Ксения Шаманова
Враг №1

Ночь опустилась на мягкое покрывало сонной земли, коснулась её уставшего тела крылом и что-то защебетала на ухо. Всё будет хорошо, милая, ты не высохнешь от жгучего солнца, а твой чуткий сон будет беречь весна. Не тревожься понапрасну и отдохни. Знай, что ты в полной безопасности, пока не наступит утро. А с каждым новым рассветом всё начинается с чистого листа…

Я смотрю на твоё бледное личико и вижу хитрую улыбку на губах. Знаю, что не сумел тебя обмануть этими россказнями про спящую землю. Ты капризничаешь и требуешь настоящую сказку. Но, дорогой мой Рик, разве уже не слишком поздно? Давай отложим до завтра, и тогда я что-нибудь придумаю. Нет-нет, ты не веришь моим обещаниям и хмуришься. Вот-вот раскричишься в знак протеста. Какой же ты у меня всё-таки бунтарь!

Хмуришься и ворчишь. Так смешно ворчать умеешь только ты. Как же это так? Заснуть без сказки? Папа, да что ты себе позволяешь? Ей-богу, прекрати отнекиваться и срочно что-нибудь выдумай. И вообще, разве ты не обещал рассказать про китов?

Про китов? Боже мой, ты всё ещё помнишь! Боюсь, тебе это не очень понравится. Дело в том, что моя история про китов – чистая правда. Ты, может быть, ещё не знаешь, но в жизни редко бывают счастливые финалы. Совсем не то что в настоящих сказках…

Тем лучше. Совсем не важно, чем закончится история. Главное, чтобы она была увлекательной. Просто расскажи про китов – и дело с концом.

Ну хорошо. Пожалуй, на этот раз я тебе уступлю. Только пообещай, что не будешь ругаться…

Глава 1
Встреча на берегу

Мне тогда исполнилось десять лет. Отец недавно устроился смотрителем маяка, и наша семья поселилась в маленьком, но очень уютном домике у Тихого океана. Не могу сказать, что слишком сильно переживал из-за вынужденного переезда. У меня всё равно не было друзей в родном городе. Сверстники смеялись надо мной и называли чудаком. (На самом деле они использовали немного другое слово, но оно слишком обидное и неприятное, поэтому я вынужден его заменить). Из-за жуткой рассеянности мне никак не удавалось сконцентрироваться на учёбе. Я вечно витал в облаках и получал заслуженные двойки. Не знаю, что со мной творилось, но мне всегда было скучно в реальном мире. Зато я о многом мечтал. Обычно о морских путешествиях в дальние страны. Мне хотелось стать капитаном огромного корабля. Я часто представлял, как в моём судне неожиданно открывается течь. Вот пассажиры начинают суетиться и паниковать. И тогда храбрый капитан выступает вперёд: настал его час! Он готовится сразиться с грозной стихией. Его решительность, невозмутимость, чёткие указания и слаженная работа команды матросов делают своё дело: поломка устранена. Теперь, когда всё самое страшное позади, люди искренне радуются и благодарят своего спасителя… Разумеется, этим капитаном был я, доблестный Артур Янг. Ах, как же сладостны бывают мечты!

На этот переезд я возложил большие надежды. Мне казалось тогда, что для меня открывается новая чистая страница, которую буду заполнять только я сам. Всё так и случилось, правда, эти неожиданные перемены едва не стоили мне жизни.

Однажды я засиделся на берегу до позднего вечера, предаваясь грёзам о невозможном будущем. Вдруг поднялся сильный ветер – такой же неугомонный и жадный, как голодный зверь, мечтающий вырвать добычу из лап самого заклятого врага. Небо выглядело суровым и непримиримым, точно собиралось рухнуть на землю и задавить её несчастных жителей. Я не успел опомниться, как сумасшедшая волна подхватила меня и понесла в неизвестном направлении. Прямо над головой сверкнула ослепительная молния, и почти сразу загрохотал гром. Казалось, всё вокруг, живое и неживое, разразилось безумным хохотом, и очень хотелось закрыть уши, чтобы его не слышать. От ужаса я даже не мог закричать. Пытался утешать себя, что это всего-навсего сон и очень скоро мне удастся проснуться… Но это оказалось заблуждением; происходящее не было выдумкой.

Если ты когда-нибудь встретишься с человеком, который самодовольно назовёт себя хозяином природы, ни за что ему не верь. Попадая во власть стихии, люди становятся совершенно бессильными. Стихия мстительна и не привыкла проигрывать. Даже такой ребёнок, как я, прекрасно понимал эти очевидные вещи. Но мне всё-таки не хотелось умирать, и я надеялся, что моё шестое чувство ошибается.

Не знаю, что именно произошло в следующую минуту. Неужели кто-то услышал мои мысли и проникся сочувствием к бедному ребёнку, единственным недостатком которого была излишняя мечтательность? Я до сих пор благодарю небо за неожиданное спасение. За моей спиной как будто появились невидимые крылья, и я взвился в воздух, как самонадеянный Икар. Вот только солнце давно скрылось за тучами – ничто не могло растопить мой воск. Теперь я наконец-то закричал, да так громко, что у меня заложило уши. Прямо передо мной появилось громадное животное. Тот, кого называют левиафаном. Тогда я понял, что никаких восковых крыльев у меня не было. Наверное, я просто умер и попал в загробный мир.

Но нет, очередное заблуждение; это был не Дьявол, а кит. А если быть точным, то детёныш кита, правда, об этом я узнал далеко не сразу. Никогда прежде я не видел китов воочию, так что размеры этого телёнка¹ показались мне впечатляющими. Не помню, как оказался на его скользкой спине. В ту минуту я был не в силах управлять собственной судьбой. Приходилось надеяться на Божье милосердие, вот только тогда я ещё не имел никакого представления о Боге.

Когда я оказался на спине морского чудовища, у меня захватило дух от удовольствия и страха одновременно. Это был самый удивительный аттракцион в моей жизни. Вот только не хотелось, чтобы кит случайно проглотил меня. Тогда я об этом ещё не знал, но, оказывается, был один пророк по имени Иона, который однажды побывал в чреве кита. Не думаю, что это то увлекательное путешествие, о котором следует мечтать. Так и мне совсем не хотелось попасть в его желудок и заблудиться в нём, как в Тесей в лабиринте Минотавра. Да и можно ли вообще оттуда вернуться? А если и можно, то едва ли вернёшься до конца. Никогда не знаешь, какой подарок преподнесёт тебе хитроумная судьба.

Я перестал кричать, когда услышал чей-то шёпот:

– Не бойся.

Что это такое? Кто заговорил со мной в этот страшный час, когда у меня уже почти не осталось надежды выжить? Я притих, но это не значит, что мой страх рассеялся. Напротив, он усилился вдвойне! Не смотри на меня таким укоризненным взглядом, твой отец вовсе не трус. Просто поставь себя на моё место: с тобой совершенно неожиданно заговорил кит. Удивительное дело, не правда ли?

Я закрыл глаза, в очередной раз вверяя свою жизнь судьбе. Мой отец верил в предопределение. Он говорил, что есть две вещи, которые никак от нас не зависят – это любовь и смерть. В силу возраста я ещё не успел познать обаяние любви. Если, конечно, не считать чувства глубокой привязанности к родителям. Но я не был уверен, что папа имел в виду именно это. А вот со смертью мне довелось столкнуться лицом к лицу. Казалось даже, что я слышу звук её прерывистого дыхания и она действительно собирается бросить в меня гарпун. Но провидение всё же смилостивилось надо мной. Мне не суждено было прожить такую короткую жизнь.

Не знаю, сколько времени я провёл на холодной спине говорящего кита. Наверное, целую вечность. Просто в какую-то минуту стихия передумала нападать на беззащитного человека. Всё ещё недоверчиво хмурясь, океан начал понемногу успокаиваться. Небо оставалось таким же мрачным, но уже не казалось тяжёлым. По крайней мере, оно больше не норовило свалиться на меня и сломать мне шею.

Опасность миновала, и кит выбросил моё измученное тело на берег. Я увидел, как его гигантский хвост вздымается к небу. Мощная струя воды вырвалась из тягостного плена наружу, и я подумал, что в этом фонтане отразилась Вселенная. Мир вдруг наполнился свежим ветром и тишиной.

– Спасибо, – почему-то сказал я, хотя и знал, что кит – это всего лишь животное, которое никогда меня не услышит.

Тотчас же рядом со мной раздался смех, похожий на журчание мелодии Равеля. Этого композитора очень любила моя мама. Ты же знаешь, она замечательная пианистка.

– Это тебе спасибо. Никогда ещё так не забавлялся с человеком на спине.

Голос, несомненно, исходил из гигантского существа с голубым хвостом. Неужели мне тогда не послышалось? И это именно он, кит, шепнул мне «не бойся»? Я недоверчиво покачал головой. Это не может быть правдой. Меня кто-то разыгрывает. Я огляделся по сторонам, не сомневаясь, что увижу какого-нибудь местного хулигана. Но никого не оказалось рядом. К тому же… кто пойдёт к океану в такую опасную погоду? То и дело небо разразится очередным приступом паники, а волны отзовутся эхом.

– Кстати, очень приятно познакомиться. Мы здесь всегда рады гостям, – вежливо продолжил кит.

– Но… как ты это делаешь? – у меня невольно затряслись коленки. Всё-таки не каждый день встречаешь говорящего кита.

– Что делаю? Разговариваю? Мало кто знает, но мы умеем говорить на всех языках планеты. Вот только не каждому человеку позволено услышать наш голос.

– Вот это да, – только и смог проговорить я, садясь напротив великана на корточки.

– Не знаю почему, но я сразу понял, что могу тебе доверять. Правда, мои родители не хотят, чтобы я разговаривал с людьми. Но ведь мы оба ещё совсем маленькие! Разве ты можешь меня обидеть?

От этого заявления я поперхнулся. Это он себя-то называет маленьким? Тогда я, по его логике, мало чем отличаюсь от песчинки на чьей-нибудь ладони.

– Я совсем недавно родился и пока только познаю мир. До сих не могу нарадоваться… Как же здорово жить! – от удовольствия он выпустил ещё один фонтан. Брызги воды чуть не сбили меня с ног.

– Кстати, а как тебя зовут?

– Артур.

Отец учил меня, что во время знакомства нужно протянуть руку. Я едва не сделал это по привычке, но, к счастью, вовремя одумался. Кто знает, вдруг кит воспринял бы мой жест как личное оскорбление?

– А меня Рик. Что ж, будем знакомы, – важно заявил кит. Он поднял голову и раскрыл огромную пасть, которая показалась мне очень красивой. Наверное, в их мире это было чем-то вроде приветствия.

Мне хотелось ещё о чём-нибудь поговорить, но ветер донёс до нас звуки моего имени. Когда родители не обнаружили меня дома, они очень сильно испугались и бросились к океану. Мама с папой знали, что я люблю убегать на берег по вечерам. Оказавшись в тёплых маминых объятиях, я сразу же принялся рассказывать обо всём, что со мной приключилось. Но родители совсем меня не слушали, только твердили, чтобы я больше никогда не убегал из дома и что-то ещё в том же духе. В общем, всё то, что говорят в таких случаях взрослые. Утром я рассказал им всё с самого начала, но они лишь рассмеялись и назвали мою историю о ките чистейшей выдумкой.

– Кто знает, может быть, из тебя вырастет неплохой писатель.

Честно говоря, я и сам начал сомневаться, что действительно встречался и даже разговаривал с хозяином океана. А вдруг ничего этого не было и у меня просто разыгралось воображение? Вдруг я задремал, пока сидел на берегу, и мне всё пригрезилось… К тому же, когда я обернулся, прежде чем уйти, кита уже нигде не было видно. Разве он мог так быстро исчезнуть?

Глава 2
Хранители памяти

На следующий день я решил проверить, существовал ли кит на самом деле. Вечером я снова пошёл к берегу, надеясь увидеть там своего нового друга. Но кит так и не появился. Неужели это был только сон? Нет, я не хотел и не мог в это поверить, хотя и был неисправимым мечтателем. Я знал, что умею отличать вымысел от реальности.

Вижу, с каким недоверием ты на меня смотришь. Можешь считать меня безумцем, но я говорю как есть, ничего не придумывая и не приукрашивая. К концу недели мы с Риком всё-таки встретились. Я, как обычно, сидел на берегу и тренировался в написании марины. Мой отец работал в художественной академии и поощрял такие упражнения, считая, что они развивают умственные и творческие способности. Когда-то он и сам мечтал стать художником, но… Вынужден тебя огорчить, иногда в жизни всё происходит совсем не так, как хочется. Твои мечты всё-таки разбиваются, как стеклянная бутылка под сапогом пьяницы. И остаётся лишь воспоминание, которое греет тебя морозными вечерами. Твоему деду пришлось стать преподавателем, но он продолжал надеяться, что мне, его единственному и горячо любимому сыну, хватит таланта взобраться на вершину. Признаюсь, я уже и тогда знал, что не стану выдающимся художником и это всего-навсего увлечение. Но я не хотел разочаровывать отца, который больше всего на свете желал воскресить во мне погибшую мечту.

Я всё ещё писал картину, когда солнце уже начало спускаться к воде, как горделивая богиня, рождённая из морской пены. Казалось, вот-вот скроется в волнах, и огненные брызги разлетятся во все стороны, оставив ожоги на песке. Кисть выпала из моих рук – передо мной появился он. Гигантский силуэт на фоне сгорающего неба. Взмахнул хвостом – словно поприветствовал. И вдруг заговорил – таким же мелодичным и вполне себе человеческим голосом, как и в прошлый раз. Звонким и звучным… вот уж точно музыкальный ребёнок!

– Привет, Артур, как же я рад, что ты здесь! Решил, что не стоит попадаться на глаза твоим родителям. Всё-таки они уже взрослые. Хотя, знаешь… вы, люди, такие маленькие! Моя мама Эйлин намного больше твоих мамы и папы вместе взятых.

– Рик! – с радостным криком я подскочил к воде и в ту же секунду очень сильно пожалел, что не могу обнять дорогого друга. Кит как будто прочитал мои мысли и позволил погладить себя по голове. Она оказалась немного липкой на ощупь, как кусок пластилина.

– Почему тебя так долго не было? Я уже начал было думать… – недоговорил. Понял, что у меня на глазах выступили слёзы, но вовсе не от обиды или боли. Ещё никогда в жизни я не был так счастлив, как здесь, на берегу Тихого океана, рядом со своим спасителем. Кажется, Рик и сам немного расчувствовался.

– Я тоже скучал по тебе… – его голос чуть дрогнул. – Только не удивляйся! Мы, киты, очень сентиментальны. У нас ранимое сердце.

– Где же ты всё это время пропадал?

– Я исследовал океан.

– Исследовал океан? Но ведь ты и так постоянно там живёшь!

– А разве люди не интересуются миром, в котором живут?

Я тогда ничего ему не ответил, потому что ещё совсем не знал других людей. Я ведь почти всё время проводил в полном одиночестве или с мамой и папой. Наверное, всё-таки был слишком маленьким, чтобы правильно подобрать слова. А он казался намного взрослее и опытнее. Когда кит начал рассказывать о своём маленьком путешествии, я даже немного ему позавидовал. Величественный и неизведанный океан, его малая родина, показался мне тогда самым чудесным и таинственным местом на планете.

***

Мама говорила, что в океане нужно быть предельно осторожным и внимательным. Бог сделал нас самыми большими существами во Вселенной, но это вовсе не значит, что мы имеем право здесь хозяйничать. Скорее, наоборот: наша ответственность удваивается, а то и утраивается. Мы должны помогать ближним и при любых обстоятельствах следовать священному кодексу кита. Не знаю, как всё устроено у вас, людей, но для китов честь и достоинство – это наивысшие ценности. Каждый отец завещает сыну оставаться верным самому себе, никогда не опускаться до трусости, не предавать друзей и не убивать врагов. Но, к сожалению, не все обитатели океана живут по таким же законам. Наверное, и в человеческом мире есть свои чудовища, просто ты ещё об этом не знаешь. Монстр, которого боятся почти все жители нашей вселенной, называется белой акулой. Бог наделил её самым страшным оружием: острыми зубами и ледяным сердцем. Но ничего не поделаешь, ведь без акул не будет соблюдаться великий закон равновесия. Если хочешь жить по законам добра, приходится смиряться с постоянным соседством зла. А сосед этот, надо сказать, весьма надоедливый. Конечно, очень внимательный и бдительный кит сумеет постоять за себя даже перед белой акулой. Но если он однажды повстречается с настоящим Дьяволом – тогда пиши пропало. Это чудовище ещё никогда никому не показывалось, но все знают о его существовании. Мегалодон – самая страшная из акул. Мама сказала, что мой прапрадед погиб в неравной схватке с этим дьявольским отродьем. Кстати сказать, оно может расправиться с тобой и твоими родителями в два счёта! Но не беспокойся, пока я жив, этого не случится. Всё-таки ты мой самый первый и пока единственный друг, а китовый кодекс призывает оберегать и защищать друзей.

Когда я начал исследовать океан, то сразу же наткнулся на одного смертельно уставшего жёлтого осьминога. В такой окраске нет ничего необычного – они всегда желтеют, когда спят. Честно говоря, я много слышал об этих загадочных моллюсках, и мне не терпелось поскорее познакомиться хотя бы с одним из них. Когда осьминог проснулся, он сразу же поменял цвет – по всей видимости, испугался любопытного незнакомца. Всех жителей океана почему-то пугает наш размер. А между тем мы очень даже безобидные животные. Если и причиняем кому-то вред, то исключительно по невнимательности. Например, во время обеда я могу случайно проглотить вместе с рачками и водорослями какую-нибудь капризную рыбёшку. А она потом негодующе урчит у меня в желудке и насылает кучу проклятий, как будто это я виноват в её глупости и рассеянности.

Но осьминогов я, разумеется, никогда не трогаю. Может быть, он перепутал меня с кашалотом? Не понимаю, зачем так пугаться и бледнеть. Белый осьминог недоверчиво протянул мне одну из восьми рук. Что ты говоришь? Вы называете их щупальцами? Осьминог с ума бы сошёл, если бы это услышал. Они ужасно обидчивые создания.

Вскоре мой осьминог пришёл в себя и рассказал о недавней встрече с акулой. Представь себе: он даже покраснел, когда говорил об этом! Ходят слухи, что эти хитрые хищники – искусные гипнотизёры.

– Я проявил малодушие, и мне теперь очень стыдно, – тяжело вздохнул осьминог.

– Моя мама Эйлин сказала бы, что ты слишком строг к себе. Любой бы на твоём месте испугался.

– Я знаю. Но это меня совсем не утешает. Понимаешь, мне всегда и за всё стыдно. Просто ужасное качество! – с горечью воскликнул несчастный. А я между тем подумал, что слухи, должно быть, правдивы и осьминоги на самом деле настоящие мудрецы. Нам, китам, стоит многому у них поучиться.

– Просто у тебя доброе сердце.

– В том-то и дело, что у меня их целых три! – пожаловался бедный осьминог. – Вот почему я всё так остро переживаю.

– Даже и не думал, что вы настолько чувствительны. Мама всегда называет вас мыслителями.

– О да, это я тоже люблю, – вдруг обрадовался осьминог. – У каждой моей руки есть свой мозг, – похвастался он. – Так что я постоянно о чём-нибудь размышляю. Вот только… Это неизбежно навевает печаль, – осьминог снова приуныл.

– Если хочешь, я научу тебя радоваться жизни. Надо только почаще благодарить Бога. Так говорит моя мама Эйлин.

– Бога? Но где он живёт?

– Внутри твоего сердца.

– Но ведь у меня их три! Значит, во мне целых три Бога?

– Нет, Бог только один. Но в каком из твоих сердец он живёт? Расскажу тебе, когда уточню у мамы!

Эта встреча приободрила нас обоих. Уверен, что осьминог больше не будет так бледнеть, когда мы увидимся в следующий раз. Я немного порезвился под солнцем и погрел хвост, любуясь серебряной россыпью на голубом теле. Мама говорит, что спина кита отражает небо. Знаешь, а ведь в ту минуту я вспомнил тебя и, признаюсь, даже немного позавидовал. Ты можешь гулять под солнцем сколько вздумается, а я вынужден скрываться под водой. Впрочем, не в моих привычках долго унывать. Киты, конечно, сентиментальны, но до бедных осьминогов нам далеко. Эти несчастные моллюски постоянно из-за чего-нибудь расстраиваются. Только представь себе: иметь целых три сердца! Не каждый выдержит тяжесть такого груза. А мы, киты, рождены радоваться жизни. По крайней мере, так говорит мама Эйлин, а она настоящая оптимистка!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Так официально называют детёнышей кита.

Вернуться