Катерина Тумас
Няня для эльфят

Пролог

– Это происходит всегда! – чуть ли не со слезами на глазах рассказывала эльфийка, сидя напротив меня. – Стоит мне посмотреть на него, и он сразу морщится и отказывается от груди…

Она всхлипнула и бросила полный отчаяния взгляд на двухмесячного малыша, лежащего в корзине у её ног.

– Так, ещё раз, – уточнила я со вздохом. – Верно ли понимаю, что ваш ребенок прекращает пить молоко, если в процессе грудного кормления вы на него смотрите?

– Да, именно так, – кивнула она и всхлипнула. – Но он такой прелестный, нежный… Я так хочу видеть, как он… Ах! Мама говорила, что у меня недобрый глаз, но я не верила!

Предательская слезинка всё же скользнула по её щеке.

Наклонившись к эльфёнку, я внимательно его осмотрела, уделяя особое внимание носу. Малыш лежал на спине, приоткрыв ротик и раскинув ручки. Я облизала палец, чтобы лучше ощущать потоки воздуха, и поднесла его к лицу ребёнка. Всё ясно, дышит не носом, хотя носовые проходы не выглядят забитыми. Чтобы в этом убедиться, я наклонилась к самой земле и заглянула в них.

– Часто он спит с открытым ртом? – спросила, выпрямившись.

– Да, постоянно. А это плохо? – взволнованно уточнила эльфийка, прижав тонкие кисти к груди.

– Лучше спит на воздухе, при ветре?

– Да и любит, чтобы было прохладно, а что?

– У вас случаются или случались в детстве проблемы с дыханием? Забивает нос, плохой нюх или что-то ещё такое? Может, у мужа? Хотя нет, носик у ребёнка ваш, на сколько я могу судить.

– Д-да, я в детстве много болела и постоянно сопливила. Сейчас, стоит погоде чуть испортиться, нос сразу закладывает. Но это должно быть нормально! Целитель сказал, что у всех опухает внутри носа, но у меня маленькие носовые проходы, поэтому я сильнее ощущаю их сужение.

– Верно, у людей, например, каждые четыре часа или около того чуть сужается одна ноздря и расширяется другая. Не знаю, так ли у эльфов, но, подозреваю, у вас тоже есть какие-то подобные физиологические процессы. Так вот… Думаю, дело вовсе не в вашем взгляде, – улыбнулась я. Эльфийка непонимающе хлопнула на меня глазами, в которых мелькнула, но тут же погасла робкая искра надежды. – Малыш унаследовал ваш маленький носик.

– При чём здесь это? – нахмурилась эльфийская мамочка и в очередной раз посмотрела на своё мирно посапывающее остроухое чадо.

– Дело в том, что из-за этой особенности малыш очень чувствителен к поступающему в его организм воздуху. В воздухе есть кислород, вы ведь в курсе? Вдыхаем мы иной воздух, чем выдыхаем.

– Да, как и растения. Днём они поглащают мёртвый воздух, который мы выдыхаем, и перерабатываютего в живой, а ночью наоборот. Но эльфам для дыхания подходит только живой.

Я хмыкнула. Выходит, растительность на этой планете работает также, как на Земле.

– Кислород – это то, что делает воздух живым, – пояснила я. – И то, чего нет в мёртвом. Маленькому носику нужно больше или чаще вдыхать, чтобы получить столько же кислорода, как большому. При этом холодный воздух ощущается более свежим, более живым в вашей терминологии. Тёплый, даже если в нём много кислорода, кажется вашему сыну скорее мёртвым. А всё потому, что пока воздух находится в наших лёгких, он нагревается, всегда.

– Но мы ведь говорили про кормление грудью! – недоумевала эльфийка.

– Да, – не стала отрицать я. – Давайте, покажу на примере, в чём дело. Представьте, что вы держите ребёнка на руках и прикладываете его к груди.

Эльфийка поджала губы, но сделала, как я попросила. Подняла руки, изобразив колыбельку, и даже покачала невидимого младенца.

– Отлично, наклонитесь, словно смотрите на лицо малыша, – скомандовала я. – А теперь поставьте руку между вашим лицом и лицом ребёнка. Тыльной стороной вверх, она более чувствительна. Сделайте глубокий вдох и выдохните. Куда идёт воздух от выдоха?

– Н-ну… почти прямо в лицо малыша…

– Горячий мёртвый воздух, – намекнула я. – А крохе очень критично, чтобы он был максимально живым.

– О, свет светлейший! Так дело в дыхании?! – шокированно воскликнула эльфийка, чем разбудила своего сына. Он завозился в корзинке, но решил не просыпаться, лишь повернул голову на бок.

– Да, малышу просто не чем дышать, вот он и кривится д аотворачивается. Вы можете смотреть на него во время кормления, только выдыхайте в сторону. Или поднимите ворот одежды так, чтобы он мешал вашему дыханию попадать в лицо ребёнка. Потренируйтесь.

Следующие несколько минут эльфийка пробовала поворачивать голову и ставить губы трубочкой в сторону, подставляя руку для контроля потока воздуха.

Уходила она от меня счастливая и полная надежд. Глядя ей в спину, я откинулась на своём грибо-кресле и усмехнулась. Ох, если бы все проблемы, которые мне пришлось решать, были такими же простыми, а их решение приносило бы столько же радости.

– Следующая! – прикрикнула я, зазывая в кабинет очередную посетительницу.

Вошла статная светловолосая эльфийка, судя по выражению лица, завуч в средней школе. Шучу, конечно, но если бы она была человеком и жила на Земле, то вот зуб даю, что оказалась бы кем-то вроде завуча. На руках она несла непоседливого мальчишку лет двух с половиной. И сходу заявила:

– Он совершенно отбился от рук! Что-то переклинило в мозгу, и теперь от всего октазывается! Даже от того, что любит!

– Но только в том случае, если это предлагаете вы, – понятливо покивала я.

– Да-а-а, – настороженно протянула эльфийка и уселась напротив меня в предложенное грибо-кресло. Мальчик тут же сполз с её рук и побежал рыскать по кабинету. – Если предлагает отец, то сын уходит в отказ гораздо реже. И всё равно это случается!

– Отец бывает дома не слишком часто, верно? Вы проводите с сыном большую часть времени?

– Наши родители занимают высокие посты в Крепости, они не могут постоянно помогать, – потупилась эльфийка, подрастеряв завучевский гонор.

– У вашего сына сейчас период сепарации, то есть отделения от родителей, уважаемая, – сказала я. – Это происходит примерно с двух лет, у кого-то позже, у кого-то раньше. Он будет отрицать всё, что ему предлагает самый близкий взрослый, но не считайте это проявлением негативных эмоций, ничего такого. Он по прежнему вас любит. Но вы ему слишком близки, а он хочет почувствовать себя отдельной личностью. Вот и делает всё наперекор, просто чтобы чётко понимать, что решение принял он сам.

– Но как же мне быть? Это пройдёт?

– Да, само собой. Но то, насколько эффективно пройдёт сепарация, зависит именно от вас. Приходите на вечернюю лекцию сегодня, я как раз собираюсь об этом рассказывать. После теоретической части будет практическая, где мы обсудим конкретные примеры. Так что рекомендую подготовиться и подумать о том, как много всего ваш сын делает в своём возрасте сам. Умеет ли он одеваться, сможет ли налить себе воды, ходит ли на горшок и так далее.

– При чём здесь это? – самый частый вопрос, который мне задают эльфийки, честное слово… Да, понимаю, не всегда описываемые мною взаимосвязи прослеживаются с первого взгляда. Но уж больно одинаково остроухие клиентки удивляются.

– Чем больше ребенок умеет делать сам, тем легче проходит период сепарации. Иногда родители его даже не замечают. Ведь суть в том, чтобы малышу отделиться от родителей, а что лучше отделяет, чем самостоятельность?

Эльфийка задумчиво посмотрела на своего отпрыска, активно потрошащего ящик с игрушками, который он нашёл у стены, и вздохнула:

– Похоже, теперь ему предстоит многому научиться… Я свихнусь.

– Не волнуйтесь, я подстрахую и подскажу. У вас всё получится. Можете начать с одевания. Пусть он делает хоть что-то сам, то, что самое простое. И постепенно усложняйте задачу. Например, вы держите рукав, а он просовывает руку. Затем пускай пробует находить дырку рукова без вашей помощи. Получится не с первого раза, но получится.

– Это всё же увеличит время одевания… в разы, – ужаснулась взволнованная женщина.

– Да, но научить ребёнка одеваться самостоятельно – очень важно. Пэтому закладывайте дополнительное время для сборов.

– Ох, мне нужно переварить эту новость… – она встала и позвала за собой сына, который на удивление послушно поднялся и пошёл следом. Ага, сныкал в карман какую-то игрушку, потому и согласился уйти побыстрее. – Спасибо вам, посланница, я обязательно приду на лекцию, но сейчас…

– Вам надо смириться, что ребёнок – это отдельная личность, понимаю. Мамы часто слишком любят своих детей и не дают им жить самим. К хорошему в итоге это не приведёт, уверяю вас.

– Я вам верю, – ответила эльфийка, горделиво вздёрнув нос.

Встретившись взглядом с мальчиком, я улыбнулась и сказала, кивнув на его карман:

– Всегда можно просто попросить. Обычно этого достаточно, чтобы тебе дали поиграть с чужой игрушкой.

Ребёнок тут же поник и покаянно засучил ножкой. Я не стала его мучать и предложила:

– А давай, когда вы с мамой придёте ко мне в следующий раз, ты вернёшь мне игрушку и расскажешь, как правильно надо было попросить поиграть с ней, договорились? Мама научит тебя, как это сделать.

– Халасо, – промямлил малыш, обрадованный тем, что отбирать желаемое я не стала.

– А ещё мама расскажет, что такое воровство и чем это плохо, – поджав губы, проговорила эльфийка.

– Только не ругайтесь, а именно расскажите, пожалуйста, – мягко улыбнулась я. Эльфийка слегка призадумалась, после чего согласно кивнула, попрощалась со мной и вышла, буксируя за собой сына.

Нда, воровство и правда – плохо. Кто бы рассказал об этом тем двум богам, которые умыкнули меня с родной Земли и закинули сюда, на планету под названием Зелень. Правда, надо отметить, что причины у их поступка были, но мне-то от этого не легче! И пусть я привыкла к жизни здесь… всё равно скучаю по родине. Но кто я такая, чтобы спорить с богами? Всего лишь единственный на Зелени специалист своего профиля.

Глава 0. А что, если…

– Я не понимаю, брат! – заявили богиня, капризно топнув ножкой. – Решительно не могу взять в толк, почему при таких жёстких стартовых условиях, которые ты выбрал, твой вид развился та-а-ак хорошо! Почему у меня получилось наоборот?! Люди живут несчастную сотню лет, и то от силы! Болеют постоянно, мрут, воюют… И всё равно их целых восемь миллиардов!

– Уже почти десять, – улыбнулся бог, внимательно слушая тираду своей сестры.

Богиня, фыркнув, замолчала, многозначительно глядя брату в глаза. Тот мягко засмеялся.

– Прости, не злись, пожалуйста, я не издеваюсь над тобой, сестрёнка. Просто очень горжусь тем, что у меня получилось. Это ведь допустимая эмоция в такой ситуации, правда?

– Правда, но я тоже хочу гордиться своими эльфами! А они… Живут по тысяче лет в практически идеальном мире! При этом умудряются дать значительно меньше потомства, чем твои люди! И прогресс… почему у эльфов он идёт так медленно?! Им же дано гораздо больше времени для того, чтобы творить и созидать!

– Ну, давай разбираться со всем по очереди, – бог налепил на лицо серьезное выражение и начертил в воздухе две фигуры светом, изображающие схематичного человека и эльфа. Рядом с ними начали появляться надписи, иллюстрирующие характеристики видов. – Думаю, ты верно подметила основную загвоздку. Люди живут в десять раз меньше эльфов. Нет, точнее, эльфы в десять раз дольше людей. Что это в итоге даёт? Если твой срок не долог, то приходится активировать все ресурсы организма на максимум, чтобы успеть побольше. Эльфам такое не нужно, они могут себе позволить быть заметно более медлительными. И стратегия выживания вида совершенно другая. Наибольшим образом на ней сказываются условия. Люди рожают много детей из расчёта, что в суровых реалиях Земли – с её катаклизмами, недостатком ресурсов и постоянными из-за этого войнами – выжить сложно. Чем больше потомства, тем выше вероятность, что выживет хоть один, – бог назидательно поднял палец, тактично умолчав, что в последнее время ситуация на его планете несколько поменялась. – У эльфов однако нет никаких внутренних проблем на Зелени, верно? Им не нужно бояться случайной гибели потомства, потому обычно хватает одного ребёнка. Они не думают о продолжении рода, для эльфов, если я не ошибаюсь, дети – плод любви. Ты ведь сама загадала, чтобы дети у них рождались исключительно при сильном взаимном чувстве…

– Ой, не береди душу! – фыркнула богиня. – Я-то думала, что это позволит эльфам иметь много детей. Встретили свою половинку и давай стругать. Тысяча лет есть на это дело! Но они… Ой! Кошмар!

– Да, получается, паре хватает одного ребенка, чтобы доказать, что между ними настоящее чувство. И они отдают единственному отпрыску всю свою неторопливую заботу.

– Но если у двух родителей всего один ребёнок и это повторяется из поколения в поколение, то вид естественным образом вымирает, – вздохнула богиня, усаживаясь на пол перед светящимися фигурами. – Как же убедить их, что рожать нужно хотя бы двоих, а лучше троих?

– К сожалению, я тут тебе не помощник, сестрёнка, – вздохнул бог, но его собеседница продолжила изливать душу:

– И дети… С каждым поколением они всё… не знаю, хуже? Больше болезней, хотя первоначально раса была очень физически здоровой… Более зависимы от родителей, меньше заинтересованы в продолжении рода… Уже два поколения есть семьи, которые предпочли не иметь ни одного ребенка вовсе! Ты представь! Они продвигают философию, по которой дети – лишь способ показать обществу, что в паре есть настоящая любовь. Говорят, что не обязаны никому ничего доказывать! Я в шоке! А в последнем поколении есть даже эльфы, которые вообще не стали создавать семью! Любовь для них – более не мотиватор! Того и гляди, начнут практиковать случайные связи! Кошмар!

– У людей сейчас тоже есть занятная тенденция, – всё же решил подраскрыть карты бог. – Они начали создавать однополые пары.

– Это как? Разве в такой паре возможно зачатие? – нахмурилась его сестра.

– Не возможно, но они выходят из положения. Например, берут детей из приютов.

– Приюты! Эльфы и слова такого не имеют! Бесхозных детей не существует. Зато бездетные родители…

– Не переживай ты так, – попытался успокоить её брат. – Нужно просто поработать над ситуацией, подкорректировать. Популяция эльфов ещё достаточно велика, чтобы возродиться.

– Но как? Как корректировать? – взвыла богиня. – Я уже всё доступное перепробовала! Дарила благодать, являлась во снах и мотивировала… Однако кажется, что мои вливания действуют наоборот! Если судить по последним поколениям эльфов… Осталось только предстать перед ними живьём и приказать. Но это не тот путь, который я хочу избрать!

– Прекрасно, ты понимаешь, как делать не стоит, – похвалил сестру бог. – Теперь надо подобрать правильную стратегию последующих действий. Хм, у меня идея!

– Не томи же! Говори быстрей!

– А что, если нам позвать специалиста по детям из моего мира, с Земли? Взять и перенести на твою Зелень? Люди и эльфы очень похожи, особенно в детском возрасте. Растут, если не ошибаюсь, одинаково до какого-то момента.

– Да, у нас же исходная раса одна! – подтвердила богиня. – Думаешь, специалист на людским детям сможет как-то мотивировать? Считаешь, они скорей послушают попаданца, чем их любимую богиню?

– Любимую, да, но ты слишком мягка к ним. Позволяешь излишне много своеволия, – сказал брат.

– Но ведь и ты тоже! – возмутилась она.

– А у меня не такая плачевная ситуация. Надо будет – стану жоще. Случалось, кстати. Правда, вспоминать не хочется… Не важно. Так что? Зовём помощь с Земли? Вдруг специалист сможет разобраться в причинах проблем? Это должно быть проще сделать изнутри мира. Мы-то с тобой смотрим только снаружи.

– Это верно, явно что-то упускаем… Ладно, давай! Людей на Зелени не существует, но это ничего. Я сделаю так, что специалист получит мою защиту. И протекцию. Эльфы должны прислушаться. Надеюсь… Ой, не знаю! – богиня махнула рукой, старательно сдерживая слёзы. – Будь, что будет! Хуже не станет точно! Есть у тебя кто-то на примете?

– Таких специалистов на Земле много, проведём отбор кандидатов, чтобы выбрать одного наиболее подходящего. Позадаём вопросы, всё такое…

– Может, парочку? – богиня вопросительно сдвинула брови.

– Ой, нет! – открестился брат. – Лучше одного, а то передерутся между собой из-за разницы взглядов. Даже если она будет несущественной, людям много не надо. Нет, ну, может, и сработаются, но я бы не рисковал. Люди очень любят соперничество, гораздо больше, чем кооперацию. И тщеславны…

– И вообще у них море негативных качеств, – богиня закатила глаза. – Но почему-то эта раса крайне успешна.

– Вопреки всему этому и успешна, – бог наставительно покачал головой.

– Хорошо, давай пока одного, там посмотрим, как пойдёт. Только я понятия не имею, что спрашивать при отборе…

– Ничего, вместе придумаем, – он приобнял сестру и утешительно похлопал по плечу. – Не грусти, всё образуется, я уверен! Может, не с первой попытки, но мы реанимируем твоих эльфов!

Глава 1. Собеседование на спасителя мира

Приснится же такое! Наверное, мне пора в нормальный отпуск в тёплые края… А то уже прохожу собеседования по работе даже во сне. Причём, нанять меня собирались не просто какие-то там люди, а прям целые боги! Ещё и вопросы задавали странные. Какие-то бестолковые, что ли. В итоге всё свелось к тому, что не они меня собеседовали, а я их…

Нет, ну, а что? Трудоустройство – дело обоюдное! Не только я, как монтессори-специалист по когнитивно-сенсорному развитию детей, должна подойти нанимателям, но и наниматели должны подходить мне. Я не наивна и понимаю, что смогу помочь не в каждом случае. Иногда просто нужен другой человек с другим складом ума. Бывает, что просто не сходимся с родителями… не знаю, как правильно выразиться… Не нравимся друг другу, как люди, короче говоря. Тогда сработаться не получится, ведь основное взаимодействие происходит именно с родителями, а не с детьми. Зачастую, только коррекции родителей бывает достаточно, чтобы исправить трудное поведение ребенка. Ведь трудное оно только тогда, когда родитель либо не в ресурсе, либо просто не знает, что с этим делать.

Вот всё это я и высказала тем богам из сна. Они вроде бы даже впечатлились. Интересно, пройди такое собеседование в реальности, меня бы наняли?.. Не знаю, не знаю… Но я бы, скорей всего, отказалась. Уж больно странные ребята.

Включив случайный трек в любимых беспроводных наушниках, я вошла в лифт на первом этаже, поставила на пол бумажные пакеты с продуктами и нажала кнопку своего пятого. Вниз я всегда спускалась по лестнице, да и вверх обычно поднималась тоже, не так уж и высоко, но не с дополнительным грузом! Такое кардио мне не по душе! Лучше в тренажерный зал схожу и колеса велосипеда покручу, чем буду тягать наверх тяжёлые пакеты, которые ещё и пальцы нарезают! Что давно пора купить тканевый и носить его с собой, я напоминала себе постоянно себе и столько же раз забывала. Ну, что же, стабильность – отличный признак! Пусть и такая…

Двери лифта закрылись с привычным скрежетом, наполнив меня предвкушением. Облокотившись о выступающие из стен поручни, я занялась планированием. Вот сейчас как приду домой, как достану из пакета мороженное, как развалюсь на диване, да как зайду в свою соц сеть, а там! Очередные предложения работы… И вроде бы ж это прекрасно, я востребована, но… Что-то не то, чего-то мне не хватает. Все предложения в последнее время на удивление скучные и простые. Или это я слишком крута стала?

После первого же разговора, в котором родители, обычно мать, обрисовывают мне ситуацию, которую надо решить, создавшуюся проблему, я сразу вижу, что ими было сделано не так в процессе воспитания ранее, а значит – как это лечить. Обычно проблемы детей в их взрослых. Именно родители допускают ошибки, которые приводят к сложностям и даже болезням детей. Я задаю уточняющие вопросы, убеждаюсь, что мой диагноз верный, выдаю описание того, что нужно делать, и отпускаю с миром.

Работать-то с ребенком должен родитель! Я лишь направляю, сама ничего за родителей сделать не смогу. В моих силах только показать, как им действовать. То есть, кто натворил, тот и исправляет. Кстати, такой подход работает и с детьми. Им в раннем возрасте очень важно понять не только причинно-следственные связи, но и знать, что делать дальше.

Разлил воду – надо вытереть. Помнишь, где тряпка? Молодец, спасибо, что помогаешь мне прибраться! Вот, как-то так это работает, нужно лишь показать механизм взаимодействия, а дальше родители уже сами. Их достаточно наводить на нужные мысли и корректировать поведение.

Мне редко кто-то пишет снова с дополнительными вопросами. В последнее время я выдаю исчерпывающие консультации. Да, каждая стоит денег, но будь я меркантильной дрянью, как меня называют специалисты уровнем пониже и с количеством подписчиков в блоге поменьше, то растягивала бы информацию на несколько консультаций. Ради денег, да, но я так не поступаю. За это клиенты советуют меня всем своим друзьям, и я в итоге получаю в два раза больше денег, чем вытягивай их с одного человека, но не нарабатывая репутацию.

Кхм, погодите, получается, я таки меркантильная дрянь? Ой, ладно, кто не хочет заработать больше? Да и вообще я же помогаю людям! Чем большему количеству помогу, тем я счастливей. Это, наверное, моё призвание. А ещё если за это платят… Вообще красота!

Так, а почему лифт едет настолько долго? Я застряла что ли? Какой этаж? В смысле? Почему все кнопки этажей потухли? Свет горит и ощущение движения продолжается…Значит, не застряла. Но на каком я сейчас этаже?

Пока недоумевала, должна была уже проехать, наверное, до последнего, двенадцатого.

Стоило так подумать, и лифт остановился. Но не успел в моей голове родиться очередной вопрос, как пол ушёл из-под ног. Я сдавленно охнула. Мысли в панике заметались, пытаясь родить наилучший план действий, а глаза почему-то решили упереться в вылетающие из сумки апельсины. Они подпрыгнули и ненадолго картинно зависли над горловиной пакета, после чего снова обрели направление гравитации, устремившись обратно вниз. К сожалению, в пакет вернулись не все, и меня это опечалило. Хотя должно печалить совсем другое, более насущное.

Что мы имеем? Лифт заглючило, он поехал в самый верх, откуда по какой-то причине сорвался и теперь на полной скорости несётся вниз, проигнорировав то, что в такой ситуации должны бы сработать тормоза. Ведь в лифте есть система защиты от падений? Должна быть! Но она не сработала… И я уже вот-вот рухну на землю! А там ведь наверняка полно всяких губительно-острых конструкций! Я же на них напорюсь!

Мои ноги моментально подтолкнули остальное тело выше, руки раскинулись в поисках опоры, шея втянулась в плечи. Благодаря адреналину, пробудившему во мне невероятную гибкость, о которой и не подозревала, я без особых затруднений закрепилась на перилах, упираясь всеми конечностями в противоположные стенки кабины. Благодаря этому я надеялась понести наименьший вред от предполагаемых на дне шахты лифта конструкций. Или хотя бы от удара, если ничего острого и торчащего внизу нет. Стены кабины, по идее, послужат гасителями удара. Или это так не работает?

А-а-а! Я УМРУ!

Оказалось, что я уже давно ору во всё горло, зажмурившись. Только… Уж очень как-то долго ору-то. Давно должна была приземлиться, если можно так выразиться. Осторожно, неуверенно снизив тональность, я постаралась успокоиться и замолчать. Удалось, аж дыхание задержала, когда взгляд мой пал на летающие вокруг фрукты. Вон апельсин врезался в авокадо и они живописно разлетелись в разные стороны…

Если не ошибаюсь, падением тоже можно оказаться в невесомости. Вон было дело клип какой-то музыкальной группы в таких условиях снимали. Они взлетали на самолёте, а потом тот уходил в падение, и внутри получалась на некоторое короткое время создать невесомость. Но тут что-то долго это длится…

Или я уже умерла и, как в одном фильме про девочку и её убийцу, просто не заметила этого? Она там вырывалась из рук маньяка, и не вырвалась, но душа её не поняла этого и как бы смогла сбежать. Вот и я так же, да? Настолько резко ударилась о землю, что умерла на месте, но душа не может поверить и придумала бред с невесомостью?

Я покрылась холодным потом и, подвывая от страха из-за непонимания происходящего, сильнее вжалась в стенку, силясь слиться с ней если не цветом, то хотя бы формой.

Внезапно двери лифта, скрипнув, открылись. Я распахнула глаза от шока. Передо мной был космос. Чёрное звёздое небо, чистейшее, без единого облачка. Атас! Мной запустили в космос! Оказывается, лифт, на котором я так редко поднималась, умеет пулять кабинами за пределы атмосферы земли! Я случайно активировала скрытый механизм, созданный какой-нибудь секретной организацией? Или я просто в коме и брежу?..

Запоздало поняла, что между мной и космическим вакуумом нет ровным счётом ничего, кроме расстояния в несчастные полметра кабины. Хотела было вдохнуть и задержать дыхание, но вовремя вспомнила, что в такой ситуации лучше выпустить весь воздух из лёгких. Так смерть будет безболезненней, ведь вы в любом случае умрёте, если попадёте в открытый космос без скафандра.

Затем я поняла, что давно должна была умереть, задохнувшись, так как двери маленькой кабины лифта открыты уже секунд десять, пока я тут таращилась на звёзды. И ничего! Жива осталась!

Вдруг перед кабиной появились две человеческих фигуры, выплывая каждая со своей стороны.

– Мы выбрали тебя! – сказала улыбающаяся девушка со светлыми волосами до самых пят, развевающимися за её спиной, словно в воде. – Я правильно сказала, брат? – и она повернула голову ко второй фигуре – плечистому мужчине с коротко постриженными тёмными волосами.

– Не совсем, забыла поздравить и объяснить детали, – ответил он. – А то так ничего не понятно.

– О, точно! – поправилась девушка – Поздравляю! По итогам собеседования мы выбрали тебя на роль спасителя мира эльфов!

Глава 2. Битва уже выиграна

– Отлично, сестрёнка! – сказал парень. – Только улыбочку не надо такую широкую, а то выглядит немного… – он стушевался, но я помогла:

– Маньячно! Это прям начало хоррора какого-то! – Ой, похоже, у меня вот-вот случится истерика… – Не надо меня пытать только! Убейте лучше сразу! Но если нужно выживать на каких-нибудь голодных играх, то я готова побороться, – закончила неожиданно. Что за перепады настроения? Адреналин таки действует, когда отпускает?

– Ты уже выиграла битву за должность. Теперь можно приступать к работе в рамках твоей компетенции, – объяснил парень тоном, словно это очевидно, а я тут что-то странное выдумываю.

– Так вот в чём дело! – возопила я и заулыбалась. Лица моих собеседников вытянулись от удивления. Н-да, не такую реакцию они ожидали, видимо. – Вы мне снитесь! Снова! Значит, это просто сон! – И выдохнула с облегчением.

Бог, как он представился в прошлом сне, склонил голову:

– Разве похоже на сон? Чем реальность отличается от сна, Маша? Ты не ощущаешь тела? Не чувствуешь запахов? Не осязаешь? Разве всего этого нет?

Я нахмурилась. И как-то разом навалились все перечисленные ощущения.

– Кхем, – крякнула я, понимая, что до сих пор нахожусь в раскорячку в середине кабины лифта. Невесомость удачно помогала мне держаться в выбранной позе. Представив, как всё это смотрится со стороны, резко расслабила конечности.

Нет, это я только думала, что всего лишь расслабила, на деле подтянула к себе и рефлекторно обхватила колени. Ощущения, как в воде, а в этом плане у меня рефлекс отработан – ого-го! Страх – отличный тренер!

Заставив себя всё же кое-как подрасслабиться, я выхватила из воздуха один из разлетевшихся по углам лифта апельсинов, и, уткнувшись в него носом, глубоко вдохнула. Пахнет апельсином с нотками базилика. Нет, это реальность. В воображении не было бы базилика. Он лежал далеко от апельсинов. Божечки! О чём я вообще думаю?!

– Спокойно, Машунь, без паники! – разволновалась за меня, кажется, вполне искренне, богиня. Милое создание, капризное и своевольное, весьма требовательное. Сочувствую её няне, если она была… – Эй! А чего ей сочувствовать? Я была идеальным ребенком! – богиня обиженно надула губки.

– Тогда завидую, – ответила я, не раздумывая, цепляясь за двери с целью затормозить мой улёт в открытый космос. Как-то всё-же в кабине поуютней. В этом легко можно убедиться, если выглянуть за пределы пола. Когда увидела, что под нами Сатурн… Сатурн! Это точно та планета с кольцами! Нет, я останусь в лифте, жаль, приходится болтаться в воздухе, не комфортно…

– Почему? – Богиня распахнула глубокие голубые глазищи, вытаращившись на меня. На лице ни следа обиды.

– Почему что? – уточнила я у неё.

– Почему не комфортно летать? Ведь так удобней! Не нужно напрягаться стоянием. Это ведь тяжело.

Она читает мысли? Удобная способность, мне б такую…

– Согласен, – поддержал её брат, если я верно помню их легенду из прошлого сна. – Люди постоянно стараются присесть или даже прилечь. Сила тяжести напрягает. Тебе должно быть комфортно не ощущать вес.

– Вы мыслите поверхностно, – я покачала головой.

Меня радовал и стабилизировал знакомый процесс разъяснения. Я не просто так психологом пошла учиться, мне эта тема интересна! Это потом само собой вышло, что психологом по специальности мне поработать так и не удалось. Как-то сразу мой путь свернул в направлении помощи детям. Педагогика и консультации семей о воспитании ребенка и обращения с ним – почти приём у психолога. Но в данном случае анализ происходит не только через диалог с вами, а и через поведение вашего ребёнка.

Оказалось, что я могу очень многое сказать о родителях, глядя на их детей, даже не видя родителя. На третьем курсе универа пошла однажды со школьной подругой, которая родила полтора года назад, на детскую площадку. Столкнулись на улице, разговорились. Она вела дочку на площадку и позвала прогуляться с ней. Сидя там на лавочке, я рассматривала детей, наблюдала за их поведением. Потом смотрела на их родителей и находила множество взаимосвязей.

На следующий день нашла литературу по этому аспекту психологии, и обнаружила работы моей тёзки итальянки Марии Монтессори. Более моя жизнь не была прежней. Мне стало так интересно! И закончив университет, я сразу пошла по стезе консультанта семей. Попутно заканчивала ускоренно, всего за пару лет, второе образование – педагогическое. Ещё и с уклоном в воспитание детей младшего возраста. После были ещё курсы по грудному вскармливанию и сну. Я на все руки мастер!

Особенно мне в педагогическом нравились, кстати, лекции про взаимосвязь поведения родителей в детстве ребёнка и черт его характера во взрослом возрасте. Каждую семью, которой помогла, я внутри своей головы всегда рассматривала рядом с моделью их ребёнка в будущем, когда он станет их ровесником. Каким человеком он будет из-за них и благодаря им? На первых парах работы, когда я ещё не начала раскрутку в интернете через живой блог, и самим родителям задавала такой вопрос. Помогало включить их головы.

Но это всё сейчас не важно! Воспоминания пронеслись в голове и улетели дальше. Потому что… я вдруг резко поняла, что происходит.

Я в коме. Может и мертва, но смерть мне представлялась иначе. Посему будем считать, что в коме. Отсюда и флэшбэки из прошлого… Эта мысль опечалила, но кома хотя бы значит, что после приземления вместе с лифтом о грешну землю первого этажа я отключилась быстро, не успела испытать много страшной боли.

– Что для человека важно по жизни? – резко погрустнев, продолжила я, рисуя в голове печальные картинки моего будущего под аппаратами искусственной поддержки жизни. – Прочно стоять на ногах, ощущать опору. Люди – бегуны, для нас важно чувствовать поверхность и давление ног на неё. Вода, где ощущения, похожие на невесомость, не родная стихия людей. Мы умеем плавать, но живём и рождаемся на суше. Инстинкты имеющих опору под ногами поколений не сравнить с… желанием комфорта.

– Я понял, – покачал головой бог, рассудив по-своему, – тебе нужна гравитация, так комфортней.

И в следующее мгновение я её ощутила. А потом ощутила пол кабины своей пятой точкой при падении с высоты примерно в метр.

Да, что-то и на кому не похоже. Я могу поверить, что моё воображение способно представить запахи, однако боль вполне реалистичная. Впрочем, как и напряженные от раскорячки в лифте мышцы… Всё же… реальность?

– Что вообще происходит? Кто вы такие? – выдохнула я, потирая ушибленное место.

– Мы же уже представлялись. Я Терран, демиург планеты Земля, а это моя сестра Аррет, демиург планеты Зелень.

– Миленько, а я тут причём?

– На Зелени живут эльфы, моё творение, – сказала Аррет, выступив… точнее, подлетев вперёд и потупившись, как самый милый женский персонаж во всём этом сюрреалистичном аниме, в которое превратилась моя жизнь. – Но у них беда с деторождаемостью. Не хотят иметь более одного ребенка и…

В течение следующих нескольких минут богиня, активно жестикулируя и явно испытывая бурю эмоций, основные из которых негодование, сожаление и печаль, раскрывала мне всю подноготную эльфийской расы. По ходу дела я бегло поставила мысленно парочку диагнозов. Общеэльфийских, скажем так. А что? Мне можно, я дипломированный психолог.

Глава 3. Путь – не дорога

– Ну, вот… Боюсь, эльфы просто не понимают, как воспитывать детей. И не рожают ещё, чтобы не испытывать больше таких неприятных эмоций, как получаются в процессе. Такое… в их духе. Но ведь дети – это прекрасно! Как им это донести? Я не представляю уже! Нам нужна ты, чтобы эльфы захотели иметь больше детей и воскресили расу, а то они скоро вымрут! – Аррет завершила партию на высокой ноте.

– Так много ответственности… – я недоуменно вскинула бровь. – На одного человека?

– Если не справишься, будем пробовать дальше. Мы провели много собеседований, – богиня невинно похлопала глазками.

– Будете что? Похищать специалистов, которые, кстати, нужны и на Земле? Просто взяли и достали человека из его мира? Это вообще законно! – распалившись, я и свою партию чуть не закончила на той же возвышенной ноте. Как-то нервы подсдали, похоже. Слишком сложно поверить в происходящее. Я, кстати, сидела на полу лифта, свесив ноги в сторону Юпитера. Взрыв мозга! Где мой фотоаппарат?

Запустив руку в парящую рядом сумочку, отработанным жестом выудила смартфон и включила на нём камеру. Снимок получился потрясающий. Мне никто не поверит, что это не фотошоп.

– А я смогу вернуться домой? Когда справлюсь? Или если станет ясно, что совсем не подхожу на роль спасительницы мира? Как быстро вы замените меня на другого?

Боги переглянулись. Терран качнул головой:

– Если у тебя будет возможность вернуться, то ты не выложишься на полную. Я знаю людей, я их создал.

Разве прошлую фразу я сказала с предвкушением? Нет, это было возмущение!

– Поэтому, – тем не менее продолжил бог, – мы переселяем тебя навсегда. Но что будет с тобой на Зелени – полностью в твоих руках.

– Ах, крутись дальше, как хочешь, верно я поняла?

Кто бы сомневался…

– Нет, я имел ввиду, что никто ничего не будет навязывать. Ты можешь выбрать любую судьбу, вообще не заниматься детьми в том числе. Мы просто возьмём ещё одного специалиста через некоторое время. Но ты верно отметила, что нужен равноценный обмен. Сестрёнка, мы же не хотим нарушить равновесие наших сил?

– У тебя людей и так больше, – капризно фыркнула Аррет, – по-моему, изъятие одного не сильно что-то поменяет. Впрочем, без проблем, – она отмахнулась от нас, как от назойливых мух. Сколько эмоциональности и пафоса! Интересно, эльфы созданы по её образу и подобию? – Я переброшу на Землю одного эльфа взамен.

– Я не то имела ввиду! – представив судьбу лесного – верно же понимаю, кто такие эльфы? – создания в бетонных джунглях большого города, ужаснулась я. Бедолага… Впрочем, кто знает, что предстоит на его планете мне? Надеюсь, у эльфов едят мясо, а то я страшный мясоед. Ничего против веганов и вегетарианцев не имею, у всех свой подход к жизни. Но сама бы так не смогла.

Чтоб меня ещё кто услышал… Боги вместо этого принялись обсуждать критерии выбора. Причём Аррет топила за их полное отсутствие. Мол, тушка на тушку, чего тут вымерять? Не думать о том, что это подозрительно! Не думать! Они читают мысли! Даже если только она, но скорей всего оба умеют…

В итоге Аррет продавила-таки брата. Хотя мне показалось, что он просто не хотел с ней долго спорить.

– Озаботься только, чтобы у него были шансы не поехать крышей на Земле, – стало финальным требованием Террана. – Нужен эльф с крепкой психикой и приспосабливаемостью. Принесёт ли он пользу человечеству – мне не важно. Лучше даже пусть спрячется, не будет светиться совсем. Кто знает, как люди воспримут появление настоящего эльфа…

– А как эльфы воспримут появление человека? – спросила я.

– С благоговейным трепетом, – рыкнула Аррет многозначительно, причём, её агрессия была направлена ни на меня, ни на брата. Похоже, эльфы своим поведением её уже изрядно достали. – Иначе отхватят у меня люлей! Не бойся, тебя никто не сможет обидеть.

Сказав это, она послала мне воздушный поцелуй, от котого по коже прошла холодная волна. Терран тут же протянул мне руку. Я машинально протянула свою в ответ и вложила ладонь в его пальцы. Длинные, красивые, невероятно тёплые. Теперь по телу прошлась волна жара, начавшаяся как раз от касающейся бога ладони.

– Я тоже дам защиту, ты всё же моя подданная, – улыбнулся он, вынимая меня из кабины и вешая, если можно так выразиться, в невесомости рядом с собой и сестрой. – А теперь тебе пора. Путь не близкий. Зелень находится на другой стороне этого рукава галактики, которую вы зовёте Млечным путём. Впрочем, эльфы зовут так же, потому что мы, их боги, захотели этого. Ты ничего не бойся и сильно не кричи.

И после этой многообещающей фразы, мной натурально запулили в далёкий космос!

Сначала я орала. Ещё бы! Ведь помимо явственного ощущения скорости, хоть и очень слабого, если учитывать, как шустро мимо меня проносились звёзды… Да-да, помимо давления скорости мимо меня, собственно говоря, проносились грёбанные звёзды! Я видела что-то похожее на межзвёздные перелёты на Соколе тысячелетия из Звёздных войн. И одновременно это походило на полёт через Звёздные врата в одноименном фильме. Тонкие яркие всполохи, разноцветные пятна, что-то непонятное и размытое… Проскочила даже мысль, уж не такое ли открывается взору, когда ныряют в чёрную дыру? Или червоточину…

Когда я прооралась и подпривыкла к ощущениям, начала думать, размышлять. Итого, что мы имеем? Есть два божества, один из которых уверяет, что создал людей на Земле, а вторая эльфов на некой планете вроде как под названием Зелень, что забавно… Имена у них вообще зеркальные – Аррет и Терран. Кстати! Во многих фантастических фильмах Землю называют Терра. Совпадение? Не думаю! Если этот бог сказал, что на Зелени Млечный путь носит тоже имя, потому что богам этого захотелось, то и тут они могли руку приложить.

Хм, забавно, но я почему-то а упор не могу вспомнить, как боги были одеты… Только волосы и всё. Странно. Ну, и фиг с ним, есть более насущные проблемы, чем внезапно ставшая избирательной память.

Так вот, есть два бога, которые брат и сестра. Причём, у сестры проблемы на её Зелени, а брат решил помочь ей, выделив для решения этих проблем специалиста в моём лице. Которого с концами переселяют с родной планеты.

И тут я приуныла, поняв свои будущие перспективы. Эльфы – это, конечно, здорово… И да, я люблю фэнтези, как фильмы, так и книги… Но! Вот совсем не уверена, что хотела бы жить среди остроухих. Я всё же предпочитаю цивилизацию, комфорт, канализацию, интернет, в конце концов! Как же я без ютубчика буду коротать одинокие вечера?

В общем, летела я, как и обещал Терран, долго. За время полёта успела пройти все стадии принятия горя, знатно подзависнув на депрессии. Кажется, на горизонте даже забрезжила последняя стадия – принятие, а депрессия как будто бы начала отступать под напором высосанных из пальца аргументов в пользу того, что на Зелени мне понравится. Надо же как-то жить дальше, верно? Но тут полёт, наконец-таки, завершился.

Причём, торможение было ровно таким же практически моментальным, что и разгон. Я едва успела увидеть, что прямо по курсу замаячил кругляш очень зеленой планеты с минимумом синевы, который стремительно увеличивался в размерах, как оказалась на его поверхности. Даже вскрикнуть не успела, только набрала воздуха – ещё загадка, откуда бы ему взяться в межзвёздном перелете по космосу? – полную грудь, дабы разразиться громкой паникой. И в следующее мгновение мои уши заложило, а левая щека внезапно ощутила холод и твердь. Ещё пару секунд мне понадобилось, чтобы осознать, что мою подрагивающую от адреналина тушку размазано по какой-то стылой плоской поверхности, на запах и по ощущениям в ладонях похожей на мрамор.

Открыв глаза, которые успешно закупорила, когда поняла, что вот сейчас вот врежусь прямиком в планету, я судорожно вздохнула. Прибыли, кажется. Вот я и на Зелени… И что теперь?

Глава 4. Божественный голосовой помощник

С опаской оглядевшись, сделала несколько выводов. Во-первых, я нахожусь в помещении. Да, с крышей. Как упала сюда, не проломив потолок – ума не приложу. Божественная магия, видимо. Во-вторых, это какой-то большой зал, благо, пустой. В-третьих, окна здесь о-о-очень странные, остроконечные сверху и снизу. Словно разрез на ткани, который растянули немного в стороны. Дверь тоже имеет такую верхушку, что забавно. Почему-то вспомнились смурфики, уж не знаю, почему…

Решительно выдохнув, я поднялась на ноги и задержалась взглядом… Ой, чего уж там, принялась пялиться на какой-то очень детальный барельеф во всю стену, расположенный, как фон помоста, на котором я стояла. Он очень сильно привлекал к себе внимание. Поспорить в этом с барельевом могли только странные окна. Кстати, свет они прекрасно пропускали, и не понятно, застеклены ли вообще. Яркие дневные лучи, что падали из окон, расположенных почти под самым потолком, прекрасно рисовали объём героям барельефа.

Странно, я видела, что их – героев, элементов – много, вот только внимание так быстро скакало… и я не могла никого толком разглядеть. Так вот, что значит выражение – “глаза разбегаются”? Взгляд не цеплялся за отдельные элементы, он словно пытался охватить всю картину целиком. Интересно, почему так? Может, мастер специально добивался подобного эффекта? И кажется… этот барельеф сделан из дерева, я-то привыкла к гипсовому или вроде того.

Так, что-то не о том думаю. “Мари! – отругала я себя. – Заканчивай! Надо сфокусироваться!” Да, есть у меня такая проблема. Когда нужно принимать важное решение или о чём-то серьёзном поразмышлять, вместо этого я начинаю думать о разных сопутствующих вещах, обычно про всякую дребедень. Видимо, лишь бы не о значимом. Серьёзные мысли ведь всегда можно отложить…

Вот только нельзя! В общем, боюсь я принимать важные решения, всячески пытаюсь откосить. Это, кстати, одна из причин, почему я пошла учиться на психолога. Когда пыталась бороться со своим страхом, изучала способы. Конечно, лучший из них – обратиться к профессионалу – психологу. Мне, девочке-подростку, стало интересно, что это за профессия и как оно там работает, что может помогать с проблемами, вроде моей. Ну, и пошло поехало. Чем глубже я копала про эту профессию, тем интересней мне становилось.

Но сейчас стоит подумать о другом. Что я буду делать дальше? Смогу ли вообще разговаривать с этими… эльфами? Надеюсь, боги про это подумали. А разница между нашими видами? Насколько она большая? Я ведь… специалист по человеческим детям.

– Не волнуйся, – услышала я неожиданно голос богини прямо в своей голове. Аж шарахнулась, так отчётливо он прозвучал. Рефлекторно пошарила рукой в поисках забытых в ушах наушников, – эльфийские дети и человеческие одинаковы. Я ничего не меняла в настройках до половой зрелости. Ну, ушки у эльфят заострённые разве что, но остальные отличия начнутся строго после. Это примерно одиннадцать тире тринадцать лет. Так что времени у тебя полно.

Ну, я специалист по малышне до трёх, так что в запасе ещё десяток лет. Вот только… что за настройки?

– Тебе, думаю, будет понятно слово геном, – к одному голосу в моей черепушке прибавился второй, Террана. Забавно было бы, если бы они говорили каждый в своё ухо. Мои личные ангел и демон.

Я тут же одёрнула себя. Они же слышат мои мысли, не думать такого!

– Эльфы и люди созданы на базе одного генома, с небольшими отличиями от оригинала, – едва заметно хмыкнув, продолжил Терран.

Ага, ясно, только вот… Понимаете, уважаемые боги, многие аспекты поведения ребёнка, его рефлексы, этапы развития… В общем, очень многое в моей работе зиждется на эволюции человека. Когда-то древние люди вели, например, кочевой образ жизни. Это одна из причин, почему дети обычно хорошо спят в коляске или слинге – специальном шарфе, что приматывает ребёнка к телу матери. Тряска, конечно, и чисто механически влияет на лимбическую систему, как и укачивания, но есть ещё момент опыта прошлых поколений.

По сути, подсознание говорит ребёнку, что нужно быть тихим, когда племя в пути, чтобы не привлечь хищников. Плюс он на рефлексах понимает, что раз чувствует движение, то его не бросили. Если его кто-то несёт, то этот кто-то о ребенке, по сути, заботится. То есть в наличии взрослый, который поможет выжить. Дети инстинктивно понимают, что без своих взрослых быстро умрут. Многое такое вбито в их подкорку опытом несчётных поколений предков…

Есть ли такое у эльфов? Я не генетик, поэтому не знаю, будет ли означать одинаковый геном то, что поведенческие основы у людей и эльфов идентичны?

– Рефлексы и инстинкты как раз генами и передаются, – фыркнула Аррет. – Чтобы тебя успокоить, скажу, что я брала геном человека под конец… Сейчас вспомню название… Палеолита! Почти сорок тысяч лет назад. Тогда люди уже достаточно успели пожить племенами.

– Кроманьонцы, если тебе знакомо это название, являются основой эльфов в плане генома.

– Погодите, – стушевалась я и заговорила вслух. Но, спохватившись, конец фразы прошептала, – я думала, вы создали и людей, и эльфов на базе кого-то третьего!

– Да, верно, – подтвердил Терран, – мне понадобилось очень много времени, чтобы сделать человека из обезьяны, которые лучше всего из земных видов подходили для этого. Я медленно и планомерно вносил в гены мелкие правки, чтобы итог был максимально похож на образец. И кроманьонцы как раз такие. Дальше я уже не трогал геном, люди продолжили развивать его самостоятельно.

– А я не настолько сла… кхем, терпелива, – сказала Аррет, словно специально оговорившись, – поэтому просто взяла геном человека и внесла правки. Расу нагенерировала с нуля, сразу создала семь тысяч эльфов и отправила их жить на Зелени.

– У меня столько сил не было, чтобы создать свою расу с нуля, – отозвался с улыбкой в голосе Терран, который укол сестры прекрасно уловил, – поэтому я пошёл по более длинному, но естественному пути.

– Не прибедняйся, сейчас у тебя вон сколько людей, ты значительно обогнал меня по силе. Мне просто отсыпало её с рождения, в отличие от тебя.

Ребятушки, семейные разборки давайте без меня, хорошо? Век мой недолог, это ваши жизни, как я поняла, тысячелетиями исчисляются, я же и сотни лет не протяну. Потому, вернёмся к насущному. Мне важно понимать, в чём отличие эльфят от человеческих детей. Особенно на глубинном уровне. Что разное воспитание и образ жизни – оно и понятно. Впрочем, это тоже существенная загвоздка…

– Ты справишься! – не слишком уверенно поддержала меня Аррет. – Ну, хотя бы постарайся. Вникни там, что да как. Почитай книжки по истории, может, это поможет.

Речь богини прервал странный звук за моей спиной. Эдакий громкий шлёп о каменный пол. Резко обернувшись, я обнаружила источник перед трёхступенчатой низкой лесенкой, что вела к помосту, на котором я находилась. На животе прямо на холодном камне пола лежала маленькая девочка. Навскидку меньше девяти месяцев. Одета она была в тонкое зеленое платишко, а тёмные волосы прихвачены на макушке и затылке двумя забавными хвостиками.

Но больше всего моё внимание привлекли её ушки. Верхний кончик их действительно был острым. Но не так, как во Властелине Колец, просто заострённым, скорее как Final Fantasy, но не в растопырку. Короче, очень длинный тонкий край.

Спохватившись, я улыбнулась и спустилась по лестнице. Девочка высоко задрала голову и смотрела на меня бездонными голубыми глазами с живейшим интересом. Присев на корточки рядом с ней, сказала:

– Привет, малышка, я Маша. Рада познакомиться. Как ты здорово ползаешь!

И это сущая правда! До приоткрытой двери в противоположной от помоста стене было метров десять-пятнадцать, у меня плохо с глазомером. Но в любом случае приличное расстояние для путешественника на коленках. Девочка широко улыбнулась очаровательной совершенно беззубой улыбкой и, оторвав руки от земли, задрала корпус. Это называется поза “парашютиста”. Положение рук очень похоже на прыгуна с парашютом в свободном падении до раскрытия купола.

Только парашютист этой малышки был какой-то очень выгнутый. Голова ребенка в этом возрасте уже не так сильно перевешивает тело, но и не настолько лёгкая. Столь крутой дугой выгнуться назад дети могут только в том случае, если опираются на вытянутые руки. Но девочка не опиралась. Выглядело так, словно кто-то придерживает её за ноги, чтоб не задирались, и приподнимает голову. Странновато, отдавало мистикой.

Но да ладно, может, это некая физическая особенность эльфов. Потом разберусь.

– Не холодно на полу лежать? Может, не стоит? Давай-ка подниму тебя, а то мало ли, – улыбнулась я и подхватила малышку на руки, уложив животом на предплечьей. Она доверчиво обхватила меня руки и ногами, удобно умостив голову на моём локте. Эта поза называется “тигр на ветке”. Лучшая поза для ношения детей младших возрастов. До какого возраста? Ну, пока рука выдерживает вес.

– Я же просила присматривать за сестрой! – раздался взволнованный женский голос по ту сторону двери в зал.

– Нихачу смотлеть за ней! – ответил капризный детский голосок, мальчик был крайне не доволен.

Шагов я не слышала, но голоса вроде бы приближались. И звучали как будто неподалёку.

– О, тебе повезло! – услышала я Аррет. – Это единственная в городе многодетная семья!

А у меня в голове теперь всегда будет собрание? Мне неуютно, что не могу побыть наедине с собой даже… мысленно.

– Но мы ведь тебе помогаем! Подсказываем, – обиделась богиня.

И я очень ценю вашу заботу. Наверняка, боги – ребята занятые, а вы тратите своё ценнейшее время на меня… К тому же крайне полезно иметь столь ценный источник информации… Но всё таки мне хотелось бы прекратить проходной двор в моей голове. Уважаемый Терран, не мог бы ты как-то обезопасить свою подданную? Было бы круто закрыть мою голову от посещений без приглашения.

– Понимаю, хорошо. Давай, мы будем появляться, только когда ты позовёшь? – предложил бог. – Мысленно назови наши имена, и тогда мы придём. Получается что-то вроде божественных Алексы или Сири.

“Отлично, очень признательна! Начнём прямо сейчас,” – подумала я максимально громко, постаравшись избавиться от мысли, что и Сири, и Алекса постоянно слушают происходящее вокруг, чтобы знать, когда их позовут. Вероятно, боги тоже продолжат слушать мои мысли и тусоваться в моей голове, но откликаться будут только на зов. Я бы на их месте так и сделала.

Комментариев не поступило. Ладно, мне и так достаточно причин позаморачиваться, не хватало ещё одной. Представлю, что боги – в высшей степени благородные создания и своё слово держат.

Глава 5. Посланник прибыл

Задумавшись, я чуть не пропустила, как бесшумно распахнулась дверь и в проёме появилась эльфийка. Высокая, темноволосая, черты лица мягкие, но удлинённые, аристократичные. У неё тоже хорошо заметны очень острые ушки. Одета эльфийка была в облегающее до бёдер лёгкое сиреневое платье со слегка расклешённой юбке, край которой напоминал полевой колокольчик.

Женщина выглядела удивлённой, она вскинула брови и осмотрела меня с ног до головы, задержавшись взглядом на малышке в моих руках. Девочка оказалась непоседливой и постоянно ёрзала, мне приходилось её всё время перекладывать.

– П-приветствую, а вы, должно быть… посланница богини? – спросила эльфийка. Губы её двигались в такт словам. Неужели, и правда говорит по-русски? Терран?

– Да, основные земные языки развивались подконтрольно по образу и подобию эльфийских, – послушно пояснил бог. – Эльфы доросли до полноценной речи раньше, причём, параллельно сосуществовали сразу три языка, так что здесь уже догоняла Земля. Я выбрал понравившиеся мне языки и привил их разным человеческим расам. Остальные люди создали сами.

Ну, ещё бы, если начинать со всего готовенького, то не удивительно, что эльфы в вопросе языкообразования оказались быстрее. Пожав плечами, решила ответить рассматривающей меня эльфийке. Удивительно, что она не подбежала и не отобрала своё чадо. Кстати, вот и второе подоспело. Мальчик лет двух от роду с такими же тёмными волосами и в одежде зеленого цвета, ухватившись за юбку матери, таращил на меня любопытные глазёнки.

– Судя по всему, – с кивком подтвердила я. – Раз меня послала Аррет, то я посланница.

Эльфийка при звуке имени богини судорожно сглотнула, а потом как-то нервно заморгала.

– Дорогой! – крикнула она куда-то в коридор, не отрывая от меня взгляда. – Собирай жрецов, посланник прибыл!

Жрецов? Значит, я всё же в храме…

– Выходит, вы осведомлены о моём прибытии? – поинтересовалась я, когда взаимное молчание начало затягиваться.

– Да, мы предупреждены, – кивнула эльфийка.

– И о моей миссии?

Снова кивок. Ясно, почему она тогда не забирает у меня малышку. Надеюсь, что дело именно в этом, а то мне не хотелось бы, чтоб меня тут боялись.

Спохватившись, осмотрела себя. Нда, джинсы и блузка, в кармане мобильник. О, а это, кстати, круто! Жаль, сумочка осталась болтаться в лифте. Со всей купленной едой…

– Должно быть, я выгляжу неподобающе… – потупилась и, перекинув малышку на левую руку, правой достала мобильники выключила его. Заряд мне ещё пригодится.

– Ничего страшного, – искусственно улыбнулась эльфийка, – посланник может себе это позволить. Но… было бы хорошо, если бы вы предпочли в дальнейшем носить традиционный эльфийский гардероб. Или это проблема? – взволнованно хлопнула она ресницами.

– Нет, проблема только его для меня найти.

– Не волнуйтесь, храм позаботится… эм… Простите мне мою бестактность! Я была немного шокирована… Однако следует всё же представиться. Аувель Лист-Осины, рада нашему знакомству.

– Мария Островская. И я рада. Можете звать меня просто Маша. А вы, значит, единственная многодетная мать в городе?

– Да, – улыбнулась Аувель, на этот раз вполне искренне. И даже подошла ближе, перестав загораживать проход.

– И что же вас сподвигло завести второе дитя? – поинтересовалась я. Ведь мне, как я поняла, предстоит как раз на это и мотивировать остальных эльфов. Почему бы сразу не узнать один из вариантов?

– Мы с мужем очень набожные, – мягко ответила Аувель. – К тому же наша великая и милосердная богиня обещала дар за второго ребенка.

– И что вы получили?

– Мия, – эльфийка кивнула на девочку, которая развалилась в моих руках на спине, раскинув все четыре конечности в разные стороны, – она получила особую магию. И уже во всю её практикует… – Улыбка Аувель стала совсем настоящей и тёплой при взгляде на дочь.

Ответить я не успела, так как в помещение начали проникать, видимо, те самые жрецы. Дюжина эльфов в серебристых мантиях с капюшонами, накинутыми едва на макушку, ибо дальше не позволяли острые уши, выстроилась полукругом у противоположной сцене стены. Один из них подошёл к Аувель и приобнял за талию. Тот самый “дорогой”, видимо, супруг то бишь. Мальчик, завидев отца, расцепил пальцы, отпустив мамину юбку, и перекочевал к отцу, ухватив его за мантию. Интересно, обычно дети, особенно мальчики, больше любят мам и именно у мам ищут защиты. Видимо, Аувель заметно строже в воспитании, чем её муж. Похоже на то, особенно учитывая сценку, которую я застала сразу по прибытии. Заставляет ребенка присматривать за младшей сестрой. Такое себе решение…

– А она точно… ну… – шепнул один из жрецов, стоявший рядом с Аувель, та решительно кивнула, добавив:

– Я лично слышала, как она называет богиню по имени. Просто по имени!

Кхем, а чего такого? Аррет? Я что-то сделала не так?

– Всё так, и очень даже хорошо, – довольно заявила та в моей голове. – Понимаешь, если эльфы произнесут моё имя без должного почтения и тем более всуе, то получат удар молнией. Твоя фамильярность по отношении ко мне является чётким признаком моего к тебе расположения.

Ничё се, сурово как… Молнией? Надеюсь, не смертельно хоть…

– Первый раз нет, – многозначительно ответила богиня.

– Приветствуем посланницу нашей великой и милосердной богини-создательницы Аррет Всемогущей! – громко заговорил крайний слева жрец и поклонился. За его поклоном последовали остальные, причём, делали это волной, как на стадионе: слегка запаздывая в рассинхроне относительно предыдущего члена строя.

Далее следовали ещё какие-то церемониальные приветствия, слушать которые было скучно, потому я размышляла о том, что Аррет неплохо устроилась. У меня о ней сложился образ вовсе не как о всемогущей да великой. Скорее, просто девушка едва за восемнадцать, которая всегда получала то, что хочет, а тут вдруг такой конфуз – эльфы не делают, как она задумала.

Хех, богохульничаешь, Машка! Если Аррет, как я предположила ранее, по-прежнему всё время слышит мои мысли, то эти её не порадуют. А мне бы держаться с богами в дружеских отношениях… Но будем надеяться, Терран позаботился.

Всеобщее приветствие завершилось представлением каждого жреца поимённо, теперь мне следовало назвать себя. Я представилась, перекинув ёрзавшую Мию на плечо животом, и слегка склонила голову, показывая уважение присутствующим, но обозначая, что я тут тоже не абы кто. Всё таки, полагаю, посланница богини должна вести себя в некотором роде высокомерно, хотя бы немного.

– Вы, вероятно, устали с дороги, – улыбнулся Маилор, муж Аувель. Его имя чуть ли не единственное, которое я осилила запомнить. Уж слишком отличаются они от наших. – Позвольте проводить вас в приготовленные покои.

– А что, не будете проверять, та ли я, за кого меня приняли? – сощурилась с хитринкой во взгляде. Не смогла отказать себе в этой фразе.

– М-м-м, проверку можно будет устроить. Позже. Мы подготовим… – неуверенно замялся Маилор

– Хорошо, давайте. Чтоб ни у кого не было никаких сомнений, – кивнула я и последовала за четой Лист-Осины по длинным и высоким коридорам этого так называемого храма.

– Позвольте уточнить, откуда вы прибыли, уважаемая леди Мария? – полуобернувшись, спросил Маилор.

– Просто Маша, пожалуйста, – улыбнулась я. Уж на “ты” пока просить переходить не буду, пусть подпривыкнут, что я обычная женщина. Хоть и посланница богини. – Я с Земли, это планета Террана, брата Аррет. Ваша называется Зелень, верно?

И Аувель с Маилором, и шедшие позади нас трое жрецов почти одновременно споткнулись, когда я называла богов по именам. Ожидали удар молнии? Забавные.

– В-верно, леди Маша, – дрожащим голосом ответил Маилор.

– Маша, можно без леди, – подбодрила его.

– Всех женщин принято уважительно называть леди, – пояснил для меня жрец за спиной, и я согласилась, что раз принято, то давайте и меня, не будем нарушать традиции.

Мы вышли в открытый проём в стене, в котором отсутствовала дверь, и сразу оказались на широкой внешней лестнице, ведущей вверх. Сначала вид загораживала листва кустов, но когда наша процессия поднялась выше, я потеряла дар речи. И чуть не уронила малышку Мию. Благоразумно передала её матери и, наконец, смогла уделить внимание открывшемуся виду. Таращилась, вцепившись обеими руками в перила.

Мы были в лесу, что вполне предсказуемо, но что это за лес! Вот вообще не похож на наши. Больше всего сходства у него с джунглями, однако… Хм, пожалуй, это что-то вроде джунглей на Юпитере. Почему подумалось о Юпитере? Наверное, вспомнилось, как висела над ним в кабине лифта…

Зеленые цвета более холодные, чем мне привычно, много круглых… не знаю, листья ли это, назовём элементами. Может, грибы вообще, откуда мне знать? Я ведь чёрти где! На огромном, невообразимом отдалении от родной Земли…

Осознание этого накрыло с головой, а депрессуха, с которой я вроде бы уже успела побороться ещё на подлёте сюда, затопила сознание с новой силой. Смахнув непрошеную слезу, я решила, что пока рано загонять себя в угол безысходности, надо попытаться отвлечься, а там может и найду плюсы в пребывании на Зелени.

Глава 6. Рождённый летать, ползать не станет

– Так, а что – если не секрет, конечно – за дар у Мии? – поинтересовалась я будничным тоном и продолжила подъём вверх по лестнице. Жрецы деликатно дали мне постоять потаращиться на свой лес, не торопили. И теперь, с заметным облегчением вздохнув, пошли следом. И чего они ждали? Что я начну паниковать из-за сильных отличий от Земли? Ну, вообще, я была на грани да. Но им-то откуда знать?

– Не секрет, – улыбнулась Аувель. – Мия умеет летать. Кроме неё сейчас нет эльфов с таким даром, – добавила гордо.

– Ого! Потрясающе! – поразилась я. – И давно практикует?

– Примерно месяцев с двух. Ей стало скучно смотреть по сторонам, лёжа на спине, и она взлетела над кроваткой. Помню, я тогда весьма перепугалась, схватила её, стала трясти… Вскоре осознала и успокоилась, даже обрадовалась. И зря! Через месяц Мия начала переворачиваться в воздухе. Амиан, её брат, на живот стал переворачиваться, если не ошибаюсь, месяцев в пять, а она вот, в три, но не на поверхности. Очень способная. Думаю, сядет тоже раньше.

Я нахмурилась, начиная осознавать масштаб возможных проблем у малышки. С наличием полёта ей не нужны иные способы передвижения. Но её тело построено иначе.

– Не стоит этому радоваться, – ответила я. – Физическое развитие детей не должно так спешить, это чревато травмами позвоночника.

– Но я думала… – Аувель даже остановилась и обернулась, взволнованно глядя на меня, – что чем раньше поползёт, сядет и встанет, тем лучше. Ну, Мия ползти… совсем отказывается, но зато должна сразу пойти после вставания, наверное, потому что поддержит себя магией.

– Нельзя этого допускать, – я покачала головой. – Позвоночник… надеюсь, вы понимаете, о чём я говорю? Вы ведь знакомы с внутренним устройством тела?

– Да, конечно, наши лекари очень хороши. Я не лекарь, но понимаю. Нас учат, как оказывать помощь при разных травмах. Позвоночник – это вот здесь, – и Аувель провела по спине малышки, которая как раз удачно перевернулась в руках матери на живот.

– Да, верно. Позвоночник – один из самых важных органов человека… Кхм, полагаю, эльфов тоже. Так вот, важно, чтобы он не получил травм ещё в детстве. Ребенок после рождения продолжает активно развиваться, как в утробе матери, и учиться новому. Его тело меняется. Позвоночник в начале прямой, спину малыш держит круглой наружу. Потом, когда начинает лежать на животе, появляется первый важный изгиб – в шее. Постепенно появятся и другие изгибы, которые помогают позвоночнику держать наше тело, как упругой пружине. Если допустить, что ребёнок сядет или встанет раньше, чем созрел его позвоночник, это даст на него излишнюю нагрузку, к которой он ещё не готов, вызывая травмы, что в будущем негативно скажется на здоровье в целом.

– Например, как? – вступил в разговор Маилор.

– Боли в спине, сутулость, пониженная подвижность… и прочее, не буду пугать. К тому же ребенку очень важно научиться ползать. Можно сразу на четвереньках, но лучше, если будет этап ползания на животе. Нужно хотя бы месяца два отползать прежде, чем вставать. Это поможет с координацией при ходьбе и в развитии мозга.

– Кошмар… – опечалилась Аувель. – Наша Мия совсем не хочет ползать… Как же быть?

– Не волнуйтесь, мы что-нибудь придумаем. Если бы она не умела летать, я бы просто показала упражнения, которые нужно будет делать с ней каждый день, лучше по три-четыре раза, но её способность… вносит некоторые коррективы. Нужно придумать, как удержать её от взлёта, заставив ползать. Я поразмышляю…

– Постарайтесь, пожалуйста, уважаемая леди Маша! – чуть ли не всхлипнула Аувель. – Я… мы с Маилором будем вам очень благодарны!

– Ну, я для того и прибыла к вам, чтобы… – А чтобы что? До сего момента я и не предполагала, чем смогу помочь. Но теперь мне ясно, что первым этапом будет исправление ошибок в воспитании малышей. А потом начнем упрощать мамам жизнь. Или даже параллельно, – чтобы помочь эльфятам расти здоровыми, умными и послушными.

– О, у Мии пока с послушанием проблем нет, а вот Амиан… – вздохнула Аувель, пропуская меня через проход обратно внутрь храма. Мы как раз добрались до второго этажа, который по ощущениям располагался на уровне не ниже привычного мне пятого, уж больно долго карабкались.

– Ему примерно два года? – уточнила я и, получив утвердительный кивок, улыбнулась. – Это как раз время, когда дети стараются отделиться от родителей, ощутить себя личностью, поэтому делают всё наперекор. Но ничего, здесь тоже есть решения. Нужно проанализировать ситуацию и выбрать дальнейшие действия. Но я должна предупредить! Если вы не будете делать то, что я говорю, ситуация не улучшится.

– Что вы, уважаемая леди Маша! Мы были бы глупцами, если бы не стали вас слушать, вас ведь послала наша великая и могущественная богиня-создатель! Она ничего не делает просто так!

На это я смолчала, не зная что ответить. Послать спасать популяцию эльфов специалиста по людям… это радикальное и неординарное решение, но, пожалуй, и правда сделано не просто так. Пути богов неисповедимы, не нам, их творениям, пытаться их понять.

Вскоре мы добрались до моего будущего жилища. Не знаю, насколько временного, всё зависит от формата дальнейшей работы. Пока, как я поняла, за мной будут присматривать жрецы Аррет, жители храма. Которые довели нас с Аувель до двери и отправились по своим делам. Детей эльфийка передала мужу, сама же вызвалась помочь мне обустроиться.

Войдя в помещение, я сразу поняла, что это не просто комната, а действительно покои. Гостиная с двумя дверями, одна ведёт в кабинет, другая в будуар. Ещё есть выход на балкон, огромный, судя по виду зашторенного полупрозрачным, похожим на кружевную паутинку, тюлем окна. Из будуара можно попасть в ванную комнату с… небольшим бассейном и каким-то лежаком, сделанным, казалось, прямо из веток. И всё это внутри дерева.

Да, на все мои многочисленные вопросы Аувель дала вполне развёрнутые ответы, из которых выяснилось, что Храм (именно так, с большой буквы, ибо имя нарицательное) располагается внутри древнего древа, комнаты созданы стараниями природной эльфийской магии, никакого столярничества, дерево образовало помещения само, ведомое мыслью эльфийских магов. Лежак в моей ванной создан по тому же принципу, как и вся окружающая мебель, если её вообще можно так называть… Однако обо всё по порядку.

Пол на первом этаже был каменным, это тоже работа магии, но уже земляной. На втором и выше этажах полы, стены и потолки деревянные. На ощупь, правда, если честно, они больше походили на бетон. Очень прочная древесина у храмового древа, мне даже показалось сразу, что это отделка интерьера просто такая – имитирующая природные материалы. Ан нет! И сие крайне впечатлило.

Что впечатлило ещё больше, так это кровать. Точнее, огромный толстый лист, который рос из пола и располагался горизонтально, чтобы на нём было удобно лежать. Дальний край загибался во внутрь, образуя подушку. Очень странное сооружение…

При ближайшем рассмотрении, у эльфов нашлось ещё много странностей. Точнее, у них практически всё было лишь похожим на привычное мне. Например, роль поверхностей, которые на Земле были бы столами, тумбочками и прочим подобным, здесь выполняли очень прочные листья, растущие из стен или пола. Настолько прочные, что прямо твёрдые, вполне устойчивые. Кровать и листья для сидения, однако, отличались заметной мягкостью, податливостью.

Попа на кресло-листьях чувствовала себя, как на нежном облачке, правильно обтекающем все нужные выпуклости. Я как села, так и вставать не захотелось. По новому взглянула на неудобную с виду листе-кровать. А что, если и она такая же потрясная? Надо как можно скорее убедиться в этом. Но сначала продолжим экскурсию. А то тут ещё много непонятного…

Взять тот же умывальник в виде бутона огромного цветка, вода в который лилась из двух свисающих лиан – с одной горячая, с другой холодная.

– Нужно вот так провести рукой по лиане вниз, чтобы пошла вода, – инструктировала меня Аувель. – Чем дольше касание, тем сильнее напор. Чтобы остановить, просто сожмите лиану. Да, правильно, у вас прекрасно получается! Я же говорила, что всё просто. Набираете нужное количество воды в бутон и умываетесь. Затем проведите по его нижней части вот здесь, чтобы вода ушла дальше. В дереве она пройдёт очистку и будет использована повторно.

– Ого, это очень мудро! – покивала я и попросила рассказать, как пользоваться бассейном, который эльфы называли купелью, и всем остальным.

Особенно интересовал бутон, выполнявший роль унитаза… Кстати, оказалось, он со встроенным биде, вода била из пестика… или тычинки, я не сильна в ботанике. Из другой тычинки дул тёплый воздух, который высушивал. Аувель показала мне, как активировать и то, и другое, а я сглотнула вязкую слюну. Честно, резко расхотелось использовать это сооружение, ибо страшно, но однажды придётся…

Однако унитаз – буквально единственный, скажем, механизм, который вызвал опаску, в остальном мне даже было интересно. Принцип везде оказался похожий и, в целом, достаточно интуитивный. Но необычность поражала. В зале, где я появилась, мне казалось всё привычней. Впрочем, сейчас, вспоминая, понимаю, что то была лишь видимость. Мои глаза не анализировали обстановку в достаточной степени, просто ухватились за знакомые образы и приписали им привычные детали. Ох, привыкать мне к этому всему не один десяток дней, полагаю… А то и лет!

Ну, да ладно, привыкну, куда денусь. Люди – существа адаптивные. Дети, кстати, отлично это иллюстрируют. Они способны привыкнуть… нет, свыкнуться со многим. Только это не повод приучать их ко всему подряд.

Глава 7. А ты проводишь ритуал?

Когда Аувель ушла, оставив меня одну отдыхать с, так сказать, дороги, я, глупо улыбнувшись и по-детски хохотнув, упала спиной на листо-кровать. О да-а-а-а!.. Спать на этом будет просто потрясно!

Но стоило так подумать, один из боковых краёв листа решил меня в себя завернуть. Пискнув испуганно, я вскочила и отошла на пару шагов. Лист послушно развернулся обратно, словно не он только что хотел… А что он хотел? Не поужинать же мной? Почему-то сразу вспомнились всякие земные мухоловки и прочие хищные растения. Подышав немного, я успокоилась и отругала себя мысленно. Наверняка, это так здесь реализовано одеяло, только и всего. Панику, блин, развела…

Приблизившись к кровати снова, я села на край и осторожно легла, внимательно мониторя поведение листа. Стоило ему опять начать накрывать меня, я рукой остановила край и оттолкнула. На удивление, растение меня поняло и прекратило свои пугающие поползновения. А я смогла расслабиться и начать, наконец, думать.

Но почти сразу досадливо поморщилась. У меня тотальная нехватка информации, планирование дальнейших действий придётся отложить, пока не получу её. Хм, раз такое дело, то… я ведь могу, ну, лениво понежиться в купели, да?

Не найдя аргументов против, направилась в купальню – так называется помещение с купелью внутри, которое я по старой привычке именовала ванной. Купель представляла собой углубление в полу. По словам Аувели, когда я выйду из воды, через некоторое время она сама впитается в древесину и пойдёт на переочистку. Каким-то образом храмовое древо ощущало, есть ли кто-то в купели или нет. Настоящий искусственный интеллект, только природного происхождения.

Выбрав по запаху флакончик, я капнула, как учила эльфийка, несколько капель в набравшуюся из лиан воду и, раздевшись, медленно, с наслаждением окунулась по самую шею. Форма купели оказалась очень даже эргономичной, я устроилась с полным комфортом. И очень быстро уснула…

Когда встрепенулась, вода была всё той же температуры, потому я подумала, что задремала на пару минут, но ошибалась. Накинув тонкий эльфийский халатик, который висел тут же и использовался вместо полотенца, так как очень эффективно впитывал воду, я вышла в будуар.

– Кхем… это что? Закат? – поражённо проговорила вслух, глядя в окно. Откинув шторы, убедилась. – Какая красотища!

Таких закатов я ещё не видела. Что-то было в атмосфере Зелени, что делало небо и деревья перед заходом солнца лилового с бирюзовым оттенков. Словно этот закат нарисовал художник, впечатлившись самым красивым земным, но используя более холодную палитру.

Вскоре пришла Аувель с подносом еды и одеждой для меня. Хотела оставить и удалиться, но я не пустила и засыпала её вопросами. Меня интересовал примерный фронт работ, а для этого нужно узнать, сколько вообще лю… эм, эльфов живёт в городе (просто для общего развития и понимания масштабов), сколько среди них детей разных возрастов и сколько беременных эльфиек. Логично начинать образование родителей касательно детей на этапе, когда эти дети ещё не родились. Так меньше шансов допустить ошибки в воспитании и обращении. А уже допущенные будем исправлять в порядке очереди.

Ещё предстояло узнать, как вообще эльфы ухаживают за детьми, как носят, кормят, занимаются ли гимнастикой, делают ли массаж и прочее-прочее… Но прикинув, сколько времени это может занять, я решила, что мне не важно, по сути, как дела обстоят на Зелени. Главное – донести правильный посыл. Итого, я просто создам некий курс для беременных, для начала, где покажу, как надо управляться с детьми, без оглядки на то, как они уже делают. По ходу курса мне обязательно доложат об отличиях, уверена.

– Эм, ну, – замялась Аувель в ответ на мои вопросы, – в городе около трёх тысяч жителей, беременных… не много, мне кажется, я точно не знаю, но очень редко вижу. И детей… может несколько сотен?

– Ты у меня спрашиваешь? – с улыбкой уточнила я из-за ширмы, где уже почти облачилась в платье, похожее на то, что носит сегодня Аувель. Сама не заметила, как перешла на фамильярное ты, но эльфийку это вполне устроило.

– Мне нужно узнать точные цифры… Может, жрецы подскажут, я поговорю с ними.

– Если таких сведений нет, то надо бы их собрать. Мне очень важно иметь статистику по детям и беременным, со сроками беременности. Примерными хотя бы.

– Хорошо, – кивнула Аувель, – всё будет, раз это важно, – серьёзно добавила она. И печально вздохнула: – Прошу прощения, мне пора, надо спешить укладывать Мию. Она очень капризная перед ночным сном.

– Хм, так может есть проблема с графиком снов? Капризы могут быть из-за перегула или недогула, – заинтересовалась я. – Пока у меня нет конкретных идей, как мотивировать её ползать, а не летать, но со сном уж я точно помогу разобраться. Давай, ты с завтрашнего дня начнёшь вести дневник сна? Пойдём, я провожу, по пути обсудим. У вас же есть что-то вроде… часов? Как-то время вы отмеряете?

– Да, лунные часы. Платье село замечательно! Скоро доставят весь гардероб. Ой, а вам не хочется есть? Ужин же остынет…

– Ничего, я люблю холодное. Уверена, еда будет вкусной и так. А опаздывать к укладыванию малышки не стоит. Итак…

Немного пообщавшись по пути, мы пришли к выводу, что сутки на Зелени примерно такие же, как на Земле, те же двадцать четыре часа и начало в полночь. Вообще часы, которые тут используются, это стационарные водные. Прямо, как на Земле песочные, но с водой. Думаю, у нас подобные тоже существуют, просто я не встречала.

Почему они называются лунными? Потому что управляет ими, по сути, Луна. Тоже единственная в небе, как и наша, даже название такое же. Вообще, забавно, на Земле Луна отвечает за приливы и отливы, а на Зелени ещё и за часы.

– Ну, вот, – сказала я, когда мы уже подошли к покоям семейства Лист-Осины, – запиши сегодня, во сколько малышка уснёт, завтра во сколько проснётся и так же с каждым дневным сном. Добавь, чем занимались на протяжении бодрствования перед сном и как прошло укладывание, что ты делала в процессе. Ещё надо записать во сколько начался ритуал… Хм, а ты делаешь ритуал перед сном?

– Какой ритуал? – не на шутку испугалась Аувель. – Я не применяю магию на детях! Они ещё не устойчивые, может получиться непредсказуемый результат!

– Нет, я не про то! – отмахнулась с улыбкой. – Ритуал перед сном – это чёткий набор действий, который повторяется перед каждым сном. Он призван успокоить ребенка, настроить на то, что сейчас малыш будет спать. Так дети лучше засыпают. Им вообще очень важна стабильность. У них в жизни итак слишком много нового каждый день. Весь мир для них в новинку. Поэтому хорошо знакомые действия помогают ощутить уверенность и успокаивают. Ритуалы – лучший помощник в обращении с малышом. А когда дети уже начинают понимать происходящее вокруг, то добавляются ещё и запреты с ограничениями.

Аувель недоверчиво нахмурилась. Ритуалы её, как видно, вдохновили, а вот запреты – наоборот.

– Да, – я доверительно покивала, – детям жизненно необходимы границы, которые выставляет взрослый. Ну, да ладно, не буду тебя сейчас задерживать, про это ещё успею рассказать. Твоему Амиану как раз актуально.

Распрощавшись с задумчивой эльфийкой, я отправилась обратно к себе, планируя в голове дальнейшие темы для обсуждения с ней. Надо будет детальней расписать, что такое ритуал на засыпание, чем он отличается от ритуала на просыпание и как менять ритуалы по мере роста малышки. Амиану тоже неплохо бы ввести свой ритуал, хоть он уже достаточно взрослый. Мне кажется, если копнуть глубже, я даже найду зачатки ритуалов в их семье. Может, ему на ночь рассказывают сказку или хотя бы желают спокойной ночи и выключают свет. Это тоже вариант ритуала, пусть и маленького.

Ох, а ведь ещё надо поведать о расслаблении перед сном…

Глава 8. Нежных снов

Вернувшись в свои покои, я попыталась найти бумагу и писчие принадлежности. Сразу настроилась на то, что они будут не похожи на привычные мне. Впрочем, как и большинство остального. Тем, в принципе, интересней. Раз уж попала к эльфам, то рада, что это не просто длинноухие люди, а прямо вот весьма самобытный народ. Не меньше рада, что общего у эльфов с людьми тоже хватает. Иначе мне пришлось бы совсем туго…

Всё необходимое нашлось на столе в кабинете. Собственно, где бы ещё этому быть, как не там? В стопке сросшихся одним краем неровных листьев белого цвета я опознала блокнот, а в торчащих рядом из стола толстых стеблях – эквивалент ручки. Пришлось помучаться, но в итоге я догадалась. Нужно было выдернуть травинку, конец которой был острым и с него сочился тёмно-болотного цвета сок, который прекрасно впитывался в листы блокнота, оставляя на них ровные строчки текста. И даже не размазывался!

Да уж, пора привыкать искать не очевидные решения… Это мне по жизни на Зелени очень поможет. Впрочем, я всегда славилась тем, что умела находить подход даже в тех случаях, когда обычные предписания не работали. Теперь, полагаю, моя находчивость будет испытываться каждый день и не по одному разу…

Присев в удобное листо-кресло, обхватившее попу и спину, словно было создано по слепку моей фигуры, я поднесла тонкий край стебель-ручки к губам, как всегда делала на Земле, и задумалась. В семь месяцев у Мии должно быть три дневных сна общей продолжительностью от двух до четырёх часов. И ночь от десяти до двенадцати. К какому краю ближе будет малышка, зависит от её темперамента. Навскидку мне показалось, что Мия сангвиник. Могу ошибаться, конечно, но чутью я доверяю, а оно у меня хорошо отлажено сотнями и сотнями практических случаев.

Сангвиники спят меньше и их к тому же надо активно расслаблять. Менее активно, чем, например, холериков, и капризов меньше, чем у меланхоликов, но это далеко от, скажем, флегматиков, которые могут уснуть там, где застигла усталость. Впрочем, у каждого темперамента есть и приятные стороны, и неудобные.

Ладно, предположим, Мия сангвиник. Значит, дневного сна часа три, ночного не более одиннадцати. Впрочем, если решит поспать верхнюю норму ночью – это даже хорошо. А вот днём ей не стоит давать спать слишком много, тогда недоспит ночью. Надо составить примерный план снов и бодрствований. Однако…

– Кхем, Аррет, а подскажи мне кое-что, пожалуйста, – проговорила я, сощурившись.

– Слушаю, – тут же появилась богиня в моей голове.

– На Земле для детей я бы составляла режим снов, ориентируясь на биоритмы, которые, грубо говоря, у всех идентичны и зависят от времени дня. А как тут? Могу я ориентироваться на те же цифры? Скажем, мелатонин, гормон сна, он у эльфят вырабатывается тогда же и по тем же принципам, что и у человеческих детей?

Некоторое время было тихо. Я удивилась, что Аррет молчит, но решила, что она просто задумалась. Потому не стала торопить, лучше подожду. А может я что-то не то сказала?

– Да, всё примерно так же, – наконец, откликнулась богиня. – Я уточнила у Террана. Земные циклы немного отличаются, так как накопилась погрешность, но первоначально Зелень в плане циркадных ритмов – ты же о них говоришь? – я делала такой же, как Земля.

– Так ты ещё и планету создала?! – поразилась я.

– Ну, нет, – скромно возразила Аррет, – но я меняла её настройки, когда добавляла в экосистему эльфов. И выбрала показатели привычные людям, так как эльфов делала по их образу и подобию.

– Хорошо, спасибо. Погрешность… Эх, ладно! Пока стану считать, что могу применить те же цифры к эльфятам, что валидны для землян. По ходу дела подправим, там будет видно.

Кивнув самой себе, я решительно вывела на листочке памятку для Аувели:

– 

Подъём в 7:30

– 

Первое окно сна с 9:00 до 10:00 и хорошо, если это будет самый длинный сон

– 

Второе окно сна с 13:00 до 14:00, сон может быть более часа

– 

Третий сон начинается в 17:00 и не больше получаса

– 

Уход на ночной сон к 20:00

Что бы ещё добавить? Пока не стоит углубляться, наверное, для начала ведь нужно настроить режим. Точнее, режим – это третий пункт, на самом деле. Первый – качественное расслабление перед сном, об этом мы с Аувелью ещё поговорим. Второй – ритуал на сон. Затем строится режим, а уже после этого можно и самозасыпанию учить.

Да-да, самозасыпание – это такой же навык, как умение ползать, ходить или говорить. Этому надо учиться, как не странно. Взрослым подобное заявление может казаться нонсенсом, бреднями консультантов по сну, которые просто ищут способ заработать денег. И жаль, что это не так. Умей дети сами засыпать, как взрослые, профессия консультанта по сну не была бы востребована.

Так, ладно, до самозасыпания Мие ещё далеко. Предстоит работа не только над ритуалом, но ещё ассоциациями на сон. Может, в процессе найдётся и что-то более занимательное да сложное, но меня это не пугает. Мне всегда нравилось вот так разбирать ситуацию – по пунктам, чётко расписывая план действий. С детьми подобный формат заходит лучше всего. Замечтавшись, как будет интересно работать с летающей эльфиечкой, я подняла глаза вверх и замерла.

Ого, так вот откуда внутри помещения вечерне-ночное освещение… Виноват сотканный из древесных волокон потолок. Приятный желтоватый свет проникал между этими волокнами, словно светится само сердце дерева. Простите, древа.

– Красотища, – протянула я, закусив губу. Ой, кстати! Мне бы поесть…

Ужин остыл, но был достаточно вкусным. Салат, тушеные овощи, соки, фрукты. Усилием воли я отринула панику, когда поняла, что мяса на подносе в наличии нет. Зато обнаружилась яичница, на сколько я могу судить. Значит, продукты животного происхождения эльфы едят. Не всё потеряно.

Вскоре пришла служанка. Очень милая эльфийка по имени Саранья. Она забрала поднос и принесла мне одежду на ночь. От повторного купания я отказалась, объяснив тем, что уже выкупалась сама. Саранью чуть удар не хватил. Она побледнела и изящно приложила руки к сердцу.

– Умоляю вас, госпожа посланница Маша! – служанка упорно не желала убирать приставку “госпожа посланница”, но хоть по имени согласилась меня звать. – Не лишайте больше меня работы! Мой долг – помогать вам! Я отдана ему целиком и полностью! Лишая меня работы, вы словно отрезаете часть…

– Всё, перестань, – я прекратила этот цирк. Впрочем, может Саранья и есть такая мнительная и ответственная, не надо только меня этим грузить. Кто из нас попаданка, навсегда покинувшая родной мир? – Пойми, я здесь ничего не знаю, я гостья из очень дальнего далёка. Сообразила, к чему клоню?

Девушка мелко покачала головой, округлив глаза, но хоть театрально умирать перестала.

– Я понятия не имею, что твоя работа, а что нет. В своём мире я сама ухаживала за собой. Мылась, убиралась, готовила. Это норма для людей. Если у эльфов… высокородных эльфов иначе, мне сначала нужно понять, что иначе и как правильно. Ну, чтобы следовать.

– Мне всё ясно, госпожа посланница Маша, – серьёзно кивнула Саранья с какой-то внутренней гордостью. – Я всё подскажу, освоитесь постепенно. Сейчас моя задача – помочь вам подготовиться ко сну. А утром я принесу вам новую одежду и помогу облачиться. После чего провожу на завтрак, он у нас общий, как и обед. Ужин же можно вкушать в более тесной компании или вообще в одиночестве.

– Отлично, поняла тебя. Давай готовиться ко сну, что бы это не значило. А то и правда подустала я уже…

Саранья расчесала мои волосы, раздела меня, как куклу, что было даже забавно, и облачила в ночную сорочку – две прямых полоски ткани, надетые через голову по принципу пончо, только узкие. И в нескольких местах соединены так, чтобы не раскрывалось тело. Соединены тонкими лентами на уровне груди и бедер. Тонкими, будь они неладны, лентами! Я не утрирую! Разврат даже для землянки, которая не раз и не два видела порно!

Но, должна отметить, крой неожиданно удобный. И свежо в ней. Что плюс, учитывая жарковатую температуру в помещении. К тому же лист кровати оказался на удивление приятным к телу. Я очень быстро поняла, почему сорочки эльфов имеют столько голых мест.

– Нежных снов, госпожа посланница, – улыбнулась Саранья перед уходом и, подняв руки к потолку, дважды звонко хлопнула. Свет быстро, но постепенно погас.

Когда служанка ушла, я подождала немного и, предвкушающе закусив губу, тоже хлопнула дважды. Да, теперь он начал медленно, но верно разгораться. Чуть не расплакалась, неожиданно для самой себя. У меня в квартире тоже стоит такое управление светом. Модная и удобная штука, упростила мне жизнь. Я частенько засыпала на диване или сразу кровати за чтением, очень лень обычно было вставать и выключать свет. Вот и купила в спальню, а потом и во всю квартиру такую систему.

Эх, моя любимая двушка на набережной… Больше никогда я не ступлю на твой порог, не вдохну родной запах. Даже свежий капитальный ремонт не заглушил его. Запах, с которым я выросла, который всегда ассоциировался у меня с уютом и родными людьми. Заботливой бабушкой…

Уснула я, обняв край листа и уткнувшись в него заплаканным лицом. В какой момент усталость взяла своё, уже не помню, но воспоминания плавно перешли в сон. И до самого утра я пережила несколько памятных моментов из детства.

Глава 9. Самая главная ошибка

– Это вообще удобно? – я стояла перед зеркалом в одной ночной сорочке и натягивала между пальцами рук то, что Саранья назвала бельём.

Да уж, у многих попаданок, судя по книгам, которые я читала, проблемы с бельём, но обычно всё наоборот. Вместо нормальных трусиков, привычных европейцам, какой-нибудь супер фригидный вариант панталон или вроде того. Это я бы спокойно пережила, но нет же! Мне повезло в обратную сторону! Не трусики, а три веревочки, как для стриптизерши, честное слово! А ну, ещё немного кружев есть, чисто символически.

– Конечно, госпожа посланница Маша, – уверила меня служанка, – эти трусики очень удобные, они из самого нежного паучьего шелка!

– Час от часу не легче… – вздохнула я. И спросила, видно, пытаясь напугать себя ещё сильнее: – Из чего ещё у вас тут ткани?

– Обычно из растений, но самые лучшие ткани животного и насекомого происхождения, – услужливо подсказала Саранья. – Например…

– Нет-нет! – перебила я её взмахом руки. – Пусть останется для меня сюрпризом. А обязательно надевать… ну, весь ансамбль? Могу я оставить своё бельё?

– Эм, – задумалась служанка, – а давайте вы сегодня наденете это, – она указала на верёвочки в моих руках, – а я отнесу ваше бельё швеям, чтобы сделали вам аналоги? Оно… выглядит таким недолговечным, быстро порвётся, лучше сразу заменить на изделия из хорошей ткани. Ну, не положено! – взмолилась Саранья, видя мой скепсис. – Не положено посланнице нашей великой и милосердной богини носить такую некачественную одежду!

– Если только это причина, то я уж как-нибудь переживу…

– Не только. Мне приказано вас не пугать, но, видимо, нужно сказать правду… – потупилась эльфийка. Я навострила уши. – За пределами храмового древа достаточно много магии вокруг. Наша одежда устроена так, чтобы отводить излишний заряд. Особенно это актуально для детей, но и взрослые носят подобные ткани. Те, у кого не большой резерв.

При дальнейшем выяснении обстоятельств оказалось, что магия в этом лесу витает отовсюду, и может ударить, как электричество, найдя себе проводника в виде тела эльфа с маленьким резервом. Или человека вообще без оного.

– Так бы сразу и сказала, что выбор иной одежды смерти подобен, – бурчала я, напяливая эту микроскопическую имитацию трусиков. Они скатывались на ногах и не желали раскатываться на попе. Вечная проблема стрингов…

Какие же свободные нравы у этих эльфов! Лифчики вообще выглядит, как самый развратный разврат из коллекции “Виктории Сикрет”. Чисто лямки и несколько лент, изображающих чашечки. Как будто забыли нашить на швы ткань…

Но в остальном мода эльфов мне даже понравилась. Эдакий природно-европейский стиль. Больший уклон в сторону аскетичных северных стран, никакой вычурности и излишней яркости южных Испании, Италии и прочих с их воланами да рюшами. Но присутствуют очень похожие на греческие тоги. Саранья принесла мне несколько комплектов на выбор, среди которых были два платья разной длины и красивая тога. Я оставила платье и тогу, которую как раз сейчас и надену, ещё одно платье отвергла совершенно. Ну, не люблю я розовый, уж простите. Даже такой нежный, как вот этот.

– Вы прекрасно выглядите! – заверила меня служанка, усадив на листо-пуф и заплетая волосы. Расческа у эльфов выглядела, как очень густая ветка с загнутыми в одну сторону прутиками. Похоже на нашу массажку. А я-то ожидала увидеть какой-нибудь красивый гребень. Удивили в очередной раз.

– А мне идёт… – хмыкнула я, когда Саранья завершила мою причёску. Никогда раньше я не заплетала косы. Не любила с детства. Может, с этим связана некая детская травма, не знаю, но как-то так повелось, что я скорее в хвостик прихватывала или завивала локонами свою густую чёрную шевелюру, оставляя их свисать свободно.

– На завтраке принято собирать все волосы на голове, – стала объяснять эльфийка, – а к концу дня можно начинать постепенно распускать, чтобы вечером избавиться от всех плетений окончательно. Только матери двоих и более детей могут носить любую причёску весь день.

– Ого, ещё одна привилегия от богини? – хохотнула я. – Которой никто не пользуется… – вздохнула.

– Это исключительно ради удобства, госпожа посланница. Мы с детства привыкли менять причёску на протяжении дня, но многодетным матерям не до того, великая и могущественная богиня это понимает.

– Есть ещё какие-то культурные послабления для многодетных матерей?

– Можно носить любую одежду, брюки в том числе. Ой, госпожа посланница, не волнуйтесь, вам тоже можно, как доверенной персоне великой и милосердной богини! – поспешила обрадовать меня Саранья, заметив мою реакцию на её слова про брюки. Ладно, я догадывалась, что джинсы мне не надеть более, но чтоб совсем никаких штанов… А верхом как они ездят? Ох, сколько всего предстоит узнать…

– А что, прямо прописано это, мол посланнице тоже можно? – с сомнением нахмурилась я.

– Нет, но я слышала от жрецов. Вы прибыли в штанах, и они решили, что раз наша несравненная богиня послала вас в таком виде, то приемлет его. Значит, вам тоже можно.

– Отлично, – кивнула я. – Неплохо бы и про причёску узнать. Точнее, Саранья, не могла бы ты попросить у жрецов разрешение мне носить любую причёску? Ну, как посланнице. Прибыла я с распущенными, может, это их убедит…

– Х-хорошо, я спрошу, – неуверенно отозвалась служанка, а я, обувшись в невероятно удобную, но сверх-тонкую обувь, отправилась на завтрак. Могла бы поставить жрецов и перед фактом, а не выпрашивать позволения, но не стоит наживать себе врагов в первый же день. А проще всего это сделать, заявившись в их монастырь со своим уставом. Лучше спрошу, а жрецы, не будь дураками, разрешат, да и всё. Думаю, сопротивляться не станут, им тоже выгодно держаться со мнйо друзьями. Правда, я на тот момент не знала, насколько выгодно… Так бы стала торговаться активней!

Почти сразу, как вышла из своих покоев, натолкнулась на Аувель, которая как раз шла за мной, чтобы проводить.

– Как прошла ночь? – спросила я. – Мия хорошо спит ночной сон? Как часто просыпается покушать?

– Спит неплохо, не просыпается, только начинает ворочаться, когда голодная или пеленку надо поменять. Если успеть всё сделать до того, как заплачет, то спит себе дальше. Раза три-четыре за ночь приходится её кормить. Один раз пеленку меняю.

– Ну, так очень неплохо. Высыпаться удаётся?

– Не сказала бы… – посетовала Аувель. – Всё же приходится вставать к ней, кормить… Это 15 минут сидеть в кресле и не спать, потом ложить её обратно в колыбельку… А если проснулась при перекладывании с рук, то качать… Утомляет. Хочется это время спать. Хорошо, Амиан перестал просыпаться ночью, а то первые месяцы вообще был кошмар вместо ночи…

– А ты не хочешь попробовать совместный сон? – зародила я крамольную мысль в её голове.

И понеслась! Оказывается, эльфы такое не практикуют. Поэтому на меня посыпались вопросы. А что это такое? А зачем нужно? А с чем его едят? А как организовать?

Самое главное, что я хотела донести, это удобство для матери. Можно просто дать грудь лежащему рядом малышу и спать себе дальше, ребенок сам отвалится, когда наестся.

Минус – опять таки удобство, но с другой стороны. Это надо всё время понимать, что рядом с тобой спит малыш. Быть осторожной, чтобы не раздавить его, не накрыть случайно одеялом, а то задохнётся, следить, чтобы при перевороте не упал с края кровати и всё такое. А ещё место на мужа на кровати должно быть.

– В каком смысле на мужа? – этот пункт, кажется, больше всего удивил Аувель. – Мы же спим каждый в своей постели. А что, люди… людям приходится делить одну постель на двоих?! – ужаснулась эльфийка. – Бедняги…

Так я выяснила, что у эльфов заведено каждому иметь отдельную постель, в том числе и детям с рождения. У супругов обычно даже спальни две, хотя есть пары, которые ставят кровати в одной комнате, но это редкость.

– Ну, мы не то, чтобы делим… – ответила я неуверенно, – скорее разделяем. Люди любят спать вместе, потому что это объединяет, это приятно.

Аувель неуверенно нахмурилась. Ладно, я поняла – для эльфов комфортней спать в одиночку. Как они занимаются сексом, я пока даже спрашивать боюсь. Может, проблема деторождения частично связана и с этим? Сделал себе мысленную пометку разобраться.

– Ну, тогда у тебя есть все возможности организовать совместный сон и начать лучше высыпаться. Позже опять переложим Мию в её колыбельку, это не большая проблема. Важно, чтобы вам обеим было комфортно. Мама должна быть в ресурсе. Так вся семья счастливей.

– Что значит в ресурсе? – не поняла эльфийка.

– Ресурс, это моральные и физические силы, чтобы переживать сложности материнства. И не только, любые сложности, – ответила я. – Когда ты уставшая, то более раздражительна, порывиста, принимаешь менее эффективные и обдуманные решения. В смысле не только ты, любой челов… кхем, думаю, любой эльф. Не выспался, расстроен чем-то, давно не делал ничего только для себя, не получал удовольствие от жизни, от любимой еды, времяпрепровождения? Значит, скорей всего будешь ен в ресурсе. Очень важно уделять внимание себе. Даже вернее сказать – себе в первую очередь. Ребенок следует за родителем, а не родитель кладёт жизнь на алтарь будущего своего чада.

Аувель остановилась перед выходом наружу и повернулась ко мне. Её взгляд был очень серьёзным и твёрдым.

– Ты должна донести это до всех эльфиек, – сказала она. – Мне кажется, в этом если не вся, то основная наша проблема. Мы, как ты выразилась, кладём себя на алтарь детей. Стараемся, но, видимо, без ресурса, всё равно не получается. Это злит и расстраивает только сильнее.

– Верно, – я согласилась с ней. – Это тот редкий случай, когда чем сильнее стараешься, тем хуже получается. Спасибо за наводку на проблему, Аувель. Я уделю отдельное внимание этому вопросу.

Да, теперь многое стало понятней. Я почему-то думала, эльфы, наоборот, выделяют мало сил воспитанию. А на деле они совершают самую распространённую ошибку земных матерей – отдать всю себя ребенку. У женщины – у любой! – на первом месте должна быть она сама, затем её муж, а уж потом ребенок, как бы для кого это странно не звучало. Только такая семья будет здоровой и крепкой.

Что ж, я справлюсь с донесением подобной идеи. Да, придётся переломить закрепившиеся стереотипы, но это не безнадёжно, уверена. Для того ведь меня сюда боги и послали, так же?

Глава 10. Вечная война за умы

– Ого… пикник? – поразилась я, когда Аувель вывела меня наружу перед храмовым древом. Вокруг сплошь кусты да красивые деревья разных форм и цветов, а прямо перед крыльцом раскинулась большая лужайка, засаженная густым бархатным мхом. Именно на нём расположились небольшими группами десятка три эльфов частично в хламидах, частично одетые обычно. Среди них трое детей возраста Амиана и он сам. Рядом с ребятнёй сидит Маилор и держит Мию, которая всеми силами пытается от него… улететь. Да, определенно, она не просто старается выбраться из рук отца.

– Пикник? Что это? – спросила Аувель.

– Скажем, принятие пищи в лоне природы, прямо на земле. На скатерти какой-нибудь.

– О, ясно… Но это обычный завтрак, – улыбнулась она и помахала мужу. – Присядете с нами?

Отказываться я, само собой, не стала. Мы прошли мимо парочки знакомых жрецов и взаимно поприветствовали друг друга эльфийским вариантом доброго утра: “Светлого утра и ясного дня!” По пути остановились возле того, что очень напоминало шведский стол, расположенный на обтёсанном с верхнего края стволе лежащего на боку дерева. Набрав на листо-тарелку (когда уже привыкну, что здесь листы разной формы и фактуры вместо всего?) того, что показалось мне аппетитным, я проследовала к семейству Лист-Осины. Мия тут же направила на меня ручонки и полетела, папа удержать не смог. Я еле успела положить тарелку на землю, чтобы перехватить малышку в воздухе. Какое очаровательное создание, так задорно смеётся!

– Послушай, Аувель, – перекусив, я заговорила о деле, – после еды надо бы зайти ко мне, я написала тебе памятку по сну малышки, забыла прихватить на завтрак. Хочу заодно обсудить, как Мия засыпает. Ты начала вести дневник сна?

– Да, но пока там только вчерашняя вечерняя запись.

– Продолжай, однако опросить тебя я могу и без дневника. Мия спит днём три раза, верно?

– Да, а откуда…

– Нормы, – я пожала плечами. – Для каждого возраста есть свои нормы сна, и они у эльфов с людьми совпадают, как сказала Аррет.

Сидящие рядом с нами жрецы и эльфийки, мамы тех малышей, с которыми играет Амиан, дернулись. Ждут, что меня саданёт электричеством, забавно. Но почему так встроен сей рефлекс в их поведение? Это возможно, только если они не раз и не два видели подобное живьем. Либо с детства запуганы.

– Я написала для тебя лучшие окна сна. В идеале, чтобы Мия ложилась спать именно тогда.

– А окна сна..? – спросила Аувель.

– Это самое лучшее время для ухода в сон у малыша определенного возраста. Конечно, не обязательно укладывать строго в окна. Может получиться, что никак не попадаешь, ведь нужно ещё, чтобы малышка бодрствовала достаточное время. А если, например, первый сон короткий, то укладывание сдвигается на более ранее, так как и бодрствование надо делать при этом короче.

– Ох, всё так сложно для меня… – вздохнула эльфийка. А я заметила, какой сочувствующий взгляд бросил на неё Маилор.

– На самом деле ничего сложного, просто нужно выучить закономерности, – успокоила я. – Ориентируйся на окна, но также помни, что у Мии сейчас один час сна по сути, создаёт возможность ей бодрствовать два часа. То есть если она спит не час, а половину, то и бодрствование нужно сократить в два раза, примерно, до одного часа. Важно соблюдать равновесие и всё будет хорошо. Проспала больше, часа полтора-два, тогда и бодрствовать может больше, ближе к трём часам. Понимаешь? Соотношение примерно один к двум. Конечно, нужно смотреть на признаки усталости малышки: красные глаза, зевки, может начать тереть глазки, тупить в одну точку, медленно моргать, ныть. Если это появилось, значит надо идти укладывать. Но чем старше ребенок, тем меньше будет показывать признаки усталости и тем меньше мы можем на них ориентироваться.

– А вы говорили что-то про ритуал… – напомнила Аувель.

– Да, ритуал перед сном и на пробуждение, – покивала я. – Очень важная штука. Одна из тех вещей, о которых я буду рассказывать всем желающим. Редкий ребенок хорошо засыпает без ритуала. Да и в любом случае он сделает сон только лучше.

– Обойдитесь без магии, пожалуйста, – вклинился Маилор, перехватывая Мию за ногу. Она лежала на спине на мху и решила взлететь, чтобы перевернуться. Я внимательно наблюдала за ней краем глаза, чтобы набрать данных. Ведь мне предстоит учить её нормально ползать… Полагаю, для этого придётся ограничивать её маневренность.

– Никакой магии, лишь набор одинаковых действий, вроде приглушить свет, спеть колыбельную, погладить по голове.

– Я же говорила, речь не о магии, – устало вздохнула Аувель. Ясно, вчера или сегодня утром обсуждали, видимо.

– Сколько же нас ждёт перемен, – ответил Маилор ей своим вздохом.

– Я очень постараюсь, чтобы все они были к лучшему, – заверила эльфов.

Дожидаясь, когда семейство Лист-Осины завершит свою трапезу, в которой, что странно, Амиан не участвовал, я рассматривала окружающих. Полянка оказалась очень большой, вместила почти два десятка жрецов и ещё с десяток эльфиек и эльфов в мирских одеждах, без хламид. Они все бросали на меня короткие заинтересованные взгляды, но никто не подходил и не наглел, открыто глазея. Присмотревшись внимательно, я обнаружила, что в корзинках, стоящих рядом с эльфийками, вовсе не провиант, а их маленькие дети! Груднички до полугода, судя по размерам. Эльфийки иногда доставали их или развлекали, наклоняясь над корзинками, когда дети начинали капризничать.

Одна вообще принялась кормить чадо грудью, и никто даже бровью не повёл. Меня это обрадовало. Спокойное отношение к грудному вскармливанию показывает уровень развития общества. На Земле женщины частенько встречаются с неодобрением столь естественного процесса. Сама я… Не знаю, я бы постеснялась оголять грудь на публике, но понимаю тех, кто делает это открыто. И при необходимости предпочла бы утолить голод своего малыша, а не стесняться осуждения окружающих.

– И сколько детей живёт при Храме? – спросила я.

– Постоянно двое, Амиан и Мия, – ответила Аувель. – Но весть о посланнице уже разнеслась по всему городу, так что с самого утра начали пребывать желающие постичь вашу мудрость, Маша.

– Отлично! Сегодня же соберу первый экспериментальный класс! – обрадовалась я. – Узнаю, Какие темы наиболее актуальны эльфийкам, на чём сосредоточиться для начала. Кстати, беременным я бы тоже хотела преподавать. Это ведь можно организовать?

– Безусловно, – вклинился в разговор сидящий неподалёку главный жрец. Его я узнала по голосу – очень низкому, старому, но уверенному. – Мы сделаем так, как вам удобно. Приглашаю вас на обед сегодня, заодно обсудим детали.

– А разве обед – не коллективное действо? – нахмурилась я. – И кстати, не как мне удобно, а как лучше для мама и малышей. Ориентируемся на их нужды.

– Я вас понял, – улыбнулся жрец. Как же его звать-то? Витали… Не-е-ет, не Виталик, точно, такого не может быть. Но очень похоже! – А про обед… Почти верно, но обед не столь коллективное действо, как завтрак, оно скорее групповое. Завтрак подают всем на общем столе, а на обед мы собираемся большими компаниями в разных помещениях в зависимости от вкусов.

– Интересно, то есть в различных местах подают отличающееся меню? – загорелась я. – А где-нибудь можно найти мясо? Я, знаете ли, сразу признаюсь, что отношу себя скорее к хищникам, чем к травоядным.

Эльфы засмеялись. Но я-то не шутила!

– Я что-нибудь придумаю, Маша, – ответил жрец, сверкнув хитринкой в глазах. Ой, не нравится мне этот взгляд! Впрочем, даже интересно, что он там такое учудит. Или я излишне подозрительна?..

Когда мы поднимались уходить, огромные и неожиданно не замеченные мною ранее ворота в дальнем конце лужайки распахнулись. Точнее, это по началу так показалось, по факту они скорее приоткрылись, и внутрь прошла высокая светловолосая эльфийка с корзинкой, из которой высунулась маленькая детская ручка. Не пойму, они что, реально детей только в корзинках таскают? Это же не удобно! А как на счёт колясок? Слингов? Или хотя бы более эргономичного варианта корзин… Что ж, этим тоже стоит заняться. Но не всё сразу.

Пока Маилор ловил со смехом убегающего от него по лужайке Амиана, а Аувель с горем пополам укладывала Мию в её корзинку, из которой она уже вот-вот вырастет, светловолосая эльфийка прошла мимо и мило мне улыбнулась. Жрец, что её сопровождал, что-то зашептал девушке на ухо, от чего она тут же потупила виноватый взгляд.

– Что жрецы наговорили мамочкам, из-за чего они бояться на меня взглянуть? – спросила я Маилора.

– Полагаю, велят не беспокоить посланницу самой непревзойдённой богини без важного повода, боятся, – пожав плечами, ответил эльф и поднял пойманного Амиана на руки.

– Боятся? Чего? – нахмурилась я.

– Что вы разгневаетесь и пойдёте искать приют в другом древе, – ответил эльф, сражаясь с сыном, не желающим покидать лужайку и оттого активно ёрзающим в объятиях отца. – Храм не переживёт.

– Не понимаю, объясни толком, пожалуйста, – взмолилась я и отобрала непоседливого мальчика у Маилора, тот вздохнул с облегчением. Это только на первый взгляд Амиан выглядел зашуганным тихим ребенком, на деле же в привычной обстановке он оказался таким же шебутным, как его младшая сестра. В кого из родителей они оба пошли, интересно?

– Вы очень вовремя появились. Вера слабеет, власть захватывает светское общество, обитающее во Дворце – это второе из трёх древ-столпов нашего города. Их лидеры всегда соперничают за умы эльфов, но теперь мы начали побеждать. Когда в Храме поселилась посланница нашей великой и могущественной богини, сюда снова потянулись прихожане. Вы ведь… не решите вдруг переселиться? – Маилор кинул на меня чуть ли не умоляющий взгляд. Видно, ратует за своё древо.

– На данный момент не вижу никаких на то причин, – ответила я дипломатично, а про себя подумала, что вряд ли мне по пути со светским обществом. Ох, чует моя душенька, именно влияние Дворца виновато в том, о чём говорила Аррет. Эльфы перестали воспринимать детей продолжением рода, многие считают их лишь доказательством любви в паре. Если Храм явно проповедует многодетность и учение Аррет, то значит именно Дворец толкает противоположную идеологию. Впрочем… – А что за третье древо-столп?

– Крепость, – пояснил Маилор, пропуская меня впереди себя внутрь Храма, – там заведует главнокомандующий, как в Храме главный жрец, а во Дворце правитель. Крепость отвечает за нашу обороноспособность, там готовят стражников, разведчиков и прочих военных эльфов.

– Ясно, в Крепости мне точно делать нечего, – подытожила я.

Глава 11. Условия для сна

– Так, я верно поняла, что Мия должна уже спать в эти промежутки? – уточнила Аувель, рассматривая мою ей памятку про окна сна.

– Верно, начинать укладывать можно до, – покивала я. – Но повторю, если не успели или нужно уложить намного раньше – пожалуйста, без проблем.

– А причины, по которым может не получиться? – уточнил не менее внимательно слушавший меня Маилор. Я порадовалась, что отец тоже участвует в процессе улучшения семейного быта путём стабилизации сна малышки. Часто мужья спихивают ребенка полностью на жену. Хорошо, если ей есть кому помочь помимо него, но не у всех в наличии бабушки, дедушки, особо доверенные друзья или хотя бы деньги на няню.

– Всё зависит от длины снов, – в очередной раз терпеливо пояснила я и напомнила про соотношение один к двум сна и бодрствования. – И важно время подъёма, малышка ведь может вдруг встать на полчаса-час раньше, тогда все сны сместятся. А если при этом будет короткий первый сон, который потащит за собой короткое бодрствование, то второй может ещё сильнее отдалиться от окна. И с каждым сном разница увеличивается.

– Спасибо за пояснения, это, полагаю, также ответ на один из возникших у меня вопросов. Верно ли я понял, – сказал эльф на манер своей жены. Что ж, привычки в паре тоже передаются, особенно такие хорошие, как переспрашивать, если сомневаешься. Часто подобное идёт в комплекте с используемыми второй половинкой жестами или фразами. Дети, кстати, по тому же принципу копируют своих родителей, – что давать спать позже времени подъёма с ночного сна тоже не желательно?

– Да, именно. Но у вас есть промежуток, на самом деле. Если подъём в семь тридцать, то при первом бодрствовании в полтора часа мы получаем девять часов, но окно-то с девяти до десяти. Значит, у нас в запасе ещё час, но лучше столько не тянуть, вдруг будут проблемы с укладыванием. Однако время на мягкое пробуждение у вас есть. Ой, я ведь не упоминала, что будить надо мягко! Не нужно поднимать, трясти или громко звать, лучше аккуратней, чтобы не напугать и медленно раскачать нервную систему. В идеале, стоит начать производить тихие звуки, поглаживать малышку. Например, если решишь спать с ним вместе, Аувель, можешь начать потягиваться, ворочаться. Открытие занавесок – тоже замечательный вариант, чтобы мягко разбудить. И на это у вас есть около получаса. Если к восьми Мия уже будет бодренькая, то прекрасно попадает в график. Дальше если спит час-полтора, то так же идеально вписывается во второе окно. Но если сон короткий, уже нет.

– Но это нормально, если первый сон не полтора, а полчаса? – заволновалась Аувель.

– Да, бывает, но стоит стараться продлять. В идеале, первый и второй сны должны быть больше часа, чтобы ребенку хватало сил, а третий всегда полчаса, чтобы не укорачивать ночной. Ещё что-то уточнить хотите? Нет? Всё пока понятно? Что ж, если с организационными вопросами закончили, давайте пойдём посмотрим, где малышка спит. Разберёмся с условиями сна и затем я расскажу вам несколько лайфхаков… – я запнулась. Слово-то английское, вряд ли русскоговорящие эльфы его поймут. – Имею ввиду… Как же это…

– Взломов жизни? – с ужасом округлила глаза Аувель и сильнее прижала к себе Мию.

– Ухищрений, – назидательно пояснил Маилор. – Прямой перевод тут не валиден.

– Ну, да, – согласилась я с ним, – способы улучшения жизни, взлом здесь в том смысле, что… упрощение процесса, наверное.

– Простите, – потупилась Аувель, – я очень плохо знаю дроуский.

Эм, что? Дроуский? Вот тут бы поподробней.

Ой, точно! Терран же говорил, что есть три эльфийских языка и он их использовал как основу земным. То есть русский – это язык светлых эльфов, а английский – дроу? Ладно, пока этого мне хватит. Сейчас не до истории Зелени. Поэтому я тему развивать не стала, но засечку в мозгу сделала.

Эльфы проводили меня в детскую, она же комната Аувели. Всё выглядело похоже на мои покои, в том числе такая же листо-кровать, которая, как оказалось, называется коконом. Не удивительно, ведь при нормальном использовании лист должен завернуть спящего, словно в кокон. Но это – лишь сопутствующая информация. Всё моё внимание поглотила колыбелька.

– Так, а… это… получается, детская кроватка? – спросила я, поражённо моргая.

Представляла она собой продолговатый бутон огромного белого цветка, листья которого были не сплошные, а решетчатые. Решетку составляли прожилки, достаточно толстые, кстати, чтобы ребенку было вполне безопасно, и при этом мягкие, как резина. Мембраны между ними не обнаружилось. Лежать младенцу положено в центре цветка на прямоугольном слегка пружинящем ложе, которое по факту является, если я правильно помню ботанику, расплющенным пестиком. На тычинки, закреплённые под пестиком, которые можно, сгруппировав в одной части, положено вешать разные игрушки, они выступают вместо мобиля. А зеленые чашелистики можно поднять, чтобы закрыть решетчатые лепестки при необходимости.

Не знаю, почему, но эта эльфийская вариация привычного мне предмета впечатлила больше всего, что я встречала раньше. Как же аутентично и сюрреалистично одновременно! На несколько мгновений я потеряла дар речи.

Но вскоре собралась и осмотрела комнату целиком.

– А чем вы занавешиваете окна во время сна? – уточнила у Аувели.

– Ничем, – она недоуменно пожала плечами. – Надо?

– Дай угадаю, малышка спит по большей части только короткие сны? Около получаса, верно? Длинным чаще бывает последний, перед ночным, так?

– Д-да… – И опять этот суеверный ужас в глазах эльфийки. Я не провидец и мысли не читаю, просто понимаю закономерности.

– Дело в отсутствии темноты. Итак, начнём с базы. Чтобы ребенок хорошо спал, необходимо как минимум соблюдать правило трёх Т. Темнота, тишина, температура. Детям требуется создавать хотя бы значительное затемнение на дневной сон, чем темнее, чем лучше, и полную темноту на ночной. Зачем это надо? Для начала немножко теории, приготовьтесь внимательно слушать, – сказала я и принялась ходить по комнате туда-сюда. Эльфы присели на стуле-листья. – Дети спят циклами по тридцать-сорок минут и просыпаются по завершении каждого цикла. Задача родителя создать условия, чтобы ребенок уснул и дальше, ещё на один цикл. Какие это условия? Тут просто – такие же, как были при первом засыпании. Если малыш, открыв глаза после цикла сна, понимает, что сейчас всё точно так же, как было, когда он засыпал, то просто закроет их и будет спать дальше. Например, если засыпал на груди и вы, – я посмотрела на Аувель, – забираете грудь, когда он уснул, то нужно снова дать её хотя бы сразу, как проснулся, а в идеале за минутку перед просыпанием. С практикой легко научиться определять верный момент. Если успеть, пока малышка не проснулась окончательно, то сны безболезненно склеятся. Но это только в том случае, если малышка хорошо засыпает в тех условиях, которые вы для неё создали. Правило трёх Т позволяет ребенку засыпать эффективней. И часто достаточно его соблюдения, чтобы малыш некоторые из снов склеивал сам. Или хотя бы не просыпался окончательно сразу же, как только приоткроет глаза. Что даёт вам шанс успеть продлить сон. Как это работает? Вот смотрите. Ребенок подпроснулся, приоткрыл глаза… И что видит? Темноту. Что слышит? Ничего, тишину. Температура комфортная – не жарко, не холодно. И он проваливается дальше в сон, потому что ни глазам, ни слуху не за что зацепиться. Если же будет светло, его взгляд легко найдёт объект, на котором сразу сфокусируется, что уберёт сонливость. Так же и звук – услышит и встрепенётся. Это не касается белого и розового шумов, которые наоборот помогают.

– Что за шумы? – уточнил Маилор.

– Это фоновый однообразный звук, типа ш-ш-ш-ш-ш. Или чш-ш, чш-ш, чш-ш. Розовый подобен тому, что дети слышат в утробе. Стук сердца, ток крови, работа внутренних органов… Понимаете, о чём я? – Получив кивки, продолжила: – Такой шум не только близок малышу по озвученной причине, но и помогает замаскировать другие звуки, если невозможно организовать полную тишину. Белый шум похож, но чуть другой. Это, например, звук прибоя на берегу, водопада, дождя, просто природы с насекомыми, ветра. Такой шум помогает малышам успокоиться. Впрочем, взрослым тоже. С белым шумом дети часто лучше засыпают, а розовый способствует тому, чтобы не просыпаться лишний раз и эффективней склеивать сны.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.