# Слуга государя 4

Александр Гаврилов

Продолжение приключений мажора, попавшего в мир магии и славянской мифологии. Чтобы спрятать Дмитрия от интереса спецслужб других стран, его отправляют в секретную магическую академию, вот только приключения найдут его и там… Четвёртая часть

## Глава 1

– Наконец-то добрались, – проворчал Баюн, когда мы выбрались из поезда на перрон, и он потянулся, разминая затёкшее тело, и недобро глянул на толпившихся тут людей. За эти два дня в поезде он настолько устал от людского общества, от которого некуда было скрыться, что готов был впиться когтями в кого угодно, и еле сдерживал себя.

Когда же я предложил ему не мучить себя, отправиться по своим делам, а я бы его призвал, как приеду, он лишь раздражённо мотнул головой.

– Ты думаешь, это так просто? – сердито муркнул он, – На таких больших расстояниях моя способность к перемещениям не действует. К тому же, мы через столько рек уже проехали, что я потом могу вообще до тебя не добраться. Для меня текущая вода будет почти непреодолимым препятствием. Придётся мосты искать, да и по ним мне не так просто будет пройти.

– Да ладно, – не поверил я ему, – Нашёл, блин, проблему. Через речку перебраться. Ты ж чуть ли не телепортироваться можешь, перепрыгнул через неё, да и всё.

– Какой же ты, всё же, неуч, – осуждающе покачал головой Баюн, – Уже столько времени силой владеешь, а не знаешь, что нечистая сила не может через текущую воду перебраться. Только по деревянному мосту можем перейти, а вот по железному или бетонному – нет.

– Так вот почему академия находится в Уфе, – догадался я, вспоминая, как искал этот город на карте, – Он же почти полностью реками окружён, а между ними ещё и каналы прорыты. Может, как раз для защиты?

– Скорее всего, – согласился со мной кот, – И даже почти наверняка так и есть.

– Вот только… Всё равно странно… – вдруг задумался, глядя на мелькающие за окном поля. Мои соседи по купе ушли в вагон-ресторан, так что можно было говорить спокойно, – Наверняка же можно было такой город и поближе где найти. Зачем так далеко-то?

– Да кто ж его знает? – потянулся кот на полке, – Уральские горы рядом, может, в них всё дело. Там много кто водится, один только Великий полоз чего стоит. Думаю, скоро на месте узнаешь.

Тут вернулись соседи, и стало не до беседы. Остальное время мы с ним провели в молчании. Я забрался на свою верхнюю полку, и оставшееся время просто продрых, не изъявляя желания познакомиться поближе с попутчиками, которыми были муж с женой и их дочь, лет пятнадцати на вид, высокая и худая. Она всю дорогу сверлила меня многозначительными взглядами, явно ожидая, что я начну оказывать ей знаки внимания, но я предпочёл не понимать этих намёков. Мне бы со своими девушками разобраться, а не искать себе новые приключения на одно место, к тому же, с ребёнком, хоть и был этот ребёнок не на много младше меня.

***

Уфа встретила нас солнечной и жаркой погодой, что было неудивительно для конца июля. Хотя для меня, честно говоря, что Урал, что Сибирь, было одно и то же, и я невольно ожидал, что тут будет намного холоднее чем у нас, но нет. Зной был такой, что ещё чуть-чуть, и асфальт будет плавиться под ногами. За тридцать точно. Дело ещё усугублялось тем, что приехали мы в полдень, в самый пик жары.

– И куда нам теперь? – недовольно спросил Баюн, щурясь на ярком солнце. Людей на перроне уже почти не было, и мы спокойно шли к выходу из вокзала, не толкаясь в людском потоке, как это было бы в Москве. Из вещей у меня были только чемодан и рюкзак, и услугами носильщика я пользоваться не стал.

– Сейчас выйдем, такси поймаем. В принципе, можно и на автобусе, но не хочу по такой жаре задыхаться в нём, – ответил я, чувствуя, как по моей спине уже побежали ручьи пота.

– Позолоти ручку, касатик, и я тебе всю правду скажу. Что было, чего не было, и что обязательно ещё только будет… – появилась вдруг прямо передо мной какая-то пожилая цыганка в цветастой одежде. Причём, я был готов поклясться всеми богами, что ещё несколько секунд назад её и в помине тут нигде не было.

– Денег нет, – буркнул я, и попытался обогнуть её, но она как клещ уцепилась за мой рукав.

– Ай-я-яй, не хорошо врать бабушке-то, – укоризненно покачала она головой, – И такой молодой ведь, а ни стыда, ни совести… У самого полный бумажник с собой, а сам прибедняется. Давай погадаю, золотой мой, не пожалеешь…

– Да отцепись ты от меня! – раздражённо отмахнулся я от неё, стряхивая руку, – Не верю я в эти глупости! Иди себе другого дурачка поищи.

– Ну, хорошо, как скажешь, – отстала она от меня, и остановилась, позволив мне оторваться от неё.

– Вот только когда смерть трижды обратит на тебя свой взгляд, ты вспомнишь обо мне и будешь искать, но смотри как бы поздно не стало. Если смерть взглянет на тебя четвёртый раз, то тогда и эта твоя вторая жизнь оборвётся, – чуть слышно прошептала она мне в спину, но я услышал.

– Что ты сказала? – как вкопанный встал я, и обернулся, вот только сзади уже никого не было…

– Ты с кем разговариваешь-то? – подал тут признаки жизни Баюн, который никак не прореагировал на появление цыганки, – Тебе солнце голову уже напекло, что ли? Идёт, бормочет что-то, дёргается, как припадочный…

– А ты что, цыганку ты не видел, что ли? – удивлённо уставился я на него, продолжая стоять на одном месте.

– Ну точно, напекло, – озабоченно глянул он на меня, – Говорю ж, не было никого, ты сам с собой шёл разговаривал. Тебе б врачу показаться. Окулисту, например. У тебя ж явные проблемы со зрением.

– Да нет. Со зрением, похоже, из нас двоих лишь у тебя проблемы, раз ты ничего не видел, – задумчиво пробормотал я, и пошёл дальше, не слушая его возмущённые вопли.

***

– Проходи, располагайся, – недовольно проворчал седой комендант, пропуская меня в комнату, – Занимай кровать у окна. Пока один поживёшь, соседи к началу учебного года подъедут. Поздновато ты подъехал. На недельку бы раньше, и я бы тебя с первым курсом поселил, а так – не обессудь, где было свободное место, туда и отправил. Тут пятикурсники живут, будут проблемы с ними – обращайся. Хотя ты парень, вроде, крепкий, так что, думаю, справишься. Кидай вещи, и пойдём, я тебе постельное бельё выдам.

Я окинул быстрым взглядом комнату, практически не отличающуюся от моей комнаты в прошлой общаге – те же три кровати, шкаф, стол, тумбочки, и большое окно, за которым был виден загаженный голубями карниз, кинул свои вещи к шкафу, и поспешил за уже вышедшем из комнаты комендантом.

Вообще, изначально я хотел снять квартиру в городе, а не ютиться в общаге, благо, финансы позволяли, но увы. Проживание было разрешено только на территории университета, и даже просто в город выйти было весьма непросто. Только с увольнительной. Объект, как меня и предупреждали, оказался режимным, и я сразу почувствовал себя запертым в клетку. Всё-таки, как я не сопротивлялся, получилось у Сухого ограничить мою свободу, причём, таким образом, что я добровольно на это согласился.

Вот только совершенно непонятно было, как это всё воспримет Кощей… Я же, получается, какое-то время не могу выполнять его поручений. Надеюсь, он войдёт в моё положение. Те несколько дней, которые он мне дал на отдых, подходят к концу, так что скоро, видимо, меня ждёт весьма непростой разговор.

Но самый непростой разговор у меня был с Лизой, которая весьма негативно восприняла новость о том, что я буду учиться в другом городе, и что приезжать оттуда я буду редко. Она даже обидеться успела после того, как я сказал, что не имею права разглашать информацию, где именно буду учиться. С родителями как-то проще было. Им просто позвонил Сухой, после чего ко мне у них ни одного вопроса не было, а вот с девушкой подобное не прокатило… Она перестала дуться только тогда, когда я подарил ей пару книг про ведуний, которые нашёл у того коллекционера, обменяв их на свою долю в кладе.

Мавку я решил оставить с ней, чтобы Лиза оставалась под охраной, а насчёт собаки пришлось с родителями договариваться. Сёстры пообещали позаботиться о ней.

– Григорьев! Ты где там? – вырвал меня из размышлений голос коменданта из-за угла. Я даже не сразу среагировал на то, что он меня звал. Ещё не привык к тому, что у меня теперь новая легенда и облик. Был я брюнетом Дмитрием Чарторыйским, а стал – блондином Виктором Григорьевым. Краску мне подобрали какую-то особую, магическую. По заверениям специалистов, она была не смываемой, и её срока действия должно было хватить на год, после чего её нужно было заново нанести. Также благодаря линзам мои глаза стали голубыми. Ну, и с цветом кожи они тоже что-то подшаманили, из-за чего она стала более бледной.

На мой взгляд, это всё было лишнее, но моего мнения никто не спрашивал. Государство всерьёз взялось за обеспечение моей безопасности.

– Иду, – отозвался я, ускоряя шаг.

– Держи, – протянул мне стопку белья комендант, – Тут постельное и два полотенца, одно для лица, другое для тела. Раз в неделю будешь менять. Что-то потеряешь или испортишь, будет вычтено из стипендии. Алкоголь и курение в общежитии запрещены. Отбой в двадцать два ноль-ноль. Девок не водить. Будешь нарушать правила – выселю! Всё понял? – строго спросил он, сурово глядя на меня из-под квадратных очков.

– Так точно! – вытянулся я перед ним дурашливо.

– То-то же, – довольно отозвался он, видимо, всерьёз восприняв мой ответ. Он попрощался со мной, одобрительно хлопнув по плечу, и я почти строевым шагом направился в свою комнату.

***

– Привет! – встретила меня в моей же комнате симпатичная девушка, в чертах лица угадывалось что-то татарское, – А я, думаю, кого это к нам на этаж подселили? Зашла познакомиться. Меня Айгуль зовут, а тебя как?

– Дми… кхм, Виктор, то есть, – вовремя поправился я, и положил вещи на ближайшую койку. Девушка же кошачьим шагом ходила по комнате, внимательно оглядываясь, и как будто даже принюхиваясь. Вообще, несмотря на то, что она была довольно симпатичной, и любого другого подростка посещение подобной девушки только обрадовало, меня подобная бесцеремонность только раздражала.

– Познакомилась? Теперь будь так добра покинуть мою комнату. Мне переодеться надо, – изо всех сил скрывая раздражение, попытался я её выпроводить.

– Переодеться? – она наклонила голову, с каким-то странным любопытством глядя на меня, – Я не против. Переодевайся. А покидать комнату я не хочу. Я теперь здесь жить буду. С тобой. Очень уж у тебя сила вкусная, и много как её! Мне на долго хватит. Имя ты мне своё назвал, так что теперь ты в полной моей власти. Будешь моим слугой, – хищно оскалилась она под конец, обнажив мелкие, но острые зубы.

– О как! – аж восхитился я. Время, когда меня можно было подобным напугать, уже давно прошло, – Ну давай, попробуй на мне свою власть проявить. Очень удивлена будешь.

– На колени! – грозно прошипела она, и очень удивилась, когда я лишь рассмеялся в ответ.

– Значит, обманул? Но тебе это не поможет. Всё равно моим будешь, – рыкнула она, и прыгнула на меня, вот только у меня в руках уже была трубка, и я просто дунул в неё.

Условия тут для подобного оружия были идеальные. Ни ветерка, который мог бы развеять облако из перетёртой травы, не было, и уже через долю секунды она замерла столбом посередине комнаты, лишь злобно сверкая на меня глазами.

– Чего зенки вылупила? – усмехнувшись, подошёл я к ней, – Не ожидала? И ведь это всего лишь смесь, вызывающая ступор у нежити. Особого вреда не причинит, в отличие от вот этого, – вытащил я проклятый кинжал, для которого по моему заказу были сделаны специальные ножны, защищавшие от его эманаций, а ещё я рукоять заменил, чтобы мог без последствий пользоваться им.

– А вот это, – продолжил я, поднеся кинжал к её шее, – Гарантированно тебя в небытие отправит. Ну, что, продолжаю?

– Как она тебе ответить должна? Ты же лишил её возможности говорить, – невозмутимо вмешался появившийся в комнате Баюн. Он отходил знакомиться с территорией пока я общался с комендантом и размещался.

– Да? А я и не заметил, – соврал я, продолжая держать кинжал у шеи нежити, ну или кто она там, которая только и могла делать, что испуганно таращиться на меня, – Уж думал, молчание знак согласия. Хотя, к чему мне вообще у неё что-то спрашивать? Я в своём праве. Сюда я её не звал, так что сама виновата.

– Ну, ежели так, то да. Режь, – великодушно разрешил кот, уселся на пол, и с явно читаемым удовольствием в глазах стал рассматривать нашу гостью, у которой во взгляде уже читался откровенный ужас.

– Или может дать ей шанс отслужить свою вину, как думаешь? – сделал я вил, что задумался.

– А она тебе нужна вообще? – лениво зевнул он, сверкнув своими жёлтыми глазищами, – Это же Юха. Толку тебе от неё? Бесполезное создание. Только и может, что влюблять в себя парней, выходить за них замуж, да съедать потом. Ты же жениться не собираешься?

– Нет, – помотал я в отрицании головой, – Да и съеденным, честно говоря, быть как-то не хочется.

– Ну вот! А я о чём? Бесполезное создание. Говорю же, лучше уничтожить, чтобы проблем потом не было.

– Можно, конечно, и уничтожить, но вдруг она всё же пригодится? Тебя не смущает тот факт, что она как у себя дома шляется по той территории, где вообще-то готовят охотников на таких, как она? Да и проводник по местности нам пригодился бы. Я же правильно понимаю, что тут какая-то своя нечисть водится? – уточнил у него я.

– А как же, – кивнул кот, – Не так много, как у нас, но конечно водится. Юха, кстати, одна из сильнейших и древнейших. Это переродившийся Аджаха. Двенадцатиглавый змей. Когда тот достигает возраста в тысячу лет, то перерождается в Юху. Так что ей не меньше тысячи лет, как ты понимаешь. Городу этому меньше пятисот лет, к тому же, на горе находится, так что не удивлюсь, если она тут жила ещё до его основания, так что нет ничего удивительного в том, что она к тебе зашла. Тут люди в гостях у неё, а не наоборот. Странно только, что её раньше не выявили, и не уничтожили.

– Сейчас мы это и узнаем, – решился я, и обратился к ней, – Это правда? Ты действительно давно тут живёшь? И почему тебя не поймали, если так? Можешь отвечать, разрешаю, – одной из побочек этого наговора на травах, что нечисть, которая попала под его действие, должна была выполнять всё, что я скажу, и не могла врать.

– Правда… – хрипло выдохнула девушка, – Я действительно тут живу уже больше тысячи лет, но ещё до появления здесь города ушла в спячку. И проснулась только пару лет назад. Очень удивилась произошедшим изменениям, и не стала пока себя выдавать. Ходила среди людей, и изучала язык и порядки. В этом здании я раньше не была, и сегодня в первые оказалась тут, и сразу же совершила такую ошибку… Нельзя было мне к тебе лезть. Я же чуяла, что что-то с тобой не так, но слишком уж вкусно ты пах… Не убивай меня, человек. Я отслужу тебе свой проступок.

– Ну, что? – подмигнул я Баюну, – Как думаешь, дадим ей шанс?

– Я бы не стал, – лениво зевнул кот, – Наверняка злобу затаит, и какой-нибудь гадостью отплатит. Но, впрочем, ты мальчик уже большой, сам решай.

– А я, пожалуй, рискну, – с сомнением глянул я на монстра, притворяющегося красивой девушкой, – Подобный слуга мне не помешает. Надо будет только клятву получше продумать, чтобы она точно не смогла мне навредить…

– Продумай, – охотно согласился со мной кот, – И быстрее… Чую, что скоро её оцепенение спадёт, и ещё одного шанса так поймать себя она тебе не даст.

– Я согласен оставить тебе жизнь, но только при том условии, что ты станешь моей слугой, и не будешь мне вредить, – решился я, и кивнул монстру, – Клянись Луной, что станешь моей верной слугой, будешь выполнять всё, что я скажу, и ни словом ни делом, ни прямо ни косвенно не будешь вредить ни мне ни моим близким, до тех пор, пока я не освобожу тебя от этой клятвы, но и после этого ты не станешь мстить мне, или моим близким.

## Глава 2

– Покажите, что вы можете, – попросил меня профессор, поправив очки, – Только не разрушьте здание, начните с чего-нибудь простого и безопасного, – добродушно рассмеялся он, явно резонно предполагая, что вчерашний школьник, которым я по сути и был, вряд ли способен на что-то серьёзное.

Вот интересно, – невольно задумался я, – Сейчас магией можно практически любую болезнь вылечить. Почему же многие маги носят очки? Для солидности, может? Или это не просто очки, а некие артефакты? – я с подозрением вгляделся в отливающие синевой стёкла, через которые было отчётливо видно хитроватые глаза препода, но, естественно, ответа на свой вопрос не нашёл.

– Хорошо, профессор, – равнодушно пожал плечами я, с трудом сдержав зевок. Вчера допоздна засиделся перед телевизором из-за того, что уснуть не мог почему-то, вот и результат. Спать хотелось неимоверно.

А я ведь знал, что с утра пораньше предстоит что-то вроде собеседования, и мне не мешало бы отдохнуть перед этим и не проспать, но чем больше я себе говорил, что надо уже спать, тем дальше от меня уходил сон.

Незваную гостью в комнате я не оставил, и, сразу после того, как она нехотя принесла мне клятву, выгнал её, наказав не попадаться на глаза людям, и сказав, что, когда она мне понадобится, я её призову. Баюн тоже свалили по каким-то своим делам. Судя по его хитрой морде, явно пошёл знакомиться с представителями женской части местной кошачьей нечисти, так что в комнате я остался один, и ничто мне не мешало погрузиться в объятия Орфея, но увы! Уснуть я смог уже под утро, так что встал по будильнику на телефоне совершенно разбитым. Хорошо хоть не проспал.

Как мне объяснили в секретариате накануне, как только я сюда приехал, меня ждёт сегодня собеседование, а на следующий день после него что-то вроде экзамена по физкультуре. И уже после этого меня ждала медкомиссия, которая проверит состояние моего здоровья, и только если всё будет нормально, меня зачислят на курс. И это мне ещё повезло, что меня без экзаменов принимают, благодаря звонку Сухого. Они уже закончились, так что без связей я бы уже и не попал сюда.

Сегодня прямо с утра тоже пекло неимоверно, как будто я был не рядом с Уралом, а где-то в Турции, так что я решил слегка похулиганить. Создал небольшую сосульку прямо у себя в руке, и с наслаждением присосался к ней.

– Ледяной маг? Весьма любопытно, – аж привстал вдруг профессор, с любопытством на меня, – А что-то посерьёзнее можете?

– Легко! – усмехнулся я, и ощетинился сразу десятком ледяных копий, одно из который застыло остриём прямо рядом с носом профессора. Он озадаченно моргнул, и осторожно потрогал ледышку, и… Довольно улыбнулся.

– Это же просто замечательно! Вы же уже почти готовый боевой маг! Причём, довольно сильный маг, а у нас с ними в последнее время дела так себе обстоят. Решено! Зачислим вас на факультет боевой магии, – радостно потёр он ладони друг об друга, – А сейчас посидите пару минут не шевелясь. Я кое-что проверю.

Вокруг его ладошек вдруг загорелся желтый свет, он подошёл ко мне, и стал сначала водить ими вокруг моей головы, а затем медленно поднёс их к моей грудной клетки, и замер. Я тоже затих, боясь лишний раз пошевелиться. Мало ли что? Больно не было, но я ощущал идущий от его рук сильный жар.

– Просто чудесно! – расцвёл он в улыбке, свет погас, он вернулся на своё место, и стал что-то писать, – Значит, действительно два мощных магических источника, с фиолетовым и чёрным цветом магии. Это очень любопытно. Будет весьма интересно с вами побеседовать поработать, – не отрывая взгляда от бумаг пробормотал он, а у меня вдруг проскочила мысль, что я попал… Вот вам и конспирация. Толку от неё, если многие маги могут меня вот так раскрыть?

– Зря я не верил. Меня ведь предупреждали, а я засомневался, – задумчиво произнёс он, продолжая что-то записывать.

– Кто предупреждал? – зацепился я за его оговорку.

– Как кто? – поднял он на меня взгляд, – Тот, кто вас сюда прислал, разумеется. Вы же не думали, что ваша маскировка рассчитана на всех? Это было бы глупо, учитывая, что любой сильный маг вас как книгу прочитает. Нет, мой дорогой. Вся эта конспирация рассчитана на то, чтобы скрыть вас от студентов, чужаков, обывателей, а высший состав академии, разумеется, предупреждён о вашем появлении. Должны же мы были понять, с чем нам предстоит работать? Студенты всего этого увидеть не смогут, а от чужих глаз вас защитит нахождение в стенах академии. На время редких выходов в город вам будет выдаваться специальный амулет, скрывающий вашу магию. От сильных магов он, разумеется, не защитит, но их не так много, и в случае появления таких в городе мы будем знать об этом.

– Понятно, – обескураженно почесал затылок я. Блин, могли бы хотя бы предупредить. А я уж приготовился, что мне придётся буквально ото всех скрываться, и ломал голову, как не выдать себя перед преподами, а тут вот оно что. Так, конечно, проще, хотя где гарантия, что кто-нибудь из них не сдаст меня? Буду надеяться, что Сухой знает, что делает.

И, похоже, профессор всё же не всё обо мне знает, так как ни слова не сказал о моём не магическом даре. Видимо, эту информацию Сухой решил придержать.

– Хотя проявление магии смерти у вас, конечно, очень странное, – продолжил между тем препод, – Впервые вижу, чтобы магия смерти через магию льда проявлялась. Обычно она с проклятиями связана… Странно это как-то. И два цвета для одного вида тоже как-то не обычно… При том, что сама магическая направленность пока только одного типа – лёд. В высшей степени необычно…

– Да, меня это тоже удивило, – согласился я с ним, – Как такое вообще может быть?

– Ну, что я могу вам сказать, молодой человек? – задумчиво пробормотал он, погладив свою короткую седую бородёнку, – До конца мы со связью магии и её цвета так и не разобрались, но могу предположить, что почему-то вы сами ассоциируете больше всего смерть со льдом или холодом, чем с чем-либо другим, потому так оно и произошло. Как вы думаете, это возможно?

– А знаете… – в свою очередь задумался я, вспоминая то купание в ледяной воде, после которого я умер, – Возможно, вы и правы. Смерть у меня действительно ассоциируется именно с холодом. Я только сейчас это понял.

– Вот и хорошо! – опять довольно улыбнулся он, – Значит, моя теория верна, а из этого в свою очередь следует, что я могу учесть ваш случай в своих работах, и вплотную заняться темой связи цветов магии с внутренними убеждениями магов, их взглядов на жизнь и смерть. Это же просто замечательная тема для диссертации! – воодушевился было он, но тут же успокоился, – Впрочем, это вряд ли вам уже интересно. В столь юном возрасте больше волнуют девушки, чувства, дружба, и прочие ошибки молодости, чем столь серьёзные темы. Можете идти, молодой человек. Считайте, что вы поступили. Остались чистые формальности. Уверен, что спортивная подготовка у вас на должном уровне, и вы без проблем сдадите экзамен, – окинул он внимательным взглядом мою фигуру, облачённую в джинсы и футболку.

– А даже если и не сдадите, мы найдём способ обойти этот момент. Можете идти. Буду рад пообщаться с вами на своих лекциях, – благодушно закончил он, я попрощался с ним, и вышел.

***

– Красиво тут… – задумчиво пробормотал Кощей, сидя на огромном валуне на вершине горы, и глядя куда-то вдаль, – Заставляет задуматься о вечном и кратковременности бытия. Моранушке бы тут понравилось

Он замолчал, не торопясь озвучить причину моего появления тут, я тоже вовсе не стремился его торопить с этим, и лишь зябко поёжился на холодном ветру. Вроде, и во сне нахожусь, а по ощущениям такое чувство складывается, что меня реально из моей тёплой кровати на вершину горы сдёрнули. Шорты и футболка в которых я лёг спать вовсе не подходили под такие климатические условия. Тут же явно градусов десять мороза было. Если не меньше… Или не больше? Как правильно – то сказать? – озадачился вдруг я совершенно нелепым вопросом, абсолютно не подходящим под текущую обстановку.

– Знаю я, что не по своей вине ты оказался в этом месте, и со свободным перемещением у тебя будут сложности, – прервал он, наконец, затянувшееся молчание, – С одной стороны, это, конечно, плохо, а с другой… – на секунду замялся он, – С другой же, и в этом можно найти плюс. Живёт в этих краях один мой давний знакомый, которому я очень хотел бы передать весточку. И забрать кое-что, оставленное ранее ему на хранение. Как, возьмёшься?

– А у меня есть вариант отказаться? – удивился я в слух, еле сдерживая стук зубов. Потёр задубевшие плечи, и тут меня вдруг осенило. Это же всего лишь сон! Что мне мешает внести в него небольшие изменения? Я сосредоточился, представляя в мельчайших деталях то, что очень хотел получить, и, как ни странно, у меня получилось. Ну, почти. Я хотел тёплую куртку, а на плечи мне вдруг упала тяжёлая шуба. Но так тоже было не плохо.

– Варианты всегда есть. Даже смерть – это в каком-то смысле, выбор, – равнодушно ответил он, – И да. Пользуйся на здоровье. Вижу, что ты совсем задубел тут, вот и решил помочь чуть-чуть.

– Спасибо, – поблагодарил я, мысленно поморщившись. Блин, а я уже размечтался, что сам это сотворил.

– Ты не в обычном сне. Тут только я творить могу, – прочитал он мои мысли, – Слушай дальше. Знакомец мой – это Великий полоз. Живёт где-то в Уральских горах. Сообщить ему надо, что я не ушёл за другими богами, и потихоньку набираюсь сил. Пусть ждёт моего скорейшего возвращения. То, что он должен вернуть, он и сам знает. Будет артачиться, скажешь, что такова моя воля! Он не посмеет меня ослушаться.

– Где-то в Уральских горах?? – слегка охренел я от поставленной задачи, – Они же охренеть, какие огромные! Как я его найду? И ты же сам знаешь, что я теперь очень ограничен в перемещениях, и всё равно ставишь такую нереальную задачу!

– Не шуми, – поморщился он, так как под конец я чуть ли не на крик перешёл, – Не всё так плохо. Не забывай, что у тебя теперь в услужении новая слуга есть, а она эти места хорошо знает. Поставишь ей задачу найти Полоза, всего и делов. Для неё это труда не составит, как и провести потом тебя к нему. С Полозом ты сам должен говорить, не она. Но много времени это не займёт. Каких-нибудь из выходных вполне хватит. Понимаю, что в первое время выбраться тебе будет сложно, так что даю два месяца на выполнение задачи. Этого тебе должно хватить с запасом. А сейчас всё, иди. У тебя там вовсю будильник надрывается, – махнул он рукой, и меня выкинуло из сна под сопровождение мелодии из телефона, которую я поставил на будильник.

Блин, я ведь хотел про цыганку у него спросить! – вспомнил тут я, но было уже поздно. Пришлось вставать с кровати, и идти в душ. Впереди меня ждал экзамен по физкультуре.

***

– Привет! – поздоровалась со мной та девчонка-попутчица из поезда, когда я пришёл на стадион, где и должно было проходить испытание, – Вот это встреча! Ты тоже на экзамен?

– Ага, – односложно согласился я, с подозрением косясь на неё. Неужто совпадение? Странно как-то… Ехали в одном купе из одного города, теперь она тут оказалось, и при этом, дни экзаменов уже прошли… Может, её присматривать за мной отправили? Поэтому она так загадочно в поезде на меня и смотрела? И она же, вроде, с родителями ехала, они тогда где?

– Здорово! Тебя как зовут? Меня Маша! – представилась она, протянула мне руку и слегка улыбнулась.

Точно, подставная! – решил я, но руку всё же пожал. Пусть считает, что я ни о чём не догадался. И вообще, если уже решили ко мне девушку приставить, то могли бы кого-нибудь посимпатичнее найти, – подумал я, скептически глядя на неё. Высокая, худая, я бы даже сказал, тощая. Вся какая-то не складная. Лицо всё в веснушках, глаза маленькие. Не скажу, что уродина, но красавицей точно не назовёшь. Светло-рыжеватые волосы убраны в пучок на макушке.

– Виктор, – в свою очередь представился я, отпуская её руку. Рукопожатие у неё, кстати, вышло не по девичьи крепким.

– Я так рада, что попала сюда, ты даже не представляешь, как! – весело прощебетала она, – И ведь уже не верила, что получится! Думала, что на следующий год переносится, а тут вдруг ответ пришёл из Академии о согласии принять меня! Я чуть не до потолка прыгала, когда прочитала. А ты почему так поздно поступать приехал?

– Отставить разговорчики! – рявкнул подошедший тренер, избавляя меня от необходимости отвечать на неудобный вопрос, – Построились!

Мы с Машей недоумённо переглянулись, но всё же встали рядом друг с другом, лицом к нему. От грузного мужика, стоявшего напротив нас, так и веяло армией, и это впечатление даже не смягчалось довольно большим животом. В конце концов, разве мало в армии толстых офицеров? Не знаю, как в этом мире, но в том я таких встречал частенько.

– Так-а-ак! – протянул он, изучая какой-то лист бумаги, – Курсанты Григорьев и Александрова, значит… Меня зовут Евгений Николаевич, и сейчас мы проверим, на что вы способны. Напра-во! – вдруг рявкнул он, и мы весьма сумбурно повернулись в указанном направлении.

– Жалкое зрелище, но ничего… Это мы потом исправим… – как-то зловеще прокомментировал это наше действие, – Слушайте задачу! По моей команде побежите вокруг стадиона. Пять кругов. Это два километра. Для успешного прохождения этого испытания вы должны уложиться в девять минут пятьдесят секунду. Приготовились! – глянул он тут на наручные часы, – Марш!

Не скажу, что мы с моей новой знакомой прям рванули с места, но всё же побежали весьма бодро. К моему удивлению, даже спустя два круга, она от меня не отставала, что показывало, что какая-то физическая подготовка у неё есть. Она даже пыталась на ходу меня о чём-то спрашивать, но я лишь молчал, отрицательно покачав головой, показав этим, что не намерен отвлекаться на пустой трёп, да и дыхалку не хотелось сбить.

Хотя, при желании, я спокойно мог раз в пять больше пробежать, не особо-то и устав при этом. Спасибо наставнику. Выносливости он нам с Аней тогда прилично добавил.

Я не стал особо выделываться, и бежать на полную силу. Придерживался одного темпа, и берёг силы на следующие упражнения. В том, что бегом мы не ограничимся, я даже не сомневался.

– Восемь минут тридцать три секунды. Просто отлично! – даже похвалили меня препод, довольно глядя на часы, когда я закончил и встал рядом с ним. Маша же за два круга до финиша отстала от меня, и сейчас была примерно на середине последнего, уже еле передвигая ноги.

– Ты, случайно, лёгкой атлетикой не занимался? – радостно спросил меня тренер, – Мне бегуны во как нужны! – рубанул он себя по шее.

– Не, не доводилось, – поспешил откреститься я. Как-то не горел я желанием, чтобы меня ещё к каким-нибудь соревнованиям припахали.

– Самородок, значит, – удовлетворённо кивнул он, – Это даже лучше. Эдак если тебя чуть-чуть под натаскать, то можно будет и на победу в студенческом чемпионате рассчитывать. Ну да ладно. С этим мы потом разберёмся, – отвлёкся он от счастливых мыслей, увидев подбегающую, если так можно сказать о еле переставлявшей ноги девушке, Машу.

– Девять пятьдесят три… Плохо, конечно, ну да ладно. Это небольшое превышение, закрою на него глаза, если с остальными упражнениями справишься, – подбодрил он усевшуюся прямо на газон девушку.

– А можно сразу узнать весь список того, что ещё нас ждёт? – тяжело дыша, выдохнула она.

– Да ничего особенного, в принципе, – добродушно отмахнулся он, – Отжимания, подтягивания на перекладине, и небольшой спарринг со мной в конце. Чисто для того, чтобы я мог оценить ваш уровень.

– Господи, а это-то зачем! – аж взвыла она под конец, – Нас же на магов будут готовить, а не в десант!

– Курсант Григорьев! Можете объяснить курсанту Александровой, зачем магу нужна спортивная подготовка, включая приёмы самообороны?

– Могу предположить, что это на случай, если маг надорвётся, и лишится прямо в бою магии, – чуть подумав, предположил я, вспомнив своей печальный опыт, – К тому же, если противников будет много, а маг один, то не всегда можно успеть отбиться магией, и иногда нужно будет вырубить врага, подошедшего на короткую дистанцию, ну, или даже просто для того, чтобы убежать, если что-то пойдёт не так.

– Совершенно верно, курсант! – одобрительно хлопнул меня по плечу препод, – Если бы у нас был сейчас экзамен на оценку, не раздумывая поставил бы вам отлично! Добавлю только, что это нужно ещё и для повышения выносливости, которая никогда лишней не будет. А сейчас отставили разговорчики, и выдвигаемся к перекладинам!

Маша тяжело вздохнула, печально взглянула на меня, нехотя встала, отряхивая шорты от травы, и мы дружно направились за тренером.

## Глава 3

– А почему я первая? – возмущённо вскинулась девушка, когда тренер сказал ей нападать на него.

Мы только что закончили с отжиманиями, которые не создали для меня никаких проблем, как и подтягивания перед этим, и он сразу перешёл к последней части испытаний, не дав даже пяти минут на отдых, и возмущение Маши я понял. Ей не так легко, мягко скажем, как мне дались эти двенадцать подтягиваний и тридцать отжиманий. Она явно была далека от спорта, а скидку на пол тут не делали, и потому подтягивания она запорола, сделав только восемь, а в отжиманиях препод зачёл ей только двадцать, процедив сквозь зубы что-то про беременную корову.

– Потому что я так сказал! – рявкнул он на неё взбешённо, – И не зли меня, Александрова. Ты и так находишься в пяти минутах от того, чтобы вылететь отсюда как пробка! Клянусь, если ты не сможешь меня хоть чем-то удивить, то я сделаю так, что сегодня же ты покинешь стены академии! Ясно тебе?

– Да, – коротко ответила девушка, вставая, – Удивить, значит? Как скажете…

Она вдруг довольно быстро метнулась к тренеру, и сходу пробила ему с ноги в пах. Ну, точнее будет сказать, попыталась пробить. Не смотря на свой немаленький вес и кажущуюся неуклюжесть, препод вдруг довольно шустро сделал шаг в сторону, и пробил ей по опорной ноге, сбив с ног. Впрочем, она не стала разлёживаться, шустро вскочила на ноги, и активно заработала руками и ногами, подскакивая, и тут же отскакивая от препода, чтобы не нарваться на контратаку. Вот только всем её ударам не хватало силы. Экзаменатор, даже не успевая уклоняться, спокойно брал их на блок, выжидая момента для контратаки, или пока она выдохнется, и в какой-то момент перехватил её руку, и швырнул через бедро.

– Достаточно, – остановил он её, когда она вскочила на ноги и собралась опять кинуться к нему, – Какая-то база есть, вижу, что явно занималась чем-то из единоборств, хоть и недолго. Техника более-менее, а вот выносливость и сила хромают на обе ноги, но их мы тебе подтянем. Будем считать, что ты сдала, но на первой же сессии поблажек не жди. Не сдашь мне нормативы – вылетишь. Теперь ты давай, – повернулся он ко мне.

Я молча двинулся к нему, продумывая дальнейшие действия. Сближаться с ним точно не стоило, очень уж профессионально он швырнул девушку, да и если в захват попаду – не вырвусь. Больно уж здоровый он. А вот на дистанции все шансы если не выиграть, так затянуть бой, у меня были. Тут его не малый вес играл мне на руку. Вряд ли он сможет состязаться со мной в скорости.

Конечно, занимаясь с наставником мастером единоборств я не стал, слишком мало времени я у него был, но кое-какую базу он мне всё же дал.

Я сходу зарядил прямой удар в голень, который, впрочем, не прошёл, так как он успел убрать ногу, тут же отшатнулся от встречного удара, и закружился вокруг него, прощупывая его оборону дальними ударами, но осторожно, не давая ему схватить себя за руку или ногу. Он медленно поворачивался за мной, изредка взрываясь в контратаках, но я тут же шустро разрывал дистанцию, а угнаться за мной у него не получалось.

– Что за танцы? Почему не сближаешься? – не выдержал он, и рявкнул на меня минут через пять.

– Я же не самоубийца, – пожал я плечами, – На короткой дистанции у меня против вас шансов нет. Слишком разные весовые категории, да и вы явно опытнее меня. У меня тут только один вариант, если не использовать магию. Держать дистанцию, ловить вас на контратаках, и надеяться на вашу ошибку.

– Достаточно, – остановился он, – Рассуждаешь ты верно, молодец. Я увидел, что хотел. Какая-то база у тебя явно есть, двигаешься ты правильно. Разнообразием приёмов, правда, не отличаешься, что говорит о том, что занимался ты недолго, но это поправимо. Самое главное, ты умеешь думать в бою и правильно оценивать противника. Думаю, подтянем тебя немного, и у тебя будут неплохие шансы на студенческих соревнованиях в твоей весовой категории. Если ты, конечно, отбор у нас пройдёшь. Впрочем, сложение у тебя хорошее, так что все шансы на то, чтобы стать одним из лучших на курсе, у тебя есть. Я сделаю из тебя чемпиона! – ободряюще хлопнул он меня по плечу.

– Вот счастье-то… – подумал я, но промолчал, не став выдавать своего истинного отношения к этим его соревнованиям. Незачем портить отношения с будущим преподом. Лучше потом как-нибудь откошу.

– А меня?? Меня сделаете чемпионкой? – подскочила тут к нам Маша, просительно глядя на тренера.

– Вряд ли… – сомнением ответил он ей, окинув взглядом её фигуру, – Слишком уж ты тощая, да ещё и высокая при этом. Тебе мышечную массу набирать надо, а для этого не только много заниматься надо, но и есть хорошо, а по тебе видно, что то ли у тебя с аппетитом проблемы, то ли ты на диетах всё время сидишь. Оба варианта плохие в данном случае.

– Я наберу! – пискнула девушка, – И есть хорошо буду, и заниматься много! Вот увидите, я исправлюсь! Стану тогда чемпионкой?

– Если такой настрой сохранишь, то обязательно, – добродушно улыбнулся он ей, явно обрадованный таким энтузиазмом, – А сейчас можете быть свободны. Завтра ваше здоровье проверят, но, по большому счёту, это формальность. Даже если что-то не так, то маги-целители могут это исправить. Так что считайте, что вы уже приняты!

– Ура! – довольно взвизгнула девушка, и чуть было не кинулась к нему обниматься, но вовремя себя остановила, и лишь смущённо улыбнулась ему.

***

– Может, отметим наше поступление и знакомство? – неуверенно спросила Маша, заглянув мне в лицо.

Мы вышли со стадиона, и сейчас шли к общаге. Не то чтобы я так уж хотел идти вместе, но повода свалить пока не нашёл, и её предложение застало меня врасплох.

– Нам нельзя выходить в город. Ты не забыла? – попытался отмазаться я, всё ещё считая, что явно она не просто так оказалась здесь в одно время вместе со мной. Хотя и не мог не отметить, что выбор кандидатуры на слежку за мной получился весьма странным.

– Так здесь кафешка есть! Ты не знал? – аж подпрыгнула она, – Я первым же делом всю территорию обошла. Тут много всего интересного! Вот только жаль, что из студентов тут почти никого нет, на каникулах все, а те, кто как и мы на первый курс пришёл, давно уже сдали экзамены и приедут лишь к началу учебы. Так что скучно тут одной… – поникла она, – Так что, сходим?

Я глянул на её расстроенный вид, и как-то не нашёл в себе силы отказать. Да и к тому же мой желудок подсказал мне, что он очень даже не прочь ознакомиться с местным меню, а до обеда ещё было далеко.

– Ладно, давай сходим, – нехотя согласился я, – Только надо сначала в общагу сходить, переодеться, и деньги взять.

– Да и в душ сходить не помешает, – кивнула она, и бросила косой взгляд на свои грязные коленки, – Давай тогда минут через тридцать где-нибудь встретимся? За вашим общежитием есть фонтан с лавочками, можно там, например.

– За вашим? – не понял я её, – А у тебя какое-то другое?

– Ну, да. Я же девочка, вообще-то, если ты не заметил, а у девушек тут своё общежитие. Ты даже этого не знаешь? – удивлённо спросила она.

– Да что-то как-то не подумал… Ладно, давай там, – согласился я с ней, и направился к своей общаге, уже видневшейся впереди. Территория тут была просто огромная, и на самом деле, не бы не помешало тоже ознакомиться с ней. Мне, как никак, ещё тут несколько лет, походу, жить.

Маша убежала направо, к ещё одному пятиэтажному зданию, а я спокойным шагом пошёл к себе.

***

– Всё поняла? – инструктировал я юху Айгуль, решив сразу поставить ей задачу по поиску Великого полоза и призвав. Не скажу, что она выглядела очень уж счастливой, слушая задачу, но спорить не рискнула.

– Да, хозяин. Я поняла. Найти Великого полоза, узнать, где он обитает и изучить всем подходы к нему, чтобы провести тебя потом туда, – равнодушно повторила она, – Но хочу предупредить, что это плохая идея идти к нему в гости без приглашения. Он очень не любит незваных гостей. Если он будет не в духе, то сделает так, что ты навсегда останешься блуждать под горами, и даже я не смогу вывести тебя. А может и подчинить тебя себе, и заставить отрабатывать повинность. Он очень силён, и, если ты рассчитываешь, что я помогу тебе с ним с правиться, ты ошибаешься. Втроём, если считать с твоим котом, у нас нет ни малейшего шанса против него.

– Об этом можешь не волноваться. Я не собираюсь нападать на него, да и вряд ли он рискнет пойти против воли того, кто меня послал к нему. Всё будет нормально, – изобразил я уверенный вид, хотя сомнения в глубине души у меня всё же были, но об этом я потом подумаю. Когда уже надо будет идти.

– Моё дело предупредить, чтобы клятва не посчитала, что я своим бездействием погубила тебя, – также равнодушно произнесла она, – А так, как ты понимаешь, мне даже выгодна твоя смерть. Это избавит меня от клятвы. И если ты станешь его слугой, это также освободит меня от службы тебе, имей ввиду.

– Это ещё почему? – не понял я манёвра.

– Потому, что, когда ты даёшь клятву в служении столь могущественному существу, все прочие клятвы, которые были завязаны на тебя, и связаны с служением, теряют свою силу, – терпеливо объяснила она.

– Ну, в таком случае, спасибо за предупреждение, – озадаченно поблагодарил я.

– Не за что. Я могу идти?

– Да, иди, – отпустил я её, после чего она сразу же исчезла, и произнёс, – Баюн, приди!

– Где враг? – рыкнул взъерошенный кот, появившись в комнате, на ходу трансформируясь в боевую форму.

– Нет врага. Успокойся, – успокоил я его.

– Тогда зачем ты меня вызвал? Ты хоть знаешь, с какой самочкой я недавно познакомился? Мы ведь только-только приступили… Впрочем, это неважно, – тут же спохватился он, возвращаясь в прежний облик кота, – Главное, что очень не вовремя ты меня позвал. Чё хотел? Говори быстрее, да я пойду.

– Да до меня тут слухи дошли, что когда ты даёшь клятву в служении могущественному существу, то все прежние связанные с тобой клятвы, касающиеся служения, уже не действуют. Это так? – уточнил я.

– Да так, так… Это из-за такой ерунды ты меня призвал? Мог это и потом спросить! Я пошёл, – раздражённо фыркнул кот, поворачиваясь ко мне спиной.

– Погоди! – торопливо произнёс я, пока он не сбежал, – Тогда как так получается, что ты остался со мной, после того как я попал в подчинение Кощею? Как-то странно это…

– Ничего тут странного нет! – ещё сильнее фыркнул он, раздражённо взглянув на меня и сверкнув глазами, – Мог бы и сам догадаться! Во-первых, я тебе не слуга! На мне долг крови, который я возвращаю, это совсем другое. Во-вторых, разве ты давал клятву служения Кощею? Насколько я понимаю, он лишь потребовал от тебя выполнить ряд поручений, но клятвой к себе не привязал, а значит, ты не являешься его слугой. Всё же просто!

– Мда, действительно, просто… – задумчиво пробормотал я, – Извини.

– Да ничего. Просто думай в дальнейшем сам почаще, прежде, чем меня звать, – ехидно бросил Баюн, и исчез. Я же поспешно отправился к выходу.

Отведённые полчаса уже вышли, и Маша, скорее всего, уже ждёт меня. Хотя, зная девушек, не удивлюсь, если мне ещё и ждать её придётся. Опыт у меня в этом плане был большой, и почти ни одна из моих знакомых девушек не являлась на встречу вовремя.

***

В этом плане Маша смогла меня немного удивить, так как когда я завернул за угол общаги, то увидел её стоявшей у небольшого фонтана. И оказалась она там не одна, почему-то, а в окружении четырёх парней, которые с агрессивным видом что-то объясняли ей, а она обескураженно смотрела по сторонам, явно ища чьей-нибудь помощи.

Я хоть и относился к ней весьма неоднозначно, но оставить её в такой ситуации не мог, и ускорил шаг, собираясь разобраться, что там вообще происходит.

– Да я же не знала, что на эти долбаные лавочки первокурсникам нельзя садиться! – услышал я какой-то бред, подойдя ближе, – Я всего два дня как приехала сюда. Мне ещё никто не говорил об этом!

– Незнание закона не освобождает от ответственности, – хмуро бросил один парней, – За подобный проступок ты должна будешь неделю отработать на нас. Побудешь нашей служанкой.

– Неделю, это слишком мало, Витольд, – вмешался тут ещё один, – Пусть до начала учебного года отрабатывает. Нас же четверо. Как раз по неделе на каждого и выйдет.

– Ну, или так, – одобрительно кивнул первый, а остальные двое радостно оскалились.

– Да вот ещё! Не буду я никому прислуживать! – возмутилась девушка, – Я вообще на вас в деканат пожалуюсь! Мигом вылетите отсюда!

– Во-первых, не докажешь ничего, – лениво произнёс первый, высоченный крепкий парень, с выкрашенными в зелёный цвет, волосами, возвышаясь над ней, – Твоё слово против наших четырёх будет. Во-вторых, у меня такие связи, что нам в любом случае ничего не будет, ну, а в-третьих, доносчиков у нас тут н будет, так что этим ты лишь всю академию против себя настроишь, так что советую не упрямиться.

– Привет, парни! – вмешался я в разговор, подойдя к ним, и усаживаясь на одну из четырёх стоявших тут лавочек, – Чё как у вас тут? Просветите меня по местным порядкам?

– Уважаемый, вас не учили, что вмешиваться в чужой разговор – неприлично? – бросил на меня косой взгляд первый, которого я за его зелёный цвет волос про себя назвал попугаем, – Не мешайте людям вести беседу. Заняты мы, не видишь?

– Витя, уходи. Они тут все ненормальные какие-то, – посоветовала мне Маша, с испугом и злостью глядя на придурков, – Правила какие-то странные… Первокурсникам оказывается нельзя сидеть на этих лавочках. Ты лучше вставай и уходи. Я потом сама тебя найду.

– Как это нельзя? А я вот сижу, и что-то никто мне ни про какие правила ничего не предъявляет, – показушно удивился я, и закинул нога на ногу, – Так что я, пожалуй, задержусь.

– Серый, объясни человеку, что он тут лишний, – обратился попугай к одному из своих товарищей. Невысокому. Но очень широкому крепышу. Тот молча кивнул ему, и шагнул ко мне.

– Свалил отсюда, и быстро. Пока я тебе не помог с этим, – угрожающе произнёс он, но я даже отвечать ничего не стал.

Мне пока никто не рассказал о порядке применения магии на территории, и я ничего не подписывал по этому поводу, так что я даже в драку лезть не стал, а пошёл по самому простому пути. Потянулся к магии, и через секунду каждый из этих придурков оказался в окружении нескольких ледяных копий, угрожающе зависших рядом с ними.

– Не люблю хамов, – спокойно объяснил я удивлённой девушке, ошарашенно смотревшую на происходящее. Парни же застыли на месте, не рискуя даже пошевелиться.

– Ты совсем идиот, что ли? – нервно произнёс попугай, – На территории академии магию разрешено применять только на тренировочных аренах. Тебя же отчислят за такое!

– Да? А я и не знал! – с сарказмом развёл руками я, изображая удивление, – Как и о том, что на этих лавочках, оказывается, нельзя сидеть первокурсникам. Обязательно уточню этот вопрос у ректора, когда он меня отчислять будет. Хотя, стоп! – озадаченно нахмурился я, – Меня же ещё не зачислили! Как они меня тогда отчислять будут? Да и Маша, – кивнул я на девушку, – Ещё не первокурсница. Только завтра ясно станет, берут нас вообще, или нет. Так что, господа, по сути, мы пока просто посетители академии, и ваши обвинения, получается, лишены основания. Как вы считаете?

– Витольд, а ведь по сути, парень прав, – нервно влез в разговор последний из них, который до этого молчал. Самый мелкий, кстати. Он испуганно смотрел на застывшую прямо перед одним из его глаз сосульку, и потел, – Поторопились мы.

– Да заткнись ты, я и сам знаю, – огрызнулся их лидер, – Хорошо, наши претензии снимаются, и мы приносим свои извинения девушке. Доволен?

– Маш, ты как? Принимаешь их извинения? – не стал я торопиться с тем, чтобы отпустить их.

– Да, конечно, – торопливо пробормотала девушка, – Пусть уже валят отсюда. Да и есть хочу. Пойдём?

– Хорошо. Как знаешь, – пожал я плечами, и сосульки упали на брусчатку, разбившись на мелкие осколки.

– Смотри, парень. Я тебя запомнил. Таких борзых тут не любят. Тяжело тебе будет, – многообещающе глянул на меня попугай, перед уходом.

– Ну, ты же как-то продержался со своей борзотой? Значит, и я как-нибудь справлюсь. Спасибо за предупреждение, – равнодушно ответил я, вставая, и больше не глядя на этих придурков.

То, что с ними в дальнейшем у меня будут проблемы, я даже не сомневался, вот только мне было как-то пофиг. Я не сто баксов, чтобы нравиться всем, а с этим козлом мы по любому где-нибудь, да столкнулись бы, так что это даже к лучшему, что я до учёбы пересёкся с ним, и понял, что это за человек.

– Спасибо… – тихо поблагодарила девушка, вышагивая рядом, – Я даже как-то растерялась, если честно…

– Не за что, – с трудом сдержал я зевок, – Обращайся…

## Глава 4

Произошедшая небольшая неприятность никак не отразилась на нашем желании перекусить, так что уже минут через пять мы зашли в небольшую кафешку, которая находилась в круглом одноэтажном здании, и называлась весьма оригинально – Шайба. Во всяком случае, лично я раньше никогда кафе с таким названием не встречал. Нет, я понял, что его так назвали из-за внешней схожести здания с хоккейной шайбой, но, как по мне, креатив так себе. К тому же, я один хрен хоккей не любил, впрочем, как и любой другой вид спорта. Раньше я всему этому предпочитал литрбол, ну, а здесь мне было тупо не до этого. Мне вообще казалось, что, как я попал сюда, у меня спокойной жизни и не было. Вечно то меня пытаются убить, то мне кого-то надо убить, а между всеми этими убийствами разборки с девушками. Впрочем, не будем сейчас о грустном.

Внутри кафе было совсем небольшое, всего на шесть круглых столиков. Никаких официантов там не было, заказ нужно было сразу оплачивать и забирать у кассы, за которой стояла совсем молоденькая девушка, по всей видимости, одна из студенток.

Выбор тут был весьма ограничен. В основном, разные виды кофе и чая, и десерты к ним. Из алкоголя не было ничего, впрочем, у меня всё равно напрочь отсутствовало желание пить.

Я взял себя чашку латте и круассан, зато Маша разошлась на полную, купив штук пять разных видов десертов и большую чашку кофе с мороженым.

– Я голодная – просто жуть, – смущённо объяснила она, увидев, каким удивлённым взглядом я наблюдаю за её молниеносной расправой с большим куском медовика, – У меня всегда аппетит просыпается во время стресса. Я так и не поняла, чего они вообще ко мне докопались? Подумаешь, на лавочку присела. Я же сразу встала, когда они замечание мне сделали. Идиоты какие-то…

– Думаю, лавочка тут была лишь поводом, – усмехнулся я, осторожно пробуя горячий кофе. А ничё так… Пить можно. Да и круассан, вроде, свежий.

– Поводом для чего? – нахмурилась она, но есть не перестала.

– А ты так и не поняла? Да служанку они себе подыскивали, вот и придумали повод, как припахать тебя. Видать, они все из родовитых семей, привыкли, что их там обслуживали, а тут лично прислуги нет, вот и решили доверчивую первокурсницу к делу пристроить. И, видимо, опасаясь, что ты быстро всё поймёшь, даже срок-то совсем небольшой назвали, всего по неделе на каждого отслужить.

– Вот ур-роды! – рыкнула девушка, зло впиваясь зубами в свою следующую жертву после медовика, какое-то пирожное, и нервно жуя, – Нашли, блин, служанку! Ну, я им припомню ещё!

– Да? И что же ты им сделаешь? – насмешливо покосился я на неё, – Поколотишь? Боюсь, для этого у тебя силёнок маловато. Да и вообще, не связывалась бы ты с ними… Явно парни из непростых семей, особенно, их лидер, так что это скорее он может тебе неприятности устроить, а не ты ему. И будь осторожнее. Постарайся не попадаться им на глаза какое-то время. Вряд ли они, конечно, будут специально тебя искать, чтобы отыграться на тебе, но если увидят где-нибудь, то могут и устроить какую-нибудь пакость.

– Это мы ещё посмотрим, кто кому её устроит, – упрямо наклонила она голову, – Я ещё не знаю, что с ними сделаю, но что-нибудь придумаю обязательно, будь уверен! Просто так я им этого точно не оставлю! Мне надо только немного освоиться тут, и познакомиться с другими девушками, а там уже поглядим, кто кого… – хищно оскалилась она, – Я им…

Договорить она не успела. Дверь кафе вдруг распахнулась, и внутрь ввалилась целая толпа из девушек, человек в двадцать.

Маленькое заведение в мгновение ока вдруг оказалось под завязку забито народом, весело о чём-то переговаривающимся, смеющимся, что-то взбудораженно обсуждающего, размахивая руками.

Часть девушек тут же выстроилась в очередь в кассу, а остальные расселись за столики. Очень быстро выяснилось, что столиков на всех не хватает, и к нам решительно двинулась одна из девушек – высокая блондинка спортивного телосложения.

– Так, молодые люди, попрошу покинуть заведение. Тут сейчас будет проходить совещание Пантер и чужакам здесь не место! – сухо произнесла она, раздраженно глядя на нас, я же охреневал от происходящего. Куда я вообще попал? То на лавочке сидеть нельзя, то кафе под запретом. Они тут все с ума по сходили, что ли?

– Мы скоро уже закончим и уйдём… – довольно робко ответила Маша, мигом растеряв свой воинствующий запал.

– С собой забирайте, и уходите немедленно! – решительно отрезала блондинка, – Новенькие, что ли? Не знаете, что это место Пантеры держат?

– Пантерам место в зоопарке, а не в кафе, – скучающим тоном произнёс я, – А в данное заведение должны ходить приличные люди, а не какие-то животные. И где ваши манеры, уважаемая? Подошли и не поздоровались, не представились… С воспитанием у вас явные проблемы, – осуждающе покачал головой я, манерно держа в руках чашку, оттопырив в сторону мизинец, – Ещё и выгнать нас пытаетесь отсюда… А на каком основании, позвольте узнать? Может, это ваше кафе? Если нет, то попрошу удалиться и не мешать нам.

– Слышь, урод, ты кого животными назвал? – опасно сузила глаза блондинка, нависая надо мной, – Ты хоть понимаешь вообще с кем дело имеешь, придурок? Я – лидер Пантер, а Пантеры – это группа поддержки сборной академии по хоккею. Если я пожалуюсь своему парню, а он капитан этой команды, то тебя в порошок сотрут! Давно всем известно, что это кафе – наша территория и хоккеистов. Ладно ещё когда тут нет никого, тогда пожалуйста, но с нашим приходом помещение нужно освобождать. Ты что, себе проблем ищешь?

– Я. Просто. Хочу. Выпить. Кофе! – по буквам прошипел я, чувствуя, как меня охватывает вспышка бешенства, – И сделать это так, чтобы мне никто не мешал! Пошла вон отсюда, дура, или я сейчас встану, и втащу тебе по морде, не посмотрев на то, что ты – девушка!

– Да ты… Да ты… – заклинило её от возмущения.

– Вон, я сказал! – грозно привстал я, и её как ветром сдуло.

– Ты очень скоро пожалеешь! – только и донеслось уже откуда-то издалека.

– Может, не стоило с ними ссориться? – робко заметила Маша, – Доели бы на улице, тем более, что там тепло.

– Не собираюсь я подстраиваться под идиотские требования каких-то придурков! – рыкнул я, – Устроили тут не пойми что! Тут не сиди, туда не ходи! А дальше что будет? Тут не дыши? Нахрен пусть идут со своими порядками!

– Ладно, ладно! – примиряюще подняла вверх руки девушка, – Ты чего так завёлся-то?

Я не ответил, медленно остывая. Чего я завёлся? Кажется, я понял, что произошло. Просто раньше я был как раз в числе тех, кто устанавливал такие правила… Точнее, не именно такие, на подобную дурость даже я не додумался, но похожие. И сейчас как-то не по себе стало, когда я понял, что чувствовали те люди, которых я либо отшивал от своей компании, либо не разрешал становиться членами некоторых элитных клубов, либо вычёркивал из числа участников ночных гонок по Москве всяких, по моему тогдашнему мнению, нищебродов. Как-то пофиг мне было на их чувства, а вот сейчас у меня появилось что-то вроде стыда в груди…

– Это ты мою девушку послал и дурой назвал? – вырвал меня из тяжких раздумий чей-то мрачный голос. Я медленно поднял голову, и увидел нависающего надо мной здоровенного парня с квадратной челюстью, маленькими злыми глазками, и широченными плечами. Одет он был в джинсы и футболку, которая только подчёркивала его огромную мускулатуру.

– Если ты про ту дуру, которая пыталась выгнать нас из кафе, то да, я, – не стал скрывать я, – Ты бы поучил её хорошим манерам, что ли? Тут приличное заведение, вроде, а она ведёт себя как торговка на базаре.

– Ну всё. Хана тебе. Я ж из тебя сейчас отбивную сделаю… – угрожающе произнёс он, разминая свои огромные кулаки, а дальше на меня опять накатил приступ бешенства, напрочь отключивший мой мозг и инстинкт самосохранения, и я как напружиненный вскочил с места, с ходу боднув его головой в столь выделяющуюся челюсть.

Что происходило дальше, я помнил смутно, отрывками. Вот я сижу на нём, и ввинчиваю ему в морду удар за ударом. Вот уже он, весь окровавленный, взревев, ухитрился скинуть меня с себя, и навалился всем своим огромным телом, нанося суматошные удары.

Рядом визжат девушки, но я не обращаю на их крики ни малейшего внимания. В какой-то момент я вспоминаю, что вроде как маг, вот только вместо того, чтобы пронзить того сосулькой, что было бы, кстати, весьма неразумно с моей стороны, я просто дунул в него, и ледяная стужа, вырвавшаяся из моего рта, неожиданно даже для меня самого, заставляет его оцепенеть.

Вот кто-то пытается оттащить меня от него, когда я попытался продолжить делать из него грушу для битья. А дальше я уже просто отключился, и ничего не помнил…

***

Я пришёл в себя, когда ледяная вода обожгла моё лицо. Я простонал, и кое-как разлепил свои заплывшие глаза, после чего чуть испуганно не шарахнулся в сторону, увидев прямо напротив себя какое-то чудовище. Правда, уже очень скоро я понял, что просто смотрю в зеркало, а чудовищем был я сам.

Оба глаза заплыли, и сверкали двумя огромными фонарями. Нос разбит и болел, явно сломан. Губы все в кровавой каше, и, кажется, были выбиты два зуба, а ещё один сломан. Мда… Красавец, конечно, из меня знатный получился…

Тут чья-то рука с мокрой тряпкой, в которой я узнал носовой платок, дотронулась до моих окровавленных губ, и я вздрогнул от острой боли, и простонал.

– Терпи! – строго ответил кто-то голосом Маши, – Будь мужиком! Немного осталось…

Я устало закрыл глаза, и стал молча терпеть процедуры, вцепившись двумя руками в края раковины, чтобы не упасть. Болело у меня, казалось, всё тело. Особенно сильно ныли рёбра. Как бы тот бугай мне их не сломал.

– Ну ты и зверь, – то ли осуждающе, то ли восхищённо произнесла девушка, – На такого здоровяка полезть! И ведь не проиграл! Не скажу, что победил, конечно, но и не проиграл точно. Там вообще сложно было определить, кто из вас победу одержал. Вы оба на ногах уже не стояли, и изукрашены были мама не горюй, как! Вот только как же ты теперь медкомиссию пройдёшь завтра? – озабоченно пробормотала она под конец.

– Ничего… – просипел я чуть слышно, – Разберёмся…

– Разберётся он… – добродушно проворчала девушка, – Разобрался уже сегодня, да так, что живого места на теле вон не осталось! Нет уже. Теперь я разбираться буду. Сейчас отведу тебя в твою комнату, и пойду целителя искать. Они тут наверняка должны быть…

– Спасибо… – только и нашёлся, что сказать я, чувствуя, как меня ведёт в сторону, и сознание начинает меркнуть.

– Эй! Ты только не отключайся! – взбодрила меня Маша, сопроводив свои слова новой порцией ледяной воды, – Мне ж тебя не дотащить! Обопрись на меня, и пошли потихоньку.

Я послушно повис на девушке, и мы медленно куда-то побрели. Через щёлки глаз не было почти ничего видно, да и стемнело уже.

Впрочем, девушка прекрасно справилась с транспортировкой моей тушки, и минут через пятнадцать мы оказались в моей общаге, где дальше ей помог с моим перемещением комендант, правда, попытавшись при этом выставить её оттуда, но она на угрозы не поддалась, и в итоге они вдвоём затащили меня в комнату, и уложили на кровать, где я моментально отключился.

***

Отрубился я капитально. Даже когда Маша всё ж привела целителя, и тот приступил к лечению, я лишь на несколько секунд разлепил глаза, окинул его мутным взглядом, и почти сразу провалился обратно в сон. Очень беспокойный, надо сказать, сон, весь наполненный какими-то кошмарами.

То я участвовал в каких-то ночных гонках, и преследовавшая меня машина вдруг начинала долбить мою в зад, а в её водителе я узнавал одного из тех парней, которых я чморил когда-то, то я стоял на краю крыши высотного здания, а стоявший напротив смутно знакомый парень, с пистолетом в руке, заставлял меня прыгнуть вниз… Я отказался, и он тут же вскинул руку, стреляя. Что-то больно впилось мне в грудь, откинув назад, и я с ужасом ощутил, что проваливаюсь в какую-то пропасть…

То я купался на море, и вдруг кто-то схватил меня за ноги, и потащил вниз. Как я ни отбивался, но уже вскоре оказался полностью под водой, с ужасом ощущая, как заканчивается в груди воздух…

Я сделал судорожный глоток воздух уже просыпаясь, и резко сел на кровати, чувствуя, как бешено колотится моё сердце…

За окном всё ещё стояла глубокая ночь, и даже луны не было, так что в комнате стояла абсолютная темнота. Я нащупал кое-как полотенце, висевшее в изголовье кровати, и вытер выступивший на теле пот.

И только после этого понял, что у меня больше ничего не болит…

Нестерпимо захотелось увидеть последствия лечения целителем, и я бодро вскочил с кровати, включил свет, и подошёл к висевшему на стене зеркалу.

Ну, что могу сказать? Сразу было видно, что работал профессионал. Ни малейшего следа не осталось на моём лице от недавних побоев. Рёбра тоже не беспокоили, хотя я даже несколько наклонов сделал, а потом прыжков, проверяя, всё ли в порядке.

Не то, чтобы меня сильно беспокоили те следы, но завтра, или, точнее, уже сегодня, будет медкомиссия, а мне бы не хотелось предстать перед ней в том виде.

И что, вообще, интересно, на меня нашло в том кафе? Такие вспышки ярости мне совсем не были характерны, и обычно я обдумывал каждый свой шаг, а тут вдруг в драку кинулся, и такую сумбурную, хотя логичнее было использовать магию!

С другой же стороны, очень хорошо, что в таком приступе бешенства я не стал в полной мере пользоваться магией, так как это могло закончиться чьей-нибудь смертью. При этом, я помнил, что каким-то образом использовал новый вид магии, которым до этого дня ни разу не пользовался. Надо будет как-нибудь потом обязательно попробовать повторить его.

Обдумывая всё это, я продолжал стоять у зеркала, бездумно пялясь в него, и тут услышал чей-то голос.

– Эхе… Ну и молодэж пошла… Такой здоровый парэн, и в зэркало нэ налубуется нэкак… Ниндиадәкелек.

Парень я уже был учёный и ко всему привыкший, так что подпрыгивать и хоть как-то себя выдавать я не стал. Спокойно окинул комнату взглядом через зеркало, и, никого не увидев, направился к кровати, по пути осторожно осматриваясь.

– Зра я, видымо, рэшил, что настоящый мужчина у нас появился. Тожэ, видать, с отклонэниями. Эхе… Так и вымирит чэловэчэский род скоро. Төгәл!

Далеко не сразу я сообразил, что звук идёт откуда-то сверху шкафа, где обнаружился сидевший на нём маленький смуглый человечек, с большим носом, и в ярко красной рубашке.

Человечек взлохматил свои длинные чёрные волосы, печально вздохнул, встал, и направился к другому концу шкафа, который был ближе к двери.

– Ты то ещё кто? Домовой, что ли? – спокойно спросил я, когда он уже явно собрался спрыгнуть с шкафа. Услышав мой вопрос, он застыл на месте.

– И в зеркало я вовсе не любовался, а просто проверял, насколько хорошо вылечили мои раны. Так что не надо вот этих намеков. Нормальный я, – продолжил я, с интересом глядя, что он будет делать.

Он отмер, и повернулся ко мне.

– Э! Ты мэня видышь, што ли? – всё с тем же странным акцентом удивлённо спросил он.

– Вижу, вижу, – со вздохом, признался я, – Твою рубашку трудно не заметить.

– Красывая, да? – довольно покосился он на неё.

– Ага, – зевнул я, и улёгся, – Так ты кто вообще такой? Домовой?

– Ну-у, – протянул он, – Почты… Бичура я. Это у вас, русских, домовые, а тут мы – бичуры.

Я чуть не заржал, так как слово это у меня вот вообще не ассоциировалось с домовыми, а скорее, с какими-то бомжами.

– Ну и зачем же ты, бичура, пришёл ко мне в комнату? – сонно поинтересовался я.

## Глава 5

– Так вед работа у мэня такая, да, – развёл он руками, – За порядок смотрэть, за жылцамы прыглядывать, да. А тут мэне сообщилы, что одын из жылцов совсэм плох, вот я и пришёл провэрить, да. Дом болшой, работы многа тэперь, нэ то што ранше. Раншэ-то я в малэнком домэ жыл, с одной сэмьой, а тэпэрь приходытся за такым болшым домом смотрэть. Мало нас осталос, бичур. Скоро совсэм вымрем, да… – поник он.

– А ты чего с таким странным акцентом разговариваешь? Русский язык тебе не родной, что ли? – полюбопытствовал я.

– А как жэ он минэ можэт быт родным, ежэли минэ ужэ восэм вэков, а руззкие суда толко веков шэст как прышлы? – удивился он, – Да и когда прышлы язык попэрва минэ и нэ нужэн был ваш. Это тока когда годов двадцат назад я пэрэбралса в это зданые за порядком слэдить, тогда и прышлось учыт. А как иначэ? Тут ужэ всэ тока на руззком и говорылы. Шыбко тяжэло было учыт, но што дэлат? Надо жэ минэ было понымать, о чом хозяэва говорят, да…

– Ну, за двадцать-то лет можно было как-то и получше выучить, знаешь ли. Акцент у тебя, конечно, жуткий, – покачал головой я.

– Э! Зачэм так говорыш? – аж обиделся он, – Это дла вас, лудэей, двадцат лэт это много, дла нас жэ это как одын дэн. Пронэслись, и не замэтил, как. К тому жэ, нам языкы учыт намного сложнээ, чэм вам, лудям. Нас учыт нэкому, всо самым прыходытся, подслушывая разговоры. Плохо ты сказал. Обыдно минэ, да…

– Ладно-ладно. Не обижайся. Был не прав, признаю, – попросил я прощения. Мне действительно как-то неловко стало, что я задел этого маленького человечка, хотя плохого он мне ничего не сделал, и более того, явился сюда, чтобы узнать, в каком я состоянии.

– Может, тебе помощь какая нужна? Если я могу тебе чем помочь, ты говори, – предложил я, увидев, что он всё ещё дуется.

– Помощ? Помощ минэ нужна, да, – взбодрился тут он сразу, – Давно тута не появлялса чэловэк, слышашый нас. Магы нэ слышат нас, а тут очэн помощ нам надо, да. Пока поздно нэ стало… Завэлос тута у нас в подвалэ зло нэ хорошээ. Надо убыт эго, пока оно совсэм в сылу нэ вошло, а то совсэм худо будэт всэм.

– Погоди, не части, – поморщился я. Слишком уж он быстро тараторить стал. У меня аж голова разболелась, – Правильно я тебя понял, что у нас тут в подвале завелась какая-то нечисть, с которой ты сам справиться не можешь, скоро она войдёт в полную силу, и всем плохо станет?

– Истынно так! – важно поднял он вверх указательный палец.

– А откуда она вообще тут взялась? Почему маги её не нашли? – скептически уточнил я.

– Э! Магы нэ выдят жэ нас. Одын был маг, выдяшый, но он помэр два года тому как. А откуда взялас – нэ вэдаю, но думаю, што это из-за кладбыша, на котором этот дом стоыт. Давно-давно тому назад тут захоронэные было. Много сотэн лудэй похоронэно было, но потом про это забыли, и на этом мэстэ дом построыли. Вот и завэлас пакост какая. Оно нэ даот минэ в подвал зайты. Нэ пускаэт. Всех мышэй и крыс сожрало, и дажэ пару кошэк, как бы скоро на лудэй нэ пэрэшло. Мышэй да крыс нэ жалко, пуст жрот, а вот кошэк мало-мало жалко, да. Оны полэзные.

– Сможешь провести меня ко входу в подвал так, чтобы комендант не заметил меня? – решительно сел я на кровати.

– Вот так сразу, да? Дажэ думат нэ будэш? Настояшый кыю сугышчы [1] ! – обрадовался он.

Последних слов я не понял, но переспрашивать не стал. Ну, а секрет моего решения был прост.

Отказывать в помощи было не разумно, так как мало того, что это могло испортить отношения с этим маленьким, но способным доставить большие неприятности, существом, но и жить там, где в подвале обитало нечто, что вскоре могло вырваться, и напасть на людей, тоже ничего хорошего. Ну, а решение действовать сразу было вызвано тем, что потом у меня могло не быть на это время, а сейчас же я был бодр и свеж, успев нормально отдохнуть.

Местный домовой легко спрыгнул со шкафа, и с важным видом направился к двери.

***

– Комендант сюда совсем не ходит, что ли? – тихо спросил я, разглядывая большой ржавый замок на двери.

– Почэму, нэ ходыт? Ходыт. Вот толка тожэ почуял, видымо, что здэс что-то нэ то, и давнэнько ужэ нэ ходыл. Сантэхныкы былы нэдавно, когда аварыя была у нас. Быстро-быстро дэла сдэлалы, и испуганныэ выскочылы оттуда. Я таких быстрых сантэхныков ещо никогда нэ видэл. Дажэ трэзвымы вышлы оттуда, да, – так же тихо пояснил мне домовой, ну, или как там его? Бичура [2] ?

Он остановился в паре метров от двери и испуганно смотрел на неё.

– Ну и чего смотрим? Открывай давай, – кивнул я ему на дверь.

– Н-нэ м-могу я блыжэ подойты. Дэржи клучы, – кинул он мне связку, со звоном упавшую на пол возле моих ног.

– Мог бы и раньше в руки тогда отдать. Зачем шумишь? – проворчал я, поднимая её.

– Тама самый болшой клуч тэбэ нужен, – пояснил он, увидев, что я с недоумением рассматриваю связку, на которой было штук десять, если не больше, ключей.

– Спасибо, – буркнул я, вставляя ключ в скважину, и с трудом проворачивая его. Механизм явно весь проржавел, но тем не менее ключ поворачивался, хоть и туго, так что через несколько секунд я вытащил замок из дужек, и положил его на небольшой выступ в стене рядом с дверью.

– А где выключатель? – спросил я у бичуры, вглядываясь в кромешную темноту подвала.

– Справа от двэры был, – коротко пояснил тот, так и не решаясь подойти ближе.

Я зашарил по стене рукой, нащупал выключатель, вот только свет так и не загорелся, когда я щёлкнул им. Лампочка, что ли, перегорела? Хорошо ещё, что телефон с собой взял.

Я включил фонарик на нём, и шагнул внутрь.

Даже скромных возможностей телефонного фонарика вполне хватило, чтобы осмотреться.

Вдоль стен шли трубы, с которых кое-где капало, какие-то кабеля. Бетонный пол был зачем-то присыпан песком, и то и дело под ногами попадались то пустые бутылки, то пачки из-под сигарет. Пахло сыростью и плесенью.

На удивление, страшно мне не было. Видимо, уже начал привыкать ко всей этой хрени, да и не думал я, что тут будет что-то опасное. Явно это нечто ещё не успело войти в силу. Но на всякий случай трубку с зарядом против нечисти я с собой прихватил, и сейчас держал её наготове. Да и к магии тоже потянулся. Если это нечто будет материальным, то ледяные копья тоже могут помочь.

Я медленно прошёлся по вытянутому в длину подвалу, осматривая каждый метр. Вроде, всё было нормально, и ничего потустороннего не чувствовалось. Никто не торопился выскочить мне навстречу, и вцепиться в лицо когтями. Самый обычный подвал, с противным затхлым воздухом и кучей валяющегося различного мусора. Странным было только то, что не было слышно и видно мышей и крыс, которых в таких местах должно было быть полно.

Хотя, я же не знаю, как тут с ними борются? Может, комендант прибегнул к магии, выводя их?

Тем временем, я упёрся в бетонную стену, дойдя до конца подвала, развернулся, и медленно побрёл обратно. Никто так ко мне и не вылез, прям, хоть кричи – Нечисть, где ты там?

Естественно, такую дурость я совершать не стал, и просто шагал к выходу, продолжая внимательно осматриваться.

Похоже, местный домовой просто надумал себе какую-то ерунду, сделав поспешные выводы. Трусоват, видать, а там сначала один сказал, что что-то ему тут померещилось, потом другой, вот и сложилось у него отрицательное отношение к этому месту, а зайти проверить боялся.

И только я об этом подумал, как луч фонарика вдруг моргнул, и погас.

Что за дела? – не понял я, озадаченно нажимая кнопку включения телефона, но тот не желал на это никак реагировать. Разрядился, что ли? Но я же точно помню, что когда включал фонарик, на телефоне было ещё шестьдесят процентов зарядки! Этого ему должно было хватить на целый день, а не то что на те пятнадцать минут, что я тут бродил.

Внезапно дверь впереди скрипнула, и захлопнулась, отрезав меня от последнего источника света, пробивающегося через неё из коридора. И я оказался в кромешной тьме…

***

– Баюн, приди… – шепнул я, не став ждать, когда там это нечто проявит себя. Мало ли… Вдруг, не успею потом.

Вот только проходила секунда за секундой, а кота всё не было.

Спит, что ли? – подумал я, и повторил призыв по громче, – Баюн, приди!

Результат был тот же. Что навевало не очень хорошие мысли. Либо с ним что-то случилось, либо по какой-то причине он не слышит мой призыв…

– Кем минем тынычлыгымны бозарга батырчылык итте [3] ? – донёсся вдруг до меня откуда-то спереди тихи шёпот, – Явыз кеше, үлем сиңа [4] !

Я не знаю, кто там и что мне говорил, но как-то сразу понял, что ничего хорошего для меня там не прозвучало, а потому разом ощетинился во все стороны десятком ледяных копий и поднёс трубку ко рту, в готовности дунуть при малейшей угрозе.

И всё же к нападению я оказался не готов. Не помогли мне мои копья. Что-то вдруг ударило мне в грудь, и я отлетел назад, врезавшись в стену.

На месте я не остался торчать, и тут же ничком бросился на землю, уходя от ещё одного возможного удара, и не зря. Что-то с огромной силой ударилось в стену, из-за чего даже штукатурка с потолка посыпалась.

– Лаеклы үл [5] ! – взревел тут голос, и неожиданно я увидел в полной темноте приближающиеся ко мне два жёлтых глаза, и, не долго думая, дунул в них из трубки.

Там была такая же смесь, что я использовал на юху, вот только в этот раз она не подействовала…

Глаза лишь моргнули, и через долю секунды оказались рядом со мной. В этой кромешной тьме вдруг ярко вспыхнули под глазами белым светом две узкие, но длинные полоски, в которых я как-то сразу распознал клинки, и ещё успел кинуть в них сразу несколько ледяных копий, которые никак на них не повлияли, и они метнулись к моей груди…

Я уже приготовился ощутить дикую боль, но они вдруг бессильно от меня отскочили, как будто наткнувшись на какую-то защиту, а ещё через секунду я вообще перестал понимать, что происходит, так как в подвале вдруг явно начался какой-то бой, но мне было не видно, кто и с кем дрался…

Лишь только лязг клинков доносился до меня, да мелькали уже где-то в стороне те два белых лезвия…

– Каһәрләнгән кыз! Үл! [6] – яростно взвыл голос, и клинки замелькали ещё быстрее.

– Только после тебя… – шепнул вдруг смутно знакомый голос.

– Это что? Та Тень? – вдруг понял я, и поёжился, так как вспомнил то её обещание убить меня, если ей ещё раз придётся защищать меня от слабого, в её понимании, противника. Очень надеюсь, что тут она нашла достойного себя врага.

А между тем бой явно затягивался… Больше ни один из бойцов голоса не подавал, и тишину подвала нарушал лишь звон клинков.

И, честно говоря, сидеть в ожидании неизвестно чего мне быстро надоело, вот только как мне помочь моей телохранительнице я в упор не понимал. Против этой твари оказались бессильны все мои заготовки.

Вдруг мой средний палец на правой руке ожгло огнём, да таким сильным, что я аж вскрикнул, и бросил взгляд на руку, где обнаружилось то подаренное мне Кощеем чёрное кольцо… Причём, я сам не понял, как это, но я видел его даже в этой кромешной тьме. Оно как будто толкало меня идти к сражающимся.

– Точно! Оно же повелевает мёртвыми! – вдруг вспомнил я, – А эта тварь явно неживая, раз появилась на месте бывшего захоронения!

Я решительно встал, и быстро пошёл к мелькающим у дальней стены клинкам.

– Не мешай… – шепнула мне вдруг Тень, когда я уже был рядом с ними, но я проигнорировал её просьбу, направил руку с кольцом в сторону светящихся глаз и клинков, и громко сказал, – Остановись!

Клиники неподвижно зависли в воздухе.

– Почему я не могу убить его? – вдруг озадаченно произнесла где-то рядом со мной Тень, – Я уже несколько раз пронзала его, но безрезультатно!

– Да потому, что нельзя убить того, кто уже мёртв, – усмехнулся я, хоть она и не могла этого сейчас увидеть.

– Обычный мертвец не устоял бы под моими клинками… – не согласилась она со мной.

– Значит, это не обычный мертвец, – пожал плечами я, – Ты можешь осветить это место?

– Могу, хоть и не люблю… Тьма мне привычнее…

– Освети, пожалуйста, – попросил я её, – Надо же нам увидеть, с кем мы имеем дело.

Она ничего не ответила, но через секунду под потолком вдруг зажёгся небольшой шарик, светивший весьма тускло, но всё же это позволило разглядеть мне как саму Тень, так и того, с кем она билась.

Полупрозрачная фигура какого-то древнего воина, в кожаной куртке и меховой шапке застыла с двумя клинками в руках, и не мигая смотрела куда-то вперёд.

– Ты кто? – спросил я у него, но он всё также смотрел вперёд.

– Ты меня слышишь? – без изменений.

– Даже если слышит, он не понимает тебя, – произнесла Тень, обходя вокруг этого воина, – Сам же слышал, что он на другом языке с тобой говорил.

– Но при этом же он подчинился мне! – не согласился я с ней, – Значит, должен понимать!

– Скорее, он подчинился потому, что ты приказал ему с помощью кольца. Попробуй сосредоточиться на кольце, и приказать ему что-нибудь.

– На колени! – громок произнёс я, направив на него кольцо. Он беззвучно опустился вниз.

– И что же мне с ним делать? – озадаченно прошептал я, рассматривая это то ли призрака, то ли ещё кого… Для призрака слишком уж впечатляющие у него были удары, – Приказать, что ли, чтобы он сам себя уничтожил?

– Что за глупое использование возможностей? – фыркнула Тень, подойдя ко мне, – Считай, что ты ещё одним слугой разжился, причём, очень сильным слугой. Неужели тебе такие не нужны?

– Нужны, конечно, но только где мне его прятать? И как я могу быть уверен, что влияние кольца вдруг не пропадёт, и он не вырвется на свободу? – задумчиво пробормотал я.

– Не вырвется. У тебя очень сильный артефакт. Даже я это ощущаю. Прикажи ему просто оставаться тут, не показываться людям и не нападать на них, и придумай слово, по которому он должен к тебе явиться, вот и всё, проблема решена, – подсказала она.

– Хорошо, попробую, – согласился я с ней, и направил кольцо на призрака, – Ты должен оставаться тут, и никуда не выходить без моего разрешения. Спрячься, и не показывайся на глаза людям и не нападай на них пока я тебя не призову. Явиться ко мне ты должен по команде – Призрак, явись! Выполняй! – скомандовал я, и тот мгновенно исчез.

– Призрак, явись! – тут же решил проверить я, и он сразу же появился рядом со мной, – Прячься! – опять исчез. Похоже, работает.

Я устало потёр виски, и глянул на Тень, которая безмятежно стояла рядом и оглядывалась по сторонам. Давно я её уже так близко не видел, хотя она ничуть не изменилась. Всё так же была укутана в чёрную одежду, не скрывающую лишь глаза.

– Мне пора, – не глядя на меня, произнесла она, – В этот раз враг был достойный, и я не буду наказывать тебя за моё вмешательство. К тому же, ты в итоге сам справился с ним. Ты растёшь и становишься сильнее… Это радует. Ещё немного, и скоро я смогу отправиться домой, – после этих слов свет внезапно погас, а когда я добрался до двери, и распахнул её, хоть немного осветив этим подвал, её уже нигде видно не было.

Зато бичура обнаружился всё на том же месте.

– Ну как? Справилса? – почти без акцента спросил он нервно.

– Да. Хотя это было нелегко, – выдохнул я, – Закрывай, и веди меня обратно. Спать хочу.

– Так хто там был-то? И он тошно мэртв?

– Точнее некуда, – усмехнулся я, не став пояснять, что так-то он давно уже мёртв был, – Больше он никого потревожит. И хватит расспросов. Спать хочу.

***

Через пять минут я уже завалился на кровать, и обнял подушку, вот только выспаться мне не дали. Мне показалось, что как-только я уснул, меня сразу же разбудил стук в дверь, и оказавшийся за ней парень сообщил мне, что меня прямо сейчас ждёт у себя ректор. Пришлось срочно умываться и одеваться, гадая, что ему от меня понадобилось…

_____________________________________________________________________________________________________

[1]Отважный воин (с татарского)

Башкиры представляли бичура в образе маленьких человечков обоего пола в красных рубашках. Считалось, что они обитали в глухих лесах на полянках. Людей, которые забрели в их владения склоняют к сожительству, а потом покровительствуют им, носят деньги и помогают разбогатеть.[2] У татар бичура представлялись в образе женщины маленького роста в старинном головном уборе. Считалось, что они могли поселяться в домах под полом или в банях. В отличие от ой иясе бичура жили не во всех домах. Иногда для них отводили особую комнату. В этой комнате на ночь оставляли тарелку с едой и несколько ложек. Считалось, что бичура могли проказничать в доме – открывать в печи трубу, шуметь, прятать вещи, наваливаться на спящих, пугать. Но к некоторым людям бичура благоволили, приносили деньги, помогая разбогатеть.

[3]Кто посмел потревожить мой покой? (татарский)

[4]Нечестивец, Смерть тебе! (татарский)

[5]Умри достойно! (татарский)

[6]Проклятая девка! Умри!

## Глава 6

– Ваше меню, – протянул я сидевшим за столом кафе девушкам несколько папок, – Вы сразу сделаете заказ, или мне позже подойти?

– Чайник чая, обычного, чёрного, принесите нам, пожалуйста, а мы пока определимся, – ответила одна из них, даже не глядя на меня, листая меню.

– Одну минуту, – еле подавил тяжёлый вздох я, отправляясь на кухню. И как меня вообще угораздило в официанты попасть? Спасибо ректору, чтоб его…

***

– Вы вообще понимаете, что натворили? – тихо, но жёстко спросил меня пожилой мужчина, с седыми висками, когда я вошёл в кабинет ректора.

Он строго смотрел на меня, даже не предлагая присесть.

– Вы не напомните мне, зачем вас прислали именно сюда?

– Так спрятать от возможных врагов, – пожал плечами я, не понимая, с чего он вообще до меня докопался.

– Верно, – кивнул он, – А для этого вы должны были вести себя тут тише воды ниже травы, не высовываясь. А вы что устроили? В первые же дни ухитрились выделиться, сначала поссорившись с пятикурсниками из очень непростых семей, а затем устроив драку с капитаном студенческой команды по хоккею, да ещё и при огромном количестве свидетелей! Перед этим ухитрились назвать дурой лидера группы поддержки! Это ещё хорошо, что студентов сейчас тут немного живёт, но, чувствую, скоро видео с этой дракой разлетится по сети по всей империи! Как думаете, как много шансов у вас тогда будет остаться неузнанным?

– Странно… А я думал, в столь секретной академии ученики будут ограничены в пользовании сетью, а оказывается, они могут снимать всё подряд и выкладывать это в общий доступ? – деланно удивился я, – Но с дракой я погорячился, признаю, хотя больно уж меня взбесил тот факт, что оказывается, я не могу зайти в кафе и спокойно попить кофе, так как оно, видите ли, чуть ли не принадлежит хоккеистам и группе их поддержки. Очень интересно получается, – тут мне надоело стоять столбом, и я подошёл к столу, и уселся на свободное кресло, – Лавочками, оказывается, первокурсникам пользоваться нельзя, кафе тоже… А чего ещё нам нельзя? Может, огласите мне весь список?

– А я не знаю! – развёл руками он, откинувшись на спинку кресла, – Представляешь? И даже нее хочу знать, пока это не нарушает устава академии или законов! Это вопросы социальной лестницы и взаимодействия между группами. Очень неплохая школа жизни, кстати говоря. Я надеюсь, ты же не из тех людей, которые считают, что у нас в империи все равны? – он дождался, когда я нехотя помотал головой, соглашаясь с ним, и продолжил, – Так и здесь. Студенты не равны. Тут и разное социальное происхождение сказывается, и возраст, и ряд других факторов. Вы должны научиться взаимодействовать с разными группами, и иногда придётся и идти на уступки, и подчиняться. Вы же не думали, надеюсь, что сможете со всем справиться исключительно с позиции силы?

– А почему нет? – ухмыльнулся я, – Это самый действенный и справедливый способ добраться до вершины местной социальной лестницы. Разве нет? И вообще, вас послушать, так по сути вы мне и выбора не оставляете иного, как оказаться в самом её низу. Если в конфликты мне вступать нельзя, то мне придётся уступать во всём здешним лидерам, а я на это пойти не могу и не хочу, – отрезал я, в глубине души понимая, что частично-то он прав.

По-хорошему, мне действительно не стоило бы выделяться. Изобразить из себя эдакого неконфликтного ботана, во всём идти на уступки, вот только я свихнусь от такой жизни, и долго не продержусь. Рано или поздно сорвусь, и последствия тогда будут ещё хуже.

По легенде, я был из семьи мелких дворян, магию получил выиграв некий научный конкурс, призом в котором была магическая инициация. С такими вводными, без влиятельной родни, и с местными порядками, меня тут вообще все подряд чморить будут. Нет, подобное терпеть я не был готов.

– В таком случае, мне придётся сообщить о вашем поведении вашему начальству, – сухо поджал губы ректор, – Не думаю, что это ему понравится.

– Да и пофиг, – легкомысленно отмахнулся я, – Я, знаете ли, сюда и не рвался. Ну отзовут домой, подумаешь? Я только рад буду. Вы же потеряете гораздо больше, так как таких магов как я в целом мире больше нет, о чём вы прекрасно знаете. То есть, сами себя лишите возможности поработать с эксклюзивным материалом. Ну что же, это будет ваш выбор. Мне идти собирать вещи? – привстал я.

– Сиди! – раздраженно отмахнулся ректор, и нервно забарабанил пальцами по столу, – Тут ты прав. Такой возможности лишаться нельзя. С другой стороны, ничего же особенного не произошло? Ну, подрались… А с кем не бывает? Для молодёжи это абсолютно нормально. Насчёт видео я малость преувеличил. У нас действуют строгие запреты на съёмку и выкладку в социальных сетях любой информации об академии. А даже если где-то что-то просочится, то тебя очень хорошо загриммировали, и ты, к тому же, магией своей ледяной практически и не пользовался. Не должны тебя узнать. Но и без последствий вашу драку я оставить не могу. С капитаном я отдельно поговорю, а у тебя будет своё наказание. Да даже и не наказание, по большому счёту, а вполне положенная отработка.

У нас все студенты при поступлении обязаны отработать в течении двух недель практику. Отработки ведутся в тех организациях и предприятиях, которые оказывают нам спонсорскую помощь. Конкретно сейчас у меня остался запрос от владельца местных кафе на официантов, вот туда-то я тебя и отправлю. Впрочем, как и твою подругу с лидером группы поддержки. Твоей подруге тоже нужно пройти практику, а нашей звезде не мешает немного корону поправить. Так что с завтрашнего дня приступите.

– А если я не соглашусь? – тихо охреневал я. Ещё недавно я возмущался тому, что попал в тело дворцового слуги, а тут меня вообще в ряды официантов какого-то третьесортного кафе собрались записать. Вот радость-то…

– Правила есть правила. Ты должен пройти отработку, а значит, ты её пройдёшь. Ну, или уедешь отсюда, – пожал плечами он, – Даже несмотря на всю твою эксклюзивность я не собираясь давать тебе некие преференции перед другими студентами. Ты не должен выделяться, помнишь? Будешь нарушать наши правила, значит, поедешь домой. Вот только я сомневаюсь, что тебя отправят именно что домой. Задача спрятать тебя не снята, а значит, твоё руководство придумает что-нибудь другое. Например, запрёт тебя в тюрьме. Вот там до тебя точно не доберутся. Как тебе такой вариант? – насмешливо глянул он на меня.

И прямо скажу, этот вариант мне очень не понравился, и, зная Сухого, тот действительно мог на такое пойти…

– Ладно. Официантом так официантом, – нехотя согласился я, – Тем более, что это всего на две недели…

***

– Ты как тут? – подошёл я на кухне к Маше, моющей посуду, пока ждал, когда мне вынесут чайник. Народу пока в кофе было не много, так что можно было чуть-чуть отвлечься.

– Нормально, – выдохнула она, убирая в сторону вымытую сковородку, – Лучше уже так, чем этих придурков обслуживать.

Девушке с самого начала нашего первого дня не повезло. Ей выпало обслуживать столик с молодыми людьми, которые стали подшучивать над ней, из-за чего она так взбесилась, что чуть не вылила суп одному из них на голову. Я еле успел её остановить.

А ведь нас предупреждали, что такое возможно. Администратор кафе нам целую лекцию устроила про местные порядки и возможные риски, где упоминалось о том, что многие молодые люди любят или флиртовать с официантами или подшучивать над ними.

Вот она сходу и влипла, а после напросилась на мытье посуды. Я же более-менее втянулся, как ни странно. К тому же, мне поначалу везло с клиентами. Даже пару рублей на чай заработал.

Ту дуру из группы поддержки, на наше счастье, управляющий в другое кафе отправил, так что нам не пришлось с ней никак взаимодействовать.

– Не тяжело? – кивнул я ей на кучу сковородок и кастрюль, ожидающих своей участи.

– Немного, – устало кивнула она, – Но уж лучше так… Там я точно не сдержусь рано или поздно.

– Так, это что за перерыв тут? Тебе работы, что ли, мало? Так я могу устроить! – влез тут в наш разговор один местный тип.

Почему-то некоторые личности из персонала восприняли нас чуть ли не как бесплатную рабочую силу, которой кому угодно можно было помыкать, по их мнению, и этот козлина был из их числа.

Сам-то был кем-то вроде младшего повара, а гонору было столько, как будто он тут шеф-поваром трудился.

– Я заказ жду. Скоро уйду, – нехотя пояснил я, не стремясь в первый же день лезть в конфликт.

– А я мою, не отвлекаюсь, – несколько испуганно пояснила Маша, хватаясь за очередную кастрюлю.

– Отлично. Ты мой дальше, – кивнул он ей, – А ты, – глянул он на меня, – Пока ждёшь, пробегись по залу лучше, и вытри со столов.

На этой фразе, собственно, всё моё терпение и закончилось.

– Спасибо за совет, но я как-нибудь сам разберусь, что мне делать, – отрезал я, холодно взглянув на него, еле сдержавшись от использования более грубых слов.

– Не борзей, и делай, что тебе говорят, – грозно нахмурился он, что, в сочетании с его тощей фигурой и вытянутым лицом, с маленькими глазками, смотрелось довольно смешно.

– А я и делаю, – пожал плечами я, – Делаю то, что поручила мне администратор зала. Ты администратор зала? Нет? Может, управляющий кафе? Тоже нет? Тогда нахрен иди со своими поручениями, и не лезь больше ко мне.

– Ты ещё пожалеешь… – прошипел он сквозь зубы, отходя от меня.

– Что, крысёнышь, отшили тебя наши практиканты? – заржал рядом один из поваров, – И правильно сделали! А быстро они раскусили твою гнилую натуру. Больше не получится у тебя ни на кого перекладывать свои обязанности, – повар глянул на меня, и довольно подмигнул. Я лишь кивнул в ответ, слегка недовольный собой, что всё же не удержал себя в руках.

Подошёл к стойке выдачи, взял чайник, и понёс заказ.

***

– Девочки, как вам новый официант? – заговорщическим тоном спросила одна из девушек, наклонившись к подругам, провожая взглядом молодого парня, – Правда, симпатичный?

– Катя, ты опять за своё? – закатила глаза высокая блондинка, бросив осуждающий взгляд на подругу, – У тебя же Петя есть! Когда ты уже уймёшься?

– Никогда! Ты что, плохо её знаешь? Симпатичные молодые мальчики её слабость, – рассмеялась третья девушка, миловидная шатенка, поправляя причёску глядя в небольшое зеркальце, – Такова её натура. Тут мы, увы, изменить ничего не сможем. Хотя мальчик и правда симпатичный. И сложен хорошо. Этого не отнять.

– Вот! А я о чём говорю! – подхватила Катя, убрав за ухо чёрный локон, – Красавчик же! И потом, то, что у меня есть молодой человек, не означает же, что я не могу даже смотреть на других парней? К тому же Петя как-то расслабился в последнее время. Цветы не дарит, по ресторанам не водит. Надо бы его взбодрить слегка, а ревность для этого подходит как нельзя лучше, – подмигнула она подругам.

– Да? А ты хорошо представляешь, что твой Петя сделает с этим молодым человеком, если увидит вас вместе? Тебе этого юношу совсем не жаль? – усмехнулась блондинка одними кончиками губ.

– Ну почему? Жаль, конечно, – чуть надула губки Катя, – Но я его потом подлечу, ничего страшного. Зато это будет для него хорошим жизненным уроком. К тому же я его потом поцелую за все его мучения. Думаю, это немного скрасит его поражение в битве за меня, – гордо повела она своей далеко не маленькой грудью, – Ты же и сама-то, Оль, не раз использовала в своих целях влюблённых в тебя молоденьких парней, а тут решил мне мораль почитать?

– В результате моих использований юноши не получали синяков, ушибов, и сломанных костей. Наоборот, они оставались весьма довольными моей благодарностью, – ещё сильнее усмехнулась блондинка, – Но, впрочем, это твоё дело. Просто мне кажется, что ничем хорошим эта твоя идея не закончится. Всё, тихо! Он возвращается, – прошипела девушка, увидев подходившего с чайником официанта.

***

– Спасибо вам огромное! Нам очень понравилось, как вы нас обслужили… – томно протянула мне брюнетка, не сводя с меня своих больших карих глаз, – Поверьте, мы по достоинству это оценили, – пододвинула она тут ко мне чек-бук, – Скажите, вы давно в нашем городе?

– Недавно, – коротко ответил я, невольно прикоснувшись к груди, где под рубашкой висел выданный мне ректором амулет, скрывающий мои магические способности. Слишком уж сильно эта девушка строила мне глазки всё своё время нахождения тут, так что я невольно стал думать, уж не засланная ли она?

Девушка была весьма красивая, и явно не бедная, так что я сильно сомневался, что её мог заинтересовать обычный официант.

– Так это же чудесно! – почему-то обрадовалась она, – Хотите, я устрою вам экскурсию по городу? Поверьте, тут есть, что посмотреть, – облизнулась она, а я лишний раз убедился, что явно тут что-то не так. Слишком уж откровенно она меня клеила под насмешливыми взглядами своих подруг.

Версию, что она одна из охотниц на меня, я, чуть подумав, откинул, так как слишком уж топорная была работа, да и времени слишком мало с моего появления здесь прошло, значит, тут было что-то другое.

Скорее всего, она поспорила с подружками о том, что закадрит меня, пригласит на свидание, а потом они славно поржут надо мной, когда я приду, и буду ждать её, а она так и не появится. Были у меня в прошлой жизни среди знакомых любительницы подобных развлечений, которые потом с наслаждением в клубах рассказывали, сколько лохов они развели.

Нет уж. Подобными развлечениями пусть без меня занимаются.

– Прошу прощения, но у меня совсем нет времени на прогулки, мне нужно работать, – решительно отрезал я, убирая со стола.

– Так мы же можем этим в выходные заняться… Должны же у вас тут быть выходные? – протянула она, многозначительно растягивая слова.

– А выходные у меня заняты. Всего доброго! – попрощался я, и быстрым шагом понёс посуду.

– Молодой человек, подождите! – донеслось мне в спину, но возвращаться я не стал. Народу в кафе прибавилось, и мне уже было не до разговоров.

***

– Оля! Тебе не кажется, что сегодня в первый раз в жизни мы с тобой увидели небывалую картину. Нашу Катеньку, похоже, отшили, – заговорщически прошептала шатенка блондинке, впрочем, достаточно громко, чтобы обескураженная подруга их всё же услышала.

– Я не поняла? Что это сейчас было? – повернулась она к ним.

– Это подступающая старость, моя дорогая. Видимо, для молодого человека ты уже слишком пожилая. Смирись! – ободряюще похлопала её по плечу блондинка, но Катя раздражённо отмахнулась от её руки.

– Ты что несёшь? Какая ещё старость? Мне всего двадцать три! – рыкнула она под смех подруг.

– Ну, есть ещё вариант. Возможно, твой избранник уже занят, – пожала плечами шатенка, – Да и чего ты завелась? Выбери себе другую жертву, вот и всё!

– Ну уж нет! – вскинулась, Катя, зло глядя, как их официант уже обслуживает другой столик, и даже не смотрит в их сторону, – Мне пофиг, занят он там или нет, но он ещё станет моим! Я этого так не оставлю! Он ещё пожалеет о том, что отказал мне! На коленях умолять о прощении будет! – и она решительно встала из-за стола, и направилась к выходу.

Её подруги понимающе переглянулись, и поспешили за ней.

Интерлюдия

Елизавета Чарторыская нерешительно подошла к кабинету мужа, который в кои то веки работал из дома, ненадолго замялась, не решаясь его отвлекать, но всё же постучала в дверь

– Дорогой, ты сильно занят? – заглянула она в кабинет.

– Занят, но пару минут могу найти. Что случилось? – глянул на неё муж, отодвигая в сторону бумаги, и потирая усталые глаза.

– Понимаешь, я что-то очень за нашего младшего волнуюсь, – тихо произнесла она, зайдя внутрь, и прикрывая за собой дверь, – Тебе не кажется, что он уж очень сильно изменился в последнее время и чересчур самостоятельным стал? Я его совсем не узнаю. К тому же, его почти не бывает дома, а ведь ему всего семнадцать лет! Я очень волнуюсь за него…

– Мальчик взрослеет, так что хочешь ты или нет, ему настала пора вылетать из родительского гнезда, – муж встал, и приобнял её за плечи, – А то, что он изменился, это даже к лучшему. Слишком уж он инфантильный у нас был, но инициация в маги его сильно изменила. Так часто бывает, так что ничего удивительного в этом нет.