# Мир Икс. «Доктор» или его путь войны (выживания)

Урс Кузнецов

Что есть сила? Поможет ли интеллект в выживании, когда тебе противостоят уголовники, враги, звери и чудовища и что-то Неизвестное ? Сила ума, Честь человека, Совесть врача или насилие сильного, коварство подонка, расчёт предателя перевесит на весах Судьбы? Какова Правда совестливого против правды насилия?Загадка МИРА ИЗМЕНЕНИЙ для вступившего в него.

# Урс Кузнецов. Мир Икс. "Доктор" или его путь войны (выживания)


## Я попал … в гонку за жизнью

Какое-то хмурое утро, наслаивающееся на головную боль. Странная головная боль, сопровождающаяся странным потоком сознания. Поток бессвязных видений, искусственность этого потока для своего обычного понимания, состояния ума я чувствовал.

В голове мелькали, как стробоскопа вспышки, я успевал отследить те, которые имели отличающуюся от других большую длительность и узнать: Адажио Альбиони с картинами видов космоса, отрывки из книг Ефремова, Азимова, Моргана, Гаррисона, Саадова, Маркеева, Лема в виде картин, сценок, изображений накладывающихся друг на друга, волнующийся океан покрывший всю планету под космической станцией… вот человек амфибия выделился, задержался в мыслях и картинка его скольжения в не мыслимых цветах разноцветья глубин толщи волнующегося пространства, … космические просторы прошиваемые лазерами от звездолётов… монстры с окровавленными чудовищными мордами рвущими тела кричащих людей …

Посмотрел на часы, да, час назад жена уехала на работу, предварительно толкнув меня, чтобы я принял утреннюю дозу лекарств. «Моя героическая декабристка!» – с уважением и тоской мелькнула мысль. – «Моя жизнь на лекарствах и процедурах дневного стационара полностью её вина. Без её усилий лет восемь как спокойно бы лёжа нюхал корешки цветов».

Головная боль – это при давлении. Вывод осознанный потребовал подняться и пойти за аппаратом, чтобы измерить давление. 120/80 при пульсе 78. И ещё сухость во рту! «Сахар!!!» – вздохнул и достал мини оборудование для замера сахара в крови… 6,2 …

Как-то разом прояснилась голова и я, забыв о неприятных ощущениях тела, обобщил: головная боль, сухость во рту, жажда при нормальных показателях физиологии, … – взгляд в окно, – густой, практически, как молоко, туман и отвратительный химический запах… щёлкнул выключателем – нет электричества… посмотрел мобильник – нет сети!

«Кажется мои проблемы с болезнью кончились, или перешли в меньшую из имеющихся проблем, ибо я попал в другую и очень Большую Проблему!!!» – эта мысль была уже вторичной, ибо в это время я одевался, взяв пустой рюкзак, достал туристический топорик из-под духового шкафа… «да электричество пропало, а у меня седьмой этаж, да и всё на электричестве от печки до домашнего оборудования. За один раз не управиться, поэтому ружьё оставил, но все сбережения прихватил, понадобятся. Но сейчас главное – забрать жену. Обдумаю всё по пути. Это катастрофа, явно – Катастрофа!»

Быстро, ну как быстро, для разменянного седьмого десятка – быстро спустился по ступенькам, вскрыл гараж, подключил аккумулятор (выезжаю редко) – «ну, выручай дракошка», не закрывая гараж рванул к её месту работы.

Наш южный курортный городок окружён исламом со всех сторон, до пингвинов, то есть до самого южного полюса. А сейчас, под потворство власти они как холестерин забивает сосуды сердца перед инфарктом, забили административно-социальную инфраструктуру городка. Страшно прогнозировать их поступки, когда начнётся хаос катастрофы. А в катастрофе я уже не сомневался.

Мне повезло. Дорога пока не забита, хотя и так, последнее время правилами дорожного движения имеющиеся джигиты не заморачивались.

Я выскочил из поворота к мостику через речушку и резко затормозил.

Доказательство, что я не дуркую, было передо мной. Посередине моста был промежуток состыковки с другим, более широким и мощным, что ли. Но не это меня «оборвало», а то, что он продолжался в лесок холмистой местности, а не уходил на подъём в горку.

«Слава Богу!» – моя жена не попала в мир насилия и Зла. Я уже не сомневался, что стал попаданцем. Туман начал быстро развеиваться. У меня есть час или два. Надо успеть подготовиться.

Какие мои активы? Тело измождённое болезнью. Дома помповик, одежда, коньяк и … не важно, минимум. Итог один, рассчитывать на этот актив при катастрофе и разгуле уголовщины с хищной средой похожей на миры попаданцев или в худшем случае на Улей Каменистого, а для меня это – Мир Икс. А зная улыбку фортуны и что происходит с новичками, судьбу которых я помню по книжкам – легче застрелиться самому, чтобы не мучиться. Но, с другой стороны, вроде бы нахождение в тумане, с неясными по действию на тело спорами, избавившим меня от всех болезней и, если выживу, дало перспективу развития с дарами этого мира, если повезло с попаданием.

Экстремальная ситуация проверит и моё кредо, мой императив – «знание сила!» Оно показало себя в борьбе с болезнями, теперь проверка с хищной средой на выживаемость носителя. Для примера, мир Артёма Каменистого мною читались книги и часто обдумывались ситуации авторов или как умные, или как … «не умные». Теперь на кону не развлечение, а большой вопрос: сожрут меня, разделают на органы или смогу жить в страшной, но и не обычной реальности загадочного мира?

Пока приоритеты расставляются автоматически. Опять головная боль с жаждой и сухостью, царапающей горло наждаком языка. Но то средство, которое называли в книге – живчик, мне пока не получить от доброго рейдера, да и большой вопрос, в какой кластер угодил наш городок. Есть ли здесь рейдеры, может уголовники той или иной разновидности контролируют территорию? Помповик – это слишком громко заявить о себе и высокий шанс попасть на разделку, а маленький арбалет вызывает слишком большое сомнение в эффективности выстрела. Да и я не снайпер и не воин, если по факту.

Поэтому проверяю и осуществляю сейчас, мои прошлые мысли при прочтении вымышленных загадок, а для меня, сейчас реальности Мира Икс. Действовать попутно, на пути к дому (так как доступное оружие для меня всё же только то, что есть дома… пока). Назову эту ситуацию – попадание в мир Икс. А далее буду действовать по уму и с коррекцией под обстоятельства. Убеждение, что реальность, пока ее социальное и нормативное давление является императивным и безусловным, может конкурировать с виртуальными реальностями, которые, с другой стороны, благодаря своей интерактивности могут оказывать такое влияние на реальную реальность, что любая концепция двух автономных миров теряет смысл для меня, попавшему в этот мир.

Вот и аптека.

– Девушка, пожалуйста, перевязочные пакеты – восемь упаковок, спирт 500 миллилитров, а ноотропы какие у вас есть? – уверенно и невозмутимо смотря в лицо требую ответа и товара.

– У нас нет электричества. Касса не работает.

Ожидаемо. Но пока это человек, а не пустышка. Поэтому показываю деньги и спокойно, смотря в глаза и доброжелательно улыбаясь предлагаю.

– А давайте я оплачу наличкой, и Вам за труды тысяча, а Вы потом в кассу занесёте и пробьёте весь список?!!

Смотрю, как она заинтересовано, но при этом и морщась (понимаю, что головная боль и сушняк Сахары во рту, но молчу) думает.

– Хорошо. Но по ноотропам, у нас есть, – она выдвигает ящик из шкафа, – Бифрен, Фенибут, Пирацетам, Винпоцетин, Тиоцетам, Нообут, Нейроксон, Мебикар.

– Беру всё. Какая сумма получается.

Полная женщина наклоняется, загребает коробки в охапку двумя руками и вываливает всё на прилавок.

– Да, ещё Церебролизин и одноразовые шприцы с одноразовыми спиртовыми салфетками, пожалуйста.

Девушка тридцати – сорока лет задумалась, затем выдвинула соседний ящик и захватив стопку упаковок с церебролизином выставила на стол. Затем взяв в руки калькулятор, быстро всё пересчитала, сортируя по наименованию, цене и количеству.

– С вас сорок шесть тысяч девятьсот пять рублей. – И замерла, смотря на меня испытующе внимательно.

Может и не обратиться в пустышку? – оценивающая мысль мелькнула.

– Добавьте на две тысячи: бинты, жгут медицинский, шприцы пятиграммовые. – Отсчитывая деньги, попросил.

Посмотрел на свой рюкзак, спросил:

– А большого пакета у вас нет?

Аптекарша склонилась и достала мешок, в котором, видимо, привезли вату.

– Спасибо! – и добавив пятьсот рублей, – дайте ещё упаковки ваты медицинской.

Загрузив всё в мешок и рюкзак всё-таки решил сделать доброе дело. Мысль: – А вдруг поможет новичку, ведь один от пятидесяти до на десять, вроде бы?!

– Голова болит! Сухость во рту! – уверено, безапелляционно говорю глядя в глаза. – Сейчас закройте дверь за мной. Повесьте табличку «Закрыто» и подождите часа два. Потом очень тихо выбирайтесь из города. Вы увидите и поймёте всё сами.

Проделал всё так же во второй аптеке, но там брал только ноотропы и церебролизин со шприцами под него. В камрюхе сразу уколол в бедро церебролизин, тройную дозу, и распечатал бифрен. Всё запив боржоми. Жажду это не уничтожило, но притупило, как и головную боль.

Прошло пятнадцать минут от исчезновения тумана.

Ещё есть или осталось три аптеки на моей улице. По-моему, больше медикаментов мне не потребуется. Этого хватит на то, что я просчитал… или я не прав и ошибся. Одно из двух. Рефлексировать сейчас глупо. Цена: или живу, или превращусь в тварь.

Всё повторил. В этих маленьких аптечках работали карачаевки, уже закутанные в платки. Так как я жил на лекарствах то смог оценить их добросовестность, а в душе у них, что в душе, я не судья. Поэтому повторил предупреждение и совет в каждой аптеке. А там, если карачаевцы свои, то их спасут. То может быть не злодейы. С остальными не знаю, но это уже их путь в Мир Иксе.

А вот в третьей аптеке пришлось задуматься. Да, выгреб ноотропы (ведь тело всё то же и биохимия та же в основном, физиология изменяется только на споры Мир Икса, а это инфицирование, по существу изменения), но потом процесс будет опираться или на лекарствои эту, всего лишь подкормку, типа биологической добавки к пище, или мне уже ничего не надо будет. И в крайней аптеке с лицом скрывающем чувства, но страдающим от головной боли, жажды и сухости во рту стояла достойная девушка, видимо дочь собственника аптеки. А у меня кончается взятая сумма. И я спросил:

– Принять решение поворотное для всей твоей жизни сможешь? Подумай!

Она изумлённо на меня распахнула глаза. Серые, большие глаза. Отметил благородную голову без закутывания в платок. Да, тоже карачаевка.

Мои действия из-за понимания надвигающейся катастрофы были решительны и просчитаны. Я закрыл дверь в аптеку и повесил таблицу «Закрыто». Основание для них было. Перед этим с улицы раздался звук удара, столкнулись две машины, аптека была рядом с перекрёстком и здесь оживлённое движение транспорта из-за того, что основная магистраль к рынку и центру города рядом.

– Я знаю, что с химией тумана распространена «инфекция». – Причём для меня абсолютно ясно: первое- химия тумана не является обычной и даже земной. Второе – ожидаемая «инфекция» не будет бактериологическим оружием, ковид уже применили и другого реальной планетарной власти просто не надо! – Я знаю, что надо предпринять для возможного выживания. Ты только предстоящие два часа слушаешь, что я говорю и выполняешь без возражений. Сейчас ты добираешь всё, что нужно для девушки в отпуске из медицины, ноотропы мы взяли все. Ещё, что есть ещё из питательного для нервной системы добери, но быстро. Бери все деньги из кассы. Бери большие сумки, если есть, и мы с тобой идём в Магнит. Я беру ответственность за твою жизнь на эти два часа, но ты сейчас мне помогаешь во всём.

Зная практичность карачаевцев, я добавил:

– Видишь «Камри» за окном, хотя и в возрасте машина, но это японская сборка и класс «Люкс», это в залог денег из кассы и твоей помощи в течение двух часов, если ты посчитаешь себя обманутой.

Жалко было благородную девушку. А мне нужна была помощь на самый ответственный момент.

– Ты ведь водить машину можешь? – решил уточнить.

– Да.

– Вот. Сядешь за руль, когда мне понадобится.

Она колебалась.

Тут сильный удар столкновения и громкие ругательства уже рядом с аптекой. Я выглянул на улицу, на припаркованную свою дракошку. Проезд был свободен, разбитые машин стояли на дороге в сторону перекрёстка.

– Решай.

Ждать больше не было времени. Прошло пятьдесят минут и счётчик отпущенного времени самому себе на подготовку скоро обнулится.

Девушка не уверенно склонила голову в согласии, не отрывая испытывающего взгляда от меня. При этом она открыла механикой кассу и выгребла все деньги.

«Машина стоит больше всей аптеки не закупленной мною!» – внутренне усмехнулся в себе. – А случайно, ледоруба или маленькой кирки здесь нет?

– Есть. Брат занимается альпинизмом.

«Ты смотри, какая культурная семья. Жалко таких». – Но делаем, что должно.

– Пожалуйста быстро. Неси его. Времени совсем нет.

Она метнулась в дверь на выход.

«Поднялась на второй этаж», – догадался. И появилась, неся альпинистскую приспособу.

«Должна быть отличная сталь», – мысль промелькнула отбитая новым озарением, что надо сделать.

– Возьми спортивную или одежду для природы. Брюки, куртку не яркие, крепкие.

– Здесь нет. Я живу с родителями в другом доме. – Посмотрев на меня с негодованием, но ответила скромно и вежливо.

– Закрывай двери, – подхватив сумки и ледоруб я вышел к машине.

Открыв пассажирскую дверь, сгрузил сумку и рюкзак. Услышал, как хлопнула дверь и Мариам поворачивает ключ, закрывая аптеку.

– Садись на заднее сиденье, освобождай одну сумку и рюкзак. Сейчас мы подъедем к Магниту. Там берём, только хорошего качества: консервы, бутылку коньяка, ром, воду.

За руль её сажать сейчас рано. Надо успеть. Вижу, что она посмотрела внимательно на ругающихся рядом, у разбитых опеля и хундая мужчин. Затем дальше, на край замершего автобуса и врезавшегося в него внедорожника, какой модели определить по видимой разбитой «морде», обрезанной углом дома, не возможно. Там собралась толпа из вылезших из автобуса и внедорожника. Задумалась.

«По сравнению с лицами из толпы она, пока, более человечная. Но какой жребий ей выпадет, опять же, – пока неизвестно». – Подумал, выруливая к Магниту, проехав два дома вставая в кармане на дороге у столовой. Осталось два этапа плана с опорой на мою машину.

Рабочий день. Магнит открыт. Заходим. Мариам несёт сумки я выкатываю две коляски и проходим в зал. Кассиры тупо сидят за кассами. Что хорошо, это то, что менеджеры тоже сидят за своими погасшими экранами. Идём к продуктам и начинаем собирать консервы. Мариам прихватывает и копчёную колбасу. Всю. Умница.

С загруженными тележками подъезжаем к кассе.

– Электричества нет. Ждите.

Мариам смотрит на меня. Смотрит на заторможенного кассира. Оценив очень молодого парня, на подбородке которого проклюнулись чёрные волоски, настойчиво, уверено говорит.

– Смотри, здесь продукты, – указала на тележки, – а здесь деньги! – подняла к его лицу пачку купюр.

Бросила взгляд на меня, убедилась, что я полностью её поддерживаю, продолжила:

– У тебя зарплата пятнадцать тысяч? Вот за одну оформленную покупку ты сразу получишь десять тысяч! А появится электричество ты всё оформишь через кассу.

Продавец, «включился», начал всё переписывать доставая из тележки, Мариам сразу переносила в сумку, уже зафиксированное тем в свою тетрадку.

Час после ухода тумана.

Меня мучила жажда, недомогание, ломота по всему телу, тупая боль в голове. Время шло.

Оставив все деньги из аптеки в Магните, мы выкатили тележки с заполненными сумками поверх продуктов, прямо в тележках подкатив к машине.

– Осталось недалеко, следующий дом. Подъедем туда. Пока я поднимусь наверх ты посидишь в машине.

Большая часть подготовки завершилась. Мне оставалось переодеться дома. Хотя нет. Только забрать необходимое и проверить подъезд на «открытые двери». Смешно, мы с супругой обустраивали дом всю жизнь, а теперь я уйду из квартиры с одним рюкзаком. Что-то спросила Мариам. Кстати, а слух то улучшился! Я в горячке выскочил без слуховых приспособ в ушах из квартиры.

– Извини. Задумался. Повтори вопрос.

– А как тебя зовут?

Я достал из барсетки фолдер, а из него водительские права и отдал девушке. Неважно, она думает о моём залоге или это её воспитанная родителями вежливость. Я начинаю «сбрасывать» свою прошлую жизнь, и выбрасываю эти права – первыми.

## Люди, людоеды, сверхэлита монстров и Загадки от Мира Икс

Последний этап подготовки. Один час четырнадцать минут после исчезновения тумана.

Мы подъехали к моему, полностью освещённому солнцем, девятиэтажному дому. Машину расположил с его северной стороны в закутке площадки между домом и недавно побеленной электротрансфоматорной будкой. Улыбнуло. Побелили сразу после того, как молодёжь написала на стенке, что мэр – вор. Машину развернул носом на выезд. В трёх гаражах вдоль переулка справа, если по нему на выезд, у одного, коричневые, с поблекшей краской ворота были приоткрыты и рядом стоял красный минивэн Опель. Хозяина не видно. Пенсионер, выше меня на пол головы, худой, седой. Мы с ним здороваемся, точнее он первым успевает, после того как я посоветовал ему, как выправить осанку внучки.

– Мариам, оставляю тебя в машине. Двери не открывай, чтобы не происходило. Можешь принять любые из ноотропов на твой вкус. Запить воды тебе хватит. – Это уже была шутка. Девушка мне нравилась серьёзностью и чётким выполнением договорённости. Так как ключи были со мной, то оставить её со всеми документами на машину я не боялся. Да и не похожа она на воровку, хотя идеология абреков была у кавказцев реально действующей. В принципе, лекарств для укрепления центральной нервной системы я принял запредельно. Остальное было просто «чтобы было». И реальный запас пищи, но и это было уже не так критично, как отсутствие оружия, судя по конфликтам уже возникающим на улице.

После того, как заберу всё из дома, займусь ловушкой на «носителя лекарства».

– «А может я «туплю»? С чего решил, что происходит всё по сценарию из книги фантастики которую прочитал? Тем более там чётко понятно, что из того мира никто не возвращается назад в свой?» – мысль ворочалась вяло.

Время «мгновения истины» приближалось, судя по не уверенной походке идущего по тротуару юноши килограммов под восемьдесят веса. Да и у меня нарастала заторможенность от головной боли. Держать внутреннюю установку становилось всё труднее. Какую установку? Наработанная годами медитация сейчас применялась, как стволовая опора и в надежде на практический будущий результат. Крутил в мыслях представление: как я быстро перемещаюсь, потом удар ломиком в подзатылочную область врага, пронзая соединение шеи и затылочной области черепа, убивая конкурента за жизнь.

Если Мир Икс и расщедрится на жизнь для меня, то мне нужна для выживания подобная способность: скорость и сила поражения. При моих кондициях добыть лекарство жизни в Мире Икс я мог только при эффективном приёме, одном приёме, больше не надо. Все остальные приёмы для меня были бы проигрышем. Во всяком случае я подготовил свою нервную систему, мозг, напряжённость воли для нужного, а что получится будет скоро проявлено, думаю в течение часа.

Вот и родной седьмой этаж. В подъезде тихо.

Быстро, не разуваясь делаю проход по квартире. В зале забираю металлическую фляжку, открываю бар и беру початую «АХТАМАР». Смотрю на фотографию внучки, стараясь запомнить. Собираю ножи и, вспомнив, из инструментов на лоджии забираю ломик. Потом, подумав, целую верёвку, не побрезговал и обрезками. Потом перемещаюсь к сейфу и забираю помповик, пачку с патронами и всё для чистки ружья. Потом подошёл к шкафу, спортивные костюмы, бельё, мыло (память ожила материализованной заботой жены).

Из ванной забрал несессер. Хватит. И так пол рюкзака. Взял свободный рюкзак, бросил в него свой pavilion, зарядки, батарейки, фонарики и ножи, которых у меня накопилось достаточно. Два ножа сразу закрепил на ремне, «кармен» и узбекский нож засунул в карманы, они были в чехлах. Из холодильника сало, приправы… повеяло памятью уюта… заморозил своё сердце, а хлопком дверцы холодильника отсёк прошлое, сбрасывая ожидания вечернего ужина в семье. Открыл деревяный ящик пенала стола и всю коробку с рулонами пакетов забрал, пригодятся. Подцепил небольшой арбалет и вышел, закрывая дверь. Уходя навсегда.

Отметил, голова то болит, но подъём ногами на седьмой этаж прошёл, по ощущениям, как на второй. В подъезде никого, тихо. Электрический блокиратор подъездной двери не работает, только сейчас отметил, открывая дверь подъезда. У двери, слева около лавки, стояли две подруги. Хорошие девчонки, девушки, почти подростки. Поздоровались вежливо. Лучше бы, как остальная молодёжь – игнорировали.

Сейчас мозг работал с напряжением, боль в теле, жажда, внимание на постоянном поддержание разворачивания прокручивания внутренней установки: не заметен, но всё вижу – мгновенно перемещаюсь к спине противника – из руки летит в цель ломик/нож/топор. И вот попутно всплыла картинка, как одна подружка организовывает ребят на строительство домика на площадке перед домом, как вторая устраивает разборки с мальчишками за «плохие слова», которыми те щеголяли в беседе.

«Это хорошие человеки» и как жить дальше если попрать категорический императив – доброй воли». – Мысль одним «кино» пронеслась у меня. Да и вклад они могут внести в зарабатывание мною лечения отвратительного самочувствия.

– Привет! Есть работа на два часа. Нужны обе. А если будете без вопросов всё делать, то вечером, в любом магазине для вас приобретём тот телефон, который выберете для себя самостоятельно.

Смотрю задумались, переглянулись. Читаю их мысли, ясно проявляющиеся в мимике и обмениваемых взглядах: «Ну да, котиков и собачек подкармливает дядька. Вроде никогда не обижал.»

– Не. Это дорого за два часа. Давайте тогда пять тысяч рублей за работу. – Приняла решение лидер всех игр старшая Алиса, смотря на меня с ожиданием. Ей лет семнадцать, пошла после школы в мед училище.

«Беговая», как для себя я обозначал другую, из-за её способности носиться с удивляющей меня скоростью по подъезду, ничего не добавила. Думаю, года на два младше подруги, но по энергичности не уступит.

– Хорошо. – Я достал тоненькую пачку из оставшихся нескольких купюр, отделил пятитысячную и отдал её Алисе. – Вот половина, остальная сумма – вечером.

«Ну, теперь как сложится судьба. Или они выживут, как люди, и я их доставлю в поселение, которое найду, или вариант – не повезло! Может выживет кто-то из их родственников и будет отвечать за свою кровь, да, по-всякому может быть, может и обе барьер «тумана» не преодолеют… ещё вариант, если я не выживу, то и вины не будет на мне». – Молча смотрел на них.

– Что сейчас делать?

Вопрос Беговой, кстати, внучки того седого, худого мужика, который показался у красного минивэна, вернул в действительность.

– Сейчас вы быстро, очень быстро бежите по домам и переодеваетесь в одежду, в которой можно лазить по горам и крышам гаражей, или как для походов с ночёвкой. Не яркую – заметьте. Как только переоденетесь подходите к гаражу моей машины, она сейчас стоит на площадке, – махнул рукой в сторону показывая где. – Да, Алиса, очень нужен для серьёзной игры твой котик. Ведь у тебя есть в чём его носить?

– Есть переноска. – Ответила, удивлённо взглянув, Алиса.

– Обязательно принеси.

– А ты сможешь найти котика? – Посмотрел на смутившуюся Беговую, знаю, что её зовут Нина, но мне так лучше для себя обозначать ещё подростка.

– Поймаю! – Смотря на меня, уже с доверием, ответила.

– Хорошо. Если не котика, то, на крайняк, можно и собачку. Алиса, с тебя котик обязательно на два часа! И Алисе, если та не поймает котика, дай свою собачку.

Те переглянулись и уже разворачивались, чтобы побежать по квартирам.

– Стойте! А у вас дома кто-нибудь есть сейчас?

Из-за всё ухудшающего самочувствия и остатках здравого ума, в основном сконцентрированного на медитации, забыл, что время то идёт и изменения от тумана в телах заражённых людей приблизились к пороговой величине. Вон, и девчонки «тормозятся» и речь у них с усилием.

– Нет. Никого нет, – сказала Алиса.

– Нет. Мама на работе – это уже Беговая ответила мне с доверием посмотрев в глаза.

Меня передёрнуло от мысли, что они могут обратиться в не людей, а сейчас я вижу чистые души в их ясных глазах. Надо было бы сопроводить их в подъезде, но там безопасно, я его прошёл только что.

– Бегом! Очень. Быстро. Бегом! – акцентируя каждое слово голосом отправил их.

Те посмотрели на тоненькую пачку купюр, которой я поиграл перед их глазами и рванули в подъезд.

Я быстро дошёл до машины. Тихо открыл заднюю дверь и склонившись к Марьям указал на разбросанные лекарства, которые мы были вынуждены доставать из сумки и рюкзака перед походом в Магнит, попросил доставая рулоны пакетов из рюкзака:

– Марьям, нужен порядок. Отрывай пакет от рулона, и раскладывай в каждый отдельное лекарство, доставая из коробки. Чтобы было легче определяться, одну упаковку целую клади в пакет, будем знать какое лекарство. Пустые коробки выбрасывай на землю. Главное, компактность.

– Хорошо, я сделаю, странно вокруг всё. Но ты ведь знаешь, что происходит! – утвердительно заявила, смотря мне в глаза с вопросом.

– Знаю. Предполагаю! Но сейчас я делаю лучшее из возможного в этих изменившихся условиях. Можешь верить или нет, но скоро проверишь по факту. – Открыл брелоком багажник, отошёл к нему и доставая из него монтировку и старый топор производства из СССР, ответил, при этом думая, перекладывать в него продукты или нет.

– Да. Сейчас подойдут две девчонки. Они пока не «въехали» в изменившуюся действительность и воспринимают всё как обычный мир с его дуростью. Не надо пока их озадачивать проблемой. Наоборот, поддерживай настрой на игру, опасную игру.

Марьям посмотрела на меня изучающе проницательно.

– И главное! Всё делать очень тихо. – Демонстративно осторожно закрыл багажник, медленно прикрыл и её дверь. А потом, нажатием, закрыл окончательно.

Мне было не до психологии, обычная практика сохранения нормальной ориентации партнёра при кардинально изменившейся среде жизни. Я оставил себе ружьё, загнав дополнительный патрон с пулей в ствол. И к топорику добавил ломик и монтировку в оперативный рюкзак. Ножи остались в карманах и на поясе. Я просто не знал, что пригодится, что использую. Арбалет пока остался в машине. Его испытаю потом, на слабых оппонентах, если понадобится для прохождения куда-нибудь. Надо готовить ловушку на серьёзного врага, если это вариант из жести описанной.

Осмотрелся. Решил всё-таки сходить к своему гаражу. Старый металлический, он был удобен небольшой высотой и узкой щелью между стен с соседним. Недостаток в том, что не поставишь незаметно машину, нет места, а она являлась необходимым средством быстрого ухода из района. Да и её мощность поможет оттолкнуть любое препятствие с дороги.

Вот на встречу и Алиса идёт: с сумкой для переноски котов и на поводке маленькая пушистая собачка с забавными волосатыми ушами. Почти как у рыси торчащие вверх волосы от ушей.

– Пошли к моему гаражу. – Только кивком головы обозначаю направление и махнув рукой на ходу разворачивая в обратную сторону. Решил проверить на местности возможности.

Альтернатива, с другой стороны дома, щель между гаражом минивэна Опель и соседнего, под рено, была предпочтительна по ловушке на мишень. Но там рядом был Магнит, что предполагало большее количество заражённых, и уйти в закуток с машиной может стать проблемой, если будет большой наплыв враждебных субъектов.

Подошли к гаражу. Мне было наплевать, лазил ли кто-нибудь в него за моё отсутствие, воспользовавшись приглашением открытых ворот. Зайдя, бросил взгляд на запасные колёса с недавно заменённой зимней резиной, выделяющихся свежестью рельефа у протектора, всколыхнувшей память на прошлую жизнь с её заботами.

Выйдя наружу к ожидающей, напряжённой, стройной как струна Алисе, сказал:

– Давай сумку с котом.

Она мне её протянула без вопроса.

– И заводи дружка в гараж. Мы их оставим здесь на время.

Поставил рюкзак на стеллаж для колёс у задней стены. Привязав поводок собаки к стойке с колёсами, сумка с котом будет в дальней от него стороне.

Осмотрелся. Отметил, что осторожная девушка-подросток только искоса посмотрела на ружьё не задав вопросов. А ведь очень озадачена, судя по мимике.

Прикрыл ворота. Поднялся выше по склону от гаража. Встал в перпендикулярном переулке между домами. Машину можно здесь поставить или ниже, через гараж, носом к ответвлению дороги к соседнему дому? Или всё-таки использовать напротив гаража промежуток, на три гаража ниже? Всё-таки в этом месте, в ответвление, решил я. Там дальше уже идут частные дома. Кстати, это ещё одно место для возможного вооружения меня, вспомнилось место. Явно гнездо нечистых душ, но ими займусь на следующем этапе, если он у меня будет. Сейчас только решить в какую сторону поставить нос машины.

Алиса молча стояла рядом.

– Посмотри, вышла ли твоя подружка и позови её сюда. Только жестами, тихо всё делать!

Стройная, лёгкая на движение Алиса выбежала к углу из проезда и дорожки вокруг дома и замахала руками, явно подзывая Беговую.

Думаю. Если вниз направить машину, то это на доступную трассу на выезд из города, на серо-восток. Единственный раннее. (Тот, что образовался на мосту к работе моей жены, на восток, получается.) Мне надо на северо-восток, если использовать карту и предполагать, что городок оказался на своём месте на юге рф.

Но сейчас надо выполнять этап «вооружится», плана. А задачка ещё та. Вот дом рядом тоже может её помочь решить. Ствол там точно будет, насколько я знаю поселившихся тёмных личностей. В первом подъезде заселились семья мигрантов из Узбекистана, судя по поведению хозяина, он имеет роль старшего боевика их местной диаспоры. Но есть ли ствол, глушитель? Возможно есть.

– Так, помощницы. Видите, вон ту старую собачью будку? – говорю, а сам думаю: время поджимает и мне, при ошибке, пощады никто не даст. Про этих подруг, учитывая, что для мусульман возраста согласия не существует, даже думать не хочу об их будущем, если им повезёт не обратиться в тварей и попасть тем в руки, … это если я обращусь, будущее в любом случае не радужное.

Они кивнули, подтверждая, что видят.

– Пойдёмте к забору. Я вас подсаживаю. Вы перебираетесь. Вот этим ломиком края приподнимаете, а потом несёте будку к забору, передаёте мне. Ломик не забыть там. И всё делать тихо!

Вижу, прониклись и сейчас перебираются с моей помощью. Ломиком завладела Алиса.

Вот пыхтят, но тащат. Захватываю край показавшийся над забором. С трудом тащу на свою сторону.

Первой через забор лезет хрупкая Беговая. Даю руку и подставляю колено. Та сама ловко спрыгнула. Алиса отдала ломик мне в руку и так же быстро взлетела на верх, встав надо мной. Помог спуститься, как и Бегунье. Втроём затащили конуру между гаражами. Я разместил так, чтобы котика мог засунуть, чуть потянув на себя за край будки.

Подросток юница и девушка молодцы, мучаются недомоганиями от интоксикации так же, как и я, но молчат. Не хочу их отпускать от себя. Опасаюсь уже наступившей тишины. Понял, почему стихло, прекратилось движение транспорта по улице.

– Пошли к машине, она на площадке.

Посмотрел на напряжённую Бегунью. Вот и первое испытание, что с её дедом? Время перемен настало. На открывающемся нам перекрёстке, вниз от этого проулка был тротуар. И я увидел покачивающуюся на месте фигуру полной женщины. Около оптового магазина покачивались фигуры грузчиков, а ведь были молодыми крепкими бородатыми наглыми парнями.

Развернулся, схватив двигающихся девчонок за руки. Вспомнил потенциальную засаду у гаражей. Хорошо, если дед иммунный, что вряд ли, а так к машине не пройти, он увидит её движение. Ни к чему видеть внучке, что произойти может. Да и как там с оставленным внутри человеком? Я-то ещё пока тот же, осознающий, сам в себе.

– Тихо. Подождёте меня в гараже.

Подвёл их к гаражу, в оставленную щель, приложив палец к губам, жестами приказал по одной протискиваться. Они выполнили. Шёпотом объяснил: – «сейчас я подъеду и стану выше, а вы сразу, как я подойду к гаражу из машины, подаёте мне котика, а сами после этого ТИХО садитесь в машину! Котика успокойте, чтобы он не мяукал пока».

Время, для меня, помчалось. Я бросился к машине, стараясь добежать незаметно, для этого подходила только одна сторона дома, противоположная дороге, но там меня будет видеть дед Бегуньи или уже больной, умирающий человек, зомби, хищная тварь этого Мира Икс?

Радовало, что хотя и особых сил не было, но и слабость, которая раньше сковывала, пропала. Плохо. Вижу, дед у минивэна стоит покачиваясь. Пройти незаметно нет возможности, вот я добежал только до второго подъезда и он меня увидел. Замер. Заметил. Неловко обогнул минивэн двинувшись навстречу.

Понимаю, что мне предстоит преодолеть это препятствие, что, если я не преодолею это, меня сейчас начнут убивать. В моей жизни был только один случай, когда мои руки держали смерть. Вспомнилось сейчас, как толстая игла проходит грудную клетку через межрёберное пространство, потом стенку левого желудочка, впрыскиваю адреналин, но сердце остановлено, не работает. Кажется, что случай обычной реанимации, но я тогда явно ощущал, как что-то неосязаемое через шприц вошло в мои руки. Умирающего я не спас.

Зомбиобразный приблизился на расстояние в три, два шага. Блёклые глаза снулой рыбы смотрели в упор, на последнем шаге его руки потянулись … может к моим плечам, может к шее. Я сдвинулся влево и нанёс удар ледорубом. Мерзкий звук пробиваемой височной кости, с ощущением остановки движения ледоруба в полости черепа, и тут же выдёргиваю его из головы. Как-то сразу застыл изменённый. Звук от удара тяжёлого тела о землю. Наклонившись, захватил за лодыжки лежащее тело и оттянул от проезда. Посмотрев на ледоруб, счищаю руками об его куртку кровь и серую желеобразную массу мелкими кусками торчащих на зубцах клюва.

Подбежал к дверце и открыв, бросил взгляд на Марьям. Та имела прежний вид человека. Очень бледного человека.

– Ты знал, что это произойдёт!

Она не обвиняла, а скорее утверждала. Сшибка с заражённым в тумане, произошла на её глазах. Она увидела, что делает заражение с человеком и что из него получилось. Мне понравилось, что девушка была уравновешена, и её волнение без истерики, было связано с приспособлением к ситуации, в которую неожиданно попала, и о которой всего час назад она не могла даже и помыслить, если бы не я со своим заявлением. И мне понравилось, что она достойно держалась при волнении. Я заметил бледность, сузившиеся глаза, когда она резко отводила взгляд, реагируя на шум, ясно выдавали, что спокойствие её от воспитания, а не от непонимания обстоятельств.

– А ты бы сразу поверила? И было ли время, чтобы тебе подробно рассказывать? Тем более его нет и сейчас, главное ещё не сделано!

– Осталось пятьдесят пять минут моего обязательства по договору. – Затем как-то обречённо, что ли, добавила. – Плату за продукты не надо… и машину из залога возвращаю.

Я посмотрел на неё в зеркало заднего вида. Голову опустила, но не сутулилась.

Протянула мне права, постучав ими по плечу.

Я взял их и бросил на сиденье рядом, пора поворачивать в гаражный проулок, осмотрелся на время притормозив и, сделав выбор, загнал машину в промежуток между зданием одноэтажным офисов и полуподвалом с одной стороны и гаражами с другой напротив от моего гаража.

– Мы ещё не сделали главного, не добыли сырьё на лечебный раствор для себя, и не прошли через барьер территории к безопасной зоне. Точнее, ещё не знаем, – сами изменимся или нет. А так, да, мы в другом мире. – Сказав, я тихо, медленно стал открывать свою дверь. – И складывай готовые пакеты медикаментов на дно большой сумки из-под ваты.

– Подожди. … Ты мне поможешь? Я про добраться до дома.

– Сейчас рано об этом думать. И займи подростков работой с лекарствами. Сейчас их пришлю.

Десяток метров до гаража преодолел за секунды. В щель приоткрытых ворот на меня смотрели два бледных лица. Я обернулся посмотреть, что их встревожило. Увидел, что дорогу пересекают два бывших грузчика из магазина, направляясь в мою сторону.

«Услышали машину», – догадка сверкнула в сознание сквозь туман тупой боли и наваливающейся грызущей болезненности в голове. Молодые здоровые парни, тот который молодой бородатый, качаясь идёт первым, помню, показывал собравшимся вокруг него таким же бородатым работникам, вставшим посередине тротуара, быстрые удары серьёзным ножом по короткой толстой ветке. Сейчас безоружные, просто вытянутые вперёд руки. Молодые, сильные руки. – «Уже не изменить ситуацию, быстрее они, видимо не двигаются на этой стадии – это хорошо. Хорошо и то, что мои подопечные пока разговаривают нормально и руки ко мне не тянут. Плохо мне, а не их родственникам, придётся решать их судьбу, не уезжать же бросив их».

– Быстро, в машину! – придерживая ржавые створки гаража по одной пропустил испуганных девчонок. Добежав, Алису подтолкнул вперёд, на пассажирское место, а Бегунью усадил к Марьям. Выхватив горсть пирацетама из пакета в руках Марьям, засунул в рот и запил холодной, из открытой бутылки «Пилигрима», вкусной водой.

– Помогайте Марьям в раскладке лекарств. – Для них приказ, а мне надо их занять, да и отклонения поведения сразу замечу, если те будут.

Двумя длинными шагами выскочил на проезд. Напряжение есть, страха от направленного на меня тупого взгляда заражённого: полу животного, полу зверского – нет. До первого ещё метров семь. Вбежал на ступеньки подъёма от полуподвала к офисам.

Первый радостно зарычал, разворачиваясь в мою сторону и наклоняясь телом перед подъёмом. Наклоняюсь и я к нему, делаю два шага вниз, чтобы достать ударом нелюдя и резко вгоняю клюв ледоруба в голову того. Легко доставая ледоруб из заваливающегося трупа, прыгаю вперёд, но ледоруб не успеваю позиционировать горизонтально и удар получается смазанным, всё-таки наношу в висок, уже сам смещаясь в сторону.

Осмотрелся. Больше пока никто не идёт к нам. Слышу громкие, с повизгиванием, крики из своего дома. Первый этаж. Помню, там живут старики: муж, который пытался заняться утренними пробежками, с женой, занимающейся выращиванием цветов под окном. Передёргиваю плечами, видел, жили ладно, а вот теперь кто-то ест супруга.

Странно. Нет потока описанного заражённых за «свежей пищей» в изменившемся городе. Как-то накапливаются нестыковки с ожидаемым, основанном на прочитанном. Как бы я не ошибся со своими ожиданиями на базе выдуманного другими.

В это время понимаю, что совершенно искусственно возникло в голове звучание «адажио» гениального Альбиони с видеорядом космоса. «Надеюсь, это не шизофрения», – была вполне уже моя мысль.

Возвращаясь к гаражу, посмотрел в салон стоящей дальше машины. Всё у девчонок спокойно.

Нужно бесшумное оружие для работы на дистанции. Нужно лекарство, голова… плохо соображает из-за боли и какого-то тумана тормозящего мысли осознания. Нужно выбираться. Нужна карта.

Быстро хватаю сумку с котом, привязываю верёвку, теперь приподнять край собачьей будки и засунуть в неё сумку, свободный конец верёвки забрасываю на крышу гаража, она шатром, покатая. Встав на будку, залезаю на крышу, ложусь распластавшись. Устроился так, что вижу проезд до перекрёстка.

Вот на перекрёсток выбежало нечто огромное и мощное, похожее на волка. Видимо, был до заражения собакой.

Полная тётка замеченная раннее, качающаяся на одном месте всё там же, у перекрёстка, дёргано побежала, как могла, реально пытаясь убежать от монстра. Он был красив зловещим совершенством, глаза горели красным, бело-жёлтые костяные щитки покрывали всё тело. Доспехи, но не как у трансформеров в кино, не как у рыцарей в доспехах. Их прилегание было идеально. Морда вытянута, но вытянута красиво, как нос истребителя, только без конуса. Исключение в плотности прилегания краёв щитков панциря обнаружилось в одном единственном месте, твёрдый капюшон прикрывающий затылок, который нависал над шеей сзади и оставлял видимый промежуток между затылком и спиной. И размером хищный заражённый был с «Камри», только по высоте раза в два больше. Вот он повернул массивную голову и хищно посмотрел на гараж. Для меня происходило одновременно: его группировка и прыжок; строка пятен от выбоин после звука выстрелов вдоль бока хищника; и моё ощущение потока тепла струящегося от глаз к затылку.

Монстр скомкался, прервав прыжок, упал в проезде, за метра четыре до спуска в подвал здания слева. Ранение повредило ему мышцы спины и задних ног. Но не убило, тот смотря на крышу гаража со мной, страшно заскулил и сделал ещё кособокий маленький прыжок, скорее обозначил его, оказавшись носом к Камри, когда росчерк ракеты ударил его в спину и произошедший взрыв отделил голову с плечевым поясом, отбросив их в нишу спуска в подвал. Осколок от взрыва выбил левую фару моей машины. Хорошо что больше никто не пострадал. Я ещё не отошёл от увиденного, только понял, что ловушка мне уже не нужна, как услышал шум мотора и к перекрёстку подъехала машина, которая до переделки была милицейским уазиком.

«То ничего, то слишком много», – вялая, интуитивно не весёлая мысль. Хотя казалось, что вроде и лекарством люди помогут, и оружие на любой вкус привезли. И девчонкам в кластер – конвой. Это я обдумывал, пока наблюдал за новыми действующими актёрами театра этой реальности.

Из машины вышло трое, видел и четвёртого, тот торчал в люке с крупнокалиберным пулемётом, контролируя заднюю полусферу. Тот, что сидел до остановки рядом с водителем, нёс винтовку с глушителем и выделяющимся цилиндром прицела, остановился, встал на контроль передней полусферы, чуть пройдя за Камри. Водителю не удалось отсидеться, вышедший из машины массивный бородач, его вызвал жестом и когда тот подошёл, толкнул к передней половине, ещё с дёргающейся лапой, разделённого выстрелом хищника. Тот, недовольно отвернув голову от девчонок в камрюхе, достал пистолет из разгрузки, нагнулся и выстрелил в затылок хищника, под «капюшон». Затем неторопливо снял с пояса и пристроил клюв кирки под край костяного «капюшона», используя ту как рычаг, задрал с видимым усилием край костяного щита, открыв себе доступ к затылку хищника. Удерживая ногой кирку, достал большой нож и полиэтиленовый чёрный мешок из кармана, наклонившись с усилием вскрыл нарост под капюшоном и стал из него всё выгребать в подставленный с края полиэтиленовый мешок.

«Это более важно для них, чем рабы, материальные ценности с рабов? Что это такое? Какое это имеет значение для жизни в этом мире»? – подумал об увиденном.

Я не разбирал слов, но слышал, что Марьям разговаривала с подошедшим к ним бородачом, который командовал в приехавшем экипаже. Затем услышал его гогот, оборвавший разговор, звук оплеухи, отвешенной Мариам. Бородач что-то потом сказал и указал рукой Марьям на свою машину. Отвернувшись от неё, открыл переднюю пассажирскую дверь и за шею выдернул Бегунью, как кутёнка, на улицу. Потом поставил на ноги и покрутил её за плечи осматривая спереди и сзади. Как игрушку.

«Да, есть четверо, хорошо подготовленных, вооружённых, наглых, привыкших убивать и насиловать, – доктор, ваше действие?» – мысль вяло ворочалась в болезненном тумане сознания. – «Без лекарства я умру или стану зомби. А так хотя бы временно отвлеку злодеев от похоти, дам девчонкам немного времени жизни без насилия».

Решившись, приготовился. Сейчас я понял точнее, почувствовал, что в голове у меня опять тепло, только не так как прошлый раз глаза – затылок, а как плоскость из тепла рассекшая голову пополам через глаза – уши –затылок. И пусть голова затуманена, но я отметил, что и на первом, поверхностном уровне понимания, осмысливающего только: уголовники – насилие – этот район … времени не осталось… всё это осознаю. Но и второй уровень понимания, приложив усилия на сосредоточенность, только и выделил не состыковки в замеченном: ракета, её траектория; странное тепло в голове; странный взгляд хищника на меня, не видящий меня, но ищущий точно по вектору на меня. Я поднял помповик, прицеливаясь в самого опасного, контролирующего мою полусферу. Меня остановил громкий крик испуганного до потери пульса человека за пулемётом в машине: – Аллах акбар. И рокот пулемёта.

Одновременно происходило, как в замедленной съёмке, вязкое наблюдение за разлетанием кусков от угла у дороги первого этажа девятиэтажки; поворот всех злодеев к этому, появившемуся с края девятиэтажки, монстру.

Даже я понимал, взглянув на монстра, что ни пулемёт, ни носимое бармалеями оружие для монстра не опасно, от него ущерб ему как быку от овода жалящего его, судя по всему, из которого и получился монстр. Моя голова, несмотря на боль, вспомнила миф о Зевсе в образе быка, умыкающего Европу. Я, тогда, читая не мог понять, как на небольшой спине скотины может разместиться, как на диване, женщина при пересечении волнующегося моря. Теперь понял. Он был страшно красив. Разорванный ракетой монстр был в совершенной броне из кости. Этот как будто был облит жидким металлом. Я мог обозначить видимое только так. В высоту он был на уровне второго этажа дома. Очереди из пулемёта только высвечивали синие полосы-искры при попадании в местах касания с его телом. Выстрелы из винтовки и автомата присоединившихся злодеев проявлялись такими же синими всполохами около, не долетая сантиметры, до ровного «живого металла» шкуры.

Опять чувство, что монстр смотрит на меня и смотрит при этом сквозь меня.

Я дёрнулся захотев прыгнуть на первого бандита. Оказываюсь за спиной худого бандита, который контролировал моё направление стоя у камри. Охотничий нож с пояса уже был в руке, а попасть в сердце через пространство между левой лопаткой и позвоночником было не сложно. Не успел упасть этот подонок, как я уже был за спиной главаря экипажа и пересёк горло ножом. Бросив нож, выхватил с его разгрузки пистолет, сорвал гранату с пояса заваливающегося тела.

Странно, чувство, что монстр смотрит на меня, но той злобы и ненависти голода, которая исходила от заражённых пустышек, я не чувствовал. Скорее равнодушие и покровительство.

Навёл ствол на шофёра, который ещё ничего не понял, нажал на курок. … Курок не двигается. «Предохранитель… вот этот шпынёк двинуть, красная метка – жму курок, голова шофёра дёргается. Перевожу на пулемётчика ствол. Первый и второй выстрелы мимо. Третий выбивает кровавый фонтанчик из его голов и пулемёт замолкает. Сбрасываю пистолет и выдёргиваю усики гранаты.

Монстр замер.

«Ничего не получилось. Но подорвать себя лучше, чем перевариваться частями в желудке», – и твёрдая уверенность в правильности принятого решения. – «Но почему монстр остановился»?

***

Монстр развернулся задом, пятясь от дороги за угол, не обращая больше на нас никакого внимания.

Накатилась внезапно слабость, пошатнулся, но удержался на ногах. Наклонился. Повернул тело главаря, лежащее под спуск проезда, чтобы добраться до пряжки ремня. Хорошо, что всё ещё текущая кровь из шеи лилась по лицу, превращая бороду в грязную паклю, а не на тело. Расстегнул ремень на штанах главаря и выдернул его одни рывком. Схватил освободившуюся флягу. Отвинтил крышку. Пахнуло, запах исключительно вонюч, у выгребной ямы лучше. Такое точно не пьют для удовольствия. Кажется, я нашёл лекарство. Заставил себя сделать первый глоток. Передохнул. Затаив дыхание ещё несколько. Зажал рукой отверстие, чтобы не воняло. По телу от желудка шла волна облегчения. Голова стала ясной.

Снова смотрю на монстра, так странно себя ведущего. Бежать смысла не было. Девчонок не брошу, их глаза испуганно расширяющиеся и полностью мне доверяющие смотрят на меня. Повернулись ко мне от страшного зверя, я понял их страх и их надежду.

Всё изменилось мгновенно. Новые неожиданные события развернулись, как в ускоренной съёмке и промелькнув перед глазами, запомнились так: внезапно контакт моего сознания с умом монстра; картинка как монстр поднимает мощной лапой с тремя когтистыми пальцами кусок от угла девятиэтажки и швыряет куда-то за дом, по направлению летящей в него ракеты; взрыв ракеты в теле монстра выносящий половину спины и заднюю часть крупа; падение сбитого брошенным куском стены дрона странной футуристической формы на перекрёсток с последующим взрывом; понимание, что монстр посылает мне своё последнее сообщение об опасности нахождения здесь; что он заваливается головой в комнату выбитого угла дома, отвлекая далёкого дрона разведки о котором теперь знаю и я; и переданная картина: карта местности по направлению на выезд из города от его места гибели.

– Марьям, бери девчонок и ко мне, – сказал, чувствуя облегчение, избавившись от головной боли и «сухости мозга», кажется, получил освобождение всего тела из оков.

Послушно подбежавшим ко мне ошарашенным драматическими событиями девчонкам предложил, протянув флягу:

– Пейте по несколько глотков! Можете зажать носы. – Забавно было смотреть на их лица, ставшими разными масками отвращения, при этом у каждой своя гримаса. – Пройдёт головная боль и всё что болит.

Сам нахожу «усики» от гранаты на асфальте, вставляю в гранату и пряча ту в карман. Неудобно было держать её в одной руке с крышкой фляги. Крышку отдаю справившейся со стрессом Мариам, а сам, быстро подойдя к камри, забираю свой рюкзак. Подхожу к трупу шофёра, чтобы забрать полиэтиленовый чёрный пакет, уверен, что это ценность, раз главарь в первую очередь занялся этим, а не нами. Проанализировав по ценностям и отношению к ним этих аборигенов, раздвинув воротник на теле, срываю с шеи маленький пакетик, забираю и найденную в разгрузке коробочку со шприцом, расстёгиваю разгрузку и проверяю, что ещё есть под ней в карманах куртки. Забираю пластмассовую коробочку размером больше, чем игральная колода карт.

Смотрю на столпившихся, растерянных, подопечных девиц.

«Так дело не пойдёт!» – отбрасываю ремень с подсумками рядом с трупом.

«Надо временно спрятаться в квартире и привести всё в порядок для рыка из города!» – принял решение.

– Мариам, организуй быстро сбор вот таких трофеев, – показываю на брошенное на землю, – с трупов и переноску их в ту комнату куда завалилась монстра голова. Пояснил сортировку на раздельные кучки рядом с обработанным телом: оружие и боеприпасы, разгрузку с ремнём со всем навешенным на него; странные коробочки и шприцы; и побросанную в неаккуратную стопку чистую от крови одежду.

«Не, я немного не пришёл в себя. Девчонки ещё в шоке. Куда их к монстру, пусть и мёртвому?! Придётся проверить квартиру соседнюю». – Осознание ситуации в прояснившейся от тумана недомогания голове.

– Подождите, сейчас проверю соседнюю квартиру, лучше в неё через окно залезете.

Подхватываю переделанную кирку злодея около трупа монстра и иду к дому. Залезаю, протиснувшись в просвет между передней повисшей в пробоине частью тела супер монстра, грубая кожа которого сейчас потеряла блеск металла, и разрушенным рваным проломом бетонной стены. Его рога с головой заняли почти всю площадь комнаты, развалив стол и упёршись кончиком левого рога, сейчас оказавшегося внизу, в стену. Обхожу вдоль стенки с новыми обоями в цветочек. Осторожно открываю замок двери в подъездный коридор. Пусто. Дёргаю соседнюю – закрыто. Кирка пробивает металл двери около замка, я выдёргиваю её, чтобы нанести ещё один. В подъезде тихо. Отверстия в двери позволяют слышать звериное урчание в квартире. Дверь шатается. Ударом ноги выбиваю её внутрь, заваливая попавшую под удар тварь, когда-то бывшую женой съеденного, обглоданного до черепа её мужа. Пока та барахтается на полу пробиваю киркой голову. Затихла. Бегом к окну и выбиваю стёкла. Девчонки обернулись на шум. Сдёргиваю с кровати покрывало, сворачиваю в жгут и один конец креплю к столу, сдвигая его к краю окна, другой наружу. Залезут. Оттаскиваю тела в квартиру с монстром.

Вылезаю через неё наружу сам, морщусь, поцарапался об острые сколы края. Время критично. Подбегаю к девчонкам, которые морщатся, но стягивают: разгрузки, куртки, оружие, сумки распределяя по кучам.

– Так, Алиса, ты подносишь, а Нина залазит в окно и принимает, что ты подаёшь, сейчас взяли приготовленное и бегом, бегом! – сам подхватываю оружие за ремни, захватываю разгрузку командира. Мариам хватает оставшиеся разгрузки и ремни с подсумками и флягами. Алиса – резко хватает сформированные пакеты. Бегунья – оставшиеся пакеты и, как-то неловко по девичьи, суёт в них оружие.

Подбегаем к окну. «Да уж …, да ладно!», – забрасываю свой груз в окно, беру из рук Алисы груз (она самая крепкая по виду) пуляю в окно и тут же ей: – Лезь! Смотрю на неловкие движения спортсменки, подхватываю под упругую попу и заталкиваю в квартиру. – Будешь принимать груз. Мариам забрасывает груз.

Потом отмечаю: недоумённо смотрит на меня Нина. Поясняю ей:

– Ты классно бегаешь, поэтому будешь носить. – Объясняю ей, почему передумал.

Возвращаемся бегом. Распахиваю двери Камри и выставляю сформированные пакеты и сумки для переноса, которые сразу же хватают девчата и тащат к окну. Хватаю пустые пакеты и бегу к неочищенным трупам, срывая не разбираясь всё, заталкиваю в пакеты. Как раз подбегают помощницы.

Хлопаю себя по лбу и бегу к машине злодеев. Вытаскиваю из неё сумки и выбрасываю тело пулемётчика на асфальт. Быстро избавляю его от разгрузки и оружия с аксессуарами. Подбежавшая, запыхавшаяся, с растрёпанной причёской, Мариам ловко всё собирает в освободившуюся сумку, ею же и принесённую.

– Можно я с вами? – раздаётся голос сзади. Вздрагиваю. Смотрю, развернувшись на стоящего позади меня простое лицо парня, по внешности лет двадцати. «А если бы бандит подкрался, нас положил бы, не вспотев!»

– Помогай! – бросаю, просматривая свободные пространства: перекрёстка и подъёма проезда между гаражами. Никого, и снова осматриваю машину. Обрадовался, найдя планшет, висящий на спинке сиденья водителя, который тут же срываю и подбирая остатки трофеев с дороги, догоняю нашу группу у окна. Парень хочет помощь Нине залезть, но та отстранилась и встала рядом с Мариам. «Ну вот, на меня старика весь груз»! – Бросаю в окно всё принесённое.

– Лезь! – шёпотом крикнул парню. – Будешь затаскивать девушек.

Парень ловко метнулся в окно. Первой подсаживаю Мариам. Стараясь обхватить юбкой попу, а затем в неё же завернуть, чтобы поддерживать и подталкивать её стройные ноги. Затем лёгкую, худощавую Нину, почти подбросил парню, перехватившей в окне руки той.

Оказавшись в комнате сам, осмотрелся. Посмотрел на разбросанные вещи. Затянул жгут покрывала и отвязал, бросив на пол.

– Ты с этого подъезда? – обратился к парню.

– Да. – С маленькой задержкой, что-то обдумывая тот ответил.

– С какого этажа?

– Пятый. – Уже быстро ответил.

– В подъезде пусто?

– Да.

Опрашивал, одевая выбранную разгрузку, подбирая пистолеты себе (решил и взял один главаря, другой от типа со снайперской винтовкой), навешивая фляжку с помогшим мне лекарством, нож и подсумки на ремень.

– У меня на шестом живёт бабушка с дедушкой, – сказала Бегунья. И добавила: – У меня ключи от квартиры есть.

Затягивая ремень, взял свой рюкзак и, прежде чем уйти в соседнюю комнату, отдал команду этим растерянным людям.

– Свою жизнь здесь придётся защищать от зверей людоедов, подонков и уголовников. Пока всё разберите, при этом подберите себе оружие, потом, когда всё рассортируем, я сам перераспределю вещи между вами окончательно.

Пока обдумывал сказанное, искал, что меня тревожит, что я пропустил? Не понимаю!

Посмотрел на Алису, стоящую спокойно, пояснил ей, но для всех.

– Времени нет, а нужная вещь потом может спасти жизнь! Мне надо закончить с монстром, а вы, … Мариам быстро, пусть при этом и поверхностно сортируй захваченное, снимайте простыни, пододеяльник и прочее, что найдёте подходящее под тюки, собирайте в тюки для переноса из этой квартиры. Быстро всё делайте.

Проходя через квартиру, с подъеденным трупом мужика и его зомби-супруги, подумал, что трупы теперь обязательная часть городского пейзажа.

Прислушался. Теперь каждый шаг с вниманием. В коридоре тихо.

«Интересно лежит монстр»! – отметил, пробираясь через его шею к затылочной области.

Большого усилия потребовало киркой зацепить капюшон над затылочной частью огромной головы, как делал злодей, и сдвинуть, чтобы проходила рука. Если бы не так «удобно» он лёг, то я бы не сдвинул. Пробить био мешок удалось клювом кирки, – «ледоруб не так удобен», – подумалось при этом. Расстелив один пластиковый мешок на полу у стены, я стал на него бросать выгребаемое из вскрытой полости. Бледные нити похожие на водоросли или на ростки выросшие у длительно хранящейся картошки с округлыми образованиями разного цвета и величины между этими «нитями».

Закончив потрошение, я присел, привалившись спиной к стене, вытянув ноги вдоль головы и рога на полу, рассматривая то, что выгреб. Решил привести в порядок все ценные для местных трофеи, как предположил. Достал пластмассовую коробку, взятую с главаря, потом открыл другие, собранные с трупов. В них в вате лежали похожие на овалы и шарики образования с металлическим блеском сравнимые с добытыми мною сейчас. У главаря было овалов больше и в два слоя на прокладке из ваты. Овалы как будто составлены из вытянутых тёмных кубиков. Пощупал разгрузку, достал обнаруженный круглый пенал и вытряхнул из него один с металлическим блеском чешуек на поверхности шарик под сантиметр в большом диаметре похожий на чёрную крупную цыганскую бусину. Этот шарик отличался не только размером, но и качеством оболочки, – гладкой, а так же весом. Он был тяжёлым.

Выбрал такие же два «шарика», но красного цвета из «быка» с подложенной «скатерти» и сложил пять штук в этот пенал. Шестой, красно-желтоватый, особенно приятный на ощупь, который грел мне руку, отправилась в рот. Тут же запил её из фляги с лекарством тремя глотками. Достал из рюкзака пакет злодея. Вывалил на плёнку на полу. Было пять бусин. Три красные, две чёрные. «Овалы» и мелкие лёгкие, обычные «шарики» разделял, как при сортировке к готовке гречневой каши гречку от мусора.

Секунд десять неподвижно посидел, потом начал собирать в пеналы отдельно: составные из кубиков овалы раздельно от чешуйчатых шариков. Нитевидные волокна сложил в белый маленький пакет, ещё домашний, как прочитал, от фирмы по косметике. Лежал в моём рюкзаке с эпохи времён поездок с женой.

Закончив прибираться с главным монстром этого дня, поднял сохранившейся целым стул, прислонил его к стене у окна и сел.

Надо срочно разобраться со всем, что произошло. Дальше вести гонку с закрытыми глазами, без плана – нельзя. Пора применять все знания полученные в институте, курсах, кафедрах, от тех учёных и полковников. Проанализировать все обстоятельства, посмотреть как полученные данные укладываются в ситуацию представляемой реальности, пусть и с меняющимися переменными. Концепция другого мира подтвердилась и воздействия изменившего моё больное тело – факт свершившийся. Я опёрся пяткой на изогнутый рог под ногой. Посмотрел на продолговатый лоб с закрытыми глазами монстра. Вспомнил момент когда смотрел в эти глаза и в моей голове возникали знания, но не возникло злости, ненависти… было ощущение, что предупреждают, возможно, помогают… это было дико для меня. Это надо было обдумать и понять.

Итак! До момента приёма жидкости из фляги главного злодея мир был словно в тумане недомогания. Для меня прорисовывались контурно, люди, предметы, окружение, на периферии центра из недомогания, головной боли, разбитости, при этом они были как эстафеты по краям моей не прекращающейся гонки. Сейчас, как будто со слуха сняли глушащее все звуки одеяло тумана, глаза увидели нюансы красок окружающего мира: пятна крови на брюках, слизь и кровь сгустками на полу и около разлома стены, запах из пасти монстра лежащего в комнате, новизну красок фона и рисунка цветов обоев, через разлом наблюдал тени и яркость освещённых стен домов улицы, краски тротуаров и дороги.

Теперь по своему пониманию. Припомнил странности своего поведения. Если до приёма жидкости из фляги жил в оглушённом и обесцвеченном мире действий диктуемыми мною составленными пунктами жёсткой необходимости, то что произошло с начала боя? Вначале, при нападении зомби или только начавших развиваться людоедов всё было в пределах обычности. Бег, удары, неловкость тела в первой схватке. А вот после появления элиты «пёс» … Первое: он смотрит в мою сторону, но как будто не видит меня, а подчиняясь команде из вне, хотя голову и верхнюю часть плеч за небольшим наклоном крыши гаража спрятать было невозможно. Необычайное ощущение «тепловой канал» в голове возникло у меня. Ещё что-то было. Самое странное по ощущениям – это с момента появления монстра «бык». Этот странный период я делю на три эпизода.

Вспомнил!

Я вздрогнул, отложив размышления. Поняв внезапно, что меня насторожило в появление парня.

Вернулся в комнату к девчонкам. Подождал пока увяжут последний баул, угловатый, но годный под переноску.

– Парень, сейчас нам надо заделать дырку в окне. Пойдём поможешь.

Выйдя в коридор, я подхватил расположенный у входа в комнату труп заражённой за руки и ожидая пока парень возьмётся за ноги твари стоял, прислушиваясь к подъезду.

– Пошли к окну. – Сказал морщась, руки людоедки были неприятно скользкими от крови.

Поднеся к окну, вывалили тело наружу по пояс.

Будем надеяться, что если появятся злодеи, то посчитают: что все из тех, кто потрошил чудовищ, были снаружи дома, когда воевали с тварью и поэтому остался убитый заражённый торчать в окне.

Посмотрел тайком на присоединившегося к работе парня, не смотрит на меня, а наблюдает за Мариам, причём взгляд масленый и предвкушающий. Вооружился он киркой и автоматом, причём кирку сейчас держит в руке, и держит уверенно, привычно.

«Надо занять его ручонки, пока не пошалил киркой по моей голове. Да и есть ли у него пистолет, не знаю!» – думалось спокойно, при этом наблюдал за всеми в комнате.

– Парень, захвати тюк с оружием, сейчас надо будет подняться повыше. – Говорил озабоченным голосом простака, ищущего убежище и старающегося уйти от неприятностей: – «думаю, если это из того экипажа злодей наблюдатель, то он должен быть нацелен на присвоение трофеев и поиметь новеньких девчонок по-своему нарастающему похотению, устранив меня как помеху».

Загрузившись сумками, тюками и связками мы медленно поднялись до пятого этажа. Рабочий день, почти все двери металлические, что говорит об нашем обществе многое: установка на личную защиту, недоверие и нежелании общаться у живущих в подъезде. Обострившимся слухом отмечал порыкивание из-за некоторых дверей.

Наконец добрались до пятого этажа и дверь в угловую квартиру, из которой открывался обзор на дорогу, была вскрыта силовым способом, не ключом, а ломом.

– Услышал шум, думал беда у соседей. – Пояснил не растерявшийся парень, только прищур холодно рассматривающих меня глаз выдавал мне его готовность начать действовать, не обманываясь его извиняющимся голосом и хорошими словами.


***

С доверчивым видом простака, не понявшим к чему эти пояснения, я запыхивающимся от усталости голосом сказал:

– Заходим! Давайте сразу в зал.

«Не переигрывать. Вот не только Мариам, но и Алиса посмотрела на меня с недоумением, знают другого человека, так себя не ведущего», – учёл и замолчал.

В зале стоял большой стол тёмного дерева на фигурных ножках, явно дорогой и для праздничного застолья. Пространство у двух окон угла комнаты было расчищено, сдвинута тумбочка и два стула, чтобы не мешать наблюдению.

– Мариам. Тебе надо переодеться. Выбери себе подходящие по размеру штаны или из этих… реквизированных, или посмотри из шкафов квартиры, вроде бы есть женские вещи, – я кивнул на халат на спинке стула. Говоря, краем глаза наблюдая за парнем. Было два варианта. Первый – он меня сейчас вырубает и начинает приятный для себя процесс оприходования всего имущества, девчонки ему не противники они тоже войдут в приобретённое имущество. Второй – наслаждается своим могуществом, наблюдая за глупыми действиями новичков, ожидая удобного случая, чтобы не потеть, таская баулы.

Для меня был оптимальным только один вариант – получение информации от этого парня «здесь и сейчас» и последующее её обдумывание. Ведь, даже у невеж стадия DMN (default mode network), когда мозг берёт у ума тайм аут, чтобы осмыслить всю новую информацию, достигает двадцать четыре минуты. А в режиме CEN – действий и мыслей стереотипных, на базе прошлого, сейчас, в этом сумасшедшем мире не выживешь.

Как всегда виновата женщина, а конкретно – Мариам. Она соблазнительно прогнулась, поднимая толстый том детской энциклопедии.

«Он меня всё время называет – парень. А эта – переодевшаяся в майку с принтом тропиков и камуфляжные брюки, снятые с Тарана и быстро почищенные в ванной, они были в обтяжку на очень приятной попе с осиной талией соблазняет. А высокие, играющие при ходьбе груди только усилили её удар по моей чувственности и распалили во мне жажду её тела. Да и кого мне стесняться? Этих свежаков, ничего не понимающих, которых уже год распускаю на органы для инопланетников? Да и не хотелось, чтобы они мою сумку разбирали. Двух пигалиц или продать Омару, или позабавиться самому и потом отвезу на разделку». Дальше наступила тьма.

Увидев, как Мариам запустила толстый том детской энциклопедии в голову парня, уже отвлекшегося от рассматривания её попы и поворачивающегося ко мне с пистолетом нацеленным в левое бедро, а затем, не прекращая движения поворота, падающего на пол. Мне оставалось только выхватив обрезок верёвки из заднего кармана быстро загнуть руки оглушённого злодея упавшего лицом на пол, за спину и связать их. Потом быстро раздел. Правда, с туловища пришлось стаскивать всё к завязанным рукам, потом уже связывать руки в локтях развязав в кистях и стянуть разгрузку, куртку, футболку, то же камуфляжной расцветки.

– Я почувствовала опасность, чувство просто взвыло у меня в голове. А самое увесистое под руку – это была замеченная книга в этой комнате. Её как-то легко и запулила, причём точно в цель… я именно туда и хотела ударить! – ровным, спокойным голосом, нисколько не смущаясь ни того, что вырубила здорового парня, ни его вида сочла необходимым заявить Мариам.

– Ты ноотропы принимала? – подумав, спросил её я.

– Да, ещё и церебролизин себе уколола. У меня дедушка был после инсульта, ухаживала за ним. – Посмотрела на меня доверчиво. – Думала, что поможет от головной боли. Я и девочкам уколола. И Винпоцетин, Тиоцетам им понравились.

– Проверь всю его одежду, – оттолкнул ногой к ней всё снятое с парня. Сам рассматривал странный пистолет, который был у того на голени. – Так же на стол по принадлежности разложите: оружие, боеприпасы, «непонятное», одежда.

Подхватил под плечи тело и отволок, прислонив к стене около окна. Потом вернулся к одежде, достал его трусы, скрутил в кляп, заткнул рот на всякий случай. Притянул к окну кресло и удобно устроился на нём.

– Идите. Закройте дверь. У вас есть пол часа, чтобы привести себя в порядок. Избавиться от одежды, если на ней есть кровь. И эти пол часа меня не беспокоить.

Я откинулся на спинку и постарался ни о чём не думать. Надо дать передышку мозгу, чтобы его использовать эффективно. Стратегия пока одна – выжить. Слишком во многом надо разобраться для этого. Составить список важных вопросов к этому челу. А потом принять план.

## БРЕМЯ ВЫБОРА. Дары Мира Икс.

Мне было трудно при понимании ситуации, потребовалось не менее трёх минут, чтобы достигнуть состояния спокойствия и выйти на отрешённость в состоянии хладнокровия, наблюдать отрешённо за всем случившимся, реагируя на то, что происходит вокруг. Сейчас я просто смотрел на пустой перекрёсток за окном, на который выбежала, визжа и поскуливая лысая маленькая собачка, в голове как мгновенная холодная заставка возникла мимолётная оценка: из тех собачек которых таскают дамочки на руках. Усилие, чтобы опять безразлично отвести взгляд от зомби, двинувшихся за ней из подъездов двух домов.

Сзади раздавались звуки, которые позволяли понять, что в соседней комнате выкладываются увесистые металлические предметы на стол, тряпки, какие-то пластмассовые изделия. Потом на фоне наращиваемой отрешённости, безучастно определил по звуку треска молнии раскрытие сумки, ещё одна издаёт шипящий шелест при перемещении по полу, её тяжёлую быстро тянут…

Сдающееся моему управлению возбуждение, затухающее отвлечение на детали свободно скачущего внимания отметило, как вздрогнула голова парня, пришедшего в сознание, понявшего, что связан и привязан к батареи у стены …

Звуки в комнате, картины за окном и от меня сбоку от пленника стали вытесняться более чувственно представляемыми, поднимавшимися из глубин памяти отдалёнными воспоминаниями о появлении монстров, злодеев, странных ощущениях, не понятных событиях, мои предыдущие планы, ожидания … всё текло передо мной не привлекая внимания, как листья в ручье перед наблюдателем за игрой детей на берегу.

Так продолжалось до того момента, когда по телу прошла волна «отпуска и смыва», после которой понятен хаос, до этого рвущий на части понимание мозаикой смыслов. Что до этого момента было привычное внутреннее напряжение, а после «волны» тело отдохнувшее и обновлённое, и из головы ушёл мешающий «туман напряжения».

Лениво потянувшись, поднялся из кресла, за окном зомби, заражённые туманом, окружившие собачонку, уже схватили её и рвали на части, вырывая куски друг у друга, жадно поедая оторванные куски.

Сначала подошёл к своему рюкзаку и достал несессер, рулон широкого лейкопластыря, и оставив рюкзак, захватил планшет, изъятый из машины от командира-злодея, вернулся к пленнику. Заметил в рюкзаке пластиковые стяжки, которых было много, взял несколько.

«Притворяясь не открывает глаз. Молодец, веки не поврежу». – Заматывая лейкопластырем глаза, думал я. – «Неизвестно, какие способности у подонка, а так не ударит, может быть сдохнет по своему желанию, чёрт его знает, но вот культивировать чувство беспомощности у него мне надо. Времени то нет на тормознутость и задержку здесь с разговорами».

Пластиковыми стяжками ещё укрепил фиксацию рук, ног. Достал кляп, тот весь в слюнях.

– Парень, сначала скажи, как хотел поступить с девочками?

Тот скривился. Поработал челюстями, выплюнул вязкую слюну, повисшую на подбородке.

– Сначала бы отодрал, начиная со старшей, а потом этих ишачьих самок загрузил грузом и погнал до машины.

Гнусно ухмыльнулся в мою сторону: – если бы произвели впечатление, сохранил для себя, но вряд ли. Новенькие поступают каждые две недели. В этот раз вот вы попались, раньше таких свежаков «в комплекте» здесь не было.

Сейчас не до рефлексии по своей судьбе в Мире Икс и проявленной слабости под именем «помощь другим». Мне удалось привести внутреннее состояние в равновесие.

– Ну, а после того, как попользовался девчонками, что их ждало?

– На ферму бы продал?

– А что за ферма, что бы с ними там было?

Отвечать не стал, лицо лишь скривил. – «Наверное, надеется остаться живым». – Нагло насмешливо предложил: – Пусть теперь они меня ответно изнасилуют, забирают всё моё и оставьте меня. Вот и отомстите мне так же.

– Нет. К тебе ещё есть дело. Но на органы я тебя разбирать не буду. Ни к чему нам это.

Парень вздрогнул, напрягся.

Раскрыл планшет. Несколько карт. Достал и развернул ту карту на подоконнике, которая была на регион. Нашёл место, где мы находимся.

Затем раскрыл несессер, достал пилочку для ногтей. Крикнул:

– Мариам, принеси с кухни, найди круглые деревяные палки, ну на мешалке теста или что там будет… подобное.

Мариам, не задавая вопросов, быстро прошла из соседней комнаты на кухню практически бесшумно.

– Понимай, что я тебе сейчас говорю: Мне. Очень. Не понравились. Супер современные медицинские пакеты, которые достали из сумок в вашей машине. И мне много инструментов для получения твоей откровенной, искренней разговорчивости не надо. Сейчас первый вопрос. Где остальные из вашей группы?

Лицо молодого злодея выражало презрение и надменность превосходства.

– Молчишь. Ладно.

У подошедшей Мариам я взял сбивалку, содрал с неё металлическую спираль пружины.

Мариам рукой указал на выход. Та с каменным лицом развернулась и быстро ушла.

Быстрый удар под ложечку и засунул, как удила в рот согнувшегося злодея палку, зафиксировав концы верёвкой. Новый удар киркой и хруст разбиваемой кости.

Тот лишь скривил гримасу презрения.

– Так, так, так у тебя отсутствует болевая чувствительность!

Я ножом быстро срезал верёвку, деревяная палка упала.

– Значит боль тебя «не колышет». Слушай тогда, что будет дальше. Сейчас у тебя будет немного времени пока мы соберём вещи разделив их на две группы. Одну индивидуальную для себя, другую в поклажу и уйдём отсюда. Раз монстр не остановлен и дошёл до этого дома, значит путь к мосту он расчистил от твоей группы.

Я следил за мимикой подонка. Удивление, растерянность, злоба.

– Тут обозначены на карте пункты селений, судя по названиям – ваши. А вот зачерченный периметр вокруг того, что обозначено – База, это, наверное, жилище хозяев.

Злость искажала губы на рассматриваемом мной лице урода.

– Тут, надо тебе понимать. При уходе я могу оставить тебя вот так привязанным к батарее или выбросить в окно на канате из буксировочного троса. Не таскать же такой ишачий груз по подъезду. А так ты будешь деликатесом для тварей. Они будут до тебя долго добираться. Заодно и от нас отвлечёшь людоедов. Ты будешь молчать, но вначале. Потом тебя будет мучить жажда, а значит начнёшь издавать стоны… потом присоединится ломка из-за отсутствия лекарств… И ты будешь кричать. Соберутся зомби, соберутся людоеды более высокого ранга, кто-то из них допрыгнет и вцепится в тебя.

– Последний раз спрашиваю. Отвечаешь – остаёшься сидеть. Нет – будешь полоскаться на ветру.

– Спрашивай.

– Вначале расскажи, что надо знать новичку о том, что представляет Мир Икс здесь, в этом регионе, как устроено ваше общество и почему так оно устроено, как живут те, кто хорошо устроился и почему у них получилось хорошо устроиться.

И его понесло. Он рассказывал о командах, месте для жизни – посёлках, мне становилось ясно как всё устроено в посёлках и их взаимодействии с внешниками – инопланетянами, какие есть внешники, какие твари из людоедов здесь обитают, как идёт и чем торговля, какое оружие ценится, во сколько и почему, какие есть изменения личности – способности и как их определяет специалист – знахарь… моя память всё фиксировала, распределяла сразу по полочкам ресурсов, целей, задач, условиям для успешных коммуникаций, как общаться с обычными группами за пределами посёлков, так и внутри посёлков с разными представителями ранжированных социальных групп, с какими внешниками, не занимающихся скупкой органов людей можно иметь дело и что тех интересует. Он заливался словами, как будто высвобождал накопившуюся за всю свою жизнь в этом Мире Икс энергию зла на страхе настоянная.

Я не показывая вида, скрывая внутреннюю ошеломлённость, слушал сам думая: – «они есть, реально представители иных планет, реально использовать фантастические для жителя Земли 2025 года технологии и изделия!»

Затем осознал из слов этого чела, что инопланетники относятся к попавшим с моей планеты как к заразной скотине. Контакты только чисто на получение им нужного.

Вначале задал несколько вопросов по пистолету, который снял с его голени. Оказалось всё просто. Две кнопки и рычаг на смену картриджа. Потом более существенные:

– Как внешники определяют, что вы свои?

– Чёрная таблетка из пластмассы в разгрузке. Она как метка в радиодиапазоне для дронов.

Затем я задал конкретные вопросы.

– Какой первый, нейтральный, не злодейский пункт поселение?

– Водный.

– Сколько до него добираться?

– От недели, до месяца?

– Отчего зависит время?

– Как пройдёте удавку горловины?

– После горловины отмечен путь ведущий к Водному? – спросил, рассматривая карту.

– По нему ходят караваны торговцев. Они не прикасаемые для нас. Но по дороге часто попадаются рейдеры. Рейдеры – это местные жители живущие за счёт охоты и трофеев из возникающих в нашем мире кусков городов из других миров.

– Когда проходит караван?

– Через дней шесть – восемь пересечёт перекрёсток дороги от удавки.

– Что надо чтобы попасть в караван?

– Одна машина до Водяного, сто горошин.

Я показал ему овал: – Таких?

– Да.

– Почему нас сразу не убил?

– Не понял, как вы справились с командой. Лопухнулся, надо было валить тебя сразу. С девицами бы справился, несмотря, что мелкая держала меня на прицеле.

– Могут ли быть трудности в караване у нас?

– Нет, если вы сами их не создадите. Ну, или другие в караване.

– У нас поведение политкорректное, наглость и оскорбительное поведение это у лиц вашего типа.

Бросив допрос, вопросы есть но время идёт и это против нас, я позвал своих подопечных. Спокойная, конечно, относительно, Мариам, а вот Алиса и Нина напряжены, но держат себя в руках. Вздохнул. Потратили не менее девяти минут на их переодевание, вооружение и формирование сумок для каждой и рюкзаков с самым необходимым. Всё это вытащили в подъезд. Около них оставил младших.

– Мариам, ты понимаешь, что … – потом махнул рукой, подумав: – «перед злодеем слово держать?? Достаточное благодеяние от меня – это лёгкая смерть ему.»

– Эту сумку с оружием и эту с консервами оставьте мне, а сами спуститесь на четвёртый этаж… ждите меня там. Есть срочные вопросы к каждой.

Вернувшись бегом в квартиру, быстро прошёл к злодею, поднявшему голову, и вонзил ему стилет в глазницу. Быстро развернулся, взглянув в окно и очистив лезвие, вышел.

Подхватил в руки тяжеленные сумки, спустился на этаж по зловеще тихому подъезду. С удовольствием выпрямился, опустив тихо звякнувшие сумки, развернулся к девчонкам.

Оценил их состояние после всех испытаний. – Держатся!

Вспомнил, что девчонки ещё вчера под прессом обучения были, им выкручивались мозги, которые они сохранили противостоя яду ЕГЭ. Эти получились активными, думающими, предприимчивыми, большинство времени проводили на моих глазах что-то предпринимая во дворе, помогая родителям. Вот сейчас для меня и хорошо получилось, по факту проверки практикой: стойкие, приспособленные к действиям в агрессивной среде, надеюсь и надёжные сотоварищи в качестве опоры в этой экспедиции. А сейчас, вижу, что ожидают и явно ждут не хороших новостей.

– У меня есть план. Но вначале, перед тем как я его раскрою, надо сделать первое, сейчас вы скажите, что хотите сами делать дальше, если с этого момента самостоятельно продолжите жить. Во-вторых – я опрошу тех, кто планирует остаться со мной. Третье – в конце, тем, кто со мной, я расскажу свой план дальнейших действий.

Начнём с тебя, Мариам.

Мариам судорожно вздохнула:

– Их главный, когда я просила его о помощи именем Аллаха, рассмеялся. А когда я сказала, что хотя бы довезите меня до отца. Он, узнав адрес, рассмеялся ещё громче, сказав, что там воинская часть рядом и точно, никого из свежаков команда, добывающая там оружие, не оставит. Остальное, что он говорил … неважно, касается только меня. Поэтому я с тобой.

– Алиса, как ты?

– Я хочу проверить, что с бабушкой, там и брат должен быть? Это рядом по кварталу. И забрать их, чтобы поехать с вами.

Я смотрел на эту волевую девушку-подростка, которая ещё только начала формироваться в девушку, хотя уже и почти фельдшер, и не смог сказать, какая страшная картина может ей открыться, такая же, как уже ждёт её подругу около следующего подъезда.

– Нина? – сразу спросил.

– Дедушка пошёл в гараж. Я его хочу попросить, чтобы на нашей машине мы поехали с вами. – Слегка неуверенно она сказала, посмотрев на нас и вцепившись в разгрузку, которая была ей как платье. Платье из несуразного пошива, собранное в складки под отвисшим ремнём с болтающейся флягой впереди.

Постарался, чтобы лицо не выдало чувство тоски и печали. Решил обнародовать свои первые выводы, сказал всем:

– Просто выслушайте и поверьте мне. Мы с вами сейчас в другом мире. И кто был в этом месте, ограниченном по площади, в наше городе, его вместе с этим участком города продублировали сюда – в Мир Икс. И так дублируются сюда участки нашего города каждые две недели, как сказал этот уголовник. И мы впервые не стали людоедами, судя по его словам, они здесь постоянно магазин «Магнит» обирают.

Я отвлёкся представив, увидев, как бы со стороны, нас стоящих на площадке четвёртого этажа. Себя увидел стоящим перед девушкой и двумя уже и девушками, но ещё и подростками. Воспоминание, с момента оставления мною квартиры в соседнем подъезде, чтобы рвануть к месту работы жены уже казалось далёкой историей, хотя прошло меньше трёх часов с начала всего в новом мире.

Ни у меня, ни у кого из девчонок не было, даже на мгновение, мысли, что поможет государство. Может слишком частые уголовные дела всех мэров и только поборы от власти и постоянное испытание на выживаемость, а не помощь, от государства, сейчас неважно. Вспомнилось, что один из вариантов приобретения оружия мной рассматривался через вскрытие машин на стоянке у администрации, себя чиновники законами не ограничивали, смущало только наличие у них глушителя на ствол.