Анна Георгиева
Вечно юная "ЮНА"

Предисловие

В одном небольшом Подмосковном городе жили грустные люди: и дети, и взрослые. Вроде бы всё в их жизни было неплохо, но всё-таки чего-то не хватало. Однажды люди поняли, что для счастья не хватало большой красивой школы, где бы стали учиться счастливые дети. Тогда люди объединили усилия и создали славную, чистую, новую школу, которую так и назвали «Новая школа «Юна». В нём звучала лёгкость, молодость, полёт, открытость всем наукам, искусству и спорту! Грустные дети узнали, что появилась новая школа, которая несёт свет и радость, и поспешили туда, чтобы учиться.

Конечно, юной школе пришлось преодолеть немало трудностей, но её учителя и ученики достойно их преодолевали, потому что знали, что их путь светлый и правильный. Среди счастливых детей обнаружились свои стихотворцы и сочинители, которым обязательно хотелось написать сказку, рассказ, эссе или стихотворение.

Ученики становились взрослыми и заканчивали учиться, иногда кому-то по воле судьбы приходилось покинуть славную школу, но они оставляли на память ей своё счастливое творчество. Так прошло десять лет. В «Новой школе «Юна» подрастали новые поколения счастливых детей, а всё творчество сочинителей за минувшее десятилетие прошлых и нынешних учеников встретилось в сборнике «Вечно юная «Юна».

Я рада, что мне выпало счастье быть в нашей школе для счастливых детей – Феей Слова! Все произведения, собранные в этой книге, родились в кабинете «Изящной словесности». В течение десяти лет ребята посещали такой необычный предмет – ЮЛИС (Юные Любители Изящной Словесности), скромным автором методики которого и была я – Фея Слова. Произведения, собранные под обложкой книги «Вечно юная «Юна» участвовали и побеждали в самых разнообразных конкурсах: «Звёзды нового века», «Писательский конкурс», «Проба пера», конкурс «Класс!», «Всероссийский конкурс сочинений», «Путь героя» и других. Думаю, что к следующему юбилею новые счастливые ученики нашей школы составят 2 том сборника «Вечно юная «Юна»!

Перевощикова Марина Георгиевна (Анна Георгиева),

учитель высшей категории,

преподаватель литературы и изящной словесности.

Часть 1. Первые творческие выпускники «Юны». Великанов Тихон

Не бывает атеистов в окопах под огнём…

ГЛАВА I.

Летний день 42-го…

Рядовой Васильев сидел в траве и вертел в руках самокрутку. Три вещмешка, каска, СВТ-40 и три шинели лежали рядом с ним. Он глянул на часы. “12 часов 32 минуты”, – пробубнил Васильев. Рядовой просто сидел и наслаждался этими минутами затишья. Он положил самокрутку в карман шинели, – курить ему не очень хотелось. Потом он сдвинул пилотку себе на лицо и задремал. Он видел сон, приятный сон. Он вернулся к себе домой, в село Иваньково. Вот он подходит к забору, проводит рукой по знакомым с детства доскам, толкает калитку и кричит: “Маманя, встречай сынка!” Но из дома никто не вышел, никто не крикнул, только ветер осторожно приоткрыл калитку. Солдат пошёл по тропинке к дому, по дороге заглядывая в окна. В доме всё было так же, как и тогда, когда он уезжал на фронт, ничего не изменилось. Вдруг в темноте дома что-то скрипнуло. Рядовой остановился и стал прислушиваться… Его шёпотом окрикнули: “Санёёёёк ” Он замер, стал вслушиваться.

“Санёк, проснись!!!” – всё громче и злее становился знакомый голос. Вдруг перед глазами возникла чернота. Сон ушёл, пришла реальность – злая и беспощадная. “Санёёёёк!!!” уже почти в голос шипел на него кто-то. Рядовой медленно стянул пилотку с лица, и перед ним возникла интересная картина. Перед ним лежали рядовой Денисенко и младший сержант Белоусов. Белоусов лежал в траве, смотря куда-то на дорогу в километре отсюда. Денисенко сидел правее от него в кустах и тоже всматривался куда-то на дорогу. Васильев привстал, подтянул к себе за ремешок винтовку, и пополз к кустам. “Ну, чего там?” – спросил Санёк. “Понимаешь, тут какая штука, немцы тут, понимаешь ли, остановиться решили, прям в чистом поле, ну ни стыда не совести, поним…”

– “Сколько их?”, – оборвал Васильев. “Один грузовик и два мотоцикла с пулемётами, я насчитал 11 человек”, – быстро ответил Белоусов. “Мдааа, и что предлагаете делать?”, – спросил рядовой Васильев. “Значит так, ползём тихо до тех кустов, видите?”, – сержант указал на кусты метрах в 50 отсюда. “Сначала Кузьма, потом ты, я замыкаю. Дистанция 5 метров, через минуту выдвигаемся. Каску-то хоть одень, дятел”. “А ты у нас кто? Сова? Высоко сижу, далеко гляжу?” – Белоусов улыбнулся. Через минуту все были на месте. “Пополз, не спи”, – проговорил Белоусов.

Первым пошёл Кузя. Через минуту Васильев пополз за ним. Денисенко дополз до кустов без происшествий, Васильеву оставалось проползти до укрытия ещё метров 5, как вдруг сзади шепнули: “Мины”. Все замерли. “Андрей, ты там как?”, – спросил дрожащим голосом Денисенко. “Чудо”, – сказал Белоусов. “Справа от тебя, Саня, аккуратно, не дёрнись только”, – тихо прошептал Андрей. Услышали все. “Вижу”, – сказал вспотевший рядовой. “Осторожно, как маленькая мышка, прошурши до кустов”, – прошипел Белоусов.

Васильев дошёл до кустов. Он сел спиной к кустам, упал головой на землю и что-то прошептал. Никто не понял, да и некогда было. Немцы спустились к ручейку, чтобы пополнить запасы воды. День действительно выдался жарким, но для группы бойцов этот день только начинался. Прошло 5 минут, Денисенко вернулся из маленького рейда по минному полю. “Мин больше нет, как мы там не подорвались – знает только Бог, я дорожку безопасную к лесополосе нашёл, оттуда немчура как на ладони будет, чистый тир!”, – протараторил Кузьма. “Сколько по времени туда примерно?”, – Белоусов был напряжён. “Минут 15 ползком без остановок”. “Поползли, отсюда до лесополосы метров 200, а оттуда до фрицев метров 300. Вот, тогда и посмотрим, кто кого!”, – улыбаясь, медленно проговорил Андрей. “Поползли!”.

Опять 15 минут прочёсывания подбородком травы и земли. До лесополосы доползли относительно без происшествий, только Кузьма умудрился так раззадорить осу, что та приставала к нему, пока он её прикладом к земле не прибил. Доползли. Васильев с винтовкой засел в кустах, Белоусов с ППШ прополз вперёд, Денисенко с ППД начал заходить с фланга. Немцы и не собирались уезжать, даже мотор на грузовике заглушили: кто-то брился, кто-то играл на гармошке, кто-то чистил оружие. Но почему они остановились в чистом поле? Да, они выставили охрану, но всё же? Ведь из леса на холмике они как на ладони, а с их позиции ничего даже увидеть не получится! Белоусов рассуждал, лёжа в траве. Васильев глянул на часы. 13:46. Белоусов дал знак Кузьме: на счёт 3. Васильев приготовился стрелять, он взял на мушку того, который брился. 3,2,1, сжались все пальцы младшего лейтенанта, и эти пальцы поменяли жизнь всех, кто был на том поле в тот час. Рванула граната, несколько немцев упали через секунду. Двое рванули к пулемётам на мотоциклах. Дозорные начали беспорядочно палить по лесу. Белоусов дал длинную очередь, скосив двух или трёх немцев. Кашлянье Васильевской СВТ слышалось редко, но после каждого выстрела на одну душу становилось меньше. В это время Денисенко подбежал почти вплотную – как ни как 50 метров между ним и ближайшим немцем, который подбежал к мотоциклу. Денисенко не дал ему выстрелить. Осталось 4 немца. Среди них был один в офицерской форме. Васильев прижал его к грузовику и не давал ему высунуться. Немцев осталось двое… один. Пока офицер сидел за грузовиком, к нему сзади подкрался Денисенко. “Гитлер Капут!”, – последнее, что услышал немецкий офицер, прежде чем его крепко приложили прикладом о затылок. Тут подоспели наши. Т-70 и 20 человек пехотой. Обыскав грузовик, его отогнали на пару километров юго-восточнее того холма. Там располагался наш лагерь. После возвращения на базу группе младшего сержанта Белоусова была выражена благодарность, но это был ещё не конец того дня.

ГЛАВА II

16:35. Тревога. Васильев вскакивает с койки, схватывает каску, берёт свою винтовку и выскакивает из палатки на улицу. Крик командира роты: “Воздушная тревога!” Техника, отъезжающая в лес. Рёв моторов где-то в небе. Слева от командира разорвался снаряд.

Что было дальше, Васильев не видел, потому что спрыгнул в окоп. Там он отыскал матерящегося во весь голос Белоусова. Он воевал со своими портянками, которые в его дрожащих руках никак не хотели нормально заматываться. “Нас атаковали немцы”, – прохрипел Андрей. “Это я и сам понял, что дальше?”, – огрызнулся Санёк. “На нас идут пять танков и примерно две роты солдат, дальше сам думай”. “А чё думать? Воевать надо!”…

“Тааанкиии!!!” – Проорал кто-то срывающимся голосом. Бронебойщики заняли позиции, подкатили пулемёт, три из шести уцелевших танков, два Т-70 и Т-34 переехали через окопы и ринулись в бой. Рвались снаряды, артиллерия не давала поднять голову над окопами. “По рации передали, что через полчаса к нам выйдет подкрепление!”, – проорал откуда-то спрыгнувший Кузьма. На окопы вышли два Panzer IV, которые были уничтожены меткими выстрелами бронебойщиков. Пошла пехота. Белоусов не соврал, это были примерно две роты немецких солдат, которые короткими перебежками подходили всё ближе и ближе к окопам. Слева застрочил ДП-27, застрекотали ППШ, закрякали Мосины и СВТ. Аккуратные колонны немцев были разбиты, и теперь они рассредоточились по всему полю. Двадцать минут боя, патронов в достатке и у немцев, и у наших, разница только в том, что немцы подошли почти вплотную к окопам. Их осталось около полутора сотен солдат, наших в два раза меньше. Васильев прошептал что-то. Кое-где немцы поспрыгивали в окопы, завязался рукопашный бой. Пулемёт смолк, наши не отступали.

Немец спрыгнул в окоп рядом с Белоусовым, Денисенко огрел его по затылку сапёрной лопаткой. Сзади к Васильеву подошли немцы, завязался рукопашный бой. Белоусов со снайперской точностью расправился с двумя немцами. Где-то сверху рвануло, затем ещё и ещё…

“Наши! Урррра, Андрюха, смотри, они бегут! Андрей!” Никто не откликнулся. Он оглянулся. Младший лейтенант Белоусов сидел, прижавшись спиной к окопу. Его воротник медленно становился красным. Вдруг раздалось два выстрела, они прозвучали почти одновременно. Рядом упал немец. Через секунду по стене окопа сполз рядовой Денисенко.

Рядовой Васильев стоял в окопе. Он стоял один. Начался дождь. 17:50. Подошли наши. Немцы были уничтожены, никто не смог уйти.

Денисенко был ранен в плечо, и через три месяца он снова вступит в ряды советской армии, где он вместе с рядовым Васильевым дойдёт до Берлина. Там, стоя на ступенях Рейхстага, он спросит: “А что ты тогда шептал в том бою, ну, в 42-ом, помнишь?” Васильев помолчит, потом улыбнётся и ответит очень-очень тихо. “Господи, помоги нам…”

…Седой дед сидел в поле и смотрел на небо. Он взял самокрутку и повертел её в руках. Затем он посмотрел на часы. 12:30. «Хех», – поднёс самокрутку к губам и закурил. Потом он посмотрел перед собой, и сказал: «Ну, как дела у вас, ребята?..»

Рассказ о временнОй смуте

Вечерело. Зашедшее солнце напоминало о себе лишь горящим небом на западе. Сумерки сгущались. Наступало время смуты и тумана. В лагере ополчения было необычайно тихо. Из тумана, вившегося сизыми лентами, вышли несколько человек со связанными руками. Сопровождал их усатый мужчина в папахе и черной кавалерийской бурке. Подойдя к куче хвороста, он достал красный флакон с жидкостью для розжига, полил хворост и бросил спичку. Костер полыхнул и начал разгораться, разгоняя туман и обдавая присутствующих своим живительным теплом. Василий Иванович развязал пленным руки и спокойно сказал: «Бежать не советую. У меня маузер. И если попадёте к казакам Трубецкого – зарубят сразу.»

Пленные молча сели на бревнышки. Через несколько минут на огонек костра из тумана стали выходить обычные ополченцы, одетые, как во все времена, – кто во что. Начали рассаживаться вокруг костра, протягивая ближе к огню озябшие руки.

Завязался неспешный разговор.

– Вот как вас батюшка по имени?

– Тихон, из Задонска я, – тихо произнес смуглый мужчина с темной бородой и длинными волосами.

–Православие – главный враг Америки, – уставившись на батюшку пробормотал похожий на старого ворона пленный поляк Збигнев Бжезинский, и заискивающе покосился на Паттона.

–Збышек, за что же вы нас, русских, так ненавидите? Польша от можа до можа не вышла? Так это нормальная историческая конкуренция. «Или вы с коммунизмом боролись?» —с вызовом произнес Михаил Юрьевич Лермонтов, поправляя ментик.

– Да причем тут коммунизм? Не надо морочить себе и другим голову, Запад боролся не против коммунизма, он боролся против России, как бы она ни называлась. Россия – больной и заразный зверь. Добить эту язву на теле планеты – задача любого здравомыслящего человека.

Немая тишина повисла в воздухе. Збигнев откровенно дерзил. И лишь костер, набирая силу, уносил в небо все больше искр, зажигая, казалось, тем самым всё новые и новые звезды.

– Вот вы как думаете, Саша. Нам, русским, в прошлом есть чем гордиться? – спросил малоросс Мыкола Васильевич у своего давнего приятеля.

– Гордиться славою своих предков не только можно, но и должно, не уважать оной есть постыдное малодушие, – уверенно произнес Пушкин.

– А вы сами-то, Александр Сергеевич, русский?

– Все мы здесь и сейчас – истинно русские.

– А не хотите ли в чем-нибудь признаться? – ехидно сказал Войнович.

Александр Сергеевич встал и поправил воротник мундира.

– Да, меня зовут Александр Пушкин, и я потомок эфиопов.

– Ещё кто-нибудь не желает? – Войнович прищурившись разглядывал присутствующих.

– Я, де Толли, и я шотландец.

– Я – Михаил Лермонтов, и я тоже потомок шотландца.

– Я – Пётр Багратион, и я грузин.

– Мой ученик, – задорно вставил Александр Васильевич.

– А кто у нас русский язык лучше всех знает? Конечно, не считая Александра Сергеевича. – И Суворов указал пальцем на худого, седобородого господина с умными глазами.

– Владимир Даль, потомок датчанина – представился седобородый.

– А вы чьих будете, Гаврила Романович?

– Державин, кровь татарского мурзы. А вот Колчак, потомок турка, – указал Гаврила на стройного человека в белом мундире. Тот с достоинством поклонился, придерживая кортик.

– Помилуй Бог, мы – русские! Какой восторг! – Взмахнув шпагой над головой, вскричал Александр Васильевич, с удовлетворением оглядывая земляков.

– Ну что же это такое, панове. И вы все считаете себя русскими? И при этом гордитесь своими нерусскими предками? Бред. – с явным недоумением пролепетал Збышек.

– А вы, генерал Джордж Паттон, как сюда попали? Идейный доброволец? – не унимался Лермонтов.

– Обязанность свободного мира – уничтожить Россию, её прошлое, настоящее и будущее. В этом мы должны помогать полякам. Или скорее они нам. Мы не способны понимать русских, и, имея богатый опыт общения с ними, должен сказать, что у меня нет особого желания понимать их, если не считать понимания того, какое количество свинца и железа требуется для их истребления. Русские не уважают человеческую жизнь – они сукины дети, варвары и хронические алкоголики!..

Речь генерала прервала бурными аплодисментами Валерия Новодворская. «Да!», – вскричала она. «Да! Платить и каяться! Платить и каяться!»

– Это пуркуа? – недоуменно вопросил Лев Николаевич.

– Да потому что мы – исключительная нация! – задрав нос, самодовольно произнес худой афроамериканец с оттопыренными ушами.

– Плагиатор, – нервно произнес человек с длинной челкой и квадратными усиками.

– Неужели все исключительные так думают? – приложив руку ко лбу, сказал граф Толстой. – Неужели у них нет какого-нибудь Предсказамуса, который бы настрадал наше будущее?

– Есть. Я – Эдгар Кейси, и я американец. Я вижу будущее. Миссия славянских народов, состоит в том, чтобы изменить сущность человеческих взаимоотношений, освободить их от эгоизма и грубых материальных страстей, восстановить на новой основе – на любви, доверии и мудрости. Из России в мир придет надежда – не от коммунистов, не от большевиков, а из свободной России! Пройдут годы, прежде чем это случится, но именно религиозное развитие России и даст миру надежду.

Священник со спокойной улыбкой молча покивал головой. Уж он-то знал… Все снова посмотрели на костёр. Огонь поочередно наклонялся то к одному, то к другому участнику спора, как бы прислушиваясь к мнению каждого.

– Человек должен гордиться своими собственными достижениями. А гордиться предками… Ну, не вы же это сделали, а предки! – меланхолично прервал тишину Володя Войнович.

– Ну, вами в таком случае точно никто не будет гордиться. А Россия… Россия безразлична к жизни человека и к течению времени. Она безмолвна. Она вечна. Она несокрушима, – глядя коллеге прямо в глаза, с железной ноткой в голосе, произнес Валентин Пикуль – рулевой-сигнальщик эсминца «Грозный».

Двое мужчин – один с пышной шевелюрой и густой, окладистой бородой, другой помоложе и с бородкой попроще, сидели по-европейски толерантно прижавшись друг к другу плечами.

– О чём вы говорите? – сказал бородатый, – Да нету никакой России! Россия, не имеющая никакого отношения к Руси, и получившая, вернее укравшая свое нынешнее название, в лучшем случае в 18 веке, тем не менее – нагло претендует на историческое наследие Руси, созданной на восемьсот лет раньше. Однако Московская история – это история Орды, пришитая к истории Руси белыми нитками и полностью сфальсифицированная.

– России нет. России, Карл! – поддакнул Фридрих.

Михаил Юрьевич заволновался:

– Но это же так очевидно, гордиться предками, Родиной, Россией. Кто же может этому помешать? Зачем же здесь сила духа? Не пойму я вас, Александр Сергеевич. Кто же скажет, что Россия – зло?

– Э, друг мой, не просто скажут, а объявят Империей Зла рональды всякие. И про царя нашего, Ивана, напишут французы в своей главной французской энциклопедии, что он грозный, прозванный за свою жестокость Васильевичем. Потому что он уничтожил пять тысяч человек. А цивилизованный король Англии Генрих VIII Тюдор в то же самое время убил 70 тысяч человек. И ни разу он не грозный, потому что за свободу и демократию… Есть людишки и у нас, и за границей. Они настойчивы и крикливы. Они были и есть. И именно они хотят, чтобы мы проявили малодушие. Отреклись от родины России, славы своей и от своих предков. Имя им – либералы, слуги «свободных» народов. Вот ясновидец Федор Михайлович прекрасно их изучил. Что скажете, Федор Михайлович?

– А что скажу, – русский либерализм есть нападение на самую Россию. Либерал ненавидит народные обычаи, русскую историю, всё. Эту ненависть к России либералы наши принимали чуть не за истинную любовь к отечеству и хвалились тем, что видят лучше других, в чем она должна состоять; но теперь уже стали откровеннее и даже слова „любовь к отечеству“ стали стыдиться, даже понятие изгнали и устранили, как вредное и ничтожное.

– А может, отпустить их всех, как вы думаете, отец Тихон? Всех этих, готовящих взрывы, танцующих в церквах, они же за свободу, либертэ, так сказать, либералы. Понять… и простить… – молвил, поправляя пенсне, высоченный лекарь из ополчения Антоша Чехонте.

– Понять нужно, и Бог простит. А вот отпустить нельзя. Преступника без наказания оставлять есть не милость, но бесчеловечие и безумие. Один прощеный злодей подаёт повод к подобному злодеянию многим. Ибо злые, видя ненаказанного злодея, на то же злодеяние идут с надеждой, что и им так же прощено будет.

Пленные поежились.

Светало. Второе ополчение князя Минина и мещанина Пожарского готовилось к бою.

Наступало утро 22 октября 1612 года.

Крыжановский Влад

***

Багряный лист плывёт над тихим полем,

Вальсируя и медленно кружа.

Он так красив и светел ясным тоном,

Но робость в нём и слабость вижу я.

Ведь он один! Совсем один печальный…

«Велик ты красотой своей прощальной, -

Я говорю. – О, друг ты мой прекрасный,

Понять я смог, какой же ты несчастный!..»

Закончил этого листа печаль я,

В ладони бережно его сложил

И к дереву отнёс к другим листам,

И друг багряный будто бы ожил,

Ведь это лучше, чем скитанье по полям.

Зимние чудеса

Снегами запорошенные ветви –

Понятье вечной светлой красоты.

И для кого-то, может, незаметной

Загадочной симфонии мечты.

Красавица зима! Повсюду – холод,

Но почему-то на душе пылает зной.

Я верю в чудо зимних снов и голос

Пурги, метели, вьюги ретивой…

Снежинок вальс божественный кружится…

Я верю, что зимою всё случится.

Звезда

Бывает вечером зимою час чудесный,

Когда уже задремлет свод небесный,

Одна Звезда светиться начинает…

Луна на небосклоне воспевает

Тогда красу её во тьме глубокой

И озаряет взором светлооким…

Красавица Звезда Творцу послушна,

На мир земной взирает равнодушно.

То с высоты нам свет прольёт лазурный,

То, словно факел вдруг зажжёт пурпурный…

Я красоте её с восторгом внемлю,

А вдруг Звезда к нам снизойдёт на землю?

***

Город, покрытый дымкой…

Пелена мне, увы, непонятна.

Занавес, крепко закрытый.

Тайна была так приятна…

Птиц перелетных раскаты,

Сколько людей – столько мнений.

Толпы, познавшие слабость,

Породили много сомнений.

Каменный поработитель,

Лица, покрытые тленом,

Глаза мечтою сверкали, -

Глазницы покрылись пеплом.

В облаках мы на крыльях летали, -

Солнышка радостный лучик…

Крылья нам пообломали,

В быту такой груз не нужен.

Только у пары из тысяч

Хватит силенок не сдаться,

Только у пары из тысяч

Так просто – с мечтой не расстаться…

Бакин Роман

Волшебная шкатулка

В одной деревне жил мальчик, и звали его Фёдор. Жил он в крестьянском доме с отцом и младшим братом. Фёдору нравилось путешествовать, он любил выходить гулять. Каждая прогулка для него была, как путешествие. Однажды мальчик в шкафу отца нашёл очень прелестную шкатулку. Она была из драгоценных камней: рубина, сапфира, изумруда и янтаря. Фёдор не удержался и открыл шкатулку. Отец услышал громкий свист и помчался в коридор, там не было ни сына, ни шкатулки.

Эту шкатулку подарили отцу много лет назад, но он до сих пор не мог её открыть. А Фёдор очутился в странном коридоре – красном, но и прозрачном. Мальчик прошёл чуть дальше и замер от удивления. Перед ним стоял лес, весь в красных оттенках: красная река, красные деревья, даже небо было красное. Фёдор пошёл по тропинке, которая привела его к дубу. Мальчик дошёл до дерева, а из дуба вылез кролик, и начал говорить с ним. Кролик знал, что Фёдор придёт! Он рассказал Фёдору, что ему надо пробежать лабиринт и найти там рубиновую розу, только тогда он найдёт выход. Кролик направил Фёдора к лабиринту и дал ему клубочек, чтобы тот смог вернуться назад. Мальчик бродил в лабиринте 3 дня и 3 ночи. Он нашёл розу и побежал обратно по размотанному клубочку. Вот он выбрался, и отдал розу кролику. Как только мальчик отдал розу, он очутился у себя дома – на том же месте. Отец работал, а брат гулял. Фёдор обрадовался, и пошёл к брату. Мальчик открыл дверь, но перед ним появились синие горы. Он испугался. Потом он понял, что это ещё один мир из шкатулки. Мальчик подумал, что это проделки кролика, и пошёл искать его. Он забрался на гору и увидел там цветочное поле, – все цветы были синие. К нему подлетела ворона, и она ему сказала, что надо забраться на самую высокую гору и достать камень. Фёдор полез на гигантскую гору, он много раз соскальзывал и падал, но поднимался. Так он поднимался 3 дня и 3 ночи. Когда он поднялся, то увидел чудный сапфир. Ворона подлетела к нему, и он кинул камень вороне, и оказался дома. Мальчик понял, что сейчас он попадёт ещё куда-то. Он принялся открывать дверь, но у него нечего не выходило. Тогда он обрадовался и побежал на поле увидеться с отцом. Пока он бежал, всё в округе становилось зелёным, на удивление Фёдора. Мальчик оглянулся, посмотрел в разные стороны и понял, что он попал в мир изумрудов. Он ожидал, пока к нему подойдёт хоть кто-то, но не дождался и пошёл в лес.

Он бегал в лесу очень долго, пока не заблудился. Фёдор растерялся и сел на пень, к нему подошёл лесник. Лесник оказался гномом. Гном сказал Фёдору, что ему нужно помочь всем жителям изумрудного леса. Мальчик обошёл лес и увидел нуждающихся в помощи животных. Фёдор собрал нужные вещи и помог животным. Мальчик пошёл к леснику, и сказал, что он выполнил порученное ему задание. Лесник сказал, что он должен охранять его дом 3 дня и 3 ночи, только тогда Фёдор сможет уйти. Фёдор охранял дом лесника 3 дня и 2 ночи. Вот наступала последняя ночь.

Федя наблюдал ночное небо. Вдруг с неба посыпались звёзды. Они градом падали на землю рядом с домом. Из земли вылезали странные существа, они были из изумрудов. Мальчик испугался и взял топор лесника. Изумрудные монстры окружили мальчика, Фёдор пытался отбиться от монстров, но у него ничего не получалось. Это продолжалось всю ночь. С рассветом монстры превратились в зелёную воду и влились в ручей, который протекал рядом с домом гнома. Фёдор увидел вдали гнома, который возвращался из своего трёхдневного отдыха. Мальчик помчался к нему, но всё вокруг растворилось… Мальчик увидел вокруг себя ферму, и всё вокруг стало обычного цвета. Фёдор уже привык к этому и отправился дальше – к ферме отца. По пути мальчик увидел дуб, он был в смоле. Мальчик дотронулся до дуба и попал на берег моря. На берегу стоял дом. Федя пошёл туда, – в доме был кузнец. Мальчик спросил у кузнеца, что ему надо делать. Кузнец сказал своё задание, но мальчик растерялся. Кузнец сказал, что ему надо сразить дракона, который навёл страх в мире янтаря. Кузнец сковал ему доспехи и оружие, обучил всему, что знал сам, и показал, где живёт дракон.

Мальчик вышел на берег озера из янтаря, и позвал дракона. Огромный дракон вынырнул из воды и набросился на Фёдора, но отважный мальчик сразил дракона!.. И весь мир ожил, а жители вернулись в свои дома. Все благодарили мальчика. Вот Фёдор появился возле знакомого дуба, затем он пришёл на ферму отца. Фёдор был рад видеть отца и брата. Рад был, что справился со всеми испытаниями…

Когда они пришли домой, любопытный мальчик положил шкатулку обратно в шкаф, и никогда её больше не трогал…

Стёртый во Времени

Человек постоянно чем-то недоволен. Ему не нравятся поступки, совершённые им в прошлом, ему не нравится его образ жизни, даже не нравятся желания. Человек мечтает изменить многие поступки, но не понимает, что время ушло, и ничего уже не изменить…

В мрачном городе N жил некий мрачный подросток, что, согласитесь, не редкость в наше время. Назовём его Ростислав… Парень жил в обеспеченной семье, всегда получал от жизни то, что хотел. Из-за скверного характера у мальчика не было друзей. Но с раннего детства мальчика увлекали мысли о Времени. Он, словно терялся во Времени: иногда оно бежало, иногда ползло, иногда его как будто не было вовсе…

С некоторых пор Ростислав стал замечать, что на окраине их городка жили люди, непохожие на его семью и его привычное окружение. Они были бедны, но, скорее всего, были богаче душой, чем его родня, – такие светлые и чистые были у них лица. Эти люди ценили и любили всё, что их окружало: любили свои семьи, дом, скромную работу и, главное, – ценили каждую минуту, берегли Время. Парень всё чаще стал бывать там и наблюдать за этими людьми. Ему эти люди казались роднее и ближе, чем собственные родители, которым было просто не до него. Он помнил, что родители постоянно загружены какими-то надуманными проблемами, создаваемыми ими от скуки, чтобы убить Время. Вообще-то все люди из привычного окружения Ростислава относились к тому типу людей, которые тратили Время попусту. Оттого и привлекли его люди, живущие на окраине городка…

Однажды, прогуливаясь по окраинам города, мальчик наткнулся на старый домик. Это был дом Часовщика. Он не любил обеспеченных людей из той части города, откуда был Ростислав. Часовщик сразу понял, какого происхождения парень, пожаловавший к нему. Но он ни словом не обнаружил своей неприязни. На протяжении трёх дней Часовщик приглашал Ростислава на чай со скромным угощением.

Вроде бы они сдружились, ведь их объединял общий интерес. Подросток делился со стариком своим интересом к Времени, а Часовщик рассказывал ему, какая это величайшая сила, которая определяет, что есть добро, а что – зло. Через три дня Часовщик подарил Ростиславу старые часы, от которых словно исходил странный чёрный дымок. Но мальчик с радостью принял подарок…

Придя домой, он повесил часы на стену и лёг спать. Но не уснул. Ростислав заметил, что стоило ему снова задуматься о Времени, как оно замирало, и он видел лишь бесконечно падающие цифры… Он мог подумать о каком-нибудь отрезке Времени и тут же оказывался в этом Времени. Он мог прожить три дня, а потом опять оказаться в своей кровати, в своём доме три дня назад, то есть в исходной точке.

В мальчике стало появляться нормальное любопытство, ведь он с каждым днём узнавал что-то новое, потому что у него в руках было Время, а значит была и информация! Через неделю он собрался идти к Часовщику – поделиться радостью открытий. Но оказалось, что ни домика, ни старика там никогда не было… Странно.

Но Ростислав не стал надолго задумываться об этом. Он вдруг осознал свою необыкновенность! Он начал рассказывать окружающим что-то новое для них о них самих, что видел он в своих путешествиях во Времени. Слава его начала расти! Все его худшие качества увеличились: эгоизм, заносчивость, снобизм. Он стал хуже тех людей, которых презирал сам когда-то. Он отвернулся от семьи. Для него не осталось никаких ценностей и никакой морали! Ростислав стал неимоверно зазнаваться, он чувствовал себя Богом, чувствовал себя самим Временем! Он знал все тайны жизни, знал всё, что происходило и всё, что будет происходить. Но и этого ему было мало, он захотел чего-то большего!..

Он узнал ВСЁ! Как произошёл мир и все те вещи, о которых ему раньше даже страшно было подумать.

Вскоре он пресытился всем, запутался в обилии своих знаний и понял, что ему больше ничего не нужно и сам он – такой – не нужен Времени.

Парень решил просто убрать себя из Времени, стерев своё появление. Он сделал так, чтобы он просто не родился на свет. И у него получилось. Он мог наблюдать, как его семья (которая когда-то была его семьёй) живёт без него, ничего и не зная о нём. Он был удивлён, что ничего не изменилось во времени, где его нет. Так же жили люди обеспеченные, создавая себе проблемы из ничего. Так же на окраине городка ходили бедные люди со светлыми и приятными лицами. Так же дул ветер и светило солнце, так же день сменял ночь, времена года шли друг за другом, годы и десятилетия текли спокойно по заранее запланированному велению Времени.

Ростислав начал понимать, что не имел никакого веса во Времени! Он одумался и просто по-мальчишески обиделся на всё, что произошло, он решил всё вернуть обратно. Но было поздно. Время сыграло с ним недобрую шутку, ведь он и был в этом случае – Временем. Он пытался вернуться к часовщику, но как он мог к нему дойти, ведь он стёр себя во Времени и стал Временем…

А Часовщик в это самое Время спокойно сидел и с задумчивой, но немного и хитроватой улыбкой спокойно отматывал Время…

Та далёкая часть Космоса

Жил да был в одном селе мальчик Дима. Казалось бы, самый обыкновенный мальчик, но чувствовал он, что что-то происходит с миром, который его окружает. Димины одноклассники, приятели, да и многие другие люди были без причины злы, эгоистичны, замкнуты. Часто задумывался Дима…

Но вот однажды мальчик встретил возле дома незнакомца – старца. Платиновой седины борода его и кудри развевались на ветру. Одет он был весьма необычно: белая, как снег мантия, такие же штаны и тапочки. А нёс он два мешка, полностью набитых едой для свиней. Мальчик решил помочь старику и предложил взять один мешок. Старик с удовольствием согласился. Вдвоём они добрались до домика необычного пожилого незнакомца.

Дом показался Диме странноватым. Дело в том, что у него не было крыши! Было лишь одно окно и картина на стене. Но что это была за картина! Написанная настолько реалистично, что казалась живой. На ней была изображена девушка в поле. Казалось бы, ничего особенного, но небо на картине завораживало: чёрное, бездонное, оно казалось бесконечным и мрачным, лишь звёзды ярко сверкали и словно ослепляли мальчика… Странная мысль пришла Диме, когда он созерцал эту картину: «Зачем мы живём так? Ведь даже свиньи живут лучше, благороднее!»

Дима не стал расспрашивать старца о его необычном жилище, собираясь уходить. Но старик гостеприимно предложил мальчику чаю. Дима немного удивился, ведь такое гостеприимство было не принято в обществе, окружавшем мальчика. Однако, уже темнело, и мальчик, отказавшись от чаепития, поспешил домой…

На следующее утро Дима, выходя из дома, снова увидел того же старца. На этот раз старик тащил два полных ведра воды для свиней. Мальчик, увидев это, бросился ему помогать. Он донёс воду, а потом провёл весь день в хлеву, помогая белоголовому старцу… Ну, а когда наступил вечер, они пошли пить чай. Дима привык к старцу, а тот был благодарен мальчику. Осмелев, Дима спросил старика, почему у его дома нет крыши, на что тот ответил: «Чтобы всегда видеть Космос, чтобы всегда видеть Дом!»

Мальчик не совсем понял его, но тут старец принёс две кружки свежезаваренного чая. Пахло очень приятно, и Дима от наслаждения закрыл глаза…

Ему показалось, что прошло лишь мгновение – секунда, когда он снова открыл глаза… Но он был совершенно в другом месте! Вся земля вокруг,

словно была застелена зелёным мягким покрывалом. Мальчик обернулся, – сзади стояла молодая женщина, та, что была изображена на картине в доме старика. А рядом с ней стоял и сам старец, только он был молод, красив и полон жизненных сил.

Дима растерялся. «Что это за место?» – спросил он. На что женщина ласково рассказала ему, что это другой мир, в который попадают только доброжелательные, отзывчивые люди, готовые помочь другому бескорыстно. Здесь нет ни зависти, ни злобы, ни жадности. Конечно, мальчику стало интересно, где же этот мир. И на этот вопрос он получил ответ от преображённого старца. Это далёкая часть космоса – мечта человечеств

Истина

Многие люди живут только в материальном мире: мыслями о материальных ценностях, о количестве денег, забывая, что жизнь сама по себе прекрасна и без них! Это и произошло с главным героем моего рассказа.

В городе N, жил мальчик и звали его Владимир. С ранних лет мальчик интересовался мистикой, колдовством, – как только не называли фантазию Владимира его родители. Мальчик рос в небогатой семье, можно сказать, в нормальной, ведь «у родителей соседского парнишки тоже не хватает денег на ту машинку, которую ты вчера видел в магазине» – говорила мать сыну.

У него не было друзей, он отлично обходился без них, у него был свой мир – мир фантазий. Мальчик рос с матерью, потому что отец для них умер, когда ушел из семьи, но это было «нормально», они ведь не одни такие.

Они переехали в другой город, мальчик пошёл в школу, у него не было проблем с учёбой, были проблемы лишь с ровесниками: он не понимал их, ведь среди его окружения были «золотые» дети. Они были избалованные, безответственные, несамостоятельные. И это было понятно, ведь родители постоянно им всё позволяли. Владимир начал сближаться с ребятами, но в глубине души презирал, ведь, по его мнению, они жили неправильно.

В свободное время от учёбы мальчик помогал матери по дому и подрабатывал, потому что денег едва хватало, чтобы платить за квартиру. В свои пятнадцать мальчик был невероятно умён. Но в один день, вернувшись со школы, Владимир увидел, что его мать плачет на кухне, врачи сказали, что у неё рак. Тогда парень полностью «ушёл в себя», он сходил с ума от безысходности, от того, что он никак не может помочь матери, ведь у них нет денег на лечение.

Каждый день, приходя в школу и глядя на своих одноклассников, в нём зарождалась зависть. С каждым днём его сознание мутнело, в конце концов он, как ему казалось, понял, что смысл жизни именно в деньгах, а не как он раньше думал: в том, что жизнь надо прожить человеком! Нет, теперь он понял, что быть человеком – это значит иметь деньги.

Мальчик стал рабом своих мыслей. Он каждый день приходил домой и сидел в своей комнате, его сводили с ума мысли о том, что он никто без денег, о том, что он никак не может помочь своей матери, о том, что он беспомощен. Владимир просто хотел прекратить всё это, хотел «уйти от этого подальше»… И тут из ниоткуда в коридоре появилось белое свечение, мальчик из любопытства пошёл посмотреть. Выйдя из своей комнаты, он пошёл по коридору, который с каждым его шагом становился светлее. Оборачиваясь назад, он видел все то же бесконечное белое свечение, мальчик не понимал, что происходит, он боялся, что сошёл с ума, что его полностью поглотили мрачные мысли о деньгах. Владимир не мог выбраться из бесконечного белого коридора, в его голове уже не было мыслей о деньгах, он лишь хотел вернуться к матери, хотел дальше жить, но он не мог…

Тогда парень осознал, что деньги далеко не главное в жизни, важна лишь сама жизнь, какая бы она ни была бы. Он думал, что это конец, и ему было стыдно за то, что он многое не сделал, за мысли о грязных деньгах. Он не мог выбраться: куда бы он ни посмотрел, сквозь белые стены он видел все свои страхи, все пороки, в частности связанные с деньгами, его раз за разом пронзала мысль о том, что он жил неправильно, но было уже поздно…

Владимир смирился с тем, что всё потеряно, но вдруг он услышал голос матери… Он не мог понять ни слова, и … открыл глаза. Он видел, что мать будит его в школу. Это был лишь сон, не было никакого коридора, никакой болезни, это всё лишь приснилось. Мальчик окончательно понял, то, что он счастлив! Ведь у него есть всё: он живой, с ним есть человек, которого он любит, ему больше ничего не нужно. И приходя в школу день за днём, он смотрел на своих одноклассников с улыбкой, с мыслью о том, что они многое пропускают.

Путешествие князя Олега

Служение отечеству может быть разное: не обязательно быть военнослужащим, участвовать в военных действиях. Достаточно лишь просто быть человеком, любящим свою Отчизну, и помогать народу, ведь народ – часть Отчизны.

Когда в восемьсот семьдесят девятом году старый Рюрик возлег на смертном одре, его отпрыску – малолетнему Игорю – не было еще и двенадцати лет. На престол взошёл воевода Олег, в качестве регента и опекуна для юного князя. Олег правил мудро, он был предприимчивым, воинственным, дальновидным князем, но очень мнительным. Восходя на престол княжеский, Олег, держа руку на сердце, поклялся, что сослужит верную жизнь своей отчизне и Родине.

Как-то раз к нему пришла женщина с дарами. Она поведала ему, что прибыла из Киева, повидать будущего князя. Олег очень заинтересовался её рассказом, женщина говорила загадками, порой шипя, как змея. Она предложила князю яблоко, которое достала из левого кармана. Олега так сильно очаровала странница, её речь была сладка на вкус и тепла для сердца. Князь, увлёкшись разговором с чужестранкой, откусил маленький кусочек от яблока. В ту же секунду глаза Олега закатились, а тело, будто чужое, упало на землю.

Олег открыл глаза и оглянулся, увидев, что он очнулся в старом доме, деревянные стены которого прогнили после многих вёсен, вскочил с кровати и выбежал из дома. В ужасе пробежав несколько метров, он пал на колени перед первой попавшейся ему лужей. Новгородский князь, умываясь, разглядел в отражении воды чужое ему лицо. Животный страх напал на него, он не понимал, что с ним происходит. Кто-то положил ему руку на плечо.

Это была та самая чужестранка, принёсшая зловещие дары. Олег набросился на ведьму, обвиняя её в заговоре против князя, в магии тёмной. В отчаянии Олег просил её вернуть всё, как было, но женщина молча покачала головой, давая понять ему, что ничего уже изменить нельзя. Тогда разгневавшийся Олег отправился в Новгород. Идя по улицам, он не видел ничего родного, думал он: когда же успел так измениться город, сколько же его не было. Олег кричал: «Подданные мои, князь вернулся! Я живой, стою пред вами!».

В Новгороде он узнал, что княжит сейчас Игорь, и он в Киеве. Олег отправился в Киев, где выпросил встречу с князем. Олег, стоя перед Игорем, клялся, что помнит, как нянчил, как воспитывал, как давал отцовские наставления юному Игорю. Но Игорь, разгневавшись выгнал проходимца из Киева, мол он оскорбляет память об Олеге, что тот мёртв давно, что «принял он смерть от коня своего». Бывший князь в отчаянии вернулся в тот самый дом, откуда начал свой поход.

Ведьма знала, что он вернётся. Олег спрашивал её, за что всё это ему. В ответ он получил «Ты же клялся, что будешь служить своему отечеству. Легко бросаться такими словами будучи князем, а ты попробуй слово своё сдержи, будучи обычным крестьянином!» Ведьма с улыбкой на лице испарилась.

Перерожденный Олег взял себе имя – Беремир, что означало, заботящийся о мире. Он прислушался к словам колдуньи. Возможно, она была права. Ему следовало бы пронести эту тяжелую ношу и послужить отчизне. Беремир странствовал по деревням, помогал людям. Однажды, он встретил женщину с младенцем на руках, которая вела за собой скотину. Беремир помог незнакомке, проводил её до дома, а та пригласила его испить чаю. За тёплым чаепитием она поведала ему историю о том, как её муж погиб в походе, войско которого вёл покойный князь Олег. «Сколько же из-за моих войн погибло мужей, сколько же я оставил вдов на земле Русской, сколько младенцев из-за меня не увидят отцов…» – подумал Беремир.

Незнакомка предложила переночевать в её доме, но он предпочёл переночевать в конюшне, рядом с домом. Ночь была на удивление тиха, ни слова не произнесло небо, лишь легкое попыхивание коня, напоминавшего бывшему князю его верного спутника, сопровождало ночную тишину.

На утро Беремир решил отправиться дальше в путь, женщина отдала ему своего коня. Целый день проскакал князь. Наблюдая, как «обычный» народ бедно живёт, сердце Беремира обливалось кровью.

Наступила ночь. Поднялся сильный ветер, как будто сам Перун разгневался на весь белый свет. Тучи заполонили небо, начался ливень, какого мир не ведал веками. Водяные капли падали на глаза Беремира, прогремел гром. Лошадь с испугу встала на дыбы и уронила наездника, он почувствовал сильную боль в районе затылка, закрыл глаза, а когда открыл – вокруг него уже была лишь пустота. «Неужто опять проделки злой ведьмы?» – подумал он. Как только представил Олег образ виновницы всех этих событий, так появились она перед ним. Вокруг стояла мертвая тишина, бордовые лучи света ослепляли Олега, он задал ей простой вопрос: «Где я?» На что она ему ответила: «Ты умер, да, как видишь, простые люди – смертны, не то, что вы – князья». «И что дальше?» – последовал вопрос от удивленного Олега. «А дальше, тебе придётся пройти ещё один путь, более сложный…»

Всё вокруг Олега начало меняться, он почувствовал резкую боль по всему телу, не выдержал и упал… Когда он очнулся, то увидел, что лежит на том же месте, где упал с коня, который дан был ему вдовой. «Что же это сейчас было?» – подумал он. Поля, по которым он, казалось бы, минут в десять назад скакал, были высушены ветрами спустя многие годы. Небо было спокойное, как и само состояние Олега. Он отправился в ближайший город. Подходя к воротам, он увидел, что чужеземцы, на вид прибывшие из Константинополя, тащат в город кресты чужеземные. Олег, разгневавшись, бросился, что есть мочи на них, он бил, толкал их, за то, что они оскверняют землю Русскую. Тут подоспели дружинники, они отвели Олега к князю Владимиру. Сделав выговор, его отпустили.

Олег понял всё: бедные люди отчаялись и впустили в дома свои чужого бога. Но их ещё можно спасти… Стоя на площади, Олег начал выкрикивать: «Что же вы делаете, люди добрые, народ Русский? На кого вам сдались они-то, боги не Русские, а иностранные? Уж не греет ли вас Солнышко? Аль не живёте ли вы на Земле Русичей?» Народ, вдохновившись речью Олега, начал выгонять любого, кто нёс с собой крест за пределы города. Дружина вместе с Владимиром подоспела на площадь. Олега велели казнить…

Его бросили в темницу, ждать до утра гибели своей. Наступила ночь, вместе с ней пришли мысли о том, что на этот раз Олег не справился со своей задачей: он не помог ни одному человеку, да и как помочь им, если позабыли они и своё прошлое, и богов своих. Тут появился воевода, его лицо имело выражение сочувствия и сострадания, а главное – поддержки. Он освободил Олега и велел ему бежать далеко в лес, чтобы больше тот не совался в город, тем более со своими речами.

В ночи двинулся Олег в глушь лесную. Он наткнулся на старый домик, стоящий на холме. По тому, какая сила понадобилась, чтобы открыть дверь, можно было понять, что в доме не было ни души уже давно. Олег основался там, изучал леса, собирал травы, он помнил, как мать учила его готовить отвары. Разочаровавшись в людях, он стал жить вдали от народа, бродил по лесам «нога в ногу» с природой.

Однажды по лесу бегали мальчишки, и один из них подвернул ногу, ему повезло, что рядом проходил Олег. Он донёс мальчишку до своего дома, наложил повязку и напоил мальчишек чаем. К вечеру ребятня пошла в

свою деревню. Через три дня вся деревня знала, что неподалёку живет мудрый старец, который помогает людям «за просто так». Ещё через три дня о нём узнали и все близлежащие сёла. И старые, и малые ходили к Олегу – кто за советом, кто за помощью.

Владимир, узнав о нём, отправил гонца. Старец, конечно же, тепло встретил посланца князя, но тот был не рад, увидев, что Олег в методах своих использует старые отвары, снадобья, а главное лечит словами. Ведь народ должен прежде всего помолиться богу, а там и все болезни пройдут. Гонец напоследок отдал Олегу подкову, якобы на удачу. А сам сел на лошадь и ускакал.

Ближе к ночи старец лёг спать, и во сне увидел до жути знакомую картину. Вокруг пустота, бордовые ленты вьются вокруг него, перед ним появилась та самая ведьма. Она сказала ему, что на этот раз смерть получилась довольно глупой, но всё же «принял ты смерть от коня»… Олег с превеликим удивлением посмотрел на неё. Она пояснила, что во сне на него упала та самая подкова, переданная ему гонцом от князя. Ну и глупо же было вешать её над кроватью.

Как вдруг всё вокруг завертелось, снова боль во всём теле, снова Олег упал… На этот раз очнулся Олег на поле боя, вокруг лежали тела, души которых покинули носителей. Труп на трупе лежал на земле. Тут были и тела убитых русичей, а главное – иноземные тела: то ли хазары, то ли половцы, никак не мог понять Олег. Он отправился к городу, где его встретил вестник смерти – наездник на чёрном коне, с луком на спине. Олег бежал и чудом остался жить. Город был разграблен, некоторые дома сожжены. Это дело рук чужестранцев.

После он узнал, что Русь дала слабину, что поставили в зависимость народ наш. Но как такое могло случиться? Что произошло? Чтобы русский народ дал слабину перед войском змеиным? Как же я теперь смогу помочь народу? Когда власть, перегрызая друг другу глотки, допустила такое? Отчаявшемуся Олегу нужно было как-то выживать. Он стал купцом и нашёл себе верного товарища – его звали Евпатий Коловрат. Олег впервые стал жить для себя, торгуя разными вещами, привезёнными из близлежащих стран. Но что-то в его душе менялось, когда женщины отдавали ему за хлеб свои последние деньги. Так дальше продолжаться не могло, он начал раздавать еду все свои деньги в разных городах. Больше всего людей он прокормил в Рязани, узнав об этом монгольский хан с ордой ринулся «наказывать» народ. В это время Олега там не было.

Узнав о беспощадной расправе над своим народом, он ринулся обратно вместе с Евпатием Коловратом. Кругом были горы трупов, которые поклевывали вороны, стоял жуткий запах крови и смерти. Слышен был гул, стоящий от копыт вражеской конницы. Он собрал всех оставшихся в живых крестьян, и зашли они в тыл врагу. На каждого русича приходилось по сотне убитых татар. В бою Олег бросился под копыта монгольского коня, тем самым спасая Евпатия Коловрата. Теряя сознание, он сказал ему: «Постарайся выжить, тогда о твоих подвигах будут сочинять Легенды».

Олег снова очутился в пустоте, снова те же самые багровые ленты обвивали его тело, снова ведьма. Он сказал ей: «Ну что на этот раз?». На что получил ответ: «Молодец, княже, ты справился». И она исчезла.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.