. Он не мог понять, что происходит, поэтому стал искать причину своей тревоги за бортом. В одну сторону его тянуло прям всеми чувствами. Словно там что-то есть. Всматриваясь вдаль он увидел некую летучую тварь, но она была ещё слишком далеко, чтобы понять что это. Подойдя к Бьёрну Скит неуверенно произнес:

– Мне кажется, что на нас сейчас нападут. Там летит какая-то тварь и все моё естество говорит, что она подобна той гончей.

– Одноглазый, готовься к бою, на нас летит Безумная тварь. – не медля ни секунды Бьёрн поднял тревогу.

Матросы забегали по палубе, кто-то спустился в трюм и встал у пушек, другие стали подносить ядра. Тварь вдали быстро приближалась, уже можно было разглядеть как она выглядит. Скит был прав, это была Безумная тварь. Она была похожа на летучую мышь. Если бы не ярко-красные глаза с чёрными зрачками и не её размеры. Она была не меньше корабля, на котором они сейчас летели. И смотрела она прям на Скита. Пушки громыхнули, в тварь полетели ядра, но она словно и не заметила как в неё только что прилетели пудовые ядра. Тварь закричала, её крик ударил по ушам, все упали на колени держась за голову. Бьёрн сразу начал бегать между потерявшими сознание, и помогать им. Скит достал кастеты, что ему подарил Курт, и стал осматриваться, стараясь придумать как достать эту тварь. Мор подошёл к борту и достал свои изогнутые серповидные клиники.

– Лезвия смерти! – выкрикнул он и взмахнул клинками. От его клинков пошла волна энергии постоянно увеличиваясь в размерах. Теперь в тварь летели два серых серпа. Но долетя до неё, серпы не принесли ей урона, просто рассыпавшись при ударе. Тварь отвела свой не моргающий взгляд от Скита, и уставилась на поклонника Смерти. Издала новый крик и попробовала нанести новый удар, но Мор увернулся, а тварь ударила по палубе разнося место где стояла её цель в щепки.

– Мор, продолжай отвлекать её, и не дай ей вцепился в корабль. – закричал Скит начав взбираться по мачте. Встав на краю, он примерился и прыгнул.

– Самоубийца. – сказал капитан, развернулся и продолжил командовать не выпуская бутылку из рук.

Скит упал на спину летучей мыши, вцепился в редкие волосы на её спине и стал карабкаться вверх, к голове, туда где должен находиться кристалл. Решил, зачем мудрить, если ещё в лесу с Бьёрном у них был вполне рабочий план.

Мор продолжал посылать свои клинки и уворачиваться от ответных ударов, корабль огрызался выстрелами из пушек. Скит едва не срываясь продолжал лезть к своей цели. Бьёрн все носился между ранеными, а Ву кажется и с места не сдвинулся. Просто продолжал пить и безмятежно смотреть на происходящее вокруг. Добравшись до головы Скит схватился руками за кристалл и потянул. Тварь поняла чем ей опасна эта ситуация и начала дёргаться. Покрепче обхватив коленями шею твари, Скит тянул его со всей силы, но ничего не выходило. Поняв, что нет другого выхода он вздохнул и с размаху нанёс удар прям центр кристалла. Тварь издала визг такой силы, что на колени упали все, кроме монаха. Тот сидел скрестив ноги и закрыв глаза.

Скит чуть не упал в бездну под облаками, от оглушающего крика он потерял ориентацию в пространстве и завалился на бок, покатившись по спине твари. В последний момент Скит ухватился за обрубок хвоста, видимо тварь его потеряла в бою, Скит подтянулся и полез обратно к кристаллу. С корабля продолжали лететь ядра и посылаемые Мором серебряные серпы. Скит стал вбивать свои кулаки с кастетами в кристалл твари. После очередного удара кристалл поддался и треснул. Сила из него потянулась к рукам Скита, и начала впитываться в них. Тварь замолкла, и перестав махать крыльями медленно полетела вниз, Скит прыгнул в сторону корабля, но силы толчка не хватало долететь до борта. Уже простившись со своей короткой жизнью, Скит успел ухватиться за так вовремя чей-то протянутый посох.

– Весь бой ты сидел и пил, а под конец решил поднять свою задницу чтобы протянуть свою палку? – возмутился Скит смотря на монаха.

– Монах не заберёт чужую жизнь, даже жуткого монстра. Любая жизнь священна. – без всякой обиды в голосе сказал Ву.

– Сложно тебе жить, монах – произнес Скит, и после этих слов завалился на бок в беспамятстве.

Глава 6

Отец Александр прервал свою длительную молитву. И прервать его заставило ощущение того, что где-то зарождается сильное зло. Сильные эманации безумия, вот что заставило его прервать свою молитву. Отец Александр мог читать молитвы Богу Света до шести месяцев без перерыва на сон и еду. В этом не было необходимости, храм стоял на месте концентрации самой энергии мира, но не только это помогало храму собирать огромные запасы энергии. Это был главный храм Бога Света, и это единственный храм, который он посещал лично, а не отправлял свой аватар. Всё это позволяло отцу Александру без еды и сна молиться. Вместо пустой траты времени его тело напитывалось энергией, с разрешения покровителя, конечно же. Единственное, что его могло заставить прерваться, это очередной монстр, которого он почувствует. Он помнил разрушенные деревни и разоренные земли. Он помнил земли превращенные в пустыни, и все из-за этих тварей. И злость, которую вызывали эти воспоминания, давала ему силы чувствовать их, чувствовать это зло. И потому он был самым опасным инквизитором.

Отец Александр вышел из кельи, где его уже ожидал послушник. Они поочередно дежурили рядом, ожидая когда отец прервет свою молитву, дабы снабдить его новыми сведениями из мира, провести святое омывание и снарядить в дорогу.

– Отец, пока ты проводил время за молитвой… – начал говорить послушник, но отец Александр перебил его.

– Не сейчас. Подготовь мое снаряжение и купель. Я почувствовал опасность и нет времени говорить.

Послушник побежал выполнять задание, смотря ему вслед отец Александр вспомнил себя, совсем юного, только что приведённого в храм Света. Его привёл сюда отец Константин, спася из разоренного городка. В тот день умерли все её жители, вся его родня, он один выжил. Отец Александр уже давно забыл их лица, но он помнил тот ужас, что ему пришлось пережить. Он помнил как его совсем маленького парнишку достал из под перевернутой телеги отец Константин, и как воспитывал его.

С этими воспоминаниями инквизитор дошёл до Патриарха. Отец Александр один из немногих мог зайти, и отвлечь Патриарха от дел праведных. Кабинет Патриарха был аскетичен, в нем не было ничего кроме стола, стула и шкафов под документы. Никаких роскошных кресел и удобств для отдыха, инквизиторы церкви Света не отдыхают, они всегда на страже. Святой сидел за своим столом в окружении бумаг и что-то читал.

– Святой отец, я почувствовал зарождение нового зла. Благословите меня на бой с тварью. – сразу начал говорить отец Александр.

– Здравствуй, сын мой. Ты как всегда сразу к делу, – поднял глаза Патриарх культа Света и начал по доброму ворчать, – хоть бы спросил как дела у старика. В этот раз ты быстро закончил свою молитву.

– Я почувствовал зарождения сильного существа, отец Константин, нельзя подставить под угрозу людей, что попадут ему на пути. – отец Александр не тратил время на пустые разговоры.

– Ты бы мог подумать, что когда я стану Патриархом, то буду сидеть на одном месте и подписывать какие-то бумаги? – Святой встал, и с кряхтением подошёл, – мне всего полторы тысячи лет, а я уже начал жаловаться на суставы. Я воевал с тварями, увидев которых от страха умирали города. А меня добьет бумажная работа. Не для того я занял место Патриарха нашей церкви, но у всех своя задача, и я теперь сражаюсь на ином поле. – отец Константин продолжал говорить, и стороннему наблюдателю могло показаться, что он разговаривает сам с собой. – Склони голову, сын мой.

Инквизитор припал на одно колено и склонил голову. Патриарх положил ладонь на затылок и обратился к Светлоликому Тиморию. Он просил простить бога за грехи своего верного служителя. Просил дать ему сил, просил помочь перенести тяготы пути, и не дать свернуть с пути праведного. Отец Александр привычно почувствовал, как татуировка на его плече, в виде меча пронзающего змея, нагревается и по телу расплывается сила.

– А теперь пойди прими святое омывание, и уничтожь врагов бога нашего. Я благословляю твой путь. – Патриарх осенил отца Александра святым знамением, и отец Александр вышел из кабинета.

***

Скит вновь оказался в этом бесцветном мире. Но в этот раз он не тонул в болоте, а стоял на том самом дереве, где и находился до своего прошлого пробуждения. В этот раз он решил, что стоять на месте и ждать когда его приведут в чувство бессмысленно, а потому пошёл в сторону местной бесцветно-белой луны. Мир можно было разделить ровно на два цвета. Белое и чёрное, и ни каких оттенков. Белая луна, чёрные деревья, белые тени, что они отбрасывают.

Чтобы вновь не провалиться в трясину, Скит перепрыгивал с одного дерева на другое. Многие деревья прогнили и просто повалились на бок, что и позволяло передвигаться не моча ноги. Во время очередного прыжка Скит словно всем телом почувствовал угрозу, и резко остановился оглядываясь по сторонам. Достал кастеты, и надел их. Они все ещё мешали ему, но уже не так как клинки. Крутя головой по сторонам он заметил белую молнию метрах в пятидесяти от себя. Кто-то двигался быстрее чем Скит мог разглядеть его. Только каким-то чудом Скит успел увернуться от удара нанесенного ему в голову. Уходя вправо, и нанося удар левой рукой в бок, но врага уже нет рядом, он отпрыгнул на пару метров назад.

– Хорошая реакция, но техники никакой. Так тебе точно меня не победить, – сказал незнакомец, и Скит наконец смог его разглядеть. Перед ним стоял он сам, точнее его черно-белая копия. Белое лицо, с чёрными глазами и белой радужкой. Чёрные волосы на белом как бумага лице, чёрные ногти и чёрные кастеты на белых кулаках. Чёрные одежды и белый пояс.

– Интересно, а почему ты решил, что мы будем биться? – Скит решил получить хоть немного информации и начал издалека.

– А как же? Два сознания в одном теле. Это безумие какое-то не правда ли? – с издевательской улыбкой ответил двойник, – Кто победит, тот и получит тело. Всё честно, ведь сила правит этим миром. – резко закончив свою речь двойник вновь кинулся на Скита, и в этот раз он не успел увернуться. Одним резким ударом тот сломал Скиту ребра и отбросил на десяток метров назад.

– А ты довольно крепкий, я надеялся, что смогу победить с одного удара, – говорил двойник, непринуждённо разминая плечо.

– Значит это все же не бред моего больного сознания? – кашляя и отплевывая кровь произнес Скит.

– Пытаешься протянуть время? – ухмыльнулся двойник Скита. – Перед смертью не надышишься, правда? Это, – он обвел рукой вокруг, – мир твоей души, но ты настолько слаб, что затянуть тебя сюда, я смог только с третьего раза. Мне пришлось принудительно открыть твои врата, и запустить потоки энергии, чтобы ты смог сюда попасть.

– Совершенно не понимаю о каких вратах говоришь. – Скит встал кашляя кровью, поднял руки и приготовился к бою.

Двойник бросился, но в этот раз Скит был готов, и заметил движение противника. Резко присел, и нанёс удар в колено. Раз не можешь уследить, то обездвижь соперника. Но двойник словно и не заметил этого удара.

– Ты из железа сделан? – с возмущением спросил Скит. – Если ты мой двойник, то почему ты сильнее?

– А почему ты решил, что я двойник, а не ты? – после этих слов Скит посмотрел на свои руки и понял, что он тоже лишен цвета. Вот только если противника можно было назвать черно-белым, то Скит скорее был бело-черным.

– Я сильный, потому что ты дурак, – издеваясь сказал противник, – просто ты совершенно не пользуешься своей силой. Зачем тебе эти железки на руках? Зачем ты пользуешься своими силами, ограничивая себя, не поднимаясь до пика своих возможностей?

Двойник вытянул руки, и в этот момент кастеты на его руках поплыли и стали втягиваться в кисти. Он поглотил лунное серебро, а затем на его пальцах и костяшках проявились пластины чёрного цвета.

– Зачем пользоваться силой посредника, если её можно сделать своей? – закончил красоваться двойник и бросился на Скита.

Вновь рывок и стремительный удар. Скит попытался уйти с линии удара, и нанести ответный. Скит уже понял, что если враг совершил рывок, то не сможет изменить направление. Поэтому надо передвигаться в тот момент, как двойник пропадёт из поля зрения. Удары двойника действительно стали мощнее, но Скит уже поймал темп и начал справляться, успешно уворачиваясь и нанося ответные удары. Результата удары Скита никакого не приносили, двойник был гораздо сильнее хозяина их тела. Но тут прилетел неожиданный удар ногой в печень. Скита впечатало в дерево, он упал на колени, и начал кашлять кровью. Что-то внутри него лопнуло.

– Ты даже ноги не используешь, как ты собрался отбивать у меня свое тело, ты ведь драться не умеешь. Дерешься на уровне свадебной драки. Топчешься на месте как слон. Поверил в себя и считаешь, что можешь уворачиваться? Я просто играл с тобой, слабак. – зло проговорил двойник, и вновь бросился на Скита.

Поняв, что уже не сможет ничего противопоставить двойнику Скит приготовился к последнему удару. Двойник тоже понял, что сил Скита не хватит выдержать ещё один удар и размазался в прыжке, намереваясь добить противника. Но в этот момент судьба решила прервать их бой. Кто-то начал будить Скита, и он это почувствовал. Открыл глаза уже на палубе, в луже своей крови со сломанными рёбрами.

– Ты безумен парень, раз так спокойно бросился на эту тварь, смотри как она тебя сломала. – сказал Бьёрн.

– Это не она его так. – проговорил Ву.

– Это не она. – согласился Скит, и закашлявшись сплюнул кровью. – Бьёрн, подлечи меня, пожалуйста. А то я сейчас подохну от потери крови.

Бьёрн подскочил к раненому товарищу и начал останавливать кровь:

– Ребра вправить не смогу, это тебе придётся на себя надеяться. Моих сил хватит только направить организм в правильное русло.

– И на том спасибо, – криво ухмыльнулся Скит, – друзья у нас большие проблемы вырисовываются, поэтому надо поторопиться иначе вскоре в этом мире станет на одну тварь больше. – сказал Скит и зашипел от боли, его под ребра ударил посохом монах.

– Тише ты! – зашипел он на Скита. – Или хочешь чтобы тебя капитан за борт выбросил? Сейчас останемся одни, и все расскажешь.

Скит понимающие кивнул и замолчал, подставляя под ладони Бьёрна раненное тело.

Глава 7

Наступила ночь, работы по ремонту корабля заканчивались, у Бьёрна не осталось сил и он больше ни кого не лечил, потому матросы расходились по своим каютам, за исключением дежурных. Ночь была безоблачная, луна освещала палубу, звезды указывали путь к земле, а далеко внизу пылал огромный плазменный шар. Монах как всегда сидел скрестив ноги и с умиротворенным выражением лица пил из своей горлянки. План обучения они со Скитом обсудили ещё днем:

– Сейчас тебе необходимо защитить разум, тебя пытается захватить твоя тёмная сторона. Мор займётся твоим обучением пока мы плывем до земли Артэ. И возьми вот это, – Ву пошарил у себя в сумке и протянул амулет. Это был шнурок с обезьяньим узлом. – Он закроет тебя от твоей тёмной сущности на какое-то время. Всегда закрывать он тебя не сможет, а потому готовься, тебе предстоит бой с самым сильным врагом. Врагом, что знает тебя лучше всех, и умеет все то же, что и ты. У тебя не будет перед ним ни каких преимуществ. А вот у него будет, так как он сможет использовать все возможности вашего тела на максимум.

После этих слов он сел медитировать, а Скит превосходя боль в ребрах, отправился помогать по мере своих сил. Натянуть новый парус, поменять канаты, заменить поломанные доски. Скит брался за любую работу, впрочем как и все. Работая Скит удивлялся тому как много он не замечал. Словно раньше и не глядел вовсе. К примеру Одноглазый. Он не был одноглазым, под повязкой был глаз, и капитан освободил его после начала полёта. Радужка глаза была жёлтого цвета, и словно немного светилась, если приглядеться, то можно было понять, что глаз его рукотворный, механический. Благодаря своему глазу он и выбирал как им лететь, но корабль не полетел бы без мага воздуха. Именно маг помогал парусам набирать силу и корабль перевозил людей. Сам же корабль имел паруса не только на двух мачтах. Ещё по два паруса располагались по бокам корабля, помогая кораблю не завалиться на бок. Они ловили воздушные потоки, что дули в дно корабля. Одноглазый возил контрабанду, а под присмотром богов это сделать довольно сложно.

– Ты готов, несущий смерть? – подошёл сзади Мор. – Садись как тебе удобней и скажи, что ты думаешь о смерти? Почему ты потерял сознание после битвы?

– Битва меня утомила и я был сильно ранен? Когда я пришёл в себя, то подо мной было много крови. – даже не задумываясь ответил Скит.

– А разве тебя ранили в битве? Тебя её крик даже не оглушил. Крик летуна бьёт по мозгам даже подготовленных бойцов, но ты только морщился. Нет, ты упал на борт без намёка на рану, а ранение ты получил в мире своей души. Твоё тело было не готово к такому потоку силы, который ты получаешь из разбитого кристалла, вот ты и вырубился. Раны нанесло нечто в твоей душе, то с кем тебе приходится бороться. – пояснил Мор произошедшее после битвы, Скит только удивился этому, ведь он так и не успел ничего рассказать никому из своих спутников, кроме монаха. После сеанса лечения Скит занялся помощью с ремонтом корабля, – А теперь подумай ещё раз, что ты думаешь о смерти?

– Она есть, – пожал плечами Скит, – ты появляешься на свет, оставляешь новую жизнь и умираешь. Всё просто.

– Слишком просто, а потому глупо. В мире ничто не берётся из пустоты. Чтобы родилась новая жизнь, должна умереть старая. – Мор снял свой плащ и закатал рукав рубашки, оголяя предплечье и показал свое тату. – Смотри, жизнь и смерть, это две единые силы, смерть даёт новую жизнь, а жизнь возвращается к смерти.

– Зачем ты мне это рассказываешь? Я не последователь Смерти, мне не обязательно понимать твою философию. – Скит не мог понять, что пытаться донести до его сознания Мор.

– Люди умирают всегда. Мальчик умирает, чтобы стать юнцом. Юнец, чтобы стать мужчиной. Ты умер когда потерял память и очнулся другим человеком, умер когда впервые поглотил силу из кристалла, и стал одним из самых опасных существ в будущем. Смерть всегда идёт рядом с каждым из нас, но не всегда она физическая. – Мор словно терпеливый родитель пояснял юнцу прописные истины. Как ему казалось.

– Почему ты так сильно хочешь умереть, Мор? – задал давно мучающий его вопрос Скит. – Ты не можешь умереть, все воины отдали бы душу за такую силу.

– Я не могу умереть, но меня могут пленить. Как думаешь, если меня закопать, сколько смертей выдержит мой разум перед тем как покинуть меня? Я умираю, просто моя душа возвращается в тело, восстанавливая его. Через сколько смертей, я начну умолять и соглашаться на все, ради свободы? – Мор объяснял Скиту простые вещи как ребенку. – Как ты себе представляешь Смерть? Как выглядит та, что даёт покой миллионам душ?

– Пока ты не спросил я был уверен, что это сухая старуха, которая жнет души своей косой. – уже не так уверенно как раньше проговорил Скит.

– Я не оскорблюсь, но только потому что ты совсем не знаком с нашим миром, но старайся такие мысли держать при себе, некоторые боги не любят когда их оскорбляют. – спокойно, продолжил говорить Мор. – Моя Госпожа многолика. Души должны покидать тело с лёгкостью, и не жалеть о земной жизни, потому Госпожа принимает вид самого прекрасного для тебя создания. Увидев её раз, ты влюбишься без памяти. – глаза Мора затуманились словно он вспоминал лик своей Госпожи.

– Тебе удалось её увидеть? Но как ты тогда остался жив? – задал вопрос Скит.

– Все в моей семье поклоняются богу-покровителю воинов Ан'Гасиоху. Ему должен был посвятить себя и я, но в тот день со мной случилось беда и я умер. Тогда я и увидел её, самую прекрасную женщину всех земель. Но меня вернули к жизни, и она не смогла меня забрать. А я пошёл в услужение Госпоже Даад. – было видно, что Мор не хотел вдаваться в подробности своего прошлого, потому отбился общими фразами. – Но хватит разговоров, приступаем к обучению. Чтобы победить тьму в себе тебе нужно укрепить свой разум, не давать никому вмешиваться в свои мысли, ни кому не дать сломить твою волю. – в последней фразе Скит услышал нечто иное, что пока не мог оформить в полноценную мысль, что ему только предстояло постичь.

После этих слов Мор протянул руку и двумя пальцами, указательным и средним, дотронулся до лба Скита и слегка толкнул его. Скит начал подать, но так и не коснулся палубы. Он провалился ещё ниже, во тьму. Падение продолжалось пока Скит не упал в болото, чёрное болото с бесцветный луной. Он вновь оказался в своём духовном мире. Мире, в котором вторая половина его души хочет убить его.

– О, как я посмотрю ты решил вернутся? – а вот и двойник, стоило лишь о нем подумать. – Решил добровольно отдать мне свое тело? Правильно, ты же ведь понимаешь, что так будет лучше, я сделаю нас великими.

– Единственная вещь, на которую ты способен, это сидеть в самом дальнем углу моей души и не вылазить, – прорычал озлобленный таким предательством Скит, и просился в бой.

Зачем Мор его сюда отправил? Решил, что проще будет его так убить? Пока он борется с самим собой, его тело просто выкинут за борт? Глупо, это могли сделать и раньше. Так чего же он добивался? Двойник в этот раз не стал долго разговаривать, он поглотил кастеты, его руки покрылись стальными пластинами, и он встретил удар Скита ответным ударом. Кулак в кастете ударил о бронированный кулак. Вылетели искры, вода пошла рябью, ветки на чёрных деревьях заколыхались, только два силуэта остались недвижимы.

– А я смотрю ты стал медленнее, – заметил Скит, – не отдохнул от прошлого раза?

– Просто решил проверить на что ты способен, но ты можешь показать мне ещё меньше чем в прошлый раз, – ответил противник и словно молния отпрыгнул назад. – от тебя нет толка, ты даже не смог освоить мой урок. – двойник вновь растаял в воздухе и моментально оказался рядом, его удар был такой мощи, что Скит отлетел и ударился о дерево, спина не выдержала и сломалась, глаза застило красным и Скит умер.

– Ты не понял урока, давай снова. – прозвучал голос Мора, и Скит опять оказался на болоте.

– О, как я посмотрю, ты решил вернуться, – Скит опять услышал эту фразу от своего противника. Скоротечная драка и снова смерть.

– Ещё раз, – болото, драка, смерть. Болото, драка, смерть. Болото, бег, смерть. Болото, мольбы, смерть. Скит пытался убегать, пытался поглотить свои кастеты, но противник был быстрее, сильнее, умнее. Каждый раз он убивал Скита и каждый раз Мор, вновь отправлял его биться. Скит кричал, просил закончить, но все повторялось.

– Тебе нравится умирать? – с издевкой спросил двойник. – Так я могу это делать вечно, ты же знаешь.

Умирать? Нет он не хотел умирать, но почему эта фраза его зацепила, Мор спросил его о смерти перед уроком, тут есть связь? Скит уже даже не пытался сопротивляться, двойник просто убил его. Почему он вновь и вновь оказывается тут? При чем тут поклонник Смерти и тренировка разума? Скит вновь на болоте, двойник вновь повторяет свою фразу, которую Скит слышал уже не одну сотню раз. И тут Скит понял, о чем ему говорил Мор. Смерть это не конец, смерть это лишь начало изменений, начало чего-то нового. За свою жизнь ты умираешь несколько раз и становишься иным, новым собой. Только не надо этого бояться, надо принимать изменения, и это тебя приведёт дальше, и так раз за разом. Надо уметь принимать свою смерть.

– Я готов к смерти, сделай это, – спокойно сказал Скит и смотря в глаза своему двойнику он увидел, что на него смотрели не черно-белые глаза своей половины души, а голубые глаза его нового учителя, глаза Мора.

– Я вижу решимость в твоих глазах, теперь ты готов к тому, чтобы умереть и стать другим человеком. – произнес Мор и мир вокруг поплыл. Скит ощутил себя сидящим на палубе, словно и не было нечего, если не учитывать того, что уже был день и новую землю можно было разглядеть в облаках. – Подготовить разум, это быть готовым ко всему, чувствовать страх и чувствовать боль, но быть выше своих чувств и искать решение. Не застывать от испуга, а быть готовым к тому, что сейчас изменится все что ты знал, и ты больше никогда не будешь таким как раньше. Это только первая тренировка, так что не думай, что мы закончили. – после этих слов Мор встал и ушёл, не дав сказать Скиту и слова.

Глава 8

Земля Артэ. Земля искусства. Художники и скульпторы, музыканты и танцоры, все они вышли с этих земель. Один из мирных богов и один из самых редких, кто не давал никаких боевых навыков, но при этом являлся одним из самых сильных богов. Ведь искусством может быть не только рисование картин, но и бой. Жители Артэ использовали иллюзии для выступлений, для лучших картин и скульптур на всех землях. Владетели всех земель заказывали картины у художников земли Артэ. Ещё издали Скит понял, почему здесь живут лучшие скульпторы. Они даже свою землю превратили в произведение искусства. Это был не просто кусок земли висящий в пространстве, кто-то вырезал из основания две огромные руки сложные лодочкой, словно держащие в пустоте землю Артэ. И Скиту даже примерно не могло придти в голову как это было возможно, но он видел это своими глазами. Этот мир мог удивить каждый раз, как только ты подумал, что видел уже все и ничто тебя не удивит.

Правителем земли на десять лет выбирался человек покоривший всех своими возможностями в день, когда к богу приходят новые последователи. Ведь, если ты можешь написать музыку, что заставит людей почувствовать тоже, что и ты, если ты можешь нарисовать картину, что может покорить сердца смотрящих её, и создать скульптуру неотличимую от настоящего человека, то бог явно благоволит тебе и значит правитель будет говорить именно от имени всеми любимого бога своей земли. Всё это Скиту рассказал Мор, пока они плыли в облаках.

– Что, малой, красиво? – Бьёрн как всегда подошёл незаметно, что для Скита было ещё удивительнее. Он был почти в два раза выше Скита, но все равно умудрялся подкрасться тихо. – Тут красиво, но тут нет воинов, одни танцоры.

– Обязательно быть воином? – спросил Скит. – Кто-то должен выполнять и другую работу кроме убийства.

– Это верно, но тут практически некому защищать мирное население. Если кто-то и решит идти по пути искусства меча, то они уходят в другие земли в поисках учителя. Здесь нет воинов, они не хотят защищать свою землю, а только ищут славы для своего имени. Мелкие и тщеславные. – Бьёрну явно претила подобная мысль, и оттого еще сильнее было видно, как на него давит то, что он находится вдали от своих земель. Где-то там далеко, его родные сражаются за жизнь каждый день, в то время как он путешествует и не находит того, что ищет.

– А разве не проще сразу выбрать бога – воина? Зачем потом уезжать из дома, искать учителя и менять бога? – недоумевал Скит.

– Люди держаться за свои традиции, порой глупые и совсем неоправданные. Если жить так как жили твои предки, то жизнь будет проста и легка, ведь они уже протоптали дорогу, и тебе будет проще идти по ней. Порой человек самое глупое создание на всех землях. А после выбора бога его уже нельзя сменить. Бог это не пара сапог. Да и эта земля посвящена Артэ, и он никогда не пустит сюда иного бога. Хочешь выбрать другого? Или туда где он есть, а на моих землях тебе нет места. – терпеливо рассказывал здоровяк прописные истины.

Скит уже мог разглядеть пристань, но корабль медленно повернул и продолжил путь в сторону от города. Одноглазый вновь не собирался платить за стоянку.

– Почему он никогда не останавливается в городе?

– Он контрабандист, – спокойно ответил Бьёрн. – А на корабль к нему мы сели потому, что останавливается он в очень интересном месте, тебе понравится. Много зверья, которое захочет тебя убить, а ты будешь на нем тренироваться. Хватит разговоров, готовься, вон уже холм виден, на котором Одноглазый останавливается.

Скит схватился за петли и приготовился к тому, что его от столкновения скинет за борт, но к его удивлению, он даже не почувствовал, как корабль коснулся земли.

– Не так уж и страшно, не правда ли? – издевательски улыбался капитан, от взгляда которого не прошли мимо приготовления Скита. – Бьёрн, неси монеты, пес старый. Ты же не думал, что я такую толпу за бесплатно буду катать? Со мной все равно дешевле, чем на самом дешёвом, но легальном транспорте.

Бьёрн достал кошель, отсчитал необходимое количество монет и передал Одноглазому. Монах и Мор делали вид, что они вообще не понимают, о чем шел разговор, видимо денег у них не больше чем у самого Скита. После все распрощались, и Бьёрн повёл группу в направлении города.

– Встанем лагерем здесь, – через час пути сказал здоровяк, группа остановилась на чистой поляне, словно аккуратно очищенной для отдыха, – мы с Мором на охоту, монах и Скит разводят костёр, и занимайтесь тренировкой. – После этих слов Бьёрн подхватил не успевшего среагировать Мора, и потащил того в глубь леса.

Скит пошёл собирать дрова и разводить огонь. Ву все с тем же отрешенным взглядом, сел возле дерева, сделал пару глотков из горлянки, и начал о чем-то раздумывать. После того как Скит окончил работу, монах подозвал его к себе.

– Мы с тобой начнём с основ. Чтобы научиться пользоваться боевыми техниками тебе нужна почувствовать силу души. Твой дух или душа, на разных землях их называют по разному, является проводником на твоём пути, проводником твоей силы… – начал говорить монах, но Скит перебил его.

– Но я не выбрал бога-покровителя, какую силу может проводить мой дух, если мне никто не даёт её? Ай! – сразу после вопроса он ойкнул, монах не вставая умудрился ударить того посохом по лбу.

– Не перебивай. Это верно у тебя нет покровителя, о чем говорит отсутствие печати-клейма на твоём теле. Но вот тебе вопрос, как ты разбил кристалл голыми руками? Бьёрн не сможет этого сделать с такой легкостью даже своим молотом. – Скит начал открывать рот для ответа, но Ву жестом заставил его замолчать. – Даже не пытайся, такого просто быть не может. Да, ты наполнил свое тело энергией безумных тварей, но этого мало, у тебя должна быть напитка энергией. Ты можешь её использовать из-за своей тёмной сущности. Вторая половина души подпитывает твоё тело, и ты неосознанно можешь прикоснуться к небольшой её части. Как вор, что крадёт золото из кошелька. Но ты так много не повоюешь, тебе нужно научиться это делать самому. А теперь внимательно слушай. В теле человека есть пять врат, сквозь которые он пропускает энергию стихий в свою душу. Чем больше врат ты можешь открыть, и чем шире держать открытыми свои врата, тем сильнее твой дух. Этим ты и будешь сегодня заниматься, ты должен приоткрыть свои врата для энергии мира. Для этого сядь, скрести ноги, закрой глаза и пытайся прочувствовать мир, впустить его, а дальше начни чувствовать как энергия протекает через твоё тело. По сути, твои врата уже раскрыты, ведь ты провалился в мир своей души, в свой внутренний мир. Так что тебе надо не открыть врата, а почувствовать их, и понять как это работает. Всё понял? Приступай.

– Но как ты знаешь про то, что происходит в мире моей души? Я тебе не давал подробностей. – Скит решил выяснить мучающий его вопрос.

– Я знаю человека, которому пришлось пережить тоже самое. А так же я видел последствия того, что следовало за его провалом в битве за тело. – обычно умиротворенное лицо монаха искривилось от боли, но он быстро взял себя в руки. – Ты же не думал, что я просто так предложил свою помощь? Я просто дал тебе шанс, если увижу что ты не справляешься – то знай, я буду первый кто встанет в очередь на твоё уничтожение, пока ты не сотворил чего-нибудь ужасного.

– Спасибо за искренность. – Скит ухмыльнулся и приступил к уроку.

Скит сел как ему сказал его новый учитель, закрыл глаза и начал пытаться прочувствовать мир вокруг него. Сначала он представлял врата как пропускной пункт в городе, врата открыты и люди ручейком втекают туда, но Скит ничего не чувствовал. Головой он понимал, что делает что-то не правильно, но не мог понять что. Скит сидел с закрытыми глазами и слушал мир вокруг себя. Постепенно он начал чувствовать, что происходит вокруг него. Птицы, что каждый день преодолевают гравитацию, и летят по небу сопротивляясь ветру. Ветер, что дарит свежесть каждому кого встречает, Скит слышал как он рассказывает истории, которые ветер видел в своём путешествии, но его никто не слушает, и ветер расстраивается от этого. Земля, что вроде холодна и тверда, но полна жизни и всегда изменяется, хоть этого никто и не замечает. Она дарит жизнь даже в самых тяжёлых краях мира. Огонь, что вечно голоден и ненасытен, но даже с ним можно договориться и жить в мире. Река, что течёт и смывает всю грязь, очищает своим течением. Если река впадает в болото, то спустя время там уже цветёт жизнь, а от гниющих и страдающих деревьев не остаётся и намёка. Река! Скит вздрогнул от осознания и чуть не потерял концентрацию, но сосредоточиться и представил, как в его душу втекает река, как она чистит болото внутри него, и выводит всю грязь. Он постарался открыться этой реке, которую он так явно почувствовал. Дал ей влиться в себя огромным потоком, промывая каждый уголок его души.

Монах пил из горлянки, и смотрел на своего ученика, сначала тот просто сидел, и пытался осознать слова учителя. Но спустя время мир вокруг ученика словно взорвался, он стал буквально всасывать в себя энергию всего мира, трава вокруг сохла и умирала, эта разрушающая энергия ползла дальше, и тянулась ко всему живому, диаметр уже достиг метра и продолжал расти. Ву подскочил к ученику, и пальцами нанёс удары по пяти точкам на теле, по пяти узлам-вратам, чтобы закрыть их.

Скит застонал и упал на землю. Открыл глаза и сначала решил, что он вновь оказался в мире своей души, потому что он лежал в болоте, и только через мгновение он понял, что это болото их бывшая стоянка. Видимо он не просто представлял, он действительно вымывал, то болото из своей души. Скит чувствовал небольшую свежесть, словно он только что помылся после долгого трудового дня.

– Почему это произошло? – спросил Скит, его трясло, резко закрытые врата и отключение от энергии, к которой он прикоснулся не прошло даром.

– Ты начал поглощать чистую энергию мира, а не энергию стихий как все, ты начал поглощать саму жизнь этого мира. Взамен отдавая что-то мёртвое. Ты пуст внутри, такого не бывает, это просто не возможно. Даже одержимые не имеют внутри себя такой грязи. – Объяснил монах, он так разволновался, что даже горлянку забыл у дерева, где сидел.

– Мир моей души выглядит как болото, вокруг мёртвые деревья, и нет цвета, все чёрное и белое. – решил открыться Скит. – Я подумал, что если залить побольше чистой энергии, то получиться очистить болото, как это делает скоротечная река.

– Ты гораздо опаснее, чем я думал. – пробормотал Ву, но Скит все равно услышал, – С этого дня мы с тобой не будем заниматься, медитируй осторожно, очищай мир своей души по-немногу, по паре минут, чтобы не отравить все вокруг. Тебе стоит научиться контролю. Существуют твари, которые уничтожают все живое на земле. Бывают Бури Безумия, которые меняют структуру жизни на земле. Но ещё никто не убивал эту саму жизнь, из тебя выливается что-то противоположное этой жизни, что-то что создаёт тех самых тварей, понимаешь? Тебе нужно найти способ очистить душу, но при этом не замарать мир. Он и так слишком хрупок, боги не смогут заниматься его очисткой.

Скит начал вновь разводить костёр, так как старый утонул в той жиже, в которую превратилась поляна. Позже из леса вышли Мор и Бьёрн.

– Ты чего наделал, малой? – уставился Бьёрн на поляну, а точнее на то, чем она стала.

– Он избавляется от энергии, что поглотил из обезумевших, – немного остолбенев проговорил Мор. Он был почти прав, но ни Скит, ни монах не стали исправлять его.

В руках Мора было четыре странных зайца, таких Скит видел впервые, хотя много ли зайцев он видел? Эти звери были по колено Скиту и имели маленький кривой рог посреди лба и клыки выглядывающие из пасти. Глядя на них, Скит не был уверен, что ему охота далась бы без ранений.

– Я же говорил, что здесь водятся интересные животные, – заулыбался Бьёрн и начал разделывать тушки животных, шкуру сдирал осторожно, со знанием дела, – сейчас перекусим и за твоё обучение уже возьмусь я. Ты у нас крепкий парень, тебя можно не жалеть.

От этих слов Скиту стало не по себе, но голод победил все чувства, и Скит думал только о жареном кролике, который имел очень заманчивый запах.

Глава 9

Крики, вокруг все горит. Огонь пожирает дома и людей, что не успели из них выбраться. Хозяйственные постройки и скот, потому что его никто не выпустил. Ужасный монстр рвёт на части тех людей, кто все же выбрался из дома, и бежит к спасительному лесу. Монстр уже давно насытился и не пытается никого съесть, безжалостно уничтожая каждого на своём пути. Дети бросают стариков ведь они замедляют их, матери швыряют детей прям в монстра, чтобы освободить потяжелевшие руки. Вокруг царит хаос и ужас. Крестьяне с вилами встают на пути у монстра, кому-то все же хватило сил чтобы пожертвовать жизнью, и дать время бежать своим близким. Но тварь сметает их со своего пути одним взмахом лапы. Кровь и внутренности размазаны по стенам, кто-то пытается вложить требуху обратно в живот, размазывая дерьмо по земле, но вскоре замирает, перестав шевелиться. Посреди этого хаоса стоит девочка, и держит маленького рыжего котёнка, их обоих сегодня бросили родители. Она не знает куда бежать, и просто кричит о помощи, слезы текут по грязным щекам. Зовёт маму и папу, не понимая, что они бросили её спасая свои жизни. Крик резко останавливается вместе с громким ударом огромной когтистой лапы о землю. Монстр даже не замедлился своего шага и не заметил, что наступил на кого-то. Маленький мальчик спрятавшийся под телегой дрожит от страха и слышит удары тяжелых лап твари, которая приближается, удары лап плавно перерастают в настойчивый стук в дверь. Это заставляет проснуться отца Александра от своего кошмара, что преследует его каждую ночь. В дверь заглядывает служанка.

– Простите, господин, вы громко кричали во сне, постояльцы жалуются. – пискнула она со страхом в голосе.

– Я не "господин", – с недовольством сказал инквизитор, – отец Александр, ко мне можно обращаться только так, если не хочешь чтобы твой язык выжгли. Принеси мне каши и воды. И чтобы никакого мяса!

Отец Александр был праведным служителем Света, он следовал заветам бога. Соблюдение строгого поста было одним из них. Он без сомнений выжигал всю нечисть и мерзость в этом мире. Его ненависть казалось словно может сжигать заживо. В дверь вновь постучали, зашла служанка, что его только что разбудила, и занесла миску каши и бокал с водой.

– Ваш заказ, отец Александр, – руки девки слегка дрожали, аура этого человека пугала её, – вода колодезная, хорошо утоляет жажду. – девушка робко улыбнулась. – Моему папеньке, после нападения на нашу землю тоже снятся ужасные кошмары, поэтому он перед сном пьёт немного вина, чтобы спать спокойно, может вам тоже попробовать?

– К греху меня подталкиваешь, беспутная? – недобро прищурил глаза инквизитор.

– Простите, – пискнула девушка и поставив еду, убежала.

Инквизитор произнес молитву своему покровителю, благодаря его за кров и еду, после произнесения молитвы он принялся за еду. Не донеся ложку до рта замер, вновь почувствовав ту энергию, что вывела его из длительной молитвы. Он вновь почувствовал эту нечисть. Ту энергию, что преследовала его в кошмарах, что уничтожила его родной небольшой городок. Отложив ложку, отец Александр взял свою широкополую шляпу, перевязь с ножнами, закинул свой двуручный монструозный меч за спину, взял небольшую сумку с походными вещами и вышел из спальни. Спустившись на первый этаж положил перед хозяином за барной стойкой пару монет за жилье и еду, не прощаясь вышел на улицу. Печать бога благодатно грела плечо, показывая, что Светлоликий Тиморий одобряет действия своего подопечного. Отец Александр почувствовал направление куда нужно идти, и ощущал он его куда сильнее, чем в прошлый раз.

Отец Александр был сильнейшим из всех инквизиторов храма Света. Даже Патриарх в его возрасте не мог бы с ним сравниться по силе. Но его не интересовал пост Патриарха, Александр пылал ненавистью ко всем тварям Безумного Бога и для него была только одна цель в этой жизни, стереть все зло этого мира, без компромиссов и без жалости. Из-за своей все сжигающей ненависти он все свое проводил в молитвах, иначе она сжигала его изнутри, жгла его душу и он мог сорваться на невинного человека. Отец Александр это гончая, которая загоняет свою дичь и не отступит до самого конца. До тех пор пока не увидит затухающий огонь жизни в глазах твари, которая угрожает жизни людей.

***

– Неужели так сложно увернуть от удара? Он же медлительный! Боги, зачем вы мне дали такого ученика? – уже второй час причитал Бьёрн, – Да не бей ты так сильно, у него кристаллическая шерсть… Ну вот, разрезал себе кулак, тебе зачем вообще Курт кастеты дал? Карманы заполнить? Уклоняйся, балбес! Головой работай! О, покровитель! Думай головой, а не бодай его, почему ты такой бестолковый! Или ты думал, что смог в кабаке победить пьянчугу, так теперь и с Кристаллическим медведем управишься? Аккуратно, у него когти камень разрезают. И не надо тут плакать, не ученик, а разочарование! Вот молодец, догадался одеть кастеты, учишься. Уходи вниз и бей его, не надо мне говорить, что ты устал, продолжай. Ты либо победишь медведя, либо ты несёшь меня до города. Что такого трудного, он же совсем еще маленький, всего три мера в холке! Ему и двух лет нет как он ушел от мамки, еще даже свою территорию не завоевал. Да, уклоняйся ты! Демоны, тебя проще убить, чем учить таким благородным способом. Это же медведь! Побороть его попробуй! Вот видишь, а говорил, что не справишься. Ладно, не победил, но заставил убежать. Тебе повезло – он был не голоден. Можешь снять повязку с глаз. Мор развяжи ему ноги.

Скит, промокший после нескольких часов битвы с Кристаллическим медведем, упал без сил и с хрипом втягивал воздух в лёгкие. Эта тварь могла убить его. Невероятно каким чудом он смог уцелеть. Его раны еще не зажили, ребра ныли в груди. Да, поправлялся он довольно быстро для простого человека, но слишком долго, чтобы не вспоминать о произошедшем при каждом сильном вдохе.

– Эх, жаль что он убежал, – с жалостью в голосе произнес Мор, – за его кристалл энергии мы могли бы не плохо заработать.

– Ты просто сидел, и глазел как меня убивают. А теперь жалуешься, что он убежал? – возмутился Скит. – Вы меня не тренируете, а просто убить изощренным способом решили! – три садиста отвели взгляд в сторону. Ву смотрел в горлянку, словно удивляясь почему там налито вино, Мор разглядывал ногти на руках, а Бьёрн начал разглаживать несуществующие складки на своей куртке. – Почему вы не отрицаете это!?

– Истинную силу можно получить только оказавшись лицом к лицу со смертью. – сказал Ву и приложился к горлянке.

Скит ещё долго материл эту компанию учителей-извращенцев, но вскоре успокоился. Бьёрн тоже хорош он не говорит, что будет дальше и Скит спокойно залез в эту пыточную тренировку. Когда он смог перевести дух, и уже встал на ноги как услышал скрип натягиваемого лука и неизвестный голос:

– Приветствую вас путники, мы славный отряд благородных разбойников. Мы ищем справедливости для всех. И считаем несправедливо, когда у кого-то есть монеты, а у нас их нет. – остальной отряд засмеялся считая эту шутку смешной, по смеху было понятно, что благородного в них нет ни капли. Мор потянулся за своими ножами-серпами, но главарь его остановил жестом своего клинка. – А вот тянуться к оружию я не советую. – уже без дурашливой интонации сказал он.

Скит повертел головой, помимо главаря вокруг них стояло ещё восемь человек, все с натянутыми тетивами луков, и направлены на каждого из его группы. Главарь начал подходить к каждому и забирать все, что находил в карманах. Бьёрн сжимал кулаки, и беспомощно смотрел на свой огромный молот стоявший у дерева в пяти шагах от своего обладателя. У Мора забрали его явно не дешёвые клинки и сапоги, Бьёрн лишился денег. Когда очередь дошла до Скита, то главарь посмотрел недоуменно на свою жертву и её штопанные одежды, отсутствие какого либо оружия и дешёвые тапки состоящие из деревянной подошвы и верёвки переброшенной через большой палец ноги. Монах Ву как всегда потягивал вино и не беспокоится не о чем. Но когда главарь протянул руку к его горлянке, монах ловко перекинул её в другую руку.

– Ох, не советую тебе её забирать, если ещё мила тебе твоя жизнь. – посоветовал Мор, лучники захихикали, а главарь покраснел от злости.

– Ты пытаешься напугать меня монахом? – вскричал грабитель, – Да они только и могут, что вкопанные столбы бить своими палками, а в драке трусят, и бормочут о мире и святости жизни.

От злости, что его попытались напугать монахом – пьяницей, главарь разбойников ударом ноги выбил горлянку из рук сидящего монаха. К удивлению Скита – та упала, но не разбилась, видимо крепко монахи делают свои горлянки. И в эту секунду Ву словно взорвался, в одно мгновение он подхватил свой посох, ударил по ногам главаря и повалил его наземь, плавным взмахом посоха сбил две летящие в него стрелы, и одним рывком оказался у выстреливших в него лучников. Прикрылся одним из них от стрел, второго ударом ноги отправил в полет. Скит хотел дернуться на помощь, но его остановил поклонник Смерти.

– Наблюдай, тебе полезно. – сказал тот, и продолжил смотреть на танец битвы монаха.

В это время к монаху сзади подскочил главарь банды, и уже занёс свой меч для удара, но Ву не стоял в этом месте. Он плавно перетек на пол шага влево и ударом посоха по голове уложил на землю бойца. Странно, но не смотря на то, что он не проводил и пяти минут без вина, его движения были чёткими и не имели никаких неловких движений. В монаха летело ещё четыре стрелы, двое бросили свои луки и бежали на монаха с короткими мечами. Прогнувшись назад три стрелы он пропустил над собой, четвертую ударом ногу он отправил в бегущего. Стрела воткнулась в стопу, и пригвоздила бедолагу к земле. Второй разбойник добежал до монаха, но не успел даже нанести удар, Ву ударом посоха отправил его на землю и добивающим ударом с ноги отправил в беспамятство пришитого к земле бедолагу. Оставшиеся лучники тоже побросали оружие, выхватили свои короткие клинки и бросились в атаку, но монах не стоял на месте. Рывок, четыре отмеренных удара и все нападающие лежат на земле пуская слюни. Возникла мертвая тишина, казалось, что даже птицы перестали петь, ветер не гонял листву по земле, и даже черви точившие землю замерли, чтобы не нарушить этой тишины.

– Но ведь монахи не должны убивать и ценят любую жизнь. – прервал звенящую тишину Бьёрн.

– Так я и не убил никого, – ответил монах поднимая горлянку и прикладываясь к ней с явным наслаждением.

– Да ты их превратил в инвалидов на всю жизнь! – воскликнул Скит. – Они даже из леса выйти не смогут, сломанные ноги, руки и спины. Даже если они срастутся, то не будут нормально работать, а главный так и вовсе будет пускать слюни до конца жизни!

– Да, но они будут жить, а значит я не нарушил ни одного завета великого и мудрого Хоу Дзи. – Ву это даже не смутило, и он вновь с жадностью начал пить вино.

– А как же нашпигованный стрелами? – не мог поверить в увиденное Бьёрн.

– Это сделали его дружки, я тут совершенно ни при чем, – флегматично заметил монах и начал обшаривать карманы своих жертв, доставая из них золото и перекладывая к себе в кошель, – а это пожертвование монастырю.

– Я же говорил, что рядом с вами мне будет весело. – сказал Мор и закатился смехом. Скит только покачал головой и понял, что связался с безумцами. С безумцами, которые его обучают, и которые доведут его до смерти своими ужасными тренировками. Может следует убежать, когда все будут спать?

Глава 10

Компания отошла от поляны, на которой монах показал свои возможности уже достаточно далеко, как к ним навстречу вышел Кристаллический медведь. Тот самый, с которым уже бился Скит.

– Решил отыграться за свой побег? – задумчиво спросил Мор. – Или все же решил отдать нам свой кристалл энергии?

– Ещё одно пожертвование? – ухмыльнулся Бьёрн, и хлопнул Скита промеж лопаток. От такого удара Скит зашипел от боли и пробежал пару шагов. – Ну, давай малой, это твой противник.

В прошлый раз Скит не мог разглядеть своего противника из-за повязки на глазах, но сейчас это сделать ему ничто не мешало. Медведь в холке был чуть выше Скита, видимо он был не старше двух лет. Кристаллическим же он был прозван потому что у него из спины выросли три кристалла зелёного оттенка. Когти на лапах и правда внушали уважение, при ходьбе они оставляли следы в земле.

– Тебе повезло, это ещё медвежонок, – сказал монах, – и сейчас полдень, значит он будет бить только вполсилы.

– Как это связано? – спросил Скит, доставая кастеты из карманов и надевая их на руки, он принял боевую стойку.

– Видишь кристаллы на его спине, это не украшение и не кристалл энергии, как у безумных тварей. Благодаря этим выросшим кристаллам, он улавливает энергию звёзд и заряжает ею свои удары. В этот момент его сила вырастает многократно. – просветил ученика монах и сел на землю, положил посох на скрещенные ноги и приготовился к развлечению.

Медведь взревел и кинулся в атаку, Скит отпрыгнул в сторону и стал думать как можно нанести урон такому монстру. Медведь молодой и не опытный, о чем говорит отсутствие шрамов. Значит в битвах ещё не участвовал, по крайней мере Скит на это надеялся.

– Золотой на победу медведя, – сделал ставку Бьёрн, ну да, на кого ещё мог поставить последователь бога-медведя?

– Поддерживаю, – крикнул Мор.

– Ставлю два золотых на парня, – сказал Ву отвлекаясь от горлянки и откуда там вино? Скит не разу не видел, чтобы монах его туда заливал.

– Монахи не участвуют в азартных играх, – попытался возразить Бьёрн.

– А я не участвую, я поддерживаю своего ученика. Даю ему понять, что в его силы верят, таким образом повышая его боевой дух. – казалось, что Ву может оправдать любое свое отступление от заветов своего бога.

– А вы там не охерели? – возмутился объект ставок. – Ву, выигрыш делим на двоих.

В очередной раз увернувшись Скит попытался ударить медведя в нос, но зверь чуть не откусил тому руку. Вновь удар лапой, Скит ушёл с линии удара, но когти все равно зацепили плечо, разрезав кожу без сопротивления словно нож масло, то самое плечо в которое его уже кусали. Скит зашипел от боли, но не стоял на месте.

– Следи за ногами, косолапый, топчешь как слон. Будь лёгок, используй минимум движений. – это Бьёрн советует, но не понятно Скиту или медведю.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.